![](/files/books/160/oblozhka-knigi-beguschaya-vo-sne-si-375818.jpg)
Текст книги "Бегущая во сне (СИ)"
Автор книги: Марина Орехова
Соавторы: Мария Орехова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)
Таша с любопытством разглядывала лицо мужчины. Она впервые заметила, сколько мудрости и глубины в его глазах. А раньше видела лишь затягивающую пустоту. Он рассказывал о себе так открыто, не стесняясь своих грехов и ошибок, и Таше стало неловко. Как может она его в чем-то упрекать или осуждать? Есть ли вообще у нее на то моральное право? Ведь она, в отличие от человека, которого считала монстром, не может похвастать такой степенью принятия себя и своего прошлого. Что там говорить! Она даже не может откровенно рассказать о себе. И о том, что на ее совести тоже смерть погибшей девушки.
43. В омут
Алис и Таша вернулись во дворец, где продолжался праздник. Гости были уже изрядно пьяны, танцевали и смеялись. Когда они с Великим Мастером вошли в зал, все тут же поприветствовали их восторженными возгласами, а кто-то сразу предложил тост за здравие правителя. Алистер не отказался от кубка с вином, тут же поднесенным официантом, и подал второй Таше. Они выпили. Согревающее тепло крепленого вина разлилось томной усладой по телу. Таше было спокойно и легко на душе, хотелось танцевать. Алис словно уловил ее порыв, без лишних слов взял за руку и закружил в вальсе. Девушка смеялась и веселилась от души, и они плясали весь вечер, пока ноги не начали ныть от усталости.
Они много говорили и смеялись. Когда гостей поубавилось, и за окном была глубокая ночь, парочка сбежала из тронного зала. Алис провел Ташу до двери ее гостиной. Захмелевшая девушка, повиснув на шее мужчины, громко хохотала, когда сбросила с себя обувь прямо посреди коридора, а один туфель улетел в открытое окно.
– Да ты пьяна! – снисходительно улыбаясь, заявил он разбушевавшейся Таше. Та, распустив волосы, смеялась, как ведьма. И как ведьма, была красива в своем мимолетном безумии.
– А вот и нет! Мне просто хорошо!
Таша стала подбирать подол платья, который путался в босых ногах. Без высоких каблуков платье в пол мешало свободно идти.
Алис умиленно взглянул, как неуклюже она пытается собрать непослушную ткань в охапку так, чтобы не сильно оголять ноги, но упрямый подол, не повинуясь владелице, все равно падал на пол. Покачав головой, он с хитрой улыбкой на лице, словно предвкушая новую порцию безумного смеха, легко подхватил ее на руки. Таша захохотала с новой силой, била ладошкой по спине своего "похитителя", пока тот не отнес ее на кровать, бережно опустив на мягкие шелковые простыни. Длинные каштановые локоны упали на подушку, а Таша продолжала смеяться и не спешила расцеплять руки на его шее. Алис на секунду потерял равновесие и упал рядом с ней на кровать. Девушка не хотела его прогонять. Они просто лежали, уставившись в потолок с роскошной лепниной и узорами из позолоты, и наслаждались минутами уходящего вечера.
– Ладно, я пойду. А то усну прямо здесь, – встрепенулся он, вставая с постели.
Таша слегка коснулась его руки, задержав взгляд мужчины на себе.
– Спасибо тебе… За все, – тихо сказала она.
Мастер замер, а затем склонился над ней, пристально всматриваясь в блестящие изумрудные глаза, и медленно приблизившись к ее лицу, коснулся губами залитой румянцем щеки. Таша застыла в предвкушении и подалась ближе, но он словно не заметил ее порыв и отпрянул.
– Оставайся, – вдруг сказала Таша, совсем не желая, чтобы он уходил.
– Только если останешься ты… – сказал вдруг мужчина и с надеждой посмотрел на Ташу.
Она облокотилась на локти и приподнялась, оторвав голову от подушки. Между ними, казалось, даже воздух был заряжен. Еще чуть-чуть, и полетели бы искры. Они смотрели друг на друга, как загипнотизированные, не решаясь разбить невидимую преграду между ними, пока он, наконец, не осмелился поцеловать ее.
Осторожный и нежный поцелуй перешел в страстные объятья. Он кусал ее губы, жадно впивался в них ртом, целовал то нежно, то неистово. Потом с трудом оторвался от разомлевшей Таши и сел на кровать, вздыхая и поправляя рубашку.
Ее губы горели и налились жаром от поцелуев. Дыхание стало сбивчивым и прерывистым.
– Хорошо… – без капли сомнения в голосе сказала она. – Я останусь с тобой.
Все как будто прояснилось в голове, что-то щелкнуло и выключило сомнения. Больше некуда бежать. И незачем. Если она не может вернуться в свой мир, то почему бы не остаться здесь, с ним? В это самое мгновение. Больше не хотелось ни о чем думать.
Она просто потянулась к мастеру и закрыла глаза. Алис подхватил ее за талию, обнял и усадил на колени. Легкое движение его пальцев, – и платье соскользнуло с плеч. Таша целовала его в шею, расстегивая пуговки одну за другой на его рубашке, обнажая крепкие накачанные плечи и рельефный торс. Затем неистово повалила его на кровать и прижалась сверху, утонув в сильных и нежных мужских объятьях.
Все мысли куда-то улетучились. Он скользил пальцами по нежной спине, ощущая ее тепло и бурлящее желание, срывая вздохи с ее губ. Таша забылась в порыве страсти, все вокруг исчезло. Был только он и больше никого. Она гладила его мускулистую напряженную грудь, впивалась ногтями в твердые мышцы и просто отдавалась потоку. Ночь укрывала их, пряча от всего мира, а звезды тихо перешептывались о любви…
… Алистер, довольный и уставший, быстро уснул, нежно поглаживая ее по бедру. А Таша едва ли сомкнула глаза. Хмель окончательно улетучился из головы, как и сон. Девушка аккуратно убрала его руку и встала с постели. Укутавшись в халат, который по ее желанию быстро материализовался на спинке кресла, она вышла на дышащую ночной прохладой лоджию. Феерия сладко спала, усеянная огнями столицы, монотонно мерцающими по всей округе. Было безветренно и тихо. Казалось, что слышен шепот звезд.
Таша обернулась и посмотрела на безмятежно спящего Алистера. В сердце вдруг защемило.
«Может, я совершила ошибку? Зачем подпустила его так близко? – начала рассуждать Таша, снова ощутив комок сомнений. – Вдруг не сложится? Я ведь знаю, каким он может быть в гневе. А что если этот гнев он обрушит на меня?»
– Таша, – окликнул ее сонный голос Алиса из спальни, заставив вздрогнуть.
– Я здесь.
Он встал с кровати, подошел к ней и нежно обнял за плечи.
– Ложись спать. Я пойду к себе.
Он поцеловал ее в шею и стал застегивать рубашку, появившуюся из ниоткуда на голом теле.
Таша удивленно нахмурила брови и хотела было что-то сказать, но он перебил ее.
– Тсс… Я знаю, о чем ты думаешь… – Алис приложил палец к ее губам и нежно заправил за ухо растрепанную прядь волос.
– И о чем же? – не моргая и застыв с удивлением в глазах, спросила она, как заколдованная.
Он усмехнулся и почесал нос.
– Я ведь давно живу на свете, Таша… А ты – нет. Я избавился от сомнений и просто живу моментом. А ты пока не научилась так. Твое сердце на предохранителе. Ты еще боишься боли. Но меня можешь вычеркнуть из своего списка опасностей. Я не стану тебя ограничивать в чем-либо, не стану принуждать быть моей женой или еще что-то… Что там тебе Инесса наплела про меня?
– Я… не…
– Просто послушай. Ты не должна оправдываться ни в чем. И я не буду. Я хочу, чтобы ты осталась. Здесь в замке. Или хочешь – возведем тебе дом. Пока тебе хорошо будет со мной, мы будем вместе. Если захочешь уйти – я не стану тебя держать. И переживать не стану по этому поводу. Я легко отпускаю прошлое, мне не за чем о нем грустить. Но ты должна знать обо мне одну истину. Я создал Феерию сам и не потерплю, если кто-то захочет ее забрать у меня. Я гостеприимный хозяин, но никогда не стану слугой.
Алис говорил искренне, свободно, без толики угроз или злости. Он говорил чистую правду о себе, показав ту черту, за которую не готов пустить. Он давал ей полную свободу ровно до этой границы. И Таша поняла, что ей нечего бояться. Ее границы гораздо уже, но он готов был с этим мириться и не станет нарушать их в обмен на то же самое в отношении себя.
Таша опустила ресницы, зажмурив глаза, и положила голову ему на плечо, а он провёл пальцем по шелковой ткани халатика между лопаток по позвоночнику так, что мурашки побежали по телу. Он поцеловал ее в шею и вышел из комнаты, тихонько притворив дверь. Таша постояла еще немного на лоджии, а потом легла в постель и сладко уснула на рассвете…
Девушку разбудило постукивание, словно птичка клювом била в окно. Она открыла глаза и вслушалась. Было тихо. Дневной свет пробивался сквозь толстые шторы, но после бурной и такой прекрасной ночи вставать еще не хотелось.
«Наверное, показалось», – подумала она и снова закрыла глаза.
– Доброе утро, – прорвал тишину грубоватый женский голос.
Таша судорожно вскочила с постели и осмотрелась. Сон как рукой сняло. В кресле в дальнем углу комнаты, закинув ноги на кофейный столик, сидела … Инесса, постукивая длинными ногтями по стеклянной столешнице.
Таша уставилась на нее, пытаясь понять, не подводит ли ее зрение. Протерла глаза, поморгала, но картинка не менялась. Это была не иллюзия и не обман. Перед ней действительно сидела, ехидно ухмыляясь, Инесса. Та самая, по чьей вине она оказалась запертая в другом мире, навсегда потеряв надежду вернуться в свое тело. Не в силах прийти в себя, Таша пыталась что-то сказать, но рот словно онемел и перестал ей подчиняться.
– Ты… Это ты!!! – прошипела девушка, сжав кулаки, и ошеломленная села обратно на кровать.
– Ну здравствуй, подруга! А ты ушлая! Столько несла чуши о себе и своей красивой жизни, и ни разу не обмолвилась, что вообще-то калека!
– Ах ты гадина! Ты украла мое тело! – завопила на нее Таша, готовясь уже наброситься на злодейку с кулаками, но умерила свой гнев, не понимая, чего ждать от старой знакомой.
– О! Я смотрю мой подарок пригодился… Ты таки добралась до столицы и зря время здесь не теряла… Уже без браслета! И подумать только – у Алиса в замке… Надо же!
– Какой подарок?
– Туфельки, монетки… Мы ведь виделись с тобой, дуреха! У дома Эгона!
– Это была ты?
– Ну конечно! А ты думала, феи принесли или, что еще нереальнее, Эгон снизошел? Ха! Как же ты заставила Алиса снять с тебя браслет?
– Он сам это сделал, когда понял, что я честна с ним.
– Да неужели? Переспала с ним? Так и скажи! Браво, браво! Пребывание в Феерии пошло тебе на пользу. Я до сих пор недоумеваю, как ты умудрилась застрять в тюрьме.
– Что? Да ты бросила меня под огонь, а сама украла мое тело!
– Я не виновата, что ты не смогла выбраться, у тебя на то были все шансы! Мы же тренировались!
– А дальше что бы я делала? Даже если бы и выбралась из тюрьмы? Я ведь не могу переместиться никуда из Феерии!
– Ха! А портал зачем? Ты ведь попала сюда через портал в реке! Нужно было лишь пораскинуть своими куриными мозгами и нырнуть в обратном направлении!
– Я не знала… Но это все равно ничего не меняет! Ты обрекла меня на жалкое существование! Ты забрала мою жизнь! Как ты могла! Я же верила тебе!
– Побродила бы ты по мирам с мое, пошла бы и не на такое. Думаешь легко было найти такую дуреху, как ты? Со временем и ты нашла бы выход.
– Я бы никогда так не поступила.
– Как «так»? Не забрала бы чужую жизнь? А разве не это ты сделала с той девушкой, которая погибла по твоей вине? Как ее там звали, а? Лиза?
Таша задрожала от злости и в руке сам по себе стал расти сгусток огня.
– Ну, ну… Остынь, девочка! Давай не будем устраивать здесь бойню. Я пришла не за этим. Если хочешь свое тело обратно, то заткнись и молча слушай.
Таша сглотнула и замолчала, раздавив шар в ладони. Искры рассыпались бенгальским огнем на ковер и оставили на нем черные следы.
– Меня достало твое неполноценное тело. Уж лучше скитаться по реальностям, чем жить, как ты. Мне даже жаль тебя стало, представляешь!? Хотя я очень злюсь, что ты не сказала правду! Я бы не позарилась на инвалидку! Надо было сказать…
– Что ты хочешь? Говори уже. – сухо отрезала Таша.
– Чтобы ты могла вернуться в свое тело, мне нужно заблокировать глубинное сознание. Это возможно в тюрьме. Там установлен специальный глушитель, как ты уже знаешь. Но я не такая идиотка, как ты, и в тюрьму не сунусь, пока не будет отключена система оповещения о вторжении.
– Ее можно отключить?
– Судя по всему, милая, тебе это будет проще простого.
– Как?
– Ты, как я вижу, уже выполнила часть плана и без моего вмешательства. Сама прыгнула в постель к Алису, умница! Втерлась в его доверие. Теперь нужно только пробраться в его кабинет и вырубить светящуюся красную кнопку на большом экране.
– Я не была в его кабинете, не знаю, что там…
– Хочешь вернуться в свое тело – найдешь способ туда попасть. И не вздумай сказать ему правду! Имей в виду! Если ты решишь меня обдурить, и Алис узнает о нашем плане, не видать тебе своего каличного тела никогда. Уяснила?
– Если я это сделаю, где гарантия, что ты не обманешь? Что это не очередная твоя уловка?
– Ох… Как же с тобой тяжело… Я и так делаю тебе одолжение! Как ты не понимаешь?! Я вполне могу наглотаться снотворного и погрузиться в осознанный сон, дождусь, естественной смерти – и я свободна. Хочешь так, ну окей…
Инесса раздраженно вздохнула, убрала ноги со стола и встала с кресла, готовясь уходить.
– Нет! Постой! Я все сделаю!
– Ну наконец-то! У тебя есть время до завтра. Ровно через сутки я вернусь сюда. Глушитель должен быть уже выключен. Встретимся в тюрьме. Как только я пойму, что уговор выполнен, ты переместишься из темницы и вернешься в свое тело, а я навсегда покину Феерию. И больше мы не встретимся, подруга! Но имей в виду! Если сработает сирена или хоть что-то пойдет не так и я заподозрю малейшую опасность, я мгновенно исчезну. И больше такого щедрого предложения тебе не видать! Останешься здесь на веки, а Верочка с Евочкой будут оплакивать тебя на твоих похоронах. Уяснила?
– Уяснила. И что дальше? Будешь искать новую жертву?
– Тебе-то что? Ты будешь тихо мирно разъезжать на своей коляске, вернешься к мамаше-истеричке… Брат у тебя, кстати, ничего… – Инесса подмигнула и ухмыльнулась. – Ладно, мне пора, скоро проснусь.
– Если ты хоть как-то им навредишь, я найду тебя, где бы ты ни была… Чего бы мне это не стоило, – процедила сквозь зубы Таша и посмотрела на Инессу так, что та мигом стерла с лица ехидную улыбочку.
– У тебя сутки. Второго шанса не будет, – тихо сказала она и исчезла.
Таша присела на кровать, массируя пальцами виски. Тысячи мыслей зароились в голове. Только она смирилась со своей участью, как судьба подбросила ей шанс вернуться в свое тело. Но ради этого нужно было обмануть Алистера, который так помог ей и стал гораздо ближе. Ей тяжело было думать о том, как он будет чувствовать себя, когда поймет, что она исчезла и нарушила данное слово чуть ли не на следующий день! Без объяснений и прощаний!
«Пойти и рассказать ему все? Нет, слишком рискованно. Он ненавидит Инессу и захочет схватить ее. А та исчезнет, лишив меня возможности вернуться домой навсегда! Нет… Этого нельзя допустить… Ее так просто не обманешь… Я не могу рисковать… Алис, прости…» – думала Таша, прикусив губу и продолжала массировать виски и напряженный лоб.
44. Домой
Следующей ночью Таша осталась в спальне Алистера, но ей так и не удалось уснуть в предвкушении важного дела.
В кабинете мастера все было так, как описывала Инесса. За массивным дубовым столом и высоким креслом, напоминавшим средневековый трон, между двух книжных шкафов на стене висел огромный экран. Он был поделен на части, и на каждом квадрате можно было видеть, что происходит в разных комнатах замка, за его пределами и, конечно же, в Темнице Повиновения. Сбоку была панель управления с клавиатурой и кнопками. Не заметить ярко-красную кнопку – было просто невозможно. Девушка уверенно нажала на нее, и красная лампочка на панели погасла. Сигнал тревоги был отключен. Теперь если бы кто-то вломился в тюрьму, датчики засекли бы его, но сирена не сработала бы.
Уже через секунду Таша показалась на одном из квадратиков большого экрана. Она перенеслась в тюрьму и ждала Инессу, от волнения заламывая пальцы и прохаживаясь по узкому коридору.
В одной из камер сидел Лео. Они переглянулись, Таша подошла ближе к решетке.
– Как ты? – спросила она у мужчины, вглядываясь в черные угольки его глаз. Он взялся руками за стальные прутья и прислонился лбом к решетке, радуясь приходу девушки.
– Не волнуйся за меня, Таша! Все в порядке…
Он хотел еще что-то спросить, но в этот момент Ташу окликнула Инесса.
Подтянув густой хвост на затылке, туго стянутый резинкой, Инесса хищно осматривалась вокруг, деловито прохаживаясь и заглядывая в каждую камеру.
– Я сделала все, что ты сказала. Алис ничего не знает.
– Что ж, хорошо. Тогда не будем терять времени. Даю тебе пять минут на возвращение. Мне понадобилось две, но, зная тебя…
Таша не стала дослушивать язвительные комментарии злодейки и, отвернувшись, растворилась в воздухе. Всего несколько минут отделяли ее от дома и близких…
– Нэсс? Неужели это ты? – окликнул ее Лео, всматриваясь в темную фигуру женщины в блестящем кожаном плаще.
– Здравствуй, Лео. Как видишь… Я.
– Хорошо выглядишь…
– Тебе, увы, не могу сказать того же, – безразлично окинула она взглядом заросшего бледного мужчину в старой потертой одежде.
– Годы в темнице не красят. Тебе повезло, что ты избежала такой участи.
– Но ты, конечно же, хотел бы видеть меня в соседней камере, да?
– Я ему ничего не сказал о тебе, если ты об этом. Алис сам догадался, что ты из себя представляешь.
– Серьезно? Ты не сказал, что это я все подстроила?
– Нет. Я ведь любил тебя. Даже после того, что ты сделала…
Инесса отвела взгляд и нервно облизнула губы.
– Мне жаль. Ты всегда был наивным дураком. Потому нам и не суждено быть вместе.
– Знаешь, а я ведь на секунду поверил, что ты вернулась за мной, когда здесь появилась Таша и стала плавить решетку. Неужели ты решила вернуть тело бедной девочке?
– Да. Что-то я стала слишком сентиментальной в последнее время. Надоела мне чужая оболочка.
– И что думаешь делать дальше?
– А ты?
Инесса снова пристально посмотрела на Лео и сложила руки на груди.
– Хм… Интересный вопрос. Чем же заняться заключенному?
– Больше нет. – бросила с вызовом она и провела ногтем по толстым металлическим прутам, словно рисуя на них очертание большого квадрата.
Лео непонимающе уставился на нее, следя за каждым ее движением.
Инесса взглянула на циферблат часов на руке, многозначительно улыбнулась уголками рта. Затем методично очертила такой же квадрат на толстой стене темницы, которая граничила с западной частью центрального рынка и выходила как раз к дому Яры и берегу Феерийской реки.
– Еще минута – и ты свободен, Лео… Считай, что я возвращаю должок.
– Ты сделаешь это для меня?
– Уже сделала. Толкни решетку.
Лео несмело взялся за пруты перед собой и, приложив легкое усилие, сдвинул их вперед, словно их срезали болгаркой. Две стальные жерди оказались у него в руках. Он восторженно улыбнулся, его лицо просияло, и он то же самое сделал еще с двумя прутами. В клетке образовалось большое квадратное окно, через которое он свободно вышел наружу.
– Нэсс, я знал, что ты это сделаешь… Я знал, что ты меня не забыла! Он подошел к ней и схватил за плечи.
Инесса улыбнулась при виде дикого неподдельного восторга Лео.
– Сейчас здесь образуется дыра в стене, и ты сможешь сбежать к реке. Не советую медлить. Сразу ныряй в портал. Увы, я не смогу тебе никак помочь с этой штукой. – Инесса махнула головой на неоновый браслет на руке освобожденного ею узника. – Его можно снять только по воле Алистера, ты же знаешь.
– Это неважно, Нэсс! – улыбаясь сказал он, еще крепче сжимая ее плечи.
Инессе стало некомфортно от таких тесных объятий, и она попыталась высвободиться из его рук, но Лео только сильнее сдавливал пальцы.
– Мне, пожалуй, пора. Думаю, Таша уже сделала свое дело. Я дала ей даже больше времени, чем нужно.
Инесса заворочала плечами, чтобы сбросить с себя цепкие пальцы Лео, но тот и не думал ее отпускать.
– Я думаю, тебе стоит задержаться, – сказал он, глядя ей прямо в глаза.
Инесса сморщила лоб и отпрянула от него, сделав новую попытку выскользнуть из крепких рук.
– Пока ты в браслете повиновения, нам не по пути. Прости, Лео, – она закрыла глаза и приготовилась исчезнуть из тюрьмы, но в этот самый миг браслет повиновения на руке мужчины расширился и отделился от руки, повиснув в воздухе. Изумленная Инесса уставилась на парящее неоново-голубое кольцо, приоткрыв от удивления рот.
– Это легко исправить, дорогая, – с ухмылкой сказал он и громко рассмеялся. Его голос стал другим – более грубым и низким, а смех – злорадным. Инесса выкрутилась, наконец-то, из его рук и поспешила бежать, почувствовав неладное, но браслет повиновения быстро сковал ее левое запястье и туго сжался на коже.
– Какого черта! – вскрикнула она и попыталась содрать кольцо со своей руки, глядя то на браслет, то на громогласно хохочущего Лео.
Растерянная Инесса заметила, как быстро меняется его лицо, как спутанные всклокоченные кудряшки распрямляются и укладываются в совсем другую прическу, как борода превращается в ухоженную эспаньолку с легкой проседью, как трансформируются его скулы и линия лба… Человек перед ней стал выше и крепче. Руки стали мускулистыми, плечи расширились…
– Теперь вам с Лео точно не по пути, Нэсс! Он искупил свой грешок и теперь на свободе, а тебе самое место тут! – не унимался мужчина.
Она с ужасом отскочила, оступилась и, споткнувшись о выступ в полу, упала. Приподнявшись на локтях, она стала ползти назад, словно рак-отшельник, не отводя глаз от медленно надвигающегося на нее Алистера Роули…
Инесса уперлась в стену. Резко встала и отряхнула руки. Бежать было некуда.
Алистер сложил руки на груди и довольно смотрел на побежденную злодейку.
– Я ведь предупреждал тебя не соваться больше в мой мир, но ты ослушалась. Я дал сбежать тебе однажды, но это не повторится больше. Та камера – теперь твой дом.
Он указал пальцем на одну из темных клеток.
– Алистер, прости! Отпусти меня, умоляю! Я исчезну навсегда! Ты больше никогда меня не увидишь, – взмолилась Инесса, встав перед ним на колени. Она тянула руку, скованную браслетом повиновения к нему, но мужчина перед ней был непоколебим.
Позади него послышались неспешные шаги возникшей из ниоткуда женской фигуры. Она подошла ближе к мужчине и стала возле него. Инесса рассмотрела ее. Это была Таша.
– Ты больше никому не причинишь вреда, Инесса! – спокойно сказала она новой пленнице браслета, глядя на нее без капли сожаления.
– Ты дрянь! Лучше бы я прикончила твое жалкое тело! Дура я, пожалела тебя, ущербную! Пропадите вы пропадом! – разгневанно вопила Инесса, вскидывая кулаки в воздух, а затем упала ниц на колени и, уткнувшись лицом в ладони, разрыдалась.
К месту действия подоспела стража, мерно маршируя в такт.
– Уведите ее, – скомандовал Алистер главному, и тот, подхватив под руку рыдающую Инессу, оттащил ее в камеру. Мощная решетка захлопнулась за ее спиной.
– Ты принесла слишком много бед. Из-за тебя пострадал Лео и я. Неужели ты думала, что я поверю тебе второй раз и все сделаю по-твоему?
– Да пошла ты! – остервенело орала взбешенная Инесса, подбежав вплотную к решетке. – Я выберусь отсюда и буду мстить тебе, дрянь!
– Я не боюсь тебя! Ты жалкая! Но спасибо за урок. Здесь я нашла в себе внутреннюю силу и поняла, как сильно я люблю жизнь.
Инесса, не унимаясь, кричала и обсыпала Ташу проклятьями, но девушка больше не слушала ее вопли. Она взяла Алистера за руку, и они, молча переглянувшись, перенеслись обратно в его кабинет.
Таше захотелось прижаться к нему всем телом, обнять крепко-крепко.
Он почувствовал ее желание и тут же исполнил его, как джин из волшебной лампы. Таше даже не нужно было ничего говорить. Он понимал ее с полувзгляда. Они обнялись и простояли так с минуту.
– Мы еще увидимся? – прервал он молчание.
Она оторвала голову от его плеча и, задрав голову, посмотрела в черные глаза Великого Мастера. Они были наполнены блеском, как всегда, но, если вглядеться в бесконечную глубину, можно было заметить в них легкую дымку грусти. И Таша заметила.
– Прости, но я нужна родным. Мой дом там. Я сбегала в мир снов, но больше этого делать не стану. Пора встретиться со своими демонами лицом к лицу и победить их.
– Я понимаю.
– Я не вернусь, Алис. Лучше не жди меня.
– Ладно. Но ты знаешь, где меня искать…
Таша улыбнулась и кивнула. Она нежно прильнула губами к его губам и закрыла глаза. Пора было возвращаться. Ее тело звало оторванное затерявшееся среди миров сознание. Таша облегченно выдохнула и позволила этому зову наполнить себя. Ей даже не нужно было формулировать намерение, оно осуществилось само. Она слишком долго ждала этого момента, слишком сильно хотела вернуться… И это случилось.
Ее поглотил вихрь намерения и унес прочь от Алиса. Все провалилось в темноту, она словно летела по длинному тоннелю. Мчалась на бешеной скорости, видя, как с обеих сторон проносятся мимолетными вспышками света тысячи миров. Словно сказочная Алиса, она падала в кроличью нору, отдавшись полностью этому бесконечному падению. Ей было легко и спокойно.
45. Птичка
Внезапно время стало замедляться, и Таша поняла, что зависла. Она осмотрелась вокруг и убедилась, что еще не в своем теле, но чувствовала, что уже где-то близко.
«Почему я остановилась?»
Она вдруг осознала, что стоит на земле. Где-то посреди цветущего сада. Вокруг нее порхали бабочки, в небе пели птицы. Все было таким ярким и настоящим.
Маленькая синичка пролетела прямо перед ней и села на ветку дерева поблизости. Она чирикала и махала крылышками, привлекая Ташино внимание.
Девушка ступила босой ногой вперед. Сырая земля отдавала ступням прохладу. Она пошла ближе и протянула руку к птице.
– Здравствуй, – сказала тоненьким голоском синичка.
– Здравствуй, – ответила Таша и почему-то совсем не удивилась. – Где я? Мне нужно вернуться в свое тело.
– Ты вернешься, но сперва должна была встретиться со мной, – прочирикала птица.
– Кто ты?
Таша дотронулась пальцем до мохнатого желтого брюшка. Птица вспорхнула ввысь, закружилась вихрем, который разросся в размерах о окатил девушку мощной струей воздуха. Таша зажмурилась и отошла в сторону. А как только вихрь рассеялся, она увидела перед собой юную девушку в длинной белой сорочке почти до самых пят. У нее были длинные русые волосы, бледная белая кожа и большие голубые глаза. Таша узнала ее и чуть не обомлела от ужаса.
– Лиза… – пролепетала она и стала пятиться назад, словно увидела призрака. Отчасти так и было, ведь Лиза давно была мертва в Ташином мире.
– Не бойся меня. Ты спросила, кто я. Вот я и показалась в человеческом обличии. Если хочешь, обернусь птицей, чтобы не пугать тебя.
Таша ошеломленно застыла на месте, не зная, что сказать. Потом отрицательно покачала головой, свыкнувшись немного с видом девушки, которая живехонькая стояла перед ней, такая безмятежная и легкая, без проблеска угрозы или зла на лице.
– Твое подсознание выбросило тебя ко мне. Раньше оно блокировало путь сюда из-за твоего страха. Но ты освободилась и готова к осознанию.
Таша немного успокоилась от ее слов, поняв, что девушка никак ей не навредит. Это всего лишь образ в ее голове.
– Прости меня. Я так виновата перед тобой… Так виновата! – скорбно заговорила Таша, и из ее глаз хлынули слезы. У Лизы на щеке тоже блеснула слеза, но она улыбалась.
– Это уже случилось. Я теперь в другом мире. Я больше не Лиза…
– Если бы я могла все исправить…
– Но ты не можешь. Прошлое нельзя исправить. И не нужно.
Девушка подошла к Таше и обняла ее, вытирая слезы на щеках и шее. Таша почувствовала тепло и умиротворение.
– Ты простишь меня?
– Я уже простила. Меня больше не заботит то, что было. Я отпустила прошлое, а вот прошлое меня не пускает. Ты страдаешь из-за чувства вины, а моя мать изводит себя ненавистью и болью утраты.
– Но что я могу сделать? Я ведь виновата! Из-за меня ты… ушла из жизни… так рано, – срываясь на всхлипы, с трудом проговаривала каждое слово Таша.
– Помоги мне, исполни мою последнюю волю – и тебе станет легче.
– Исполнить волю неспокойной души… – пробормотала Таша отрешенно, вдруг вспомнив слова Яры. – Так вот, что имели в виду карты… Неспокойная душа – это ты, а не я!
– Поговори с моей матерью.
– Лиза, она не станет меня даже слушать! Она ненавидит меня всем сердцем!
– Именно поэтому ты и должна с ней поговорить, чтобы она отпустила свой гнев! Прошу, скажи ей, чтобы перестала меня оплакивать. Мертво лишь тело – оболочка, но душа моя бессмертна. И я скоро вернусь в ее семью. Пусть отец не рубит калину. Когда дерево зацветет, на тот год я вернусь к ним в теле младенца.
Таша внимательно слушала Лизу и старалась дословно запомнить ее послание. Совсем недавно она просила Яру связаться с ее родными, думая, что утратила свой мир навсегда, а теперь и ее просят передать сообщение. Она, как никто другой, понимала важность и смысл этого, поэтому губами беззвучно повторяла каждое сказанное Лизой слово.
– … вернусь в теле младенца… – тихо повторила Таша. – Неужели твоя мать еще родит ребенка?
– Не она. Я приду в семью старшего брата. Буду ей внучкой. – сказала Лиза и улыбнулась.
– Хорошо! Я постараюсь… Только бы она дала мне шанс высказаться… Я боюсь, что она мне и слова не даст сказать.
Лиза резко поменялась в лице и подошла к Таше. Она положила ладони на ее лицо, обхватив щеки, и стала трясти.
– Отпусти свой страх! Отпусти прошлое! Слышишь меня? – все громче стала говорить она, срываясь на крик, и уже не гладила ее щеки, а хлестала по ним ладонями со всей силы. Таша пыталась убрать ее руки, оттолкнуть от себя, но тело словно занемело и не повиновалось. Она с ужасом почувствовала, что полностью парализована. А Лиза все громче кричала.
– Слышишь меня, Таша! Слышишь?! Очнись, наконец!
Голос девушки перестал быть мелодичным и тонким, он становился грубее, словно расслоился на эхо из нескольких голосов и гудел, как из громкоговорителя. Таша в ужасе зажмурилась и слушала ее голос, который уже стал мужским. Этот звук заполнил собой все пространство, и Таша не слышала больше ничего. Она не чувствовала и своего тела, изо всех сил пытаясь хотя бы открыть глаза. И внезапно у нее получилось.
Цветущий сад провалился куда-то, Лиза исчезла, все закружилось перед глазами и провалилось во тьму, а потом луч света прорезался из бездны, и она снова смогла видеть…
– Слышишь меня, Таша?! Слышишь? Очнись, наконец! – кричал Евсей, нависая над ней, и хлестал ее по щекам изо всех сил. – Мам, вызывай скорую! Она, кажется, не дышит!
Таша с трудом подняла веки и моргнула. Евсей замер от неожиданности и перестал ее трясти и бить по лицу.
– Таша, это ты? Ты очнулась!
– Ева… – прохрипела Таша и на ее губах засияла счастливая улыбка. Таша быстро приходила в себя, облизнула губы, затем смогла пошевелить головой, поднять руку, словно выходила из долгой спячки.