Текст книги "Эн. В поисках таланта (СИ)"

Автор книги: Мария Комягина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)

Глава 36

Когда ещё солнце поднималось над единым миром, а Великий лес не вошёл в свою силу, много-много времён назад, источник истинной искры был полон.

Маги населяли единый мир, щедро наделённые источником магическим даром, подлинными Талантами.

Маги давали миру жизнь. Наполняли мир красками, своими творениями. Ярче звёзд светился в магах их дар, сильнее огня горели в них мысли, прекрасно и совершенно было создаваемое ими. И все сотворенное магами оставляло сверкающий след, что вбирал в себя источник, восполняя отданное магам, чтобы пронести через свои воды, насытить первозданной искрой и снова принести магическим даром людям.

Но самым искусным творением людей всегда оставалась новая жизнь, их дети, наследники магических даров своих родителей и предков. И чтобы ярче разгоралась искра талантов в поколениях источник дал миру Единую душу, способность находить в другом человеке гармоничное единство. Слышать свою пару как самого себя, дышать с ней как одним целым. И в союзе единой души рождались особенные Таланты, нужные миру как остов для всего сущего в мире, как столпы, поддерживающие гармонию и равновесие в едином мире.

Солнце всходило и заходило, день сменялся новым днём, новая жизнь приходила на смену старой. И явились в мир две частички единой души. Дамир получил имя юноша. По таланту своему прозванный Соединяющим разъединенное. Ведарой называлась девушка. Ведающая будущее – таковым пробудился в ней талант.

В первый миг как узрели они друг друга, так услышали, как самих себя и узнали каждый свою единую душу. Разгорелись их чувства в трепещущем пламени сильной любви чистых сердцем и помыслами.

Одно омрачало их благословенный источником союз. Знала Ведара, что не суждено им было носить брачные вязи на запястье, ведала будущее Дамира.

И упросила Дамира создать то, что не позволило бы разлучить их душу на веки. И выковал Дамир своей возлюбленной украшение, что тянуло бы частички их души друг другу, будь они разъединены, что даровало бы им живительную силу друг друга как единого тела, что нельзя бы разделить, ибо погибель бы ждала их без второй половинки. Приняла Ведара украшение, прикрепила его к уху, но знала, что зависть, взрастившая в мире коварство, и эту преграду преодолеет. В этом времени, но соединит их в другом.

Недовольны были их семьи, стяжали богатства, и не захотели союза, что неравным сделает их меж собой. Отец Ведары, обладающий талантом заклинателя черных змей, обманом заточил дочь свою в Храме ветров, что парил в синеве небес выше облаков, находясь на вершине самой высокой горы. И путь к нему могли преодолеть только ползущие.

Дамиру же досталась участь быть прикованным к земле знаком, что его отец, названый по таланту своему Управляющим начертанным, сотворил нерушимой меткой.

Разъединенное стремилось к воссоединению. Кафф тянул частички единой души, тоской терзая душу, а тело – немощью. Уходили жизненные силы возлюбленных вдали друг от друга. Звала Ведара своего Дамира. Рвался из земного плена Дамир к своей Ведаре. И не ведал покой никто.

Тогда в мраке ночи впился в тело спящего Дамира черный змей, тенью явившийся в дом к нему, и отравил ядом ненавистного юношу. Поведали о том Ведаре, да не нужно было, сама она всё узрела, ведомая своим талантом. Кафф уснул вместе со своим создателем.

Велико было горе Ведары, заполонило яростью ее искромсанную в клочки душу. Потянула из каффа остатки жизненных сил Соединяющего разъединенное. И повелела магическому дару от Дамира перенести ее в глубь прошлых времён, когда был жив Дамир, связать частички единой души.

Но разорвалась тем цепочка времени, нарушился порядок, разметался рваными нитями магический след, разделил искры магии во времени и пространстве. И воспарили в бескрайние просторы небес земли с Храмом ветров, земли, где хоть однажды ступала нога Дамира. Где хоть однажды бродила Ведара.

Раскололся мир на части. Выплеснул источник всю искру в мир, чтобы исправить неизбежное, но рассеялся магический дар и впитался деревьями леса. И вошёл в силу Великий лес, и стали деревья Гигантами, что направили вершины свои за утерянными землями, пытаясь вернуть равновесие и миропорядок. Но не подвластно им то было.

И я, Ведара, Ведающая будущее, оставляю времени то, что поведал мне мой талант, о том, что не сбудется. Солнце ещё много и много раз взойдет и закатится, дни заплетутся днями новыми, и потерян будет людьми дар источника, и разделен будет один из миров на кланы, что не будут знать покоя и мира, и начнет забирать источник свое из Великого леса, и погибнет все сущее сначала в одном мире, затем в том, что парит над ним, ибо и в нем растворится магический след, не обновляясь древним источником.

Если не преградит дорогу концу тот, кто несёт в себе талант сильнее Соединяющего разъединенное. Тот, кто Стирает границы. Для того, кто не будет ведать граней близкого и дальнего, прошлого и будущего, живого и неживого. Кто не имеет дара, но сам есть дар. Кто стрела, разбивающая камни стен в пыль.

Только Стирающий границы может собрать воедино особую кровь всех кланов и разрушить заклятие Ведары. Таково мое слово, Ведающей будущее.

Визуализация Храма ветра в облаках, в котором заключили Ведару:

Глава 37

Если у Эн и были вопросы до прочтения древнейшей рукописи, то теперь в голове произошел взрыв, лавина с неуправляемым потоком новых мыслей и вопросов оборвалась и понеслась, сметая на своем пути все прочее: и о том, где она находится и как сюда попала, и о том, что где-то там выше ждёт или уже ищет ее Грандэссин и вся его семья, и даже о том, что кажется обед она все же пропустит. Какие это все мелочи, по сравнению с новым положением вещей!

Девушка закатала рукав платья и провела пальцами по нарисованному денотату, невидимому, только тонкие-тонкие линии, которые она, автор этих штрихов, без труда различила: и стрелу, и камень. Стрелу, разбивающую в пыль камень. Лёгкая дрожь пробежала по телу. Как она могла начертить сама, то, что возможно должно было быть в действительности на ее руке? Совпадение? Предчувствие? Или чей-то пронесенный сквозь время зов? Может быть, сам магический дар направлял движениями ее руки.

От осознания, какой смысл приобрел простой рисунок магическим грифелем, стало жутковато, гнетущие ощущения. Просила универсальное что? Что-то о обо всем и сразу? Вот теперь не жалуйся.

Огромными буквами в мыслях светилось то, чему менее всего верилось:

– То есть вы считаете, что я и есть Стирающая границы? – и тут же добавила в тон написанному в книге. – Эн, названая по таланту своему Стирающая границы.

Оба духа и хранитель в тот же миг согласно кивнули. Див успел выскользнуть из своего маскировочного образа и горкой камешков разместиться на столике рядом со змеем и деревцем.

– Шчтчшш, – ответил Шыч.

– Шршурххш, – подтвердил Шурх.

– Крркрык, – проскрипел утвердительно Дивиэ.

Подумать только! И это та самая Эн, что являлась пустышкой Верхнего мира, единственным человеком среди магов без денотата.

Конечно, в Нижнем мире обнаружилось, что она обладает кое-каким даром. Эн восприняла его, как некоторую особенность, что-то существующее, реальное, непонятной природы, но не ее личное. Что-то вроде чужой одежды, что взяла на время. Ведь она ради таланта, своего собственного, отправилась сюда, а если он при ней, и был всегда, то какой дальше был бы смысл в путешествии. Можно возвращаться домой. Поэтому разумом магия внутри признавалась, а вот сердцем Эн не считала ее принадлежащей себе. Такая вот замысловатая игра нового с привычным.

Старинный манускрипт, который своим внушительным видом создает впечатление достоверного источника, в совокупности с мелким братством, опосредованно, но подтверждает: магический дар есть, денотат не нужен, хотя тот, что есть, абсолютно точный, название таланта тоже имеется. Всё. Цель достигнута. Лети в Верхний мир, поступай в Академию на курс Стирающих границ и учись управлять своим талантом. А главное, почувствуй себя магом, полноценным жителем своего мира. И ничего она не страшная, разрушительной силы, так разве что немножечко. Границы какие-то…

Для пущей гарантии вдохни по глубже, поищи в себе присутствие искры. Как-то же маги ее ощущают? Изменилось ли в тебе что-то? Но Эн ничего не чувствовала: ни удовлетворения, ни ликования, ни гордости. Ничего не изменилось, потому что стоило давно признать, что поиски таланта преобразовались в иные цели. На кону не только Нижний мир, но и Верхний под угрозой. Не зря новые острова осваиваются для подпитки силового контура. Магия уходит из него, и только силовой контур сдерживает ее стремительное исчезновение. Точнее возвращение к истокам, в древний источник.

– Интересная вырисовывается картина, – Эн сложила руки на груди и откинулась на спинку кресла. – С тем, что случилось, как стало два мира, понятно. Об этом говорил Сай, видимо тоже прочитав эту книгу. Даже истории из библиотеки Верхнего мира в чем-то правы. Хотя не ясно, как один человек, то есть два, учитывая силу Дамира, смог такое провернуть. Невероятно просто! Переходим к тому, что не сбудется. Не сбудется гибель миров? Или что Стирающий границы сможет предотвратить это? Про то, что он существует не говорим, так как нашелся. То есть нашлась.

– Штшшт. Шшшшптч, шштчшшшш, – что-то активно начал выговаривать Шыч.

Шурх покачал ветвями и сбросил перед Эн два листика, плавно опустившиеся на страницу книги.

– Что это значит? – Эн снова придвинулась к фолианту и попыталась поднять листик, но Шурх легонько ударил по руке веточкой, а второй указал на слова в строчке.

Ровно под листиками читалось два слова. Стирающий границы. Шыч ткнул кончиком хвоста в книгу на слова, которые закрывали листочки, затем подтолкнул сначала один, а затем второй.

– Один, два. Два. Стирающий границы. Два Стирающих границы? – наконец догадалась она.

И получила тройной кивок в ответ.

– И кто он? Он тоже в Нижнем мире?

Кивок.

– Я его знаю?

Кивок. Эн перебрала всех, с кем успела познакомиться, даже просто кого видела. Под подозрение попадало четыре личности.

Сай с его странными письменами на мертвых деревьях. Он знал в подробностях историю раскола, чертил предсказание, нашептывал что-то для активации светящихся букв. Возможно, ритуальную формулу?

Грандэссин. Читает мысли, что может значить, не ведает личных границ других людей. Опять же кафф сразу всучил, чтобы не упустить Эн для чего-то.

Ювхи. В принципе, при всех ее явно преступных наклонностях, она единственная, кто менее подозрителен, как бы это ни странно звучало. Включить ее в список заставила ее способность пить чужую кровь. А что-то такое и надо собрать для ритуала.

Какая-то мимолётная мысль мелькнула, но Эн не успела ухватиться за нее. Что-то зацепило в Ювхи, но Эн не придала этому значения.

Последний – это наставник. Уж один из самых неоднозначных персон. Про него мало что Эн могла бы сказать, но его причастность к заговору в клане Дию Пэрие неоспорима. Его рукопись тому доказательство. Все ещё остаётся загадкой зачем он ее звал сюда, в Нижний мир, пустышку, такую же как он. Такую же, как он. В этом, может быть, и есть разгадка? Каким-то образом узнал о ней (кто о ней не знал в Верхнем мире?!) и догадывался о наличии в ней дара без денотата? Дара такого же как у него самого?

– Это наставник?

Шыч и Шурх переглянулись. И то верно, им откуда его знать. Они же не перемещались вместе с тенью Эн по мыслям-нитям. Не знают, как он назвался, как выглядит, кто он есть.

"Эн!" – позвал как нельзя более кстати, этот самый наставник.

"Я слушаю вас. Вы, наверное, знаете, что переходить к вам нельзя. Ни сейчас, ни в прошлый раз," – отозвалась Эн.

Голос не стал мучится угрызениями совести:

"Не вини себя. То неизбежное зло. Я не был уверен точно, что ты сможешь перейти сквозь пространство, и, согласись, стоило это проверить и убедиться воочию. Знать свои умения и способности – это понимать свои преимущества. А лес... Он и так гибнет, несколько новых мертвых деревьев несущественная плата. Эн, готова ли ты выполнить услугу? Ту, что обещана за спасение змея."

"Да, но прежде хотела уточнить кое-какие мелочи."

"Слушаю тебя."

"Как вас зовут?" – стоило раньше бы познакомиться, а не спустя тысячу лет общения. Но где Эн, и где правила, как надо.

"Разве на рукописи, что ты читала в библиотеке Академии, не значилось оно?"

Действительно! И как она раньше не додумалась до этого. Эн припомнила тонкую книжку, ее обложку и титульную страницу, на которой сверху красовалось имя автора: Тален.

"Тален," – повторила она за собой.

"Верно. Что-то ещё?"

"Да. Какой талант вы в себе обнаружили, и почему исчез денотат? Что нужно было проверить, спустившись в Нижний мир?"

"Как много вопросов! Твое любопытство похвально, а внимание к моей скромной персоне – приятно. Я могу, как говорят местные, разговаривать с камнями. Такое имя и дали мне: Разговаривающий с камнями."

Не Стирающий границы? Ошиблась? Он уже встречалась с этим именованием. Его упоминала Ювхи. Не доверять Разговаривающему с камнями. Получается, что Тален и есть единственный и неповторимый маг, что активирует Камни призыва, истины и прочие. Как он тогда поддерживает мыслеречь с Эн? С помощью какого-то камня? И не сходится ничего.

"Местные говорят, что вы пропали. Некому больше заряжать Камни призыва."

"Скажем так, отошёл от дел в связи с сильной занятостью в другом."

"Тален, у магов, как правило, один талант. Разговаривающий с камнями – единственный ваш талант?"

Тален замолчал, но Эн продолжала чувствовать его присутствие. Не ушел, остался, но не отвечает. В детективных историях мага Ираклия Куро наверняка такое поведение сочли бы за подозрительное, что-то скрывающего.

"У меня один талант, вопрос в том, какое ему дать название," – вернулся к разговору Тален. – "Думаю, достаточно на этот раз. Тебе нужно попасть на Совет кланов, что не составит для тебя никакого труда, Грандэссин не покинет надолго свою единую душу."

"И все?", – с сомнением произнесла Эн. Странно. Все это очень странно. Для чего Совет кланов? Что задумал Тален, и какая роль при этом будет отведена Эн. Не планирует же он переворот сразу после заговора в одном клане? Связан или нет Тален с предсказанием Ведары?

"Да, все просто. Совет соберётся скорее всего завтра, поэтому будь готова."

И ушел из мыслей. Ещё один постановщик представлений! А почему, собственно, ещё? Если заговор в Дию Пэрие его рук дело, то Ювхи действовала по приказу Талена А что Ювхи сделала? Похитила Эн и Знахарку, манипулируя ранением Шыча ядовитым кинжалом. Еще что-то такое говорила, что надо было добиться от Эн определенных эмоций, чтобы она сыграла по заранее спланированному сценарию. А кто ждал это? Верно, наставник. Проверка способностей. То есть надо было подвести Эн к такой черте, когда она бы смогла ощутить физически пространство мыслей-нитей и переместиться по ним. А после, воспользовавшись предательством капитана Лин, попытались ослабить Грандэссина через кафф. И для чего это охотнице?

Как вспышка в голове выбралась из-под завалов от взрыва, мысль, что крутилась вокруг Ювхи, но никак не находила удачного момента, чтобы открыться. И воистину она сама по себе являлась открытием!

Что сказал про Ирека Грандэссин? После укуса Ювхи надо показаться лекарю. Ирек. Клан Урман Иясе.

Кого Эн и Знахарка нашли в месте своего заточения? Мангуш, и тоже со следами зубов Ювхи. Клан Дию Пэрие.

На чью еще кровь успела поохотиться Ювхи? Грандэссин. Клан грифонов.

Три клана из четырех.

Грандэссин – следующий в очереди наследник клана. Мангуш был претендентом на тронное место, а вынужденный сместить на посту Верховного своего отца, стал во главе клана. Ирек по законам Урман Иясе после свадьбы с дочерью клана, то же является наследником.

И остается четвертый клан. Южные кланы, чей истинный наследник в плохом состоянии, болен. От чего? От того, что много времени испытывал на себе заклятие Камня призыва. А это опять Тален. А может быть, вместе с тем, и его поела охотница?

А вот теперь пришла пора подвести итоги. Предположения скакали от одного к другому, кружа вокруг истины, сужаясь к ней, но которая все никак не могла сформироваться. Казалось, коснись кистью в ещё одном невесомом штрихе и, картина будет закончена, сложится многогранной историей.

Тален и Ювхи. Если с Южными кланами верна догадка, то Ювхи – любительница крови наследников, причем каких-то особенных. Ирека, сильнейшего воина и будущего главы Урман Иясе, Мангуша, Верховного Дию Пэрие, кто-то, чьего имени Эн не знала, но кто несёт в себе кровь древнейшего рода-основателей Южных кланов. И Грандэссин, кинжал и правосудие Нижнего мира, глава Управления дознавателей. Особая кровь! То, про что говорила Ведара: 'Только Стирающий границы может собрать воедино особую кровь всех кланов и разрушить заклятие Ведары." И каков будет ваш ответ на вопрос: ведал ли Тален о Ведаре и ритуале? Определенно, да. Как бы он ни уходил от прямого вопроса о своем таланте, но слишком много указывает на то, что он и есть второй Стирающий границы. Совесть встрепенулась. Да-да, учитывая возраст, конечно, первый. Кто ж спорит? Закономерный тогда вопрос: зачем ему Эн?

Если Ювхи вдруг умеет выплевывать съеденное, то есть выпитое, в некий сосуд с возможностью хранения, то особая кровь всех кланов вот-вот уже собрана. Только нужен Стирающий границы и ритуал. Хотя вот с кланом грифонов Эн, если бы была на стороне Ювхи и Талена, для ритуала сцедила бы лучше кровь Эссина. Он-то по значимее будет, все-таки первый человек в Нижнем мире. Грандэссин, конечно, тоже ничего. В каком-то смысле они не уступают друг другу. Но на всякий случай Эн бы запаслась и Эссиновской кровью. Надо предупредить Сая, чтобы не носил свою кровь где попало.

А нужно ли остановить Талена? Поделиться с Грандэссином о своих догадках… Придется ознакомить Эда и с переходами по мыслям-нитям и с причиной последней гибели Гигантов Великого леса. Даже про взлом Архивов и предсказания Ведары, и двух Стирающих границы... Всё-всё...

Допустим Тален знаком с описанным в книге ритуалом, проведет его по всем правилам в качестве Стирающего границы, то, что произойдет? Должно же, по сути, все наладиться, магический контур замкнется, исчезнет угроза для Великого леса. Миры объединяться? Верхний притянет снова к Нижнему? А вернётся ли Великий лес к прежнему, обычному лесу с деревьями привычного образа?

Все же надо больше узнать про ритуал, чтобы переустройство мира не привело к несовместимым с жизнью людей и нелюдей условиям. Мир-то будет существовать, возможно искаженный, изломанный, но все же. А вот маги, люди, Подземелья...

Надо намекнуть как-то в общих чертах обоим Эссинам. Пусть тоже думают, не все же Эн все тревоги за единый мир из двух частей на своих плечах нести.

Она аккуратно перевернула последнюю страницу и закрыла книгу. И по неписанному закону Нижнего мира, действующему исключительно в отношении Эн, спокойное время для размышлений и без приключений резко прервали. Подъемник пришел в движение, на площадке появились мужчины в форме, похожей на ту, что у капитана Лин и капитана Остереч. Дознаватели.

Шыч и Шурх, молниеносно соскочив со стола и увеличившись в размерах, преградили незнакомцам путь к Эн. У одного из вошедших блеснули камни на браслетах в руках, но приблизиться они не решились.

– Это Шурале и хранитель Южных кланов? – удивлённо спросил один у другого.

– Никогда не видел их, но, судя по описанию, это они. А ещё кафф правящей семьи. Вызывай Грандэссина, – переговаривались они, не обращая внимания на Эн.

Нормально? Что сразу его? Эн окинула взглядом комнату и расстановку сил, ища доступный выход из неловкой ситуации. В конечном итоге, кто тут мастер мистификаций?

В Архивах Совета кланов всякое можно почитать. Но Шыч предложил вот такой экземпляр (визуализация рукописи Ведары):

Глава 38

Один из дознавателей отошёл к стене, удерживая на прицеле взгляда Эн и компанию, приложил ладонь к небольшому участку ствола дерева, свободному от полок с книгами, и начал негромко что-то нашептывать. Эн со своего места не могла разобрать слова, но это не помешало ей сделать неутешительные выводы: отсылает вестник. Сразу Грандэссину или через приемную Башни дознавателей?

В любом варианте не прибежит же Эд мгновенно. При всех его умениях вряд ли и такое есть в арсенале способностей Грандэссина.

А это что значит? Правильно, есть время для маневров. Этих всего двое, а с Эн целое многоликое братство. Да и некогда ей. Тут у них в Нижнем мире, практически под самым носом, такое творится, а они, дознаватели эти, по Архивам прохлаждаются. И что с ними, бедолагами, прикажете делать? Они хоть и бедолаги, а люди воинскому делу обученные, серьезные, на прямую угрозу ответят точно, а вот если...

Закрыла глаза, быстро отыскивая нужное состояние безмятежности. Переместилась в пространство мыслей-нитей. Найти две. Что-то близкое друг к другу и к Эн, они же должны думать про нее, прокручивать в голове текущий момент. Что-то в эту секунду тревожное, волнительное, осмысливающее, оценивающее. Нашла рядом с собой две пульсирующие, слегка подрагивающие в неровном ритме, нити. Подошла ближе, тихонько дотронулась пальчиками одновременно до обеих, представила себя каменной статуей и замогильным голосом протянула:

"Яяааа ииистинууу говорюууу. Стооойте. Ждииите Грандэссииина, он скааажет, чтооо дееелать."

Вернулась в реальность, открыла глаза. Совесть проснулась некстати: а не много ли ты, названная Стирающей границы, берешь на себя, врываясь в чужие, вообще-то, мысли. Может плохо им будет, так вечно и простоят на этом месте, пока с голоду не свалятся. Но Эду и Талену значит можно, а Эн тем более для дела надо, не из шалости.

Эн сделала крохотный шаг к дознавателям. Они остались на своих местах, не проявляя признаков заинтересованности к ее передвижениям. Змей и деревце приняли прежний вид, проскользнули между мужчинами. Эн добавила ещё шаг и ещё. Потом уже уверенно обошла стороной дознавателей, убеждаясь, что они не пытаются ее перехватить. Сердце стучало как в последний раз, кровь вся отхлынула от лица, прячась где-то в ногах, переставлять которые приходилось с трудом. Но с задачей справилась, ступила на площадку подъемника. Только Шурх собрался запустить механизм, как Эн остановила:

– Стой. Они же видели меня.

Снова нырнула к мыслям-нитям. Долго искала нужные, они больше не пульсировали, а отдавали мягким ровным светом. Прикоснулась к обеим.

"И поомните: выы не вииидели никогооо."

Так-то лучше. Что зря уважаемого человека тревожить? Правда же. Неловко получится, что его единая душа преступной деятельностью занимается, которую он, как глава дознавателей, пресекать должен. А все преступные элементы отлавливать и наказывать.

Шурх запустил подъемник, и они начали подниматься вверх. Путь обратно предусмотрительно решили сократить и пройти окольным маршрутом, чтобы не путаться под ногами у, возможно, уже спускающихся к первым прочим стражам порядка. Да-да, чтобы не мешать службе и производственным обязанностям.

Стоило Эн покинуть Архивы совета, как Шыч дернулся и стремительно умчался по лабиринту переходов. Эн едва поспевала. Шурх и Див оказались сообразительнее: устроились с удобствами на Эн, приняв форму украшений: фибулы на рубашке и коллера на шее. Главное, не упадут в случае чего.

В случае, например, когда сама Эн захочет упасть, выбившись из сил. Чуть ли не ползти приходилось по примеру Шыча. К счастью, путь оказался во много раз короче, чем тот, что однажды преодолела Эн за чешуйчатым в клане духов леса.

– Эн? – удивлённо вскинула брови Знахарка, как только Эн ввалилась в открытый Шурхом проход последней на их пути башни.

Эн согнулась, пытаясь отдышаться и примеряясь к удачно подвернувшемуся алиби. Наконец, придя в себя, развернула плечи как ни в чем не бывало и завела непринуждённую беседу:

– Да вот решила найти тебя. Мы не решили, как добраться до Южных кланов.

– Садись за стол. Эссин недавно поспешно ушел. Что-то случилось с Архивами совета.

– Да? – Эн действительно было интересно, чтобы знать заранее, в чем конкретно ее будут винить, если выяснят подробности. И обед после активной прогулки и не менее активного заточения – это весьма полезное занятие. Можно ли только пробовать местную еду?

Стол был красиво сервирован на двоих, а блюда выглядели аппетитно и маняще.

– Не бойся, еда не отравлена и без экспериментальных добавок, – усмехнулась Знахарка и, подтверждая правдивость своих слов, приступила к трапезе.

– Так что там с Архивами?

– Я не знаю деталей.

Что ж, оно и не так важно. Догадаться без труда можно, что там будет в списке ее правонарушений. А вот наедине с Знахаркой давно хотелось остаться.

– Ювхи назвала тебя Маликой. Это твое настоящее имя?

Непринуждённую беседу как ветром сдуло и унесло далеко за пределы Великого леса. Знахарка застыла на мгновение с поднесенной к губам вилкой, взгляд ее заледенел, а голос стал твёрже камня.

– Родители прозвали так, – Знахарка вернулась к еде, – надеялись, что милая девочка, что пошла в отца упорством и тягой к знаниям, станет владычицей крепких знаний и умений. Чаяния матушки и отца сбылись, но пришлось расстаться с именем.

Она рассказывала свою историю отстранённо, не переживая ее снова, а кидаясь крупными вехами, безжизненными фактами прошлого. Без единой живой эмоции, сухо, словно на допросе дознавателя.

– Клан Урман Иясе иначе именуют духами леса, мы умеем разговаривать с Гигантами. Поэтому часто отправляемся в другие кланы, чтобы перестроить под разные нужды деревья, создать новые дома, переходы. Деревья сами рождают обстановку внутри, говорят, источник отдал, как бы тебе объяснить, все дары, что предназначены были людям. Великий лес вобрал в себя их все. И если у вас каждый наделён внутренней силой, то в Великом лесу каждое дерево наделено всем. Достаточно описать, какой нужен дом, комната, переход, для каких ремесел, события, и дерево само воссоздаст требуемое. Но понимает Лес только своих особенных детей, наш клан.

– Южные кланы, – продолжила она после паузы, – пригласили Урман Иясе, в тот раз отец, знахарь клана, взял меня с собой в помощь и опыта набраться. Знахарям не по статусу приветствовать главу клана, поэтому я не видела тогда наследника и его первый круг, людей равных по силе, между которыми сейчас и идёт борьба за власть. Наша встреча случилась позже. Вернее, издалека я заметила его стремительную поступь, горделивую осанку, прямой взгляд вперёд. Он был красив той необыкновенной красотой, что могла принадлежать только другому миру. Он внезапно обернулся в мою сторону и...подмигнул. Все, что было в моих руках, рухнуло с оглушительным звоном на пол. С того момента, что я только не придумывала, чтобы увидеть его хоть мельком, приблизиться к нему, ещё раз пересечься взглядами. Забыла для чего я прибыла, кто я. Никогда такого со мной не происходило ранее. Искала встречи с ним, пока однажды он не принёс мне цветок. Сам нашел меня. И мы услышали друг друга. Без слов заговорили. Бекхан удивился не менее моего, а я испугалась. Про единые души много легенд и не все счастливые. Мало кто из ныне живущих может припомнить примеры единых душ. Убежала, собиралась вернуться в свой клан. Но поймал, кафф рода прикрепил, слова ритуала произнес, даже опомниться не успела.

Что-то Эн это напоминало. Немного в другом порядке, но в целом картина похожая. Очень похожая. Между тем Знахарка продолжила:

– Какой-то краткий миг этой истории был счастливым. Но все закончилось, когда в Южных кланах появился Разговаривающий с камнями. Маг, как и ты без знака внутренней силы на руке, но он мог напитывать камни, добытые под Пустыми землями, превращая их в Камни с особенностями. Камень призыва один из них. Я не знала, но Бекхан оказался под подчиняющей властью такого камня. Постепенно становился злым, жестоким, сурово наказывал за малейшие провинности, и не было для него различия между воином или женщиной, начали погибать воины при таинственных обстоятельствах из первого круга, запустилась волна вражды, ненависти, борьбы и интриг. Они и так в согласии никогда не жили, теперь же не стало пределов их извращённой жажде власти и превосходства.

Тален. Опять он. Но не это интересно. Маг! Любое применение магического дара оставило бы след, который поглощался бы источником, захватывая живительную силу Гигантов. Но такого не было, хотя камней напитывалось много, что даже Совет кланов запретил их добычу.

– А как же магический след от использования дара, от которого гибнут деревья и появление которого должны были расследовать дознаватели?

– Его не было, Разговаривающий с камнями умел вкладывать его в камень вместе с силой.

Действительно, Стирающий границы. Даже магический дар использует не так, как другие. А Эн так может?

– Изменилось и отношение Бекхана ко мне, к единой душе. Задумал он проверить, сможет ли вторая половина единой души забрать силу другой половины. Загнал черных змей, заклинателем которых он является, в темницу для узников и вместе с ними Малику, – закончила она с прежней полуусмешкой. – Две попытки вышли неудачными. После первой к знахарке Урман Иясе ещё и лекаря Южных кланов пришлось вызывать, неделю выхаживать. Второй раз был не лучше первого, но сразу после лекаря отправилась в библиотеку. Она, конечно, уступает Архивам совета, но и в ней спустя несколько бессонных ночей нашлось искомое. Не дал Бекхан времени на проверку снадобья. Что-то подобное получилось тому, что я давала как-то тебе давно. Жуткие ощущения, но добился своего Бекхан: теперь его единая душа, частичка ее, может заклинать змей. Ещё одно снадобье и змеи поспособствовали тому, чтобы отправить Разговаривающего с камнями в Безмирье. Черви бы его там пожрали! Разрушила Камень призыва, Ювхи, кстати, подсказала, но стало только хуже. Бекхан обезумел. Прогнал единую душу, усыпив кафф, но забрал имя ее. Не может ушедшая более именоваться его Маликой. Вернулась в клан Урман Иясе та, что звалась отныне Знахаркой.

– Он жив.

– Да, пока ещё жив, – думая о своем, отозвалась Знахарка. – Но хранитель Южных кланов не искал бы тебя, связав каффом с Грандэссином, не привел бы ко мне, если бы у Бекхана были силы подняться вновь.

– Нет, я не про наследника Южных кланов. Разговаривающий с камнями. Его имя Тален, и он не ушел в Безмирье.

Зрачок Малики вытянулся, превращаясь в змеиный, а лицо ее исказилось ненавистью, костяшки на руках, сжатых в кулак, побелели. Она вскинула подбородок, и прошипела:

– Ты знаешь его? Где он сейчас?

– Нам тоже любопытно узнать, душа моя, – раздалось от дверей чьим-то не очень приветливым голосом. Даже оборачиваться расхотелось.