![](/files/books/160/oblozhka-knigi-beguschaya-vo-sne-si-375818.jpg)
Текст книги "Бегущая во сне (СИ)"
Автор книги: Марина Орехова
Соавторы: Мария Орехова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
– Ты не просыпалась очень долго! Мы испугались, пытались тебя разбудить, но не могли! – быстро прерывисто затараторил он, а потом крикнул Вере. – Мама, она пришла в себя! Все в порядке!
Тут же послышались быстрые шлепки тапочек по ламинату. Вера бросилась к Таше и стала ее целовать и обнимать. Таша от счастья начала плакать. А вместе с ней порыву поддалась и Вера. Один лишь Евсей, почесывая затылок, с недоверием смотрел на сестру.
– Мама, погоди.
Он отодвинул Веру рукой и присел рядом с Ташей на кровати. Придав своему лицо как можно более строгий и угрожающий вид, он обратился к только что очнувшейся Таше.
– С какой игрушкой я спал до восьми лет? Быстро отвечай!
– Что? – растеряно переспросила Таша, уставившись на брата, но тот безапелляционно требовал ответа и еще раза три успел повторить свой вопрос.
– Ева! Что за глупости? Отстань от сестры! – возмутилась Вера и снова потянулась обнимать дочь, но парень отпихнул ее, преградив путь рукой.
– Пусть ответит сперва! Вдруг она самозванка! Это все эти ее осознанные сны! Отвечай, я сказал! Ты должна это знать, если ты Таша!
Девушка не выдержала и расхохоталась. Один серьезный вид брата чего стоил! Она никогда не видела его таким сосредоточенным и предусмотрительным! Евсей еще больше начал нервничать, и Таше пришлось все-таки собраться, подавить приступ смеха и убедить парня в том, что она – это на самом деле она.
– Ты спал с моей куклой Барби! И не до восьми лет, а до двенадцати!
Таша снова зашлась смехом, а Евсей выдохнул и облегченно посмотрел на сестру. Его взгляд быстро наполнился теплотой и любовью.
– Ташкееент!!! Это ты!
– Я! – воскликнула Таша, приподнялась и крепко обняла брата. – Значит, Яра передала тебе послание… Я так рада!
– Какое послание? Я ничего не понимаю! – воскликнула возмущенно Вера.
– Мамочка, все хорошо! Прости, что вела себя, как стерва! Прости, что не ценила твою заботу! Я так тебя люблю… – на глазах у Таши снова навернулись слезы. Евсей тоже поспешил отвернуться от любимых женщин и усердно делал вид, что в глаз попала соринка. А Вера снова набросилась на дочь с объятьями, разрыдавшись уже от услышанных нежных признаний.
– Прости и ты меня, доченька… Прости, что не доверяла тебе, боялась отпустить от себя… У-ууу, – выла Вера, уткнувшись в плечо Таши и гладила дочку по волосам, целовала ее в мокрые щеки и лоб.
Успокоившись немного, Вера перестала плакать и заулыбалась, а потом поспешила отменять вызов скорой, а заодно и семейного врача, которого успела переполошить, пока Таша была в отключке.
Она убежала за телефоном, а брат с сестрой, наконец-то, могли поговорить откровенно, не вводя Веру в шок и лишнее волнение.
– Так до этого ты – это была не ты? – спросил он полушепотом.
– Да. Одна зараза обманула меня и украла мое тело, а я застряла в другом мире. Неужели вы не заметили перемен? Мы ведь с ней совсем разные! Ты только сейчас заподозрил?? Я ведь даже нашла способ передать тебе сообщение! – разгневанно выдала Таша целую тираду возмущения.
– То есть, та женщина, что звонила мне вчера и говорила с акцентом, это была твоя знакомая из другого мира?
– Нет, судя по всему из Эстонии, раз так долго не передавала тебе сообщение! Как же так?! Только вчера? А какой сегодня день?
– Двадцать восьмое июля.
– Меня не было целый месяц… А звонила она вчера? Двадцать седьмого, значит… Июля…
– Да, вчера. Вечером. Я был на работе, а тут вижу странный номер какой-то, будто международный… Я взял трубку, а она мне стала говорить про самозванку, и чтобы я задал тебе вопросы из детства…
– Все ясно! Она ошиблась месяцем… Перепутала июнь и июль… Видимо, неразборчиво записала… Пять лет разницы все-таки… В любом случае, спасибо… Я ей очень благодарна.
– Кому? О ком ты говоришь? Я сперва подумал, что это розыгрыш и бросил трубку, но ее слова все никак не выходили у меня из головы… Я стал думать, что ты и правда вела себя странно все это время… Заехал перед работой сюда, хотел поговорить с тобой, а мама сказала, что ты еще спишь. Я решил разбудить тебя и понял, что ты в глубокой отключке. Запаниковал… В общем, дальше ты знаешь… Это что получается? Целый месяц с нами жила самозванка??
– Ева! Ты такой молодец! Я так тебя люблю, братишка…
– Братишка?? А ну-ка скажи мне, как звали мою первую любовь? Я знаю, что ты почитывала мой дневник и должна знать!
– Ве-ро-ни-ка! – медленно, смакуя каждый слог правильного ответа произнесла она, улыбаясь.
Евсей снова выдохнул с облегчением и обнял сестру.
– Не называй меня больше «братишка»… Это первое, что смутило меня, когда ты… то есть… она… Тьфу ты! Чертовщина какая-то! Немедленно рассказывай все по порядку! Я требую объяснений!
– Хорошо, хорошо! Только не дома! Пойдем куда-то прогуляемся! И я все тебе расскажу. Это долгая история…
46. Прощай, прошлое!
Евсей увлеченно слушал сестру, попивая кофе в забегаловке неподалеку от дома, куда они сбежали от Веры, чтобы спокойно все обсудить.
– … и тогда Алистер придумал, как ее обмануть, но при этом не спугнуть. Я не ожидала, что он пойдет на такое, но он все же простил Леонарда и отпустил его. А сам принял его облик и ждал в камере нас с Инессой. Ему нужно было просто заговорить ее, отвлечь и надеть блокиратор этой заразе, чтоб она уже никуда не сбежала… На удивление, она даже нашла в себе какие-то зачатки человечности и решила высвободить Лео, еще больше упростив задачу Алису. Так она оказалась в тюрьме, а я… вернулась в свое тело, – закончила рассказ Таша, с аппетитом откусив кусочек теплой пшеничной булочки с кунжутом.
– Ташкент, тебе книгу писать надо! Сюжет – бомба! А че?
Таша рассмеялась.
– Слушать про все это гораздо увлекательнее и безопаснее, чем проживать на собственной шкуре…
– Это да! Поэтому пообещай мне! Вот прям поклянись, что ты завязала с этими осознанными снами! – хлопнул по столу Евсей, насупив брови.
– Торжественно обещаю и клянусь! – на полном серьезе сказала Таша, подняв руку вверх, как будто говорила под присягой.
– Нет, ну правда! Ты хоть понимаешь, что могло произойти? А вдруг эта Инесса оказалась бы какой-то маньячкой? А вдруг она убила бы маму и меня, и папу… ради денег и квартиры! Ты хоть понимаешь, что ты натворила вообще?
– Прости, прости, прости! Я ведь тоже настрадалась.
– Ну да, конечно… Особенно во дворце этого мистика. Сплошные страдания! Балы, бухло, картишки…
– Это были карты Таро! Никто в них не играл…
– Да, да… Короче, Таша! Еще раз сбежишь в эту Феерию и можешь назад не возвращаться! Я сдам тебя на органы, пока ты будешь в отключке. Мне тут маньячки в теле сестры не нужны. – смешно запричитал Евсей и пригрозил сестре пальцем. Та громко рассмеялась и погладила брата по руке.
– Мне больше не за чем сбегать. Я так соскучилась по тебе, маме… И по себе. Столько всего хочу сделать! Но сначала есть одно важное дело, в котором мне нужна твоя помощь.
– Ну начинается… Что опять удумала?
– Ты знаешь адрес Беловых?
Евсей застыл, не донеся чашку с кофе до рта, и уставился на Ташу, переваривая информацию.
– Беловых? Тех самых Беловых?
– Да. Мне нужно поговорить с матерью той девушки. Лизы.
– Ты из ума выжила там в своей Феерии? Она ж чуть не разорвала тебя в прошлый раз? Забыла?
– Поэтому я прошу, чтобы ты поехал со мной. Мне очень-очень нужно с ней поговорить и кое-что передать от Лизы.
Евсей чуть не поперхнулся кофе и отставил чашку в сторону, окончательно решив, что насладиться напитком ему уже не удастся.
– Ладно, я даже не хочу расспрашивать… Ни слова больше. Ты же все равно не отступишься… – сдался Евсей, подняв ладони вверх. Затем взглянул на часы, покачал головой и, схватив пиджак, вышел из-за столика, оставив на столе купюру за кофе. – Поехали. Покончим с этим. К черту совещание. Обойдутся без меня…
– Спасибо! – воскликнула Таша и с благодарностью посмотрела на брата. Она расправила платье и выехала из-за столика в инвалидном кресле.
Через пятнадцать минут белая ауди уже въезжала в тенистый узкий дворик, окруженный блочными пятиэтажками советских времен обычного спального района.
Во дворе шумно играли дети, визги мальчишек доносились со всех сторон.
У ряда самостроев, напоминающих сараи, какой-то мужик чинил волгу, пытаясь завести мотор. За столиком под раскидистой абрикосой четверо дедулек играли в карты, весело переговариваясь друг с другом.
На дорогую белую машину, подъехавшую к одному из подъездов, сразу же обратили внимание. Дедульки зашептались, с любопытством посматривая, к кому же это пожаловали дети или внуки на такой «крутой тачке». Владелец волги тоже отвлекся от починки своей «ласточки», искоса поглядывая на авто, а детвора уселась на лавке, как вороны на ветке, тыкая пальцами и восхищенно разглядывая красивую машину.
Таша несколько минут собиралась с духом, прежде чем покинуть безопасное укрытие – салон автомобиля – и выйти наружу, приковав к себе взгляды всех этих людей во дворе, а еще любопытных глаз, смотрящих из раскрытых окон и распахнутых балконов.
– Ты не передумала? – спросил Евсей, сочувственно сжав губы и сморщив лоб.
– Нет. Я должна это сделать. Ради Лизы и ради себя.
Таша глубоко вдохнула, сосредоточилась с закрытыми глазами и потянула за ручку двери. Евсей спешно выскочил из машины, приняв первый удар любопытства на себя, помог сестре выйти и усесться в кресло.
Евсей строгим взглядом оглядел всех любопытных зрителей, от чего те снова вдруг вспомнили о своих делах и перестали пялиться на «пришельцев».
Квартира Беловых была на первом этаже. Звонить в дверь даже не пришлось. Она распахнулась и на пороге показалась уже взвинченная мать Лизы в домашнем халате и с кухонным полотенцем в руках. Видимо, женщина уже успела заметить непрошенных «гостей» из окна.
– Вы как посмели сюда явиться? Я разве не предупреждала тебя, а, мерзавка? – загорлопанила она на весь подъезд, с ненавистью глядя на Ташу. Евсей сделал шаг вперед, загородив сестру. Женщина еле сдерживалась, чтобы не наброситься на девушку, но серьезный вид молодого человека все-таки заставлял умерить пыл. Из-за спины женщины показался худощавый мужчина в спортивных штанах, которые, он, по всей видимости, надел наспех только что.
– Лена, ради бога… Зайди в дом… – обратился он к жене, пытаясь оттащить ее от двери за плечо, но женщина стояла скалой.
– Прошу вас! Дайте Таше сказать! Ей было не просто сюда прийти! – вежливо заговорил Евсей, взывая к разуму разгневанной дамы.
– Уходите сейчас же! Не хочу ничего слышать от этой… – женщина с трудом, но сдержала очередное ругательство. Все-таки вежливый тон и опрятный вид Евсея в деловом костюме действовал на нее усмиряюще.
– Пожалуйста! Это очень важно, – выговорила Таша, с трудом дыша и боясь даже взглянуть матери в глаза.
– Нет. Уходите!
Женщина была неумолима. Ее голос стал тише, а скулы перекосились – она готова была разрыдаться, поэтому поспешила закрыть дверь.
– Пусть отец не рубит калину! Когда она зацветет, Лиза к вам вернется! – отчаянно выкрикнула Таша, пока дверь не захлопнулась перед ними. В подъезде повисла тишина. Дверь снова открылась. Мать Лизы побледнела, уронила тряпку на пол и стала медленно сползать по лудке. Муж подхватил ее под руки, Евсей тоже бросился помогать. Они отнесли женщину в полуобморочном состоянии на диван. Таша осталась в подъезде, не зная, что делать.
Мать быстро пришла в себя и начала плакать. Отец принес ей какие-то успокаивающие капли, а Евсей обмахивал женщину газетой, которую схватил со стола. В комнате работал телевизор, в углу был брошен пылесос. Из смежной комнаты с большими круглыми глазами осторожно выглядывал сиамский кот.
– Как она узнала про калину?… Миша, ты слышал?… Мы ведь наедине это обсуждали… Как же это? – женщина утерла слезы и смотрела на мужа глазами, полными тоски и удивления. – Пусть она войдет…
Евсей помчался за Ташей и помог ей заехать в комнату. Девушка дрожала, как осиновый лист, не зная, куда от волнения деть руки.
Женщина, тяжело дыша, тихо обратилась к Таше:
– Откуда ты узнала про калину?
Таша вцепилась руками в кресло, чтобы хоть как-то справиться с нервной дрожью, и трясущимися губами пыталась объяснить суть своего визита.
– Я видела Лизу во сне. Она просила передать вам послание, – сглотнув, начала Таша, глядя то на Евсея, то на женщину, то на ее мужа. Все трое уставились на нее. – Она просила перестать оплакивать ее, потому что это мешает ей начать новую жизнь. Она сказала, что отец не должен рубить калину. Когда дерево зацветет, в тот год она вернется в вашу семью внучкой.
Женщина внимательно дослушала Ташу и снова разрыдалась.
– Миша-а-а-уууу… – взвыла она, закрыв лицо руками, а мужчина бросился обнимать ее, тоже утирая слезы.
Евсей ободряюще похлопал Ташу по плечу и одобрительно кивнул ей, всем видом давая понять «все хорошо, Таша, держись». Девушка сжала ладонь брата и еле сдерживала слезы, глядя на ошарашенных отца и мать.
Когда ошеломленные родители немного пришли в себя, Евсей решил, что им пора бы откланяться и не мешать семейной паре, в чью жизнь они и так вторглись без проса.
– Спасибо, что выслушали… Еще раз простите нас. Мы, наверное, оставим вас… – деликатно сказал он и, держась за спинку инвалидного кресла, стал разворачивать сестру к выходу.
– Нет, погодите! У меня столько вопросов… Прошу вас! Давайте попьем чаю… Миша, ставь чайник!
Миша тут же согласно закивал и умчался на кухню. Евсей с Ташей переглянулись и поняли, что не могут отказать в сложившейся ситуации.
Мама Лена все еще всхлипывала время от времени и утирала слезы краем халата. Таша молча сидела. Евсей присел с ней рядом на табурет, который поспешил предложить взволнованный отец. Через пару минут они уже пили чай с печеньем, а Таша только и успевала пересказывать в десятый раз одно и то же с новыми подробностями. Женщина на удивление прониклась и с большим интересом узнавала малейшие детали Ташиного сна.
– А в чем Лизонька была одета? А она улыбалась? Не плакала там хоть? – засыпала она Ташу вопросами.
– Она выглядела умиротворенно и улыбалась. Она сказала, что сейчас у нее все хорошо и она отпустила прошлое, но мы должны ей помочь и тоже отпустить ее.
К Таше на колени запрыгнула кошка и быстро умостилась клубком, начав мыть лапки и мордочку. Таша хоть и не чувствовала теплое мурчащее тельце ногами, но волна приятных вибраций разошлась по всему телу.
– Это дочкина любимица была… Матильда. Надо же, сама пришла! Она ведь у нас такая дикая, никого, кроме Лизки, к себе не подпускала! Ох, Лизонька, Лизонька… А мне-то она так и не снилась ни разу…– снова начала утирать слезинки женщина, но тут же вспомнила просьбу дочери и улыбнулась, закивав. – Так, значит, Ваське ждать пополнения! Какое счастье-то, Мишаня!
Отец улыбнулся и закивал.
– Она так сказала. Что придет младенцем в семью старшего брата, – в очередной раз подтвердила Таша, поглаживая засыпающую кошку.
– Девочка, значит, у них будет… Надо им позвонить, Миш! Они так давно ждут первенца, да все никак… Спасибо тебе, Лизонька! Будем ждать тебя. Моя девочка… – Лена возвела руки к небу, закрыв глаза.
Вопросы закончились. Михаил сидел рядом с женой и молчал, держа ее за руку. Таша рассматривала фотографии Лизы, стоявшие на комоде с какой-то иконкой и церковной свечой. Мать устроила целый мемориал покойной дочери, бережно расставив рамочки с ее изображениями по всей столешнице. Евсей сбросил очередной звонок, но ни на минуту не оставил сестру.
– Я знаю, что бессмысленно просить у вас прощения, но все же… Хочу, чтобы вы знали, – дрожащим от волнения голосом обратилась напоследок Таша к родителям погибшей девушки. – Не прошло ни дня, чтобы я не пожалела о содеянном.
Таша, закусив губу, смотрела матери и отцу в глаза, еле сдерживая рыдания. Женщина вскочила с дивана и бросилась ее обнимать.
– И ты прости нас, детка… Прости, что набросилась на тебя тогда и проклинала… Ты свою кару уже понесла. Прошлого не воротишь…
Таша обхватила мягкую спину женщины и угукала, глотая слезы.
Когда они вышли из подъезда Беловых, на Евсея градом посыпались звонки. Он с кем-то громко выяснял отношения по телефону, параллельно помогая сестре сесть в машину.
Таша еще долго приходила в себя после такой эмоциональной встречи, прокручивая в голове все сказанное ею и Леной. У нее словно камень свалился с плеч – тяжкий груз, вина, которую она носила за спиной, рассыпался на мелкие кусочки, и стало легче дышать. Девушка вдыхала полной грудью горячий пыльный воздух города, словно ее обдувал морской бриз. На ее губах таяла улыбка, а глаза светились радостью.
«Спасибо тебе, Лиза! Теперь ты свободна, и я тоже», – отправила она мысленное послание куда-то в другой мир и точно знала, что где-то там Лиза в облике ангела, или птички – неважно кого – обязательно услышала ее.
47. Таша
Утро началось со звонка отца. Таша не привыкла так рано вставать, но папа не знал ее режима и привычек. Ровно в восемь утра телефон зазвонил на тумбе, и рука сонной Таши пыталась нащупать орущий смартфон, не разлепляя век.
– Алло, – прохрипела она, едва продрав глаза.
– С Днем рождения, малышка! Ты уже такая взрослая, но все равно моя малышка… Спишь еще что ли? Уже восемь!
«А мне, как бы, не в школу!» – пронеслось в голове у Таши.
– Спасибо, пап… Уже встаю… Ты приедешь?
«Конечно, не приедешь… Не звонил бы тогда», – тут же догадалась она, каков будет ответ.
– Прости, малыш… Очень хочу! Но работа не пускает… Но я послал к тебе гонца с подарком!
– Спасибо, хоть Еву отпустил… Может, все-таки успеешь? Хотя бы на часик…
– Милая, я в Италии, ближайший рейс только завтра, а у меня слияние с «Letto del re»[1] на носу. Прости… Но я обещаю заехать на следующей неделе, когда буду в городе…
– Ладно.
Девушка попрощалась с отцом и вальяжно упала на подушку, но решила, что и правда пора вставать, ведь сегодня особенный день – день ее рождения!
В обед заехал Евсей с двумя огромными букетами – один из ромашек для именинницы, которая их обожала, другой – из лилий – для мамы.
Таша услышала возню в прихожей, поздравления для Веры с рождением дочки и смачные чмоки от мамы в щеку. Девушка заканчивала макияж и наводила последние штрихи, глядя на себя в зеркало. То, что она видела, ей очень нравилось! Роскошная копна волнистых волос, яркий макияж глаз, пухлые от природы губы и новое золотистое платье. Она чудом нашла его и была безумно рада покупке. Блестящее платье напоминало ей придуманный наряд, который был на ней во время пира в одном из снов. Маневрируя на компьютерном стуле, она с широкой улыбкой встретила брата.
Тот с криком «Хэппи бёздэй, систер!» бросился обнимать и целовать сестру. Счастливая Таша уткнувшись носом в букет, была рада увидеть любимого брата, а тот поспешил надеть ей на голову корону. Так у них было принято с детства. Именинник обязательно удостаивался королевских почестей. Этот праздничный ритуал безумно нравился маленькой Таше, которая воображала себя настоящей королевой, а потом традиция как-то забылась, когда они стали старше.
Ей было безумно приятно, что он вспомнил.
– Спасибо, родной. Почему ты не на работе? – удивилась Таша, взглянув на часы.
– А я уволился.
Таша округлила глаза от удивления.
– Как? А отец? Он же звонил мне утром и даже словом не обмолвился!
– Мы виделись с ним позавчера, я летал в Рим и все ему сказал. Что мне не нравится эта работа и что я хочу заниматься чем-то другим.
– Ого! И как он это воспринял?
– На удивление – спокойно. Он похлопал меня по плечу и сказал, что это взвешенное решение зрелого мужчины. И что я готов основать свое дело. Но денег на него он мне не даст. Я и не ждал, собственно…
– Вот это да! Ты не жалеешь?
– Я счастлив! Никаких больше совещаний! Никаких звонков и часовых переговоров! Я свободен, как сопля в полете!
– Какая прелесть, – сморщилась Таша. – И что ты будешь делать? Как начинать что-то без капитала?
– Возьму кредит. Думаю заняться организацией мероприятий. Прогноз хороший, так что…
– Прогноз? Какой прогноз?
Евсей загадочно расплылся в улыбке.
– Да ладно, не может быть! Неужели ты добился ЕЕ? – округлив глаза и поднеся ладонь ко рту, искренне удивилась девушка. – Вот я эгоистка! Я ведь даже не спросила, как у тебя с ней дела!
– Ничего страшного… Мои приключения по сравнению с твоими блекнут, – снисходительно пожал плечами Евсей.
– Я требую подробностей! Как ее зовут, какая она? Как вы сошлись??
– Все подробности вечером, скажу только, что она роскошная! И я очень волнуюсь… Хочу, чтобы она вам понравилась.
– Если она нравится тебе, значит и мне понравится! На счет мамы не уверена… Ну, ты же знаешь маму… – подмигнула Таша, не снимая с лица довольной улыбки.
Евсей поцеловал сестру и умчался по своим делам, не забыв вручить подарок от отца.
В продолговатой коробочке, обшитой красным бархатом, лежал немыслимо красивый и безумно дорогой браслет из белого золота, украшенный сапфирами. Глаза Таши загорелись, она тут же примерила его. Застежка щелкнула на запястье. Изящный ободок охватил тонкую руку, сверкая камнями. Но вместо чувства радости и восторга девушка почувствовала дискомфорт, словно ее запястье снова сковано браслетом повиновения… Она слишком долго зависела от похожей вещицы… Таша с отвращением смотрела на роскошные переливы голубых камешков и захотела, как можно быстрее, снять украшение. В этот самый момент в комнату вошла мама.
– Боже, какая красота! Это от Евы? – загорелась Вера при виде драгоценности на руке у дочери.
– Нет, он отдаст свой подарок вечером. Это от папы.
– Да. Нужно отдать должное Мирославу – он всегда умел выбирать подарки женщинам… Жаль, что не только своим, – с укоризной отметила Вера, проведя пальцем по камешкам на золотом ободке.
Таша сняла браслет и положила его в коробку.
– Если хочешь, можешь забрать себе. Я не люблю браслеты…
– С каких это пор?
– С недавних, – загадочно буркнула Таша.
***
Вечером доставили еду из ресторана. Кое-что приготовила сама Вера. Таша захотела праздновать именины дома и только в узком кругу, поэтому не видела смысла закатывать пышное празднество.
К семи подъехал Евсей со своей спутницей. Таша и Вера, высунувшись из окна, пытались разглядеть девушку, но ее лица не было видно. Они успели заметить лишь, что она была обладательницей хорошей фигурки, была одета в широкие приталенные брюки и стильный двубортный пиджак кремового цвета. Таша также не без удовольствия отметила, что загадочная Звездная Фея таки оказалась брюнеткой, как она и увидела ее в осознанном сне.
Пара зашла в подъезд, а Вера и Таша в радостном предвкушении помчали встречать новую девушку Евсея. Для обеих это было в новинку, потому что парень ни разу не решался познакомить семью со своей избранницей, даже несмотря на все уловки и хитрости мамы затащить каждую потенциальную невестку в дом.
Вера поспешила открыть дверь и с нетерпением ждала гостей в прихожей, улыбаясь во все тридцать два своих прекрасных белоснежных зуба.
– А вот и мы! Я уж думал, вы из окна повыпадаете от любопытства, – Евсей процедил вторую фразу сквозь зубы. – Знакомьтесь! Это моя… Ева!
Вера с Ташей от изумления открыли рты.
– Здравствуйте, – мило улыбаясь, поприветствовала их очень красивая девушка с выразительными чайными глазами. – С Днем рождения! Это от нас с Евсеем. Надеюсь, понравится.
Она вручила Таше подарок. Это тоже была коробочка для ювелирных украшений. Таша открыла ее и увидела внутри симпатичный золотой кулон в виде Девы – ее знака зодиака.
– Благодарю вас… Евы.. кхе… Ева и Евсей! Очень символично! – Таша уставилась на брата, когда произносила имя девушки, а тот выпучил на нее глаза, давая понять, что о его странном прозвище возлюбленная еще не знает. Вера смущенно отвела взгляд, плотно сжав губы, чтобы воздержаться от улыбки. Она тоже уловила взгляд сына и с трудом подавила приступ смеха.
Напряжение от знакомства с загадочной Звездной Феей полностью ушло, когда семья села за стол. Ничто так не разряжает атмосферу, как звон бокалов с шампанским. Обычная суета с открыванием бутылки игристого, ожидание хлопка и извержение бурлящей пены под радостные возгласы собравшихся – лучшее средство избежать неловкой паузы.
– Евочка, расскажите немного о себе, – лучезарно улыбаясь, попросила Вера, элегантно держа в руке вилку из столового серебра.
– Я микробиолог по образованию. Мои родители врачи. Мама терапевт, папа – хирург. А я, вот, нашла себя совсем в другой сфере – астрологии.
– От микробиолога к звездам? Как так вышло? – удивленно спросила Таша.
– Я всегда увлекалась гороскопами, читала много книг про знаки зодиака и все такое… Потом стала пробовать составлять натальные карты, ходила на разные курсы. Тренировалась на родственниках и подружках. Что-то стало получаться… Ко мне стали приходить за советом. Друзья, знакомые, друзья друзей. Все как-то закрутилось, и после университета я открыла свой салон «Звездная Фея». Меня так называла в шутку подружка. Прозвище привязалось, и я с ним настолько породнилась, что мое настоящее имя известно далеко не всем моим клиентам.
– Это точно! – подтвердил Евсей, вспомнив, как пытался узнать хоть что-то о загадочной леди.
– Как интересно, Евочка! Вы большая умница! Вы знаете, а я, вот, всегда читаю гороскопы, но так редко сбываются… – затарахтела Вера, не забыв и про традиционную ложку дегтя, но тут же опомнилась, заметив пристальные взгляды детей, и поспешила реабилитироваться. – Но вы, конечно же, профи, не то что в этих журналах…
– Гороскопы в журналах и газетах чаще всего выдумывают сами редакторы. Я больше специализируюсь на индивидуальных натальных картах. Если хотите, с удовольствием составлю и для вас.
Вера смущенно улыбнулась и захлопала длинными ресницами, не зная, соглашаться или отказываться. Таша же, напротив, быстро сориентировалась:
– Ева, я с удовольствием! Если это удобно, конечно, – встряла в разговор девушка. – С недавних пор я, в отличие от мамы, поверила в предсказания судьбы.
Звездная Фея улыбнулась и мельком взглянула на Евсея, словно искала на его лице поддержки.
– Должна признаться… Я немного волновалась, перед тем, как идти к вам в дом… И, в общем, я уже составила карту на тебя, Таша. Просто хотела узнать сестру Евсея поближе… К тому же дату твоего рождения я уже знаю.
– О, я не возражаю! И что там мне готовят звезды?
– Я сделала лишь общий прогноз. Нужно ведь еще точное время и место рождения… Это мы позже можем уточнить, – Ева деловито достала из сумочки планшет со стилусом, открыла какую-то программу с кучей диаграмм и таблиц, и стала анализировать данные. – Мое внимание сразу привлек текущий месяц этого года. Он должен был стать поворотным в твоей судьбе. Ничего такого не происходило? Важного?
Таша переглянулась с братом, мило улыбнулась и пожала плечами.
– Особо ничего такого…
– Предыдущие два года были сложными. Ты пережила несколько серьезных угроз для жизни, потеряла большую любовь. Была на грани смерти. Но выкарабкалась. И сейчас ты стоишь на пороге грандиозных перемен.
– Это все совпадает! Кстати, я решила вернуться в университет, только хочу поступить на другую специальность. Выбираю между психологией и социологией.
– Думаю, обе сферы тебе подойдут, но психология – даже больше.
– Значит, психфак, жди меня!
Родные поддержали девушку одобрительными кивками.
– Но не только в этом будут перемены. Человек из прошлого, бывшая любовь снова вернется в твою жизнь.
– Вот это вряд ли… Прошлые отношения с тренером закончились не очень хорошо, а еще одни не имеют будущего. Как бы это сказать… Мы с ним из разных миров… – многозначительно улыбнулась Таша.
Ева понимающе кивнула и пожала плечами.
– Что ж, приглашаю тебя ко мне на подробный просмотр твоей карты. С точными данными смогу сказать больше и точнее!
– Конечно! Спасибо! Ваш с Ево… Евсеем пример очень вдохновляет и заставляет поверить в чудо!
– Я бы не стала так говорить, – улыбнулась астролог. – Астрология – точная наука, дело здесь не в чудесах. А вот Евсей и правда чудесный…
Девушка погладила парня, сидящего рядом с ней, по руке, а тот мило чмокнул ее в щечку. Вера с Ташей умиленно посмотрели на пару.
– Тогда давайте выпьем за любовь! Вы ее нашли, хочу так же! – воодушевленно воскликнула именинница. Все дружно чокнулись бокалами, но выпить не успели. Дружный хор голосов и пожеланий прервал звонок в дверь.
– Странно. Мы ведь больше никого не ждем? – вопросительно посмотрела на дочь Вера.
Таша сидела ближе всех к прихожей и быстро сманеврировала в коридор. Она открыла входную дверь и застыла. Перед ней, прячась за огромным букетом, стоял высокий молодой человек в брюках и рубашке.
Таша откатилась в кресле назад, пытаясь разглядеть нежданного гостя. Мужчина убрал букет от лица и протянул его ей.
– Женя??
– Привет… С Днем рождения, Таша… – выпалил он, застыв на пороге.
Повисла неприятная тишина. Было слышно голоса близких, обсуждающих что-то за праздничным столом в соседней комнате. Женя вздыхал и не знал, куда деть взгляд от неловкости. Они не виделись уже почти полгода. Он успел сменить стрижку, и стал выглядеть еще симпатичнее. Таша была все той же длинноногой красоткой, только теперь красотой ее ног, прикованных к подножке инвалидного кресла, никто не восхищался. На лице Жени играл румянец смущения.
Девушка взяла цветы и молча смотрела на парня. Она отчетливо помнила, как сухо и грубо они расстались по телефону, а потом как он молил ее прощения в осознанном сне, как рыдал и был счастлив, когда она отпустила его.
– Тебе идет корона!
Женя осмелился рассмотреть Ташу в золотистом платье и с блестящей детской короной принцессы в волосах, которую она так и не сняла. Девушка смущенно поправила подаренную братом детскую диадему и заулыбалась.
– Спасибо. И за цветы тоже. Не ожидала тебя увидеть. Снова, – сказала Таша, прерывисто чеканя каждое слово.
– Таша… Я не просто так зашел… – он говорил с трудом, делал паузы и заметно нервничал. – Я не могу выбросить тебя из головы. Все эти полгода я пытался тебя забыть, но не смог. Я знаю, обидел тебя и не достоин прощения, но все же прошу его у тебя.
– Я давно простила и начала новую жизнь. Без тебя.
– А я – нет… Я до сих пор люблю тебя, Таша.
Девушка отвела взгляд. Ком в горле напомнил о давних обидах, хоть уже и давно забытых.
– А как же отец?
Женя перешагнул через порог, резко отбросив сомнения, и опустился перед сидящей Ташей на колени.
– Отец ничего не решает! Я больше не завишу от него! Я даже отказался от наследства, лишь бы он не мог давить на меня. Я теперь сам по себе. У меня свой маленький бизнес. Доход пока небольшой, но компания развивается. Я должен был сделать это раньше, Таша! Прости меня! Прости, что бросил тебя тогда…