Текст книги "Скандальный роман с бывшим мужем (СИ)"

Автор книги: Мария Акулова

Соавторы: Арина Вильде
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 30

Я стою в коридоре, мой взгляд прикован к двери кабинета, за которой скрылись Игорь и Павлов. Мои мысли кружились вокруг одного – Игорь, мой бывший муж, отец моего ребенка, оказался бывшим заключенным. Как я могла не знать? Как он мог скрыть от меня такое важное обстоятельство?

Все вокруг казалось нереальным, будто я оказалась в каком-то абсурдном фильме. Мысли переплетались с воспоминаниями, вызывая бурю эмоций и недоумение.

Тимурка мирно играл на полу, не подозревая о шторме, бушующем в моей душе. Его беззаботность в этот момент казалась мне чудом.

Наконец, дверь кабинета открылась. Игорь и Павлов вышли, и я почувствовала, как мое сердце ушло в пятки. Взгляд Игоря был напряжен.

– Агата, мне нужно ненадолго уехать. Это займет всего час, – начал он, но я перебила его.

– Мы тоже поедем, – мой голос дрожит от волнения. Я не могу оставаться здесь ни минуты дольше.

Игорь, понимая моё состояние, берет с полочки ключи от квартиры и вкладывает мне их в руку.

– Дождись меня, пожалуйста. Мне действительно нужно с тобой поговорить. Я объясню все, – просит он, пытаясь встретится со мной взглядом.

– Сейчас не время, Игорь, – мой голос звучит решительно. – Не в присутствии сына.

– Агата, – его голос пропитан горечью и болью. Я наконец-то поднимаю на него взгляд. В его глазах замечаю целый водоворот эмоций. Сожаление, страх, раскаяние.

Я смотрю на ключи в своей руке, чувствуя, как тяжесть обстоятельств давит на меня. Я молча киваю, не в силах сказать ни слова. Я действительно хочу объяснений. Я имею на них право.

Игорь уходит, оставив нас с Тимуркой в квартире. Я посадила Тимура перед телевизором и подошла к окну. Вид на город захватывающий, но я не могу наслаждаться им сейчас. Мои мысли совсем в другом месте.

Я пытаюсь вспомнить каждый момент нашей с Игорем жизни, ища подсказки, которые могли бы объяснить его прошлое. Но ничего не складывается в цельную картину. Все кажется обманом.

Через некоторое время я не выдерживаю. Внутри меня все бурлит от негодования и непонимания. Я не могу оставаться здесь, в этой квартире, чужой и такой неуютной.

– Тим, дорогой, мы едем домой, – зову сына, пытаясь сохранить спокойствие.

Тимурка, увлеченный мультфильмом, лишь кивает в ответ.

Я вызываю такси, ключи от квартиры оставляю консьержу, сама же едва сдерживаю слезы.

Мы выходим из здания, такси уже ждет. Весь путь домой я молча смотрю в окно, чувствуя, как в моей душе зарождается шторм.

Можно ли доверять человеку, который скрыл такую важную часть своего прошлого? Что еще он мог скрыть от меня?

Я настолько была поглощена в свои мысли, что даже не заметила, как мы добрались до дома.

Я только вхожу в свою квартиру, как телефон в руке звонит. На экране мелькает имя Игоря. Мое сердце сжалось – брать трубку или нет? Я стою посреди кухни, никак не решаясь. Наконец, я делаю глубокий вдох и нажимаю «принять вызов».

– Агата, почему ты не дождалась меня? – его голос звучит обеспокоено.

Я закрываю глаза, собираясь с мыслями.

– Игорь, когда тебя арестовали? – спрашиваю то, что не дает мне покоя последний час.

Пауза в ответ кажется слишком длинной. Наконец, он отвечает:

– Пять лет назад, – его голос звучит тихо и сдержанно.

Я ощущаю, как мое сердце стучит быстрее. Все кусочки головоломки вдруг сложились воедино. В тот момент, когда он так болезненно оттолкнул меня, когда я чувствовала себя преданной и одинокой, он проходил через свой ад. Но почему сделал это?

– А точнее? Точнее, Игорь! – едва получается сдержать эмоции.

Игорь вздохнул тяжело.

– Когда мы развелись, Агата. Я не хотел, чтобы ты узнала. Я хотел защитить тебя. Худшее, что могло случится – если бы я втянул тебя во всю эту грязь и позволил угрожать твоей жизни.

– Ты и так втянул меня в грязь, Игорь. Втянул, растоптал…

Слезы навернулись на глаза, но я еще в силах сдерживать их. Потому что еще не задала все вопросы.

– Это было твоих рук дело, Игорь? Те статьи? Обвинения в измене? Фотографии? Это ты все сделал, чтобы развестись?

– Нет. То есть, не совсем.

Кажется, своими вопросами я загнала Игоря в глухой угол и ему не очень хочется отвечать.

– Агата, давай обо всем поговорим при встрече. Я сейчас приеду к тебе. Ты дома?

– Нет, Игорь, я хочу сейчас. Ответь мне, Игорь, это все твоих рук дело было?

– Я хотел тебя защитить, понимаешь? Мне нужно было показать, что между нами все плохо. Что мы не любим друг друга, что не получится мной манипулировать, угрожая тебе. Я заелся с опасными людьми и не хотел, чтобы из-за меня пострадала ты.

Я молчу. Просто тяжело дышу в трубку, пока ко мне не возвращается дар речи.

– Ты мог защитить меня по-другому. Но выбрал самый ужасный способ из всех. Ты лишил Тимура отца, а себя сына. Ты сделал мне больно, разрушил наш брак…

Теперь я понимаю, почему он так изменился в прошлом, почему стал отчужденным и холодным.

– Почему ты не сказал мне раньше? – мой голос дрожит от горечи и обиды.

– Я боялся потерять тебя, Агата. Я думал, что если ты узнаешь правду, ты навсегда уйдешь от меня. Я не мог позволить себе потерять тебя еще раз, – его голос полон сожаления

Я сижу на стуле, обхватив колени руками, и пытаюсь вместить в себя эту новую информацию. Я чувствую себя потерянной.

– Игорь, я… мне нужно время, чтобы обдумать все это. Я не знаю… – шепчу я.

– Я понимаю, Агата. Я буду ждать, сколько потребуется. Просто знай, что я тебя люблю. Тебя и нашего сына. И всегда делал все, чтобы ты была в безопасности, – его слова звучали искренне.

Мы попрощались, и я отключила телефон. Сидя в одиночестве на кухне, я позволила себе на мгновение закрыть глаза. Эмоции накатывали на меня волной: гнев, обида, боль от предательства, смешанные с остатками любви и заботы, которые я еще чувствовала к Игорю.

Вдруг я ощутила, как слезы начали стекать по моим щекам. Мое сердце разрывается между желанием простить Игоря и невозможностью принять то, что он сделал. Он пытался защитить меня, но в итоге лишь причинил боль.

Я вспомнила, как сильно я любила Игоря, как верила в наше счастливое будущее. Теперь все это казалось разбитыми осколками прошлого, которые невозможно собрать вновь.

Я чувствую себя одинокой, но в то же время как будто освободилась от тяжелой ноши, докопавшись наконец-то до правды.

Глава 31

Игорь

С Агатой получилось очень… Ну прямо очень плохо. Пришедшего в самый неподходящий момент надзорщика хотелось разве что придушить. Он отлично напомнил мне, что до настоящей свободы мне еще далеко.

А теперь далеко и до нормализации отношений с Агатой. Я по ее глазам видел, что нас уже отбросило. Боюсь, даже дальше, чем было в начале.

Изначально было понятно, что новость о моей судимости бывшую жену не обрадует, но за проведенные врозь часы она еще и успела себя накрутить.

Теперь не поднимает трубку, когда я ей звоню.

Ч-ч-черт.

Пытаюсь еще раз. Снова гудки и сбой вызова. Сжимаю челюсти, чувствую, как раздражение пульсирует в висках, но злиться не могу. Точнее если и злиться – то уж на себя.

Это не она пропустила плановый визит для отметки. И не она смылась пять лет назад, ничего не объяснив.

Новый мой звонок Агата не принимает. Я вздыхаю и смиряюсь… Где-то на полчаса.

Прячу мобильный и толкаю дверь назад в переговорку. Сейчас обсудим с Молотовым состояние наших дел и снова ее наберу.

Возвращаюсь в просторное помещение. Ник валяет дурака. Развалился на кресле, вытянул ноги, нашел где-то теннисный мяч. Теперь подбрасывает его четко под высокий потолок и ловит.

Я только собираюсь бросить какой-то ехидный комментарий про детство в жопе футболиста, как Молотов оживает. Садится ровно, замахивается и запускает мячик в меня.

Ловлю.

Реакция доведена до совершенства. Без этого можно было лишиться жизни. Теперь не расслабляюсь никогда.

Ночью практически не спал. Впитывал тепло Агаты в своих руках. Прислушивался к сопению нашего сына. Но это не измотало, а наоборот добавило сил.

Ник уважительно вскидывает брови и показывает палец вверх. Я откладываю мячик и опускаюсь в кресло, которое занимал до отлучки.

– Что там наша шпионка?

Как-то так получилось, что хоть заинтересован в происходящем больше я, Молотов принимает серьезное участие. Я все больше убеждаюсь: тюрьма свела меня с надежным партнером. Странно, но что поделать.

– Все по плану, – Ник легкомысленно пожимает плечами, упирает локти в ручки кресла и складывает пальцы пирамидкой. – «Знакомство», – показывает жестом кавычки, – состоялось. Девочка нашему хрену, конечно же, понравилась. Жучки уже расставлены. Слушаем помаленьку.

– Что-то интересное было? – Ник покачивает головой.

– Пока намеки. Нужно время. Ему – сильнее расслабиться, ей – лучше осмотреться.

Киваю, хмурю брови.

– А мы ей хоть безопасность гарантируем? – не могу сказать, что я – самый человечный из людей, но после того как у меня появился сын, отношусь ко многим вещам с большей осторожностью. Мы платим за работу отличные деньги. Девочку взяли непростую, с историей. Но и отделаться от мысли, что она имеет дело с опасным типом не могу.

– Мы ей все гарантируем, Игорь.

В ответ на заверение Ника немного успокаиваюсь.

Дальше – обсуждаем с ним дела. Я делюсь дурацкой историей с желанием сына завести окапи. Завтра, кстати, начинается его путь домой.

Ник рассказывает про свою дочку. Девочка – тоже не промах. Может даже как-то сведем их. Посмотрим.

За разговорами проходит почти сорок минут. У меня в затылке снова зудит: нужно набрать Агату. Трубку не возьмет, но я продолжу настаивать.

Ник как раз отошел к окну, чтобы переговорить с кем-то, а я кручу мобильный в руке. В итоге жму.

Слушаю гудки… Злюсь.

Ненавижу эту манеру.

Но я же все равно своего добьюсь, Агата.

Я всегда добиваюсь.

Бывшая жена скидывает, я цежу сквозь зубы:

– Черт.

Успеваю представить, как довожу до белого каления, поставив номер на автодозвон, а потом осеняет: да какого черта?

Похрен на все. Я сам приеду и поговорим.

Агата может даже на порог не пустить, это и коню понятно, но я все же рискую.

Готовлюсь к тому, что жать на дверной звонок буду долго и нудно, но и сам удивляюсь. Потому что нажимаю, выжидаю десять счетов про себя, и слышу, как начинают отщелкиваться замки.

Первых пару секунд даже нервничаю, а потом все становится понятно.

Дверь открывается не полностью – а только на щель. Из нее высовывается девушка. Смотрит на меня. Улыбается. Я унимаю нахлынувшее вдруг раздражение.

– Здравствуйте, Игорь, – ее голос звучит сладко-сладко. Во мне это если что-то и вызывает, то только желание скривиться.

Няне Тимура около двадцати. Она не вызывает у меня доверия на интуитивном уровне. К ней есть кое-какие вопросы даже у меня, хотя мы виделись всего несколько раз.

Но ставить вопрос перед Агатой я не спешу.

Присматриваюсь.

И она ко мне присматривается.

– Здравствуйте, Элеонора…

Девушка явно приятно удивлена, что я знаю ее имя. Дурочка. Да я знаю все о ее семье вплоть до бабушки. И это никак не связано с заинтересовавшей меня личностью. Скорее с функцией, которую она исполняет. Всё-таки она слишком близко общается с моим сыном и моей женщиной. Не имею права быть беспечным. Пробил ее хорошо.

Тухлый шлейф за ней не тянется, но доверия она все равно не вызывает.

– Ой, вы помните мое имя… Так приятно…

Она слегка краснеет и толкает дверь, раскрывая шире.

– А если вы к Агате, то ее нет.

Да я уже понял, – почти бурчу себе под нос. А на деле заглядываю вглубь квартиры.

Тимура пока не вижу. Только легкий беспорядок.

– А вы будете сильно против, если я подожду Агату с вами?

На самом деле, ни с какими «с вами» я свою бывшую, и будущую конечно же, жену ждать не собираюсь. Проведу время с сыном.

Но Элеонора глотает крючок. Хлопает глазами, застенчиво улыбается. Делает шаг назад, приглашая войти.

Я вспоминаю, как вела себя при первой нашей встрече. Я тогда стоял под домом Агаты. Она вышла, попыталась познакомиться. Уверен, будь у меня плохие намерения, с легкостью мог бы выудить у нее всю интересующую меня информацию.

Она болтлива и вряд ли настолько приятна, какой хочет казаться.

– Я буду совсем не прот…

– Ой, Игорь! – няню перебивает выглянувший из гостиной Тимур. Я успеваю заметить, как Элеонора кривится. Дальше – внимание только сыну.

Приседаю, а он бежит навстречу.

Мы не виделись совсем чуть-чуть, но я соскучился очень сильно.

Ловлю его, вместе поднимаемся, а потом еще и подбрасываю.

Тим в восторге, я тоже.

Элеонора смеется и хлопает в ладоши. За актерское мастерство я поставил бы ей твердую четверку.

– Как хорошо, что ты пришел к нам в гости, Игорь! Я сейчас все тебе покажу. Познакомлю со всеми игрушками, о которых рассказывал. А потом придет мама и мы снова поедем спать в палатках, хорошо?

Опускаю сына на пол только в комнате. Окидываю взглядом еще и ее. В глаза бросается залёжаный диван. И куча конфетных оберток, которую кое-как сгребли в один из углов.

Тим этого не замечает, а я чувствую, что даже злюсь. Надо будет узнать контакты нормальных агентств и подыскать няню, которая таких подозрений вызывать не будет.

Сын тянет меня в сторону ковра, на котором стоит детский вигвам и в понятном только Тимуру порядке расставлены игрушки.

– У нас здесь выборы звериного короля, Игорь. Последний тур. Ты будешь наблюдателем-слоном, хорошо?

– Хорошо, Тим…

Оглядываюсь на Элеонору и киваю в сторону оберток.

– А это что тут делает? – Спрашиваю дружелюбно, хотя и знаю, что если она засовывала запрещенку в моего сына – растерзаю.

Она краснеет, пожимает плечами и быстро несется все собирать, распихивает по карманам.

– Да это так… Я здесь уборку затеяла. Вы же знаете, наверное, Агата не слишком чистоплотный человек… Бывает, оставит бардак, а я потом убираю по возможности. Всё же мать-одиночка, много работает, я стараюсь поддерживать…

Ее объяснение меня ни черта не успокаивает, а наоборот злит. Неряхой Агата не была никогда. До того, как у нас появились деньги на еженедельный клининг, содержала квартиру в очень даже приличном состоянии.

Глава 32

Тим дергает меня за руку, явно предлагая сесть. Я подчиняюсь.

– Вот, смотри, ты будешь слоном-наблюдателем.

Дает мне в руки одну из игрушек и вкратце объясняет, что здесь вообще происходит.

Пока мы играем, Элеонора суетится по комнате, то и дело что-то собирая, складывая. Подходит несколько раз к нам и с улыбкой тянется к волосам моего сына. Тим дергает голову.

Значит, ее прикосновения ему не слишком привычны, да и не то, чтобы приятны.

В голове складывается вполне полноценная картина. Она скорее надсмотрщица, чем няня. Еще и вынюхивает. С кем потом делится – вопрос. Может просто сплетничает.

На очередном подходе, когда Элеонора тянется к щеке Тимура и как бы мило треплет, сын не выдерживает. Смотрит на нее и просит:

– Элеонора, мы же договаривались. Я не трогаю тебя – ты не трогаешь меня.

Сын очень серьезно и по-взрослому снимает с себя руку няни. Я смотрю на нее тяжелым взглядом. Она же с неопределенным «ладно-ладно» возвращается к своим бессмысленным делам.

Уверен: этот «принцип» сотрудничества придумал не Тимур. Ставлю себе пометку: когда мы с сыном останемся наедине, обязательно узнаю, о чем еще они с этой девушкой договорились. А пока внимательно слушаю правила игры и приступаю к исполнению своей роли со всей ответственностью.

Я понятия не имею, когда Агата вернется домой. Прошу Элеонору не портить мой «сюрприз» и не звонить хозяйке.

Мы с Тимом отлично играем и третий нам не нужен.

После нескольких попыток привлечь мое внимание, дефиле за вигвамом, помывки окон и условно изящных наклонов за «случайно» упавшими вещами, Элеонора смиряется с тем, что я не обращаю на нее никакого внимания и отправляется на кухню готовить ужин.

Я не уверен, что Агата давала ей такое распоряжение. Скорее всего еда Тима приготовлена его матерью и ждет своего часа в холодильнике, но разоблачать няню не спешу.

Пока она гремит кастрюлями на кухне, мы с Тимом успеваем провести звериные выборы, в которых ожидаемо побеждает всеобщий любимчик жираф, сложить лего, поиграть в железную дорогу, сын проводит мне экскурсию по своей комнате. И, самое болезненное для меня, наверное, это когда показывает мне свои рисунки.

На многих изображена семья.

И на каждом из них это или он с мамой, или он с мамой и каким-то животным. Складывается впечатление, что он смирился с отсутствием в его жизни отца. О жирафе, собаке и ежике мечтает. А о папе – ни капли.

Меня пронизывает тоска и отчаянье. Еле гашу в себе порывы рассказать сыну, кто мы друг-другу. Я бы сделал это давным-давно, но понимаю, что сегодня – очень неудачный день.

– Иго-о-о-о-орь! – слышу крик Элеоноры и, взмахнув головой, отрываю взгляд от макушки Тима. Он как раз взял в руки карандаш. Рисует мне в подарок жирафа. – Не могли бы вы мне помо-о-о-очь?!

Уходить мне не хочется, но и совсем по-скотски вести себя воспитание не позволяет.

Явно перехожу черту, прижимаясь губами к волосам Тима. Но сдержаться – никак. Он воспринимает это спокойно. Не дергается. Позволяет.

Дальше я слегка треплю его волосы и обещаю:

– Вернусь через пару минут.

– Хорошо…

На кухне меня опять встречает неправдоподобно улыбчивая Эвелина.

У нее на несколько верхних пуговиц расстёгнута блузка. Волосы распущены. Если она вот так варила суп, который не очень то и аппетитно пахнет на всю кухню, то пробовать его я вряд ли рискну.

– Что вы хотели? – сознательно не перехожу на ты, хотя она и младше меня лет на пятнадцать.

– Мне нужно с верхней полки достать кастрюльку…

Показывает пальцем на один из подвешенных под самый потолок шкафов.

– Я, конечно, в курсе, что Агата у нас архитектор. Но вот эти ящики – это же дико неудобно! Удивительно, как она могла себе сделать такую непрактичную расстановку…

– Здесь наверняка есть складная лестница, – слушать о том, как какая-то соплюшка распинает мою жену за ее спиной я не собираюсь. Поэтому перебиваю на полуслове.

– Да, лестница есть, но я боюсь подниматься без страховки…

– Давайте, я подержу.

Мне легче было бы подняться самому и снять нужную кастрюлю, но Эвелина утверждает, что я ее не найду.

Ну что ж…

Стою, как придурок, и держу более чем надежную лестницу, пока по ней вверх, сохраняя свою вроде как изящную манеру, поднимается положившая на меня глаз нянечка Тима.

– А чем вы занимаетесь, Игорь?

Она успевает не только искать нужный ей предмет, но еще и бросать на меня игривые взгляды и повиливать бедрами. Я все это, конечно же, игнорирую. Отвечаю коротко:

– Бизнесом.

– Ой, как интересно… А то у Агаты столько друзей… Среди мужчин… Помню, и циркач был… Акробат какой-то… Байкер… Потом политик… Но я за него не голосовала, – смеется и отмахивается.

А у меня кровь вскипает. Я знаю, что все это ложь. Еле держусь, чтобы не потрясти лестницу.

– Что там кастрюля?

– Да ищу, – она дует губы от обиды. Будто правда ждала, что можно вот так переключить мое внимание с сына и Агаты на себя. – Ой, вот…

Я и раньше был не самого высокого мнения о ее интеллекте, а стоит ей увидеть ту самую кастрюлю (если она вообще там есть, в чем я сомневаюсь), как дурена-Эвелина встает на носочки. Тянется.

Дергает лестницу…

Дальше я мог бы очень жестоко ее проучить. Хотела упасть – падай. Но во мне срабатывают рефлексы.

Успеваю сделать шаг в сторону и ловлю ее.

Здесь совсем не серьезная высота и в обморок хлопаться нечего, но Эвелина все равно картинно закатывает глаза, быстро дышит и обмякает в моих руках.

– Господи, Игорь… Вы же меня спасли! – цепляется сильнее. Зачем-то лезет обнимать, прижимаясь своей грудью к моей. Я пытаюсь отстраниться, но девушка оплетает плющом.

– Танцевать на лестнице не нужно, тогда и спасать вас будет тоже не нужно.

Мое вполне трезвое замечание бьется горохом о стену.

Она зачем-то обвивает мою шею и даже волосы гладит. Я дергаюсь.

– Не стоит этого делать. – Прошу, сжимая запястья.

Что будет дальше, знаю. Сниму с себя. Отчитаю. Предупрежу, что еще одна такая выходка закончится забоем копчика или шишкой на лбу, потому что ловить я ее больше не буду.

Но мои планы рушит случай.

Точнее вихрь, который влетает на кухню вместе со стуком каблуков, сладким запахом духов Агаты и ошарашенным:

– Игорь, ты… Ты что себе позволяешь вообще?!

Глава 33

Агата

Казалось, хуже уже быть не может. Утром я проснулась разбитая, все еще в мыслях о матери и с трудом заставила себя выйти из квартиры и отправиться на работу.

Но, как оказалось, я была не права.

Войдя в офис, я сразу же почувствовала, что что-то не так. Бурно обсуждающие что-то до моего появления сотрудники, внезапно замолчали, поглядывая на меня настороженно.

Я остановилась у своего стола, ощущая на себе их взгляды.

– Что происходит? – спрашиваю я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри всё кипело от предчувствия неприятностей.

– Ничего, – все резко отвернулись от меня и сделали вид, что усердно над чем-то работают.

Но обстановка в офисе оставалась все такой же накаленной.

– Нет, серьезно, что с вами всеми сегодня? Если это из-за сочувствия ко мне, то все в порядке. Я с этим справлюсь. Ведите себя как обычно, – вздыхаю и опускаюсь в свое рабочее кресло.

Я начинаю догадываться, что коллеги узнали о горе в моей семье и теперь не понимают как вести себя со мной.

– Так ты все знаешь? – Елена, медленно подходит ко мне, держа в руках журнал. – Нет, ну вы можете представить, что такое вообще возможно? Не думала, что Айлин окажется с гнильцой, а строила из себя такую святошу. Вечно кофе всех угощала, эклеры для всех покупала, – начала она, хлопнув журналом по моему столу.

Мои глаза устремились на обложку, где красовался проект нового сквера возле футбольного стадиона. С появлением Игоря и всеми этими проблемами я так и не успела закончить все в сроки и подать документацию на конкурс, что безумно меня огорчает, ведь я столько сил потратила на этот проект. Но… я листаю журнал и мои глаза расширяются от удивления. Потому что проект, который победил, безумно похож на мой. В греческом стиле, с арт зоной под открытым небом и детской площадкой.

Взгляд падает на имя автора – Айлин Асхадова. Моё сердце замирает от шока и возмущения.

– Это шутка? – прошептала я, чувствуя, как гнев начинает бурлить во мне. – Она украла мой проект и подала его на конкурс под своим именем? – мой голос сочится возмущением.

Айлин работала у нас два года, а несколько недель назад внезапно подала заявление на увольнение и перешла работать в другое архитектурное бюро. Кажется, я начинаю догадываться почему. Все в нашей компании знали над чем я работаю и конечно же я не раз спрашивала мнение ребят и показывала им проект. Она тоже его видела.

Ее зависть всегда выплескивалась через край. Что бы я ни сказала – она пыталась выставить меня в отрицательном свете, а из себя делала ангела. Когда я написала в соцсетях, что занимаюсь океанариумом, нормальный люди поздравляли, и только Айлин с видом знатока начала распинаться, что она не участвует в проектах, которые пропагандируют негуманное отношение к животным. Конечно, не участвуешь! Тебя же никуда не приглашают!

– Да, Агата, она переделала твой проект и подала его на конкурс. Скорее всего это случилось после того, как тебе на голову свалился океанариум и ты проговорилась, что не успеешь закончить конкурсный проект в сроки. – Елена кивнула. – Она выиграла первое место и с этим, к сожалению, ничего не поделать.

– В какой компании она теперь работает? – мой голос звучит холодно и решительно. Я резко встаю из-за стола.

– Агата, подожди, не стоит сейчас действовать сгоряча, – попытался остановить меня Евгений, поняв, что я собираюсь устроить разборки.

– Так куда она устроилась работать? Если не скажете, пойду к начальнику, он точно должен знать, – настаиваю я, переводя требовательный взгляд с Елены на Евгения и обратно.

– Она теперь работает в компании 'Creative Designs'. Это всего в двух кварталах отсюда, – произнесла неохотно Елена. – Только, Агата, прошу, будь благоразумна. Ведь это не только твоя репутация, но и нашей компании.

Не теряя времени, я хватаю сумку и выхожу из офиса. Мои шаги тверды и решительны. Мне нужно разобраться с этим лично. Посмотреть в ее бесстыжие глаза и услышать хоть какие-то объяснения. Потому что я даже представить не могу, каким нужно быть человеком, чтобы переделать чужой проект, выдав его за свой.

Здание, где находится офис 'Creative Designs', представляет собой современное многоэтажное сооружение, расположенное в деловом районе города. Их архитектурное бюро намного больше нашего, но это не отменяет того факта, что их сотрудник наглый вор и плагиатчик!

Придя в офис 'Creative Designs', я без колебаний прохожу к стойке рецепции.

– Мне нужна Айлин Асхадова. Где ее найти, подскажите, пожалуйста? – произношу я, стараясь сдержать свой гнев и звучать миролюбиво.

Мне указывают направление, и я иду к её кабинету. Первое, что я замечаю, открыв дверь ее кабинета без стука, это несколько букетов на столе и подарочные коробки. Кажется, ее уже успели поздравить с успехом.

Айлин отрывается от прочтения очередной открытки и поднимает на меня взгляд. Ее глаза расширяются от удивления.

– Агата? Что ты здесь делаешь? – она выдавливает из себя улыбку, но волнение из-за моего появление скрыть не получается. Она воровато оглядывается по сторонам, словно боится что из ниоткуда может кто-то выскочить и подслушать наш разговор.

– Ты прекрасно знаешь, почему я здесь, – произношу я, проходя в кабинет и закрыв за собой дверь.

Оглядываюсь по сторонам, делаю вид, что мне безумно интересен интерьер помещения. Кабинет рассчитан на четырех человек, но сейчас Айлин в нем одна.

Девушка настороженно наблюдает за каждым моим движением. Я веду себя словно хозяйка, во мне сейчас такой адреналин хлещет. Беру со стола открытку, прохожусь по строчкам взглядом, усмехаюсь.

– Поздравляю, Айлин. Это действительно большое достижение. И проект хороший. Вот только он что-то напоминает. Не напомнишь мне, Айлин, где я могла его видеть?

Она хмыкает, в ее взгляде появляется уверенность и превосходство.

– Спасибо за поздравления, но не стоило ради этого лично сюда приходить. А насчет схожести… Хммм… Сама ведь когда-то говорила, что очень сложно придумать что-то новое, ведь идеи так и парят в воздухе вокруг всех нас и неизвестно кто какую вытянет.

– Ты украла мой проект, Айлин. Почему? – резко перехожу к главному, не собираясь больше ходить вокруг до около.

Айлин оглядывается, словно боится что кто-то может услышать мои обвинения и ее репутация пойдет ко дну. К ее счастью, остальные сотрудники все еще отсутствуют, но судя по тому как она начинает нервничать, ушли они не на долго.

Она встала, пытаясь оправдаться.

– Я не понимаю о чем ты, Агата. Многие проекты похожи друг на друга, если тебе показалось, что я у тебя что-то украла, можешь подать на меня в суд.

– Спасибо за совет. Я так и сделаю, не сомневайся, – решаю припугнуть ее, но сама пока не уверена, что на самом деле буду развивать эту тему. Погружаться в негатив, судится с кем-то и что-то доказывать сейчас у меня нет сил. Я просто хочу чтобы она знала, что ее поступок не остался незамеченным. И в следующий раз десять раз подумала, прежде чем повторить этот трюк.

– Вперед. Буду ждать встречи в суде, – она старается казаться равнодушной к моим словам, но я уверена, что внутри дрожит от страха. Этот инцидент может стоить ей карьеры.

– Зависть – плохой советчик, Айлин. Тебя не взяли в группу разработки проекта и ты разозлилась, я понимаю. Ведь этот проект мог открыть тебе множество дверей с перспективами. Но ты выбрала самый низкий путь. Думала, что украв мою идеи это решит твои проблемы? – мой голос полон презрения. – Ты потеряла мое уважение, Айлин. И я уверена, что когда всё это станет известно, ты потеряешь и свою репутацию, – произношу напоследок. Теперь она точно не забудет обо мне. Будет думать днем и ночью, в страхе, что. я предам случившемуся огласки.

Я поворачиваюсь, и выхожу из кабинета, столкнувшись в двери с какой-то девушкой. Интересно, она только пришла или подслушивала? Сплетни по офису разлетаются очень быстро, мне ли не знать?

Я чувствую себя опустошенной после этого разговора, но в то же время меня пробирает облегчение, потому что я смогла сохранить чувство достоинства и не скатиться к истерики и женским разборкам.

Понимая, что поработать сегодня уже не получится, возвращаюсь к нашему офису, где оставила припаркованной машину, и еду домой.

Но и там меня ожидает неприятный сюрприз.

В виде Игоря, обнимающего нашу няню Элеонору.