Текст книги "Эн. В поисках таланта (СИ)"
Автор книги: Мария Комягина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 24 страниц)
Глава 7
Носили ли каффы в Верхнем мире? Да. Придавалось ли им какое-то значение или статус? Определенно, нет. Впрочем, и были мало употребительны, всё чаще для украшения прелестных ушек предпочтение отдавалось более изысканным вещицам. И парным. На оба ушка.
Более того, в Верхнем мире и рабство не процветало, унижение личности не может иметь место в высокоразвитом магическом обществе! Пафосно, конечно, но просто объективных причин нет для рабовладения. У каждого мага свой талант, а каждый талант находит свою сферу применения. Маги-ученые до сих пор занимаются исследованиями на тему того, что является предпосылками для формирования денотата. Ведь не рождаются все дети с талантом управления водой, к примеру, или с талантом врачевания. Таланты распределяются равномерно, чтобы и переизбытка магов не было в какой-то области, и чтобы развивались новые технологии. В итоге, каждый нужен, каждый занимает свое место, и немыслимо чтобы, как человек, перешёл во владение кому-либо.
– Ааа, – недобро потянула Эн, – рабыня значит.
– Об этом позже, – отрезал этот рабовладелец.
Шыч, как ни странно, медленно, не привлекая к себе внимания, отполз к лестнице. И как-то такое отступление показательно отдавало намёком. Пора подумать о втором в жизни побеге, пока на самом деле не утащили некоторые в гарем. То есть в строй рабынь. Времени с первого опыта прошло немного, но оттачивать навык можно, не откладывая в долгий ящик. Упорные тренировки, и всё такое.
При светочах и не закрывающего обзор змея Эн удалось рассмотреть незнакомца. На вид ему было столько же сколько брату, высокий, крепкий. По сравнению с ним, Эн, казалась, хрупкой тростинкой. Темные короткие волосы с чуть светлыми прядями на висках. Волевые черты лица. Взгляд тяжёлый, ни капли доброжелательности, ни грамма приветливости. Сканирующий, прожигающий до самых скрытых уголков души. Улучшенная версия брата? В одежде тоже мало, что привлекало к доверительным отношениям. Наглухо, под самый подбородок застегнутый темный суртук, на крупных пуговицах которого можно разглядеть изображение грифона. В тон суртука брюки.
– Итак, откуда ты? – начал он.
Вот и брат со своим фирменным "итак" обычно приступал к беседе. Они бы, наверное, нашли общий язык.
– Я...
– Судя по защите змея, да ещё и такого, – он коротко кинул взгляд в сторону змея. – из южных кланов. Заклинатели змей?
Расчет был на нелегалов с Верхнего мира, вообще-то. Рядом сломанный Колибри, тут человек прячется, на лицо подозрительная личность, застигнутая с поличным. Заклинатели змей? Это кто дрессирует чешуйчатых на разные шалости? Эн подумала, что Шыч бы вряд ли стал таким заниматься, если она попросит. А другие есть варианты?
– Э...
– Так, это понятно. Что ты здесь делаешь?
Как думаете, достаточно для непринужденного разговора, чтобы между делом про дорогу к источнику спросить? И вопрос подходящий.
– Я..., – продолжить опять не дал.
– О, ясно, – он с силой сжал руки в кулаки и зло ухмыльнулся. – До ползущих слухи всегда доходят удивительно своевременно. А заработать очень даже хочется. Нестерпимо для таких, как ты. И много вас тут набежало? Прости, наползло.
Эн ещё не встречала никого из южных кланов. В целом круг ее знакомств ограничивался единственным Шычем. К какому он принадлежит клану выяснить к текущему времени не удалось, не до того было. Но обидно стало за ползущих. Может у них ресурсов не хватает, вот и пытаются промышлять... кхе-кхе... зарабатывать доступными способами. Разобраться сначала надо, чтобы судить. Брат бы так не сказал.
– Хм…
– Можешь не отвечать, делиться никто не любит. Если и наползло, то по-отдельности друг от друга. Отлично. Осталось решить один вопрос.
Но и тут ответа от Эн не требовалось, за всей этой во всех отношениях познавательной беседой, точнее монологом, она не обратила внимание на вновь приблизившегося змея и теперь внезапно обвившего ее левую руку. Неужели кусать собрался? Эн посмотрела на новый предмет одежды с тревогой. А Шыч, как будто успокаивая ее, задел кончиком раздвоенного языка ее шею. Легче не стало, надо будет обсудить правила общения друг с другом. Как только удастся выбраться из поля зрения "всезнавателя".
– Руку, – потребовал мужчина, указывая глазами на ту, которую занял чешуйчатый.
– Змея желаете рассмотреть? – наконец-то получилось вставить слово, а точнее сразу три, в разговор.
Видимо, нет. Не отвечая, потянулся к Эн, но змей ещё раз воинственно прошипел, явно не давая дозволения не то, чтобы осмотреть, но и подойти ближе.
– Допустим, – что он допустил в своих мыслях, Эн не стала уточнять, наблюдая за незнакомцем, а точнее выжидая момент для побега. – Я заметил клеймо на руке, выясним, что это, позже. Сейчас не имеет значения. Хотя предположительно изгнанная из клана. Отсюда может быть более заинтересованное участие в поиске причины сплетен за шанс вернуться в клан.
Нда... Вот это легенда! Эн восхищённым взором окинула мужчину, не более пяти минут прошло с начала их встречи, практически безответная беседа, а человек, уже связал какие-то известные ему факты с наблюдениями и вывел мотив, цели и доказательства. Ошибочные, правда, но с кем не бывает. Хотя польза есть. В сухом остатке: местное население делится на кланы, в Верхнем нет такого, единое княжество с князем и советом во главе. Некие южные связаны с представителями чешуйчатых. Отношение к ним так себе. Из южного клана могут изгнать, поставят клеймо. Возвращение в клан оплачивается особыми заслугами. Далее: ходит в Нижнем мире некий слух, что-то такое видимо жутко секретное, на чем можно заработать (а кстати, Эн бы тоже не мешало бы обзавестись местным доходом, на разные нужды). Что ещё? А, есть рабы, рабовладельцы. И конкретно рядом присутствующий не из южных кланов. Кстати, умеет включать свет одним прикосновением. В дополнение непонятных свойств кафф на ухе. И совсем поразительное: обмен мыслями, который сейчас загадочным образом не работает. По крайней мере, в голове Эн никто лишний не мыслит.
– Эд, – раздалось с площадки. – Что там? Есть следы?
– Очень даже существенные, – крикнул в ответ.
– К тебе пробраться?
Нет-нет, вот это совсем ни к чему. Надо действовать уже. Невольно Эн пришла на ум совершенно безумная идея, корнями уходящая в однажды пролистанную книгу о лечении саблезубров, диких зверей, родившихся на островах, которые ещё не были заключены в силовой контур Верхнего мира. Для введения магической инъекции обязательно требуется обездвижить зверя, но не полностью, а лишь двигательную активность. Делается это непросто для новичка. Эн, естественно, подобное никогда не делала. Ну не получится, так не беда.
В общем, девушка оттолкнулась от дерева и упала к ногам мужчины. Наверное, не так часто в ноги ему валятся новые рабыни, потому что замер от неожиданности, но, разумеется, двигательную активность саблезубра гасят не так. Со змеем маневр не получился изящным, но удар в особую точку под коленом удался. В том смысле, что удар был совершен, а желательного эффекта не принес, кроме недоумения, резко сменившего полюс с нейтральной эмоции на отрицательную, перейдя в ярость. Медленно Эд развернулся к Эн, и нависнув всем телом над ней, глядя прямо в глаза потянулся рукой к уху с каффом. Что-то явно не очень дружелюбное задумал этот тип, весь его вид сигнализировал об этом.
Выручил змей, вонзившись зубами во все ту же точку под коленом. Миг, и незнакомец застыл, растерянно осматривая свои руки. К слову сказать, они так и зависли в воздухе, как кадр фотографического снимка. Вот он, тот самый обездвиживающий саблезубров результат. Какая они с Шычем отличная сплочённая команда! Если вернуться домой со змеем, то Эн и без денотата могла бы вылавливать диких зверей в паре с Шычем. Редкий. Между прочим, талант в Верхнем мире. Теперь неожиданный укус достался самой Эн, отвлекая от размышлений.
– Точно! Бежать.
Она поднялась на ноги и нырнула по лестнице вниз, следуя за своим новым, также как и Эн, склонным к авантюрам, другом.
В ситуации, когда не знаешь, куда идти, можно спокойно последовать за случаем, а именно представителем местной фауны. С ним как-то привычнее уже. И поговорить можно вдоволь. А совесть согласно кивнула, в той книжке уточняли, что после всех процедур, а после магической инъекции звери менее агрессивны, саблезубру нужно снова надавить на точку удара, чтобы вернуть активность. Догадается, наверное. Он вон какой умный!
Комната внутри дерева (визуализация с учетом «давно не убирались, гостей не ждали»):
Ну и вы, наверное, ждали визуализацию Эда? Нет? Ну тогда не смотрите ниже.
Глава 8
«Тебе не удастся далеко уйти, – пронеслось в голове Эн голосом Эда. – Кафф не позволит.»
Почему это не позволит? Грифон на каффе ухо откусит? Что значило предупреждение Эда, придется разобраться позже. Удобно, кстати, так переговариваться. Например, вокруг одни недоброжелатели, опасный момент, а ты, не глядя на союзника, забираешься в его мысли и оставляешь там сообщение: «Справа еще двое» или «У того, что в шлеме с рогами и кривым глазом в правом сапоге кинжал» или «Твои пятеро слева, мои два справа. Давай по быстрому их правилам приличия научим и пойдем. Хочется горячего травяного чая, а ты что будешь заказывать?».
А пока…
Ступени, ступени, ступени. Ещё, и ещё, и ещё. Обласканная временем, винтовая лестница, извиваясь спиралью, неслась вниз. Не смотря на пыль, паутину и затхлый древесный запах, лестница выглядела добротно: крепкие гладкие перила, ступени без единой трещины, зазоров и скрипа. Кое-где перила плавно обрывались, а ступени превращались в небольшую площадку, Эн даже казалось, что в таких местах в стене дерева можно различить подобие двери. Быстрый спуск от неизбежной погони, полумрак, боль в ноге, страх – не способствовали трезвому размышлению. Но мгновенно выхватываемые наблюдения из мчащегося мимо пространства самостоятельно складывались в выводы.
Башня. Да-да, это не дерево, а всего лишь странным, совершенно невероятным образом, появившаяся из ниоткуда самая высокая башня в мире. Во всех мирах. Или всё-таки дерево, но самое-пресамое: высокое, широкое, гигантское. Вот такое, что внутри себя вмещает как минимум одну лестницу и комнату, которую они с Шычем недавно покинули. И это ещё не удалось спокойно рассмотреть нижние этажи из-за слабого освещения от небольших овальных окон, хотя в них ничего кроме веток и листьев нельзя было заметить. Светочи тоже попадались, но сами по себе, к сожалению, не зажигались, а дающая свет рука Эда осталась вместе с ним. Приходилось напрягать зрение, чтобы не потерять из виду силуэт Шыча, практически сливающийся с темными ступенями, различаемый скорее по движению и шорохам.
И снова ступени, ступени, ступени. От их количества уже рябило в глазах. Сбегать из дома на Колибри оказывается гораздо удобнее и приятнее, а при таких нагрузках и тренировочные острова не нужны.
В какой-то момент Эн уже серьезно начала полагать, что либо лестница замкнутая, либо она успела попасть в пространственную аномалию... То есть вроде бы бежишь вперёд, точнее вниз, двигаешься, а на самом деле носишься по кругу или зацепился за временную петлю. Может уже зарубки стоит делать на стенах?
От анализа и философских задач отвлек змей, юркнувший на одной из площадок прямо в дерево и пропав там без следа. Так можно и без сердца остаться! Тяжело дыша, Эн остановилась и с опаской протянула руку перед собой, пытаясь в темноте нащупать стену, но ограничения не обнаружилось. В отсутствии света проход в комнату не выделялся, как и сама комната не отличалась от той, где была Эн несколько сотен ступенек назад.
– Шыч, дружище, ты где? – прошептала Эн. – Ты не мог бы выбрать маршрут посветлее, а?
Девушка даже не удивилась тому факту, что выход из дерева-башни ещё не достигнут. Пройдя сквозь комнату, они преодолели проход к другому гиганту. Та же площадка-мост, где Эн бросила джетфлай, но уже более сложная, представляющая из себя галерею с резными деревянными колоннами, арками между ними и закрытой сверху узорчатой крышей.
А потом опять лестницы, галереи, деревья. Эн сначала старалась запомнить маршрут по принципу: сто ступеней вниз, направо, вперёд, сто ступеней вниз. Но лабиринт оказался обманчиво однообразным, поэтому, рассчитывая на свою память, девушка продолжила экстремальное наблюдение, давая разрешение глазам самим замечать особенное, заякорить отрезки пути.
Сил не осталось, Эн упала, зацепившись за едва заметные неровности деревянных перекрытий. Опираясь на ладонь, дрожа всем телом от усталости, превозмогая тянущую боль в ноге, поднялась. Шыч не жалел ее, дал небольшую передышку, замерев впереди и нервно дергая чешуйчатым хвостом, а спустя, на его взгляд, достаточное время для восстановления запаса сил человечки, нетерпеливо пришикнул. Дальше. так дальше.
С каждым разом становилось всё труднее и труднее, вынужденные остановки дольше. Остановиться, лечь, сдаться, вернуться домой. Хотелось, но кафф с каждым новым шагом нагревался сильнее и уже ощутимо жег кожу уха. Поддаться эмоциям, усталости и боли будет означать отказ от цели, ради, которой Эн достигла Нижнего мира, и все усилия бы обесценились в один миг. Нет, рано отсупать. Это всего ли физическая усталость, можно потерпеть. Только передохнуть чуть.
– Ст…сто...стой, – придерживаясь за одну из колон очередной галереи. – По...го…Уфф…ди.
– Шшшшш, – ответил змей, явно недовольный остановкой.
– Нее-нее, я…сейчас…Уфф...пойду...дальше…только...минуту...отдышусь, – дыхание вообще не желало приходить в норму. Лёгкие, видимо, что-то тоже начали подозревать вслед за сердцем, бешено отбивающего свой ритм. – Долго нам ещё?
– Шшш.
– Хм, вот тут...не поняла...тебя.
– Шш...шшшш…шшш.
– Аа, поняла, что-то гневное да? Ты на меня ругаешься что ли?
– Шш, – отворачиваясь, бросил Шыч и уполз к выходу.
– Ну и подумаешь, – просто слова, кроме усталости и жжения от серьги Эн ничего не чувствовала, нет сил спорить и обижаться.
Но когда змей вернулся, Эн облегчённо вздохнула и медленно побрела к нему. Ей удалось выровнять дыхание, чуть размять напряжённые мышцы ног, рассмотреть рану. Она, к счастью, была незначительной, но неприятной.
– Удивительно у вас тут. Целый лабиринт в воздухе, в лесу из гигантских деревьев. Потрясающе просто! Вы вообще по земле ходите? То есть ползаете?
– Шшшш, – снова возмущённо прошипел змей.
– Ладно-ладно, потом так потом.
Следующий спуск оказался, к искреннему счастью Эн, последним. Вот так просто: лестница закончилась выходом на твердую землю. Но светлее не стало. Девушка подняла глаза к небу, справедливо подозревая, что его там нет. Вернее, за высокими деревьями-великанами, и бесчисленными галереями между ними недоступна даже идея о небосводе. Что называется, почувствуй себя песчинкой. Все вокруг, нависало, надвигалось, подавляя своим размахом, величием, массивностью.
– Да уж, ничего ни в моем, ни в чужом мире не меняется в отношении меня. Что там, что тут окружение верно принципу: мы всё, ты ничто.
Эн осматривалась вокруг и обернулась к дереву, из которого они только что выползли. И Эн тоже, почти ползла, даже не фигурально, а, сложившись в два раза, последние несколько минут плелась, куда плели, то есть вели. Застыла своей любимой каменной статуей, обрывая себя на полуслове:
– Куда даль…
Отверстие в стене, служившее дверным проёмом, выходом на великую землю из дерева-гиганта, медленно затягивался тонкими веточками, переплетающимися, плотнее притягивающимися, закрывая малейшие щелочки между собой, врастая в дерево и становясь его стволом. Без намека на то, что здесь секунду назад был ход.
– Это что же получается...
Эн придвинулась к дереву и, желая удостовериться в своих догадках, провела рукой по новенькому кусочку ствола, надавила сильнее, постучала. Сомнений не было: не иллюзия, а самая настоящая древесная сплошная стена вместо проёма. Форменное издевательство!
– То есть ты, – после такого девушка посчитала вполне обоснованным обращаться к дереву на "ты", – могло с самого начала закрыть проход, и не надо было нестись через миллион и одну ступеньку? Погоди! – она провела рукой по лбу, как будто смахивая ещё более простую истину. – Ты вообще мог ещё на площадке запустить свои веточки. Туда-сюда, раз, два и нет никакой двери, и тогда никто бы и не обнаружил нас, и... кафф этот не нацепил! Ай!
Она задела кафф, и ожог стал нестерпимым. Как в раскалённом воздухе купальни, пока не трогаешь металл, не ощущаешь его, а стоит случайно прикоснуться и всё! Полыхает кожа огнем. Вероятно, это и имел в виду Эд. Насущный вопрос номер один: и какой радиус действия у украшения?
И ладно бы только это. Нижние ветки зашелестели, зашуршали, слегка задрожали, и на голову Эн свалился целый ворох свежих красивой формы листьев.
– Шыч! – Эн тихо позвала змея. – Деревья разумные, как и ты?
Наглый Шыч ответить не успел или не желал. Заметив движение впереди, змей снова взобрался на левую руку, пряча денотат. Эн ещё не отошла от вопиющей несправедливости, двойной кстати (ведь и Шыч сразу не повел ее своими безумно ступенчатыми тропами, избегая встречи с Эдом), когда ей пришлось переключиться на открывшуюся перед ней неожиданную картину.
Пришло время посмотреть на Нижний мир (визуализации две, мне преставляется похожим первый вариант):
Глава 9
Когда Эн ещё различала цвета, она частенько посещала с отцом многие острова Верхнего мира. Отец отправлялся по делам княжества, а девушка – по делам любознательности. И то ли положительные эмоции от новых впечатлений создают образ прекрасного, то ли детская наивность не склонна обращать внимание на изъяны, но Эн все увиденное запоминалось идеально красивым, продуманным и гармоничным.
Поэтому сейчас никак не могла подобрать в памяти похожий образ, чтобы понять, как такое могло случиться.
В нескольких шагах от девушки, выбиваясь из живой лесной картины, увядало одно из огромных деревьев. Болезненно скрученные ветви без листьев безжизненно накренились вниз, темная иссохшая и дряблая кора, местами отставшая, обнажила уродливыми ранами светлый ствол, мощные корни, вздутые, словно вены, вывернуты над землёй. Дерево уже не казалось гигантом, оно было значительно ниже, и переходы, которые длинными тросами связывали весь лес в единый организм, обходили стороной этот едва уцелевший скелет дерева.
Неприглядная кончина бывшего когда-то величия. Словно, взяв в руки легкую фарфоровую чашечку, ожидая увидеть внутри ослепительную белизну фарфора, обнаруживаешь безобразное чёрное пятно. Хочется немедленно оттереть его, заставить исчезнуть, исправить несовершенство. Не должен среди ровных и крепких башен стволов ютиться их собрат-призрак. Неестественно, противное природе соседство.
А если они разумны, и, скажем, лес что-то вроде древесной семьи, то эти возвышающиеся великаны... Эн обернулась к уже знакомому дереву, и ей не показалось. Волна печали и обречённости, всё то, что она видела в глазах матушки, с головой поглотило ее. Тоненькая веточка отделилась от остальных и потянулась к лицу Эн, одним кончиком легко дотронулась до волос, провела по ним невесомым прикосновением, будто погладила, успокаивая. И волна эмоций схлынула, как не бывало ее.
Где носит местных древесных лекарей? Почему бездействуют?
Часть основания чахлого дерева покрывали прямые строчки каких-то знаков. Верхние строки, на высоте среднего человеческого роста, отдавали мягким светом, в то время как нижние едва различались при тусклом сиянии светочей, щедро располагающихся на стволах ближних гигантов.
Нарезая круги, то и дело спотыкаясь о корни, одной рукой неотрывно ведя по коре дерева, а второй, повторяя контуры письма пером, двигался человек в плаще, с накинутым на голову капюшоном. Он был высок, а широкий разворот плеч выдавал в нем мужчину. Замер, вероятно почувствовав чужое присутствие, и медленно-медленно повернулся всем корпусом к Эн, при этом не отнимая руки от дерева. Лёгким кивком головы сдёрнул с себя капюшон и внимательно пригляделся к неожиданному наблюдателю, позволяя и Эн рассмотреть его.
Светлые волосы, обрамляли лицо с мягкими аристократическими чертами, но немного прищуренные глаза и тонкие губы выдавали настороженность. По сравнению с Эдом, а они были чем-то неуловимо похожи, незнакомец всё же располагал к себе.
Нельзя было угадать, что несёт эта встреча. Сил бросится в новую гонку практически не осталось, царапины и порезы в ноге требовали хотя бы жалости, ухо горело и пульсировало, требуя хотя бы избавиться от себя, в крайнем случае есть ещё одно ухо. Но лучше от украшения. Придется как-то договариваться и действовать по обстоятельствам.
В сложных, с неясными намерениями и перспективами, ситуациях чаще всего помогает начало с непринужденным приветствием и продолжение с лёгким разговором про погоду и виды на урожай. Эн на мгновение закрыла глаза, принимая новый поворот событий и собираясь с мыслями. Как будто готова. Не монстр и не Эд, уже хорошо.
– Итак, – она сделала пробный шаг к сотрудничеству, ненароком перенимая повадки брата. – день выдался замечательный, ведь ничто так не впечатляет и не вдохновляет как встреча с творческими людьми в момент рождения нечто удивительного.
Она кивнула на светящиеся надписи и слегка улыбнулась. В ответ мужчина немного расслабил плечи, чуть выпрямляясь, исчез прищур с глаз. Ухмыльнулся, перевел взгляд на змея, а затем на ухо с украшением. В глазах блеснул азарт.
– Но волшебнее делает день одно лишь слово прелестного голоса прекраснейшей незнакомки, – принимая правила общения, отозвался он. – Могу я полюбопытствовать ваше имя, милое создание?
Ну вот, работает доброжелательность и улыбка. А кто-то сомневался и переживал!
– Эн. Меня зовут Эн.
– Эн, значит. Ну что ж, пусть так.
– А вас?
– Можете называть меня Сай. Это такое же настоящее имя, как и ваше, – подмигнул он. – Клан заклинателей змей?
И этот туда же. Наверное, можно сделать вид, что так оно и есть. Эн несмело кивнула.
– Чудесно, – как будто что-то решив для себя, подытожил Сай. – Что-то ищете? Или может быть кого-то? Редко встретишь в лесу одинокую девушку, ещё и такую хрупкую. Ваше зелёное и длиннохвостое сопровождение не в счет.
Она опять посчитала нужным неопределенно повести плечами. Вообще-то ищет, разумеется. Источник или сведения о нем. Но мало ли как тут относятся к искателям.
– Просто слухи ходят... – осторожно кинула она, услышанное от Эда.
– О, не просто ходят. Я бы не побоялся выразиться точнее. Используя любые возможности, сбегают.
Эн нахмурилась, иносказаниями у нее совершенно не получалось разговаривать, слишком двусмысленными, неоднозначными выходят фразы. Такой разговор для не особенно подкованных в интригах, как прогулка по Сухим Топям.
– Если сбегают, значит, на то, есть причины, – серьезно заметила Эн.
– Безусловно, – в тон ей подтвердил Сай без тени улыбки. – Вопрос жизни и смерти. Важно, чтобы другие не восприняли это обстоятельство как шанс получения более низменных благ. Вы же не из таких?
Вот чем похожи они с Эдом. Сканирующим нечитаемым взглядом. Эн поежилась.
– Впрочем, не трудитесь отвечать, – Сай снова легко улыбнулся. – Если бы вы...эм... стремились за шансами, то наша с вами занимательная беседа протекала бы в ином ключе. Скорее я включил бы вас в ряды первых: сбегающих, – он кивнул на кафф. – При таких фактах сложно следить за прочими шансами.
Ничего не понятно. Кажется, говорить прямо, называя вещи своими именами, но с учётом такта, вежливости и уважения собеседника, намного больше способствует пониманию и донесению своих мыслей и идей. Эн не ответила, не подтверждая, ни опровергая догадки Сая.
– Таинственная Эн, знакомство с вами безусловно приятнейшее занятие, но вы в некотором роде слегка отвлекли меня от незначительных дел. Я, признаться, даже чуть увлекся и не почувствовал вашего появления. Однако, время очень настойчиво поджимает, поэтому не сочтите за грубость, но не будете ли вы так любезны оказать посильную помощь в завершении...ээ...нечто удивительного, выражаясь вашими словами. Взамен вашего благородного поступка немного подскажу как сохранить ваше восхитительное ушко от воистину кощунственного ожога, оставляемого сим необыкновенным творением ювелирного искусства одного конкретного клана.
Так-так, однако не прост оказался любитель письма по дереву. Она непроизвольно дотронулась до каффа, и чуть не зашипела от болезненных ощущений. Но! Эн не была бы сама собой, если бы сейчас упустила такой... Как он говорит? "Шанс получения более низменных благ"? Между тем, стоит уточнить один момент:
– То, что вы делаете, – она указала на надписи, – не убивает его?
– Это… – Сай подбирал слова. – Это попытка исправить неизбежное. Снимает, знаете ли ответственность с внутренних терзаний. Как говорится, сделали всё, что было в наших силах.
– Я могу вам помочь, – неторопливо начала она. Эн и так бы помогла, если ее вклад чем-то будет полезен лесу. Впрочем, и ее вопрос…жизни. – Но впереди у меня ещё долгий путь, который хотелось бы завершить как можно скорее. И вот если бы вы милостиво подсказали кое-какие сведения об...одном примечательном месте...
– Какое место вас интересует? – оборвал Сай, он торопился.
Достаточно ли доверительная вышла беседа? Поздно отматывать назад, другое примечательное место все равно на ходу не выдумать.
– Древний источник магии, – на одном дыхании произнесла Эн.
Сай на секунду замер, даже улыбка его казалась странной, отдельно приставленной гримасой: губы улыбаются, а все остальные черты лица передают удивление, растерянность и задумчивость.
– Кх...кх..., – Сай вернул себе прежний вид, – а вы, Эн, ещё более загадочны, чем я предполагал в начале. Ни каждый день можно столкнуться с человеком, более того, молодой девушкой, интересующейся давно забытыми Пустыми Землями. Вероятно, готовите какую-то исследовательскую работу по этой теме?
Да у них с Эдом гораздо больше сходства, чем кажется на первый взгляд! Если бы Сай у нее уточнил о причинах интереса к источнику, то у Эн не получилось бы придумать более нелепой, чем озвученная версия. Лес, деревья вокруг, девушка со змеем и исследовательская работа. Нет, в принципе, есть в этом что-то. Или Эд и Сай заразили ее способностью делать уникальные выводы из ничего?
Не дождавшись ответа, Сай согласился с условиями:
– Что ж, поведаю вам, что смогу. Приступим?
– Что от меня требуется?
– О, совершеннейшая малость, добрейшая душа! Подойдите ближе, – в последних словах Эн почудилось немного стальных ноток, выдающих человека, привыкшего командовать. – Отлично. Перехватите аккуратно у меня магическое перо. Теперь чуть внимания.
Теперь явственно слышалось нетерпение и жесткость в голосе Сая. Он отдавал приказ и ждал незамедлительного и точного его исполнения. А вот наличие пера указывало на высокий статус. Хотя может это в Верхнем мире, такая вещь редка и драгоценна, а в Нижнем есть у каждого второго?
– Я буду вести рукой по стволу дерева, надпись будет становится более выраженной. Вам нужно проводить пером по знакам, стараясь сохранять одинаковую силу надавливания. Ну и естественно без ошибок. Вам не составит труда такая задача, очаровательная Эн?
– Я постараюсь.
– Прекрасно!
Эн выразительно поглядела на змея, не выдавая никакого отклика Шыч чуть сильнее сжал свои кольца вокруг руки девушки.
– Ты не мог бы, – сквозь зубы тихо прошипела она длинному и наглому другу, – временно покинуть завоеванную территорию? Мне нужны обе руки.
Никакого эффекта на змея не возымели ее слова. Он даже отвернул голову от ее взгляда, всем своим видом намекая, что разговор окончен и делай, что ты там задумала, как можешь. Эн вздохнула и приготовилась обводить символы.
Занятие оказалось увлекательным, даже скорее увлекающим. Эн нашла строчку, на середине которой обрывалась мерцающая лента знаков, плавно обвела следующие буквы. Они никак не ощущались, будто их не существовало вовсе, игра воображения. Под требовательным взором Сая девушка прикоснулась пером к темному знаку, продолжила линию до второго, но ничего не изменилось, они оставались такими же мрачными и тусклыми. Эн вопросительно посмотрела на мужчину. Он только кивнул головой, призывая вернуться к работе. С последним штрихом из нескольких символов знаки неожиданно засветились. Кажется, получается!
– Нужно закончить слово, чтобы был отклик, – подтвердил догадку Сай. – Теперь, пожалуйста, чуть быстрее, неожиданная моя помощница.
Эн молча продолжила. Вероятно, люди, осчастливленные даже малой магической искрой, воспринимают свою силу, как естественное умение, вроде способности дышать, поднимать руку. Эн могла только предполагать, что это значит для них, но сейчас, когда из-под ее собственной руки выходит настоящее волшебство, ее сердце стучало как сумасшедшее, восторг наполнял всё ее существо.
И даже не надо вот этих мыслей о справедливости, которые должны были поставить ее на место и указать на того, кто на самом деле творил чудо. Нет, это не важно.
Не обращая внимания на корни, торчавшие из земли, на человека, идущего впереди и уже давно беззастенчиво, с улыбкой, разглядывающего Эн, на змея, обвившего ее левую руку и мешающего свободно двигаться, она изящными взмахами руки выводила таинственные письмена на мертвом дереве. Строки на уровне ее роста закончились, и как только ей пришлось немного присесть, она наконец заметила пристальное внимание к себе. Немного смутилась, но это помогло вернуться мыслями к реальности.
– Мне не знаком этот язык. Что здесь написано? – задала она вопрос, чтобы скрыть неловкость. И пожалела. Ведь возможно, это местная элементарная письменность. Своим же вопросом она выдает себя с потрохами. Пришлось бросить быстрый взгляд на Сая, чтобы считать его реакцию, перебирая в уме варианты, как исправить ситуацию. Но мужчина не выглядел удивлённым.
– Это праязык. Не многие сейчас его знают, его давно не изучают. Только в некоторых обрядах он применяется, и ритуальные формулы все чаще запоминают, как устойчивые фразы. Например, если услышите от хозяина вашего каффа… Хм, любопытная конструкция получилась «хозяин вашего каффа» … Так вот, если услышите слова «Закшесс», то ни в коем случае не произносите «да» ни голосом, ни в мыслях, чтобы избежать пробуждения грифона. А вот последующее «Тарен», завершающее ритуал, считайте приговором для себя. Конечно, при условии, что вы не желаете становиться чьей-либо рабыней. Хотя чьей-либо уже и не выйдет. К слову, выполняю свою часть уговора. Кафф снять невозможно, но пока он не активен, можно носить защитный амулет, который будет сдерживать те крохи силы, что идут от спящего грифона, тем самым спасая от ожога. Опережая ваш вопрос о том, где добыть такое сокровище, немного разочарую, потому как свободное распространение подобных вещей запрещено. Но говорят, можно перекупить у клана Дию Пэрие.
