Текст книги "Лекарь для дракона (СИ)"

Автор книги: Майя Фар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 44

Сегодня утром у меня было какое-то странное предчувствие, какое-то беспокойство на грани сознания, будто бы я что-то забыла. И вроде бы взяться этому беспокойству было неоткуда. Вчера приехали военные, забирать принца на переговоры, и, перед тем как передать его военным, я ещё раз проверила Его Высочество, принца Атранда.

Парень мило улыбался, но так и не рассказал мне, откуда у него затемнение возле сердца.

Я предложила ему проверить, нужно ли его убирать.

Но он мягко сказал:

– Вы, госпожа Лия, и так сделали для меня очень много. И мне жаль, – добавил он, – что ситуация между нашими странами такова, что мы находимся по разные стороны баррикад.

После он пару мгновений помолчал и добавил:

– Я бы хотел, чтобы всё было по-другому.

И отчего-то в его глазах я и увидела то, что сейчас вызывало у меня беспокойство. Как будто бы он меня жалел.

С чего бы ему меня жалеть? С чего вообще принцу другого государства жалеть лекарку-простолюдинку из военного госпиталя? Если только Мельдор не обладает какой-то чудовищной силой, чтобы, презрев все мирные инициативы, обрушиться на Энарру, и поработить всех её жителей…

Я даже потрясла головой, настолько эта картина была нереальной.

После принц уехал, а потом вечером нам один из штабных офицеров, заехавший в госпиталь по своим делам, рассказал, что переговоры прошли весьма успешно. Действительно, в Сартаис приезжал Его Величество король Раэндир, и получилось договориться, и принца Атранда отпустили домой.

В целом мы вчера из госпиталя разошлись все в хорошем настроении, потому что заключение мирного договора означало то, что Мельдор отодвинется от границы Энарры, и это был знак для начала спокойной жизни в Сартаисе.

И вот сегодня утром, проснувшись, я ощутила это беспокойство. Оно ощущалось словно комариный писк ночью: когда ты не видишь, где этот комар пищит, но не можешь уснуть из-за того, что он продолжает мерзко пищать.

Но, я, решив, что это последствия переживаний последних недель, отмахнулась от этих беспокойных ощущений, как отмахнулась бы и от самого комара, и поехала в госпиталь на работу.

В госпитале продолжалось лечение военных, пострадавших от последней эскапады Мельдора. Я, делая осмотр своих пациентов, радовалась, что хотя бы на какое-то время воцарится мир, и драконы, и маги, и люди смогут восстановиться.

До конца рабочего дня оставалось примерно пара часов. Сегодня я не собиралась задерживаться, мне оставалась лишь «бумажная» работа и я планировала поехать домой.

Я находилась в своём кабинете и как раз делала пометки, просматривая медицинские карты, чтобы понять, кого завтра можно будет отпустить из госпиталя, а кому нужно ещё задержаться для лечения.

И вдруг дверь в мой кабинет распахнулась, и в проёме двери появилось встревоженное лицо Зины.

– Госпожа Лия, – сказала она и встала истуканом.

– Что случилось, Зина? – спросила я, вдруг снова ощутив то самое беспокойство, что снедало меня утром. Вот только оно теперь встало каким-то странным комком в горле, мешавшим мне вдохнуть, выдохнуть и даже сглотнуть.

– Что, Зина? – повторила я.

– Там к вам пришли, – сказала она.

– Кто? – спросила я и сразу же увидела, что из-за спины Зины в кабинет вошла Кларина.

Посмотрев на её лицо, я сразу поняла, что произошло что-то страшное. Я вскочила из-за стола, ощущая слабость в ногах, но, сделав усилие, заставила себя подойти к ней.

– Что случилось, Кларина?

– Леди Лия… – выдохнула Кларина и вдруг рухнула на колени, стала причитать, рыдая.

Сквозь слёзы и рыдания ничего не было понятно, что она говорит. Я взглянула на Зину. Та, разинув рот, стояла и смотрела.

– Зина, – сказала я, – принеси, пожалуйста, воды с успокоительным.

Зина вышла, прикрыв за собой дверь.

Я подняла Кларину с пола, усадила её на кушетку.

– Кларина, успокойся, успокойся, – несколько раз повторила я.

Наконец Кларина перестала причитать и сказала, не глядя на меня:

– Простите меня, леди… Я его потеряла.

– Кого, Кларина? – я начала терять терпение и даже не почувствовала, как моя рука, лежащая на плече женщины, сжалась так, что Кларина поморщилась от боли. Но зато это помогло ей прийти в себя, и она наконец-то выговорила:

– Сыночка вашего…

И Кларина опять начала рыдать. В этот момент распахнулась дверь, зашла Зина, неся на подносе стакан. В кабинете сразу разлился запах валерианы. Я схватила этот стакан, но, вместо того чтобы отдать его Кларине, сама выпила залпом.

Зина расширившимися глазами смотрела на меня, брови её поднялись вверх.

– Зина, принеси, пожалуйста, ещё стакан, – сказала я.

Кларина так и сидела на кушетке, обхватив себя руками. Я подошла к ней, мне пришлось её жёстко встряхнуть.

– Кларина, быстро и чётко расскажи мне всё, что произошло!

– Я, как обычно, – сказала Кларина, – вышла с Александром на прогулку…

Александром я назвала своего сына. Я хотела назвать его в честь своего отца, но, к сожалению, имени Вадим не было в этом мире. А имя Вадемирр меня не устраивало. А вот имя Александр здесь было, и как раз так звали моего деда. Я подумала, что пусть частичка моей прошлой жизни будет здесь.

– Так, ты вышла гулять. А что дальше?

– Мы прошлись по улице, потом я прикатила коляску во двор, – Кларина снова начала тяжело дышать, как будто пытаясь справиться с рыданиями.

– Дальше говори! Что было дальше?!

– Александр спал, – сказала Кларина. – Я не стала его вынимать из коляски, оставила коляску во дворе, но я закрыла калитку. И окно у меня было открыто. А потом я вышла… – голос Кларины снова прервался, и она снова заплакала. – …вышла, а его нет.

– Его нет? С коляской? – зачем-то переспросила я.

– С коляской…

– Что же делать, госпожа Лия? – вдруг беспомощно спросила меня Кларина и, словно что-то вспомнив, вздрогнула.

– Что ещё? – сразу поняла я.

– Вот, – она протянула письмо.

– Откуда это? – спросила я, не открывая бумагу.

– Камнем было прижато. Лежало на том месте, где коляска стояла…

Дверь распахнулась снова, это вошла Зина с подносом. Я взяла стакан, но в этот раз отдала его Кларине.

– Пей.

– Зина, выйди, пожалуйста, – сказала я застывшей Зине, которая с интересом смотрела на нас обеих.

Хорошо, что Зина была не обидчивая. Она просто кивнула и вышла из кабинета.

Я раскрыла бумагу. Это было письмо от похитителей. Причём они знали, кто я. Они знали, чей это сын. Письмо начиналось со слов:

«Леди Амалия Каэнарр, нам прискорбно сообщать вам об этом. Но так сложились обстоятельства, перед которыми, как правило, даже самые сильные расы бессильны…»

Дальше шло витиеватое изложение и аргументация того, почему они это сделали. Но суть сводилась к следующему:

«Хочешь увидеть живым ребёнка, постарайся перейти на территорию Мельдора. Скажешь что-то дракону, мы это обязательно узнаем, и ребёнок умрёт. Захочешь нас обмануть, мы это тоже узнаем, и сделка не состоится. Но если ты придёшь, то получишь своего ребёнка назад».

У меня не было слов. Что было делать? Каждый мог оказаться на службе Мельдора. Скажу лекарю Сайену и подставлю его. Попробую прорваться к Каэнарру и они узнают. Кто мог знать, что ребёнок не Бофора, а Каэнарра?

Дорогие Читатели, простите за задержку, дни выдались очень напряжёнными, завтра тоже будет продолжение!

Ваша Майя

Глава 45

Барон Аронар мог знать. Но он не может быть предателем, он воевал против Мельдора, и последнее его ранение тоже было тогда, когда он спасал людей, попавших в засаду.

И тут мне на ум пришёл дер-полковник Сафар Айронир. Он знал, кто я. Мог ли он узнать, что это ребёнок дер-генерала?

«Вполне, – подумала я. – И он приходил к принцу Мельдора. Мог ли он ему об этом рассказать?..»

Я вышла из кабинета. Кларина шла за мной. Конечно, ни о каком окончании рабочего дня речи не шло. Навстречу мне попался Рено.

– Госпожа Лия, что с вами? На вас лица нет, – сказал Рено.

– Мне надо срочно домой, Рено, можно я уйду? – попросилась я.

– Да, если надо, конечно, идите. Ничего страшного, нет, с чем бы мы не справились. Но, может быть, вам нужна помощь?

Я слабо улыбнулась.

– Спасибо, Рено. Я обращусь, если мне понадобится помощь.

На улице ждала повозка, на козлах сидел Нират. Мы поехали по направлению к дому.

Я думала о том, кто из тех, кого я знаю из военных или из моего окружения, надежен, и даже случайно не выдаст информацию, если вдруг мне удалось бы передать информацию. Думала, и понимала, что не могу доверять никому. Мне вдруг каждый стал казаться странным.

Если поначалу я подозревала только Сафара, то пока мы добрались до дома, я уже подозревала даже генерала Каэнарра. Не в том, конечно, что он работает на мельдорцев, а в том, что у него в штабе есть агенты Мельдора, а он об этом не знает.

Чем ближе мы подъезжали к дому, тем больше мои мысли перетекали в практическую плоскость. Я начинала продумывать: «А как я попаду на ту сторону?»

Я точно не знала, как перейти границу, но знала, что есть проходы, по которым местные жители частенько ходят на ту сторону, кто за специальными цветками, кто за ягодами. И вроде как эти проходы особо не охраняются. Но всё равно мне нужен был проводник.

Как оказалось, Мельдор продумал и это. Когда мы подъехали к дому, там меня ожидало ещё одно письмо. В нём было написано, в каком месте и в какое время меня будут ждать, чтобы провести через границу:«Не придёшь в течение получаса от назначенного времени – сына больше не увидишь».

Я посмотрела на время: до встречи оставалось меньше часа, а ещё надо было туда добраться. Времени не было даже перекусить. И я, отбросив сомнения и мысли, что надо бы всё же кому-то сообщить, быстро собралась, одела удобную одежду и, в начинающихся сумерках, отправилась в сторону гор.

Человек, который там меня ждал, появился неожиданно, напугав меня. Он был в маске, но судя по походке, по манере двигаться, я его совершенно точно не знала. Он просто молча кивнул мне и пошёл вперёд. Видимо, предполагалось, что я должна идти за ним. Что я и сделала.

Когда мы начали проходить через лес, который рос прямо на горе, уже совсем стемнело. Зажигать какой-либо огонь он мне запретил, поэтому приходилось напрягать зрение. Хорошо ещё, что у дракониц оно было гораздо острее, чем у людей, и я старалась не потерять его из виду и не переломать ноги. Сколько мы так шли, я не могла сказать точно, наверное, что-то около часа.

А потом вдруг я услышала странный звук. Стрела пролетела с таким звенящим свистом, и, вдруг, увидела, как человек, идущий передо мной, вздрогнул, остановился и резко, бесформенной кучей, без звука, упал прямо на тропу.

Я остановилась, стала озираться, ничего не было видно и слышно. Более того, тишина была неестественная.

И вдруг на меня сверху упала сеть. Нет, не сеть – это было какое-то плетение, не материальное, но весьма ощутимо спеленавшее меня.

«Скорее всего, был задействован какой-то артефакт,»– отстранённо подумала я.

Сразу после этого послышались голоса.

– Какую контрабандистку отловили! – воскликнул один.

– Куда её?

– Ну как куда, сейчас в гарнизон отведём. Пусть там капитан решает.

– А этого куда?

– Да уже никуда! – мужчина, который в этот момент склонился над мои проводником, встал и сказал:

– Готов.

Мне захотелось закричать. Громко! Но вместо крика из меня вырвалось лишь шипение.

Я постаралась понять, чьи это солдаты? Хотя для меня сейчас, что солдаты Энарры, что солдаты Мельдора, были одинаково опасны.

Формы не было видно, но мне показалось, что это солдаты Энары. Я попыталась сказать, что я не контрабандистка, но снова ни звука не вырвалось из моего рта. Видимо, плетение действовало ещё и на голос.

Солдат было четверо. Один постарше, приблизившись ко мне, всмотрелся в моё лицо и спросил:

– Зачем ты пошла через границу-то? Глупая, – сказал он.

Я попыталась ответить, но у меня опять ничего не получилось.

Старый солдат крикнул:

– Убавь слегонца!

И вдруг я почувствовала, что могу говорить.

– Мне надо… – сказала я.

Старый солдат вздохнул:

– Ну вот, «надо»... Значит, сейчас пойдёшь, расскажешь нашим безопасникам, зачем тебе надо.

Потом снова всмотрелся в меня и спросил:

– Сейчас пойдём. Глупостей делать не будешь?

– Да она небось убежит, – сказал тот, что помоложе. – Не отпускай её из сети, пусть так идёт.

Я молчала, потому что действительно продумывала план, как бы прыгнуть в лес и затеряться в темноте. Но, судя по тому, что военных не было слышно перед нападением, они использовали какие-то артефакты, и вряд ли они использовали все.

Но у меня было преимущество, солдаты были людьми, а я драконицей. Под артефактом это было незаметно, поэтому они могли расслабиться, и у меня могла появиться возможность сбежать.

Больше всего я боялась, что не успею к сыну.

Глава 46

Столица Мельдора. Королевский дворец

Королевский дворец Мельдора мало чем отличался от королевского дворца Энарры. Всё же у драконов, и той, и другой страны было много общего и драконам нравились одни и те же вещи.

Например, они любили натуральный камень, много золота, воду и воздух. Всё это, естественно находило отражение и в архитектуре.

Своды в драконьих дворцах были высокие, да и сами дворцы строили повыше. И сейчас под высокими сводами дворца в столице Мельдора сидели трое. Все трое были похожи друг на друга, блондины, и, как и все драконы, красавцы.

Его Величество Арант Первый, мощный, с широкими плечами, он был воином, сам часто возглавлял военные операции в этой затянувшейся войне.

Его брат, герцог Мельдорский, не такой мощный, но обладающий тоже примечательной внешностью, и одной особенностью, у герцога глаза были разного цвета, а его дракон, тоже отличался неравномерностью окраса. Герцог поэтому не любил обращаться в дракона, ему не нравилось то, что белые полосы на его коже смотрелись как следы от какой-то болезни. Но герцог Мельдорский обладал гибким и изворотливым умом, и славился тем, что всегда мог найти выход, даже из самой безвыходной ситуации.

И молодой наследник, принц Атранд, очень сильно похожий на своего отца, но выглядевший стройнее, хотя в спаррингах, которые она проводили постоянно, ни в чём не уступал матёрому дракону, даже наоборот, принц был гораздо быстрее отца. И если король брал мощью, больше полагаясь на действительно огромную физическую силу, то принц Атранд всегда был быстрее многих своих соперников.

Король, слегка наклонившись вперёд, изучающе смотрел на сына.

Принц Атранд говорил негромко, но уверенно:

– Она придёт, – сказал Атранд, скрестив руки на груди. – Надо просто подождать, я знаю, что она получила все послания, никого не привлекала, и вовремя встретилась с проводником.

–Да, – мрачно сказал герцог Мельдорский, – вот только границу ни она, ни проводник так и не перешли.

– Значит им пришлось задержаться, – всё с той же незыблемой уверенностью сказал принц Атранд.

– Что для тебя эта лекарка? – вдруг спросил король сына.

Принц Атранд, не ожидавший такого вопроса от отца, вздрогнул, но быстро взял себя в руки:

– Она для меня никто, но вот её магия…

– А что с её магией? – спросила герцог Мельдорский.

– Она увидела гэдах*.

(*гэдах (выдумано автором) – скрытый амулет, для передачи мысли на расстоянии, но работает только между теми, у кого установлен, и только когда они находятся в зоне видимости друг друга)

На лицах короля и его брата появись искреннее удивление.

– Ты не мог ошибиться? – спросил король и взглянул на герцога.

– Нет, она несколько раз спросила, есть ли у меня проблемы с сердцем, – сказал принц, – и очень точно описала, где она видит затемнение.

Герцог медленно произнёс:

– Она что, маг жизни?

Теперь настала очередь принца Атранда удивлённо смотреть на дядю.

Герцог Мельдорский, видя, что племянник не в курсе о чём он говорит, уточнил:

– Гэдах может видеть только глава рода и маг жизни, потому что для мага жизни наши тела, как открытая книга.

Сказа это, герцог посмотрел на короля:

– Брат, теперь она мне тоже нужна.

– Значит подождём, – сказал король.

Хищное лицо герцога озарила предвкушающая улыбка:

– Вы представляете! У нас будет свой маг жизни!

–А если она откажется с нами сотрудничать? – спросил принц Атранд, вспоминая, что характер у лекарки не хуже, чем у генерала.

– Так у нас её сын, – улыбнулся герцог, – уверен, что она не откажется. А вот мне интересно, как это генерал Каэнарр потерял такую женщину?

Атранд вспомнил, что ему рассказал лорд Сафар.

– Генерал Каэнарр даже не знает, что лекарка и есть его жена.

Герцог расхохотался:

– Скоро горы будут наши, а Каэнарр лишится крыльев.

– Подождите, – воскликнул принц, – но лишить силы генерала Каэнарра может только гибель его связанной пары, а как же тогда лекарка будет нам помогать.

– Маг жизни может как установить связь, так и разорвать её, а, если она разорвёт связь, то никакого неба без ариферма Каэнарр больше не увидит, – сказал герцог.

– А ребёнок? – тихо спросил Атранд.

Герцог медленно повернул голову к племяннику. Его губы изогнулись в довольной усмешке.

– А ребёнка… вырастим, – сказал он, усмехнувшись, – в лучших традициях Мельдора.

***

Лия

Мне так и не удалось сбежать. Артефакт хотя и ослабили, но не выключили, поэтому ноги мои могли только шагать, а бежать не могли.

И все попытки вырваться из сети оказались тщетными, этот артефакт держал крепко, словно железные цепи.

Солдаты, так и не стали меня слушать, хотя я пыталась несколько раз завести разговор и про госпиталь, и про генерала Каэнарра, добилась только того, что пожилой солдат снова сказал:

– Продолжишь болтать, усилим действие артефакта.

Я поняла, что усиление действия артефакта приведёт к тому, что у меня снова пропадёт голос, а, если они ещё и оставят его включённым, то я вообще без голоса останусь.

До ближайшего гарнизона мы дошли примерно за полчаса.

Возникший сразу после того, как лес перед нами расступился небольшой военный форт, на фоне ночного неба выглядел мрачно и недружелюбно. Прямо перед нами оказалась высокая каменная крепостная стена. Но вскоре оказалось, что в стене есть ворота, которые открыли довольно быстро, и меня завели внутрь.

Внутри форта меня провели в небольшое помещение, оказавшееся кабинетом коменданта форта дер-капитана Вессара. К кабинету меня вёл воин помоложе, и, видимо, поэтому он со мной не церемонился. Тычком в спину меня втолкнули внутрь, прямо к столу, за которым сидел широкоплечий мужчина в военной форме. Он изучающе на меня посмотрел. Взгляд у дер-капитана Вессара был тяжёлым.

– Дер-капитан Вессар, – доложил ему молодой военный, передавая мои документы, который они вытащили из моей сумки, – вот обнаружена в лесу, при попытке несанкционированного пересечения границы.

Дер-капитан мрачно на меня посмотрел и резко спросил:

– Цель незаконного перехода границы, леди … ? – спросил Вессар и запнувшись на имени посмотрел в мои документы, я зачем-то взяла с собой полный комплект документов госпожи Бофор.

– Я не могу сказать сейчас, – отвила я, понимая, что никого такой ответ не удовлетворит.

И я почувствовала, как сердце стучит в висках, потому что Вессар медленно перелистал бумаги, задерживая взгляд на каждой печати и выражение его лица не обещало мне ничего хорошего. Он мрачнел с каждой страницей, и вдруг его брови сошлись на переносице.

– Вдова господина Бофора, род Янтарь… – протянул он, поднимая на меня глаза. – Интересно.

Я сглотнула, стараясь держаться уверенно.

– Так и есть.

Вессар усмехнулся, но в усмешке его не было ни капли веселья, и холодно сказал:

– Вам не повезло госпожа, не знаю, как вас там на самом деле, я служил вместе с Бофором, и знаю точно, что Бофор из рода Янтарь никогда не был женат.

Вессар ещё раз усмехнулся, на сей раз горько:

– Бофор погиб очень молодым, и это случилось несколько лет назад.

Мысли мои начали метаться, тщетно пытаясь найти выход.

–Позовите дер-генерала Каэнарра, он всё подтвердит! – сказала я, вдруг поняв, что никто и никуда меня не отпустит.

– Генералу больше делать нечего, как с непонятными девицами разговаривать, – отрезал капитан. – Бумаги подделаны, а это значит, что мои люди– молодцы, а вот ты шпионка или перебежчица.

Капитан встал из-за стола и добавил:

– Утром я доложу о тебе в штаб, а пока, посидишь в темнице.

– Нет! – я рванулась вперёд, но руки и плечи сжали солдаты. – Умоляю! Я должна быть Мельдоре! Вы ничего не понимаете, мне нужно в Мельдор! Вызовите генерала Каэнарра! Он подтвердит!

– Хватит! – резко оборвал Вессар, – раньше надо было думать. – В темницу её. Утром решим, кто и что будет подтверждать.

– Нет! – закричала я, вырываясь, но стражники схватили меня под руки, и будто куклу, потащили по коридору. Я кричала, умоляла, просила срочно вызвать генерала, но в ответ слышала только насмешки.

Они мне не верили.

Проведя меня по тёмному коридору, стражники остановились перед дверью, после чего один из стражников открыл её, за дверью действительно оказалась темница.

Меня втолкнули в сырую камеру, и тяжёлая дверь с грохотом захлопнулась. За решёткой маленького квадратного окошка, вырезанного на двери, мигнул свет факела и исчез.

Я кричала, билась в дверь, просила, умоляла, угрожала, что будет, если они сейчас же не позовут генерала Каэнарра.

Когда я пришла в себя, оказалось, что я так билась в дверь, что разбила себе лицо, костяшки на кулаках тоже были разбиты в кровь, я лежала на полу совершенно без сил и пыталась сосредоточиться, чтобы хоть немного залечить ушибы, которые сама же себе и нанесла.

Но паника не проходила, в голове билась только одна мысль: «Время уходит…»

Слёзы то и дело застилали глаза, дыхание сбивалось, я молилась всем богам: «Услышьте меня! Мне нужно чудо!»