Текст книги "Смерть старого мира (СИ)"

Автор книги: Марина Шамова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 27 страниц)

– Не расхищаем имущество, а всего лишь злоупотребляем твоим гостеприимством, Олли, – пожал плечами Генрих, вызвав у туата лёгкий смешок.

– Только потому, что с вами Королева, – Ши поклонился Агнессе, вызвав у той новый всплеск замешательства, – на этот раз прощаю. Кофе остался?

– Немного. Сварить ещё? – совершенно запросто поинтересовался Ворон и Ши, неожиданно широко зевнув, кивнул.

– Давай, – а затем обернулся к восседающему на стуле коту. – А вы, сэр, пойдите прочь с моей кухни.

Свист смерил его недовольным взглядом – Агнесса поразилась тому, насколько у Ши и кота оказались похожи глаза, – но внезапно подчинился. Тяжело спрыгнув на пол, подошёл к девушке, теранулся боком о ноги и всё с тем же топаньем удалился. Агнесса же отошла к одному из столов, на котором стоял кувшин с водой, и наполнила чистый стакан, после чего вернулась к парням.

Фридрих тем временем, откашлявшись и с видимым смущением покосившись на Агнессу, с благодарностью кивнул, принимая из её рук воду, и, сделав пару глотков, посмотрел на Олли сурово:

– Твоя привычка подкрадываться – отвратительна. Рано или поздно ты доведёшь кого-то до приступа, – фраза показалась Агнессе незавершённой, и воображение услужливо добавило «и у тебя будут проблемы».

Видимо, Ши тоже услышал Синклера именно в таком ключе, поскольку пренебрежительно пожал плечами:

– Травмы на производстве. Магия – сложная штука, это не орешки щёлкать. Перетрудился «кто-то» на учёбе, в попытках догнать сильного соперника, с кем не бывает? – в нежно-звонком голосе отчётливо звучала лёгкая издёвка, а по тому, как напряглись плечи Фридриха, Агнесса догадалась, что Ши проехался по болезненной для парня теме.

– А почему «Королева»? Всё пытаюсь выяснить, – поспешно вмешалась она, страшно стесняясь собственного поступка, но не видя, как иначе разрядить обстановку.

Частично, во всяком случае, ей это удалось – все трое смотрели теперь на неё с лёгким удивлением.

– Вы... э-э... не помните? – осторожно уточнил Фридрих, но, увидев, как Агнесса заливается краской, поспешно исправился:

– В смысле, конечно же, помните! Вчера, по итогу прекрасно проведённого вечера и на основании ваших выдающихся заслуг перед Клубом, вам был вручён этот почётный титул.

– Он переходящий, действует неделю, – добавил словно невзначай Генрих.

– Хотя если вы и в следующий раз решите петь – уверен, титул будет закреплён за вами до конца, – учтиво заметил Ши.

«Господи, я только что призналась в том, что совершенно не помню вчерашнего вечера! Какой позор!» – причитала Агнесса про себя, не особо обращая внимания на сладкоречивых почитателей.

«Успокойся. Кому какое дело? Не похоже, что эти сопляки, включая остроухого, придают этому какое-то значение... и, вообще, я уже говорил тебе, насколько ты занудна?» – раздражённо поинтересовался Мельхиор.

«Да почему сразу – занудна?»

«Потому что только тебя волнует произошедшее вчера! Точнее, только ты оцениваешь это в негативном ключе, тогда как остальные просто здорово повеселились и, очевидно были бы не прочь повторить! Кроме, разумеется, того хлюпика...»

«Господи, да не напоминай об этом, пожалуйста! – взмолилась Агнесса, передёрнувшись от отвращения при воспоминании о чужих липких руках и навязчивых объятиях – вот что было хуже всего, а не попойка! – И титул этот дурацкий! Что мне делать?»

«Принимать его благосклонно. Ты же не хочешь выставить себя полной дурой?» – неожиданно резонно заметил Мельхиор.

«Н-нет, конечно, не хочу!» – растерялась девушка.

«Значит, кивай и делай вид, что так и надо – но не будь слишком серьёзной.»

Агнесса подумала, что это будет не слишком просто, хотя... может, если она притворится что играет роль, как в любом из рассказов?

– Кстати, а чем вам так не угодил мистер Найджел? – бесцеремонно спросил Ши, деловито усаживаясь напротив неё за стол, и на узком треугольном лице отразилось неприкрытое любопытство.

Девушка почувствовала, что её решимость «притворяться» тает на глазах, а лицо вновь обдаёт жаром стыда. Как только туат догадался о причине её раздрая?!

– Вообще-то... всем? – звенящим от напряжения голосом заявила Агнесса. – Джентльмен, не понимающий слова «нет», не достоин этого звания.

– Золотые слова, – поддакнул Генрих.

Фридрих тоже пробормотал что-то одобрительное, но девушка не могла избавиться от ощущения, что вот прямо сейчас рождается ещё одна сплетня – и пускай не говорят, что парни не сплетничают!

– Я, пожалуй, пойду. Благодарю за завтрак, господа, и за компанию, – сдержанно кивнула она.

Студенты поспешно встали и попрощались с ней любезными кивками, а Ши, всем своим видом выражая презрение к человеческим традициям, просто помахал рукой и улыбнулся.

***

Библиотека утром субботнего дня была восхитительно пустынна.

Остаться, наконец, наедине с книгами после страшно смутительного завтрака Агнессе очень импонировало, так что она, утащив с полки стопку обычных своих книг, привычно заняла стол как можно дальше от главного прохода.

– Мельхиор, ты вчера был опасно близок к непоправимому.

Голос библиотекаря, как обычно, материализовавшегося бесшумно где-то в стороне, заставил девушку испуганно пискнуть и шумно захлопнуть «Четыре принципа утилизации бракованных декоктов» сэра Эдварда Манфрая, которую она решила прочитать в перерыве между более серьезными трудами. Для восстановления душевного равновесия, так сказать.

Библиотекарь как ни в чем не бывало продолжил:

– Простите, мисс, мне нужно переговорить с вашим слугой.

Агнесса, уняв нервозность, кивнула и даже попыталась изобразить виноватую улыбку, но получилась скорее улыбка раздосадованная, и она поспешила убрать с лица любое выражение.

«А, отвали, Трих, у меня контракт, сам знаешь. Любую угрозу – об Грань», – непонятно было, прозвучал ли голос Мельхиора где-то кроме головы Агнессы, но, судя по всему, библиотекарю это не мешало.

– Уведомляю, что у меня также контракт – обеспечивать в том числе безопасность посетителей библиотеки. Если ты и в следующий раз не проявишь должной сдержанности, я буду вынужден вмешаться, – черная фигура шевельнула рукой с весами.

«Трих, только пакт о ненападении между Забвением и Амальгамой не даёт мне разорвать твою ветхую сущность на семнадцать миллиардов маленьких Трихаринамелисов и заставить тебя собирать их по всем Шести Владениям. Но, будь уверен, если ты посмеешь напасть на меня или Агнессу, я твою черепушку вобью в капюшон так глубоко, что тебе понадобится подзорная труба чтобы оттуда выглянуть, понял?»

Девушка слегка опешила от агрессии в словах демона и попыталась одновременно сделать два противоречивых действия: вмешаться и убедить всех, что никаких «следующих раз» ни в коей мере не предвидится и вместе с тем по-детски спрятаться куда-нибудь под стол. В результате получился нелепый компромисс в виде ссутуленных плеч и глуповато приоткрытого рта.

– Громкие слова для тринадцатого Амальгамы, как бы не надорваться, – в ровном голосе Смотрителя не было и намёка на насмешку, которой буквально сочилась фраза.

«Агнесса, выпусти меня, я оторву его костлявые лапы и запихаю их в люциферову задницу, пусть зубами их оттуда выковыривает!» – Мельхиор взревел, пытаясь вырваться, и ей пришлось прижать пальцы к вискам в желании унять резко скакнувшее давление.

– Прекратите немедленно! – воскликнула она и правой рукой хлестко шлёпнула по перстню, больше, правда, попав по собственным пальцам.

В густой тишине библиотеки ее крик прозвучал более чем внушительно. И шумно, отчего Агнесса опять перепугалась и уже заметно тише добавила скороговоркой:

– Господин Смотритель, я вас искренне заверяю, что вам совершенно не стоит беспокоиться, что будут какие-то другие разы! Я ни в коем случае не намерена никогда больше так сильно напиваться, – при этих словах она густо покраснела, – или вообще, скорее всего, пить что-либо крепче чая. И уж тем более появляться в библиотеке не для чтения и получения знаний, а не по своей воле в компании кого-то с какими-то темными намерениями! – она выдохлась и добавила уже тише:

– В смысле, не моими намерениями, разумеется.

Библиотекарь какое-то время молча колыхался в воздухе, затем бесстрастно кивнул:

– Отрадно слышать. Приятного дня, мисс Баллирано, – он развернулся, чтобы уплыть куда-то по своим демоническим делам.

– Однако... – внезапно продолжила Агнесса и осеклась, растерявшись от собственной наглости.

Демон развернулся на месте, все так же плавно покачиваясь из стороны в сторону, словно огромная страшная водоросль в спокойной воде.

– Я вас внимательно слушаю, – учтиво, но с едва уловимым оттенком угрозы, сказал он.

– Однако, – Агнесса поднялась с кресла и резким, но аккуратным движением положила книгу на стол, а затем подняла на демона круглые от ужаса глаза. – Если вы намерены и дальше задирать Мельхиора, я не могу гарантировать, что его сдержу. Надеюсь, это понятно?

«И тогда мы посмотрим – как глубока бездна под твоими лохмотьями», – добавил Мельхиор, за что получил еще один щелчок по кольцу.

– Я вас услышал, мисс Балирано, – все так же бесцветно заверил ее Смотритель и поспешил раствориться в воздухе.

«Так его!» – прокомментировал Мельхиор, заработав третий удар.

Агнесса рухнула в кресло. Учебное настроение улетучилось, а сердце пыталось выпрыгнуть из груди не то через горло, не то напрямую проломив ребра. Руки и колени противно подрагивали, а в голове никак не укладывалось – как же её угораздило влезть в конфликт двух настолько древних и страшных сил? «Силы», конечно, вели себя немногим лучше зарвавшихся подростков, но факта могущества это никак не отменяло. И, Боже, она дерзила Смотрителю!

Девушка беззвучно застонала, прикрыв руками лицо. Страшно хотелось пить, спрятаться в шкаф к Джи-джи и никогда оттуда не выходить. Оба действия требовали немедленно покинуть библиотеку. Агнесса принялась складывать разложенные было книги в стопку, когда снова откуда-то сзади раздался голос, правда, в этот раз не столь внушительный, и почти не напугавший её.

– Мисс Баллирано, я вас как раз ищу, – Саманта плавно выскользнула из-за спины девушки, бесшумно ступая босыми ногами по ковровой дорожке на полу.

Агнесса для себя решила, что столик, пожалуй, надо сменить на будущее – к этому слишком просто подкрасться.

– Найдется минутка?

– Да, разумеется, мисс Вигель, – Агнесса растерянно взглянула на стопку книг в руках. – Я вот только пришла...

– Это не займет много времени, – Саманта без спросу уселась в кресло напротив и рассеянно затянулась потухшей трубкой, которую, как обычно, держала в руке. – Вас сегодня ждёт заседание ректорской комиссии, и я подумала, что, скорее всего, мой опыт может вам пригодиться.

Агнесса немного сникла. Она не предполагала, что слушание по ее делу назначат так скоро, и не успела морально подготовиться. Если к такому вообще можно хоть как-то подготовиться!

– А... когда? – неуверенно уточнила она, машинально сжав в пальцах взятую с верха стопки книгу – это оказалась незаконченная «Ур-магия».

– В полдень, – мимолётно сощурилась куда-то в сторону медиум, а затем широко зевнула, некультурно по-мужски прикрываясь кулаком. – Я работаю тут достаточно долго и вы, думаю, догадываетесь, что дисциплинарные нарушения у нас скорее обыденность, чем исключение. И если бы совет исключал всех студентов, которые так или иначе нарушили устав, то тут, скорее всего, учились бы двое-трое скучных очкариков без любых перспектив роста.

Агнессу слегка покоробило, что Саманта так сильно принижает сильные стороны послушания и усердия, но поправлять её не решилась – хватит с неё на сегодня безумных эскапад!

– Конечно, не каждый раз нарушения приводят к порче имущества, призыву демонов второй десятки Амальгамы...

«Первой!» – беззвучно вклинился Мельхиор и был проигнорирован.

– ... и разрушению защитных контуров здания. Прямо скажем, не часто такое происходит. Даже, скорее, очень редко, – нахмурилась Вигель, словно вспоминая – а когда же это ещё было? – Но, самое главное – вы еще не давали клятву студента, так что нарушение ее вам вменить не могут.

– Да я и устав-то еще в глаза не видела... – робко заметила Агнесса.

– Главное, этого не говорить никому, потому что незнание закона не освобождает от ответственности, – пожала плечами Саманта. – А вообще, Устав мало кто воспринимает всерьез и даже больше скажу – редко кто обеспокоивается его прочтением, пока жареный петух на горе не свиснет.

Агнесса решила, что, если до заседания выпадет возможность, ей необходимо прочесть устав. Прямо сейчас. А ещё, что использованный медиумом речевой оборот звучит категорически странно.

– Возьмем, к примеру, мистера Сандерса. За ним числится сто шестнадцать дисциплинарных нарушением, из которых сорок одно закончилось взысканием, в том числе телесного характера, если вы понимаете, о чем я, – Саманта почему-то подмигнула Агнессе чуть более заговорщически чем следовало ожидать. – Три взыскания были назначены советом. Ни одного отчисления, как можно заметить.

Агнесса подумала, что мистер Сандерс – гений и самый многообещающий студент курса, и это, наверное, самую малость перевешивает почти любой беспорядок, который он может учинить. Если уж ему обеспечили такое невероятное протезирование!

– Или взять ту же Нелию, – безмятежно продолжила комендантша, ничуть не смущённая затянувшимся молчанием со стороны «утешаемой». – Думаете, она первый раз проворачивает свой трюк с угрозами Совету? Раньше, правда, по ее проступкам совет не собирался, но, говорят, доктор Рэйвен ревёт от нее белугой.

Саманта с подозрением посмотрела на трубку и попыталась затянуться, а Агнессе подумалось, что угрожать совету – вообще плохая идея, и у нее уж точно не хватило бы наглости, даже если б было чем.

«Мной», – подсказал Мельхиор и был проигнорирован во второй раз.

– Если вспоминать истории с сопоставимым масштабом разрушений, то магистр Блэк, в бытность свою студентом, трижды был на пороге отчисления, и все три раза привели к дополнению Устава и клятвы новыми пунктами, – медиум хихикнула, стрельнув взглядом куда-то на полки. – Можете почитать его биографию, если интересно... а, впрочем, нет, забудьте. Они в синей секции. Однажды он экспериментировал с запретным разделом библиотеки и попытался выяснить, является ли Библиотекарь продуктом некромантических изысканий и как Забвение связано с некромагией. Выяснение привело к дестабилизации понятийно-ассоциативных связей библиотеки и едва не схлопнуло весь Университет, – Агнесса не поняла, как можно нарушить понятийно-ассоциативные связи чего-либо, но решила, что это изучают на старших курсах. – Понадобилось вмешательство ректора, чтобы избежать катастрофы, и личная протекция сэра Имшира, чтобы урегулировать резонанс в магическом сословии, однако, Артур не был отчислен и успешно завершил обучение двумя годами позже.

Выдающиеся студенты, студенты со связями, студенты с протекторами... Агнесса решила, что примеры Саманты не помогают, а делают только хуже.

– Года два назад, правда, девушку из Манчестера, – как там ее звали? Не помню уже, – отчислили за разбитое зеркало в холле, когда она с непривычки испугалась движения сбоку после урока леди Под...

Сильно хуже.

– Хотя этот пример нерелевантен, девочка была из небогатой семьи и не слишком уж талантлива, да и не успела себя нигде зарекомендовать с хорошей стороны...

Гораздо хуже, чем могли бы.

– Главное помнить, что абсолютно все голоса полного совета будут учитываться, хотя окончательное решение всегда за ректором, – Саманта убрала трубку куда-то в складки своего бесформенного платья. – А я более чем уверена, что после прошлого заседания и вчерашней вечеринки у вас не будет недостатка в сторонниках. В общем, не теряйте присутствия духа!

Она широко улыбнулась куда-то мимо Агнессы и поднялась.

– Э-э... благодарю вас, мисс Вигель, – с кисловатой улыбкой кивнула девушка и тоже встала, почтительно кивнув.

Медиум же вместо прощания неопределенно махнула рукой и, даже не подумав одёрнуть смятый подол, зашагала к выходу из библиотеки, оставив Агнессу в крайне противоречивых чувствах и с большим количеством вопросов без ответов, чем у нее было до разговора.

«Все ерунда, – заверил ее демон. – Главное, что я в любой момент могу найти с этим так называемым ректором общий язык, и все будет как тебе надо, а если нет – я весь этот Университет разнесу по кирпичику и поступишь в другой, который станет лучшим в мире после разрушения этого».

Агнессе стало окончательно тоскливо, поскольку иметь в качестве последнего дипломатического бастиона Мельхиора казалось ей не слишком многообещающим.

Но, с другой стороны, а что ещё оставалось?

***

– Ты постоянно куда-то пропадаешь, с утра и до ночи! Куда тебя в выходной-то понесло?! – возмущалась Ирина, выглядящая слишком свежо и бодро после вчерашних возлияний.

Агнесса не особо хотела разговаривать, поскольку настроение было прескверным. К тому же, она решила на всякий случай собрать вещи.

– Я была в прачечной, потом позавтракала, а после пошла в библиотеку, – коротко отчиталась она, надеясь, что княжна уловит в подобной форме нежелание соседки продолжать беседу.

Зря.

– В библиотеку?! Баллирано, сегодня суббота! Какая библиотека?! – возмущённо, словно Агнесса посещала не книгохранилище, а, как минимум, мужскую баню, всплеснула Виленская руками.

– А какая разница? Выходной – так даже лучше. Никто не мешает... – с лёгкой грустью вздохнула девушка, бережно складывая в саквояж чистые, но мятые блузки.

– Вот ты зануда... ну, всё равно, мы-то знаем, какая ты на самом деле! Серая мышка, ага-а, – неприятная глумливая интонация скользнула в голосе княжны, заставив Агнессу покоситься.

– Прости?

– Ой, да брось! Лихо ты вчера отплясывала! За мной, конечно, угнаться мало кто может, но ты была хороша! – Ирина довольно рассмеялась, тогда как Агнесса болезненно поморщилась.

– Господи... как я только на это согласилась, – в сердцах захлопнула она саквояж, искренне сожалеющим взглядом окинув полки, на которых сиротливо притулились аккуратно сложенные банные принадлежности – да паутина в верхней левой нише с засевшей по центру Джиорджиной.

– Ой, вот только не начинай драматизировать! – поморщилась девчонка.

«Ага! А я говорил, что ты драматизируешь!»

– Я не драматизирую! – воскликнула Агнесса, отвечая им обоим.

Вот что за жизнь?! Вокруг сплошные богачи, блаженные и кутилы! И демоны!

«А что тебя не устраивает? Типичная жизнь средненького мага», – непонимающе прокомментировал её терзания Мельхиор.

– А очень на то похоже, знаешь ли, – поджала губы Виленская и, видимо, только сейчас заметила собранный саквояж, поскольку нахмурилась. – Ты куда-то собралась съезжать? Вроде же мест свободных не было?

– В полдень будет собрание Университетского совета по поводу моего... хм. Не-зачисления, если можно так сказать, – пожала плечами Агнесса. – Есть очень высокая вероятность, что к вечеру это место всё-таки будет свободно.

– Что?! Да пускай только попробуют! – вскочила девчонка, воинственно потрясая кулачком. – Да мы их с Носатым к ногтю всех прижмём! Эту Нелию подтянем и такую петицию накатаем, у-у!

Агнесса была озадачена, но и тронута подобным энтузиазмом со стороны Ирины, потому сумела даже выдать более-менее естественную и тёплую улыбку:

– Я очень ценю ваше расположение, княжна, – вежливо склонила она голову, – но не стоит волноваться. Я уверена, совет примет разумное и оправданное решение.

– Совет может поцеловать меня в задницу! – фыркнула Виленская, а затем насупилась, принимаясь ковырять пальцем какое-то невидимое пятнышко на юбке и пробурчала:

– Я бы не хотела, чтобы ты уезжала...

Девушка была близка к тому, чтобы расчувствоваться, когда княжна безжалостно добавила:

– Подселят ко мне какую-нибудь фифу, кто тогда убираться будет? Да и коридор снова загадят, стервы...

Сентиментальность как рукой сняло. Агнесса, коснувшись кристалла, выяснила, что времени оставалось не так уж и много – около сорока минут, – и что, пожалуй, пора спускаться вниз.

В холле было малолюдно, но вскоре после того, как Агнесса заняла смиренную наблюдательную позицию напротив дверей «ректорской», народ начал подтягиваться. На неё глазели, шептались и хорошо ещё, что пальцем не тыкали! Девушка не могла избавиться от ощущения, что все обсуждают вчерашний «кутёж» и, несомненно, связывают её безобразное поведение с грядущим исключением. Нервозность нарастала, и Агнесса начала кусать губы, чего за ней отродясь не водилось – видимо, простого выламывания пальцев ей уже не хватало.

«Расслабься ты! Мне от твоей трясучки неспокойно», – рыкнул Мельхиор.

«Ничего не могу с собой поделать! Сейчас решится моя судьба!»

«Да всё будет нормально... приструню их, придушим парочку несогласных – и дело в шляпе!»

«Мельхиор, я уже устала повторять, что насилием такие вопросы решать нельзя ни в коем случае...»

«А какие можно?» – быстро сориентировался демон, и Агнесса беззвучно застонала.

«Никакие! Прекрати меня донимать, и так душа не на месте!»

«На месте, я точно знаю».

Девушка устало вздохнула и привалилась плечом к стене, стараясь думать о хорошем. Что, в самом крайнем случае, она вернётся домой и воссоединится с детьми. Если опекуны разрешат, конечно. Найдёт нормальную работу... наверное. Потому что после истории с «Очагом» в паб, скорее всего, её не возьмут. И магии она точно учиться не сможет – негде. Даже книжек нет в той дурацкой библиотеке! Ничего толкового!

В глазах и носу защипало предвестником скорых слёз, и Агнесса сдалась. Увы, все мысли о хорошем неизменно скатывались в сплошь плохие варианты развития событий, и с тихим страхом девушка понимала, что это – не просто плохие, но и самые вероятные варианты!

– Ваше Величество, – вырвал её из горьких раздумий голос Генриха, и Агнесса встрепенулась, быстро заморгав, чтобы скрыть предательский блеск глаз.

– Генрих, ну пожалуйста... я не в настроении, – тихо попросила она, глядя исподлобья на парня, лицо которого выражало искреннюю обеспокоенность.

– Агнесса, не переживай. Весь студенческий совет – за тебя. Единодушно. А это, между прочим, целый голос в твою пользу!

– Правда? – слегка воспряла она духом. – А сколько их всего?

Ворон слегка стушевался, быстрым и растерянным жестом покрутив шеей:

– Э-э... одиннадцать. Но не переживай, с Университетской коллегией тоже проведена работа! – поспешно добавил он, видя, как снова скуксилась девушка. – Я уверен, что большая часть голосов будут твои!

– Спасибо, Генрих, – улыбнулась Агнесса через силу, мягко кивнув. – Я очень надеюсь, что ты прав.

– Конечно, я прав! – горделиво задрал парень нос. – Как верноподданные, мы постарались сделать всё, дабы не разочаровать нашу Королеву!

Теперь улыбка на губах девушки была уже более искренней:

– Королева гордится своими верными вассалами и отправляется на бой с чистым сердцем и ясным разумом, – торжественно ответила она, и Генрих широко ухмыльнулся.

– Вот это настрой! Это по-нашему! Всё, выше нос. Вражеская армия на подходе, – понизив голос, сказал он, оглянувшись в сторону выхода во двор.

Агнессе, глянув туда же, увидела Рэйвен, и вся внутренне подобралась.

Снова затряслись поджилки.

«Что-то не припомню у тебя страха перед публикой...» – фыркнул демон.

«Какой?» – опешила Агнесса.

«Когда ты перед людишками этими распиналась в кабаке. Птичкой пела, фокусы показывала».

«Сравнил!»

«А какая разница? Те же людишки, из той же плоти и крови – ну, кроме суккубы. Ждут от тебя представления», – лениво пожал плечами Мельхиор – Агнесса почти воочию увидела это движение.

И задумалась.

«Разве... представления?»

«Так это работает. Здесь тоже сыграй нужную роль, и они тебе поверят. Трястись глупо и недостойно».

Девушка пристыженно потупилась, не в силах встретиться взглядом с обжигающими чёрными глазами «доктора Рэйвен», как назвала Джоанну медиум. Но вместе с тем она изо всех сил попыталась поверить в то, что сейчас будет развёрнут всего лишь ещё один спектакль. Важный, очень важный, провалиться на котором ей просто запрещено! Ни заикаться, ни запинаться, ни дать голосу сорваться – нельзя!

– Мисс Баллирано – вас долго ждать? – бесцеремонно прервал её размышления голос чернявой, что, оказывается, стояла около открытых дверей и, очевидно, была крайне недовольна ролью привратника.

Агнесса, встрепенувшись, слегка покраснела от смущения и поспешно вошла внутрь, пробормотав тихие извинения.

Зал выглядел в точности как на предыдущем собрании Совета. Всё те же трибуна, кафедра и парты. Всё те же люди. Только пространство перед «зрителями» было совершенно пустым и принадлежало теперь только ей... да уж, девушкам было легче – их всех троих одновременно «судили»!

Сердце сжалось и пропустило пару ударов.

«Соберись!» – прикрикнул демон, и Агнесса усилием воли заставила себя идти ровно, высоко подняв голову и расправив плечи.

Быть может, это и выглядело слишком заносчивым, но альтернатива – ссутулиться и сжаться – казалась ей неприемлемой.

А так хотелось! Ведь стоило ей переступить порог, как на неё вновь навалилась чужая густая ненависть – настолько яркая и горячая, что становилось неловко.

«Давай я просто прямо сейчас его убью, а?» – заворочался Мельхиор, когда Агнесса, украдкой скользнув взглядом по лицам преподавательского состава, сразу же поймала Тот Самый Взгляд.

Андер, разумеется.

«Нет, – машинально ответила она. – Я совершенно не понимаю... за что?»

«Какая разница?! Девчонка, слушай сюда – если хоть какой-то скот смеет на тебя смотреть ТАК – ты не должна задумываться, ПОЧЕМУ он на тебя так смотрит! Ты должна СРАЗУ его убивать! Любым доступным тебе способом!»

«Как ты можешь такое говорить?! – ужаснулась Агнесса. – Нельзя убивать людей!»

«Не тупи! Всё просто – или ты их, или они тебя. Ты – сильнее, хотя бы потому, что у тебя есть я, а мне достаточно чихнуть, чтобы распылить этого жалкого червя на атомы!»

«Не стоит. К тому же, он мне не угрожает...»

«Насколько я помню, именно он был инициатором этого заседания», – ехидно заметил демон, и девушка украдкой вздохнула – возразить на это было нечего.

«В любом случае, это не угроза жизни. Успокойся. Не отвлекай, мне нужно держать лицо».

«Так я наоборот тебя поддерживаю в подходящем настрое!» – возмутился Мельхиор и воинственно зарычал.

Агнесса решила его временно игнорировать, тем более что ректор, сидящий в своей любимой позе, сплетя пальцы перед лицом, выпрямился и с какой-то ленцой шевельнул ладонью в сторону демонолога:

– Собрание ректорского совета объявляю открытым, – скучающе-официальным тоном протянул он, скосив взгляд куда-то на бумаги, лежащие на кафедре. – Инициатор собрания – преподавательский коллектив в лице профессора кафедры демонологии Виллема Андера. Слово инициатору.

Агнесса сглотнула, сохраняя невозмутимый вид, и перевела взгляд на Андера – говорить ей, вроде как, пока не требовалось – только слушать.

Профессор поднялся со своего места, смахнув незаметно для себя на пол лист бумаги, лежавший перед ним. Он стоял неестественно прямо, кончиками пальцев касаясь столешницы, и смотрел в упор на Агнессу, хотя обращался, кажется, не к ней.

– От имени преподавательского коллектива Бирмингемского Университета Магических Искусств я прошу ректорскую комиссию рассмотреть вопрос об отказе в зачислении мисс Агнессы Баллирано на основании грубого и намеренного нарушения оной внутренних законов и правил Университета. Поскольку разбор конкретных проступков находится в ведении дисциплинарной комиссии, я передаю слово доктору Джоанне Рэйвен, – с этими словами он резко кивнул на чернявую и порывисто сел на место.

«Он еще и грязную работу хочет свалить на кого-то другого, червь из навозной кучи», – пробухтел Мельхиор, вспомнив о своём давнем увлечении и буквально затопив восприятие Агнессы сценами свежевания Андера.

Рэйвен встала с видом, скорее, раздраженным и немного озадаченным. Говорила она размеренно, с частыми паузами – видимо, формулировала обвинение на ходу. К выступлению она явно не готовилась.

– Дисциплинарная комиссия подтверждает факт нарушения пунктов шесть точка три, шесть точка четыре пункт бета Устава Бирмингемского Университета Магических Искусств, совершенный мисс Баллирано. Поскольку она еще не была официально зачислена в студенческий состав, обвинения в нарушении третьего параграфа клятвы учащегося Бирмингемского Университета Магических Искусств к ней не применимо, но может быть учтено при вынесении решения по усмотрению Ректорской Комиссии. Также к рассмотрению комиссии представляется подстрекательство Агнессой Баллирано других студентов, приведшее к нарушению ими пунктов семь точка один и восемнадцать точка три параграф эпсилон Устава с отягчающими обстоятельствами в виде нанесения значительного ущерба внутренней структуре и убранству здания Университета. Если кому-то из состава Ректорской Комиссии есть что добавить, передаю слово любому желающему.

Моментально взлетела рука со стороны студсовета. Генрих, сохраняя максимально официальное выражение лица и держа в руке какой-то документ, жестом запросил право выступить, но был проигнорирован. Агнесса прикусила губу изнутри, чтобы не выдать дрожи – обвинение Рэйвен звучало очень складно и на её, Агнессы, неискушённый слух крайне внушительно.

«Выпусти меня, я скажу! – рыкнул Мельхиор. – Это занудство начинает меня бесить!»

Ректор, до этого скучающе водивший взглядом по залу, покосился на «виновницу торжества» поверх очков.

Джоанна села, неприязненно зыркнув на Андера, который, в свою очередь, все так же не отрывал взгляда от Агнессы. Лишь немного повернув голову в сторону Рэйвен, он обозначил согласный кивок, настолько формальный, что в нем читалось отсутствие любой благодарности за содействие. Он снова поднялся.

– В дополнение к сказанному доктором Рэйвен, преподавательский коллектив считает важным указать, что был нанесен ущерб защитным контурам здания, что можно расценивать как попытку саботажа безопасности Университета.

Ректор впервые за заседание посмотрел на Андера и наставительно воздел палец:

– Прошу излагать факты, профессор, что и как расценивать решит комиссия, – сухо заметил он.

Демонолог нервно поёжился и слегка скривил губы в недовольной гримасе, однако, продолжил, не меняя тона:

– Также имеет место предположительное введение мисс Баллирано учащихся и преподавателей в заблуждение относительно своего прошлого и личности, – на бледном лице профессора заиграла торжествующе-обличительная ухмылка, которую он не сумел сдержать. Кажется, он приближался к самому важному пункту своего обвинения. – Я... от имени преподавательского коллектива, прошу ректорскую комиссию внимательно перепроверить личность и документы мисс Баллирано, поскольку у коллектива есть подозрение в подлоге!