Текст книги "Хищник (ЛП)"

Автор книги: Марни Мэнн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 9

Тайлер

Пять лет и десять месяцев назад

Мы с Дином уютно устроились на заднем сидении лимузина. Из разговора с Винтер я вспомнила, что езда в лимузине была одним из многих преимуществ моей новой работы. Но мы не всегда использовали такой способ передвижения. Так мы делали тогда, когда были на работе, или когда группа девушек проводила где-то вместе ночь, или когда Мина хотела, чтобы мы к ней приехали.

Я никогда на таком не ездила.

И никакой обдолбаный Дин не помешает мне насладиться машиной.

Он был такой идеальной первой целью. Мужчина был готов уже с того момента, как мы встретились в баре. И когда я сказала, как сильно хочу пойти к нему домой, чтобы нам было поудобнее, он залпом выпил свой напиток, а также мое вино. К тому времени, как мы встали, чтобы уйти, я увидела, что порошок начинает действовать. Поэтому схватила его за руку и потащила через заднюю дверь VIP-комнаты, вниз по лестнице, туда, где нас ожидал лимузин.

Я знала, куда нас везет водитель. Просто не знала адрес или как долго мы туда будем добираться. Я не могла видеть наше местоположение: окна были тонированы изнутри, поэтому ни черта не было видно. Но по моим подсчетам, мы были в пути по крайней мере пятнадцать минут. Мне не разрешалось посмотреть на телефон, чтобы сверить время. Мы могли их использовать только в экстренных случаях. Это было одно из правил. И тревога не могла сойти за экстренный случай, поэтому мне оставалось надеяться, что мы почти приехали к месту назначения.

Винтер говорила о том, что Дин будет молчать, пока мы будем ехать. Бессвязная речь, путаница в словах, усталость – всё это было побочным действием препарата. Она была права. Дин не сказал ни слова с того момента, как мы устроились на заднем сиденье. Он, в основном, просто смотрел на свои руки, двигая ими перед лицом, туда и обратно, как будто никогда их раньше не видел.

Он был под кайфом.

Как и я, но мой кайф был немного другим.

Сохранить прикрытие и заманить Дина в лимузин было своего рода всплеском адреналина, который я никогда не чувствовала раньше, но мне определенно хотелось повторить. Мне нужно было убедиться, что я ничего не испортила, чтобы мне дали еще такой шанс.

Как только лимузин остановился, Дин наконец-то заговорил.

– Мы дома?

– Если тебе хочется, можешь называть это место домом.

– Я хочу домой.

Я не хотела смеяться, но не смогла удержаться, так как его голос стал таким детским и невнятным, и плюс к этому, он вел себя так, будто вся его уверенность в происходящем исчезла.

– Дин, ты получишь всё, что захочешь. Только немного потерпи, хорошо?

Он не кивнул. Он вообще ничего не сказал.

Рядом с моими ногами на коврике была сумка, я ее заметила еще когда мы сели в лимузин. Мина подготовила меня, поэтому я знала, что внутри два шарфа. Перед тем как выйти из машины, мы с Дином должны были их надеть. Шарфы скроют верхнюю часть наших лиц, начиная с носа, полностью закрывая глаза, и завязать их нужно было прямо за головой. В шарфах были прорези для глаз и для носа, чтобы было чем дышать.

Сначала я завязала свой. Затем, после того как завязала и Дину, я постучала в окно, чтобы водитель знал, что мы готовы. Я ожидала, что Дин попытается снять свой шарф или, по крайней мере, спросит, зачем он ему. Но он ничего не сказал, даже не потянулся руками к лицу.

Водитель открыл дверь, и я начала вылезать первой, потянувшись чтобы схватить Дина за руку.

– Пошли, – сказала я ему.

– Мы уже дома?

Мина сказала, что цель будет податлива. Но она не говорила, что он будет постоянно повторять один и тот же вопрос, словно ребенок.

– Да, Дин, мы дома.

Он цеплялся за мои пальцы и шаркал по тротуару так, будто его ноги были слишком тяжелыми, чтобы он был в состоянии их поднять. Я знала, это из-за препарата он так себя чувствовал, ведь до того как сесть в лимузин, он шел нормально.

Когда мы доползли до единственной двери, я бросила взгляд на здание. Это был гигантский склад длиной более квартала, снаружи покрытый темно-красным кирпичом. Кроме размеров он больше ничем не выделялся. На нем также не было никаких опознавательных знаков. Район выглядел промышленным, поэтому склад тут хорошо вписывался.

Я постучала четыре раза – два раза тихо, два громче. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы дверь распахнулась, и человек, который поприветствовал нас, был почти таким же широким, как дверная рама.

– Я номер двадцать, – сказала я. – А это мой компаньон – Дин.

– Дом? – спросил Дин.

Приветствующий проигнорировал Дина, глядя на лист бумаги, который держал в руке. Бумага была маленькой и изношенной; она рассыпалась бы, если бы он ее смял. Что-то мне подсказывало, что к концу ночи так и будет.

Он отошел от прохода.

– Входите.

Мы последовали его приказу и теперь стояли в комнате, сделанной полностью из бетона – стены, пол, даже потолок, всё было бетонным. Каждое наше движение отдавалось эхом. На складе было черным-черно, за исключением светильников на стене, которые висели примерно через каждые десять метров.

– Продолжай идти, – сказал мужчина, который шел позади нас.

Я продолжала держать Дина за руку, помня про инструкции, которые давала мне Мина.

«Когда дойдешь до девятнадцатого светильника, поверни направо. Там будет небольшой проход длиной всего несколько метров, а затем двадцать шесть ступенек вниз. Без перил. Если будет нужна опора, то держись за стену. Внизу будет металлическая дверь. Стучать четыре раза – два тихих стука и два громких».

Я повторила ее указания в своей голове, и не став заморачиваться тем, что ждет нас внизу, стала считать светильники.

Дин двигался не очень быстро, и, кроме редкого бормотания, ничего не говорил. Я думала, он будет задавать кучу вопросов о том, что это не его дом и куда мы идем. Но, возможно, под наркотиком ему было это не особо интересно. Или, может быть, вопросы были в его голове, но наркотик мешал задать их вслух.

И об этом мне нужно было спросить Мину.

Когда мы дошли до ступенек, я прижала свободную руку к стене.

– Держись, если нужна опора, – сказала я.

Он сжал мою руку сильнее.

– Не за меня, а за стену, – сказала я.

Спускаясь вниз, я мысленно считала количество ступенек и пыталась сосредоточиться на них, только бы не слышать тишину. Тишина нервировала. Мое сердце билось быстрее с каждым стуком моих каблуков, эхом отдающимся от стен, и как только мы приблизились к концу лестницы, мне стало тяжелее дышать. Отверстие в шарфе, вырезанное под моим носом, было не большим, и я не могла вдохнуть достаточно воздуха, чтобы мне стало легче.

Напряжение нарастало.

Мне нужно всё сделать правильно. Мне нужно, чтобы Мина мной гордилась.

Я должна сделать так, чтобы мной гордилась вся моя семья – девочки, все двадцать, и те, кто был выше. Как только я войду в следующую дверь, вся моя жизнь обретет смысл. Там меня будет ждать Мина. Она проанализирует мои действия и доложит обо всем своим боссам, а потом они решат, подхожу ли я их компании.

И то, что я попала в «Ачурди», еще не давало мне гарантий того, что я смогу там остаться.

Смогу ли остаться или нет, покажет именно то, что произойдет сейчас.

Было легко подсыпать порошок в напиток Дина. Еще легче было флиртовать, выпячивать грудь и кусать губу.

Но теперь задание становилось сложнее.

Я подняла руку, сжала ее в кулак и замерла перед дверью. Все мои нервы, все опасения нужно было оставить здесь, на бетонной плите, на которой я стояла. Мне нужно было найти уверенность и использовать ее.

– Почти пришли, – прошептала я Дину, но, видимо, и себе тоже.

Потянувшись к затылку, я проверила узел шарфа. Он был надежно закреплен. Затем проверила, чтобы у Дина узел тоже был в порядке. Я тянула время, и знала это.

Сделав пару глубоких вдохов, я приготовилась стучать.

– Дома?

Как бы нелепо он ни звучал, кажется, мне нужно было это услышать. Каким-то образом он облегчил мое беспокойство. Мне захотелось рассмеяться, хотя в том, что я собиралась сделать, не было ничего смешного.

С этого момента моя жизнь окончательно изменится.

С этого момента я официально перейду черту.

Как только войду в эту дверь, я не смогу ничего вернуть. Не смогу попросить второго шанса.

Я должна принять свою судьбу.

И я приму.

Уже приняла.

Я постучала – два раза тихо и два раза громко.

Глава 10

Бородач

Выйдя из душа, я вытерся и бросил полотенце на пол. Затем вошел в спальню, встал перед чемоданом и начал укладывать свою одежду, рассчитанную на три дня. Я мог бы остаться подольше, но Шэнку и Диего требовалась моя помощь. В тюрьме было много народу. У нас были три конвоира, и всё же, нам, вероятно, понадобятся еще два. Так как у нас теперь появился лист ожидания, и в нем было, по крайней мере, двадцать человек. Как только кто-то будет убит, его камера пустовать будет недолго. Наши конвоиры работали без остановки, постоянно летая в Штаты и обратно.

Бизнес был хорош. Чертовски хорош.

Но не это сейчас имело значение.

Именно влечение к Лейле было единственной причиной, по которой я летел в Майами. Я знал, что наша встреча закончится моим каменным стояком, поэтому сделал остановку в стрип-клубе по дороге домой.

Но, черт, это не помешало мне надеть черные джинсы и футболку, завязать ботинки и застегнуть на руке пару кожаных браслетов. Вернувшись в ванную, я нанес масло на свою бритую голову и распылил немного одеколона. Затем положил в карман кошелек, пристегнув цепью, висевшей через бедро, и пошел к лифту.

– Ваш ключ, – сказал портье, когда я вышел на улицу. – Мы припарковали вашу машину прямо перед домом, как вы и просили, сэр.

Взяв ключ, я сел на водительское сиденье, протягивая пятьдесят баксов из окна. Как только он взял деньги, я завел тачку и уехал.

Самолет приземлился в Майами чуть позже восьми. Это был самый ранний рейс, на который смог попасть, потому что он был из Род-Айленда с двумя заключенными на борту. Мне нужно было зарегистрировался в отеле и принять душ, поэтому сказал Лейле, что мы встретимся у нее дома. Я не хотел, чтобы она задерживалась в офисе допоздна.

И, черт, на самом деле я не хотел встречаться у нее дома, потому что каждую секунду, которую там проводил, я думал о стриптизерше, вылизывающей киску Лейлы на балконе. И как хорошо она выглядела. И звук этих проклятых стонов.

И крики.

Черт.

Я въехал на подъездную дорожку перед ее зданием и припарковался в секции для посетителей. Тот же швейцар, что и в прошлый раз, спросил мое имя и позвонил Лейле, чтобы подтвердить мой визит.

Когда он попытался нажать кнопку этажа в лифте, я сказал:

– Я знаю куда ехать, – и сам нажал номер.

В этот раз дверь открыла не стриптизерша, а Лейла. Она была одета еще более «по-домашнему», чем в прошлый раз. Ее длинные волосы были влажными, и капли воды стекали на обнаженные руки. На ней были обтягивающие джинсы и майка. Ноги были босыми.

Диего с ума сходил от ножек – как они пахли, как они чувствовались на коже – он любил лизать между пальцев ног.

Я не был фетишистом, но, черт, я не мог отрицать, насколько красивы были ноги Лейлы. Ступни были такими маленькими и ухоженными, а ногти покрыты моим любимым черным цветом.

Она не была гламурной девочкой.

И это мне в ней нравилось.

– Заходи, – сказала она. – Все бумаги готовы.

Она повернулась и предоставила мне полный обзор на свою задницу. Я смотрел на ее попку, когда закрывал дверь и когда шел за ней в гостиную. Бумаги и папки валялись на кухонном столе, рядом стояли два бокала и бутылка шампанского в ведерке со льдом.

Я сел на один из стульев, и она положила передо мной небольшую стопку бумаг.

– Я открою бутылку, пока ты читаешь, – сказала она.

Место, где я сидел, было ближе всего к шампанскому, поэтому она стояла рядом со мной, когда откручивала проволоку вокруг верхней части бутылки. Каждый раз, когда она делала это движение, я ощущал больше ее запаха. И, Господи, это был ее настоящий запах. Кокос и манго. Может, даже немного ананаса.

Этот запах напомнил мне остров.

Мой остров.

Мне нужны были крики.

Я покачал головой, пытаясь остановить возбуждающие мысли, и пробежался взглядом по первому и второму листу. Взяв одну из ручек на столе, я отметил несколько пунктов, которые хотел бы обсудить с Панигом во время нашей завтрашней встречи.

– Три четверти миллиона? – спросил я, когда добрался до пятой страницы.

Это была цена той квартиры, которую я собирался покупать. Угловой блок, который он выбрал для меня, был на двадцать восьмом этаже с видом на пляж и город, с тремя спальнями и тремя ванными комнатами, площадью почти двести квадратных метров. Также здесь был список материалов, которые будут использованы для отделки, и цена, если я захочу что-то изменить.

Лейла налила шампанское в каждый бокал и поставила один передо мной.

– Слишком дорого?

Я разведал рынок. Я знал цену за квадратный метр на Саут-Бич. Отделки, которые он включил, считались модернизацией в большинстве зданий. Я получил чертовски выгодную сделку. Но это само собой разумеющееся, учитывая, сколько денег я вкладывал в его проект.

– Мы можем сделать лучше, – сказал я ей.

– Скажи мне, сколько ты хочешь вложить, и я постараюсь сделать всё в лучшем виде.

– Семь сотен. Я хочу два парковочных места, а не одно. И хочу спроектировать главную ванную комнату сам, потому что это, – я поднял лист, на котором были чертежи, – никуда не годится.

Она взяла бокал со стола, оставаясь на том же месте рядом со мной.

– Сделаю всё, что смогу.

Лейла улыбнулась, и мне захотелось облизать ее губы так же, как я облизал ее соки с пальцев стриптизерши.

– Составь список всех остальных запросов и выдели изменения, которые хочешь внести в контракт, и мы обсудим их с Панигом завтра.

– Хорошо.

Я откинулся на спинку стула и глянул через раздвижную стеклянную дверь на балкон. Потребовалось лишь немного воображения, чтобы как наяву увидеть ту ошеломляющую картину, когда она вжималась в перила своим телом, а стриптизерша вылизывала ее киску.

Она была так чертовски сексуальна.

Так охренительно прекрасна.

Мой член встал. Снова. И это шампанское было слишком «сухим» на мой вкус. Единственное, что я хотел сделать с ним, это вылить его на тело Лейлы и слизать с ее кожи.

Но она бы этого не хотела. Она скорее предпочла бы страпон, чем мой член.

– Скоро мы станем соседями, – сказала она.

Я вернул свое внимание обратно на стол и заметил, что она села напротив меня.

– Надеюсь, что ты зайдешь одолжить сахара, – продолжала она.

– Я что, выгляжу так, будто мне нужен сахар?

Я понял, что сказал, и рассмеялся. Но, черт, это была правда. Я не был долбаным поваром, и у меня не было проблем с кисками.

За исключением той, в которую я на данный момент хочу засунуть свой член.

Ее улыбка снова расцвела.

– Я просто имею в виду, что надеюсь, что еще увижу тебя после того, как мы закончим со сделкой.

Если мы подпишем контракт завтра, мои дела с Лейлой закончатся и начнутся с Панигом. Но я всегда смогу дать ей больше денег, чтобы куда-нибудь инвестировать. Но, если бы всё закончилось с деловой точки зрения после этой сделки, позвонил бы я ей, чтобы вместе потусоваться? Наверное, нет. Я не искал друзей, особенно тех, которых хотел бы трахнуть.

– Уверен, мы будем видеться после того, как я перееду, – сказал я.

– Я бы этого хотела.

– Ты всем клиентам предлагаешь сделку с Панигом?

Она покачала головой, поигрывая прядью волос.

– Нет. Ты первый. Ты также был первым, кто пришел в мою квартиру и зашел так далеко. И... – ее кожа начала менять оттенок. – И смотрел, как моя девушка трахает меня языком на нашем балконе. Я... – она опустила взгляд на стол.

Она была смущена.

– Лейла, тебе не нужно смущаться из-за того, что произошло.

– Знаю, Бородач, – наконец-то она снова посмотрела на меня. – Ты мой клиент. Я не должна была так поступать, и не должна была позволять этому заходить так далеко. Хочу, чтобы ты мог доверять мне, и тот случай был серьезным упущением с моей стороны. Обещаю, это больше не повторится, – ее голос звучал сурово, но противоречиво.

Знаю, что ей понравилось то, что я наблюдал за ней. Я видел это на ее лице, слышал это в ее стонах. Она извинялась передо мной, потому что думала, что интересна мне только в профессиональном плане.

Она чертовски сильно ошибалась.

– Лейла, всё нормально.

Расслабившись, она поставила локти на стол, ее грудь всколыхнулась, почти вываливаясь из выреза майки. Я хотел обхватить ее груди ладонями и облизать.

– Мне понравилось то, что я видел, – сказал я. – Между нами это ничего не меняет.

Это была ложь. Кое-что это изменило, теперь я ее хотел.

– Правда? Ты уверен?

– Да, уверен. Прекрати волноваться.

Она подошла и взяла бутылку шампанского со стола, затем налила содержимое в свой бокал.

– Могу я предложить тебе еще что-нибудь выпить? Я и не думала, что ты не любитель шампанского.

Ее соски были на расстоянии не более метра от моего лица. Они просвечивали сквозь тонкую ткань майки так, будто умоляли меня прикусить эти твердые вершинки.

Твою же мать.

Я встал и поправил ширинку на джинсах, чтобы скрыть огромный стояк. Другой рукой я взял шампанское и выпил его.

– Нет, всё в порядке. Где у тебя ванная комната?

Я не мог думать ни о чем, только о том, чтобы кончить на эти идеальные сиськи. С такой потребностью, пульсирующей в моих венах, мне было небезопасно находиться рядом с ней. И будет небезопасно до тех пор, пока я не спущу пар.

– Третья дверь слева.

Я вдохнул больше ее аромата, затем обошел вокруг нее и направился по коридору. За несколько шагов до ванной я услышал стон. Звук доносился из единственной двери справа. Когда подошел ближе, я узнал голос.

Стриптизерша.

Прислонившись плечом к дверной раме, я заглянул внутрь. Стриптизерша лежала на кровати, ее колени были согнуты, ноги раздвинуты, а пальцы ног впивались в матрас. Она была обнажена, и один из ее пальцев был глубоко внутри ее киски.

– Д-а-а-а, – шептала она. – О, Боже, да.

Было достаточно света, чтобы увидеть влажность на руке и на внутренней стороне бедер. Это было чертовски возбуждающе – она была возбуждающей. Но не ее я хотел видеть на кровати.

– Бородач, мне очень жаль, – прошептала Лейла рядом со мной. – Она знала, что ты будешь здесь, и...

Обернувшись, я автоматически схватил Лейлу за талию. Я ожидал, что она сделает шаг назад, чтобы вырваться из моей хватки, но она этого не сделала.

– Иди, присоединись к ней.

– Что?

– Иди, присоединись к ней, – зарычал я.

– Но, это не...

– Не то, что ты планировала? Я знаю. Но я просто смотрел на твою мастурбирующую девушку, и первая мысль, которая пришла мне в голову, это ты на кровати, а вместо пальца мой член.

Я увидел, как на нее подействовали мои слова. Поэтому я наклонил к ней голову так, чтобы она чувствовала мое дыхание у ее уха.

– К черту эти планы, Лейла. К черту все твои расчеты. Важно только здесь и сейчас. Иди к ней, – я придвинулся еще ближе. – Иди.

Ее щеки порозовели, а в глазах появился голод.

– С твоего прошлого появления здесь она много о тебе говорила, – сказала она. – Ты ей нравишься.

Я коснулся пальцами своей бороды.

Это всё усложняло.

Я знал, что стриптизерша любит член. Я чувствовал это с того момента, когда впервые встретил ее. Но я не знал, стоит ли об этом говорить.

– Ты ей нравишься больше, – ответил я.

Лейла слегка откинула голову назад, показывая мне свою сексуальную шею, и засмеялась.

– Это правда.

Я не мог отвести взгляда от ее рта. Эти чертовы губы были такими соблазнительными.

– Но... ты ей нравишься. И она хочет, чтобы ты ее потрогал.

Обхватив руками ее талию, опустил ладони на бедра – было очень трудно сдержаться. Я хотел прикасаться к ней, обхватить ладонями ее сиськи, большими пальцами провести по соскам, сжать эти вершинки.

– Она не единственная, кого я хочу трогать.

– Бородач...

– Я знаю. Тебе не нужно ничего говорить.

– Нет, ты не знаешь, – она схватила меня за футболку и дернула на себя. – Я снова оказываюсь в такой ситуации, хоть и не должна – по нескольким причинам.

– Мне всё равно, какие у тебя там причины, они не имеют значения.

– Имеют, – она взглянула через мое плечо, чтобы посмотреть на стриптизершу. – Я люблю ее.

– Я не прошу тебя перестать ее любить, – я убрал руки с ее бедер, надеясь, что это поможет ей подумать. – И я не говорю, что нашим деловым отношениям конец. Я же сказал – тебе не о чем беспокоиться.

Лейла отпустила мою футболку и обхватила меня за руку. Затем провела пальцами по моим запястьям, кистям, до кончиков пальцев. Ее прикосновение было таким нежным. Я к этому не привык. Я привык шлепать попки и засовывать пальцы в тугие дырочки.

Но мягкость?

Черт.

Я уже забыл, на что это похоже.

– Что ты хочешь, чтобы я им сделал?

По взгляду Лейлы понял: она знала, что я спрашиваю о пальце – том самом, который она в данным момент поглаживала.

Я смотрел, как она обдумывала мой вопрос. Черт, я мог даже видеть борьбу в ее голове.

– Я хочу, чтобы ты трогал ее им.

– Где?

Я знал где. Мне просто нужно было, чтобы она это сказала. Затем, чуть позже, когда буду дрочить в душе, буду прокручивать ее слова у себя в голове.

– Между ног.

– Лейла...

– Для меня, Бородач, – она сжала мой кулак так крепко, как самая тугая в мире киска сжимает член. – Каждую секунду, которую проведешь в ней, ты будешь делать это для меня. Но я хочу, чтобы она чувствовала это.

– А что насчет тебя?

– Я буду смотреть.

Я не хотел быть внутри киски стриптизерши, не побывав внутри Лейлы. Я собирался сделать это только потому, что она так мило попросила, и потому, что знал, как это ее заводит. И потому, что надеялся, что когда Лейла будет смотреть на киску своей девушки и на мою руку, она захочет, чтобы я проделал с ней то же самое.

Но этого было недостаточно.

Если я буду делать это для нее, то мне нужно что-то взамен.

– Только, если ты потрогаешь для меня свою киску.

Я смотрел, как она обдумывает мое требование, противоречивые эмоции снова отразились на ее лице. Она привыкла контролировать себя – на работе и дома. А потом появился я, смесь и того, и другого, и еще я говорил ей, что, мать его, ей делать.

– Лейла, если я прикоснусь к киске твоей девушки, тогда ты должна будешь прикасаться к своей для меня, и я буду смотреть, как твои пальцы скользят внутрь и наружу. А теперь ложись с ней на кровать.

– Хорошо.

Она сдалась. Просто так. Ни аргумента против, ни встречного предложения.

– Бородач, – позвала стриптизерша, как только Лейла зашла в комнату. – Подойди.

Я не стал снимать одежду, когда становился на колени рядом со стриптизершей, ведь не меня сегодня будут касаться. Еще не время для этого. Я просто протянул руку между ног стриптизерши и провел пальцем по ее клитору.

Обе женщины застонали.

– Быстрее, Лейла.

Она стояла на другой стороне кровати, снимая джинсы и трусики. Ее взгляд был прикован к моей руке, она наблюдала, как я прикасался к стриптизерше.

– Хочу, чтобы ты легла здесь, – я использовал другую руку, чтобы указать на место рядом со стриптизершей. – Прямо сейчас.

Через нескольких секунд Лейла лежала на спине, раскрыв для меня киску, а ее пальцы были там, где я и хотел.

– Я скучаю по тебе, малышка, – сказала стриптизерша Лейле.

Она наклонилась и поцеловала Лейлу, и это было так чертовски сексуально. Чтобы показать, как мне это понравилось, я зажал ее клитор и начал тереть.

– Ах, – простонала стриптизерша в рот Лейлы, обе посмотрели на меня.

– Лейла, хочу, чтобы ты делала всё то же самое, что я делаю с ней.

Я раздвинул ноги стриптизерши и немного наклонился между ними, сжимая ее бедра, чтобы дернуть ближе ко мне. Новое расположение открыло мне лучший вид на Лейлу и на то, как она прикасалась к себе.

– Да, – выдохнула Лейла.

Я скользнул двумя пальцами в дырочку стриптизерши и потер ладонью о ее клитор. Она мгновенно застонала, двигая бедрами вверх и вниз, как будто я был гребаным фаллоимитатором.

Я не остановил ее.

Потому что правда была в том, что мне было насрать на то, что она делает. Всё дело было в Лейле. Стриптизерша могла сделать всё сама, если бы захотела. Я просто должен был убедиться, что Лейла делает именно то, что мне нужно. Что, пока она была на этой кровати, двигала пальцами в своей киске так, как если бы это был мой член. Что, когда будет кончать, она будет думать о нем. Что будет видеть это каждый раз, когда закрывает глаза. И в следующий раз, когда я буду с ней, она будет тянуться к моему члену.

– Да, продолжай, – сказал я, добавляя третий палец, сводя их вместе, чтобы они напоминали форму треугольника. – Давай жестче, Лейла.

Лейла наблюдала за мной, пока я пальцами трахал стриптизершу. Но вместо стриптизерши я бы предпочел оказаться внутри Лейлы. Я не отводил от нее взгляда, чтобы мы двигались с одной скоростью. Она была так близко ко мне, что я почти почувствовал ее стоны на своей коже.

– Быстрее, – скомандовал я.

Стриптизерша задыхалась каждый раз, когда я почти полностью вынимал пальцы, а после возвращал глубоко внутрь. Она была чертовски мокрая. И, когда она сжалась вокруг моих пальцев, я знал, что она вот-вот кончит.

Единственное, чего я не знал, это когда кончит Лейла.

– Лейла, я хочу слышать тебя.

Стриптизерша раздвинула ноги еще шире, и начала по-настоящему тереться об меня. Мне даже не нужно было двигать рукой, но я делал это, чтобы она ощущала каждое движение моей ладони.

– Ласкай свой клитор быстрее, Лейла.

– О, Боже, – простонали они вместе.

– Вот так, крошка, – сказал я.

– Д-а-а-а-а-а! – закричала стриптизерша. – Я кончаю.

Блядь, я любил этот крик.

Это звучало сексуально. Немного боли и удовольствия. Прекрасное сочетание звуков.

– Лейла, сейчас, я хочу услышать, как ты кончаешь. Кричи для меня, детка.

Стриптизерша сжала сосок Лейлы, и это было самое сексуальное, что она сделала с тех пор, как я подошел к кровати. И она так сильно его потянула, что Лейла дернулась всем телом.

Я отстранился от стриптизерши и придвинулся к ногам Лейлы, встав на коленях близко к ней, но не касаясь ее.

– Трахай эту киску, Лейла.

Ее стоны говорили о том, что она на грани.

– Трахай ее так, чтобы кончить.

И затем, я, наконец, услышал. Звук, которого так ждал.

Ее крики.

Я хотел жить в этом звуке. Окунуться в него с головой. Похоронить себя в нем и никогда не просыпаться.

Я нашел это.

Снова.

Моя собственная чертова тюрьма.

Взгляд на лице девушки сказал мне, что удовольствие полностью захватило ее тело. Черт, я хотел бы заменить ее пальцы своими. Но не мог, поэтому стоял на коленях перед ее ногами и смотрел на то, как делает это она.

– Смотри на меня, – приказал я.

Она снова закричала.

Я почти расстегнул джинсы и засунул свой член внутрь нее, чтобы ощутить, как вибрации голоса Лейлы достигли ее влагалища.

Но сделать это – значит изнасиловать ее.

Я убийца, а не насильник.

Поэтому я сжал свой член в джинсах, чтобы успокоить ублюдка.

Живот Лейлы начал содрогаться, а бедра дергались на матрасе.

– Бородач. О, Боже.

Ее оргазм начал утихать, движения замедлились, дрожь в конце концов прошла. Когда она убрала пальцы, я наклонился и взял их в рот. Мы не отводили взгляды друг от друга всё время, пока я посасывал ее влажную кожу.

– Иди сюда, – сказал я стриптизерше.

Она встала на колени и подползла ближе.

– Вылижи ее, – сказал я, показывая на киску Лейлы. – Вылижи ее досуха.

Я отстранился немного дальше, чтобы видеть язык стриптизерши. Каждое ее движение, пока она глотала.

Это была чертова пытка. Я хотел почувствовать мягкие складочки Лейлы на своих губах. Хотел, чтобы ее густой сок бежал по моему горлу.

– Больше, – зарычал я. – Вылижи ее всю. Я не хочу, чтобы хоть одна капля упала на кровать.

– М-м-м, – застонала Лейла, закрыв глаза и откинувшись на подушку.

Если бы это я лизал сейчас ее киску, я бы вылизал ее щелочку, затем мягко поднялся к клитору, чтобы подготовить ко второму раунду, а затем опять вернулся к складочкам, чтобы снова подразнить ее.

Прошло так много времени с тех пор, как я лизал киску.

Я много трахался. Но лизал киску только избранным, и их было совсем немного.

– Я закончила, – сказала стриптизерша. Ее подбородок был весь мокрый от соков Лейлы, губы были красные и пухлые.

– Ты молодец, – ответил я ей, отталкиваясь от кровати и направляясь к выходу из комнаты.

Оказавшись возле двери, повернулся к двум женщинам. Я не знал, какого черта здесь начал. Не знал, что случится, когда вернусь в следующий раз. Не знал, что будет сказано, когда я уйду.

И мне было плевать.

Лейла на данный момент была сыта. Она смотрела на меня, и мне нравилось всё, что я видел в ее глазах.

Моя работа здесь была закончена.

– Увидимся позже.

Я покинул комнату и вышел через входную дверь, ни разу не останавливаясь, чтобы посмотреть, что осталось за спиной.