![](/files/books/160/oblozhka-knigi-beguschaya-vo-sne-si-375818.jpg)
Текст книги "Бегущая во сне (СИ)"
Автор книги: Марина Орехова
Соавторы: Мария Орехова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)
– То есть, вы хотите сказать, что я все равно просто сплю?
– Каким бы осознанным ни был сон, это всего лишь сон… Поймите, Таша, я хочу, чтобы вы жили реальной жизнью, а не своими грезами и желаниями. Вам нужно найти себя новую. Тогда вы забудете о прошлом и сможете двигаться дальше.
В глубокой задумчивости Таша молча ехала домой в машине Евсея, который, как всегда, был серьезен и угрюм.
Слова Юлии Сергеевны заставили Ташу задуматься: а вдруг все ее осознанные сны и правда всего лишь иллюзия, игры разума – не более?
«Что, если она права, и я придаю этому бóльшее значение, чем есть на самом деле? – думала она. – Что если Инесса – всего лишь плод моей фантазии? Как и Феерия, Алис и все остальное… Стоп. Про Алиса я находила информацию в интернете. Такой мистик действительно жил и погиб на пожаре в собственном доме. Все, как описала Инесса. И до ее слов я не знала о его существовании. Я же не могла придумать то, что на самом деле было? Или могла где-то о нем слышать… или читать, но забыть…?»
Погрузившись в глубокие раздумья, Таша даже не заметила, как они подкатили к ее подъезду.
– Ну все. Приехали. Тебя во вторник подвезти к Денису твоему на тренировку? – спросил Евсей, глядя на сестру, и вышел из машины.
Таша не хотела рассказывать брату о ссоре с парнем. Он ведь предупреждал ее и будет сильно переживать. Чего хуже – пойдет интеллигентно бить морду неудавшемуся зятю. Интеллигентно, потому что даже в мужских вопросах Ева пускал в ход сначала все свое красноречие и логику, умудряясь ввергнуть оппонента в ступор даже без мордобоя, а уже в крайнем случае – кулаки. Но когда речь шла о младшей сестре, он был готов даже на применение силы, хотя это было не в его стиле. Евсей всегда старался сделать подлянку любым другим способом в обход прямой стычки. Ведь его конек был отнюдь не в мышцах, а в хитрой предприимчивости и остром уме.
Когда Ташу в восьмом классе бросил парень гораздо старше ее и распустил на всю округу грязные сплетни о девушке, Евсей не мог померяться силой с великовозрастным бугаем. Но и оставить безнаказанным обидчика сестры, третий день подряд ревущей в подушку, он тоже не мог. Для мести ему хватило номера телефона и домашнего адреса ублюдка. Недолго думая, Евсей дал объявление в местные газеты и расклеил флаеры по всему району с номером обидчика, который якобы оказывал услуги интимного характера, потом взломал его страницы в соцсетях, подретушировав фото парня, а еще заказал на его домашний адрес (а жил он с родителями) кучу интимных товаров из магазинов для взрослых. После такой бомбардировки обидчик Таши долго стеснялся показаться на людях, сменил номер телефона и удалил все профили в соцсетях. Конечно, они с Евой уже были давно не школьники. Евсей не стал бы опускаться до таких методов. Но Таша боялась даже представить, на что способен ее брат сейчас, имея связи и деньги.
– Ну? Так что? Заезжать за тобой во вторник? – повторил свой вопрос Евсей, прервав раздумья Таши.
– Прости, задумалась… Давай дождемся вторника, а там посмотрим… – уклончиво ответила девушка после долгой паузы. Евсей скептически ухмыльнулся.
– А я уже думал, ты погрузилась в осознанный сон… – хмыкнул он и помог ей выбраться из машины.
Таша улыбнулась, оценив юмор брата, и перебралась с его помощью в инвалидное кресло. Ей хотелось сменить тему разговора.
– Твоя Звездная Фея в платье цвета марсала так и не отозвалась больше?
– Нет…
– А ты ей писал?
– Не могу решиться. А вдруг она мне тоже не понравится? Но с другой стороны… У нас реально много общего.
– Тогда напиши ей. Ты ведь ничего не теряешь. Не съест же она тебя, даже если окажется крокодилом пострашнее той…
– Я подумаю. – задумчиво буркнул Евсей. Ему кто-то позвонил, и он вынужден был закончить разговор с сестрой. Тон его резко стал серьезным и жестким. Даже тембр голоса, казалось, стал грубее. Он махнул сестре рукой на прощание и сел за руль. Таша провела его машину взглядом и задержалась немного перед подъездом, вслушиваясь в постепенно затихающий гул вечернего города.
На улице было душно и парко. Небо резко потемнело, разделившись на две противоположности: голубая безоблачная лазурь смешивалась с тревожно движущимися с запада серо-лиловыми тучами. Духота обволакивала пыльные улицы, мешала дышать. Птицы умолкли. Надвигалась гроза. А вместе с ней и чувство тревоги. Она давно не просыпалась во сне…
24. Вызволение Лео
Раскаты грома долго мешали уснуть. Таша ворочалась в постели, замирая при каждом отблеске молнии на потолке в ожидании нового удара. После нескольких недель изнуряющей жары город жадно упивался льющей с неба дождевой водой. Насыщенный озоном воздух хотелось вдыхать полной грудью. Шторы покачивались от порывов ветра, обдавая тело приятной свежестью и прохладой.
На часах было без пяти минут полночь. Таша лежала и злилась на себя.
«Вдруг Инесса меня уже ждет? Сегодня нужно обязательно попасть в осознанный сон, – думала она. – А что делать потом, когда Лео будет свободен и ей уже не нужна будет моя помощь? Разойдемся по разным дорогам или будем встречаться? А надо ли оно мне?» – спрашивала она сама у себя.
Ей нравилось путешествовать в осознанных снах, бегать и просто ходить, свободно двигаться и с легкостью реализовывать все свои желания. По сравнению с тем, что было у нее в реальной жизни, в осознанных снах она имела несказанно больше.
«А что, если уйти в какой-то другой мир?» – посетила ее шальная мысль, но девушка тут же ее отбросила. Она не могла так поступить со своими родными. Ведь в таком случае она просто пропала бы без вести.
Таша уже пыталась однажды свести счеты с жизнью, наглотавшись таблеток после аварии. Заплаканное лицо матери было первое, что она увидела, придя в себя после капельниц и промываний желудка. Тогда ей было все равно – она была уверена, что не хочет так жить. Но через месяц она стала приходить в себя. Сейчас ей точно не хотелось умирать. И еще меньше хотелось заставлять своих родных страдать. Сколько бы разногласий у нее ни было с матерью, она все равно любила ее всем сердцем.
Вера настрадалась и делала все ради дочери. А еще есть любимый брат, отец, который хоть и далеко, но все равно безумно ее любит. И она его.
«Нет, я никогда не смогу так поступить…» – пришла к выводу она, лежа в постели. Девушка взглянула на часы. Они показывали 23:55, как и до этого. Время остановилось.
«Интересно, как бы Денис отреагировал на мою пропажу? Расстроился или вздохнул бы с облегчением? А может, не заметил бы?»
Таша взглянула на часы снова и цифры резко перескочили – 23:23. Она внимательно всмотрелась в окружающую обстановку – ничего не поменялось. Все также слышались раскаты грома за окном. Девушка приподнялась на кровати и попробовала пошевелить стопами. И у нее получилось.
Поняв, что это сон, Таша живо вскочила с кровати. Она точно знала, куда направится – ее ждало особенное приключение. И она чувствовала, что готова.
***
Инесса ждала ее, нетерпеливо прохаживаясь по своему убежищу на дне озера. По перламутровому полу домика-раковины скользила тень женщины, покорно преследуя свою хозяйку.
Таша возникла, как из ниоткуда, ровно на пороге, одетая на этот раз по-спортивному: в джинсы и футболку (все-таки на дело идет!). Еще бы немного, и ей снова пришлось бы обсыхать, потому что она очутилась бы прямо в воде за дверью домика-ракушки.
– Ну наконец-то! Я жду тебя уже второй день! Думала, ты струсила, – возмущенно запричитала Инесса, заметив свою протеже у входной двери.
Инесса была одета на удивление женственно. Таша сразу же заметила ее темно-коричневый обтягивающий сарафан из мягкой тонкой кожи с пуговками от груди и до самого низа. Он доставал почти до щиколоток и расширялся в подоле. Руки и плечи любительницы кожи были оголены. Впрочем, как и ее пышная грудь. Волосы были собраны в косу. Таше впервые понравился наряд наставницы. Вот только девушка подумала, что лететь в таком платье будет не очень-то удобно, но промолчала. Сейчас было не до переодеваний.
– Прости, вчера немного перенервничала и не смогла осознать себя во сне. Ну что? Переместимся поближе к башне тюрьмы?
– Нет. Я начну рушить ее отсюда. Не будем рисковать. Вдруг нас кто-то заметит или сработает один из датчиков, настроенный на чужаков. Я думаю, Алис будет нас ждать, и подготовился ко встрече. Как только я подам сигнал – перемещайся в подвал. Ты знаешь, что делать дальше.
Таша кивнула. Инесса стала погружаться в себя, но вдруг прервалась и сказала:
– И я хотела сказать тебе спасибо… За все. И прости…
– За что простить? – Таша удивленно уставилась на Инессу.
– За все мои плохие слова и поступки в отношении тебя.
Инесса выглядела искренней и серьезной. На ее лице не мелькнуло даже намека на сарказм или ухмылку.
– Хорошо. Я не обижаюсь, – тихо сказала Таша. Ее тронули слова наставницы.
«Может, не такая она и зараза, как мне показалось», – подумала Таша и больше ничего не говорила. Инесса погрузилась в медитацию.
Операция спасения Лео началась.
Дождавшись отмашки, Таша как можно скорее переместилась в подвал, где должны были держать Лео в заточении.
Все было почти таким же, как в созданной Инессой врéменной конструкции для их тренировки. Темное сырое помещение освещалось только ярким лучом прожектора на стене. Серые стены были сложены из крупных каменных блоков, в щелях между которыми от сырости пробивался мох и буяла плесень. В воздухе стоял затхлый запах сырости и мокрой земли, который сразу же ударил Таше в нос, отчего захотелось дышать чаще, лишь бы не так глубоко вдыхать этот отвратительный запах.
В глухой тишине приземистого помещения было слышно, как где-то капает вода. Покрутившись вокруг своей оси, она заметила клетку, в которой находился человек. Темная фигура не сразу заприметила гостя и не спешила выходить из тени.
Таша тут же стала растить круг из защитного поля, не теряя ни секунды. Следующим шагом было – расплавить толстые железные прутья клетки.
Темная фигура, наконец, заметила девушку и выскочила из тени ближе к решетке. Это был Лео. Он выглядел немного по-другому, но в целом черты лица угадывались те же: черные глаза-угольки, темные всклокоченные волосы, изрядно потрепанная одежда и неоновый браслет-блокиратор намерения на левой руке. Лео явно зарос, пока находился в темнице, и от аккуратной черной бородки, с которой она видела его во время тренировки, не осталось и следа. Вместо нее была длинная, закрывающая весь подбородок и шею черная борода с мелкой проседью.
– Ты откуда здесь взялась? – ошарашенно выкрикнул он и бросился к прутьям.
– Стой! Не трогай клетку! Я раскаляю пруты! Я от твоей сестры! Мы вызволим тебя!
Таша сосредоточенно раскаляла железные колья.
– От какой сестры?
– От Инессы, конечно! Она рушит башню, чтобы спасти нас! Не отвлекай меня! – крикнула нервно Таша, видя, что ее намерение только-только начало осуществляться. Защитное поле слегка обозначилось на полу, а пруты едва начали нагреваться.
– Инесса? А-ха-ха! – громко засмеялся Лео, схватившись за длинную бороду. Таша невольно отвлеклась на него, не ожидав такой странной реакции. – Ну если то, что она вытворяла, сидя на мне верхом, делают с братьями, то да – можно и так ее назвать! Ха-ха-ха!
Мужчина зашелся истеричным хохотом, а Таша услышала пронзительный визг сработавшей сирены. И только сейчас до нее дошло, что она совсем не слышала грохота рушившейся башни! Тишина подземелья с первой секунды смутила ее, но она не осознала этого. Неприятный холодок пробежал вдоль по позвоночнику. Недоброе предчувствие заставило сердце биться быстрее.
– Ничего не понимаю… – прошептала Таша, продолжая растить вокруг себя защитный щит.
В другом конце коридора послышался гулкий топот и крики. Это был отряд охраны, бегущий на звук сработавшей сигнализации. Они стремительно приближались к темнице, направляя оружие на Ташу и заключенного. Девушка поняла, что нужно защищаться. Тем временем, колья клетки начали плавиться, и изумленный Лео выкрикивал что-то, отойдя подальше в угол.
– Давай, крошка! Выпусти меня отсюда!
Таша не слышала возгласов Лео – она все внимание перевела на приближающийся отряд охраны с оружием. Недолго думая, она попыталась устроить обвал и создать трещину в полу, как это делала во время тренировки. Это первое, что пришло ей в голову. Но стены тюрьмы крепко стояли и даже не думали рушиться, ведь до Таши никто их не тревожил. Видя, что один из стражников приготовился стрелять, Таша присела, спрятавшись за защитным кругом, который уже доставал ей до пояса. Силовое поле отразило огненный шар, взорвав его. Искры разлетелись в сторону, но огневая мощь утратилась. Испуганный Лео вскрикнул и последовал Ташиному примеру – упал на четвереньки и закрыл голову. Он не смел вылезти за пределы своей клетки, хотя в решетке образовалась большая дыра. Снизу прутья растеклись парующей раскаленной лужицей и перекрывали выход.
Боевой отряд подошел совсем близко. Трещина, которую усилием воли создавала Таша, разверзлась в том месте, которое стража уже миновала, и оказалась бесполезной. Грохот от легкого землетрясения лишь на секунду отвлек их. Таша пряталась за силовой стеной и пыталась собраться с мыслями, не понимая, что происходит и ждать ли Инессу, совравшую, что Лео – ее брат. Шестеро охранников остановились у входа в темницу, повинуясь приказу одного из них. Видимо, это был командующий.
– Сопротивление бесполезно! Выходи из укрытия! – крикнул он Таше.
Лео дрожал на полу, заложив руки за голову, и боялся даже пошевелиться. Таша решила нанести еще один удар по охране. В конце концов, ей нечего было терять. Она мысленно стала растить у себя в руках огненный шар по типу тех, которыми стреляли в нее феерийцы из огнепала.
– Быстро выходи из укрытия, не то будем стрелять на поражение! – еще громче крикнул предводитель охраны.
Таша только сильнее пригнулась, прячась за стеной силового поля, которое поднялось еще выше и уже доставало бы ей до шеи, если бы она стояла на ногах. Огненный шар продолжал расти и набирать мощи. Между ладоней стало горячо, и уже можно было заметить искрящийся сгусток. Руки девушки дрожали от напряжения, но она продолжала представлять себе мощный шар из языков пламени, сметающий все на своем пути.
– Оружие к бою! Пли-и-и! – скомандовал стражник, и пятеро охранников стали палить по силовому полю огненными шарами, которые взрывались и сгорали, не долетев до цели. Лео что-то причитал, забившись в дальний угол своей клетки. А Таша чувствовала только вибрацию силового поля, в которое попадали огненные шары.
– А теперь вы приготовьтесь, – тихо процедила она сквозь зубы, готовясь нанести ответный удар. Ее шар стал уже тяжелым и пульсировал от концентрации энергии. Таша привстала и приготовилась бросить его в нападающих. Выждав момент, когда охранники выстрелили и перезаряжали оружие, она вытянула руки вверх над силовым полем и бросила раскаленную махину в направлении к отряду, мысленно направив прямо в цель.
Командующий резко отпрыгнул в сторону, трое охранников тоже успели увернуться, а двое отлетели назад, полыхая, и взвыли от боли.
– То-то же вам! Познакомьтесь с огнепалом 2.0 от Таши! – заорала девушка и снова спряталась за силовой стеной, начав растить новый шар.
Уцелевшие охранники продолжили бессмысленную пальбу, окружая силовое поле с разных сторон. Видимо хотели найти плешь в защитном экране. Они разделились на две группы и были осторожнее.
Вырастив новый шар, Таша привстала, а стражники, заметив, что она готовится нанести новый удар, перестали палить и замерли в ожидании команды главного. Тот молчал и сосредоточенно смотрел на силовой щит.
– Эй! Ловите еще один! – крикнула разъяренная Таша и бросила новую порцию огня в главнокомандующего и двух мужчин справа от нее. Но шар ударился о что-то прозрачное, отрикошетил и полетел прямо на нее. Видимо, вожак был мастером и создал защитный экран вокруг себя и своих людей, следуя Ташиному примеру. Не понимая, что случилось, девушка только и успела, что пригнуться. Ее же шар ударился о верхнюю часть силового щита и взорвался. Удар был гораздо мощнее тех, что могли создать арбалеты охранников. Сверху Таше на голову посыпались искры, а взрывная волна отбросила ее на пол. Силовое поле завибрировало и заискрило. Огневая мощь, которую создала Таша, пробила ее защитное поле. Но девушка не успела этого осознать.
По команде главного охранники запустили в нее новую порцию огня. Шары один за другим прицельно ударили в истончившееся место силового поля и прорвали его. Часть огненного шара попала Таше прямо в плечо, и она ощутила жгучую невыносимую боль, тут же потеряв сознание.
25. Гостья в плену
Таша очнулась в затемненной комнате и сразу же ощутила пульсирующую боль в руке, которая отголоском разносилась по всему телу. Она попыталась осмотреться, но в полумраке ничего толком не увидела. До нее сразу дошло, что она не в своей спальне. Сквозь плотный бархат штор едва ли пробивался свет от окна, и она поняла, что лежит на огромной кровати с резным изголовьем в каком-то просторном помещении.
Попытка пошевелить рукой, чтобы привстать, заставила ее содрогнуться от острой боли. Ее бросило в жар, и девушка беспомощно вернула голову на мягкую бархатную подушку. На плече и по всей руке была наложена повязка, по краям которой выглядывали испачканные кровью бинты. Девушка была в той же одежде, но изрядно перепачканной. Рукав футболки был отрезан, на белой ткани были следы от сажи и крови.
«Где это я? – пронеслось в голове. – Я до сих пор сплю?»
Чувство отчаяния и непонимания ситуации заставили сердце биться сильнее. Таша задышала тяжело. Ей захотелось срочно переместиться отсюда куда подальше, и она тут же мысленно представила свой любимый пляж, где ей было так спокойно и безопасно. Попытка убраться из этого странного места не увенчалась успехом, а на запястьях возникло ощущения сильного давления, словно кто-то больно сжал ее руку, не пуская от себя.
Таша подняла левую кисть, которая была не ранена, и заметила на запястье неоново-голубой браслет, точно такой же, как был у Лео в тюрьме.
«Так, значит, меня схватила охрана. Это ведь блокираторы намерения. Ну зашибись… И сколько мне тут сидеть теперь? И как же больно-то….» – девушка панически пыталась собрать все мысли воедино, нахлынувшие обильным потоком в ее мозг, но жжение в руке мешало сосредоточиться.
Мысли Таши прервали голоса и какая-то возня за дверью. Недолго думая, девушка закрыла глаза, притворившись, будто она не приходила в себя.
– Как она, Фелиция? – спросил низкий мужской голос. Послышались шаги. Мужчина подошел к кровати ближе. Таша, даже не видя его, ощутила мощную энергетику этого человека. В его голосе чувствовалась колоссальная сила, и чем ближе он подходил, тем отчетливее Таша понимала, кто это.
Девушка внимательно слушала разговор незнакомцев, стараясь не двигать глазными яблоками. Послышался звук открывающихся штор, и Таша сквозь веки почувствовала яркий свет.
– Рана глубокая… Заживляющие отвары не действуют. Нужна сила мастерства… – послышался женский тихий голос. Чья-то рука коснулась ее предплечья, отчего Таша вздрогнула, едва сдержав движение кисти. – Нужно снять браслет повиновения…
– Я подумаю. Спасибо, Фелиция. Пока подождем еще. Ну-ка, посмотрим…
В комнате повисла тишина. Таша жадно вслушивалась в малейшие шорохи. Ей безумно хотелось открыть глаза, но она не решалась. Вдруг она почувствовала касание тяжелой руки незнакомца к повязке на ее раненом плече. Она сразу поняла, кто дотрагивается до нее. С трудом сдерживая желание закричать от боли, она сцепила зубы. Он быстро разматывал бинты, и каждое его движение было, как движение ножа по телу, как электрический ток… Когда он снимал последний слой бинта, Таша не выдержала и взвыла, открыв глаза.
– Тихо, тихо… Не дергайся. – обратился к ней темноволосый мужчина с коротко стриженой густой черной бородой, склонившись прямо над ее лицом, и поднес палец к ее губам, едва коснувшись их. Его острые широкие скулы были полны решимой серьезности. Черные глаза впились в нее пронизывающим взглядом. Таша замерла, тяжело дыша.
– Где я? – спросила она, едва шевеля пересохшими губами.
– Ты у меня дома – в моем замке.
– Ты Алис?
– Мое полное имя Алистер, но я предпочитаю сокращенный вариант. А ты?
Таша отвернула лицо, не желая называть свое имя. Алистеру не понравился ее жест, и он больно сдавил ее раненое предплечье, от чего девушка ойкнула и зажмурила глаза.
– Ты пока моя гостья, но можешь стать и пленницей. Если хочешь, – прошипел он и больно схватил ее другой рукой за подбородок, впиваясь пальцами в щеки, и насильно развернул лицо девушки к себе. Таша не могла оказать сопротивление и, уставившись со злостью и ужасом на обидчика, дрожала от боли и часто прерывисто дышала.
Он отпустил ее подбородок, и на нежной коже тут же проступили ссадины.
– Что тебе нужно от меня?.. – прошептала перепуганная девушка, едва сдерживая слезы от боли и страха.
– Мне от тебя совершенно нет толку, девочка. Ты пришла в мою страну без приглашения и не с миром. А здесь ты только потому, что я гостеприимный хозяин. И мною движет любопытство… Пока еще движет. Так что не советую мне грубить. Лучше будь любезной гостьей – назови свое имя.
Он провел рукой по ее щеке, аккуратно убирая локоны с лица. Таша кожей чувствовала его касание, и ее сердце замирало.
– Таша… – охрипшим голосом прошептала она.
– Сейчас будет больно, Таша. Но будь хорошей девочкой – не ори. – Ухмыльнулся он и подал знак Фелиции. Видимо, это была местная врачиха. Таша успела вскользь рассмотреть полноватую женщину в просторном темно-голубом халате с темно-синими волосами, подстриженными под боб-каре. У нее были большие голубые глаза и некрасивый слегка искривленный рот. Она прижала Ташу к кровати, держа ее за здоровое плечо и руку.
Таша задышала еще чаще, не зная чего ожидать. Алистер приподнял немного ее раненое предплечье и быстрым движением убрал остатки бинтов, прилипших к ране. Таша дрожала от боли, тихо поскуливая и кусая губы до крови.
– Спокойно! Лежи тихонько… Нужно промыть рану.
Ташу трясло от пекущей боли, от которой хотелось лезть на стенку. Она впилась ногтями в бархатную простыню и запрокинула голову, еле сдерживая крик. Из глаз брызнули слезы. На лбу проступила испарина.
Алис промыл рану каким-то жгучим раствором, после чего Фелиция послабила хватку, отпустив девушку, и без того обессиленно обмякшую на подушке, и стала накладывать на рану чистую повязку.
Алис промокнул ее лоб мягкой влажной тряпочкой.
– Отдохни пока… Завтра поговорим. Таша…
Они вышли из комнаты, оставив Ташу одну. Рана все еще пульсировала, но боль потихоньку затухала. Её действительно потянуло в сон, и она отключилась, провалившись куда-то в темноту.
Оказывается, когда засыпаешь в осознанном сне, тебе уже ничего не снится. У подсознания нет своего подсознания, поэтому сны не снятся, ведь смещения в пространстве не происходит. Ты просто отключаешься, погружаясь куда-то в пучины внутренней пустоты и тишины…
***
– У нее жар… Она не выживет без силы мастерства, милорд. Бредит…
– Ладно. Сейчас она все равно не сможет сбежать. Приготовься, я сниму браслет повиновения…
Фелиция отошла в сторонку, чтобы не мешать Великому Мастеру творить чудеса исцеления, а тот освободил вялое запястье своей раненой гостьи от блокиратора намерения.
– Sana vulnere! Sana vulnere! Conjure, sana vulnere[1]…
…Таша пришла в себя, приоткрыв глаза. Все вокруг плыло и кружилось, она не могла сконцентрировать взгляд. Перед ней расплывалась темная фигура Алиса, бормочущего что-то на латыни. Справа от нее маячил темно-голубой халат Фелиции, смачивающей ее лоб холодной тряпочкой. Алис возводил руки к потолку, напевом проговаривая снова и снова свои заклинания, как мантру, потом опускал ладони, направляя их на раненое плечо девушки.
Боль в руке немного стихла, и девушке стало легче дышать. Она снова отключилась, почувствовав облегчение.
Когда Таша снова очнулась, в комнате уже никого не было. В глазах больше не двоилось и не плыло. Она, наконец-то, рассмотрела комнату, которая теперь освещалась светом из окна. Большая массивная кровать из резного дерева, устланная фиолетовым бархатистым покрывалом, стояла по центру просторного помещения.
На окне висели грузные бархатные шторы темно-фиолетового цвета с золотистой бахромой, подобранные с обеих сторон окна на массивные крюки, открывая комнату дневному свету. Напротив кровати стоял резной антикварный шкаф, немного обшарпанный, словно ему было несколько сотен лет, но от этого еще более красивый. К потолку была подвешена роскошная хрустальная люстра. На стенах были шелковые полосатые обои, выдержанные в пастельных и лиловых тонах. В углу комнаты стоял маленький туалетный столик с красивым винтажным зеркалом, тоже резной с причудливыми витиеватыми ножками. Таша видела такую мебель разве что в кино – в каком-нибудь историческом романе или в музеях царской эпохи.
На руке по-прежнему была повязка, но рана явно стала меньше и уже не пульсировала. Таша могла свободно поднять руку, не скорчившись при этом от боли. И тут она заметила, что запястье свободно от браслета-блокиратора.
«Это мой шанс!» – подумала она, привстала, облокотившись о резное изголовье кровати, и тут же сосредоточилась на пляже. Ей нужно было поскорее уносить отсюда ноги. Кто знает, сколько она уже здесь находится? Вдруг в замке Алистера действует то же силовое поле, что и в тюрьме, и она в реальной жизни давно погрузилась в глубокий летаргический сон, переполошив маму и Еву?
Таша нервничала, пытаясь сосредоточиться на своем пляже, но волнение сильно мешало. В этот момент ручка двери опустилась, и в комнату вошла Фелиция. Увидев девушку в сознании, сидящей на кровати, она тут же смекнула, в чем дело, и стала отчаянно звать охрану.
Таша нервно делала попытки перенестись, но ничего не выходило. Пространство слишком долго отказывалось повиноваться. Поняв, что сейчас ее снова закуют в чертов браслет, она приготовилась дать отпор. К счастью, огненные шары стали материализовываться не так медленно, как перенесение. Первый удар она нанесла по орущей Фелиции. Огненная вспышка настигла беднягу, когда в комнату уже влетело двое охранников в доспехах. Шар появился в воздухе, как из ниоткуда, и отбросил вскрикнувшую Фелицию в угол комнаты. Та шмякнулась о пол, как тряпичная, набитая гречкой, кукла. Охранники попятились, но опомнившись, продолжили наступление. Таша в это время силой намерения уже формировала щит вокруг себя. Невидимая непробиваемая стена вокруг нее быстро росла. Стражники тщетно пытались пробиться сквозь щит. К ним подоспели еще трое. А после в комнату явился и сам Алис.
– Это так ты платишь за гостеприимство, девочка?! – разъяренно выкрикнул он.
– В гостях хорошо, а дома лучше! – ответила она, осмелев за мощным защитным полем, и снова попыталась перенестись, но на этот раз она представила убежище Инессы, подумав, что перемещение в пределах Феерии должно срабатывать быстрее, чем выход в другой вариант реальности. Пространство повиновалось ей как раз в тот момент, когда Алис одним лишь жестом руки разрубил ее силовое поле и подбежал уже было к кровати, но девушка исчезла…
Таша очутилась в воде. Намерение перенесло ее не в сам дом-раковину, а где-то поблизости.
«Опять промахнулась!» – раздосадовано подумала она, пытаясь понять, в каком направлении плыть. Не видя толком ничего в мутной воде озера, она растерялась, пытаясь плыть лишь бы куда, но раненая рука все еще не давала ей двигаться в полную силу. Она поняла, что ей не хватает кислорода. В полной дезориентации, она попыталась всплыть, но у нее плохо получалось. Тело тянуло ко дну. Движений одной руки было мало.
Воздуха в легких совсем не осталось. Ослабленное тело Таши отказывалось бороться, в глазах начало темнеть. До поверхности озера было далеко. Она начала тонуть. Глаза закрылись. Внезапно она почувствовала касание чьих-то губ. Сильные руки сжали ее за щеки, заставив приоткрыть рот. Девушка открыла глаза и увидела перед собой лицо Алиса, вдыхающего в нее драгоценный кислород. Сердце екнуло и сжалось в комок. Теперь она могла всплыть, но он потянул ее вниз.
Таша беспомощно поддалась рывку и поняла, что он тащит ее к домику-раковине, который теперь смогла рассмотреть сквозь толщу воды…
«Я выдала убежище Инессы», – подумала она с ужасом. Теперь оставалось надеяться, что ее знакомой там нет. У Таши не было времени подумать, что стало с ее наставницей и почему та обманула ее, сказав, что Лео ей приходится братом, а не любовником. В глубине души Таша надеялась, что она вот-вот явится и спасет ее, как это уже бывало и не раз, но Инесса не показывалась.
«Вдруг ее тоже схватили…или она сбежала и бросила меня…»
[1] (латынь) – Рана исцелись. Заклинаю, рана исцелись.
26. Разговор не по душам
Очутившись в раковине с ненавистным преследователем, который тем не менее уже дважды оказался ее спасителем, Таша смогла наконец-то отдышаться и откашлять воду. Девушка и опомниться не успела, как на ее запястье снова оказался неоново-синий браслет, быстро надетый Алисом.
Повязка на руке снова стала светло-алой. Видимо, рана опять начала кровить. Предплечье тянуло, рука горела. Потеряв надежду сбежать, Таша обессиленно сидела на полу, вытянув вперед ноги, и облокотившись о стену, потирала больную руку. Она молча рассматривала Алистера, медленно прохаживавшегося по комнате, и ждала своей участи.
– Вот это наглость! Обустроить убежище прямо в Феерии! У меня под носом! Вот мерзавка! – воскликнул Алис, сложив руки на груди, и шумно ступал по перламутровому полу раковины, отчего слышалось тонкое похрустывание. Он был достаточно высок, со статной мужественной фигурой и грубоватыми чертами лица, отчего смахивал на демона. Было в его черных глазах что-то мрачное и мистическое. Не даром ведь его окрестили еще при жизни «Зверем 666». Таша вспоминала отрывочные факты о великом мистике Алистере Роули, которые попадались ей в интернете. Она также отметила, что одет он был просто и вполне современно. Сразу и не скажешь, что это человек из другой эпохи, живший больше века назад.
На мужчине была черная кожаная жилетка, украшенная металлическими заклепками и шипами, одетая поверх серой футболки, и черные штаны из плотной ткани. Видно было, как одежда быстро просыхает на нем, стоило лишь сказать что-то на латыни. Видимо, ему нравилось материализовывать свои желания с помощью слов, как будто он маг, произносящий заклинание.
На сильных руках виднелись какие-то татуировки с египетскими иероглифами. Наверное, какие-то ритуальные символы или знаки. Жилистые широкие запястья были одеты в кожаные браслеты с шипами. Выглядел он внушительно, излучал энергию подавляющей силы и грубой власти. Не удивительно, что этому человеку поклонялись при жизни и подчинился целый созданный им мир.