![](/files/books/160/oblozhka-knigi-beguschaya-vo-sne-si-375818.jpg)
Текст книги "Бегущая во сне (СИ)"
Автор книги: Марина Орехова
Соавторы: Мария Орехова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)
Инесса сделала свой выбор, но теперь червь сомнения проедал уверенность, прогрызал в ней дыры сомнений, которые срастались в единый лабиринт с множеством вариантов, но выход из него был только один. Она знала, что надо делать.
36. Пытка
Ритмичные шаги приближались. За угол подземелья завернул отряд из шести стражников в кожаных латах и с оружием. Их серьезные лица не предвещали ничего хорошего… Маршируя в ногу, они быстро подошли к камере Таши и замерли с каменными выражениями своих физиономий.
Быстро вскочив на ноги, Таша невольно попятилась назад от решетки и чуть не поскользнулась на сырой каменной кладке пола. Жуткий холодок пробежал по позвоночнику. Теперь-то ей нечем было ответить на атаку и противостоять оружию в случае чего. Теперь она полностью была в их власти.
От ощущения неизвестности и собственной беспомощности браслет на запястье, казалось, стал еще теснее, еще сильнее сжимал тонкую руку, делал еще беспомощнее ее сознание. Надо же, насколько незатейливая безделушка определила исход всего и превратила волшебное пребывание в удивительной и сказочно прекрасной Феерии на томительное страдание…
Стражники молча стояли, глядя на своего предводителя, а тот в свою очередь смотрел перед собой, сквозь решетку и Ташу, словно ждал приказа свыше. И приказ не заставил себя ждать.
За широкими спинами накачанных вооруженных мужчин показалась приземистая женская фигура с темно-синими коротко стриженными волосами. Это была Фелиция. На этот раз без докторского халата, а в черном свободном кимоно.
– ТЫ знаешь, сколько законов Феерии нарушила? – без лишних церемоний и пауз начала она, обращаясь к Таше. Женщина чеканила каждое слово и говорила с легким акцентом. Не сразу было понятно, с каким именно, но что-то в ее речи было странным, коверканным.
Девушка, сглотнув слюну, тихо заговорила.
– Я не знала здешних законов… Я оказалась тут случайно. Это просто недоразумение…
– Незнание законов не есть освобождение от ответственности. Разве в твоем мире не так?
Таша неуверенно кивнула. Она смотрела в голубые глаза Фелиции и даже не моргала от напряжения. Та была холодна и спокойна. Тонкие губы сложились в кривую ухмылку, застывшую на лице гримасой презрения и равнодушия. Ее руки были сложены в замок на животе. Она стояла неподвижно, как и стража позади нее.
– ТЫ устроила бесчинства на главной площади столицы. Фальшивые монеты, падающие с неба, повредили несколько крыш городских зданий, нанесли повреждения местным жителям. Ты вторглась в Темницу Смирения, проявив непокорность воле Великого Мастера Алистера держать в заключении предателя страны. Более того, ты пыталась вызволить преступника! Что еще раз говорит о том, что ты тоже есть преступница! А преступление против Феерии и ее жителей карается по закону!
– Там на площади… Это же была всего шалость! А в тюрьму я попала не по своей воле! То есть… По своей, но я не знала… Меня подставили…
– Молчать! – гневно выпалила Фелиция. – ТЫ есть преступница! А за преступлением должно следовать наказание.
Фелиция кивнула главному из стражи, и тот поспешил открыть дверь Ташиной камеры. Девушка в ужасе попятилась назад, не зная, чего ждать, но уперлась в дальнюю стену.
– На колени! – скомандовала неумолимая женщина.
Стражник подошел к заключенной и больно дернул за руку, вытащив силком из камеры. Лео, как мышь, забился где-то в углу своей клетки, скрывшись в темноте.
Охранник подвел пленницу к Фелиции и бросил к ее ногам грубым толчком в спину, став за спиной девушки. Таша упала, больно оцарапав ладонь и колени.
– Нарушение законов Феерии карается десятью ударами плети и лишением свободы и воли творить мастерство до вынесения помилования.
Таша, задрав голову, изумленно слушала помощницу Алиса, до последнего не понимая, что сейчас будет происходить. Она уже выступала виновницей преступления, но ей тогда удалось избежать страшного наказания силами лучших адвокатов и огромными отступными, выплаченными пострадавшей семье. Наверное, тогда, пару лет назад, она приняла бы со смирением любой приговор и даже пытку, ведь корила себя за произошедшее, искренне желая понести строжайшее наказание, несмотря на уже заработанный паралич ног. Теперь же она совершенно не считала себя виноватой, но ни адвокатов, ни денег у нее не было за спиной. Да и суда тоже не было.
Она хотела что-то возразить, но резкий удар плети, сорвал лишь выкрик с ее губ. Жгучая боль заставила упасть на пол плашмя и только выть от следующих один за другим ударов плети. Они сыпались на ее плечи и спину, предупреждая о новой порции пытки свистящим звуком рассекающего воздух хлыста. Потом все кончилось. Рыдающую Ташу подхватила грубая мужская рука и оттащила назад в камеру. Девушка без чувств повалилась на сырой холодный пол, рыдая от боли и жалости к себе.
Она даже не заметила, как закрылся засов на двери камеры, не слышала, как ушли стражники во главе с довольной Фелицией, как в подземелье снова стало тихо.
– Эй, крошка… Ты как? – послышался несмелый голос Лео, вышедшего из своего шаткого укрытия, когда Таша притихла.
Девушка с трудом поднялась и села на колени. Каждое движение отдавалось болью. Изорванное окровавленное платье прилипло к изувеченной коже. Мокрая от крови и пота спина выстывала от противного сквозняка, тянущегося по полу камеры. Таша дрожала от холода, шока и боли. Ей совсем не хотелось разговаривать. Да и что было говорить? Девушка, которая пережила страшную автокатастрофу, утратила возможность ходить, пережила несколько сложных операций, тяжелых реабилитаций и болезненных процедур, а также попытку суицида снова погрузилась в то состояние беспомощности и полного эмоционального паралича. А это пострашнее, чем паралич физический…
Она просто сидела так, упершись животом в колени, подавшись всем телом вперед. В йогической позе ребенка, подложив дрожащие ладони под лоб, она пыталась просто забыться во сне.
Из черноты безликих снов, к которым она уже привыкла здесь в Феерии, ее вырвал звук открывающегося засова двери. Она даже не подняла голову, чтобы посмотреть кто это. Ей было абсолютно все равно. Хуже уже просто не могло быть. Она застряла в осознанном сне, в другом, чужом ей мире. Она в заключении, с израненной спиной. И никто не сможет ее спасти. Какая, к черту, разница, кто это пришел? Снова Фелиция? С новой порцией наказания? Стражники? Таша сдалась. Физически, морально, ментально. Она провела в Феерии несколько дней, а казалось, прожила целую жизнь.
– Эй, проснись… Ты жива?
Мужской голос вырвал ее из бездны и заставил все-таки подняться. Перед ней был он…
Как скала, непоколебимый и большой, над ней склонился Алистер. Таша заглянула в его черные глубокие глаза – безжалостные и затягивающие, как черная дыра. Все тело занемело.
– Я же говорил, что ты рано или поздно вернешься сюда, – хмыкнул он, сложив руки на груди.
– Что тебе нужно – прохрипела Таша, пытаясь встать. Он подхватил ее под руки, чтобы помочь. Девушка едва стояла на ногах, но стояла, не подавая виду, что ей безумно больно и страшно. Все ее эмоции ушли куда-то вглубь, атрофировались, оставив на поверхности только отголоски и немую пустоту.
– Мне? Ничего! А тебе? – то ли с издевкой, то ли с иронией спросил он, поддерживая Ташу под руку.
В этот момент пленница почувствовала, как по всему телу прошлась волна слабости. Она уже отказалась раз от помощи, надеясь на свои силы. Там, в домике Инессы. А теперь силы покинули ее.
– Выпусти меня отсюда, – тихо прошептала она, даже не надеясь, что ее просьба будет воспринята серьезно, и приготовившись к очередному смешку, словесному укору, а может, и чего хуже – к новым виткам боли.
Но Алистер, недолго думая, подхватил ее на руки и понес прочь из камеры. Таша опомниться не успела, как, провожаемая удивленным взглядом безмолвного Лео, покидала темницу на руках у Великого Мастера. Она не знала, куда он несет ее, но сил сопротивляться и противиться не было. А принес он ее обратно в свой дворец, в ту самую фиолетовую спальню, роскошно убранную, с огромной кроватью в центре комнаты, на которую он аккуратно ее и посадил.
– Дай, осмотрю раны.
Таша развернулась к нему спиной. Он бережно снял со спины ошметки изодранного грязного платья, остатки которого девушка придерживала у груди, сцепив зубы от боли.
– Сначала издеваетесь, а потом раны залечиваете??
– Да уж… Фелиция очень разозлилась из-за того, что ты пульнула в нее огненный шар. Бедняжка еле выжила тогда… Вот и отомстила тебе… Я бы не позволил. Она сама. Плетью мы наказываем только мастеров, совершивших страшные злодеяния против местных. Твой дождь – мелочи… Ох и Фелиция! Хах, с ней лучше не связываться…
Алис иронично покачал головой и снисходительно хихикнул, обсуждая свою мстительную помощницу.
– Сними браслет! Вылечи! Пожалуйста… – взмолилась она, заглядывая ему в глаза из-за плеча.
– Чтоб ты снова начала пулять шарами и все крушить тут? – хихикнул Алис. – Ну уж нет, дорогуша…
– Я не буду! Обещаю!
– Сиди тихонько… Скажи спасибо, что не в тюрьме торчишь…
Алис стал промывать глубокие порезы целебным раствором. Таша заскулила от жжения и боли и упала на кровать, уткнувшись в простыню лицом.
– Ничего. Быстро заживет само!
Жжение и правда стало ослабевать, спине становилось легче. Таша снова привстала, усевшись на кровати, и крепко прижимала к груди остатки платья.
– Что за дикое средневековье у вас тут? Что за порядки такие?
– Почему же средневековье? – обиженно возразил Алис. – Многие наши изобретения вряд ли появятся даже в 21 веке… Взять бы только браслет повиновения… А? А система безопасности тюрьмы с блокировкой сознания?
– Очень впечатляет! Зато люди местные ходят, как оборванцы, живут в убогих хибарах и зарабатывают на жизнь, чем попало…
– Мои мастера стараются помогать и мудро править провинциями. Местные ни в чем не нуждаются! Я создал для страны идеальный климат, мастера поддерживают нужную погоду. Везде царит красота и порядок. А за модой здесь никто и не гонится, каждый одевается так, как хочет. Мода – бесполезная дань потребительскому обществу, к которому привыкла ты.
– Откуда ты знаешь, к какому обществу я привыкла? Ты же не можешь блуждать по вариантам реальности! Ты же здесь воплотился!
– Я не могу, а мои гости могут. Ты из двухтысячных? Я знаю больше о твоем мире, чем ты. И о будущем твоего мира мне тоже известно.
– Из 2020-го… Тогда зачем держишь меня? Мое будущее тебе тоже известно, может?
– Мне – нет.
– Что ты будешь со мной делать?
– А что бы ты хотела? – хитро улыбаясь спросил он и лукаво повел бровью, бросив взгляд на застенчиво прикрытую куском ткани грудь.
– Я хочу вернуться домой…
Таша опустила взгляд, сильнее прижав руки к груди.
– Ладно… – пробормотал Алис и подошел к выходу. – Приведи себя в порядок пока. Я подумаю, что можно сделать. Ванная там, – он кивком указал на другую комнату, выход в которую Таша раньше даже не замечала, и ушел, плотно закрыв за собой дверь.
Таша зашла в уборную и оторопела от увиденной роскоши. Даже она, видавшая роскошные люксы в дорогих гостиницах, непроизвольно разинула рот. Ванная комната напоминала гостиную, если бы не роскошная овальная ванна на высоких ножках в ретро-стиле, скрытая за плотно завязанными по бокам шторами. Потолок украшала люстра, не такая шикарная, как в спальне, но едва уступающая в роскоши.
Рядом с ванной и мраморным унитазом стоял туалетный столик с лепниной из золота, а над ним было винтажное зеркало в резной оправе из латуни. Возле стола стояло кресло на ножках. На его спинке лежало платье. Черный шелк струился и блестел, и Таша не устояла, коснувшись гладкой нежной ткани рукой. Девушка расправила платье, окинув его взглядом. Прямой крой показался ей старомодным, в стиле вечерних нарядов 30-х годов 20 века, но платье от этого не выглядело плохо. Оно было роскошным и легким, примерно по колено, с косым разрезом на ноге. Под платьем на спинке кресла красовался и комплект нижнего белья. Выпуклый лифчик и широкие трусики, напоминавшие обтягивающие панталончики, показались Таше забавными, а шелковая комбинация – вполне себе ничего.
«Ого. Это для меня что ли? – подумала она про себя и прижала винтажное платье к груди, но тут же повесила его обратно на спинку кресла. – Надеть его или не стоит…? Может, это намек на что-то? Хотя… Он мог бы взять меня силой, но не сделал этого до сих пор».
Таша сбросила с себя надоевшие грязные лохмотья и ступила в набранную для нее ванную. Горячий пар и приятные ароматы вскружили голову, погрузив в сладкую негу и блаженство. Мышцы покалывало от нахлынувшего расслабления, они ныли, теряя тяжесть. Раненая спина напоминала о себе, но боль заметно притупилась.
Искупавшись, Таша стала на мраморный пол и подошла к большому зеркалу. Она осмотрела себя в полный рост. Длинные стройные ноги и бедра, изящная талия, призывно вздымающаяся при каждом вздохе грудь, выглядывающая из-под длинных мокрых волос… Таша погладила себя по шее и повернулась к зеркалу спиной, выглядывая из-за плеча. Вид ее спины, исполосованной жутковатыми слегка затянувшимися порезами, заставил ее сморщиться.
Девушка все-таки решила надеть черное платье и милую комбинашку в винтажном стиле. В конце концов, надевать на чистое тело рванье, перепачканное кровью и грязью, ей совсем не хотелось.
Она снова осмотрела себя в зеркале. Перед ней стояла шикарная брюнетка с длинными влажными волосами, начинающими виться, в невероятном черном платье. Она откинула волосы назад, проведя рукой по струящейся ткани, и вернулась в гостиную.
37. Предсказание
В комнате Ташу уже ждал Алис. Девушка смущенно застыла в проходе, ссутулив плечи в платье, которое было ей непривычным. Но Алис даже не глянул в ее сторону, сухо позвав с собой.
– Пойдем.
Девушка пошла за ним. Они шагали по длинному коридору мимо закрытых комнат с одинаковыми дверями. Каблуки туфель приглушенно стучали по ковровой дорожке, устилавшей их путь. Спустившись по широкой мраморной лестнице, они оказались в просторном зале с круглым столом по центру. Большие сводчатые полукруглые окна обрамляли помещение со всех сторон, заливая его ярким алым светом искрящегося заката.
У одного из окон стояла женщина в приталенном брючном костюме приятного сливочного оттенка. Выглядела она по-деловому элегантно и современно. Во всяком случае, так показалось Таше. Волосы незнакомки были собраны в аккуратный пучок сзади. Услышав шаги посетителей, она обернулась. Таша смогла рассмотреть миловидное лицо, природная красота которого была умело подчеркнута макияжем.
«Хм… Ты смотри! Не все тут выглядят, как чучела огородные… – поймала себя на мысли Таша. – Кто это? Очередная помощница?»
– Яра, я привел ее, – обратился к незнакомке Алис.
Таша разинула рот от удивления.
«Яра? Та самая Яра??»
– Присаживайся за стол. – строго сказала она изумленной Таше, кивнув Алису. Тот вышел из комнаты, оставив их наедине.
– Вы… провидица? Та самая Яра?
Женщина улыбнулась, снисходительно подняв аккуратную бровь.
– Я бы не стала так себя называть. Просто гадалка.
– Я пыталась попасть к вам, но меня схватили и бросили в тюрьму…
– За что?
«Странно, что Алис не сказал», – пронеслось в голове у Таши.
– Все сложно… Но я не виновата! Я просто хочу вернуться в свою реальность! Вы можете мне помочь? Умоляю вас, Яра!
Женщина внимательно рассматривала Ташу, усевшись перед ней за круглый стол. Она молча слушала свою посетительницу, но никак не реагировала на ее слова. Когда Таша замолчала, гадалка достала из сумки, висевшей на спинке стула, коробку, обшитую бархатом и украшенную какими-то символами, вышитыми на ней драгоценными камнями и золотыми нитками. Таша удивленно уставилась на коробочку, пытаясь разобрать, что на ней изображено, но смогла узнать только символ постоянства, некоторые знаки зодиака и пентаграмму.
Яра плавным движением руки открыла коробку и извлекла из нее колоду карт в замшевом мешочке, какой-то кристалл, благовония и свечи, которые тут же зажгла, расставив на столе.
Гадалка взяла карты в руки, словно согревала их своим теплом, закрыла глаза и сосредоточенно сидела так пару минут. Таша внимательно за всем наблюдала и боялась даже шелохнуться. Ей никогда не гадали на картах Таро, да и вообще она осторожно относилась к таким вещам. Она верила в магию и прочие чудеса, но довольно скептически относилась к людям, которые называли себя провидцами, гадалками, магами и экстрасенсами. Но это ведь Феерия! Здесь возможно все…
Яра ожила, открыла глаза и стала тасовать колоду, после чего начала раскладывать карты на столе по три штуки в три ряда рубашкой вверх.
Таша нервно сглотнула и ждала вердикта гадалки, которая неспешно открывала карты одну за другой, и начала говорить. Также плавно и спокойно.
– Я вижу в твоем прошлом Смерть. И Колесницу. С тобой что-то произошло в дороге. Авария, может быть… Ты осталась жива, но кто-то погиб… Башня – это крушение всего. Твоя жизнь резко изменилась.
– Так и было, – ошеломленно подтвердила Таша и приготовилась слушать дальше.
– В настоящем у тебя Повешенный. Тупик. Ты в тупике. Запуталась, связана обстоятельствами и не знаешь, куда двигаться дальше. – она говорила и одновременно постукивала тщательно отманекюренным ноготком по карте с изображением связанного и подвешенного за ноги мужчины. – Тройка мечей показывает предательство и боль у тебя на сердце. Семерка мечей – обман. Тебя обманул человек, которому ты доверяла.
– Я подозреваю, что Инесса обманом заманила меня в тюрьму, чтобы забрать у меня тело, пока мое сознание было заблокировано. И я действительно связана, – сказала Таша, показывая гадалке браслет повиновения на запястье. – И да, я в тупике... Что же мне делать?
Яра кивнула. Подумала немного и продолжила трактовать карты.
– В будущем у тебя Страшный Суд, Туз мечей и Колесо Фортуны…
– И что это значит?
– Тебя ждет перерождение. Выход из ситуации будет резким и неожиданным. Колесо Фортуны – непредсказуемая карта. Все может измениться как в лучшую, так и в худшую сторону для тебя. Твоя судьба уже решается, и сейчас она не подвластна тебе.
– Я ничего не понимаю… Яра! Я вернусь домой или нет? – Таша умоляюще посмотрела на гадалку. Она готова уже была упасть перед ней на колени, лишь бы та дала ей ясный и точный ответ. Но Яра молчала, глядя Таше прямо в глаза. Аккуратные стрелки подчеркивали выразительный кошачий взгляд, очерченный завитыми черными ресницами.
– У тебя есть проблемы посерьезнее, чем возвращение в тело, моя дорогая. В любом случае, ты будешь невольницей как в этом мире, так и в том, что у тебя украли. Что бы ты ни делала, ты будешь скована. Твои намерения привели тебя даже здесь в тупик. Ты оказалась пленницей, которая не может свободно перемещаться. Твой страх и твои мысли привели тебя сюда. Ты нашла Инессу, а не она тебя. Ты должна посмотреть своему страху в глаза и исполнить волю неспокойной души. Тогда ты обретешь свободу.
Таша внимала каждому слову Яры, пытаясь понять, что та говорит, но не могла уловить суть.
– Вы так и не ответили мне на счет возвращения… Я не знаю, как мне попасть в мой мир, как вернуться в свое тело.
– Я ответила даже больше, чем ты спрашивала, – отрезала Яра и собрала карты в колоду.
– Благодарю вас… – грустно ответила Таша, понимая, что гадалка больше ничего не скажет.
В комнату вернулся Алис. Яра уважительно кивнула ему и встала из-за стола.
– Мы закончили, – учтиво сказала она Великому Мастеру. – Она без злого умысла. Ее подставили.
Алис молча кивнул и провел Яру, выйдя с ней под руку из комнаты. Таша осталась сидеть за столом, обдумывая услышанное. В ее голове роились самые разные мысли, приправленные полной безнадегой, разочарованием и безысходностью.
«Тоже мне предсказательница! Загадок наговорила, а ничего толком и не дала знать! Ты скована, ты скована… Открытие года! Ха!» – рассуждала Таша. Она большие надежды возлагала на Яру, а в итоге количество вопросов в ее голове только росло, а вот с ответами по-прежнему было туго. В то же время, надежда на возвращение в свое тело и в свой мир таяла…
– Ну? Ты получила от Яры совет?
– Она сказала то, что я и так знала. А еще – что я здесь неслучайно и сама виновата, что так произошло и что Инесса со мной так поступила. Я не услышала ответ на свой вопрос.
Алис скептически хмыкнул.
– Все так говорят. Никто не хочет слышать истину, даже очевидную, если она кроется в тебе самом. Так, говоришь, Инесса украла твое тело? Эта чертовка могла…
– Все указывает именно на это и многое объясняет.
– И что ты думаешь делать дальше? Собственно, выбора у тебя особо нет, но мне интересно послушать.
– А что я могу с этим браслетом!? – раздраженно выкрикнула Таша, хлопнув ладонью по столу.
– То есть, не будь браслета, все было бы иначе?
– А разве нет? Уж в тюрьме я бы точно не оказалась!
– По-моему, Яра сказала обратное… Да уж! И разгромила бы всю Феерию золотыми ливнями, да? – усмехнулся он, сложив руки на груди, отчего мощные бицепсы стали казаться еще больше.
– Вообще-то, твоим подданным не помешало бы немного золота. Ты вообще видел, как они живут? Или тебе плевать на них? Они же просто матрицы в этом мире, да? Со своими жалкими судьбами и короткими жизнями…
– В принципе, так и есть. Их жизни мало что решают в Феерии.
– То есть они просто декорации?? Чтобы мастерам не скучно было здесь?
– Я бы не стал так говорить. Изначально, да. Так и было. Мне было здесь одиноко и непривычно без людей. Но когда мир стал тяжелеть, местные тоже стали просто людьми этого мира, которые живут своими жизнями, имеют свои радости и горести. А мы с мастерами помогаем им развиваться.
– Ага! Развлекаетесь с избранными красотками и готовы помогать за нереальную сумму, да? Сто тысяч денариев – это же неподъемные деньги здесь за счастливую жизнь, которую вы можете создать просто щелчком пальцев!
– Ах, ты об этом! Я смотрю, ты неплохо обжилась здесь…
– Пришлось…
– Если бы все давалось по щелчку пальцев, в скором времени и шевелиться было бы лень. Разве нет? Я даю цель, к которой хочется стремиться! Я даю удочку, а не рыбку.
– Но при этом сам почему-то на рыбалку не ходишь, а рыбку кушаешь. Разве не так? – с вызовом бросила Таша, – Или пищужек несчастных? Да?
– Что? – сморщился Алис в недоумении?
– Это я образно про пищужек. Их ведь тут нещадно поедают из-за тебя!
– О чем ты говоришь? Причем тут я??
– Ну или кто там из твоих мастеров запустил этот нелепый слух про магическую силу русалочьей икры…
– Это тебе Инесса наплела что ли? Неужели до тебя до сих пор не дошло, что она тебе врала! Все! Мне надоели эти пререкания! Хочешь, чтобы я снял с тебя браслет, – я это сделаю, но ты пообещаешь, что будешь держаться от столицы подальше и не будешь чудить! Малейшее хулиганство – и я упеку тебя обратно в тюрьму к этому дурачку Леонарду. Ясно?
Таша притихла и тут же обнадеженно закивала.
– Хорошо! Конечно! Я построю себе домик где-то на окраине и буду там тихонько жить… Обещаю! А когда найду способ вернуться в свое тело, и вовсе забуду об этой черто… Чертовски прекрасной стране! – защебетала она, заглядывая Алису в глаза. Таша вышла из-за стола и протянула ему руку с нетерпением. Ей хотелось поскорее избавиться от дурацкого блокиратора.
– Но…
«Ну вот еще… Что опять?» – подумала она разочарованно и опустила руку.
– Но только после того, как ты побываешь на собрании мастеров. Я хочу, чтобы ты увидела, что не права! И что мастера – это не какое-то зло, заботящееся только о себе. Мне претит, что кто-то в моей стране будет жить с этой мыслью.
Таше оставалось только согласиться. И она кивнула в ответ.
«Главное, молчи, Таша! Молчи на этом собрании и не вякай! Пусть думает, что он прав! Просто кивай и улыбайся! И молчи! Черт побери! Молчи! – думала она про себя, – Не то окажешься опять в заключении…»
Алис выделил своей гостье спальню в распоряжение и разрешал гулять в саду дворца. Но выходить за его пределы Таша не могла. Всюду была охрана. Собрание должно было состояться через два дня, и она понятия не имела, что там будет. Но ждала событие с нетерпением, думая о нем каждый раз, когда взгляд падал на браслет повиновения.
38. Евсей
Евсей попрощался с сестрой и с тяжелым сердцем отправился на работу. Несмотря на то, что у него намечалась целая куча дел, он был рад под видом «экстренного случая» сбежать из офиса сразу же, как только получил сообщение от Таши с просьбой помочь. Ему даже не важно было, что просила сестра и насколько это было срочно. Он нашел предлог, – а это главное. Потому что просто бросить дела и заняться чем-то более приятным, совесть не позволяла. Совести нужен был предлог. И Таша его любезно предоставила.
Поездка в банк немного озадачила Евсея. Поведение сестры было немного странным. Она вообще последние недели была какая-то сама не своя. И манера общения поменялась…
«Надо бы поговорить с ней по душам… Хоть бы депрессия назад не вернулась… Еще и разрыв с этим Денисом… Не может она так легко пережить разрыв, как говорит…» – думал Евсей, направляясь в свой кабинет. Он быстро проскочил мимо своей секретарши Любочки, пока та не успела опомниться, что шеф на месте, и засыпать его новыми важными сообщениями и отчетами от подчиненных.
Евсей бросил портфель в кресло, снял пиджак и услышал, как аккуратно скребется в дверь Любочка, заметившая появление начальника.
– Евсей Мирославович, можно?
– Входите, Люба, – позвал он секретаршу и сел на рабочее место. – У меня как раз есть несколько поручений для вас.
– Конечно. Все, что угодно! – Любочка заискивающе щебетала с обаятельным молодым шефом, подавая ему документы на подпись один за другим. Симпатичная секретарша никогда не забывала подкрасить губы перед тем, как идти к начальнику. От нее всегда приятно пахло дорогим парфюмом, да и вообще – на Любу было приятно смотреть. Худенькая блондинка вполне могла работать моделью и сниматься в рекламе, но почему-то выбрала работу офис-менеджера. Наверное, мечтала удачно выйти замуж за какого-нибудь солидного случайного посетителя шефа. А может, и за самого шефа. Чем черт не шутит?
– Сможете организовать мне скрипача на вечер и заказать к 18 часам букет из ста одной красной розы на длинной ножке?
У Любы чуть челюсть не отвисла от такого задания. Босс впервые попросил ее о подобном. А это значит, что та девушка была особенной. Но самое обидное для блондинки было то, что вся романтика достанется не ей.
– Конечно, Евсей Мирославович. Будет сделано, – поникшим голосом ответила секретарша, подала последние документы на подпись и, виляя круглой подтянутой попой, выплыла из кабинета.
Пора было приниматься за работу…
На 27 июля у Евсея было запланировано три важных встречи, одно совещание, а еще скайп-созвон с отцом, который через неделю планировал приехать в город, чтобы навестить филиал и посмотреть на успехи сына в семейном деле. Все эти рабочие обязанности, которые росли, словно снежный ком, угнетали парня, но он не мог разочаровать папу. Все-таки тот доверил ему самое дорогое, самое ценное детище всей его жизни. Да, увы, это была не семья и не они с Ташей. Главным достижением Мирослав Малинин считал свой бизнес, взращенный из крошечной компании до мощного международного холдинга «МалинКо», включавшего в себя несколько крупных мебельных фабрик в стране и за рубежом, а также сеть фирменных магазинов по продаже мебели и фурнитуры.
За день Евсей Малинин подписал ворох документов, прочел кипу договоров, выслушал с десяток нудных докладов, раз сто поговорил по телефону. Но все это время он прокручивал в голове план предстоящего вечера. Он решил для себя, что это будет последняя попытка растопить сердце Звездной Феи… Если и то, что он задумал, не произведет впечатления на загадочную незнакомку-астролога, он оставит попытки сблизиться с ней.
… К шести вечера Люба отчиталась о том, что скрипач ожидает в приемной вместе с огромнейшим букетом красных роз.
Быстро закончив все дела, Евсей спешил на выход, но его отвлек звонок с неизвестного номера, еще и к тому же зарубежного. Он чертыхнулся и поспешил ответить.
– Евсей? – обратился к нему мягкий женский голос с легким акцентом.
– Да, слушаю.
– У меня есть сообщение от вашей сестры Таши.
– Кто это? Что-то случилось? – забеспокоился он и вернулся к рабочему столу, бросив вещи на спинку кресла.
– Пока нет. Но если вы мне не поверите, то может случиться. Девушка, которую вы видите как сестру, это самозванка. Настоящая Таша застряла в другом мире во сне.
– Что за дурацкие шутки!? Таша, это ты что ли?
– Нет. Спросите у сестры, с какой игрушкой вы спали до восьми лет.
– Что вы говорите? – Евсей выпучил глаза от удивления и не мог понять, розыгрыш это или он медленно сходит с ума.
– Прошу вас! Будьте осторожны! В теле вашей сестры другой человек! Позадавайте ей вопросы о детстве и убедитесь сами. Таша просила передать, что вы никак не можете ей помочь, но она любит вас и Веру. Она ищет способ выбраться, но пока не нашла его, просит вас быть осмотрительным.
– Конечно, конечно! Обязательно буду осмотрителен! Можете передать кое-что моей сестре?
– Да, но она получит сообщение не скоро…
– Передайте ей – пусть запишется к психиатру! А тебе, дорогуша, не мешало бы заняться чем-то полезным! – проорал Евсей в трубку и тут же заблокировал номер.
– Вот, Ташкент! Ну я ей устрою! – хмыкнул Евсей, выходя из кабинета. Сейчас у него совсем не было времени разбираться с розыгрышами сестры. Он торопился. Иначе весь план пойдет насмарку.
Без четверти семь он с музыкантом и цветами на служебном мерседесе прибыл по знакомому адресу, где находился офис таинственной леди. Он успел узнать, что ее кабинет работает до 19 часов. Из-за того, что в здании находилось еще несколько офисов, закрывавшихся в это же время, на центральном входе всегда толпилось много людей и понять, кто из представительниц прекрасного пола – та самая, было практически невозможно. Но у Евсея был план. И ради его исполнения он был готов поступиться собственной гордостью. Но в последний раз.
Дав распоряжения водителю, он с огромнейшим букетом вышел на самое видное место перед крыльцом офисного здания. Скрипач проследовал за ним. Евсей надел на глаза черную шелковую ленту, которую сжимал в руке наготове, и дал сигнал скрипачу.
Музыкант и мужчина с розами быстро привлекли внимание прохожих и службы охраны здания. Соло скрипача, как аромат свежесваренного кофе, выманил к окнам всех, кто оставался внутри. Девушки, выходившие с центрального входа, умиленно наблюдали за действом, а мужчины с круглыми глазами оббегали романтика десятой дорогой и спешили прочь, словно ничего особенного не происходило.