Текст книги "Неверный муж. Я тебя (не) прощу (СИ)"

Автор книги: Мария Шарикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 30

Следующим утром, не желая встречаться с Дереком, Рейчел позавтракала у девочек наверху и отправилась с ними в Гайд-парк и по магазинам, чтобы купить всё необходимое для отъезда. Девочки были возбуждены, радовались переезду на новое место, где все незнакомое. Рейчел рассказывала о красотах Линкольншира, хотя и никогда их не видела, надеясь, что им и правда там понравится.

Вернулись они к дневному сну малышки Софи. Рей старалась не думать о муже и переключиться на детей, на их интересы и проблемы, была в хорошем настроении. Да, боль никуда не делась, но, немного успокоившись, она старалась загнать её как можно глубже, быть веселой хотя бы для других и не заметила, как настроение, которое она изображала, на самом деле захватило её.

Если улыбаться, то настроение поднимется само собой, вспомнила она слова своей матери. Да, надо улыбаться. Ведь девочкам незачем знать о том, что они уезжают из Лондона навсегда или очень надолго.

Гувернантка забрала девочек наверх, а маркиза сняла перчатки и шляпу, когда из библиотеки показалась Маргарит. Она открыла дверь, будто воровка, на секунду замерла на месте, а потом кинулась к ней.

Рей поразилась бледности её лица.

– Рейчел, дорогая... – Маргарит схватила её за руки, – мы уже отправили людей тебя искать!

Её синие глаза сияли слезами. Рейчел высвободила руку.

– Что произошло? – тихо спросила она, начиная волноваться.

– Дерек... Дерек умирает.

Дальнейшие события Рейчел помнила урывками. Она ворвалась в библиотеку и увидела лежащего на диване Дерека, накрытого каким-то пледом. Он был совершенно белый, и рука его, свисавшая почти до самого пола, казалась рукой трупа. Рядом сидел доктор, что-то записывающий в небольшой блокнот.

Рей бросилась к мужу, забыв тут же все его прегрешения, и только ужас от того, что она видела, сжимал её сердце.

– Что с ним, доктор? – закричала она, хватая Дерека за холодные руки и пытаясь их согреть дыханием.

Доктор поднялся, кланяясь.

– Как я понимаю, миледи, он отравился. И у меня есть все причины подозревать, что он не отравился сам, а был отравлен.

Рейчел плохо понимала, о чём говорил пожилой человек. Её накрыло какое-то полное безразличие к происходящему вокруг. Она положила руку на сердце мужа, счастливая, что оно еще бьется.

– Он будет жить, доктор?

Маркиза прижала его безжизненную руку к груди.

Доктор смотрел на неё долго и с сочувствием.

– Да, миледи. Кто-то дал лорду Инглтону яд. Мышьяк. Но тот, кто травил его, просчитался, не зная, что молоко нейтрализует действие яда. Не до конца, но достаточно, чтобы можно было отвоевать его у смерти. Сразу после яда ваш супруг пил чай с молоком.

Рейчел закрутила головой, переводя взгляд с Маргарит на доктора.

– Отравить? Кто мог отравить Дерека? И зачем?

То, что он скорее всего будет жить, настолько обрадовало её, что все отошло на второй план. И даже то, что кто-то намерено хотел убить Дерека. Её Дерека. Которого она больше никогда не оставит одного. Даже за завтраком. Тем более за завтраком.

Тут дверь распахнулась, и в библиотеку ворвалась Доменика. Она была бледна так, будто это она лежала на смертном одре, тёмные волосы растрепались, а глаза сияли, будто она сошла с ума.

– Я знаю, знаю, кто это сделал! – закричала она, бросаясь к Рейчел и указывая на неё пальцем, – это она! Рейчел! Самозванная Шарлотта! Она вчера грозила его убить! Так это были не угрозы! Она и убила его!

Окончательно растерявшись, маркиза пыталась сообразить, что происходит. Дерек будет жить. И нет ничего важнее. Пусть делает, что хочет, главное, он будет жить. И даже если он действительно изменил ей вчера, она его прощает. Потому что нет ничего важнее его жизни. Нет ничего важнее возможности снова оказаться в его объятьях, подарить ему сына, которого он возьмет на руки, на те, что сейчас напоминают руки трупа.

– Рейчел? – Мэгги шагнула к ней.

Рейчел подняла голову.

Маргарит смотрела на неё совершенно серьезно.

– Это не я, – сказала Рейчел, вдруг испугавшись, – утром я ушла с девочками и только вернулась...И я... А он....

Рей заплакала, и Мэгги обняла её, гладя по спине.

– Маргарит! – услышала маркиза сквозь слёзы крики Доменики, – ты сейчас утешаешь убийцу брата!

Потом были какие-то люди, которых вызвал доктор. Рейчел с трудом понимала, что происходит вокруг неё, и сидела у ложа Дерека рядом с помощником доктора, а люди рыскали по дому, все вынюхивали и высматривали. Брат Дерека Эрон постоянно забегал в библиотеку, то и дела давая указания кому-то, и Рейчел пыталась понять, что происходит в доме и чего все эти люди хотят.

– Вы ушли в десятом часу, миледи? – перед ней показался пожилой господин в сером сюртуке, с большими усами и острыми глазами.

Рейчел запуталась, не зная, когда же она действительно покинула дом.

– Можно спросить служанок, – ответил кто-то за неё.

Этот человек тоже что-то постоянно записывал, прям как доктор.

– Рейчел, скажи, что ты этого не делала! – Эрон оказался рядом, и Рейчел вдруг поняла, что все происходящее очень серьезно. Что оно касается именно её, и что её обвиняют в убийстве Дерека. Или в попытке убийства. Она испугалась, схватив Эрона за руку.

– Эрон, я не делала этого! – она снова заплакала. – Как я могла... Да, я сердилась на него, но я....

– Я понимаю, – Эрон сжал её пальцы, – я понимаю, дорогая Рейчел. Не переживай, следователи разберутся во всем.

Дерек так и лежал на диване, всеми забытый, кроме Рей и ученика доктора. Тот пытался её приободрить и периодически мерил Дереку пульс.

– Доктор сделал для него всё, что возможно, миледи. Ваш супруг будет жить. Да, он будет очень долго болеть. Но, поверьте, всё закончится, и он снова будет скакать на коне.

– Вы были на скачках? – неожиданно спросила Рейчел.

– Да, видел его на Смелом. Прекрасное выступление!

Маркиза снова заплакала, вспомнив, как смотрелся Дерек на коне. Как великолепен был он в костюме для верховой езды. И что будет с ними теперь? Он умрёт, а её повесят за его убийство? Что будет, если сейчас этот человек с острыми глазками и большими усами объявит её убийцей?

Про расследование, проделанное человеком с острыми глазами, которого звали мистер Миркл и который был лучшим следователем лондонской полиции потом напишут в газетах?

До самого вечера шли опросы прислуги и домочадцев. Следователи зашли даже в детскую, чтобы поинтересоваться, когда и куда девочки ходили с Рейчел. То, что её вывели из подозреваемых, Рейчел узнала последней. Она ушла слишком рано утром, чтобы Дерек мог принять яд из её рук. Потом мистер Миркл заинтересовался разбившейся чашкой. Он долго опрашивал Доменику, которая всё время бледнела и краснела, то принималась плакать, то начинала язвить следствию.

– Я очень раскаиваюсь, – с раскаянием говорила она, – я разбила чашку из любимого сервиза леди Маргарит. Но это была та чашка, из которой пила я, вряд ли она вас заинтересует.

Но чашка следователей заинтересовала. Слугам пришлось перерыть всю помойку, но осколки чашки были доставлены мистеру Миркалу. Тот отнес её врачу, и они оба долго совещались, после чего доктор ушёл, обещав вернуться, как только завершит с анализами.

Вернулся он ближе к полуночи. Ещё никто не спал, и весь дом стоял вверх дном. Рейчел приказала постелить ей в библиотеке, так как Дерека нельзя было тревожить и переносить наверх. Казалось, он спал, но доктор сказал, что этот сон намного глубже, и что он больше похож на смерть.

– Но он же очнётся? Очнётся?! – спросила Рейчел, испуганно глядя на него.

– На все воля Божья, – тяжело вздохнув, ответил доктор, – но, думаю, что да, очнётся.

Он смотрел на Рейчел с отеческой добротой. Потом вдруг улыбнулся ей и сообщил, что мистер Миркл установил убийцу.

– Кто же это? – воскликнула Рейчел, вскочив на ноги.

– Идите в гостиную, миледи, сейчас будет разговор следователя и лорда Эрона. Я тоже пойду, послушаю. Возможно, кому-то потребуется и моя помощь.

Рейчел не хотела оставлять Дерека одного. Он казался ей слишком слабым и будто бы зависел от её присутствия. Но любопытство перевесило, и она пошла следом за доктором, поцеловав мужа на прощание в сомкнутые губы. Только сейчас она поняла, что ничего за этот день не ела, и даже не пила, но есть и не хотелось. Доктор провел её в гостиную, где уже были все члены семьи.

– А вот и убийца! – довольно сказала Доменика, когда Рейчел вошла в комнату.

Все повернулись к ней, но Рей расправила плечи.

– Следствие уже разобралось, кто убийца, – ответил за Рейчел мистер Миркл, надевая на нос пенсне, – давайте, леди и джентльмены, не будем ругаться и тянуть время. Мы все устали. Я доложу вам, лорд Эрон, к чему пришло следствие, и вы уже сами решите, что вам делать с этими фактами. Оставить внутри семьи или отдать на суд общественности. Дело-то серьезное. Дело о наследстве.

– О наследстве? – не понял Эрон.

Он нахмурил тёмные брови и уставился на мистера Миркала.

– Да, кто-то хотел получить то, что ему не принадлежит.

– Вы намекаете на меня? – брат Дерека резко побледнел, – вы хотите сказать....

– Я не намекаю на вас, милорд, – мистер Миркал говорил спокойно, – но я представлю вам свои домыслы, а вы сами все решите. Сейчас, пока глава семьи без сознания, я думаю, только вы можете принимать решения, как его возможный наследник.

Рейчел крепко сжала дрожащие руки.

– Я не знаю всей подоплеки событий, потому что, возможно, есть вещи, которые может рассказать только лорд Дерек. Я не знаю, что подвигло убийцу действовать именно сейчас. У вас, лорд Эрон, есть сын, а у вашего брата – только три дочери. Как я понимаю, леди Рейчел ещё не родила милорду наследника, и в случае его смерти титул переходит к вам и позже к вашему сыну лорду Маркусу. Так?

Эрон кивнул, но на лице его была полная растерянность.

– Пожалуйста, скажите, к чему вы клоните, – проговорил он, нервно поправляя шейный платок.

– К тому, что предоставление титула вашему сыну и было главным мотивом для убийства. Возможно, был и другой, но мы не сумели пока его узнать. Но этого достаточно, чтобы убить человека, вы не находите?

– Нет, – Эрон растеряно покачал головой.

Мистер Миркл вздохнул.

– Тем не менее, сегодня утром ваша жена, леди Доменика, пила чай с вашим братом в малой столовой, где подавали завтрак. Они были одни. Мы знаем, что вчера была крупная ссора, где поссорились все. Леди Доменика ссорилась с лордом Дереком, леди Рейчел кричала тому же лорду Дереку, что хочет его убить, и это закончилось сегодняшней катастрофой. Леди Рейчел ушла рано утром с детьми в парк. Её многие там видели, и слуги подтвердили, что она ушла ещё до того, как лорд Дерек спустился в столовую. Там он общался с леди Доменикой, они пили чай с молоком, и после его ухода леди Доменика взяла чашку лорда Дерека и разбила её.

– Что?! – воскликнула Доменика, бледнея. – Я разбила свою чашку! Я не делала этого специально, этот сервиз стоит огромных денег!

– Не больших, чем владения маркиза Инглтона, не так ли, миледи? – усмехнулся доктор.

– Вы разбили эту чашку, мадам, потому, что знали, что в чашке был яд. Мышьяк, – продолжал мистер Миркл.

Все уставились на Доменику, а Эрон побледнел, как полотно.

– Я не делала этого! – Доменика бросилась к мужу, но тот отступил, глядя на неё с полным недоумением, – Эрон, скажи им, что я не делала этого! Это Рейчел! Она хотела избавиться от Дерека, чтобы выйти за Адама Ардена! Я знаю, что она бегала к нему на свидания! Я знаю, что она давно в него влюблена! Уверена, что не сумев родить Дереку наследника, она решила избавиться от него, обвинила его в измене, и подсыпала яд!

– Но я... – Рейчел положила руку на живот и победно посмотрела на мистера Миркала, а потом перевела глаза на доктора, – доктор может подтвердить... Я жду ребенка.

Доменика смотрела на неё и её тёмные глаза светились такой ненавистью, что Рейчел стало не по себе. Потом невестка раскрыла рот, желая что-то сказать, но вдруг задохнулась и без чувств упала на руки своему мужу.

– Боже мой, я не могу поверить в это, – прошептала Маргарит, подходя к Рейчел и крепко обнимая её, – Рейчел, ты ждешь ребенка, а Доменика... Боже мой, я столько лет старалась любить её!

Эрон положил супругу на софу и подошёл к следователю.

– Я не желаю, чтобы обо всем этом кто-то узнал, господа, – начал он, – но мне нужен хороший специалист, который сумеет быстро и без больших потерь избавить меня от брака с этой женщиной.

– Тихо не получится, милорд, – сказал следователь, – вы же понимаете. Придется всё выложить журналистам.

Эрон прислонился к косяку двери. Рейчел стало жалко брата мужа, хотя на его лице даже появилось что-то похожее на радость.

– Проще отправить её обратно к отцу. В эту деревушку, откуда я её привез по глупости много лет назад! – с отчаянием сказал он.

За дверью послышался топот ног, и в комнату влетел помощник доктора.

– Лорд Дерек очнулся! – закричал он.

Рей всплеснула руками и бросилась обратно в библиотеку…

Глава 31

Окончательно Дерек пришёл в себя через три дня. Рей не оставляла его одного ни на минуту, хотя Маргарит и утверждала, что она и их с Дереком будущий малыш нуждаются в отдыхе.

– Рейчел...

Маркиза очнулась, будто её выкинуло из забытья. Рейчел спала, свернувшись калачиком в кресле рядом с диваном, на котором до сих пор лежал Дерек.

– Рей...

Она подскочила, и тут же в свете догорающих свечей увидела, как Дерек смотрит на неё, чуть улыбаясь.

– Ты не уехала?

Она подбежала к нему, тихо всхлипывая.

– Я тут, тут!

Он коснулся одеяла, которым доктор укрыл его. Осмотрелся.

– Почему я в библиотеке? – его голос был хриплым и слабым, но Рейчел была настолько счастлива, что он очнулся, что слёзы потекли ручьем.

– Дерек... Я... Я позову доктора! Он сказал, что нужно сразу его позвать, когда ты откроешь глаза! Тебя нельзя было тревожить до тех пор пока ты не пройдёшь в себя!

– Доктора?

– Ты... – Рей сжала его руку, – ты заболел. Не шевелись. Я схожу за доктором!

– Ты всё время мне снилась.

Маркиза провела рукой по его лбу, холодному и чистому.

– Жара нет. Слава Богу. Дерек, ты так меня напугал. Доменика...

Он вздрогнул. Доменика.

– Она тебе всё рассказала? – нахмурился он.

– Доменика пыталась отравить тебя! – воскликнула Рейчел.

Он помолчал, переводя дыхание. Рей положила руку ему на сердце, чувствуя, как быстро оно бьётся.

– Не нервничай, Дэр, тебе нельзя, – сказала она, – всё уже позади.

– Ты не уедешь?

Маркиза покачала головой.

– Нет.

– Не оставишь меня?

– Нет, не оставлю.

Она вытерла покатившиеся из глаз слёзы. Она не оставит его. Даже если чего-то не знает о нем. Того, что могла бы рассказать Доменика.

Он молчал, видимо, что-то обдумывая. Свечи догорали, чадя и шипя. Рей встала, чтобы поправить фитиль.

– Рейчел... – Дерек пошевелился, и она метнулась к нему, чтобы не позволить ему подняться, – я... я хочу кое-что тебе сказать. Поверишь ты мне или нет, я не знаю. Доменика всё равно тебе всё расскажет. Или сделает другую гадость.

– Доменика уехала к отцу. Эрон выгнал её, – произнесла Рейчел и, немного помолчав, добавила, – Дерек, возможно, я ничего не хочу знать из того, что она могла бы рассказать. Ты был без сознания три дня. И я так рада, что ты очнулся. Доктор говорил, что всё будет хорошо, но я боялась ему верить, только молилась....

– Моя репутация была против меня, Рейчел, – заговорил он тихо, когда она села подле него так, что он мог видеть её лицо, – меня пригласили на закрытую восточную вечеринку. Тебе лучше не знать, что это. Там были и Доменика, и Изабель.... Доменика совсем отбилась от рук, я пригрозил ей, что расскажу все Эрону... А сам... Я ушел, как только понял, где оказался. Честное слово, Рей, я... – он вдруг закашлялся, и Рейчел поддержала его голову, – да, – продолжил он, – да, я сознаюсь, я целовался с Изабель, но потом ушел. Потому что всё это – прошлое. Неприятное и некрасивое прошлое. Я думал только о том, что приду к тебе. И о нашем ребенке.

Она молчала. Дерек поднял на неё свои синие глаза.

– Верить мне или нет – это тебе решать, Рейчел. Прощать или нет – тоже. Но считай, что это признание на смертном одре, – Дерек усмехнулся, – прямо перед вратами в ад.

Долгая речь его вымотала, и он закрыл глаза. Рейчел смотрела на него, не зная, что ответить, пока не поняла, что он спит. Изменил он или нет, но даже на краю могилы думает о том, чтобы она простила его. Рей поднялась и пошла за доктором, который просил будить его, если Дерек очнется. Пусть доктор делает свое дело. Дерек ещё слишком слаб, чтобы обсуждать какие-то дела. А Доменика... Вот и нашёлся мотив. Теперь нельзя было сомневаться в её злой воле.

* * *

Спустя неделю, когда Дереку стало намного лучше, и он передвигался в большом кресле на колесиках, которое катали слуги, в гостиную его особняка вошла женщина под вуалью. Рейчел, которая проводила с ним почти все время и ни разу не вспомнила про восточную вечеринку, ушла в детскую, а он читал газету, которую отложил, увидев посетительницу. Приказав лакею выйти, Дерек смотрел на гостью с усмешкой.

Дама откинула вуаль.

– Добрый день, Изабель.

Она была невероятно хороша в темном платье и с этой вуалью, оттеняющей бледность ее матовой кожи. Но Дерек смотрел на неё без былого вожделения, как на змею, которая выползла на солнце погреться. Изабель и была похожа на змею, такая же скользка, хитрая и опасная.

– Ходят слухи, что твоя ревнивая жена пыталась тебя отравить, – сказала она, внимательно разглядывая его.

– Какие интересные слухи, – подняв брови, произнёс Дерек.

Изабель улыбнулась. Да, вылитая змея.

Как он мог владеть ею в постели, если сейчас её губы, её руки вызывают в нем только отвращение? К падшей, полностью извалявшейся в грязи женщине, принадлежащей сразу всем. А ведь чем он лучше неё? Дерек нахмурился. Да, он такой же, так что не смеет судить. И как он имеет отвращение к ней, так и Рейчел наверняка не желает иметь ничего общего с ним. И все её улыбки, вся её забота – это просто долг. Супружеский долг.

Маркиз сглотнул. Изабель присела на корточки, заглядывая ему в глаза.

– Я хотела убедиться, что с тобой все хорошо, – прошептала она проникновенно, – Я хотела знать, что мы ещё встретимся.

Дэр вздрогнул.

– Мы не встретимся, Изабель.

– Почему? Боишься, что оживший труп Шарлотты снова попытается утащить тебя с собой в ад?

Дерек побледнел. Так вот, что о них говорят в Лондонских гостиных! Вот что думают о Рейчел, его добром ангеле, ничего общего не имеющем с холодной чопорной Шарлоттой! Свет сам решил, кто прав, кто виноват, и осудил Рейчел за чужие прегрешения!

– Уходи, – сказал он, с трудом сдерживая желание ударить её.

– Я уйду, только когда ты пообещаешь мне навестить меня сразу, как встанешь на ноги.

– Труп Шарлотты любит утаскивать всех в ад, – раздался звонкий голос Рейчел.

Дерек дернулся, резко обернувшись к ней. От ужаса его затошнило, и по всему телу разлилось полное бессилие. Вот и всё. Рейчел все видела. Все узнала. Она никогда больше не поверит ему. Его любовница посмела войти в её дом, и теперь дом этот осквернен, как и он сам.

Изабель повернулась к Рейчел. Женщины смотрели друг на друга, будто впервые увидели.

– Мой муж просил вас уйти, – сказала Рейчел, подходя ближе.

Изабель, конечно, читала газеты, но наверняка забыла, что бывает с его любовницами, если они попадаются Рейчел под горячую руку. Дерек чувствовал себя ненужным и беспомощным, будто ребенок, потому что не мог предотвратить того, что стало неизбежным.

Лицо Рейчел исказилось улыбкой.

– Прошу вас, леди Темптес, дверь там.

Изабель рассмеялась. Звонко и весело.

– Да вы ещё и хамка. Вот Шарлотта такой не была. Она была воспитанной и вежливой леди.

– Я всего лишь ходячий труп Шарлотты, – возразила Рейчел, – у нас, у трупов, свои понятия. И если вы не уберетесь из этого дома добровольно, я вам помогу.

– Рейчел, нет! – воскликнул Дерек, но женщины даже не повернули головы.

– Ну, попробуйте меня выставить, – улыбаясь заявила Изабель.

Рейчел огляделась, и щеки ее налились румянцем, и в один миг из миловидной женщины она превратилась в златовласую медузу-горгону. Дерек вжался в кресло, а Рейчел схватила горшок с цветком и швырнула ей в лицо. Следом полетел графин с вином, за ним стаканы, и серебряный поднос. Изабель завизжала, бросаясь к двери, а Дерек громко смеялся, наблюдая всю эту сцену.

– Сумасшедшая, сумасшедшая! – кричала Изабель, на радость сбежавшимся слугам и домочадцам.

Рейчел подняла над головой трость Дерека. Грязная и мокрая, в земле, вине и чем-то ещё, Изабель под улюлюканье слуг выбежала из дома, выронив ридикюль и забыв зонтик.

Рейчел медленно опустила трость, обернувшись к смеющемуся Дереку.

– Тебе смешно, а меня снова нарисуют в газете, – сказала она, садясь рядом с ним на стул.

Маргарита и Эрон вошли в комнату, чтобы узреть разгром, который устроила Рейчел за один миг.

– Дерек, тебе нельзя смеяться, – приблизившись, сказала Маргарит, положив руку ему на лоб.

– Но тут нельзя было не смеяться, – парировал он, – мне повезло с женой. Она может отогнать от меня любую подколодную тварь.

– Надеюсь, эта женщина больше тут не появится, – тем временем произнесла Маргарит, – я много узнала о ней. Её даже на порог нельзя пускать.

Дерек и Эрон переглянулись. Рейчел заметила странное выражение, которое мелькнуло на лице у каждого из них. Они оба отлично знали о грехах Изабель, но сама она не хотела ничего знать.

– Климат Лондона слишком вреден для меня, – проговорил Дерек, – я уверен, доктор пропишет нам путешествие в Ирландию, где нам было так хорошо однажды. Как думаешь, Рейчел?

– Думаю, что это лучшее место для рождения наследника, – улыбнулась Рейчел, подходя к нему.

Но вечером, когда Рей пришла пожелать ему доброй ночи, Дерек, весь день только и думавший об этом, остановил её.

– Рей. Я ничем не лучше Изабель, – тяжело вздохнув сказал он, – и если тебе неприятно общение со мной, я тебя пойму.

Рейчел замерла, не понимающе глядя на него.

– Я не хочу, чтобы ты знала, какие извращения бывают в тайных комнатах Лондона, но я дошел до самого дна. Да, там была Изабель. И не только она достойна презрения.

Рейчел молчала, не возражая и не пытаясь помочь ему.

– Я хочу, чтобы ты понимала, что я за человек. Я постоянно думаю об этом и не могу забыть всю эту грязь. Знаешь, на краю бытия многое переоценивается, и сейчас я понимаю, что натворил и что упустил единственный мой шанс на прощение. Но... Пусть будет мне оправданием то, что я больше никогда не вернусь к прошлому. Оно слишком постыдно и мерзко. А прощать меня или нет... Это можешь решить только ты сама.

Повисло молчание. Рейчел все так же смотрела на него, а потом медленно развернулась и ушла. Дерек закрыл глаза, сглотнув неизвестно откуда взявшиеся слезы. Вот и всё. Изабель разрушила то, что он пытался построить на зыбком фундаменте насмешек и измен. Любовь не может расти на такой почве. И все его попытки стать другим провалятся, и его снова затянет трясина. На этот раз уже навсегда. Найдется на него ещё порция яда…

Утро застало его совершенно измотанным и разбитым. Слуги одели его и усадили в кресло, спустили вниз, в столовую, где доктор уже ждал его, как и специально приготовленный для него завтрак. Есть не хотелось, и Дерек уже готов был спросить доктора, не мог бы он продать ему ещё порцию мышьяка, чтобы принять её без молока, а как положено, в чистом виде, когда вошла Рейчел. Он опустил глаза, будто боялся смотреть на неё.

– Слава Богу, в газетах ничего нет, – как ни в чём не бывало сказала она, садясь рядом и приступая к завтраку.

Дерек усмехнулся, а потом погрузился в собственные грустные мысли, пока Рейчел обсуждала с доктором способы его лечения. Её самоотверженность и её понимание супружеского долга раздражали его. Если она не простила его, то какой смысл во всей этой жизни, которая будет только в тягость ему и ей самой? Да, должен родиться их ребенок. А потом... А что потом, он не знал и даже не хотел знать. А потом доктор извинился и ушёл, сославшись на множество вызовов к пациентам, и они остались наедине.

Рейчел молча улыбалась ему. Дереку казалось, что она над ним смеется, но нет, она просто улыбалась, разглядывая его, будто он был редкой китайской вазой.

– Мы начнем всё сначала, Дерек, – проговорила она, ласково касаясь его руки, – и попробуем ещё раз. Возможно, теперь у нас что-то получится!