Текст книги "Хищник (ЛП)"

Автор книги: Марни Мэнн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

Глава 21

Тайлер

Четыре года и шесть месяцев назад

Дже все еще сидел слишком близко, всего в нескольких сантиметрах, и пристально смотрел на меня. Ему хотелось знать причину моей панической атаки. Я не могла рассказать ему и уж точно не имела возможности упомянуть про «Ачурди».

Я совсем не знала этого парня. Мне была неизвестна его фамилия. Я не знала ничего, кроме того, что он любит мясо с кровью, острый сыр и те же специи, что и я. И знала, что его дом был гораздо лучше, чем я могла ожидать от мужского жилища.

Но, несмотря на это, его рука по-прежнему была на моей щеке, а большой палец скользил по моим губам, а еще я не хотела, чтобы прикосновения незнакомца прекратились. Было что-то такое в грубости и тепле его пальцев, что придавало мне ощущение спокойствия. Насыщение. А точнее, предвкушение. И я думала о том, каково это – ощущать его прикосновения на своем теле.

Мне так хотелось, чтобы он убедил меня, что у меня есть выбор.

Я желала, чтобы это смог сделать хоть кто-нибудь.

Но никто не мог.

– Тайлер, ты в панике, потому что думаешь, что не можешь доверять мне. Но ты можешь. Клянусь тебе.

Я замотала головой, и его пальцы соскользнули с моего лица. Я тут же пожалела о том, что сделала это.

– Ты не доверяешь мне, – заключил он.

Я ждала, когда он вновь коснется моего лица. Но он не сделал этого.

– Не важно, доверяю я тебе или нет. Я не могу тебе ничего рассказать. Я даже не могу находиться здесь сейчас. И по факту меня здесь нет. Я...

Должно быть, он решил, что у меня не все в порядке с головой. Сначала я не могла решить, могу ли пойти с ним, потом меня охватила паника у него на диване, и я потеряла дар речи. Теперь мои слова вовсе казались ему бессмысленными. Но то, что я сказала, имело смысл для меня, потому что если я говорю себе, что меня здесь нет, это делает мое состояние более-менее сносным. Если бы я еще смогла убедить себя, что никогда не видела его сексуального лица, никогда не ощущала его животной силы, никогда не чувствовала дрожь в своем теле, вызванную его присутствием, я могла бы просто сделать вид, что этой ночи вообще никогда не было.

Если бы у меня был лишний порошок, я бы накачалась наркотиками. Но Мина ведет строгий учет того, сколько она нам его выдала, и сколько было использовано.

Я должна добиться этого и без наркотиков.

Мне придется.

Потому что, если я не сделаю этого, то проснусь утром с тоской по нему. Дже станет тем, о ком я всю жизнь думала, когда ложилась спать и когда просыпалась, когда была с Марком, хотя должна была быть рядом с ним.

Тот, от которого мне пришлось отказаться еще до того, как что-то началось после моей связи с «Ачурди».

Я буду вынуждена жить с этим.

Но, что если все зайдет еще дальше, если его губы коснутся моих, смогу ли я остановить его?

Я не была уверена, что справлюсь.

Я должна была собрать все эти дерьмовые мысли воедино, только так смогу разобраться с этим и решить, как действовать дальше.

– Могу я воспользоваться твоей ванной комнатой? – спросила я.

Он все еще смотрел на меня, не отводя взгляда, его лицо не выражало никаких эмоций. Мне было достаточно его молчания. По нему я поняла, что он не доволен тем, что я не дала ему ни единого намека, не рассказала ему о причинах, не сказала ему больше ничего о себе.

Он указал на помещение рядом с кухней, я отправилась туда, заперев за собой дверь. Здесь был только унитаз и раковина. Ни аптечки. Ни какого-нибудь шкафчика. Никакой спрятанной бутылки алкоголя или быстродействующего «Ксанакса» (Примеч. «Ксанакс» – препарат-транквилизатор, который используют для терапии невротических состояний) в зоне видимости. Не уверена, что было бы уместно воспользоваться чем-то из этого без его ведома, но мне просто было необходимо что-то, чтобы усмирить эмоции, которые бурлили внутри меня.

Я открыла кран и подставила руки под холодные струи воды, позволяя им смыть пот. Затем набрала немного в ладони и поднесла к лицу, коснувшись своих щек. Моя кожа пылала. Грудная клетка, казалось, вот-вот взорвется. Дыхание приходило в норму, но еще не было ровным. В моих легких все еще ощущался груз, который не давал мне вздохнуть полной грудью. Я не знала, что мне делать. Не представляла, как все исправить.

Но это не значило, что можно просидеть здесь всю ночь. Я и так уже слишком надолго задержалась в ванной и не хотела, чтобы он пришел сюда проведать меня. Так ничего и не решив, я выключила воду и вышла, чувствуя тяжесть в своих ногах. Я была слишком растеряна, гораздо больше, чем думала.

Дже стоял за металлической стойкой на кухне. У раковины стояла пустая бутылка из-под пива, а в его руке была новая. Он посмотрел на меня. Этого взгляда я не смогу забыть. Он был хищным. Настолько пронзительным, что мое сердце ушло в пятки.

В мире, где «Ачурди» не имел бы власти надо мной, я бы ответила на этот голодный взгляд. Я бы подошла к металлической поверхности, взгромоздилась на нее голой, умоляя его касаться и целовать каждую клеточку моего тела.

Прошло так много времени с тех пор, когда мужчина делал это с животной страстью, на которую, я уверена, способен Дже. Эти олени были эгоистичными ублюдками. Но если я позволю Дже коснуться моей кожи даже самой мозолистой частью его руки, это будет конец для меня.

Вот до чего докатилась моя жизнь, превратившись в череду запретов без надежды на то, что это когда-либо изменится.

Если бы я только могла перемотать пленку назад...

Бедность, безразличие и нелюбовь со стороны моей семьи уже не пугали меня так сильно. Если бы у меня была возможность, я бы все отдала за них – квартиру, тачку, шмотки, все. Я просто хотела бы вернуться в то время, когда я столкнулась с этим выбором. Потому что тогда у меня была возможность сделать выбор в пользу любви. А теперь я принадлежу «Ачурди», и они управляют моей судьбой. Если я хочу жить, то мне придется подчиняться их правилам.

Я попыталась сделать глубокий вздох, но это далось мне с трудом.

– Я должна идти, Дже.

Он поставил бутылку на стойку и направился к двери. Дойдя до нее, он обернулся ко мне, глядя сквозь прищур глаз.

– Я отвезу тебя домой.

Было слишком много причин, по которым он не должен этого делать.

– Ты не можешь этого сделать, – прошептала я, стоя как вкопанная перед ванной.

Когда он приблизился ко мне, я сделала глубокий вдох и затаила дыхание.

Пожалуйста, не прикасайся ко мне.

Пожалуйста, прикоснись.

Пожалуйста, не касайся.

Мои мысли метались, и я не могла остановить их. Не могла предугадать, как он поступит. Я отступала назад, пока не уперлась спиной в стену.

– Господи, Тайлер, – он протянул руку и погладил меня по затылку, которым я ударилась о деревянную стену. Он задержал свою руку там. – Я не причиню тебе вреда.

– Я и не думала так.

– Тогда, о чем ты думаешь?

– Я думала...

Могу ли я произнести это вслух, не думая о том, как он наклоняется и касается моих губ?

– Ты собираешься поцеловать меня.

Я слышала его дыхание. В отличие от моего, оно было ровным. Я знала, что он думает о чем-то, но не могла предположить, о чем именно.

– Дай мне ответ прямо сейчас, и не лги мне. Уйдя, ты будешь в безопасности, или кто-то хочет причинить тебе вред?

Он считал, что кто-то обижает меня.

Я понимала, что не могу винить его за такие предположения. Слишком заметно, что я что-то скрываю, и доказательством этого не обязательно должны служить синяки на моем лице.

– Я живу одна, Дже. Никто не причинит мне вреда, когда я вернусь домой.

– Это не ответ на мой вопрос.

Его пальцы втиснулись между моей головой и стеной, чтобы я не могла отвести взгляд от него. Я должна была понимать, что он не позволит мне юлить и играть с ним в игры.

– Со мной все будет хорошо.

– Все равно неубедительно.

Я опустила взгляд на свои ноги, давление от его взгляда становилось невыносимым.

– Если все сейчас закончится, и не будет иметь продолжения, то тогда я в безопасности.

Его тяжелый вздох заставил меня поднять глаза.

– Это не то, что мне хотелось услышать.

– Это не то, что я хотела сказать.

Я пожалела о последней фразе, что сорвалась с губ. Он сделал то, чего не должен был. Он дал нам обоим надежду. Но ее нет. Не сейчас. Не в будущем. Пока «Ачурди» существует, и их бизнес процветает.

Его рука спустилась к моей шее, обхватив ее. Он проследил за моим взглядом и остановился на моих губах. Его губы в этот момент приоткрылись. Они были вовсе не тонкие, а идеального размера, чтобы покусывать и обсасывать их. Они были обрамлены темной щетиной, которую я хотела ощутить на своих щеках.

– Если я прикоснусь к тебе, ты остановишь меня.

Нет.

– Да, – я произнесла это почти шепотом. Мне не хватало решительности, чтобы управлять ситуацией. И с его рукой на моей шее у меня не было и шансов. Даже если бы его пальцы не касались моего тела, вряд ли бы мой голос звучал иначе. Я должна была попробовать еще раз. – Дже, не делай ситуацию сложнее, чем она уже есть. Мне нужно домой.

– Тогда я отвезу тебя.

Я повернула голову, мой подбородок коснулся его запястья, и я уловила его запах. Он не был облит одеколоном, как все мои объекты. От него не пахло мылом или шампунем. От него исходил запах осенних вечеров в Канзасе. Тех, где я посещала футбольные матчи в одном и том же свитере, потягивая горячий шоколад на чистом, бодрящем воздухе.

Немного природы, немного прохлады, и всецело мужчина.

Таким был Дже.

Я снова выпрямилась и посмотрела на него. Мне не следовало этого делать. Говорить стало еще труднее.

– Хорошо, но мы должны идти. – Когда он ничего не ответил, я добавила. – Прямо сейчас.

Я видела, что ему не понравилось мое требование, но он сжал мои пальцы и повел меня к двери. На этот раз, когда свет был выключен, я уже знала, чего ожидать. Я следовала позади него, ступая на каждую ступеньку, пока мы не вышли на улицу. Парковка находилась сбоку здания, где он помог мне запрыгнуть в его внедорожник.

Он ничего не говорил во время поездки. Я тоже, но не сводила с него взгляд. Он одной рукой держался за руль, откинув свое сидение, чтобы комфортно чувствовать себя со своим ростом. Он выглядел таким спокойным, безумно красивым и уверенным в себе.

Я же была полной его противоположностью.

Быть может я бы попросила его остановиться, но не чувствовала, что контролирую ситуацию. Я ощущала, что Мина забрала у меня эту способность. Чувствовала, что никогда не обрету ее снова.

Меня снова затрясло, и, съежившись, уставилась в угол окна. Точно так же я обычно сидела в лимузине, вцепившись в ручку дверцы, словно меня в любое мгновение могут вырвать с моего заднего сидения.

Я снова ощущала то же самое. Кто-то из «Ачурди» найдет меня, вырвет из внедорожника Джея и уничтожит.

– Остановись.

– Что? – Он посмотрел на меня.

Я отстегнула ремень безопасности и наклонилась вперед, пытаясь захватить хоть немного воздуха. Все казалось таким тесным, что я ощущала удушье.

– Ты не можешь подъезжать к моему дому. Прошу тебя, остановись здесь и не надо ехать дальше. – Я дернула дверь, но она была заблокирована. Меня даже не волновало то, что мы еще движемся. Мне просто необходимо было выбраться. – Дже, разблокируй дверь. Я не должна находиться здесь.

Он съехал на обочину. Припарковавшись, он повернулся ко мне.

– Мы уже почти подъехали к бару. Я проеду несколько кварталов от него и...

– Нет, нет, нет, нет.

Я раскачивалась все сильнее, пытаясь втягивать воздух носом и выдыхать через нос. Тщетно пыталась избавиться от боли внутри. Старалась откинуть груз, сдавливающий мою грудь. Все тщетно.

– Тайлер.

Я раскачивалась взад-вперед.

Я не могла остановить поток своих мыслей. Если я не начну дышать, то Дже отвезет меня в больницу. Тогда Мина точно убьет меня. Она наверняка подсыплет мне что-нибудь в капельницу, чтобы я умерла, не выходя из палаты.

– Тайлер.

– Выпусти меня, Дже. Находясь здесь, я чувствую себя только хуже.

Я не поняла, что произошло, но внезапно Дже переместился, утаскивая меня вслед за собой. Теперь мы оба оказались на заднем сидении.

– Посмотри на меня.

Я не понимала, что происходит. Но я слушала его слова, вникала в них и поймала себя на том, что смотрю ему прямо в глаза.

– Тебе необходимо расслабиться. Что бы тебя ни угнетало, сосредоточься на нынешнем моменте. – Его руки легли на мою шею. – Ты здесь, а я рядом. Окна тонированы. Никто тебя не видит. Никто не причинит тебе вреда. Здесь только мы.

Только мы.

– Хорошо. Теперь пока ты осознаешь, где ты находишься, сосредоточься на своем дыхании. Расслабься, чтобы ты смогла делать длинные и глубокие вдохи.

Длинные, глубокие вдохи.

В свете встречных фар я видела только его лицо, но этого было достаточно, чтобы уловить его улыбку.

– У тебя отлично получается. Еще немного времени, и ты начнешь чувствовать себя лучше.

Прошло не больше минуты, прежде чем я уже смогла ответить.

– Такого никогда не было со мной раньше, но почему-то именно сейчас это случилось дважды за одну ночь. Я не знаю, в чем причина этого.

– Тайлер, проблема в том, что ты прекрасно знаешь, в чем причина, и это чертовски пугает меня.

Мне просто хотелось исчезнуть прямо с этого сидения и никогда не возвращаться.

Почему я вынуждена выкручиваться перед этим прекрасным мужчиной? Почему мы не познакомились при нормальных обстоятельствах, не обменялись телефонами и не завершили эту ночь поцелуем, как все девушки и парни в моем возрасте?

– Ты прав, – согласилась я.

– Могу я что-то сделать?

Я мотаю головой.

– Ты сделаешь только хуже.

– Тогда, скажи мне как все это исправить.

Я задумалась над его вопросом. Обдумала все варианты и пришла к единственному ответу, который не понравился никому из нас.

– Ты можешь высадить меня в пяти кварталах от моего дома. Ты можешь пообещать, что не последуешь за мной, и… – комок застрял у меня в горле. – …ты можешь пообещать, что я больше никогда тебя не увижу.

– Это то, что ты хочешь?

Больше не было света фар, но он и не нужен. В его голосе было много эмоций, я не сомневалась, что он расслышит их и в моей интонации.

– Да, Дже. Я хочу этого.

Он выждал всего несколько секунд. Потом перебрался на переднее сидение и завел машину. Я осталась сидеть сзади. Мне было легче, когда я поодаль от него. Не видя его, я могла позволить слезам течь из глаз и не скрывать этого. Когда он свернул в переулок в пяти кварталах от моей высотки, я вцепилась в ручку дверцы, ожидая, когда он ее разблокирует.

– Мне не нравится то, что я отпускаю тебя, не будучи уверенным, что с тобой все будет в порядке.

– Все будет хорошо.

– Господи, Тайлер, посмотри на себя. Послушай себя. Хочешь, чтобы я поверил, что с тобой все в порядке?

Эта ночь уже не может стать еще хуже.

Я ощутила его руку на своем бедре и подняла на него взгляд. Лучше бы я этого не делала. Свет, проникавший через лобовое стекло, заставил меня прищуриться, и я поняла, что теперь видны мои слезы. По его вздоху, я убедилась, что он их заметил.

Я больше не могла выносить этого.

– Выпусти меня, чтобы мы оба смогли забыть о сегодняшнем вечере.

– Забыть? – рассмеялся он. – Возможно это то, что будешь делать ты, но это точно не то, чем буду занят я.

– Прошу, разблокируй дверь.

Я услышала щелчок, и поняла, что могу идти.

Но могла ли я?

Смогу ли я чувствовать себя свободной теперь?

Я думала, что выскочу из машины, чтобы пробежать пять кварталов до своего дома. Но не сделала этого. Я пропускала сквозь себя последние несколько секунд, стараясь запомнить черты его лица, которые могла видеть при свете фар, а затем выскользнула из машины.

– Прощай, Дже, – прошептала я, осторожно закрывая дверь.

Я обхватила руками живот и шла, не поднимая глаз от земли.

Оказавшись в своей квартире, я начала срывать с себя одежду, просто раскидывая ее по полу позади себя. Проходя мимо кухни, я захватила бутылку вина из холодильника и унесла с собой в ванную. Обнажившись, встала под душ и открыла горячую воду.

Вскоре я сидела на полу, сжавшись в комок, вино стояло у меня между ног, а горячие струи воды хлестали по моему телу.

Я поднесла бутылку ко рту, ощущая, что вода обжигает мою кожу все сильнее.

Но вина было недостаточно, и ожогов тоже, чтобы стереть из памяти всю эту ночь.

Свернувшись в клубок в душе, я дала себе клятву. Как только обсохну, я никогда больше не буду думать о сегодняшней встрече. Воспоминания будут стерты из моей памяти. Моя кожа будет пахнуть гелем для душа, а не нести на себе запах жилища Дже. Его имя, его лицо, чувства, которые я испытывала, когда он касался меня, – это все навсегда вылетит у меня из головы.

Этот душ был моим флаконом с порошком.

И внутри этой горячей кабины, я принимала его внутрь.

Я была в безопасности.

Или просто убеждала себя в этом.

Глава 22

Бородач

Две девушки. Две киски. Две задницы. Два рта.

Две пары глаз смотрели на меня так, словно собирались сожрать.

Черт, возможно, это станет одной из лучших ночей в моей жизни.

Я забрался на кровать и встал на колени между Лейлой и стриптизершей. Обе девушки подались немного вперед. Лейла взяла у меня в рот первой. Ее губы оголили мою головку, и она обсасывала ее, пока стриптизерша поглаживала мой ствол. Когда ее рука высохла, она плюнула себе на ладонь и вновь начала наяривать мой член.

В какой-то момент они поменялись местами, и теперь стриптизерша работала своим ртом. Она смогла заглотить его только наполовину, прежде чем у нее возник рвотный рефлекс. Этот звук, это чертово бульканье, и как результат еще большее количество слюны. Густой слой, который идеально подходил для того, чтобы еще активнее дрочить мне. Она обмакнула в него свою ладонь, что приступить к этому.

Пока стриптизерша орудовала с мои членом, Лейла лизала мои яйца. Она обсасывала их, щекоча языком. Они были настолько чертовски чувствительны, что я накрутил пряди ее волос на кулак и направлял в нужном направлении. Ей не нужны были мои приказы, просто не мешало немного контроля.

Обе девушки отлично знали свое дело.

И их рты действовали по-разному.

Язык Лейлы играл с головкой моего члена, делая круговые движения вокруг нее, а затем она провела им по нижней стороне моего ствола, скользя вниз, прежде чем дразнить всю его поверхность, пробираясь вверх. Стриптизерша чаще использовала зубки. Ее рот не был настолько горяч по температуре, но это компенсировалось количеством слюны, которая делала мое достоинство красивым и блестящим.

Пока стриптизерша обсасывала одно из моих яиц, я скользнул пальцем к ее анусу. Черт, ее очко было таким тугим. Я захватил немного влаги с ее киски, чтобы смазать его. Я дал ей только мгновение, чтобы привыкнуть к вторжению, прежде чем проник туда пальцем. Она не сопротивлялась. Не просила меня быть аккуратнее. Она принимала мои действия и шевелила булками, демонстрируя, что хочет большего. Так как она была хорошей девочкой, я дал ей то, что она желала. Настала очередь двух пальцев. Я не стал ждать, чтобы ее дырочка привыкла. И сразу же вставил в нее второй палец.

Легкая боль только подзадорила ее.

И потому, как она простонала «Бородач», я понял, что ей все нравится.

Теперь Лейла зажала мой член между своими буферами, двигая ими так, чтобы они дрочили мой ствол. Когда головка выскальзывала между ее сисек, она нетерпеливо обсасывала ее. Ее кожа была невероятно нежной. И такой горячей. Влага, оставленная ее ртом, позволяла мне легко скользить в узком пространстве между ее грудей, мне приходилось сдерживать себя, потому что этого трения было достаточно для того, чтобы я кончил.

Я обязательно кончу на Лейлу, но не раньше, чем окажусь внутри нее.

– Встань на четвереньки, – прорычал я в сторону стриптизерши, выдернув из нее свои пальцы и шлепнув ее по заднице.

Когда Лейла отстранилась, мой член освободился.

– Что делать мне?

– Я хочу, чтобы ты легла на спину. Расставила ноги. Ничто не должно скрывать от меня твою киску.

Стриптизерша встала на четвереньки, но прежде чем окончательно устроиться на кровати, она потянулась к тумбочке и достала презерватив. Погрузила резиновое колечко в рот и накинула его на головку моего члена, расправляя по всей длине, пока не начала давиться. Черт, эти губы были настолько прекрасны, даже несмотря на то, что девка орудовала ими, чтобы нацепить на меня гандон. Она закончила начатое рукой и подняла на меня взгляд, ее рот теперь был приоткрыт, а губки надуты.

– Будь жестче, детка. Мне это нравится.

– Запомни, что ты сама этого просила.

Она хихикнула, а я надеялся, что этот звук очень скоро обратится в крик. Затем она слилась в поцелуе с Лейлой. То, как они это делали, было далеко от обычного поцелуя. Эти девушки буквально трахали друг друга языками, щипая соски и выдирая друг другу волосы. Это была самая горячая вещь, которую мне приходилось видеть за последнее время.

Для лучшего обзора я встал позади стриптизерши так, что мой член был устремлен на ее задницу, и наблюдал.

Лейла определенно была одной из самых сексуальных цыпочек, к которым я когда-либо прикасался. Ее красота не была напускной. Особенно прекрасна она была без одежды. То, как она выглядела на этой постели, когда все ее изгибы были видны, а ее кожа переливалась при свете свечей, заставляло меня задумываться о том, как долго я смогу продержаться, когда, наконец, окажусь внутри нее.

Она была той, на кого я смотрел, когда коснулся головкой члена ануса стриптизерши и погрузился в нее.

– О, боже, – простонала та, не отрываясь от губ Лейлы.

– Что ты сейчас чувствуешь, малышка? – поинтересовалась Лейла.

– Он такой огромный. Он полностью заполняет мою задницу.

– Попроси его, чтобы он был жестче с тобой, – потребовала Лейла. – Умоляй его, чтобы он заставил тебя кричать.

Она знала, что я хочу услышать.

Охуенно.

Я вторгался в стриптизершу, а ее влажная дырочка принимала меня и буквально засасывала. Я не был уверен, что мне понравится быть внутри нее больше, чем в Лейле, но, черт возьми, это было потрясающе.

Стриптизерша оглянулась через плечо. Ее пухлые губы разомкнулись для мольбы.

– Сделай мне больно, Бородач. Заставь меня кричать.

Я был готов сделать это.

Я нарастил темп, мои яйца звонко шлепали об ее задницу, сжимаясь при каждом ударе. Я не вторгался в нее на весь член. Она было слишком узкой. Я не хотел разорвать ее на части. Но давал ей достаточно ощущений, активно двигая своими бедрами, чтобы довести ее до пика.

– Лейла, – прошипел я, – поиграй с ее клитором для меня.

Рука Лейлы переместилась туда, куда я просил. Я чувствовал каждое прикосновение, каждое движение ее пальцев, потому что одновременно она касалась и моих яиц.

Господи, какие девушки!

Они понимали, что нужно мне, а, судя по звукам, я осознавал, что все это нравится им ничуть не меньше, чем мне.

Я снова шлепнул стриптизершу по заднице.

– Тебе чертовски нравится трахаться.

А потом я вышел из ее тугой дырочки и переместился к киске Лейлы. Пока я устраивался перед ней, стриптизерша стянула с меня презерватив и облачила мой ствол в новый.

– Дай мне ощутить твой член, – взмолилась Лейла, когда я закинул ее ноги к себе на плечи. – Давай, Бородач. Я хочу этого прямо сейчас.

Я дразнил ее киску, заставляя извиваться для меня.

– О, боже, да, – она качнула бедрами, пытаясь продвинуть головку внутрь себя. – Я хочу большего. Пожалуйста, дай мне больше.

Этот голос. Эта гребаная мольба.

– Попроси еще. Кричи для меня.

– Бородач!

Я вошел в нее головкой, слушая, как она шипит, стонет, кричит.

– Да-а-а, трахни меня.

Когда я дал ей то, о чем она так молила, ее бедра покачивались навстречу каждому толчку. Ее киска сжималась, когда я выходил из нее, и расслаблялась каждый раз, когда я вновь вторгался. Это был совсем иной вид тепла и поглощения, в отличие от задницы стриптизерши. Ее влагалище было мягче и сочнее. Оно обволакивало мой ствол, принимая внутрь.

Стриптизерша поглаживала клитор Лейлы, и начала покусывать ее соски по очереди. Другая ее рука была направлена к своей киске, и я не сомневался, что она трахает себя пальчиками. Ненасытная сучка хотела кончить. И я мог помочь ей в этом.

– Раздвинь для меня свои булки, – скомандовал я.

Она убрала руки с их кисок и раздвинула ими ягодицы, чтобы продемонстрировать мне свою дырочку настолько хорошо, насколько это было возможно. Я смазал свой член слюной и погрузился в нее.

– Черт, да, – взвыла она, – отымей меня жестко.

Я помнил, как она рассказывала мне про свои струйные оргазмы. Это было тем, что мне уже приходилось видеть. Поэтому я был обязан заставить ее сделать это.

– Лейла, дай мне дилдо.

Моя девочка ухмыльнулась и проследовала к тумбочке. Она вернулась с ярко-синим резиновым членом.

– О, нет, малыш, позволь мне, – сказала она, когда я потянулся за ним.

Она скользнула под свою подругу и вставила его ей в пизду.

– Да! – простонала стриптизерша. – Теперь ты точно заставишь меня кончить.

Мы вдвоем накачивали ее гребаные дырки так интенсивно, что мне казалось, что стриптизерша может упасть с кровати. Поскольку я был позади нее, то не мог лицезреть ее киску. Поэтому я вышел из нее, велев Лейле уйти в сторону, и перевернул стриптизершу на спину. Затем я снова вставил свой член ей в задницу, а Лейла скользнула в ее киску.

– Прямо перед тем, как она будет готова кончить, – сказал я Лейле, – достань фаллоимитатор и потри ее клитор.

Она закусила свою губу, а затем потянулась ко мне и поцеловала. Это был первый раз, когда наши рты схлестнулись. Ее губы на вкус были не хуже, чем киска. И чем настойчивее я действовал, тем громче она стонала.

– Интенсивнее, – крикнула стриптизерша, впиваясь своими ногтями мне в бедра.

Я вошел в нее еще на несколько сантиметров и качнул бедрами вперед и назад настолько резко, что не был уверен, что она выдержит.

Но она сделала это.

Когда я бросил свой взгляд вниз, то увидел немного крови под ее пальцами.

– Вцепись в меня сильнее, – прорычал я. – Хочу, чтобы моя кровь капала с твоих ногтей.

– Хорошо, – прошипела она.

Я ощущал, как они впивается в меня.

– Вот так отлично.

Лейла работала с чертовым дилдо в том же темпе, в котором действовал я. Она делала им круговые движения, немного вытаскивала и погружала обратно.

Еще несколько толчков, я увидел, как напрягся живот стриптизерши.

– Лейла, погладь ее клитор.

Она доверила мне работу с дилдо, которым я продолжал дразнить стриптизершу, а сама переместилась к клитору. Она делала плавные движения двумя пальцами по нему, и крик пронзил мои уши. Этоn звук заставил сперму устремиться к моему члену, но я смог сдержаться, и струя соков выстрелила из ее киски. Она ударила меня ляжкам, обжигая раны, нанесенные ее ногтями. И тут же раздался еще один крик. Рука Лейлы шлепнула стриптизершу по клитору, и в воздух взвилась вторая струя.

– Вылижи ее, – приказал я.

Язык Лейлы скользнул по клитору стриптизерши. Она снова закричала и выдала нам третью заключительную струю. Лейла не отстранилась, слизывая жидкость, пока я замедлял свои движения.

Она порадовала меня. Ее крики были именно тем, что я жаждал услышать. Я почувствовал, как ее очко сжалось, когда она кончила. Ее брызги затронули нас всех. Мои шрамы адски горели от кислоты в ее соках. А лицо Лейлы, липкое и мокрое, было именно тем, к чему я хотел прильнуть ртом.

– Тебе хорошо? – поинтересовался я у стриптизерши.

– Черт, детка. Хорошо – это не то слово.

Я бросил взгляд на Лейлу.

– Иди и сядь ей на лицо.

Она поползла вверх по телу своей подружки и прижала свою киску прямо к ее губам. Боже, это зрелище было даже горячее, чем я мог себе представить.

Я приблизился к Лейле сзади, снова сменив презерватив, и скользнул членом внутрь ее киски. Пока я двигал бедрами, делая поступательные движения, стриптизерша играла с моими яйцами.

Я так часто уже был близок к кульминации, что мой член не мог долго сдерживаться. Тем более, когда Лейла стонала так громко, что ее стон был так близок к крику. Мне просто хотелось, чтобы он был еще чуть выше, чуть пронзительнее.

– Вот и все, – сказал я ей. – Кричи для меня.

Ее киска напряглась и начала доить меня, высасывая всю сперму до последней капли. Ее крики сотрясали меня так, что оргазм волной прошелся вниз по моим гребаным ногам. Я даже чувствовал покалывание в руках.

Когда я, наконец, вышел, стриптизерша уже была готова снять с меня презерватив. Она облизала мою головку, нежно обсосав ее, прежде чем спуститься вниз по моему стволу. Лейла тоже уже была там. Девушки целовались, обмениваясь тем, что было у них во рту.

– В следующий раз я желаю, что ты был в моей киске, – промолвила стриптизерша.

Лейла потерлась своими сиськами о мою грудь и засмеялась.

– Ты ведь понимаешь, что это значит? – Она ждала моего ответа, но я промолчал. – Это значит, что она снова хочет тебя прямо сейчас.

Я провел пальцами по киске стриптизерши. Она не отстранилась и не вздрогнула от болевых ощущений.

– Тебе не было больно?

Я знал, что еще не был в этой дырке, но я не особо церемонился с другой.

Одна из девок начала массировать мой член.

– О, нет, детка. Не переживай за это.