Текст книги "Свет Дивояра"

Автор книги: Марина Казанцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

Вместо мешка золота вокруг красного дракона запорхали золотые вспышки. Когда всё промелькалось, на земле не оказалось ни золотинки – Горай не знал что такое золото и что такое мешок!

– Ах, идиот! – взвыл гибрид человека и дракона, – Пропал кристалл! Впустую истрачен!

Он принялся неистово колотить себя по голове кулаками, топча когтистыми ногами сухую землю.

– Горай, вынеси меня из этого мира! Отправь меня куда-нибудь в нормальное место! – орал он.

– Чёртов дивоярец! – рычал он, размётывая хвостом камни, – Чертов Румистэль! Опять я с тобой накололся! Теперь я вообще не человек! Я тварь хвостатая!

Он попытался преобразиться во что-то другое. Получился странный, совершенно дьявольского вида конь, потом здоровенная змея с тремя хвостами, потом трёхголовая огненная гидра и в завершение – опять человекообразный монстр.

– Мне летать надо! – заскрежетал тот мощными зубами, совершенно целыми, нисколько не похожими на жалкие обломки, какие были во рту прежнего человека.

И тут же преобразился в дракона – тот взмахнул огромными крыльями и легко взмыл с земли. От радости он харкнул длинной струёй огня, очень удивился, даже обрадовался, проделал в воздухе несколько пируэтов и полетел над изрыгающей дымы и языки пламени землёй.

– Что это? – заинтересовался он, увидев с высоты двоих людей в красных латах, которые перескакивали через глубокие трещины и медленно двигались, обходя вылетающие из разломов языки пламени. – А, так это Румистэль со своим приятелем! Так, так, а не могу я как-то использовать это обстоятельство? Давайте рассудим здраво: хорошо бы было обоих этих оставить на этой планете. Летать, как птицы, они тут не смогут – уже опробовано, крылья обгорают. Заветного перстня у нашего дивоярца больше нет – уже приятно! Но и без них я не найду выход! Ну что ж, придётся немного потерпеть.

Внизу его заметили, и Финист принялся размахивать руками, призывая к себе беглого иноморфа.

Дракон спикировал с высоты и перед самой землёй остановил падение, мощно вывернувшись, и опустился перед двумя людьми.

– Ну вот, я же говорил, что он вернётся! – обрадовано воскликнул князь, гладя Горая по ноздрям.

Оба рыцаря сели на спину дракона, теперь им будет намного проще искать кристалл! Финист правил в полете, летя в направлении, которое ему указал волшебный меч короля Гедрикса. Вскоре он снова достал его, чтобы уточнить направление, но безотказный доселе волшебный компас на этот раз что-то закапризничал: он давал вспышку в любом направлении, куда бы князь его ни повернул. Некоторое время рыцари на драконе летали кругами, потом растерянный князь проговорил:

– Не знаю что и думать! Меч показывает, что камень везде!

– Может, их тут россыпь? – предположил дивоярец.

– Да всё возможно! Я и такое видел! Но, выходит, осколки рассыпаны по всей округе! А я не вижу ни единого огонька! А здесь сплошной камень везде!

По предложению дивоярца оба высадились на каменное плато, куда ранее указывал меч – Лён думал, не поможет ли его магическое зрение отыскать в толще природного камня скрытые кристаллы. Ведь ему удалось такое однажды, когда он отыскивал клад Гедрикса в толще базальта под Дерн-Хорасадом! И вот смотрит он в глубину, и не видит ничего – нет там кристаллов! Ни единого!

– Что за чудо?.. – бормочет князь и снова ищет осколок при помощи меча Джавайна.

Вот поворачивается вокруг себя, уже ни на что не надеясь (кажется, это путешествие в опасный огненный мир было напрасным), и меч дает отчетливую вспышку.

– Ну-ка, Горай, сдвинься с места! Румистэль, осколок под ним!

Горай послушно отошёл в сторону, рыцари бросились на это место – и снова ничего не нашли. Таинственным образом эльфийский осколок всякий раз перемещался. И его никак невозможно было обнаружить.

– Одно остается предположить, – расстроено сказал принц Румистэль, – Горай его сожрал!

– Да ну! – не согласился князь Финист. – Тогда ему бы не поздоровилось! Он бы сделался невидимым.

– А что, такого быть не может?

– Да может, Румистэль, в том-то и дело, что может! Только это очень плохо, потому что дракон – существо малоразумное, он может под дурным влиянием порождать такие жуткие вещи! Не приведи Джавайн, кому достанется такой камешек!

После нескольких часов безуспешных поисков оба рыцаря признали, что на этот раз действительно вышла ошибка – осколка Вечности они не нашли, и меч что-то не то показывал.

– Первый раз со мной такое, – опечаленно признался Финист. – До сих пор меч меня не подводил.

Они попробовали прибегнуть к помощи волшебного Перстня, но Гранитэль тоже ничего не знала – она не могла определить, был ли волшебный кристалл вообще тут когда-либо. Так неудачей закончился этот поиск.

Расстроенные рыцари снова сели верхом на Горая, и тот послушно поднялся в воздух, неся на своем огромном теле двух всадников. Огненный дракон летел туда, куда правил его хозяин – к проходу, через который можно попасть на Границу Миров, а оттуда уже вылететь в Селембрис.

Дыра в небе была не видна со стороны планеты, только Гранитэль могла открыть этот портал. И вот перед глазами рыцарей засветился среди буро-багрового неба, насыщенного копотью и грузными облаками пепла, круг чистого голубого цвета – это уже была видна Граница Миров. Ещё немного, и всадники на драконе нырнули бы в отверстие, которое уже было велико. Но тут случилось непредвиденное.

– А что, Румистэль, не хочешь ли остаться в этом замечательном месте? – спросил вдруг Горай низким голосом, чуть повернув голову назад.

– Что? – не понял Румистэль, а князь Финист, правящий драконом, даже растерялся – его дракон говорит!

– Нехило было бы пожить тут десяток лет? – ехидно осведомился дракон, переходя на медленный планирующий полёт.

– Кстати, спасибо за защиту, – продолжил он, – если бы не этот твой прощальный дар, я точно бы пропал.

– Горай, ты знаешь Румистэля? – изумлённо спросил Финист. – Румистэль, отчего ты не говорил, что знаешь моего дракона?! Как ты говоришь, Горай?!

– Скажи мне честно, рыцарь, – вместо ответа задал вопрос Горай, – кто твой дракон?

– Кто ты? – не понял Финист, – Ты иноморф, Горай.

– Ах, вот в чем дело! – с непонятной яростью вскричал дракон, делая вираж в сторону и избегая близости отверстия.

– Эй, рыцари, – насмешливо заговорил он, – А здорово я вас обдурил! Ха-ха-ха, я представляю, какие у вас сейчас глупые физиономии! Ваш кристалл во мне! А в кристалле ваш Горай, так что я вам не скотина, чтобы возить вас на спине!

С этими словами он ловко скинул со спины обоих седоков и стрелой помчался прямо в голубое отверстие портала, раскатисто хохоча и крича:

– Разбейся в лепёшку, Румистэль!

Оба человека, кувыркаясь, полетели наземь. Но длилось падение не более нескольких секунд, а в следующий момент что-то остановило этот страшный полёт в бездну огня и дыма. Оба рыцаря вдруг замерли на высоте, а потом без всякой видимой причины их понесло наверх – прямо в голубой портал, который так и был открыт.

Как две красных птицы, на большой скорости, они проскочили через проход и быстро понеслись по сияющему тоннелю, а впереди мелькала огненная искра – то улепётывал дракон. Почувствовав погоню, он обернулся, увидел преследователей и понял, что дело нешуточное – его настигали, и скоро он попадётся рыцарям! Один из них уже доставал свой страшный меч, который зовется Каратель!

В этот миг тоннель кончился, и троица вылетела в огромный пространственный пузырь, называемый Граница Миров.

– Что, Румистэль, обломалось тебе?! – загоготал дракон, с бешеной скоростью несясь по кругу и удирая от преследования – рыцари всё так же неведомым путём перемещались в пустоте.

– Кто он?! – прокричал товарищу князь. – Ты его знаешь?!

– Да понятия не имею! – прокричал в ответ Румистэль, летя с такой скоростью, что плащ его сносило в сторону, и тот бешено дрожал под напором воздуха.

– Ты меня помнишь, Румистэль?! – злобно орал дракон. – Это из-за тебя всё произошло! Это ты всё натворил! Тебе было жалко для меня кристалла! Но вышло по-моему! Теперь и у меня есть Осколок! Горай, убей обоих!

Долгий гром вдруг разразился в чистой голубизне огромной сферы Границы Миров – мощный звук, как будто тысячекратно усиленное рычание гигантской твари. Дракон, летящий перед преследователями, как будто споткнулся и закувыркался, издавая пронзительные вопли. Потом как будто невидимая рука ударила его. Иноморф потерял направление, сбился и с лёту угодил в одно из зияющих отверстий в сфере. Пронзительный вопль резанул по ушам, и тут же оборвался.

Сумасшедший полёт двух рыцарей по сфере прекратился, они снова зависли в центре и смотрели на отверстие, в котором исчез дракон.

– Он сгинул, – наконец, промолвил Финист, – Из лимба не возвращаются.

– Что-то мне так не кажется, – пробормотал Румистэль, – Знаю я одного типа, который дважды побывал в лимбе и не умер.

– Такого быть не может! – возразил князь, – В лимбе нет ничего вещественного, это обитель проклятых духов!

– О, да, – подтвердил дивоярец, – Но ты забыл, что у этого одушевленный эльфийский кристалл. Поверь мне, с таким кристаллом даже лимб не страшен.

Оба снова замолчали. Финист явно переживал гибель своего дракона – он не верил, что в лимбе можно выжить. Случилось нечто непредвиденное и непонятное. Не тот ли человек, которого они встретили на этой земле, сумел как-то обмануть Горая? Недаром же он тайком сбежал. И эти его слова – как будто он знает Румистэля.

Лён думал о другом, и мысли его тоже были невеселы. Одна догадка просилась на ум, да больно уж невероятная. Да, кажется, только что он видел как Лембистор стал драконом. Что-то такое демон бормотал однажды, и было это во время Жребия, когда направились Лён со своим старым недругом в область наваждения – туда, где оба они претерпели странные изменения. Да, Лембистор стал Ратмиром, а Лён превратился в Румистэля. Опять Румистэль, всё с ним связано! И крикнул тогда Кирбит, то есть Лембистор, что угодил он однажды в огненный мир Унгалинг и не нашёл бы выхода оттуда, если бы не сострадание одного огненного дракона, который отдал ему, умирающему во враждебной среде, свое тело. И что произошло слияние сознаний, и Лембистор изменился – он стал драконом с памятью человека. Тогда Лён не поверил ему, думал: треплет, как обычно. Но вот всё сложилось именно так, и очень похоже на то, что говорил демон. Дракон-иноморф каким-то образом соединился с… кем? Неужели с тем оборванцем, который даже говорить не мог?! Неужели это было всё притворство? Но кто он? Откуда знает Румистэля? И орал он именно то, что снилось накануне Лёну! Именно эти слова: ты во всем виноват – в том, что случилось со мной, ты бросил меня! Как будто Лён во сне услышал мысли этого человека. Но кто он, кто?

Догадка ещё более невероятная осенила его, и он не мог ей поверить. Дракон кричал: пожалел для меня одного кристалла, Румистэль! Был человек, который охотился за кристаллами, и которого Румистэль обратил на пятьсот лет в камень. Лавар Ксиндара! Несчастный, гибель которого Лён тайно оплакивал уже более двух лет! Человек из далёкого прошлого, из времени Дерн-Хорасада! Всё сходится! Всё сходится! Лавар Ксиндара тот, кто стал драконом Лембистором?! Невероятно! Ответить на этот вопрос может только один человек: некий плешивый докторишко в столичном городе королевства Сильвандир.

– Он говорил что-то про то, что нападёт на Селембрис. Это правда? – прервал молчание Финист.

– Он сделает это, – кивнул Румистэль, – через много-много лет мы встретимся с ним, и я отправлю его обратно в лимб. Правда, ненадолго. Наши пути ещё будут не раз пересекаться, и он много чего сделает дурного. Но в конце концов его настолько обломают, что он угомонится и будет тихо-мирно коротать свой век, опять превратившись в человека и начисто лишась всяких магических способностей.

– Да? – оживился Финист, с любопытством и уважением глядя на собрата, – Ты таинственная личность, Румистэль. Иногда ты кажешься таким простым, наивным, даже неумелым. А потом вдруг проявляешь такое знание о том, что было или ещё будет. Кто ты, Румистэль?

– Я сам ещё не знаю, – признался принц, вспомнив свой странный сон про Бесконечную Дорогу.

Глава 20

– Где путь, которым мы проникли сюда? – спросил Румистэль, оглядывая окна в другие миры.

– Нет, мы не вернёмся тем путём, – ответил Финист, – Там нас ждут сети дивоярцев. Ничто не может пройти через эту защиту – не перескочишь даже прыжком через пространство. Многие маги небесного города ткали эту сеть. И не стоит пытаться проскочить её. Есть другой путь. Я никогда не возвращаюсь домой без добычи – в моей суме всегда есть найденные осколки. И ты увидишь сейчас как нужно отыскивать кристаллы. Это тайна, Румистэль, древняя тайна ушедшего народа.

И с этими словами Финист указал на одно отверстие, в котором была сплошная чернота, но было также ощущение безбрежного пространства, непостижимой глубины.

– Дивоярцы не смотрят в небо, Румистэль, – усмехнулся Финист, – поэтому они не знают… И не узнают никогда, потому что эта тайна не для них.

Что именно? Что за тайна, которая недоступна волшебникам летающего города?

– Желай попасть туда, – шепнул дивоярцу огненный князь, – не Гранитэль несла нас по Границе Миров – мы летели силой воли! Стремись, мой друг! Иначе как ты будешь собирать кристаллы?

И он первым двинул по воздуху к отверстию портала.

Лён испугался. Он подумал, что князь сейчас нырнёт в портал, а он останется висеть тут, как муха – беспомощный, не знающий дороги. И никто не спасёт его отсюда. Как он летал, когда гнался за Лембистором? Да он откуда знает! Он думал, что это сила Гранитэли несёт их обоих.

Князь уже подплыл к отверстию и оглянулся. Давай же, Румистэль!

Собравшись с духом, Лён сосредоточил всё внимание на отверстии портала, представил, как плывёт к нему по воздуху, как приближается, расширяется эта дыра. Как становится больше него, и вот он уже, как мелкая птичка над бездонным колодцем, в глубине которого… Звёзды! Он видит звёзды! Он не заметил как приблизился к порталу и теперь заглядывает в него у самого края.

Финист уже был над центром отверстия. И было оно огромно, как футбольное поле.

Преодолевая страх, Лён приблизился к товарищу и отважился взглянуть в дыру. Совсем не так он себя чувствовал, когда они проникли в огненный мир. Тогда был дракон – большой, надёжный и послушный. А оказалось, что только воля Финиста управляла этим полётом!

Там, из центра портала, открывалась совершенно иная картина: огромный серебристый диск висел в черноте Космоса, весь испещрённый пятнами и тенями.

– Это Луна, – сказал Финист, – Сейчас мы попадём на неё.

Это было удивительно: оказывается, порталом можно пользоваться, как поисковиком! Кто придумал эти странные устройства переноса? Неужели, эльфы? Или это следы какой-то древней цивилизации, более старой? Выходит, пространство буквально пронизано такими переходами? Как будто нет расстояний.

В окне портала медленно вращалась Луна – огромная, близкая, отлично видная в деталях – каждая тень ясна. Отчетливо видны впадины и горы на освещённой стороне, а половина утопала в тени.

– Сейчас ты увидишь, Румистэль, – сказал Финист, взял друга за руку, и оба нырнули в отверстие.

В следующий миг рыцари очутились на поверхности Луны – без всякого полёта и падения.

– Я выбрал место и пожелал переместиться туда, – объяснил князь.

Здесь не было воздуха, вес ощущался намного меньше, а кругом была серая равнина, покрытая мелкой пылью и камнями, виднелись зубчатые горы. Любая неровность рельефа отбрасывала резкие тени – точно так, как рассказывалось в научно-популярных фильмах. Но не это поразило Лёна: высоко над горизонтом висел огромный шар – бело-голубой с одной стороны и черный с другой – Земля. Сколько раз он видел такую картину по телевизору, и всякий раз его поражало ощущение нереальности – наблюдать свою планету со стороны! Не просто с МКС, а с Луны!

В другой стороне среди космической черноты висело ослепительное Солнце, заливая серые лунные равнины безжалостным белым светом.

Давящее чувство возникло где-то в области диафрагмы, и страх, настоящий страх сдавил горло. Он в безвоздушном пространстве, в мертвой пустыне, которая безжизненнее самых дьявольских миров. Он без скафандра, а разум говорил, что это невозможно! Только магические доспехи, созданные Гранитэлью, защищали его тело от мгновенной смерти.

– Смотри, Румистэль, – сказал Финист.

И прозвучало это так, словно говорил князь в воздушной среде – без всякого искажения. Да, доспехи волшебного кристалла служили лучше человеческой техники.

Рукой, закованной в перчатку, Финист указывал на голубой диск планеты.

– Земля… – отозвался дивоярец. Хотя, почему – Земля? Разве Луна не видна с Селембрис? Может, эта голубая планета вовсе не Земля?

– Твоя планета? – спросил князь, повернувшись к Лёну – так странно было видеть его незащищённое лицо! Лён осознал, что и его не отделяет от ледяного пространства ни стекло, ни что иное. И странно было: дышал он без всякого усилия.

– Д-да, – не слишко уверенно сказал Лён.

– Смотри не так как обычно. Смотри магическим зрением. Ты потомок Гедрикса – тебе оно доступно.

Лён не понимал, в чем дело – как смотреть? Куда смотреть?

Он начал разглядывать планету, надеясь, что слой облаков разредится, и можно будет увидеть очертания суши.

Очень скоро Земля переместилась в зенит, как будто время здесь бежало быстрее, чем обычно. И тут из-за горизонта выплыла… ещё одна Земля!

– Что это?!

– Смотри.

Первая Земля ещё не достигла противоположного края видимости, вторая ещё не поднялась в зенит, как из-за горизонта в той же точке поднялась ещё одна планета! Несколько иная, чем первые две – на ней было меньше облаков, отчего суша виднелась довольно хорошо. И очертания этой суши были незнакомые! Что это такое?!

Через минуту в небе над Луной проходил целый парад планет – разных по величине и цвету!

– Луна – это портал миров, – сказал Финист ошеломлённому дивоярцу, – Вот что я хотел тебе показать. Вот таким образом я ищу кристаллы, разбросанные по планетам. Все они находятся каждая в своем пространстве, а Луна – связующий центр. Она видна со всех планет. Я думаю, это сделали эльфы, только не знаю – зачем.

Цепочка планет протянулась через всё небо, как гигантские бусы.

– Видишь это свечение? – указал Финист на один кроваво-красный диск, – это огненный мир. А вот этот, дымно-чёрный, демонский мир – обитель, населённая тёмными магическими существами. Таких можно видеть много, и в некоторых из них тебе придётся побывать. А вот как ты будешь находить кристаллы.

И Финист достал из ножен свой меч Джавайна – оружие, силы которого Лён, оказывается, не знал!

Князь наставил острие меча на крайнюю планету и начал медленно перемещать, и вот над второй же меч выбросил сноп искр.

– Там скрыт эльфийский кристалл?! – воскликнул Лён.

– Если бы так просто, Румистэль, – проворчал Финист, – смотри сюда!

И он достал из сумки, что висела у него через плечо, знакомое эльфийское зеркальце! Точно такое Лён оставил в своем новом доме, что в небесном городе над Селембрис! А если бы он взял его с собой – что тогда?

Раздумывать над этим было некогда – Финист уже навёл на вытянутой руке маленькое зеркальце на вторую планету – движение по небу прекратилось, и теперь огромные разноцветные диски просто висели над поверхностью Луны. Умом Лён понимал, что в реальности этого нет, что каждая планета, магически связанная с луной, обреталась в своем пространстве, а сейчас он просто видит совмещённые ракурсы.

Зеркальце в руке огненного князя работало совсем не так, как привык видеть Лён: непостижимым образом в этом маленьком круглом оконце возникла объемная картина, которую можно было видеть, не напрягая зрение. Как будто наблюдающее око двигалось сквозь слои атмосферы, летело на поверхность планеты, пронзая облака – всё совершенно бесшумно. И вот оно задержалось, словно обозревало окрестности, а посмотреть было на что: далеко внизу раскинулась роскошная земля, и океан отсвечивал солнечным пятном, и далее виднелись с этой огромной высоты – моря, горы, пропасти, равнины, леса, реки. А над всем этим плыла среди облаков яркая звезда. Словно чувствуя желание Лёна, звезда стала приближаться и заняла весь обзор. Это же город на облаке – Дивояр! Какой же он маленький по сравнению с Селембрис! И странно – ведь это знает каждый! – великий город виден с каждой точки Планеты Эльфов! Точно так же, как видна ночью с любой точки Луна. Разве это все не говорит о том, что земля Селембрис плоская, как рассказывала детям Фифендра? А между тем с лунной орбиты Лён явно видел, что Селембрис – круглая! Что же это – оптический обман?

– Хочешь рассмотреть? – с улыбкой спросил Финист, и послушное его воле зеркальце приблизило изображение, и Лён увидел Дивояр, как на ладони – то, что можно было видеть только на его карте. Эти сияющие в свете солнца башни, хрустальные мосты, и водоем-звезда! Много народу на его улицах! Кто шёл по аметистовым и жемчужным мостовым, кто летел, полно студентов вокруг здания университета, летают группы.

– А можно рассмотреть поближе?! – в волнении воскликнул Лён.

– Ну, если хочешь…

И зеркало послушно увеличило изображение.

Он никого из них не знал! Ни одного из студентов! Чужие лица!

Но Финисту было не до Дивояра. У него свои планы и своя задача. В наведённом на Селембрис эльфийском зеркальце быстро менялись картины – изображение проскальзывало, как на экране монитора.

– Сколько ни наводи меч на Селембрис, он обычно дает вспышку, – заметил Финист. – Это из-за одного места. Я много раз там бывал и ничего не находил.

– И что за место?

Зеркальце послушно показало вид с высоты: прекрасные, обширные леса Селембрис – великолепное зелёное покрывало, кое-где расшитое блестящими искрами озёр и строчками рек. Земля стала приближаться, и среди нетронутых чащоб открылся невысокий холм с небольшим камнем на верхушке, похожим на надкушенную горбушку.

Чего-то такого Лён и ожидал – предчувствие было, что так просто эта история с Дерн-Хорасадом не закончилась. Этот холм – всё, что осталось от огромной области, центром которой был город короля Гедрикса. Пространство, стянутое практически в точку – вот в этот холм. А камень на вершине его – всё, что осталось от горы, где был спрятан Красный Кристалл. Значит, где-то там по-прежнему скрыты эльфийские осколки – те, которые он запечатал в каменный шар и оставил в своей комнате во дворце регента, в Дерн-Хорасаде. Вот этот клад, до которого добраться невозможно, всё время сигналит, как будто ждёт того, кто растворит затворы пространства. Он был там, об был совсем близко к кристаллам, он практически держал их в руках. Мог вынести и не вынес. Дубовый лист, ну что за неудачник!

– Вот это и есть путь домой, – продолжал Финист, который что-то всё это время говорил, а Лён пропустил его слова.

– Наводишь зеркало на нужное место, даешь изображение и переносишься! – сказал князь. – Ты же умеешь перемещаться на далёкое расстояние?

– Ну да, – озадаченно ответил Лён, хотя сам толком не знал, умеет ли он это делать. Он прыгал на видимое расстояние, а тут… кто знает. Финисту больше четырёхсот лет, он многое умеет, а Лёну… может, двадцать, может, двадцать два. Да он сам не знает, каков его возраст.

– Обычно я не возвращаюсь без добычи, – покачал головой Финист и повёл мечом вдоль цепи планет.

– Хорошая планета, – сказал Лён, – Это Марс.

– По-нашему – Дьявольское Око, – отозвался Финист.

Круглый маленький волшебный экран давал большую картину – не спрашивайте как! На рыже-красной морщинистой поверхности планеты, скупо освещённой далёким солнцем, лежало и смотрело на звёзды гигантское лицо. Слабая дымка атмосферы не препятствовала обзору. Где-то там, среди замороженной пустыни затерялся маленький кристалл. Его следовало отыскать.

Место было выбрано – лучше приметы для переноса, чем это известное по фотографиям лицо, не выбрать.

Для Лёна это был первый пространственный скачок на такое огромное расстояние – раньше он просто не задумывался над этим. Для переноса надо ясно видеть место, а сейчас для этого всё есть. Но мысль о расстоянии и о том, что переноситься придётся в место, лишённое воздуха, пугала. Можно подумать, что сейчас он в лучшей ситуации! Как быстро ко всему привыкаешь!

Он глянул в зеркало и представил самого себя, стоящего на этой тёмно-красной равнине, вот возле того камня, недалеко от тени, которую отбрасывает высокая гора в форме лица. А лицо ли это, или просто игра света и тени? В следующий миг он оказался на равнине, под мрачно-красноватым небом Марса, с которого сияло маленькое солнце – ослепительная белая звезда, лучам которой не препятствовала разреженная атмосфера. Огромная равнина, распахнутая до самого горизонта, усыпанная сухой раскрошенной породой ржавого цвета, как будто изъеденной изнутри пустотой – так хрупки были камни Дьявольского Ока. Три тупоконечных вершины, странного вида горы, виднелись вдали – странно похожие на египетские пирамиды, но отсюда рассмотреть их было сложно, а Финист явно спешил – он направился к огромной, со сглаженными формами горе. Это было то самое Лицо, про которое когда-то читал и смотрел фильмы Лён.

Вблизи Лицо оказалось огромной горой из шершавого кирпично-красного камня, местами сильно выветренного. Монумент простирался в обе стороны на километр и возвышался крутой стеной на огромную высоту, где плавно закруглялся. Не было у него чёткой грани, которая бы отделяла "щёку" от почвы – на этом месте скопилось огромное количество каменной крошки и песка. Может, приносили его сюда пылевые бури. А, может, это миллионы лет осыпались с монолита выветренные крупицы породы. Была в этом какая-то древняя и уже никому не доступная тайна.

– Мне интересно знать, это в самом деле скульптура или случайное совпадение формы? – спрашивал Лён, оказавшись у подножия горы.

– Почему ты думаешь, что она похожа на лицо? – отозвался князь.

– Ну… у нас на Земле все это знают. Учёные в телескоп видели, беспилотные летательные аппараты посылали к Марсу. Снимки получали.

– Не знаю, о чем ты говоришь, – пожал плечами Финист, – В тебе много странного, Румистэль. Если бы я точно не знал, что ты последний потомок Гедрикса, я бы поостерёгся с тобой водиться. Давай так: мне нет дела до этой горы, меня интересует лишь кристалл.

Надо же, а ему казалось, что вот сейчас, когда он совершенно фантастическим образом попал к артефакту, про который знает каждый человек на Земле, сейчас эта тайна раскроется, и Финист как раз тот, кто ВСЁ знает. И вот Лён тут, у этой удивительной штуки, а Финисту нет дела до неё! Он только показывает этому странному неумёхе Румистэлю как надо обращаться с зеркальцем и мечом Джавайна. И ничего сверх того, что требуется для дела! А ведь правда Лён ничего не знает, и его всему надо учить. Но как же быть: он здесь, у знаменитого Лица, и ничего так и не узнает? Может, где-то у основания, возле уха, есть заветная дверца? Туда войдёшь, а там ответы на все вопросы! И дорога к инопланетянам!

– Какая точность попадания! – удивился Финист. – Камень наверху.

Пока Лён грезил о своих фантазиях, князь при помощи своих магических приборов выяснил, где именно находится потерянный кристалл – лезть надо туда, наверх.

– Конечно, я могу просить о помощи Гранитэль, – заметил князь, – Но хочу тебя познакомить с некоторыми вещами.

С этими словами он достал из сумки следующий предмет: знакомый Лёну голыш! Во время путешествия к Дерн-Хорасаду, когда кораблю проходил через диковинные миры, Лён бросил в море такой камешек, и вырос на этом месте чудный остров!

– Когда бросаешь в воду, вырастает остров, – сообщил Финист, – когда на землю – гора.

Он бросил серый голыш на сухую почву Марса, и тут под ногами обоих рыцарей стала вспучиваться земля – твёрдый камень попёр из неё со страшной силой. Он рос, как мыльный пузырь, и два рыцаря, стоящих на его плоской вершине, стремительно возносились. Новая гора сравнялась с каменным Лицом, но пошла и выше. И вот с возвышения два человека в странных нарядах смотрят на гигантское продолговатое лицо.

Да, это было именно лицо – отчетливо видны узкие сомкнутые губы, длинный нос и закрытые глаза. Надбровные дуги тонки и изящны, лоб ровен, скулы едва выделяются. Заметно, насколько выветрилась крепкая порода, отчего всё лицо как бы в оспинах, царапинах. Трещинки, как тонкие морщинки. Но каменный человек спит своим вечным сном – спокоен, как будто тысячелетия ждёт того, кто его пробудит.

– Возможно, здесь когда-то была жизнь, – сдержанно заметил Финист, видя волнение своего спутника.

– Тебе тоже интересно?

– Я видел в своих скитаниях много погибших миров. Одни – от старости, другие – от природных катаклизмов, третьи – по чьей-то злой воле.

– Неужели тебе не хочется знать, что это такое?

– На Селембрис тоже когда-то жили каменные люди, – отозвался князь, – Могучее племя, первородные которых были настоящими великанами. Потом этот народ начал мельчать, а потом и вовсе исчез. Возможно, когда Селембрис от старости покроется песком времен, когда космические ветры сдуют с неё последние крохи воздуха и выметут пыль жизни, откроются лица древних великанов, которые спят, поросшие землёй. Смотри, Румистэль!

Финист протянул руку к подбородку статуи, и тут стало происходить нечто удивительное – там, где должна быть шея статуи, поднялись и заходили маленькие песчаные вихри. Они росли и множились, и вот песок и камни стали разлетаться в стороны, и глазам двух рыцарей постепенно открывалось тело – стройная фигура с ладонями, сложенными на груди. Статуя была огромна, она была похоронена в земле в слегка наклонном положении, а лицо её было немного запрокинуто.

– Ну, ты доволен? – спросил Финист, делая шаг с вершины камня и переносясь в пространственном прыжке на лицо каменного великана.

Ступая по щеке, князь подошёл к глазнице спящего и достал из уголка глаза маленький кристалл.

– А теперь назад, Румистэль, – сказал он, переносясь обратно на гору. Там он поднял с поверхности плоский голыш – первый, что попался под руку, и гора стала стремительно уменьшаться. Вскоре от неё не осталось и следа.

Немного отойдя, Финист обернулся к Лицу, и по безмолвному приказу князя, вся порода, вынутая магическими силами Перстня, легла обратно – сын саламандры уважал покой умершего мира.

Обратный перенос на Луну был лёгок: зеркало показало рыцарям то место, где остался след их ног, и оба мгновенно вернулись в исходную точку.

"Когда-нибудь американские астронавты найдут на Луне следы наших подошв, и запрячут эту информацию среди прочих государственных тайн", – подумал Лён, обернувшись на следы своих и Финиста подошв – ребристые отпечатки явственно виднелись на неподвижной серой пыли мертвенно-холодной лунной поверхности.