Текст книги "Игра на смелость (ЛП)"

Автор книги: Марта Клэр

Соавторы: Ли Энн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 30 страниц)

Глава 53

Арабелла

Достаточно повернуть голову, и я увижу его лицо. Я испытываю искушение, но продолжаю смотреть вперед. Он верит, что я не буду смотреть, и я не собираюсь обманывать его доверие.

Что он здесь делает? Любой может нас увидеть. Майлз может вернуться в любой момент.

Возможность быть пойманным вызывает странную смесь предвкушения и паники, удерживающую меня в кресле. Изображения, мелькающие на экране, расплываются перед глазами. Я не видела Сина целых пять дней, а теперь мы на людях. Он сказал мне, что сегодня занят, и это заставило меня надуться.

Ты здесь не с ним. Ты с Майлзом.

Маленький голосок в моей голове напоминает мне об этом, но я игнорирую его.

Мы больше не в безопасной темноте гробницы. Это реальный мир, и мы не одни.

Почему такая резкая перемена? Что заставило его подойти ко мне не так, как обычно? Я не знаю, радоваться мне или бояться.

Рука скользит по моему бедру под толстовкой. Стараясь не ерзать, я чувствую, как она ползет вверх по животу, а затем пробирается к поясу брюк.

– Зеленый или красный?

– Зеленый, – слово вылетает из меня без единого намека на колебания.

Теплая, ищущая рука Сина проникает под пояс моих брюк и находит мою киску. Я прикусываю губу, чтобы не застонать вслух, осознавая, что нас окружают люди. Его пальцы гладят мою влажную кожу и широко раздвигают ее. Первый медленный круг по моему клитору заставляет удовольствие затуманить мой мозг.

– Ты дрожишь, – он вводит в меня палец. – Ты скучала по моим прикосновениям, котенок?

Вцепившись в подлокотник кресла, я закрываю глаза, сосредоточив внимание на своей талии. Каждый толчок его пальца только усиливает мое возбуждение. Подушечка его большого пальца проводит по моему клитору, и из меня вырывается придушенный полустон.

Кто-то в ряду позади нас шикает на меня в темноте.

Его дыхание скользит по моей щеке.

– Ты хочешь, чтобы все в кинотеатре знали, что я тебя возбуждаю?

Все смотрят на нас. Все знают, что он делает со мной. Все те непристойные вещи, которые он делал со мной с тех пор, как мы познакомились.

Его зубы покусывают мочку моего уха.

Син усмехается.

– О, котенок, ты только что стала намного мокрее. Моя хорошая девочка любит делать грязные вещи на публике.

Да, да, люблю, но только с тобой.

Толкаясь бедрами вперед, я бессовестно насаживаюсь на его руку, трахая его палец.

Фильм продолжается, люди вокруг нас не обращают внимания на то, что происходит в семнадцатом ряду.

Он добавляет еще один палец, глубоко проникая в меня, и я хнычу в ответ.

– Тебя возбуждает осознание того, что я собираюсь заставить тебя кончить, пока твой парень в туалете?

– Да, – хмыкаю я, поднимая бедра, когда к остальным пальцам присоединяется третий.

– Что бы он подумал о тебе, если бы мог видеть тебя сейчас? – он щелкает по моему клитору.

Мне, бл*ть, все равно.

Удовольствие внутри меня разрывается, и я неистово содрогаюсь от силы оргазма. Расслабившись, я откидываюсь на спинку кресла, и мои глаза полузакрываются в блаженстве. Пальцы Сина исчезают между моих ног, но прежде чем он успевает убрать их полностью, я запускаю руку под толстовку. Я переплетаю свои пальцы сквозь его, чтобы прижать наши ладони друг к другу. Они влажные от прикосновений ко мне, но мне все равно.

Я сижу в темноте, держась за руки с Сином, и боюсь, что стоит мне отпустить его, как он растворится в воздухе. Пять дней без него, и я отчаянно нуждаюсь в его внимании. Не только из-за того, что он делает со мной, но, и чтобы он был достаточно близко, чтобы прикоснуться к нему, поговорить с ним. Чтобы знать, что он настоящий. Как бы безумно это ни звучало, но я чувствую себя в безопасности, когда он со мной.

Его пальцы сгибаются в моей хватке, но он не отстраняется, как я этого боюсь. Я провожу большим пальцем круги на его коже и не отрываю взгляда от фильма, пока мое сердце наполняется счастьем в груди.

Илай

Через некоторое время Майлз возвращается на свое место, но она не ослабляет хватку на моей руке. Келлана не видно, поэтому я расцепляю наши пальцы и ускользаю. Келлан опирается на мою машину, когда я выхожу из кинотеатра. Увидев меня, он выпрямляется.

– Получил то, что хотел? – спрашиваю я, отпирая машину.

– Он самый упрямый ублюдок на свете, – ворчит Келлан, садясь на пассажирское сиденье. – Он отсосет у меня. Он спустит штаны и позволит мне подрочить ему, но не подпустит мой член к своей заднице.

– Может, он думает, что подхватит что-нибудь.

– Единственное, что он подхватит, – это чувства. Он обожает меня.

– Конечно, обожает. Вот почему он скрывает, что встречается с тобой, а у него все еще есть девушка.

– Девушка, которая тайком уходит по ночам, чтобы позволить своему тайному любовнику и его другу поиграть с ее телом.

– Ты просто реквизит. Она так же сильно возбуждается, если мы остаемся наедине. Тебе не нужно быть рядом.

– Это ревность в твоем голосе, Илай? Я не возбуждаюсь от твоей маленькой кошечки.

– Нет, это не ревность, и я знаю, что это не так. Если бы я думал, что ты хочешь ее для себя, я бы не позволил тебе присоединиться. Она писала о своей фантазии, в которой внимание двух мужчин сосредоточено на ней, и ты единственный, кому я бы доверил это.

– Ты имеешь в виду, что я твой единственный друг.

Я пожимаю плечами и задним ходом вывожу машину с парковки.

– То же самое.

– Почему ты так стремишься воплотить все те грязные фантазии, о которых она писала? И не надо мне больше нести всякую чушь о том, что это должно послужить ей уроком или доказать, что она такая же, как ее мама. Она явно не такая, и единственный урок, который ты, похоже, преподносишь ей, – это то, сколько удовольствия она может получить от своего тела.

– Я также научил ее сосать мой член. Не забывай об этом.

– Нет, это определенно был ценный урок. Но это не ответ на мой вопрос.

Я не отвечаю ему до тех пор, пока мы не проезжаем по территории Чёрчилля Брэдли.

– Она сильнее, чем я ожидал. Мне нравится с ней играть, – я оглядываюсь на него. – Не забавляться с ней, а играть. Она увлечена игрой и делает свои ходы в ответ на мои.

– Она бросает тебе вызовы?

– Она мучает меня, – признаю я сдержанным тоном. – Мне недостаточно, чтобы она кончила в темноте. Я хочу залезть к ней в голову и узнать о ней все. Я хочу дотянуться до нее днем и завладеть ею, – я горько усмехаюсь. – Можешь себе представить? Она чертовски ненавидит меня, – я бросаю на него еще один взгляд. – Прежде чем ты это скажешь, я знаю, что это моя вина. Я это начал, и мне нужно найти способ это закончить.

Глава 54

Арабелла

Прошло еще пять дней с тех пор, как Син заявился в кинотеатр и довел меня до оргазма в темноте. Он все еще присылает вызовы, но мне кажется, что между нами снова что-то изменилось. Он как будто отстраняется от меня, и мне это не нравится.

Я проверяю телефон, но ответа на мое последнее сообщение нет.

Как по заказу, я отлучилась посреди урока, чтобы пойти и поиграть с собой в женском туалете, пока не кончу.

Интересно, что он сделает с видео? Я записала себя в закрытой кабинке, жадные пальцы в моей киске и его имя на моих губах. Он никогда не просил меня об этом, но я хотела подразнить его, как делала всю неделю. Фотография за фотографией, на которых я запечатлена в разных обнаженных позах.

Неужели я ему надоела?

От этой мысли у меня кружится голова. Пальцы летают по экрану, и я отправляю еще одно сообщение.

Я: Я скучаю по тебе.

Боже, я звучу отчаянно и жалко.

До каникул в День благодарения осталась неделя, и мысль о том, что мне придется так много находиться рядом с Илаем и моей мамой, оставляет горький привкус во рту. Она будет ждать, что мы будем играть в счастливые семьи. Жить красивой маленькой ложью.

Почему я должна притворяться, чтобы сделать ее счастливой?

Я не хочу уходить.

Я бросаю телефон в сумку и хватаю книгу, которую ищу. Эван разговаривает с Тиной возле ее шкафчика в конце оживленного коридора, когда все направляются в кафетерий на обед.

Как только наши взгляды встречаются, она отталкивает его и подходит ко мне.

– Я слышала, что твоя мамаша – пьяница и наркоманка, которая не может держать ноги вместе. Она что, трахнула отца Трэверса, чтобы он надел ей кольцо на палец? Ты тоже планируешь это сделать?

Ее мерзкие слова настолько близки к тому, что Илай бросает в меня с первого дня, что я чувствую лишь белую ярость.

Ты никогда не станешь кем-то большим, чем дочь золотоискательницы. Ты для меня никто, понимаешь? Я не успокоюсь, пока ты не уйдешь. Ты уедешь либо добровольно на машине, либо в коробке, мне все равно. Боишься, что Майлз бросит тебя сейчас, зная, что ты целуешься с другими парнями за его спиной? Это должно заставить его задуматься, не раздвигаешь ли ты ноги и для них.

Ладонь жжет, и мне требуется секунда, чтобы заметить красный след от моей руки на щеке Тины.

Ошеломленная, я застываю на месте, осознавая, что только что сделала.

– Мне очень жаль.

Она поднимает руку, чтобы коснуться того места, где я дала ей пощечину.

– Ты сука!

Выражение ее лица меняется, превращаясь в ярость. Я отступаю назад, и она бросается на меня, вытягивая руку.

Боль пронзает мою щеку, сила удара достаточно сильна, чтобы отбросить меня назад. Обе ее руки тянутся ко мне, но я поднимаю свои, чтобы блокировать их. Ее острые когти впиваются в мои предплечья. Боль подстегивает мой гнев, и я отталкиваю ее назад. Размахнувшись левой рукой, я бью ее по голове. Вскрикнув, она отшатывается назад, но тут же попадает в объятия Эвана.

Вокруг нас собрались люди, они достали телефоны и направили их в нашу сторону.

Стыд и унижение сталкиваются во мне, и я вырываюсь, проталкиваясь сквозь толпу. Я выбегаю из здания и бегу дальше, пока не добираюсь до общежития.

Как только я оказываюсь в своей комнате, я пишу Майлзу.

Я: Между Тиной и мной кое-что произошло, и мне нужно поговорить. Ты можешь прийти ко мне в общежитие? Я не хочу идти в кафетерий.

Я оставляю телефон на кровати и осматриваю свои пульсирующие предплечья. Царапины на коже красные, вздутые и болезненные. Я шиплю, когда прикасаюсь к ним на правой руке, и иду в ванную, чтобы найти что-нибудь, чем их можно обработать.

Когда я возвращаюсь в спальню, на экране моего телефона высвечивается сообщение. Я открываю его.

Майлз: Прости, Белла, я сейчас занят.

Я опускаю плечи. В последнее время он очень занят, и хотя он говорит, что это как-то связано с его художественным проектом, я в этом не уверена.

Я: Ладно.

Майлз: Что бы это ни было, я уверен, что все не так уж плохо. Обязательно пообедай. Увидимся в классе.

Мой желудок сводит от нервов при мысли о том, что я пойду в кафетерий одна. Сев на край кровати, я достаю свой этюдник. Я перелистываю страницы, пока не нахожу дизайн, который я создавала для своего художественного проекта.

Бальное платье принцессы, которое я изначально планировала, теперь стало чем-то темным и декадентским. Если раньше материал был белым и чистым, то теперь он стал черным, но не менее прекрасным. У меня возникает соблазн спуститься в комнату, которую я делю с несколькими другими девочками, и вернуться к работе над ним, но я не в том настроении, чтобы меня снова дразнили и издевались.

Когда обеденный перерыв заканчивается, и наступает время занятий, я чувствую себя уже не так напряженно. Я спешу обратно в главный корпус, Лейси и Линда останавливают меня у шкафчиков. Они хватают меня за руки и тащат в туалет для девочек.

– Какого черта, Арабелла? – кричит Лейси, как только за нами закрывается дверь.

В ее голосе звучит злость.

– Я не хотела давать ей пощечину.

– Выглядело так, будто ты именно это и хотела, – она сует мне в руки свой телефон и показывает видео, которое было выложено в социальные сети.

Я тяжело сглатываю и склоняю голову.

– Она сказала что-то неприятное, и это меня разозлило.

Она хмыкает.

– Может, тебе нужно сходить к психотерапевту из-за проблем с гневом? Это не красит группу поддержки. У нас есть имидж, который нужно поддерживать. Ты не должна его портить.

– Мне жаль.

– Приведи себя в порядок ко Дню благодарения, – она поворачивается на каблуках и выходит из туалета.

Линда обводит меня взглядом.

– Я даже не знаю, почему Лейси так добра к тебе. По крайней мере, Зои была одной из нас.

С этими словами она оставляет меня смотреть ей вслед со слезами на глазах. Я издаю неровный вздох и потираю запястье, но браслета на нем нет.

Потому что ты его где-то потеряла и до сих пор не нашла.

Возможно, он потерян навсегда.

Забыт, потому что разве не это всегда со мной происходит?

Звучит второй звонок, и я дрожащей рукой открываю дверь туалета. Все смотрят на меня, когда я вхожу в класс, а некоторые ученики перешептываются. Майлз даже не поднимает глаз от своей книги. Я прохожу мимо столов и сажусь за свою парту. От одиночества у меня сводит горло.

Илай

Я смотрел видео драки между Арабеллой и Тиной не один раз. Оно было размещено во всех школьных социальных сетях. Разные версии с разных ракурсов. Трудно не заметить злобу на лице Тины, и мне, по крайней мере, легко понять, что девочка подошла к Арабелле с намерением причинить ей вред. Если бы Арабелла не сделала первый шаг, это сделала бы Тина. Эта драка была подстроена. Она должна была произойти, что бы ни сделала Арабелла.

Когда она входит в класс, сгорбив плечи и опустив голову, мне требуется вся моя сила воли, чтобы не сказать что-нибудь, но я заставляю себя расслабленно сидеть на своем месте и следить за ней краем глаза. Это та девушка, которая впервые пришла в школу, стала мишенью для моего гнева и ненависти. Это не та, которая постепенно проявляла себя в последние пару недель. У бабочки, вылетевшей из куколки, сломаны крылья. Ни один из ее так называемых друзей не прикроет ее. Это написано у нее на лице. Даже ее парень. На самом деле, его полная незаинтересованность очевидна.

Я вскакиваю на ноги.

– Мистер Трэверс? – вопросительный тон мистера Беллами нарушает тишину.

– Туалет, – бормочу я и пробираюсь между партами к двери. Он не останавливает меня.

Оказавшись в коридоре, я достаю мобильник, вхожу в анонимный аккаунт, который Келлан создал для нашего пользования, и загружаю видео в социальные сети, отметив весь выпускной класс. Эту запись я приберегал для идеального случая, и сейчас она как нельзя кстати.

Это видео с вечеринки за несколько месяцев до начала выпускного класса. Вечеринка в загородном клубе в Хэмптоне, где собираются все богатые семьи. Тина была там, а я прогуливался по территории, чтобы скрыться от шума и бессмысленных разговоров. Зайдя за угол, я обнаружил, что она сцепилась губами с местной девушкой. Одна рука у нее была засунута в блузку, а другая – под юбку.

Я иду в туалет, провожу там пару минут, затем возвращаюсь в класс, – и попадаю в хаос.

Тина кричит на Лейси, а Лейси размахивает мобильником. Остальные члены группы поддержки, кроме Арабеллы, толпятся вокруг, а футбольная команда и команда по плаванию с восторженным выражением лица смотрят в свои телефоны. Я опускаюсь на свое место.

– Что я пропустил?

Келлан кривит губы.

– Кажется, кто-то застал Тину за чем-то порочным с сотрудницей Кантри-клуба.

– Ха, шокирует.

– Время шокирует больше, чем видео, – он ухмыляется мне.

– Что это за фраза? Люди в стеклянных домах не должны бросать камни? – пока все сосредоточены на Тине, я достаю свой второй телефон.

Я: Держи свою гребаную голову выше.

Пока все смотрят на свои телефоны, она понятия не будет иметь, кто это послал. И, конечно же, она поднимает голову и оглядывается, как только читает сообщение.

Котенок: Ты выложил это видео?

Я: У каждого есть секреты, о которых он не хочет, чтобы люди узнали. Фокус в том, чтобы уметь использовать их в своих интересах. Она не лучше тебя, перестань вести себя так, будто она лучше.

Я убираю телефон обратно в сумку и придвигаю учебник поближе, подперев голову рукой и повернувшись спиной к классу, пока мистер Беллами кричит, чтобы все положили телефоны и сосредоточились на уроке. В конце концов все усаживаются на свои места, и урок продолжается.

– Хочешь, возьмем еду из кафе и посидим на трибуне за ужином? – спрашивает Келлан, когда урок наконец заканчивается, и мы отправляемся в коридор за едой.

– Ты имеешь в виду, что хочешь проследить за Майлзом.

– Он становится нервным. За этим забавно наблюдать.

Я смеюсь, качая головой.

– Ладно. Неважно. Как продвигаются твои попытки трахнуть его?

Келлан драматично вздыхает.

– Он сопротивляется. Видимо, сосать член – это не измена его девушке, а вот заниматься сексом – это уже перебор, – мы отходим к линии, и он берет поднос. – В смысле, я не могу жаловаться. Он действительно хорошо сосет член.

– Ты собираешься встретиться с ним на День благодарения?

Келлан покачал головой.

– Сомневаюсь. Он поедет в Миннесоту к родственникам.

– Что ты будешь делать?

Он кладет на поднос два сэндвича и фруктовый сок.

– Не знаю. Тетя Сюзанна пригласила меня туда, но я не уверен, что хочу провести День благодарения в Техасе. В любом случае они просто хотят, чтобы я был милым. Маленький бедный сирота Келлан, у которого есть все деньги, он должен быть уверен, что помнит всех, кто открыл перед ним свои двери, понимаешь?

– Ты можешь приехать ко мне. Папа не будет возражать. Все равно ты ладишь с ним лучше, чем я.

– А как же твоя новая мамочка?

Я скривил губы. Может я и решил, что Арабелла не золотоискательница, но насчет ее матери я точно не изменил своего мнения.

– Да плевать, что она думает. Я позвоню папе и сообщу ему, что ты едешь со мной.

Глава 55

Арабелла

Син: Ты знаешь, что делать, котенок. Приходи сегодня вечером. Красный или зеленый?

От этого сообщения у меня в груди разливается тепло.

Я: Зеленый.

Отправив ему ответ, я поднимаю глаза как раз в тот момент, когда Майлз поворачивается ко мне. Лэйси и остальные сидят за своим обычным столом, но он даже не удостаивает их взглядом.

– Чему ты улыбаешься?

– Ничему, – я прячу мобильник в сумку и бросаю ее у ног.

– Я принес тебе макароны с сыром, – он ставит передо мной одну из тарелок. – И батончик «Херши».

– Спасибо, – опустив взгляд на стол, я отпиваю свой напиток.

Майлз нависает над пустым стулом рядом с моим.

– Пожалуйста, не сердись на меня.

– Я и не сержусь, – я делаю глоток.

– Нет, сердишься, – Наконец-то сев, он берет с подноса свою тарелку. – Я самый плохой парень на свете. Мне жаль, что меня не было рядом с тобой раньше. Уверен, Тина сделала это специально.

– Думаю, она хочет, чтобы я ушла из группы поддержки.

– Возможно.

Я кручу вилку над едой.

– Я думала, ты будешь там, с популярными ребятами.

Он легонько подталкивает меня в плечо.

– Ты мой друг. Чтобы это изменилось, потребуется нечто большее, чем драка. Кроме того, Тина теперь в центре внимания. Интересно, кто прислал это видео?

Мой ангел-хранитель. Тот, кому я позволяю делать со мной плохие вещи, когда все остальные спят.

Пронзительный смех Лейси перекрывает шум в комнате.

Я оглядываюсь по сторонам. Тины не видно. Джейс ухмыляется, а Эван машет рукой.

– Брет забрал ее еду, – говорит мне Майлз. – Королевская сучка дуется.

Я ем молча, пока он продолжает болтать. Это отвлекает меня настолько, что я даже полностью съедаю все с тарелки. Мы не задерживаемся, когда заканчиваем, оставляем пустые тарелки на столе и выходим на улицу.

– Давай прогуляемся, – он хватает меня за руку и тащит по траве.

На секунду я думаю, что он поведет нас по тропинке в сторону кладбища, но вместо этого мы идем вдоль линии деревьев, где свет от зданий встречается с чернотой. Вокруг толпятся несколько студентов, но они не приближаются к нам.

– Я должен тебе кое-что сказать, – Майлз делает глубокий вдох и отпускает мою руку. – Я вроде как встретил кое-кого.

Я замираю от удивления.

– Здесь, в школе?

– Нет, нет, нет, – его щеки краснеют. – Но он местный.

– Вы друзья?

– Боже, нет. Он сводит меня с ума.

Я скрещиваю руки, бросая нервный взгляд назад на здание.

– Он знает, что ты встречаешься со мной понарошку?

Он кивает, проводя рукой по волосам.

– Он знает, что мы встречаемся.

– Это то, что отвлекает тебя?

– Да, – Майлз делает дрожащий вдох. – Он... другой.

Это знание немного ослабляет напряжение в моих мышцах, а его очевидное волнение заставляет меня улыбнуться.

– И он тебе нравится?

– Да.

– Ты собираешься рассказать ему о нашей договоренности?

Он пожимает плечами.

– Я не могу.

– Мы ведь не совсем вместе, правда?

– И, если он кому-то расскажет, все поймут, что мы лгали. Я не уверен, что могу доверить ему эту информацию. Я просто хотел, чтобы ты знала, что я не игнорировал тебя специально.

Внутри меня зашевелилось чувство вины.

Майлз готов хранить наш секрет, а я все равно была с другим.

Но Син не предаст меня. Он никому не расскажет, чем мы занимались.

* * *

Волнение от присутствия Сина стирает чувство вины. Как только он берет меня за руку и ведет в гробницу, меня пронзает словно электричеством. Он поднимает меня, чтобы усадить на гроб. Ноги свисают через край камня, и я с нетерпением жду его указаний. Напряжение между нами ощутимо, и я наслаждаюсь трепетом.

– Ты уже не та грустная и пустая девушка, какой была, когда приехала. Не позволяй им украсть твою уверенность, – в его словах звучит нотка гнева. – Ты сильнее этого, котенок.

– Я пытаюсь, – шепчу я, ненавидя неуверенность в своем тоне.

– Тина – сука, и тебе нужно держаться от нее подальше.

Я вздрагиваю от холодных ноток в его голосе.

– Откуда у тебя видео с ней?

– У меня есть связи.

Несмотря на то, что я его не вижу, я наклоняю голову в его сторону.

– Ты знаешь секреты всех людей?

– Я знаю достаточно, чтобы люди чувствовали себя неловко.

Я слышу улыбку в его хриплом шепоте.

– А мои знаешь?

Он отвечает на мой вопрос другим вопросом.

– Ты доверяешь мне?

– Да, – я отвечаю без колебаний.

Рука ложится на мое колено.

– Ты не такая, как те дурочки, с которыми ты тусуешься, и твой парень тебя не заслуживает.

Мое сердце делает странное сальто-мортале в груди, посылая маленькие горячие толчки по позвоночнику.

– Ты ревнуешь?

– Думаю, мы оба знаем, кто владеет тобой, котенок, и это точно не он.

Порывисто потянувшись к его руке, я перехватываю ее пальцами.

– Я твоя.

Я нуждаюсь в тебе.

– Я хочу все, что ты готов мне дать. Я сделаю все, что ты захочешь.

Илай

Еще пару месяцев назад эти слова позволили бы мне по-настоящему издеваться над ней. Теперь же отчаяние в ее голосе заставляет меня сжимать челюсти, чтобы не скрежетать зубами.

– Все что захочу?

Ее пальцы сжимаются в моих, и она сползает с гроба, чтобы прислониться ко мне.

– Скажи мне, чего ты хочешь. Хочешь, чтобы я стояла на коленях? – она опускается на землю и откидывает голову назад.

– Встань, котенок.

Сегодня в ней чувствуется безрассудство, и я знаю, что это из-за того, что произошло сегодня.

– Скажи мне, что делать, Син, – умоляет она.

– Я сказал. Встань, – Поднимая ее на ноги, я закрываю ее лицо ладонями. – Что ты делаешь?

– Я готова идти дальше. Я хочу большего

– Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул?

– Да, – она протягивает руки, и я уклоняюсь от ее прикосновения, делая шаг назад.

– Посреди кладбища, на грязной земле?

– Где угодно.

– Нет.

– Но.

– Я сказал «нет». Я сказал тебе, что ты не такая, как они. Ты стоишь большего, чем быстрый трах в темноте.

– Ты не хочешь меня, – ее голос дрожит.

– Я не это сказал.

– Но это то, что ты имеешь в виду. Ты почти не разговаривал со мной последнюю неделю. Что бы я ни делала, что бы ни посылала тебе, ты не хочешь со мной встречаться.

– Котенок...

– Что я сделала не так? – она не слушает меня, ее голос повышается. – Почему ты больше не хочешь меня? Я тебе надоела?

– Арабелла! – я выкрикиваю ее имя, забыв о том, что голос должен быть низким. Я старался избегать ее имени и всегда говорил только шепотом.

Черт. Она узнала меня?

Я ловлю ее руки в свои и смягчаю голос.

– Это был долгий день. Ты плохо соображаешь. Иди в постель. Поспи. Увидимся до закрытия школы на День благодарения.

Я не даю ей шанса ответить, отпускаю ее руки и выхожу.

Я не возвращаюсь сразу в свою комнату. Я жду, пока она уйдет, что она и делает через несколько минут, бегом пересекая кладбище. Если бы она остановилась на полсекунды, то увидела бы меня, стоящего рядом, но она опустила глаза, и в лунном свете я вижу слезы на ее лице.

Когда она уходит, я возвращаюсь в склеп и сползаю вниз, чтобы сесть, прислонившись головой к гробу.

– Какого черта ты делаешь? – я произношу эти слова вслух. – У тебя была прекрасная возможность признаться. Почему ты ею не воспользовался?

Но я знаю ответ на этот вопрос, и, будучи идиотом, я еще не готов отпустить ее.

Поднявшись на ноги, я выхожу на улицу, запираю дверь и по тайному туннелю возвращаюсь в здание общежития. Келлан уже спит, когда я проскальзываю в комнату, его тело едва заметно проступает под простынями. Я раздеваюсь и забираюсь в свою кровать. Сон приходит медленно, но в конце концов я проваливаюсь в дремоту.

* * *

В то утро я не написал Арабелле смс с вызовом. Прошедшая ночь оставила у меня неприятный привкус во рту, и я провел половину ночи, ворочаясь и гадая, ушла ли она к Майлзу.

Занимались ли они сексом? Дала ли она ему все то, что предлагала мне?

Я не в духе и раздражен, когда прихожу на первое занятие дня, так что, конечно же, именно в этот день футбольная команда мудаков решает, что хочет поиздеваться надо мной.

Джейс и Эван стоят посреди комнаты, преграждая мне путь к моему обычному месту. Когда я подхожу к ним, они одинаково ухмыляются.

– Эй, Трэверс, я тут подумал., – широко ухмыляется Джейс. – Когда ты засунул язык в горло своей сестре, у тебя был стояк?

Я не отвечаю ему и поворачиваю голову к Эвану, вздергивая бровь. Он пожимает плечами, выражение лица у него овечье.

– Ревнуешь, что она предпочла поцеловать меня, а не тебя, Блэк?

Улыбка Джейса сходит на нет.

– Значит, ты специально ее поцеловал?

Я зеваю.

– А разве большинство людей не целуются специально? Или все твои поцелуи были случайными? Не могу сказать, что это меня удивит, – я махаю рукой перед своим лицом. – Твое дыхание, должно быть, мешает тебе.

– Что, черт возьми, это значит?

Я наклоняюсь ближе, пока наши лица не оказываются в сантиметрах друг от друга.

– Это значит, что от тебя воняет тем дерьмом, которое ты извергаешь, – я похлопываю его по щеке. – Теперь ты собираешься двигаться, или мне придется сделать тебе больно?

Он поднимает подбородок, и я закатываю глаза.

– С тобой никогда не бывает так просто, верно?

Я притворно бью его в лицо, а когда он делает движение, чтобы заблокировать удар, я впечатываю левый кулак ему в живот. Он складывается пополам. Я хватаю его за волосы и впечатываю его носом в свое колено, а затем пихаю его через ближайший стол.

– Когда ты, бл*ть, научишься? – протиснувшись мимо Эвана, я занимаю свое место за несколько секунд до прихода учителя.