Текст книги "История грешников (ЛП)"

Автор книги: Мелли Т. Толлэм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Глава 26

Далия

Поблизости был женский голос, легкий и беззаботный, оскорблявший кого-то, возможно, меня. Затем раздался знакомый мужской голос, судя по звукам оскорбляющий женщину, о которой идет речь.

Грубоватый баритон Райкена прорвался сквозь мой транс, вскоре к нему присоединился осторожный голос Редмонда.

Мои веки сопротивлялись, когда я попыталась их разлепить. Судя по яркости за моими веками, я могла только предположить, что где бы я ни была, где-то было солнечно. Облегчение наполнило меня при этой мысли, но нотка предупреждения подчеркнула это блаженство. Воспоминания потянули за собой, и вопросы заполнили мою голову. Где я? Как я сюда попала?

Я просеяла свои воспоминания, и меня осенило. Нет, это было неправильно. Предполагалось, что я буду в Камбриэле, где подпишу договор, а затем отправлюсь в Иной Мир. Ни Райкена, ни Редмонда, ни той странной женщины не было в Камбриэле.

Строгий голос Редмонда ворвался в мои мысли.

Не смей. Только не без ее согласия. Только не снова.

Подобно прорыву плотины, воспоминания о прошлой ночи затопили мой разум, атаковав меня подобно стае разъяренных шершней. Райкен в моей комнате, просит меня нарушить договор и поехать с ним. Нет, не просит, а говорит мне – и когда я отказалась, почувствовала горьковато-сладкий аромат сонного зелья Редмонда.

Сонное зелье Редмонда.

Редмонд предал меня, планировал похитить и развязать войну. Я чувствовала, как кончики пальцев Райкена касаются гладкой кожи там, где в последний раз была его отметина, прикосновение было мягким и наполненным обещанием. Последовало сжатие, и мои глаза распахнулись, упав на Райкена.

Моя магия выползла из ямы глубоко внутри меня, радуясь славе и ярости, пылающая, злая и горячая.

Моя магия!

Райкен вздрогнул от моего свирепого взгляда, и пламя вырвалось из-под моей кожи. Каждый дюйм моего тела превратился в золотой огонь, и в процессе я прижала руку к его груди, когда загорелось одеяло подо мной, а затем подушки и матрас.

Он схватил меня за запястье там, где моя рука лежала у него на груди, и прищурился, чтобы разглядеть мое лицо под окутывающим его адским пламенем.

– Твоя магия не причинит мне вреда, маленькая ворона, как бы сильно ты ни была зла на меня, – заявил Райкен.

Это не имело значения. Были и другие способы причинить ему боль, независимо от того, насколько он невосприимчив к моей магии. Он лишил меня выбора и заслужил всю мою ярость до последней капли, направленную на него.

– Если ты хотя бы попытаешься укусить меня, я укушу тебя в ответ и отвергну снова, и снова, и снова. Я буду отвергать тебя до тех пор, пока все, чем ты станешь, не превратится в сломанную, хрупкую оболочку самого себя. Я буду отвергать тебя веками, пока настоящая агония не разорвет тебя на куски, и все, что ты почувствуешь, это боль, – прорычала я, чувствуя, как острые зубы торчат из-под моих десен. – Не испытывай меня, Райкен. Я сделаю это. Однажды ты заявил на меня права и отверг. Ты не захочешь перечить мне дважды.

Ноздри Райкена раздулись, и он отстранился, его грудь тяжело вздымалась. Я говорила правду, и он это знал. Партнерство было несправедливым, когда один партнер продолжал брать и брать, и брать.

Я призвала мое пламя обратно в себя, и оно вернулось ко мне. Я пообещала ему, что теперь, когда мы наконец воссоединились, магия снова будут свободна. Я была знакома с болью сдерживания и никогда больше не причинила бы ей такой боли.

Я смерила его взглядом, полным неприкрытого презрения.

– Где я и почему не в Камбриэле?

Райкен скрестил руки на груди и не произнес ни слова, и Редмонд выступил вперед, выставив руки перед собой.

– Мы должны были помешать твоему плану. Ты собиралась принять его предложение и отправиться в Иной Мир, а ему нельзя доверять, Далия.

– Я знаю, что ему нельзя доверять. Ты думаешь, я глупая? – огрызнулась я. – Это было к лучшему. Есть вещи, которые он знает обо мне, секреты обо мне и моих силах, истины, которые никогда не откроются, пока я здесь.

Я фыркнула, увидев выражение лица Редмонда, сожаление настолько сильное, что он мог бы подавиться им, мне было все равно. Это было не похоже на него – контролировать. Он часто давал советы, но никогда не вмешивался.

– Ты понимаешь, что вы натворили? – бросила я. – На континенте могла быть мирная жизнь. Солнце, еда, всё снова могло бы расцвести – всего-то за цену моего права выбора.

Я наклонила голову и злобно уставилась на Райкена, обнажив зубы:

– Это было для тебя слишком? Что я могу выбирать сама?

– Ты невыносима, – пробормотал Райкен, а глаза Редмонда потемнели.

Если кто тут и был невыносим, так это он.

– Просто оставьте меня. Я устала и чувствую головокружение – спасибо за сонное зелье, которое вы заставили меня вдохнуть.

Когда ни Финн, ни Редмонд, ни Райкен не двинулись с места, я позволила своей силе разлиться по моему телу, позволяя пламени снова сформироваться в моих руках. Мои глаза переместились, и что-то сформировалось в моих радужках, достаточно пугающее, чтобы заставить их замереть.

– Я сказала, уходите!

Финн отошел, и Редмонд поспешно ретировался, но Райкен отказался двигаться.

– Ты все поймешь. Когда-нибудь ты поблагодаришь меня за это.

Я усмехнулась, когда он исчез во вспышке света, потому что я никогда не прощу ему этого. Никогда.

Мои попытки просеять оказались безуспешными. Мне потребовались часы, чтобы вспомнить, как просеивать, и когда я это сделала, оказалось, что я была в той же стране, в двух незнакомых частях дворца – один раз в пустом бальном зале и несколько раз на лужайке снаружи, каждый раз более жестокий и разрушительный, чем предыдущий. Моя последняя попытка привела меня в подземелье, еще худшее, чем сырой подуровень в Камбриэле. Я не смогла выбраться из подземелья, заполненного железными стенами и рунами. Как я просеялась в комнату, укрепленную железом, я так и не поняла. После нескольких часов безуспешных попыток странный фейри с красными глазами обнаружил мое присутствие и молча проводил меня обратно в мою комнату.

Он был совершенно ужасающеим – при виде его мое сердце учащенно забилось, а желудок сжался. Я не пыталась просеивать после того, как он нашел меня, опасаясь встретиться с ним снова.

Нежный голос прозвучал в моей комнате, когда я лежала в постели с зажмуренными глазами, отчаянно пытаясь забыть события прошедшего дня, но я не обращала на это внимания. Небольшое прикосновение в бок крошечными пальчиками, заставил мои глаза распахнуться.

– Далия.

Мой взгляд остановился на человеке, которого я меньше всего ожидала увидеть в Стране Фейри. Я ахнула, когда она улыбнулась мне, затем несколько раз моргнула и потерла ладонями глаза.

– Габриэлла! – я сдвинулась и взволнованно притянула ее к себе для объятий, ущипнув за лицо, чтобы убедиться, что она настоящая.

Твердая кожа коснулась кончиков моих пальцев, и она отстранилась, шлепнув меня по руке с нервным смешком. Мои губы дернулись вверх в приветствии.

– Что? Как? Почему?

– Я уговорила твою пару взять меня с собой, – она расправила плечи и вздернула подбородок, гордая и хитрая, как лиса.

Я промычала в ответ, затем рухнула на спинку кровати. Это было бы нехорошо.

– Я действительно рада тебя видеть, но знает ли Эйден? А Джордж?

Когда она не ответила, я сузила глаза.

– Ты сбежала…

– Да, – ответила она с улыбкой.

Я провела руками по лицу, когда из меня вырвался стон. Райкен не только похитил меня, но и взял в заложницы королеву Камбриэля. Война велась бы на слишком многих фронтах, и все благодаря ему. Я покачала головой; Райкен сошел с ума.

Я уставилась на неё, совершенно потеряв дар речи, когда она подошла к шкафу напротив меня и порылась в нем. Предметы одежды были сброшены на пол, пока она разглядывала каждую вещь и неодобрительно цокала языком. Наконец, она схватила маленькое черное платье и наклонила к нему голову, кивая.

Платье приземлилось рядом со мной.

– Фейри странно одеваются, – заявила она, и мои глаза оценили ее фигуру и ее облегающий наряд, низко опускающийся в вырезе и открывающий вид на живот – образ, устрашающе похожий на то, что Эйден заставлял меня надеть. – Одевайся. Ты пропустила обед, а сейчас время ужина. Все ждут.

– Кто все? – спросила я, хватая платье и рассматривая его на свету.

Оно было немного более консервативным, чем то, что я привыкла носить. Вырез был небольшим, но привлекательным, и вдоль ног не было разрезов. Я одобрительно кивнула и сняла ночную рубашку.

Габриэлла повернулась и прошлась по комнате, наклоняясь над украшениями и рассматривая их.

– Те две ведьмы, которые были не очень рады меня видеть. Твоя пара, рыжеволосый мужчина, эта ехидная верховная леди и два верховных лорда, включая того, с красными глазами, – вздохнула она. – О, и твой наставник, Редмонд.

Когда Габриэлла повернулась, я была полностью одета и стояла перед зеркалом, разглаживая шелк платья. Я критически оглядела наряд и встретилась с ней взглядом в отражении. Она улыбнулась.

– Ты выглядишь великолепно.

Я проигнорировала комплимент, хоть он и был приятным, и сосредоточилась на том, кто будет за ужином.

– Одна из этих двух ведьм – моя подруга… или была ею раньше. Она не разговаривала со мной очень давно, и я не уверена, что у нас с ней все в порядке.

Эулалия была поблизости и до сих пор не сказала мне ни слова. Пришло время мне выяснить почему.

– И я не считаю, что Райкен – это моя пара, по крайней мере, не сейчас. Редмонд… не думай о нем. С двумя фейри, которых ты упомянула, хотя, кажется, я встречала красноглазого мужчину – я сделала паузу. – Подожди. Почему ты вздохнула, когда упомянула о нем?

Ее глаза расширились, а пальцы вцепились в шелк платья.

– Без причины.

Я бросила на нее косой взгляд, спрашивая, почему она отказалась признать мечтательный вздох, который прозвучал при одном упоминании ужасающего мужчины, который сопровождал меня из подземелья. Решив, что лучше не копать слишком глубоко, я сменила тему.

– Я так рада, что ты здесь.

Габриэлла подошла к окну, подставив лицо солнечному свету. Яркость Страны Фейри было трудно принять, учитывая состояние Камбриэля. Если Райкен продолжит разрушать мир, это будет только вопросом времени, когда тьма доберется и сюда.

– Я тоже рада быть здесь, – мягкая улыбка озарила ее лицо. – Всю мою жизнь меня что-то звало, и, думаю, это «что-то» вело меня именно сюда, – прошептала Габриэлла, и солнце заиграло в её радужке. – Нет, я точно знаю, оно звало меня сюда.

У Габриэллы была душа искательницы приключений, которую слишком долго сдерживали. Я восхищалась ею в этот момент.

Что бы это было – ощущать это знание глубоко внутри, быть настолько уверенной в себе? Что значит быть столь решительной, но при этом наполненной верой и светом?

Я не могла себе этого представить. Но мне хотелось стать такой – идти по жизни без колебаний, уверенной в каждом своём шаге, в каждом выборе.

В последний раз я взглянула в зеркало, разглаживая элегантные складки своего платья и обдумывая, что мне делать дальше.

Я бы позаботилась о том, чтобы заключение договора прошло без сучка и задоринки, но мне нужно было вернуться в Камбриэль, чтобы выполнить это. Если я причиню Райкену боль в процессе, так тому и быть.

В любом случае, он сам напросился на это.

Глава 27

Далия

Те, о ком упоминала Габриэлла, занимали длинный деревянный стол, с нетерпением ожидая нашего прибытия. Стол был полностью украшен серебряными и золотыми вставками, и я не упустила тонких намеков на значение украшений. Нашей общей связью всегда было серебро и золото.

Мои губы скривились, когда я встретилась взглядом с Райкеном.

– Ты успокоилась? – спросил он, и я вскипела от этого вопроса.

После всего, что он сделал, это точно не входило в мои обязанности «успокаиваться».

Райкен сидел во главе стола, с Фином по левую руку, а также с тремя другими верховными фейри, включая того самого мужчину с красными глазами, от одного вида которого веяло ужасом.

Я вздрогнула при виде него, но Габриэлла осторожно заняла место напротив него и улыбнулась. Ошеломляющее ощущение ужаса, исходящее из его пор, внезапно исчезло, как только он встретился с ней взглядом.

Я прищурилась, глядя на пустой стул между Райкеном и Редмондом, место, зарезервированное для меня, но это было последнее место, на котором я хотела сидеть. Я обошла их, не останавливаясь у пустого стула, и прошла мимо Эулалии, положив руки на спинку сиденья Исадоры.

– Двигайся.

Она посмотрела на Эулалию, которая только кивнула, прежде чем встать и занять мое место. Я скользнула в кресло, посмотрев налево, на Габриэллу, а затем снова направо, на Эулалию.

– Я думаю, нам пора поговорить.

Эулалия напряглась оттого, что она не привыкла слышать такой мой тон, твердый тон. Она резко повернула голову и бросила на меня злобный взгляд.

– Наедине, как только этого сумасшедшего не будет поблизости. Я навещу тебя сегодня вечером; завтра мы с Финном отправляемся в Земли Драконов.

Она перевела пристальный взгляд на свою пару, и я приподняла бровь.

Похоже, Эулалия была против плана, который был реализован. Я не знала, чувствуют ли они себя обиженными или гордыми.

Она изучала меня, замечая смесь эмоций на моем лице.

– Я рада видеть тебя, Далия, но твоя пара и почти все за столом прокляли мир за этот единственный момент. Судьба должна была пойти другим путём, но вместо этого… вот мы здесь, – вздохнула она. – Прости меня за отстранённость в Камбриэле. Я не хотела, чтобы между нами появилась дистанция, но это было необходимо, чтобы не допустить, чтобы судьба оказалась в чужих руках.

Для меня было облегчением услышать, что моя подруга не злилась на меня за все, что произошло, а вместо этого держалась на расстоянии, опасаясь какого-нибудь нежелательного исхода. Я могла только предположить, что она использовала провидицу, чтобы заглянуть в отдаленные возможности, что было трудным подвигом, учитывая ограничения, накладываемые на видения будущего. Боль в моем сердце немного утихла, и я вздохнула с облегчением.

Войдя сюда, я утвердила, что все еще испытываю некоторое негодование по поводу холодности, которую она проявила в Камбриэле. Так много вопросов без ответов вертелось у меня на кончике языка, и она задолжала мне ответы. Я не была пешкой, которую можно использовать и которой можно манипулировать.

– Эулалия, эта судьба, это будущее, о котором ты говоришь. Где я была?

Она схватила салфетку и положила ее себе на колени, пока официанты сновали между нами, наполняя наши тарелки и бокалы. Все за столом внезапно увлеклись едой, стоявшей перед ними, и вели светскую беседу так тихо, что не было сомнений, что они меня слушают. Они, вероятно, знали так же мало, как и я. Со стороны Эулалии было бы неуместно сообщать им больше информации, чем необходимо.

Она наклонилась ближе.

– В конце концов, ты была бы в порядке, даже счастлива. Обещаю. Я бы никогда не допустила будущего, в котором не было бы тебя.

Она крепко зажмурила глаза.

– Но теперь провидицы больше нет, и нет способа узнать, какие шаги последуют дальше. Полагаю, лучшим вариантом было бы залечь на дно и ждать, что будет дальше.

– Что будет дальше?

– Я не знаю, – она покачала головой, – но это не может быть хорошо. Предполагалось, что ты уйдешь на короткий период, а потом вернешься более сильной, чем когда-либо, с миром в руках. Сейчас все по-другому. Так не должно быть.

Неуверенная в том, что она имела в виду, я открыла рот, чтобы ответить, но она приложила палец к губам и заставила меня замолчать, бросив взгляд на высших фейри за столом. Они больше даже не пытались скрыть свою жалкую попытку подслушивания.

Она потянулась за своим вином и заговорила снова.

– Спасибо тебе, кстати, за то, что спасла мой ковен из темницы. Это была судьба, которую мы не предвидели, и я всегда буду у тебя в долгу. Ты всегда можешь доверять мне, даже если тебе так не кажется.

Я наклонила голову и повторила ее движения, потянувшись за бокалом вина. У меня закружилась голова, когда сладкая жидкость коснулась моих губ, и я улыбнулась, медленно покручивая вино во рту.

О, как давно это было, старый друг.

Райкен заговорил, и моя улыбка исчезла. Даже волшебное вино не смогло смягчить раздражающий звук его голоса.

– Итак, слышал, ты пыталась сбежать сегодня. Несколько раз. Почти впечатляет. Хотя, как тебе удалось просеять себя в сильно защищенную железную камеру, остается только догадываться.

Мои щеки вспыхнули при воспоминании о том, как я растянулась на траве внизу, а бесчисленные фейри смотрели на это, показывая пальцами и смеясь. Затем, этот идиотизм – оказаться запертой в очередном подземелье. Я была в ужасе. Рана от пребывания в ловушке в той темной камере едва успела затянуться, все еще кровоточа сквозь все остальные мысли.

– Я хочу уйти.

Райкен устроился поудобнее в кресле и склонил голову набок.

– Этого не произойдет. Ты можешь попробовать. Кто знает, где ты окажешься? Я могу гарантировать одно, и это то, что ты не проникнешь за этот барьер. Он заколдован для защиты от подобных действий.

Странно, что барьер фейри заколдован таким образом, но Райкен, Редмонд, Финн и ведьмы нашли путь в Страну Фейри и обратно. Должен быть способ обойти его. Я бы нашла способ, даже если бы на это ушли годы.

Я сузила глаза, глядя на Райкена, вкладывая в свой взгляд всю ярость, которую смогла собрать.

– Ты не удержишь меня здесь надолго. Я не потерплю, чтобы меня запирал в клетке мужчина, который считает меня своей собственностью. Больше никогда.

Вилка Райкена звякнула о тарелку, и он наклонился вперед, его глаза сверкнули. Все замолчали, не желая, присоединяться к ссоре влюбленных, происходящей прямо у них на глазах.

– Я бы не стал запирать тебя в клетке, и я не думаю о тебе как о собственности, – заявил он. – Я хочу, чтобы ты была в безопасности, и ты не можешь доверять этому демону. Ты собиралась принять опрометчивое решение. Снова.

– Будто ты сам никогда не принимал необдуманных решений, – прошипела я, впиваясь в него взглядом. – Думаешь, я не понимаю, что ему нельзя доверять? Я знаю его лучше всех. Знаю, что им движет, знаю его самые сокровенные желания. Не принимай меня за дурочку. Я знаю, что он хочет меня – но он меня никогда не получит. Никогда. Я была твоей, но ты сам это выбросил. А теперь хочешь удержать меня, как это делал Эйден. Знаешь, кем это тебя делает? – Я сжала кулаки. – Лицемером.

Райкен покачал головой и стиснул челюсти.

– Я совсем на него не похож.

– О? – я усмехнулась, приподняв бровь. – Поскольку мы пара, это нормально – нарушать мои границы? Дает ли это тебе право владеть мной? Потому что я могу гарантировать, что он думал точно также, – я покачала головой и прошипела. – Ты думаешь, что ты лучше его, и все же ты пытался заявить на меня права без моего разрешения.

Он вздрогнул, затем сжал челюсти.

– Я не думал.

– И после этого ты смеешь подвергать сомнению мои решения? – крикнула я, хлопнув ладонями по столу.

Ярость и обжигающий гнев бурлили внутри меня, гнев из-за маленького кусочка свободы, который, казалось, ускользал сквозь мои пальцы, как зыбучий песок. Вся моя жизнь была наполнена волнением, когда я убегала, пряталась, уступая всем вокруг, делая себя достаточно маленькой, чтобы ускользнуть от нежелательного внимания. Единственный шанс, который мне когда-либо предлагали получить хоть какую-то независимость, был сорван моей собственной парой.

Моя магия выплеснулась на поверхность, корчась от чистого яда, струящегося по моим венам.

В комнате воцарилась мертвая тишина, и Райкен вздохнул, поднимая взгляд и встречаясь с моим. Его плечи поникли, а глаза затуманились.

– Чего ты от меня хочешь? – спросил он едва слышным голосом. – Что я могу сделать, чтобы исправить это? Я совершил ошибку, но я ее не исправлю. Ты можешь сердиться, но однажды ты поблагодаришь меня за это.

Весь яд внутри меня скопился на моем языке, и я выплюнула:

– Нет, я не стану. Я никогда не поблагодарю тебя за это. Ты ничего не сможешь сделать, чтобы это исправить. Я ненавижу тебя больше, чем когда-либо ненавидела Эйдена.

Это была абсолютная ложь, но удар пришелся туда, куда я намеревалась. Поток воздуха, который он вдохнул, убил ту часть меня, которую я считала давно умершей. Я продолжила, невзирая на боль, которую причинили мои собственные слова.

– Я ничего не хочу, кроме как никогда больше не разговаривать с тобой.

Его челюсть сжалась, а губы сжались в прямую линию. Стакан в его руке разлетелся вдребезги, когда он поднялся и навис над столом, упершись обоими кулаками в дерево.

– Отлично. Можешь больше со мной не разговаривать, но ты все равно не покинешь Страну Фейри, – он перевел взгляд на Финна. – Финн, возьми ее завтра с собой и Эулалией в Земли Драконов. Возьми и Габриэллу. Если Далия хочет здесь независимости, она может получить ее, но только в Стране Фейри. Больше нигде.

Он умчался, оставив тарелку с недоеденной едой. После его отсутствия в комнате воцарилась тишина.

Скрип отодвигаемого стула прервал напряженную атмосферу, и мой взгляд метнулся к женщине-фейри, поднимающейся из-за стола. Ее наманикюренные ноготки заскользили по дереву, когда она ухмыльнулась, бросив в мою сторону взгляд, полный чистого презрения.

Именно эта женщина плохо отзывалась обо мне, когда я лежала в постели в коматозном состоянии. Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди, встретившись с ней взглядом и бросив на нее свой собственный свирепый взгляд.

Расчет и негодование накатывали волнами, а вспыхивающий неон ее ауры предупреждал о нечестных намерениях. Она хотела мою пару, и не было ничего, чего бы она не сделала, чтобы заполучить его. Уголки ее накрашенных красным губ растянулись в злобной усмешке, и я стиснула зубы. Я ничего не знала об этой женщине, но знала, что с ней будут проблемы.

Она бросилась вдогонку за моей парой, и я фыркнула.

Только через мой труп.

Золотая сила вырвалась из моих рук в погоне за ней, ударив ее сзади и отправив ее тело, шатаясь, в двери.

Ее глаза расширились, когда она распростерлась на земле, а золотистые усики ударили в дверь, ударив ими прямо ей в лицо. Шум, раздавшийся из-за этих дверей, вызвал ухмылку на моем лице. Золотые завитки продолжали двумя струйками носиться по комнате, опрокидывая вазы, переворачивая картины, сея хаос и наслаждаясь этим ощущением.

Удивительно.

Эулалия уронила вилку и положила свою руку на мою, в ее глазах сияла гордость за новообретенные способности, но также и предупреждение.

– Кажется, у нас появился новый навык для тренировки. Очень мило. Теперь верни ее обратно.

И я вернула.

На данный момент.

Мы вчетвером отправились в Земли Драконов на корабле. Финн мог бы легко перенести нас, но он утверждал, что единственный способ ощутить всю мощь его страны – это через воду.

Он был прав.

Мы с Габриэллой стояли на носу корабля, пробираясь по таким прозрачным бирюзовым водам, что была видна каждая мельчайшая деталь радужных рыб, плавающих под нами. Солнечный свет пробивался сквозь воду, освещая своими лучами мир. Рифы внизу были полны жизни, и я поймала себя на том, что заворожена цветами рыб – розовыми, зелеными, голубыми, оранжевыми и даже фиолетовыми. Я не заметила нашего прибытия, пока Габриэлла не толкнула меня локтем в бок и не указала вдаль.

Зрелище было захватывающе прекрасным – множество известняковых зданий были словно вросшими в скалу, едва удерживаясь на краю бездны. У подножия скалы, вдоль берега, располагались маленькие лавки и ресторанчики, а по округе прогуливались фейри, наслаждаясь ярким солнечным днем. На самом высоком утёсе возвышался замок – его длинные башни тянулись к небу так высоко, что их вершины едва просматривались сквозь широкую пелену облаков.

Драконы прорывались сквозь облака, широко расправив крылья, когда парили над островом, время от времени из их могучих пастей вырывались клубы дыма и пламени.

– Потрясающе, – произнесла Габриэлла рядом со мной, ее голос был полон благоговения.

– Красиво, не правда ли? – Эулалия подошла к нам сзади и вдохнула свежий воздух. – Мы прятались здесь три месяца после того, как ты освободила нас из той темницы, все это время обдумывая следующие шаги твоей пары. Ковен здесь, как и последние несколько групп магов и ведьм с континента. Магов намного больше, чем ведьм, но я полагаю, что возможность использовать магию ведьм, а также сродство со стихиями, пошла на пользу их выживанию во время сбора. Кэтрин сейчас замужем за одним из них, и она беременна.

Так вот где была сестра Исадоры.

– Это действительно захватывает дух, – ответила я, осматривая окрестности. – Что мы будем здесь делать?

– Я буду тренировать тебя, и Фин тоже. Каждая магическая группа здесь проводит свои дни, тренируясь и оттачивая свои способности. Просители убежища находятся под защитой отца Финна, повелителя драконов. Он добрый человек, насколько это возможно для фейри.

– Я не тень, как думала. Как ты можешь обучать меня, если мы не знаем, кто я? – спросила я. Нахмурив брови, я с опаской посмотрела на Эулалию. – Подожди, ты знаешь, кто я?

– Нет, – она разочарованно покачала головой. – Матильда не сказала бы мне, даже если бы знала. Были некоторые вещи, которые ей удавалось сохранить в секрете, как бы отчаянно мы ни пытались собрать информацию.

Она на мгновение замолчала и пожевала губами, задумчиво переосмысливая свои действия.

– Я знаю, что поступила неправильно – использовала её ради информации. Всё закончилось так же плохо, как и раньше. Но когда меня вынудили занять место главы ковена, я просто не справилась с этим грузом. До сих пор не справляюсь.

– Не могу себе представить, – сказала я.

– Предположим, лучшее, что мы можем сделать отсюда, – это ничего не делать.

Эулалия пожала плечами и отступила, а мой взгляд сосредоточился вдалеке, наблюдая за драконами, которые ныряли в прибой и вытаскивали рыбу. Они подбрасывали ее в небо и поджаривали в воздухе, а затем, когда рыба по спирали опускалась вниз, проглатывали целиком.

Корабль остановился в доках под утесами, и я вдохнула, пытаясь унять нервы в животе. Матросы втащили нас в гавань, и Габриэлла потянулась и схватила меня за руку. Нервная улыбка тронула наши губы, когда мы столкнулись с новым миром, одновременно ужасающим и захватывающим, наполненным безграничными возможностями.

Когда пришло время, мы вместе сошли с корабля и отправились в наш новый дом.