Текст книги "Смерть старого мира (СИ)"

Автор книги: Марина Шамова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 27 страниц)

Щёлкающие пальцы над ухом – то ещё удовольствие, и девушка недовольно нахмурилась, с трудом распрямляя затёкшую шею, чтобы взглянуть на нарушителя её спокойствия. Ничуть не удивилась, обнаружив перед собой Ирину и машинально отметила, что та вопит слишком громко для библиотеки.

– Тс-с! Не кричи, – шёпотом одёрнула она княжну, с сожалением отрывая взгляд от книги.

– Важная какая, – фыркнула Виленская, плюхнувшись в кресло напротив и взяв одну из книг со стола – «Основы именования».

Без интереса пролистала и закрыла, принимаясь сверлить взглядом Агнессу, которая безуспешно попыталась погрузиться обратно в чтение.

– Да нет, просто это библиотека, а ещё тут библиотекарь – демон, так что я не рисковала бы нарушать установленные правила, – шёпотом донесла она до Ирины простую мысль, но та, видимо, не впечатлилась.

– Пф-ф, ну и подумаешь... а ты ничего так набрала литературы! Осилишь всё за вечер? – задиристо спросила девчонка.

Агнесса украдкой вздохнула:

– Нет, но это программа для предподготовки – то, что нам нужно изучить перед началом учёбы.

– Да это же детский сад, азы! – пренебрежительно махнула рукой княжна. – Я вот это, – помахала она увесистым томиком «Основ», – читала лет пять назад. Ну и остальное тоже. Ничего особенного, муть сплошная!

Агнесса ощутила, как к щекам прилил жар – ну разумеется! У всех этих «благородных» наверняка дома были свои библиотеки, и детям своим они с самого раннего возраста, ещё, скорее всего, даже до раскрытия Дара нанимали учителей. Все эти «азы», кажущиеся Агнессе сущим откровением после школьной программы, для той же Ирины, что не могла толком запомнить фразу-активатор, являлись давно пройденным этапом. Это несколько усложняло затею Агнессы стать номером «первым» по части успеваемости, но опускать руки она не собиралась.

– Возможно, но я бы хотела ознакомиться с этим «детским садом» хотя бы поверхностно, если ты не возражаешь, – вежливо откликнулась девушка, приложив некоторое усилие, чтобы не нагрубить Ирине.

Та, не заметив смятения соседки, величественно кивнула:

– Ну ладно... Грызи гранит науки, как говорил мой учитель! И обломаешь все зубы, потому что нужно быть последним идиотом, чтобы вместо зубила с молотком использовать челюсть! – княжна звонко рассмеялась собственной шутке, а вот Агнесса ощутила уже знакомый холодок, обдавший левую щеку – за спинкой у кресла Виленской возникла долговязая парящая фигура демона.

– Соблюдайте тишину в библиотеке, мисс, – в мягком голосе послышался тихий и угрожающий шелест металла.

Княжна оглянулась, и Агнесса увидела, как округлое личико вытянулось при виде черепа с горящими глазами.

– С-с-с... – просипела девочка, но библиотекарь повторил свой жест с прижатым к «губам» пером.

– Тишину, мисс. В противном случае я попрошу вас покинуть помещение, – с безупречной вежливостью произнёс демон.

Затем они вдвоём с Агнессой имели удовольствие пронаблюдать, как Ирина, ужом выскользнув из кресла, стремглав метнулась к выходу, и быстрый её топот завершился до странности деликатным хлопком закрывшейся двери.

– Не люблю, когда здесь шумно, – куда-то в пустоту заметил библиотекарь, после чего тёмной дымкой растаял в воздухе.

Агнесса подумала, что, наверное, ей стоило догнать Ирину и успокоить. Но стопка книг на столе недвусмысленно намекала, что если она хочет идти по учёбе с ними всеми хотя бы на равных – на такие мелочи время тратить не стоит.

– Социальные связи – для слабых, – пробормотала она себе под нос и вновь погрузилась в изучение ритуалистики.

В следующий раз её отвлёк уже сам библиотекарь, соткавшись из мрака на почтительном расстоянии и негромко кашлянув. Справедливости ради, Агнесса и сама к тому моменту уже устала, а очертания сложных кругов выплясывали перед глазами, совмещаясь причудливым, но совершенно неправильным образом.

– Извините, – машинально откликнулась девушка, зажмуриваясь и прижимая к горящим глазам ладони.

– С сожалением вынужден оповестить вас, что часы посещения библиотеки подходят к концу, – в левой нижней руке библиотекарь выразительно держал песочные часы, и действительно верхний сосуд был почти пуст.

– О? Так рано? – удивилась Агнесса, на что демон издал нечто среднее между смешком и хмыканьем:

– Девять вечера, мисс.

– Ох!.. – выдохнула ошарашенно девушка, подхватившись на ноги и прижимая к себе прочитанный на три четверти фолиант. – Я же ничего не успею!

– Не переживайте, мисс... если в дальнейшем вы проявите аналогичное усердие – не предвижу никаких проблем в отношении вашей успеваемости, – вежливо отозвался демон.

– Хорошо... я сейчас всё уберу, сэр, – с трудом продирая глаза, Агнесса постепенно возвращалась в «мир живых» из «мира книг», и одеревеневшее в долгой неподвижности тело было этим крайне недовольно.

Множество противоречивых и весьма сильных желаний навалились одновременно, и потому, когда библиотекарь ленивым взмахом правой средней конечности (в которой обнаружились миниатюрные весы) отпустил девушку, она не стала кочевряжится и, сохраняя остатки достоинства, пошла искать ближайшую уборную.

Организм её, позабывший давно и надёжно о съеденной за завтраком овсянке, сильнее всего тяготел именно к посещению столовой, и девушка, справедливо рассудив, что поздний ужин никому ещё не навредил, направилась по уже известному маршруту.

Вечерняя жизнь в университете оказалась весьма насыщенной – множество студентов собиралось в холле, во дворе – перед выходом стояла целая батарея разнокалиберной обуви, вероятно – столовая также не пустовала. Девушка подозревала, что большинство студентов всё же проводит время в рекреациях – разумеется, раздельно!

Однако, вопреки ожиданиям, в столовой оказалось не так уж и много людей – всего три стола были заняты плотно, ещё с десяток занимали пары-тройки студентов, ведущих неспешные беседы, и ещё за парочкой сидели одиночки, флегматично дожёвывающие свой ужин. Никакой очереди не было, так что Агнессе не пришлось слишком долго таращиться на тролля-раздающего. Забрав поднос и заняв один из свободных столиков, она с тщательно скрываемой жадностью накинулась на еду, то и дело стреляя взглядом по сторонам – как бы никто не заметил её поспешности! – но присутствующим до неё, очевидно, дела не было никакого.

Добравшись до какао – необычайно вкусного и очень сладкого, – Агнесса сделала основательный глоток, после чего впилась зубами в ржаную булочку. Ровно в этот же момент двери столовой распахнулись с совершенно неподобающим грохотом, заставив присутствующих вздрогнуть и прервать разговоры. Сама Агнесса едва не подавилась – воображение рассказчицы тут же нарисовало, как в зал вваливается окровавленный страж в смятых латах, несущий, несомненно, дурные вести, и кричит что-то в духе «Король Артур, на нас напали!»... Но реальность оказалась гораздо прозаичнее – на пороге возник тот самый «гениальный» студент, ур-маг Сандерс.

Под прицелами настороженных взглядов парень прошёл до стойки выдачи, явно привычно и совсем не глядя в меню назвал номер заказа, и лишь после этого изволил обернуться. Агнесса заметила, что большинство – да что там, все! – отвернулись, возвращаясь к прерванным занятиям, а вот она сама – замешкалась. Неприятное покалывающее ощущение коснулось загривка в миг, когда она встретилась взглядом с разными глазами Сандерса – живым и кристальным, – и, повинуясь безотчётному инстинкту, девушка покорно потупилась. Но ненадолго – стоило ур-магу отвернуться, чтобы забрать поднос, как внимание Агнессы, словно магнитом, притянуло к его механической руке. В голове роилась тысяча вопросов, но колючий вид парня наводил на мысли, что нельзя вот так просто подойти к нему и все их задать.

Как оказалось, ничто не помешало самому Сандерсу решить проблему наблюдательной нахалки раз и навсегда – поскольку, несмотря на обилие пустовавших столов, с подносом наперевес он направился прямиком к ней. А Агнесса, продолжая таращиться на его руку, самым постыдным образом это проморгала. Осознание, что предмет её пристального наблюдения нависает над ней с недвусмысленной угрозой, заставило девушку буквально окоченеть.

– Пялиться невежливо, тебе не говорили об этом?

Голос – хрипловатый и низкий, создавал впечатление, что самому парню что-то мешает говорить. Агнесса решила, что если повреждения коснулись всей правой стороны, то могло достаться и связкам.

– Извините, – она снова опустила взгляд на свой поднос, заметив, что успела растерзать булочку на крошечные кусочки.

– Не извиню, – с ленцой отозвался парень, без разрешения садясь напротив неё.

Как ни странно, именно эта фраза, порядком надоевшая Агнессе, позволила ей сохранить хотя бы толику присутствия духа и не сбежать сразу. Напротив, она ощутила просто небывалый прилив злости и сил, но стоило ей посмотреть исподлобья в изуродованное лицо Сандерса, как весь запал куда-то испарился. Спорить, во всяком случае, точно расхотелось.

– Я... – кашлянула девушка смущённо, стараясь как можно более незаметно счистить с пальцев прилипшие крошки. – Никогда не видела такого. Даже не думала, что такое возможно сделать. Выглядит очень страшно, но изящно.

Краем глаза она заметила, как по уцелевшей стороне лица пробежалось странное выражение – изумление, смешанное с лёгкой недоверчивостью, сменившееся снисходительностью. И внезапно девушке стало ощутимо легче дышать – запоздало она поняла, что львиная доля напряжение исходила от самого парня.

– Что сказать... не все маги достойны такого лечения, – Сандерс, явно красуясь, вытянул вперёд искусственную руку, пошевелив пальцами с еле слышным угрожающим клацаньем когтей.

Агнесса завороженно наблюдала за этим движением, любуясь яркими бликами на безупречно отполированным металле.

– Просто поразительно! Такая аккуратность, – с неподдельным восхищением заметила она. – И такой контроль...

– Чувствительность, между прочим, не нарушена, – самодовольно прокомментировал парень, сжав ладонь в кулак. – Оттуда и контроль.

– А глаз?

Агнесса перевела взгляд на его лицо, воспользовавшись моментом и пристально разглядывая кристалл в глазнице. Вблизи стали заметны тонкие грани и с такого ракурса становилось понятно, что изумруд долженствовал изображать радужку, а сам кристалл был молочно-прозрачным, в подражание глазному яблоку.

– Артефакт. Работает как обычный орган и немного смотрит за Грань, – он выдержал театральную паузу и изобразил загадочное лицо. – Или чуть глубже за Грань, если ты понимаешь, о чем я.

Агнесса не поняла, но на всякий случай кивнула в ответ – довольно неуверенно:

– А как это произошло? Какие-то сложности с ритуалом? – дипломатично она не стала упоминать о фразе Синклера, что, мол, «ур-магия не прощает ошибок».

– Ритуал? – Сандерс рассмеялся над ее предположением как над нелепой шуткой. – Чтобы я, боевой маг, ползал по полу с мелком в руках? Нет! Я зачерпнул силы, недоступной смертным, и оказался – тогда! – недостаточно расторопным, чтобы улизнуть с ней. С тех пор я многому научился, конечно же, и сейчас повторил бы всё с легкостью и удачно.

Девушка быстро заморгала, озадаченная тем, что, с одной стороны, ур-маг легко и беззаботно признавал собственное поражение, стоившее ему изрядных увечий, но вот с другой – выбранные им выражения оказались буквально пронизаны ребяческим бахвальством. Впрочем, она озаботилась подобающе-восторженным выражением лица и не стала задавать каверзных вопросов.

– А почему вам... просто не вернули вашу руку? – наивно поинтересовалась Агнесса, выцарапав из памяти пару прецедентов.

Тогда, при помощи ритуалов и сложнейшего колдовства – а, если быть точной, ведьмовства, – раненым действительно возвращали утраченные конечности или органы. При условии, разумеется, что раны были не смертельными...

– Ур-магия, – парень мельком бросил пренебрежительный взгляд на повязку на её плече, – в отличие от прочих, «безопасных», дисциплин, работает с божественными источниками энергии. Особенно на том уровне, на котором с ней обращаюсь я. Ошибка стоит не просто плоти – кусочка души. Большинству ошибка стоит жизни, даже больше скажу – самого бытия. Я же отделался рукой и обрел беспрецедентную силу.

Слово «беспрецедентную» он просмаковал, словно само его употребление делало речь более весомой. После этой отповеди Агнессе даже не пришлось изображать нечто сродни благоговению и восхищению – само так вышло. Правда, она с трудом представляла себе, каким образом можно «напластать» душу кусочками – не ветчина же это, в конце концов! – но решила, что обязательно проконсультируется на этот счёт с Мельхиором.

– Ваша... рука выглядит как очень грозное оружие, – девушка улыбнулась едва ли не заискивающе, по привычке нервозно сплетя пальцы в «замочек». – Ничуть не удивлена, что именно вы удостоились подобной... починки?

Сказала – и моргнула быстро, настороженно – вдруг обидится на это слово?

Кевин самодовольно ухмыльнулся, судя по всему, вовсе не обратив внимания на формулировки, поднял руку и сосредоточенно на нее посмотрел. Кисть странно крутанулась на шарнире в запястье, что-то щёлкнуло и все пальцы – кроме крайних фаланг – изогнулись так, что металлический изгиб теперь смотрел в противоположную сторону.

– Так, – парень сжал пальцы, мгновенно переставшие напоминать птичьи когти, – намного удобнее в быту – реже оставляешь царапины и порезы на окружающих... предметах. Так что ты права – кому ещё такое выдать, как не самому одарённому студенту курса?

Он резко разжал пальцы, и под аккомпанемент щелчков и шелеста рука снова превратилась в хищную лапу. Агнесса вздрогнула, но не испуганно, а, скорее, восторженно, и едва удержалась от того, чтобы захлопать в ладоши от таких фокусов, проделанных, судя по всему, без малейшего неудобства. Её даже почти не смутила нарочитая пауза после «окружающих»...

– Курса? Если верить тому, что говорят – а теперь я вижу, что слухи не врут, – вы – самый лучший студент всего выпуска! Но я уверена, рано или поздно вам удастся утереть нос самому Альфреду Блэ... – монетка, выложенная ранее на стол, внезапно подпрыгнула и мелко задрожала, подскакивая на ребре.

Агнесса вскочила, не договорив, и подставила ладонь, ловя пенни:

– Извините! Было очень, очень приятно побеседовать с вами! – затараторила она, попятившись спиной от стола с виноватой улыбкой.

Сандерс смотрел на неё с уморительным удивлением – абсолютно откровенно на лице читался вопрос «куда?!», но ждать, пока он задаст его вслух девушка не стала. Просто резко кивнула, развернулась и стремглав побежала прочь из столовой. Получилось!

Агнесса поняла, что ни секунды, ни единого мгновения не сомневалась в том, что её новоиспечённые знакомицы смогут ей помочь. То, что этот «сигнал сбора» может служить для отмены запланированного – девушке в голову не приходило. Более того, она и в мыслях не допускала саму вероятность провала их попытки. Ведь, в самом деле, чего сложного – вызвать откуда-то из-за Грани одного из сильнейших демонов Амальгамы!

Башмачки Агнессы дробно простучали по коридорам, ноги несли её мимо удивлённых студентов, оглядывающихся вслед, а то и вовсе спешащих сойти с дороги.

– Куда несёшься?!

Возмущённые оклики она также оставляла за спиной, не имея ни времени, ни желания останавливаться и объяснять.

Скоро, совсем скоро Мельхиор вернётся к ней!

Монетка, зажатая в кулаке, уверенно тянула её дальше, прямо в зону рекреации – уже в женском крыле. Последние двери – гостеприимно приоткрытые, и запыхавшаяся девушка ввалилась в помещение, всё так же носящее следы разрухи и многомесячного бардака. Там же обнаружились Триш и Саманта, и ещё две девушки, которых Агнесса раньше не видела – коротко стриженая блондинка с серьёзными карими глазами и необычайно юно выглядящая шатенка, заплетающая волосы в пару косичек, чтобы, видимо, окончательно стать похожей на школьницу.

– Ага. Все в сборе, – довольно заметила Саманта. – В таком случае, можем начинать. Нелия, где жертвы?

Блондинка мотнула головой в сторону неприметной арки, отгороженной от общего помещения плотной бархатной занавесью.

– Всё там. Я уже и место под круг подготовила, – тихим и почему-то печальным голосом сказала она, на что медиум кивнула.

– Замечательно. Книга там же?

– Да, – это уже отозвалась шатенка, вцепившаяся в одну из косичек и рассеянно наматывающая ту на палец.

Методом исключения, Агнесса вывела, что это была Мария – если, конечно, Саманта не переиграла всё в последний момент и не пригласила какую-то другую девушку.

– Что ж, все внутрь. Будем попирать законы бытия и разрушать устои здравого смысла! – с преувеличенной бодростью и подозрительно маниакальным блеском в глазах скомандовала комендантша.

Девушки, несколько неуверенно переглянувшись, гуськом прошествовали в тот самый ограждённый закуток, на поверку оказавшийся милейшим округлым альковом. Правда, Агнесса отметила, что впятером тут было несколько тесновато – внутрь пришлось забираться на четвереньках, поскольку буквально в шаге от занавеси располагался высокий, до колен, постамент, на который была наброшена мягчайшая перина и целая куча разнокалиберных подушек. Сам же альков не превышал шести шагов в диаметре, так что заговорщицам пришлось сбиться тесным полукругом с одной стороны платформы, куда Нелия сгребла перину. Сидеть было мягко, но не слишком удобно – Агнесса с трудом представляла, как они будут вылезать отсюда.

Под сдвинутой периной обнаружилась гладкая гранитная плита, совершенно непонятно как вписывающаяся в общий интерьер. На резонное удивление Агнессы, Саманта бодро ответила, что камень – прочнее дерева. Девушка не могла не согласиться с этим утверждением, но говорить, что это слабо отвечает на поставленный вопрос – не стала. Мало ли, какие у них тут традиции?

Из-за сваленных в другом углу горкой подушек была извлечена клетка, в которой затаился десяток серых мышей, по глазам которых становилось понятно – ничего хорошего от этой затеи они не ждут. Но Агнесса, питающая слабость фактически к любой живности, к грызунам и вредителям испытывала закономерную антипатию – немало крови они ей попортили, вместе с запасами круп и сахара, так что к идее принесения в жертву мышей она отнеслась довольно спокойно.

– Книга, Мария, книга! – поторопила тем временем «школьницу» Саманта, и девушка, что-то проворчав под нос, принялась копаться в складках перины.

– Была тут, точно помню!

– Была, – подтвердила Нелия, наблюдая за подругой, что продолжала безуспешные поиски.

Триша неловко поёрзала, пытаясь устроиться поудобнее, а затем, ругнувшись под нос, запустила руку под подушку на которой сидела:

– Ты получше места придумать не могла?

Она вытащила наружу уже знакомую Агнессе книгу – так выглядел фолиант, которым гневно потрясал Седой, обвиняя её во лжи. Неужели он был прав?

Мария смущённо развела руками:

– Так вышло.

– Можно? – вежливо попросила Агнесса и с благоговением приняла «Малую книгу», которую ей без колебаний протянула Триш.

Девушка повертела её в руках, но открывать побоялась – оказаться на Серой равнине ей сейчас совершенно не улыбалось. Саманта многозначительно кашлянула и Агнесса, спохватившись, вернула фолиант.

– Триш, начинай чертить «базу», – скомандовала медиум, без какой-либо опаски открывая «Книгу» и принимаясь небрежно пролистывать страницы. – Так... как ты, говоришь, он представился?

– Мельхиор! – воскликнула Агнесса, бездумно взяв со стороны одну из подушечек и прижимая ту к груди, словно пыталась удержать рвущееся сердце.

Скоро! Уже совсем скоро!

«Умница-целительница», вооружившись мелком, о котором с таким пренебрежением отзывался Сандерс, привычным отточенным движением очертила круг, хитро придержав саму себя за локоть, а затем принялась расчерчивать аккуратными линиями, формируя сигил. Агнесса, затаив дыхание, наблюдала за ней, изредка бросая взгляды на Саманту, которая, беззвучно шевеля губами и изредка морщась, шерстила содержимое книги. А когда медиум просияла и воскликнула «ага!» – на неё посмотрели все, включая Триш.

– Нашла! Мельгрегаст – запомни, Агни, это важно. Так, Триша, давай сюда мел, – скомандовала Саманта и, передвинувшись поближе к печати, принялась дополнять ту оккультными глифами и новым лучами.

Законченный узор мало напоминал исходное начертание, ощетинившись полусотней непонятных хищных «закорючек», сути которых Агнесса, к своему глубочайшему стыду, не знала, но даже не активированный – круг внушал ей лёгкий безотчётный страх.

– Клади кольцо в круг, только аккуратно, не сотри ничего, – продолжала командовать медиум, отложив в сторону мел и взявшись за клетку.

Мыши, предчувствуя недоброе, пронзительно пищали, что лишь дополняло картину лёгкого безумия. Мешкать Агнесса не стала, поспешно сорвав с пальца артефакт-печать и бережно положив то на чистую, лишённую надписей или узоров, поверхность камня.

– Значит, план таков – он простой, нечего коленками дрожать, – поочерёдно обвела Саманта суровым взглядом девушек, зажав в одной руке мышь, а в другой – маленький кинжальчик с серповидным лезвием. – Я призываю демона, а ты, Агнесса, приказываешь ему вернуться в клетку, при помощи его Имени. Конечно, глупо ждать, что Истинное Имя одного из Первой Сотни Амальгамы будет в «Малой книге», но этого огрызка должно хватить – учитывая, что у вас с ним кровный договор. Если он за Гранью – откликнется как миленький, а там – бери тёпленьким. Вы же, девки – запоминайте наш маленький практикум. Вдруг пригодится когда-нибудь.

По тонким губам комендантши пробежалась лёгкая хищная улыбка и она принялась нараспев читать довольно длинное – Агнесса вычленила целых пять фраз, – заклинание, в котором как минимум трижды повторялось «Мельгрегаст». Одновременно с этим медиум совершенно автоматически, не глядя, отрезала мыши голову и буквально выжала мелкое тельце на ровные линии сигила. Подчиняясь инстинктивной неприязни, Агнесса всё же отвела взгляд, не в силах наблюдать за жертвоприношением – впрочем, охотно и ярко вспыхнувшие линии привлекли внимание всех участниц. Воздух тихо загудел, словно превратился в тугую струну, которой еле-еле кто-то касался смычком.

– Получилось! – восторженно выдохнула Мария, закусив косичку и ёрзая на месте.

Саманта продолжала монотонно и безупречно правильно выпевать формулу призыва, одну за другой «осушая» мышей. Хватило пяти, чтобы белый узор засиял чистым золотым светом, и... то ли Агнессе почудилось и это было всего лишь отблеском, то ли и впрямь – в мёртвой черноте камня неуверенно сверкнула золотистая искорка. Гудение не стало громче, но теперь отдавалось неприятным резонансом где-то в голове и в груди.

Медиум замолчала и, поймав вопросительный взгляд Агнессы, ободряюще кивнула. Девушка, нервно облизнув губы и ощущая, как моментально пересохло в горле, сложила ладони на коленях и подалась вперёд, писклявым от напряжения голосом выкрикнув:

– Мельгрегаст! Приказываю тебе вернуться... ко мне! – почему-то у неё язык не повернулся сказать «в клетку», Агнесса решила, что Мельхиору будет очень неприятно, если она позовёт его назад именно такими словами:

– Пожалуйста!

– Ты что несёшь... – процедила почти беззвучно Саманта, но Агнесса лишь беспомощно пожала плечами – кольцо оставалось в покое, и, судя по всему, та искра ей действительно почудилась.

– Мельгрегаст! Я призываю тебя! – повысив голос и постаравшись придать ему повелительные интонации, она тщетно пыталась подавить зарождающееся отчаяние.

– А разве линии не должны светиться красным? Он же из Амальгамы, – растерянно спросила Нелия, и в этот же миг круг погас.

Воцарилась напряжённая тишина, в которой девушки обменялись озадаченными взглядами, и Саманта уже открыла рот, чтобы высказать Агнессе – что она думает по поводу самодеятельности, как вдруг в общем зале раздался просто невероятный грохот, от которого затрясся пол.

Грохот сопровождался рёвом и множественными ударами, как будто кто-то массивный и неповоротливый пытался устроиться на совсем незначительном пространстве комнаты отдыха.

– Мельхиор! – взвизгнула Агнесса, схватив кольцо и чуть ли не кубарем выкатываясь из алькова в зал, но увиденное заставило её застыть на месте...

Рекреационная подверглась значительным разрушениям – весьма заметным, несмотря на тот хаос, что царил здесь прежде.

Посреди зала, пытаясь расправить огромные тёмно-багровые крылья, ворочался демон – четырёхрукий, хвостатый, с гротескной рогатой башкой, которой он успел свернуть парочку светильников. Под копытами хрустели останки мебели и стекла, а от зычного рычания продолжали содрогаться стены.

На Агнессу чудовище обратило внимание в тот же миг, когда та оказалась внутри зала – пламенеющие буркала вперились в неё нечеловечески грозным взглядом, и демон, издав ещё один рык, ринулся к ней, пригнувшись и растопырив в стороны все верхние конечности.

– Мельхиор? – со смесью надежды и ужаса пискнула девушка, понимая, что сбежать она не успеет в любом случае.

Разумеется, лишь сейчас ей в голову пришла мысль, что Саманта могла что-то напутать, что Мельхиора «официально» звали вовсе не Мельгрегаст, а, скажем, «Меланхтон», и вот они призвали какого-то другого демона, и теперь их сожрут – прямо вместе с душами.

– Я вырву души тех, кто осмелился меня призвать! – пророкотал призванный, в точности дублируя последнюю мысль Агнессы, и она зажмурилась, растопырив руки, чтобы загородить проход в альков – вдруг девочки успеют сбежать?

– Не трогай их! – воскликнула она, собрав всё своё мужество и впериваясь ответным взглядом ему в глаза.

Демон замер, не добрав до неё каких-то пары шагов, и внезапно склонил голову к плечу, странновато прищурившись:

– Не, как раз их-то я и сожру. Тебя не трону, – с лёгким глумлением, но уже совершенно нормальным голосом заявил он, склоняясь так, что их лица оказались почти вровень.

Агнесса заморгала, а затем быстро затараторила:

– Мельхиор, если это ты – я согласна, честное слово! Принимаю и служение, и вообще – всё, что хочешь! Только, пожалуйста, не обижай девочек – они мне помогли!

– Хм. Всё, что хочешь? – ехидство в голосе было совершенно человеческим.

Ему вторил горестный стон Саманты, долженствующий, видимо, показать – как сильно она разочарована в умственных способностях Агнессы, говорящей такие слова демону.

– Ну... в смысле... нет, убивать всё ещё нельзя, – насупилась девушка, исподлобья выглядывая на демона. – Мельхиор?

– Да я это, я... – проворчал тот, а затем крякнул – потому что Агнесса, восхитительным прыжком преодолев разделяющее их расстояние, со сдавленным воплем обхватила его за шею.

– Мельхиор, я так скучала! Так волновалась! Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста, больше никогда так не пропадай! Я ужасно боялась за тебя, ночей не спала! – со всхлипами, уже не сдерживая слёз, молила она, не видя, как ещё сильнее вытянулось и без того продолговатое демоническое лицо, выражая абсолютную растерянность.

– Вот чего ты начинаешь... – проворчал он, очень аккуратно, почти бережно, обхватывая хрупкое тельце девушки всеми руками. – Сам бы вернулся, да мрази из Кризалиса...

Демон осёкся, понимая, что сболтнул лишнего и злобно зыркнул на таращившихся в их сторону девушек, что все вместе забились в начерченный и наскоро инвертированный круг – защищающий теперь, вероятно, от призванного.

– Но теперь-то ты всё? Со мной насовсем, да? – с надеждой шмыгнула носом Агнесса, отстраняясь слегка и требовательно заглядывая в огненные глаза.

Мельхиор кивнул, а затем неуловимо и мгновенно съёжился, исчезая полностью.

– Мельхиор! – завопила девушка, судорожно озираясь по сторонам.

«Да здесь я, чего орёшь!» – привычно зазвучало у неё в голове, и когда Агнесса опустила взгляд – сердце буквально зашлось от восторга при виде такого родного и привычного хоровода золотых искр.

«Я так рада, что ты опять тут... мне так много нужно тебе рассказать! Но сначала я здесь разберусь со всем, хорошо?»

«Уберёшь свидетелей? Это правильно. Могу помочь!» – с готовностью отозвался демон. Агнесса, не удержавшись, хихикнула.

«Нет, Мельхиор».

«Скукота. Впрочем, ничего нового».