Текст книги "Мышь (СИ)"

Автор книги: Марина Богданович

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Глава 47.

После сообщения Джеймса во мне боролись противоречивые чувства. С одной стороны, мне так было проще: не нужно думать о том, что сказать ему при встрече и, в целом, нужно ли что-то говорить. И в то же время, его слова меня поцарапали. Почему он увеличивал дистанцию: не хотел меня видеть или просто захотел увидеть кого-то другого? Несмотря на то, что мы расстались из-за меня, вероятность того, что он проведет эту ночь не один, против моей воли вызывала у меня неприятные чувства.

Мои мысли вернулись к Джошу. У него будет ребенок, подумать только – маленький Джош. И рожу его не я. Как все запутанно.

Воскресенье с мужем было наполнено теплотой и щемящей грустью, а еще пониманием, что теперь все не так, как раньше. Глупо было думать, что моя связь с Джеймсом никак на меня не повлияла. Я знала, что нам с Джошем еще долго придется преодолевать ее последствия. И мы бы со всем справились, но только расстояние, отсутствие связи и его семейные обстоятельства будут играть против нас. День за днем, год за годом.

Я боялась, что мы просто устанем. Особенно он. Ведь это ему придется каждые выходные проделывать путь от первого до нейтрального сектора. Даже если он обсудил все с «женой», ему раз за разом нужно будет объяснять своему ребенку, почему он не может пойти с ним в парк или в кино в свободный от работы день.

К моменту, когда такси остановилось у дома Рида, мне казалось, что моя голова сейчас взорвется от мыслей. Я была рада выйти на морозный воздух и немного проветрить мозги.

Дом встретил меня полной тишиной. Все-таки Джеймс был прав, когда решил уехать. Доведенная до предела вопросами, на которые у меня не было ответа, я сейчас не готова была к встрече с ним. Даже если бы она была самой мирной и самой короткой на свете.

Я поднялась в свою комнату, поставила будильник и забылась беспокойным сном.

Рабочий день прошел гладко. Видимо, Джеймс никому еще не сказал о нашем расставании, потому что ни одна душа не подошла ко мне с расспросами. Закончив свои дела, как обычно в восемь, я планировала отправиться по своему старому адресу, чтобы на месте узнать о наличии свободных квартир. Но выйдя из клиники, я увидела Рида, стоящего около своей машины и решила, что нужно подойти поздороваться.

– Привет, – я старалась, чтобы голос звучал как можно более непринужденно.

– Привет. Я ждал тебя.

– Меня? Мы же вроде не договаривались.

– Ты сказала, что вечером хочешь перевезти свои вещи. Я решил, что будет удобнее, если я тебе помогу.

– Не терпится избавиться от меня? – Я хотела пошутить, но шутка не удалась. Джеймс не улыбался. Он просто открыл передо мной дверцу машины, безмолвно предлагая сесть и не нести чепухи.

– Я уже договорился на твою прежнюю квартиру. Ты не против?

– Нет, спасибо.

Он кивнул.

– Тогда сейчас едем ко мне за твоими вещами.

– Спасибо, Джеймс. За все.

Я смотрела строго на дорогу. Смотреть на него оказалось больнее, чем я думала. Интересно, каково было ему эти дни, когда он знал, что я провожу их с Джошем? И каково ему здесь и сейчас, со мной?

Когда мы приехали, Рид дал мне время спокойно собраться, ни разу не зайдя в мою спальню. Потом сам отнес все вещи в машину, а после перенес их из машины в мою квартиру. Все это почти молча, лишь коротко отвечая на мои случайные реплики.

– Я оставил на кухне пакет с продуктами, – сказал он перед уходом, стоя в дверях моей студии.

Я обернулась, на столе действительно стоял белый пакет.

– Спасибо, ты заботишься обо мне даже сейчас, – я почти ненавидела себя в этот момент. Все что я могла сделать, это только благодарить.

– Друзья заботятся друг о друге. А мы ведь теперь друзья, – сказал он и тихо вышел.

Он сделал это опять! С нашего знакомства прошло более полугода, а я так и не смогла привыкнуть к этой его привычке – уходить, когда вздумается.

Мне хотелось выбежать за ним на коридор и закричать, что так не делается! Но я лишь сползла спиной по стене, закрыла руками лицо и заплакала.

Ночью я опять плохо спала. А на утро поднялась только после пятого сигнала будильника, еле разлепив глаза.

Голова плохо включалась даже на морозном воздухе. Я уже забыла, как когда-то ходила пешком на работу от своего дома и пропустила пешеходный переход, где было удобней всего перейти на другую сторону дороги.

Пришлось переходить дорогу, как бы сказали в полисе, в неустановленном месте. Я убедилась, что приближающихся машин нет, и решила быстро перебежать, но гололед сыграл со мной злую шутку. Я поскользнулась и упала, не успев ступить и пары шагов, и как раз в это время из-за поворота выехало авто. Я успела вскочить, но отбежать времени не хватило. Я слышала, как скрипели тормоза, но из-за гололеда машина все же «достала» меня.

Удар пришелся на правый бок. Боль была настолько адской, что на какое-то время я потеряла способность ясно мыслить.

Сознание немного прояснилось, только когда за мной прибежал медперсонал с носилками, прямо из клиники, что была в пяти минутах ходьбы.

Джеймс тоже появился. Возможно, он был неподалеку, а может, ему сразу же сообщают о любом происшествии в городе? И все время, что меня несли до палаты, он шел рядом.

Глава 48.

Отходить от наркоза было ужасно. Тошнило и кружилась голова, но хотя бы я не чувствовала боли.

– Повезло еще, что обошлось без серьезных повреждений внутренних органов, – как сквозь толщу воды доносился до меня чей-то голос. – Сломана лучевая кость, два пальца на правой руке и раздроблена бедренная кость.

– Сколько времени займет восстановление?

– Несколько месяцев, не меньше.

– Но в итоге все будет в порядке? – Голос вопрошающего звучал настойчиво.

– Полное восстановление с учетом реабилитации может занять до года. В лучшем случае – полгода.

– Не...кра...си...во… – язык плохо слушался. Я хотела пошутить, что некрасиво обсуждать человека за его спиной, но, трезво оценив свои возможности, ограничилась лишь первым словом.

Передо мной возникло встревоженное лицо Рида, который пытался улыбаться – получалось плохо.

– Не переживай, подлечим тебя, и будешь красивая, – он по-своему понял мою речь.

Я хотела улыбнуться ему в ответ, но, естественно, не смогла.

– Тош...нит, – вместо этого сказала я.

Джеймс встревоженно глянул на кого-то и в зоне моего обзора появилось лицо доктора Финна.

– Это и понятно. Наркоз тебе вкатили немного с запасом. Нам с Арни пришлось повозиться, чтобы собрать твое бедро, как положено.

– Спа...си...бо, док.

– Поправляйся, Камилла.

– Лучший врач – это сон, подумала я и закрыла глаза. Подслушанный диагноз ясно дал понять, что в ближайшее время мне точно никуда не нужно будет спешить.

Когда я снова открыла глаза, за окном уже стемнело. В палате было тихо, и, повернув голову, я увидела Рида, задремавшего в кресле. Откуда здесь кресло?

Буквально через секунду он открыл глаза. Поворота головы оказалось достаточно, чтобы разбудить его?

– Как ты? – Сразу же спросил он. – Подать воды или что-нибудь еще?

– Да, воды.

Он поднес к моему рту кружку с трубочкой и придержал ее, чтобы мне было удобнее.

– Спасибо.

Джеймс кивнул.

– Боль чувствуешь? Я могу позвать персонал.

– Все в порядке. Похоже, обезболивающего мне не пожалели.

Он криво улыбнулся, в его взгляде явно читалась жалость, а после достал комм из кармана.

– Принесите еду в восьмую палату.

– Который час? – Спросила я.

– Полседьмого.

Больше я не знала, о чем с ним говорить.

Скрипнула дверь, Джеймс поднялся с кресла и пошел забирать мой ужин. Он же и завтрак, и обед.

Затем он положил мне на грудь тканевую салфетку, зачерпнул чайную ложку жидкой каши и поднес ко рту.

– Ты будешь меня кормить?

– Ты видишь здесь кого-то еще?

– Это работа медсестры.

– Я тебя чем-то не устраиваю?

– Нет, просто как долго ты собираешься выступать в роли моей сиделки?

– Сколько потребуется, Кэм. Открывай рот.

Джеймс не обманул.

Он провел со мной в палате три следующих дня. Я даже ни разу не видела, чтобы он выходил. Хотя он наверняка это делал, пока я спала, успевая возвращаться обратно до моего пробуждения. Рабочие вопросы он тоже решал исключительно по комму.

В первый же вечер я сказала ему, что ему не нужно со мной сидеть, на что он ответил, что сам решит, что ему делать.

Мы не особо много разговаривали в эти дни, только «по делу», но в глубине души я оценила его заботу. Были и другие чувства, которые я себе запрещала. Мы с Джошем решили попробовать все наладить, и даже то, что я позволяла Риду о себе заботиться, можно было считать в какой-то мере предательством.

Меня оправдывало лишь то, что Джеймс ни на миллиметр не переходил черту в общении со мной. Он вел себя почти так же сдержанно и даже немного отстраненно, как и в самом начале нашего знакомства.

Я не понимала, зачем ему так стараться ради меня. Мы больше не были парой. Более того, у меня был другой. Так что я была совершенно сбита с толку.

Джеймс тоже никак не комментировал свое поведение и ни разу не спросил меня о муже. Казалось, мы существовали в стерильном мире без прошлого и будущего, где были только стены моей палаты, он и я.

– Джош приедет завтра, – сказала я Джеймсу в пятницу вечером после того, как он скормил мне мой ужин. – Найди для меня номер гостиницы «Ориент», я хочу передать им сообщение для него.

– Какое?

– Очевидно же. Что я не приеду.

– Я могу привезти его сюда, если хочешь.

– Я бы хотела, но разве сюда могут приезжать граждане полиса?

– Так никто не делает, но это не запрещено. Не волнуйся, я обеспечу его безопасность.

Он говорил так обыденно, будто предлагал мне принести пакет молока из ближайшего магазина.

– Зачем ты делаешь все это?

– Что, это?

– Не коси под дурака! – Я начинала злиться, сама не понимая, почему. – Ты не отходишь от меня ни на шаг. Я уж было подумала, что ты хочешь восстановить наши отношения, но сейчас ты собрался привезти сюда Джоша, и я просто не понимаю тебя…

– Ты хочешь в туалет? Позвать медсестру? – Он ясно дал понять, что не собирался ничего объяснять мне.

– Нет, – ответила я и отвернулась.

– Хорошо, тогда я отойду на двадцать минут.

Я молчала. Джеймс невозмутимо поправил на мне одеяло, щелкнула дверь, и он вышел.

Глава 49.

Джеймс Рид

Впервые с того момента, как Кэм сбила машина, я оставил ее на попечение другого человека. Стейси побудет с ней, пока я не привезу в Саутвуд мужа Камиллы, точнее бывшего мужа. А… блин. Как все запутано.

Я мог бы попросить кого-то из ребят подбросить его, но Кэм с утра была вся нервная, и я решил дать ей немного пространства.

Когда она спросила меня, почему я так забочусь о ней, и я сам не знал, что ответить. Я просто не хотел, не мог оставить ее одну. Да, я сам предложил ей остаться друзьями, но проклятье, как же тяжело мне дались те слова.

Она засела во мне слишком глубоко. С ней, впервые в жизни я не стал противиться чувствам, позабыл о бдительности, о страхе… а зря. И теперь я, как последний лох, еду забирать другого мужика, чтобы отвезти его к своей любимой женщине.

Кэм сказала мне номер комнаты, где должен был остановиться Джош. Поэтому я поднялся прямиком на нужный этаж, минуя стойку регистрации. Дверь никто не открыл. Поезд из нейтрального сектора прибыл по расписанию час назад, дорога от вокзала до гостиницы занимала максимум минут пятнадцать, на такси еще быстрее. Где его носило?

Я прождал под дверью около часа и все же решил спуститься и поговорить с сотрудником отеля. Возможно, его по какой-то причине заселили в другой номер.

– Здравствуйте, подскажите, в какой номер заселился Джош Нилс? У меня с ним назначена встреча.

– Сотрудница окинула меня оценивающим взглядом.

– Он забронировал номер 405, но не стал вселяться. Другой постоялец, приехавший сегодня из полиса, просил нас передать письмо от господина Нилса, но оно адресовано женщине.

– Камилле Спенсер?

– Здесь написано Камилле Нилс, – прочла она надпись на конверте.

– Это одно лицо. В ее новых документах она Спенсер. Могу я забрать письмо? Я приехал сюда по просьбе Камиллы, она попала в аварию и сейчас находится в клинике.

– Сожалею, но письмо я смогу передать только лично ей в руки.

– Понимаю. Тогда могу я узнать номер комнаты, в котором остановился постоялец, передавший письмо? Возможно, он сможет передать Камилле что-то через меня.

– Номер 211.

– Благодарю.

Я ехал в машине и закипал. Мужик из 211-го оказался коллегой Джоша, который приехал сюда по его просьбе. Он сказал, что Джош не смог приехать, потому что у его беременной супруги возникли какие-то осложнения, и он обещал приехать на следующие выходные во что бы то ни стало. Беременной супруги, мать его!

Я уже решил, что не стану говорить Камилле о причине отсутствия ее бывшего. Ей сейчас лучше не волноваться. А в следующие выходные я все выясню лично у него.

Когда я вошел в палату, Камилла едва вздрогнула – ждала своего Джоша. А мне стало так паршиво от этого осознания. Все-таки она любила этого подонка.

– Джоша нет? – Спросила она встревоженно.

– Не приехал.

Камилла нахмурилась.

– Джеймс, скажи мне правду. Ты ревнуешь и не захотел его привозить?

Она думала, что я вру?! Этому мерзавцу, который уже обрюхатил другую она верила, а мне – нет!

– Да, я ревную, – я решил сказать правду, но только не о той женщине. – Ты… блин.., тебе признание мое нужно?! Да ты сидишь у меня в печени! Теперь довольна? Но твой Джош и правда не приехал. Я бы никогда не стал мешать твоему счастью.

– Джеймс... я.., – без сомнений, она была потрясена моей откровенностью, да и я от себя такого не ожидал.

– Я вернусь через двадцать минут, – бросил я и вышел. Нам обоим нужно было успокоиться.

Камилла

Дверь закрылась. Я осталась одна.

– Я сижу у него в печени… – прошептала в пустоту. Голос был словно не мой, по венам бежал адреналин.

Его признание было таким… ридовским. Неумолимым, как поезд на полном ходу. Острым, честным до предела.

Я смотрела на дверь, за которую он только что вышел, и не знала, что делать с тем, что чувствовала. Не могла распутать этот клубок. Перед глазами стоял Джош – наши последние дни и ночи в гостинице и наши обещания друг другу. А в груди жило другое – взгляд Рида, его руки, кормящие меня с ложки, его тихое «сколько потребуется».

Я не просила его оставаться. Я не просила его заботиться. Я бы даже хотела, чтобы он ушел, – так было бы проще всем нам. Но он выбрал быть рядом, а потом сказал мне то, что сказал.

Я закрыла глаза и почувствовала, как по щеке скатилась слеза. Я не имела права плакать. Сама ведь выбрала Джоша. Сама считала отношения с Ридом ошибкой.

Так почему мне было так больно? Почему, когда он сказал, что ревнует, внутри всё перевернулось, и я чуть не закричала «не уходи»?

Он сказал – двадцать минут. Я вытерла щёку здоровой рукой, натянула одеяло до подбородка и уставилась в потолок. У меня было двадцать минут, чтобы взять себя в руки и поступить правильно.

В прошлый раз я изменила Джошу, потому что думала, что никогда больше его не увижу. Но в этот раз у меня не было никаких оправданий.

Я вздрогнула, когда он вернулся обратно.

– Джеймс…

– Кэм, не надо... Давай забудем то, что я сказал. Тебе нужно отдыхать.

– И ты собираешься и дальше жить со мной в этой палате, будто ничего не случилось?

– Да. Мы же договорились, что останемся друзьями. Что еще тебя смущает?

– А ты не догадываешься?! Джеймс, у меня есть муж! И мы с ним решили попробовать все наладить. Я рассказала ему о нас, и он меня простил. Понимаешь?! Простил мне, что я четыре месяца спала с другим!

– Простил?! – Он снова орал. Я впервые видела в его взгляде столько ярости. – Другая женщина ждет от него ребенка! Ты здесь, в таком состоянии, а он там – заботится о ней!

Буквально одно мгновение, и я увидела страх на его лице.

– Черт, прости-прости, – затараторил он. – Я не хотел тебе говорить. Кэм, пожалуйста, не молчи. Ты как?

Он подошел к моей кровати и присел на корточки, заглядывая мне в глаза. Его рука потянулась ко мне, но остановилась на полпути, словно он боялся, что я оттолкну его.

– Я это знаю. А ты откуда знаешь? – Спросила я со сталью в голосе.

Он что, следил за нами? Прослушивал номер в гостинице? В голову лезли всякие безумные мысли.

– В гостинице был его друг, который приехал по его просьбе, чтобы передать тебе его сообщение.

– И почему же ты мне сразу не сказал? – Я все еще злилась.

– Не хотел, чтобы ты переживала.

– А сейчас я значит не переживаю.

– Прости, Кэм. Но это так неправильно. Проклятье, что я опять несу! – Он с силой потер лицо. – Хочешь, чтобы я ушел? Я позову кого-нибудь вместо себя, – не дождавшись моего ответа, он направился к двери.

– Ты всегда так делаешь! – Не выдержав, заорала я.

Он замер на месте, а после повернулся ко мне.

– Как? – На его лице читалось искреннее замешательство.

– Обрываешь разговор! Уходишь, когда тебе заблагорассудится, не дождавшись ответа!

– Я так делаю? – Он указал на себя пальцем, брови поползли вверх.

– Да! Вернись обратно! – Скомандовала я. – Теперь моя очередь говорить.

А после я рассказала ему о ситуации с Джошем, его «женой» и их ребенком. Он внимательно слушал, не перебивая, а затем снова извинился. Казалось, он хотел сказать что-то еще, но передумал.

Минуты шли, а Джеймс продолжал сидеть в своем кресле.

– Ты не уйдешь?

– Нет. Тебе нужен уход. И не волнуйся, если Джош приедет на следующих выходных, я привезу его к тебе, как обещал, и не буду вам мешать.

– Джеймс, мне неловко. Понимаешь? И после твоего признания… мы ходим по грани, – я решила быть с ним откровенной.

– Если бы он был здесь, заботился о тебе, я бы ушел, – казалось, он тоже решил ничего не скрывать. – Но его нет, и потому я здесь. Все, что я могу себе позволить, это ходить по этой проклятой грани.., но я обещаю, что ни словом, ни делом не перейду ее. По крайней мере, пока ты хочешь строить с ним отношения. Так что не гони меня... пожалуйста.

– Хорошо.

В его словах было столько обнаженной боли, что я не смогла ответить по-другому. И в глубине души я тоже хотела ходить по этой грани и верить, что это допустимо.

Глава 50.

– Ну, что, Камилла, будем выписывать тебя, – сказал мне Финн во время утреннего обхода через четыре дня после нашего с Ридом откровенного разговора.

– Уже? – Спросила я, прикидывая в уме, где я могу найти себе сиделку, ведь с моим раздробленным бедром и сломанной рукой я еще долго не смогу сама себя обслуживать. Но я понимала, что держать меня в клинике тоже не было смысла.

– Палат у нас немного, ты знаешь. Состояние у тебя стабильное, Рид уже получил от меня все инструкции.

Я мельком глянула на Джеймса, который тоже находился в палате и по-прежнему выполнял роль моей основной сиделки, хотя в последние три дня он несколько раз уезжал на пару часов по делам. А потом обратилась к врачу:

– А причем здесь он?

– Джеймс сказал, что ты будешь жить у него.

– Впервые об этом слышу, – ответила я, демонстративно глядя на Джеймса.

– Ну, разбирайтесь сами. Вот справка на выписку, – Финн положил листок на тумбочку у кровати. – Всего доброго, Камилла, Джеймс.

– Тебе не кажется, что это как-то чересчур? – Спросила я Рида, когда дверь за Финном закрылась.

– Мне кажется, что это единственное правильное решение в твоем положении. Мне пора возвращаться к работе, и днем с тобой будет сиделка, а ночью я буду в соседней комнате на случай, если что-то случится и тебе понадобится помощь. Так что мы не будем часто пересекаться.

– Дело же не в этом. Мы расстались, я не могу тебя так обременять, но буду благодарна, если ты поможешь мне найти сиделку.

– Мне нужно собрать твои вещи, – ушел он от ответа. – Давай потом разберемся, что ты можешь и что не можешь.

– Джеймс, я серьезно.

– И я серьезно. Потом.

Он невозмутимо достал мой чемодан и стал перекладывать в него мои немногие вещи, которыми я пользовалась в клинике.

Я не стала спорить, понимая свое положение. В последние дни у нас с Ридом все шло тихо-мирно, будто и не было тех его признаний в субботу. Мы даже иногда шутили и смеялись. Как например, когда он случайно испачкал мой подбородок овсяной кашей, а потом сказал, что это полезно для молодости кожи.

Единственное, что беспокоило меня в эти дни, это приближение выходных и будущая встреча с Джошем. А теперь, вдобавок ко всему, я буду переживать о том, как он отнесется к тому, что я живу у Рида? Поймет ли, что Рид – тот самый мужчина? И стоит ли мне ему в этом признаться?

С другой стороны, Джеймс действительно продолжал делать для меня так много, как никто другой. И я тоже не могла и не хотела его обижать. Джош ведь тоже живет с другой женщиной под одной крышей и сейчас, наверняка, заботится о ней. Как же все сложно.

Д жош

Я безумно переживал, что не смог поехать на встречу к Камилле. В пятницу вечером Линда упала, поскользнувшись на улице. Она позвонила мне уже из клиники.

– У вашей супруги открылось небольшое кровотечение. Мы его остановили, угрозы для беременности нет. Ей просто нужно отлежаться дома на выходных, обеспечьте ей полный покой и хорошее настроение, – сказал мне врач.

Происходило ровно то, чего боялась Кэм. Мой ребенок, еще не родившись, уже вмешивался в нашу жизнь.

Я не находил себе места всю последнюю неделю после того, как мой коллега и единственный друг, которого я посвятил в свою историю, вернулся из нейтрального сектора и рассказал, что вместо Камиллы на встречу приехал угрожающего вида мужик. Он обещал передать Камилле мое сообщение, но не объяснил, почему она не приехала сама.

**** – Джош Нилс? – Спросил у меня высокий незнакомец, когда я приблизился к своему номеру в отеле нейтрального сектора. Он стоял под дверью моей комнаты и, вероятно, ждал меня.

– Да. А вы?

– Джеймс Рид, друг Камиллы. – Представился он. – Я приехал, чтобы отвезти вас к ней.

Происходящее выглядело подозрительным. Внутри поднимался страх, за Камиллу, да и за себя тоже. Может ли быть, что это ее ревнивый бывший? Что он удерживает ее силой и сейчас намеревался похитить меня и пристрелить где-нибудь на пустырях вольных земель?

– Почему я должен вам верить?

Он молча достал из кармана комм. Я слышал, как шли гудки.

– Привет, я тут рядом с твоим мужем. Он хочет убедиться, что я его не похищаю.

Он передал мне свой комм.

– Джош, привет! – Бодрый голос Камиллы раздался из динамика.

– Кэм, с тобой все в порядке? – Мне нужно было получить ее прямой ответ, чтобы успокоиться.

– Да, я в порядке. Кое-что произошло, и я не смогла приехать лично. Джеймс привезет тебя ко мне, а потом отвезет обратно. Ты можешь ему доверять.

– Ясно, – мне было ничего не ясно. – Только скажи: что случилось?

– Эм, ну, я попала в аварию.

– Милая, все так серьезно?!

– Тихо, Джош, не паникуй. Травма ноги неприятная и потребует долгой реабилитации, но жить буду, – Кэм говорила как бы с иронией, но я знал, что это ее защитная реакция.

– Мне так жаль, милая. Я должен был...

– Я в порядке, Джош, правда. Так что верни комм Джеймсу и просто приезжай.

– Да, конечно. До встречи.

– Ага, скоро увидимся.

– Спасибо, – я протянул чужой комм.

Джеймс молча забрал свое устройство и направился к лестнице. Я последовал за ним. Мне это казалось, или я ему не нравился? Впрочем, неважно. Главное, что он привезет меня к жене.

Боги, она попала в аварию, не может ходить! А я просидел прошлые выходные с Линдой, которая была фактически в полном порядке. Совесть грызла меня изнутри: я подвел свою Кэм. Снова.

– Спасибо вам, что помогаете нам, – сказал я Джеймсу, когда мы сели в его машину.

– Я делаю это ради Камиллы, – сухо ответил он и завел мотор.

Вольные земли выглядели не так заброшенно, как я предполагал. А когда мы подъехали к небольшому особняку и мне было велено выходить, мне немного полегчало – Кэм жила в приличном месте, и я надеялся, что она была здесь в безопасности.

Когда мы вошли в просторный холл, нам навстречу вышла женщина средних лет в простом синем платье.

– Как она? – Спросил мой «водитель», еще на закрыв за нами входную дверь.

– Только что поела, ждет гостя, – женщина посмотрела на меня и улыбнулась.

– Здравствуйте, – поздоровался я с ней. В отличие от Джеймса, ее лицо было располагающим.

– Здравствуйте, Камилла наверху, сама она не может спуститься. Я вас проведу.

– Большое спасибо, – я поставил свой чемодан с вещами и подарками для Кэм и стал спешно разуваться.

– Размести друга Камиллы в гостевой спальне и передай Кэм, чтобы она написала мне, когда нужно будет отвести ее гостя обратно, – давал инструкции Джеймс.

Мне он не сказал ни слова и просто вышел за дверь.