Текст книги "Новое счастье попаданок (СИ)"

Автор книги: Мартиша Риш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

– Наша девочка немного расстроена своим браком. Муж ее, кажется, оскорбил. Вот и… выпустила на волю свою магию. С дамами это порой бывает.

– Но не все дамы – ведьмы! Грета, что ты себе позволяешь? – строго спросил Готфрид, – Ты назвалась моей дочерью, а теперь устроила разгром в покоях нашего Короля? Этим ты оскорбила не только себя, но и весь мой род! Весь! Слышишь?

– Я… – окончательно растерялась девушка.

– Не будьте так строги! – возмутился Король, – В первый день после свадьбы молодой женщине позволительно…

– Но не ведьме! И не герцогине! – вскипел барон, – И уж точно не такой женщине, как моя названная дочь. Грета, ты всегда умела держать в себе свою силу! Свои эмоции, свой дар! Разгромить покои во дворце! Да еще чьи! Покои самого Короля! Где твоя благодарность?

– Я не хотела, – Вера начала затравленно озираться. Что она сделала? Она окончательно была сбита с толку. О каком разгроме вообще идет речь?

– Ты должна немедленно все исправить, – настойчиво кивнул Готфрид.

По спине мужчины струился холодный пот. Он понимал, что Грета впервые проявила ту силу, которую долго скрывала, о которой никто не мог догадаться. Раньше она была великой, а теперь? Теперь ей нет равных по силе. И либо он, Готфрид, сможет настоять на своем, подчинит своей воле эту девицу, либо… Лучше не знать. В любом случае на кону сейчас всё. И он готов блефовать. Поставить в противовес силе ведьмы привязанность. Других козырей нет и не будет. Ну же, Грета! И зачем только он так редко появлялся в приюте? Нужно было нянчить ее малышкой каждый день, не спускать со своих рук. Да только он как-то стыдился, боялся нарушить правила заведения, приезжал только раз в год. А она ведь ждала его, та славная девочка.

– Грета? – холодно произнёс он.

– Что именно я должна исправить? – шмыгнула носом красивая молодая девушка.

Готфрид не выдержал этого детского звука, разве ведьме подобает себя так вести? Нет, так шмыгать носом может только маленькая растерянная девочка. Тот испугыш, которого он нашел посреди ярмарочной грязи и взял за чумазую ручку. Картинки прошлого встали перед глазами. Готфрид очутился перед Верой в два шага, обнял ее, уложил женскую головку себе на плечо.

– Девочка моя, ты сломала защиту королевских покоев. Ну как так вышло? Разве тебе не стыдно?

– Стыдно, – тихонько засопела Вера.

Она не привыкла к проявлению мужской любви, даже отцовской. В детстве отец никогда не брал ее на руки, он был слишком холоден для этого и порой слишком строг. Илья тоже не отличался заботой. Просто так ее никто никогда не гладил и не обнимал. И уж точно она не надеялась почувствовать ласку взрослого солидного мужчины просто так, без подвоха, будто бы барон и вправду оказался ее отцом. Вера растаяла от этого тепла, подалась вся навстречу чужим объятиям, и пусть они предназначались не ей, а настоящей Грете, какая разница? Ведьма отдала ей в наследство все. И фамильяра, и дракона, и Готфрида тоже, названного отца

– Тогда восстанови в покоях Короля защиту. Ты все разбила, даже окно. Так нельзя. Король не рискну… к-хм не решился тебя огорчать еще больше, вот и не сделал замечание. Но мне-то можно?

Вера кивнула.

– Как это сделать? – девушка не понимала, как применять свой дар. Пока все, что у нее выходило – распахивать двери, да отшвыривать от себя мужчин.

– Сплети руну защиты и накинь ее на все стены, хорошо? – растерянность ведьмы удивила барона. Но мало ли? Всё-таки девушка. Да и защиту ставят редко. Грета эта заклятие могла и забыть. Наверное.

– Я не могу.

– Давай мне свою руку, я помогу начертить символ, а дальше сама.

Готфрид осторожно перехватил тонкое запястье, согнул все пальчики кроме среднего.

Девушка подчинялась ему легко, она, похоже, и вовсе находилась на грани обморока. Что могло случиться, чтобы довести до такого состояния Грету? Ильмара захотелось убить. Подвесить за ногу над центральной площадью, обмазав предварительно медом. И выпустить лепреконов, чтоб соскребали лакомство острыми бритвами. Или лучше казнить, чтоб уж наверняка? Может, отдать на растерзание м-мм, да хотя бы тем же гремлинам? За плату они готовы на многое! Паршивец, довел ведьму! Чем он вообще думал? О чем!

– Все так? – в воздухе завис символ, похожий на снежинку, он переливался словно ручеек ртути.

– Именно так, бросай на окно и плети новый. Нужно перекрыть защитой все покои нашего Короля, верно?

Готфрид продолжил обращаться с ведьмой как с маленькой девочкой и даже из объятий не стал ее выпускать. Пусть чувствует в нем опору, женщинам это важно.

Плетение соскользнуло с пальчика и растянулось на оконном проеме, свечение довольно быстро погасло, только искорки невзначай пробежались по раме. Вторая руна далась девушке много проще. Ее она накинула на стену. Следующую – на пол. Удивительно, но ей было так спокойно в объятиях барона, будто бы он и вправду был ее отцом.

– Вот и все, ты большая молодец.

Готфрид чуть дёрнулся от той магии, что растеклась по полу под их ногами. Пожалуй, теперь в эти покои и сам хозяин преисподней попасть не сможет. Самое безопасное место во всем Королевстве. И Грета ничуть не опустошена после такого-то колдовства, что странно. Даже ее огромный резерв должен был иссякнуть.

– Спасибо, моя дорогая, – ласково улыбнулся Король, – Хочешь еще сладостей? Ты все свадебные подарки уже развернула?

– Еще нет. Утром я торопилась сюда. А ночью была занята, – робко улыбнулась Вера.

В окружении двух сильных добрых мужчин ей вдруг стало очень спокойно. Готфрид и вправду был для Греты тем, кто заменил отца. Вот с Королем все не так ясно. И смотрит он на нее странно, и глазом не то подмигивает, не то что? Может быть, это нервный тик?

– Ну, разумеется. Первая ночь брака, – мужчины переглянулись. Готфрид вопросительно кивнул Королю, тот едва заметно покачал головой в ответ.

– Ильмар ушел из дома и появился только утром. Его привели прохожие.

– Что это значит?

Готфрид наконец-то выпустил ведьму из своих рук. Теперь он вновь почувствовал себя в относительной безопасности. Грета зла ему не причинит, напротив, она чувствует себя в его объятиях под защитой. Смешно и забавно, но это правда. Смертельно опасный клинок тоже иногда мечтает очутиться под защитой в мягких кожаных ножнах. Так и Грете порой нужно вновь ощутить себя маленькой девочкой в объятиях отца. Пожалуй, Готфриду это ощущение тоже нравится. Отцов убивают не так уж и часто.

– Ильмар напился. Его едва доволокли до ворот моего особняка. Он и на ногах не стоял. Неужели так теперь и будет всегда? Я разведусь с ним.

– Проще овдоветь, чем ждать целый год, – задумчиво произнес Король и внимательно посмотрел в глаза Готфриду. Перспектива наблюдать ведьму в таком состоянии, как сегодня, целый год нисколько не порадовала мужчин.

Глава 26

Ильмар устроился зашивать свой камзол в кухне. Надеялся, что сюда посторонние не войдут. Его магии едва хватило на то, чтобы стянуть края огромной дыры. И ведь в этом ещё придётся появиться во дворце! Перед самим Королем! Парень зло перекусил нить, для того, чтобы это сделать, пришлось прикоснуться лицом к грязному лацкану. Столько дней в пути он провел в этом камзоле, да и вчерашняя ночь не сделала его камзол чище. Напротив, он извалялся в нём на мостовой и, как будто, не один раз.

Как теперь счищать всю эту грязь? Щетка не возьмет, от стирки испортится парадная вышивка. Может, ее и вовсе спороть к бесам? Но только маленьких ножниц с острыми лезвиями у него все равно нет, кинжалом он может пропороть ткань, да и вряд ли за пару часов камзол высохнет. Только щетка ему и поможет, если она найдется в особняке жены! Пока все, что нашел парень в кладовке – несколько тряпок и ведро. По шкафам Ильмар лазать не решился. Не его это дом, и он здесь не слуга, чтобы брать чужие вещи без спроса. Разве что Нолета попросить? Рабу позволено всяко больше, чем гостю. Пусть он отчистит камзол. Впрочем, приказывать чужому рабу он тоже не имеет никакого права! Черт, как поступить, чтобы вывернуться из щекотливого положения?

Парень перевел взгляд на штаны, им тоже не слабо досталось. Хоть дыр на них нет, а то, что замараны грязью? Может, такая расцветка теперь в моде! Рубашка герцога болталась за окном, немного шокируя местное население. Гораздо больше шокировал горожан вид его выстиранных панталон, которые развевались от ветра на заборе подобно победоносному флагу.

Какой же простой была его прежняя жизнь на Севере. Порой он вспоминал золотисто-белые волосы сестренки Элизы, иногда ему мерещились серые волны и вересковые пустоши с редкими, исковерканными ветром соснами посреди них. Как же там было красиво!

Молодой герцог сидел у окна с обнаженным торсом в тот момент, когда на кухню ворвались портные. Деваться парню уже было некуда, разве, что нырнуть в кладовую? Из нее наверняка есть выход на задний двор! Парень встал и тут же опустился обратно в кресло. В конце концов, он не виноват в том, что его жена решила позаботиться в первую очередь, да собственно, и в последнюю, о невольнике, а не о муже! Могла бы и ему заказать что-то из одежды. Хотя бы новый камзол. Все равно он бы от него отказался из гордости. Или бы принял с тем, чтоб потом вернуть ей всю стоимость, когда бы разжился деньгами!

– Господин, простите за беспокойство, но нам не удалось разжечь светильники в других комнатах. И потом, ткани лучше подбирать при дневном свете, чтобы госпожа точно осталась довольна нашей работой.

Нолет остался стоять за спинами у портных. Бледный, все еще изможденный. Дорога до столицы парнишке тоже не просто далась. Это Ильмар ехал верхом, а Нолету зачастую приходилось бежать следом. Вот и его ботинки все порвались. Хорошо, что Грета решила одеть раба, считай, повезло.

– Да, конечно, я понимаю.

– Быть может, я могу помочь вам с шитьем? Как я могу наблюдать, вы испытываете некоторое затруднение с вашим камзолом…

– Я очень люблю ремонтировать одежду. Это мое увлечение. Хорошо тренирует силу воли и остроту взгляда, – солгал Ильмар и побагровел.

– Вот как? Весьма любопытно, – дернулся глаз у портного при взгляде на испорченный наряд из дорогой ткани, – Позволите дать вам совет?

– Допустим.

– Накладывать заплатку лучше с изнаночной стороны ткани.

– Заплатку? – лицо Ильмара прояснилось. Он очень ярко представил бродягу в рваном и залатанном камзоле на приеме у Короля.

– Иначе стянет ткань, господин. Позвольте, я помогу.

– Не стоит.

У герцога окончательно опустились руки. Самому ему точно ничего не зашить. Никогда! Его шедевром станет залатанная дыра на лошадиной попоне! И деваться некуда совершенно! Герцог не может предстать перед Королем, одетый как бродяга, которого волокли домой по мостовой за ворот рубашки! Уколы от клинка все еще розовели на теле. И были весьма узнаваемы. Рихта хотелось убить. Может, и вправду стоит наведаться вечерком в "Золотого бобра"? Отомстить так, слегка. Не смертельно, а просто пару раз потыкать ножом под воровские ребра?

Раб с первого взгляда оценил положение Ильмара. Герцога он любил, был искренне ему предан, хоть и опасался на всякий случай. Мало ли?

– Позвольте я отойду на минуту, – склонил мальчик голову.

– Иди. Мы пока ткани разложим, – благостно распорядился портной.

Кухонный стол тут же оказался застелен плотной тканью, поверх нее пристроили отрезы дорогих полотен. Хлопок особенной выделки соседствовал с тонким шёлком и бархатом. Особенные кружева вспыхивали магическим светом. Мягкая кожа для обуви оказалась сложена на полу. Все красиво, достойно, очень дорого. Ильмар сглотнул. Портновские ножницы взметнулись на крылышках к потолку, иглы со всего маха влетели в стену напротив камина.

– Не бойтесь, дыр не останется – с улыбкой произнес портной.

Все было готово к работе, когда на пороге вновь появился мальчишка. К тощей груди он прижимал клоки серой шерсти, сваленные в некое подобие лохматого существа. Ильмар поморщился. И зачем только Нолет позорит себя? Для чего он принес это в кухню?

– Это шерстка Азу, хозяйского фамильяра.

– Я так и понял, – внезапно учтиво кивнул портной и окинул мальчика жадным взглядом, будто хотел его заполучить себе целиком. Ильмар немного напрягся и даже выпустил из рук иглу.

– Я сам ее вычесал, господин. Это чистейший пух.

– Очень похвально, – кивнул портной мальчишке.

– Этот пух мой, так объявила мне госпожа и Азу тоже.

– Вот как? Просто чудесно. Ты хочешь, чтобы я использовал его для какой-то особенной вещи? – Я был бы счастлив сменять его на что-нибудь для моего прежнего господина. В качестве подарка.

– Этот пух стоит достаточно дорого. Тебе на многое хватит. Кто же твой господин? Мне нужно снять с него мерки, чтобы что-нибудь сшить.

– Он сидит за вами. Господин Ильмар, вы позволите сделать вам подарок? – мальчик посмотрел на герцога оленьими большими глазами, полными надежды. Отказать Ильмар не смог. Что ж. Пара перчаток, это тоже не плохо. Или на что хватит пуха Азу?

– Благодарю тебя, Нолет, – учтиво произнес он.

– Вот и чудесно. Думаю, вам стоит приобрести новый сюртук по столичной моде, пару рубашек, исподнее вместо того, что приобрело судьбу флага на заборе. Штаны. Может быть, еще туфли.

– Я не смогу…

– Пуха как раз хватит. Он весьма ценен. Я продам его кому-нибудь из своих состоятельных клиентов. Что ж, поднимайтесь, я сниму мерки.

– Но…

– Довольно возражений, господин. Госпожа Грета не слишком любит гостей. Я намереваюсь закончить работу к обеду и покинуть ее особняк.

Ильмар старался ни о чем не думать, покуда с него снимали мерки и прикладывали отрезы ткани к лицу из числа тех, что не подошли по оттенку к коже Нолета. Он просто молчал, тупо глядя в буфет. Достоинство, честь, доблесть – все это погибло, осталось в далеком прошлом. Собственный раб его одевает! Впрочем, даже не собственный. Невольник жены! Вот бы добраться до того золота, что осталось в родовом замке. Или получить хорошую должность при дворе. В животе молодого мужчины вновь забурлило от голода. Ну не обносить же кладовые жены! И золота, чтобы навестить ближайшую лавку, нет.

– Вы можете идти. Одежда скоро будет готова.

– Благодарю.

Ильмар широким шагом направился в кладовую, прошел мимо рядов бочонков, полных варенья, мимо нескольких копченых окороков и наконец выбрался через дверцу на задний двор. Нет, с него довольно! Запах копчений словно впитался в кожу. Есть хочется просто невыносимо! За какие провинности боги послали ему такую хозяйственную жену? Парень приоткрыл дверь в особняк. Вон и колечки колбасок к потолку привешены гроздями, а на другой полке расставлены банки солений, крепенькие огурчики соперничают в привлекательности с мелкими помидорами. А на полке лежит связка подкопченых ребрышек. Грета наверняка не заметит, если он утащит одно? Подумаешь, косточка. Вряд ли ведьма их пересчитывает. Потом можно положить на место точно такое же или два. Герцог не стал долго себя уговаривать. Просто с наслаждением вцепился зубами в сочное мясо.

– Господин, там кто-то пришел, зовут вас, – ворвался в кладовую Нолет.

– Точно меня? – чистая рука парня привычно опустилась на светлые вихри юноши. Второй рукой он упихнул копченую косточку он между банок, чтоб не было видно.

– Думаю, да.

– Почему ты так решил? Зовут хозяина дома?

– Нет… Зовут гаденыша, который посмел покуситься на самое дорогое!… – Убью, – отрезал Ильмар и прошел в холл как был, одетый в одни только грязные, хоть и дорогие некогда брюки.

Глава 27

Грета впервые ощутила себя счастливой. Этот странный мужчина, ее свекор, действительно за нее переживал и делал это искренне. Совсем не так, как король в ее прежней жизни, иначе, чем Генрих, по которому она украдкой скучала. Алексей пригласил к ней лекаря, сам договорился с Ильей, чтоб тот дал разрешение чужому мужчине осмотреть и лечить ее, Веру.

Свекровь хлопотала у плиты, обращалась к ней ласково – доченька. Только руки женщины немного дрожали, когда она заглядывала своей невестке в глаза. Что она там видела, о чем догадалась, известно только богам.

Пожалуй, впервые в жизни у Греты появилась семья, она смогла почувствовать себя дома. Таких девиц, какой была Вера – море. Выгляни в окно, найдешь и краше, и характером проще. Но любят, приняли в дом именно ее, Веру. Грете было чуточку совестно воровать чужую семью. Но раз уж ей досталось всё в наследство от Веры, даже тело, значит, и семья эта теперь ее. И потом, она сама оставила Вере не так уж и мало. Особняк, дракона, Азу, Готфрида, в самом-то деле. Пусть барон в том сказочном мире скорее ценил ее как удачную находку, выигрышный билет, но он и любил ее немного. Не так, конечно, как любит отец, но все же. Для себя Грета решила считать обмен почти равным. Ей, безусловно, досталось больше, но каждый получил именно то, что хотел.

– Вот, доченька, попробуй-ка блинчики, с творогом. Вкусные вышли, я творог с изюмом на рынке купила. Ты любишь изюм?

– Люблю… мама.

Грета с удовольствием вдохнула пар, который исходил от тарелки. Два блинчика румянились дырчатыми боками, будто соперничали за право быть съеденным первым. Конечно, совсем не те вафли, которыми потчевал ее король в своих покоях. Но приготовлены с такою душой, что иного угощения уже и не хочется.

– Вот и хорошо. Раньше мне казалось, ты изюм не слишком любишь.

– Вкусы меняются, – отрезал свекор, – Плотно не наедайся, врач вот-вот подъедет. Маша, хватит закармливать девочку.

Свекор вышел в прихожую, а свекровь села напротив Греты за стол, оперлась подбородком о сухонький кулачок.

– Ну, рассказывай, как вы с моим сыном живете? Ты уж прости, что я за руки начала тебя хватать. Испугалась, не поняла, что случилось. Думала, мало ли… Прости.

– Ладно живем, – осторожно ответила Грета.

Она чуть растерялась. Как бы так объяснить этой женщине, что Илья не хочет работать достаточно много? Рано или поздно у них появятся дети. Откладывать надолго рождение первенца Грета не собиралась, иначе зачем вообще нужен брак? Семья – это дети. Без детей не семья, а только пара любовников. Илье придется приносить в дом достаточно золота, чтоб обеспечить ее, Грету, себя самого и потомство.

Грета вздохнула. Нет, мужа она готова была поменять. Но свекров? Ни за что в жизни! Ее любят. Эта семья, этот дом – всё её. Илью никак не получится выбросить из своей жизни, проще немного отдрессировать. Вместе со свекровью они обязательно справятся. Да и свекор, наверное, должен помочь.

– Это я уже слышала. Ладно и всё? Расскажи, что тебя так тревожит. Что у тебя на душе?

– Илья так мало приносит в дом припасов. Когда у нас родятся дети, им придется голодать.

– А ты что, уже?! – ахнула женщина и даже прикрыла ладошкой рот.

– То ведают боги, – опустила вниз глаза Грета, – Илья старается, чтобы у нас было потомство.

– То-то я и смотрю, как глаза твои изменились. Верочка, что же мы будем делать? Как ты выйдешь на работу с грудным ребенком? Нужно делать аборт!

– Что делать?

– Нужно прервать беременность, если что-то случилось. Или ты только планируешь ребенка? Зачем тебе дети сейчас? У Ильи беда с работой. Ты сама работать тоже не сможешь. Я не буду вам помогать, даже не надейся повесить на меня маленького ребенка! И потом, ты не здорова! Поправься для начала как следует, а уж потом…

Грете достаточно было поднять глаза на свекровь, посмотреть на нее как на злейшего врага, чтобы женщина подавилась своими словами, смолкла. Никто и никогда не смел отбирать у ведьмы то, что она посчитала своим. Оправданно или нет посчитала – дело другое. Мое, значит мое! И ребенок, если прошлая ночь с мужем была плодотворной, всяко принадлежит ей, Грете. Никто не посмеет его отнять.

– Илья взял меня в жены. Он знал, какие плоды приносят брачные ночи. Он взрослый мужчина и понимал, что ему придется содержать всю семью: себя, меня и наших детей. Если вы хотите убить нерожденного, уйдите навсегда из моего дома.

– Вера, я совсем не то имела в виду! Внукам я всегда буду рада. Просто сейчас не время! Разве ты этого не понимаешь? Илья еще не взрослый мужчина! Дай ему для начала встать на ноги, а уж потом! И квартира это не твоя, а его. Вспомни, как ты сама оформила ее на мужа до брака? Деньги были твои, но оформлена-то она на Илью! Какое право ты имеешь меня выгонять отсюда?

– Ваш сын взрослый мужчина, если уж он смог овладеть своей собственной женой! На этом детство точно закончилось. Пусть устроится поденщиком к мастеру. Сможет заработать на содержание семьи.

– Каким поденщиком? Ты с ума сошла? У него образование! Подожди пару лет, пока он сделает карьеру. Ему положена хорошая работа.

– Раз положена, пусть возьмет, – хмыкнула Грета и с наслаждением откусила кусочек вкусного блинчика.

В этот момент звякнул замок в прихожей, в дом вошел незнакомец. Грета насторожилась. Все равно все будет так, как она желает. Свекровь может сколько угодно сопротивляться, но сделает все так, как хочется Грете. И любить ее будет. Вон уже и блюдечко со сметанкой пододвигает, несмотря на ссору. Хорошая женщина, любящая, просто не может понять, что ее сын не играет в игрушки, а живет взрослой жизнью.

Вот только насчет квартиры Грета немного не поняла. Выходит, все здесь было куплено на золото Веры? Но тогда почему квартира принадлежит Илье? Наверняка эту глупость можно исправить.

– Не сердитесь на меня, – она почти ласково положила ладонь на запястье свекрови, – Илья уже взрослый. Дети у нас с ним обязательно будут. И скоро. Просто ему нужно стараться работать побольше. Верно?

– Пожалуй, ты права, – нехотя согласилась свекровь, – Я в твоем возрасте уже нянчила на руках ребенка. Я поговорю с сыном. Но и ты тоже не торопись, всему свое время.

– Как будет угодно богам, так и будет, – улыбнулась свекрови Грета. Уж кто-кто, а она умеет настоять на своём, – Душу ребенка посылает нам небо.

– Как красиво ты говоришь. Но еду ребенку обеспечивают родители!

– Отец. Мама создана для другого. Я так хочу быть похожа на вас! Жить за мужем, как за каменной стеной, ни о чем не переживать. Только слушаться мужа и заботиться о нем.

– Сейчас другие времена.

– Времена меняются, суть людская остается прежней. Жены беременеют, а мужья их содержат. Иначе людской род оборвется.

– Но…

– Или вы предлагаете мне с пузом стряпать на толпу чужих мужиков? Тогда над Ильей будет смеяться весь город!

– Вера, ты стала очень резкой! Ты доведешь меня так до сердечного приступа!

– Каждый сам выбирает свой путь, – очаровательно улыбнулась девушка и сцапала последний блинчик с тарелки. Звякнула крышечка на плите, выпуская облако ароматного пара. Супчик с лапшой почти уварился. Для нее, для любимой невестки, – И моего у меня никто не отнимет.

– Ты меня огорчаешь.

– Не я, а суть жизни людской. Мы не эльфы, с этим просто нужно смириться.

Свекровь покачала головой и отправилась помешивать суп. Женщина смутно сознавала, что невестка во многом права. Да и ссориться с женой сына ей было сейчас совсем не с руки. Материнское сердце слепо, но Мария все же догадывалась, что в семье сына не все так просто. Ей отчаянно не хотелось верить в то, что ее сын мог ударить свою жену. Даже если и ударил – наверняка на то была причина. Может быть, застукал Веру с любовником? Вдруг эта дрянь понесла от другого? Нет, не похоже. Илья бы такого не стерпел. Тогда что? С чего она вообще взяла, что ее сынок мог ударить женщину? Он и не дрался никогда толком! Даже в детстве!

Но все же на душе у свекрови было совсем не спокойно. Пока она ходила в магазин, сцепилась языком с соседками. Дважды за последние дни в квартиру сына приезжала полиция. Может быть, Вера хочет упечь Илью за решётку? Или собирается подать на развод, а для начала решила отнять обратно квартиру? От этой паршивки много можно ждать. Нет, ссориться сейчас никак не с руки. Сначала нужно все разведать как следует.

Женщина отвернулась от сковороды, окинула взглядом Веру, невестка напомнила ей нахохлившегося воробушка. Тощая, напряженная, смотрит куда-то вдаль. Да и вчерашняя ее истерика случилась точно не на пустом месте. Сердце немолодой женщины сжалось от грусти и жалости. Против воли она подошла к Вере и обняла ее со спины, крепко прижала к себе. Невестка вдруг задрожала и тихо произнесла:

– Мамочка.

– Все наладится, погоди, просто не торопись. Я не со зла. Илья найдет хорошую работу, и заведете детишек. Я помогать буду. Просто не думай, что совсем заберу деток, пока не подрастут. Но помогать буду, обещаю.

– Спасибо. Только он работу не ищет. Что же мне делать?

– Я поговорю с сыном. А ты пока отдыхай побольше.

В кухню вошел Алексей в компании довольно молодого мужчины. Аппаратуру уже отнесли в спальню. Переносной рентген, УЗИ, еще какие-то приборы. Непростой это хирург, Алексей, впрочем, и так об этом знал. Специалист из тех, кто не брезгует лечить на дому пулевые ранения и прочие "мелочи", с которыми не все хотят обращаться в больницу. Надо же, теперь в числе подобных криминальных клиентов хирурга оказался и он сам. Потрясающе, любит же судьба выкидывать странные шутки.

– Вера, пройди, пожалуйста, в комнату.

Девушка обернулась, в ее глазах мелькнул испуг. Хирург ободряюще улыбнулся. Он никак не мог понять, зачем его вызвали на дом. Что не так с этой девицей? Почему ее решили обследовать частным образом? Ответ просматривается только один, девушка – жертва, и все прекрасно понимают, кто нанес ей травму. Не пулевое, уже хорошо. Квартирка – не загородный особняк, тут даже стола, который можно было бы приспособить под хирургический, и то нет.

– Пройдемте, я не кусаюсь, – кивнул он девушке и для ее спокойствия улыбнулся. Оценил то, как пациентка встала, как огляделась по сторонам. Не похоже, что она напугана. По манерам больше напоминает преступницу с весьма богатым жизненным опытом. Взгляд на окно, на дверь, шаг к стене, вся собранная, готовая оборонятся и делать это… эффективно. Точно не жертва, скорее, наоборот, хищница. Любопытно.

– Я очень надеюсь на это. Мой супруг очень строг, – произнесло это чудо уверенным тоном.

– Верочка, мы подождем тебя здесь, – пролепетала свекровь, – Или вам помочь, доктор?

– Не мешай делать врачу свою работу, Маша. Лучше приготовь нам всем чай. Осмотр не займёт много времени.

– Хорошо, Лешенька.

Марии не терпелось поговорить с мужем, рассказать ему о своей беседе с невесткой, высказать свои догадки. Но, как и любая мудрая жена, она предпочла выждать. В таком состоянии Леша точно ничего не расскажет, они только поссорятся. Куда выгоднее не спешить с расспросами. Так или иначе, она все равно все узнает.

Доктор освободился через час, сразу же в ванной тщательно вымыл руки, и только после этого прошел в кухню. Уверенная улыбка платного доктора успокоила Машу.

– Ну что там с нашей девочкой?

– Все наладится, – участливо кивнул хирург.

– Диагноз? – напряженно спросил Алексей.

– Предлагаю пройтись со мной до машины. Я оставил там один замечательный чай. Вам он точно пригодится. Заодно поможете донести аппарат УЗИ, он не тяжёлый, а у меня рук просто не хватит. Да и рентген весит не мало. Я сам его понесу. Вернемся, и я все расскажу. И о диагнозе, и о назначениях.

– Конечно.

Мужчины убрали дорогую аппаратуру в непритязательный с виду минивэн. Кто бы только знал, сколько стоит все его содержимое! После этого хирург предложил Алексею пройти в салон. Сам он занял водительское место, не торопясь отпил минералки из бутылки.

– Ну и? – поторопил его Алексей.

– Вам предстоит сделать непростой выбор.

– Это уже не ваше дело. Я хочу узнать причины травмы и прогноз.

– Удар по затылку был получен или в результате падения с высоты приблизительно своего роста, или от удара тупым предметом. Бил кто-то, кто значительно выше девушки. Точнее вам могут сказать эксперты.

– Ясно. То есть никакая консервная банка ей на голову не падала?

– Исключено. Вес не тот. Даже если бы и упала, допустим, с очень большой высоты, то был бы разрез мягких тканей. Здесь же его нет. Это последствия удара. И мне кажется, вы знаете, кто его нанёс. Но…

– Это не ваше дело. Какой прогноз? И что нужно делать, чтобы девушка восстановилась?

– Вам предстоит непростой выбор. Впрочем, вы его сделали, раз уж обратились ко мне, – ухмыльнулся врач. Вся маска доброжелательности спала с его лица. Остался специалист высокого класса, который отлично знает свое дело, но абсолютно не отвлекается на моральную сторону проблемы.

– Допустим.

– Если бы вам действительно была дорога эта девушка, я бы предложил отвезли ее в больницу для проведения полного обследования. Но мозг структура весьма и весьма непредсказуемая, к тому же склонная заниматься саморемонтом, можно так сказать. Травму она получила безусловно серьезную, абсолютно точно повреждены некоторые структуры мозга. Вероятно, у нее случился микроинсульт. Может быть, и не один. Отсюда странности в речи, измененное поведение. Со временем, если девушка останется в благополучной обстановке, все это уйдет. Состояние пациентки нормализуется, по крайней мере, относительно. Ну, может быть, и будет присутствовать некоторая чудинка в поведении. Но многим симпатичным девушкам это даже идет. Шанс летального исхода минимален. Лекарства я назначу. Хуже другое.

– Что именно?

– Повторная травма недопустима. Один похожий удар и ваша невестка – не жилец. Я бы оберегал ее сейчас как новорождённого котенка, если бы был в ней заинтересован. Истощение и невроз тоже не добавят пациентке здоровья.

– Допустим, я создам ей все условия, – для себя Алексей четко решил, что жизнь и судьба сына ему дороже Веры. Много дороже. Безусловно, он поможет девушке, а дальше пусть будет как будет.

– Ну, тогда вам почти не о чем волноваться. Вот только…

– Только что?

– Я не гинеколог, но снимки УЗИ читать умею весьма неплохо. И аппарат у меня достойный. Стоил бешеных денег.

– Сочувствую.

– Он себя уже окупил и не единожды. Думаю, и дальше продолжит себя окупать. Верно? Вы же не станете мне больше вставлять палки в колеса?

– Не стану. Вы мне помогли, я помогу вам, – никогда раньше Алексей не шел на сделки с криминальными личностями ради своей выгоды. Даже помыслить об этом не мог. Хорошо его втянул в неприятности сын. Качественно так и с душой!

– Тогда вторая новость для вас. Девушка беременна. Срок я так просто не подскажу, не гинеколог, но, месяца два, думаю, есть. Плод совсем не большой. Сердечко стучит, ручки и ножки хорошо видно. Но ручки и ножки уже тянет. Забавный.

– Беременна? – ахнул Алексей. Это многое меняет. О внуках он мечтал давно. Но теперь? Готов ли он к внукам?

– Да. Срок весьма небольшой. Можно решить этот вопрос одной таблеткой. Оставить вам ее?

– Благодарю.

– Я поеду. Жене передайте, что срочный вызов. Вот список назначений, – передал он лист, заполненный аккуратным почерком, – И таблеточка.