Текст книги "Сделка с дьяволом. Часть 1 (СИ)"
Автор книги: Мариан Маринова
Соавторы: Вита Фокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 30 страниц)
Глава 23
Джин
Столкновение характеров – это достаточно проблематичная вещь. Как бы Ретт не хотел подавить меня, все мои желания вырвались наружу, стоило мне начать переживать о судьбе Дэвида. Я могу наплевать на себя, засунуть в задницу свои желания, но я не могу оставаться спокойной, когда дело касается близких мне людей. Грейсон реагировал так, словно он в своей жизни вообще никогда ни к кому не был привязан. Он не делал поблажку на то, что мне двадцать лет. Я не могу так мастерски лгать, как он и безмолвно справляться с накатившими эмоциями. Щека все еще горела от удара, и я понимала, что Ретт зол, как скотина. Но страх за Дэвида перебил страх от реакции Грейсона. Меня убивало то, что я не могу быть сейчас рядом с ним. Я понятия не имела как его состояние в данную минуту.
Уже в доме мы с жаром стали доказывать каждый свою точку зрения. Если раньше я считала его скотиной, то после всего услышанного я решила, что он – дьявол! У него нет души, в его жизни нет места человеческим эмоциям, и я никогда не смогу относиться к нему нормально. Не смотря на всю его внешнюю привлекательность, он был самым ужасным человеком, которого я когда-либо встречала в своей жизни. Паника и возмущение всколыхнулись во мне, когда я поняла, что Ретт собирается со мной делать. Как он мог?! Как ему в голову могло прийти заняться со мной сексом, когда Дэвид сейчас, возможно, лежит на операционном стол?! Какой сволочью надо быть, чтобы так обращаться с девушкой?! Я сопротивлялась, убирая его руки, выворачиваясь из его объятий, но за короткое время нашего брака я уже успела уяснить, что по силе я в десять раз слабее Грейсона.
Я голая оказалась на диване задом к нему и с широко разведенными в стороны ногами. Мои пальцы сжимали спинку дивана, и я еле сдерживалась, чтобы не взять со столика рядом хрустальную вазу и не огреть ею Ретта. Лишь остатки разума удерживали меня от этой роковой ошибки. Страх за семью, преданность и любовь к ней были сильнее. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Интересно, как этот смертник не боится, что я придушу его пока он спит? Он ломает меня, использует, унижает и думает, что это сойдет ему с рук? Когда все будет кончено и моя семья будет в безопасности – я отплачу ему. Придет время, и я сломаю его. Он будет просить о пощаде!
Я чувствовала себя испорченной дрянью, мразью, которая посмела раздвинуть ноги перед другим мужчиной, когда ее собственный находится в больнице. Но был ли у меня выбор? Задавая себя этот вопрос, я сразу приходила к выводу, что я ничего не могла поделать. Мразью в этой ситуации был Ретт, ведь именно по его прихоти я стояла сейчас к нему задом с широко раздвинутыми ногами. Его пальцы погружались в меня с завидной интенсивностью, которая через пару минут заставила мою киску истекать от вожделения. Я мучилась от бессильной ярости и проклинала тот день, когда заикнулась про его верность мне. Я и правда жалела об этом. Быть может, если бы в контракте не было прописано, что этот мужчина не может изменять мне, он бы не был так одержим моим телом. Его губы то и дело покрывали поцелуями участки моей кожи.
Проникновение его члена в мое лоно было подобно взрыву. Он так резко вогнал в его меня свой, что я вскрикнула от неожиданности и ощущения наполненности. Ретт стал двигаться, наращивая темп, явно забавляясь и наслаждаясь ситуацией. Мне оставалось только терпеть и сжимать спинку дивана, пока дьявол за моей спиной развлекался с моей дыркой. Не прошло еще и месяца с нашей свадьбы, а я уже не знаю, как смогу прожить с этим мужчиной целых пять лет и не свихнуться!
Когда Грейсон неожиданно вышел из меня, я напряглась еще больше, чувствуя подвох. Головка его члена уперлась в мой задний проход, заставляя меня понервничать. Догадка оказалась верной, Ретт хотел трахнуть меня в задницу, а я была совсем не готова к такому повороту событий. Я еще ни разу не занималась анальным сексом, поэтому все мое существо взбунтовалось против такой бесцеремонности. Я попыталась воспротивиться, но Ретт тут же пресек все мои попытки. Его голос был на удивление жутко сексуальным в сочетании с хрипотцой и низким тембром. Грейсон посоветовал мне расслабиться. Какое на хрен расслабиться, когда он тычет в мой зад этой штукой?! Вторжение его члена, в мою девственную попку заставило меня пожалеть о том, что я вообще родилась на этот свет. Не знаю зачем люди занимаются анальным сексом. Мне было жутко больно и боль не проходила. Хоть Ретт и двигался достаточно медленно, у меня все равно было ощущение словно меня разрывают изнутри. Я до боли кусала губы, не в силах сдержать рвущиеся болезненные звуки из губ. Я терпела, как могла, проклиная Ретта. Он же продолжал со смаком погружать в меня своего дружка, не обращая внимания на мои болезненные стоны. Я трахалась с мужчиной, которого ненавидела. Мужчина, с котором я хотела быть, находился в больнице, и я понятия не имела что с ним. Физическая боль, которую я испытывала стала чуть меньше, но боль от происходящего не оставляла меня.
Ретт продолжил наяривать меня в задницу. Он получил покорную жену и персональную шлюху. Моя грудь подскакивала в такт двидениям, а когда мне уже стало совсем невмоготу, я почувствовала горячие слезы, струившиеся по моим щекам. Неужели это именно моя жизнь на пять долгих лет? Неужели я так и буду куклой в его руках? Неужели я смогу вытерпеть это?
И все же мои мучения увеличиваются в сто крат, когда действия Ретта приводят к тому, что мое тело содрогается от наслаждения. Лучше пусть он делает мне больно, лучше пусть мне будет плохо, ведь терпеть это легче, нежели корить саму себя за то, что плоть слаба. Когда движения стали похожи на отбойный молоток, я поняла, что скоро все кончится. Через пару-тройку толчков, мужчина за моей спиной кончил, сжимая до боли мои бедра. Секунду спустя я на радостях подумала, что я наконец-то свободна, но не тут-то было! Ретт перевернул меня на спину и снова коснулся пальцами клитора. Мои глаза расширились, когда эта сволочь стала вновь растирать меня там, заставляя лежать под ним с раздвинутыми ногами. Он поднял мои руки и сжал запястья так, что попытки освободиться ни к чему не привели. В упор смотря в мои глаза, Грейсон стал возбуждать мое тело нехитрыми движениями. Его пальцы нежно, но в тоже время настойчиво массировали мой клитор. Ретт был умелым любовником и знал, как в рекордные сроки возбудить женский организм. Я вся горела словно в лихорадке, мысли путались, а тело с каждой секундой плавилось от удовольствия все больше и больше. Мы смотрели друг другу в глаза, и хоть в моем взгляде явно читалась ненависть к этому мужчине, в глубине все же зажегся огонек желания. С каждой секундой сопротивление становилось более плавным, я уже не дергалась, а извивалась в его объятиях. Но стоило на его лице появиться довольной ухмылке, как я тут же взбеленилась. Мое сопротивление возросло с новой силой и, чтобы ослабить его, Ретт ввел пальцы в мое влагалище. Мои бедра напряглись, а сама я выгнулась, безуспешно пытаясь освободить руки. Я была целиком и полностью в его власти, и он делал со мной то, что по своей воли я бы никогда не позволила. Я упрямо сдерживала стоны, чтобы снова не увидеть этой победной ухмылки на его лице. Как можно настолько ненавидеть человека и желать кончить? Это уму не постижимо! Я достигла той самой точки невозврата, когда ты уже не можешь отказаться от оргазма. Он неумолимо приближался, и я хотела его. Я не хотела мужчину, который лежал на мне, но желала его подарок, который он должен был в скором времени подарить мне. Как такое может быть? Я впервые испытывала настолько противоречивые эмоции. Его пальцы так умело удовлетворяли меня, что у меня не оставалось сомнений в том, что оргазм неминуем. И как только я поняла это, все во мне вновь взбунтовалось. Он купил меня! Дэвид! Я предаю его. Хочу, чтобы всего этого не было! Чтобы я никогда не была знакома с Грейсоном. Хочу, чтобы отец не влез в долги и мне не пришлось совершить самую большую жертву в своей жизни! Это мысли мелькали у меня в голове, и я в тысячный раз попыталась вырваться. Ответом мне было то, что Грейсон неожиданно нашел во мне такую чувствительную точку, что, лаская ее, за какие-то считанные секунды мое тело отозвалось таким невыносимым наслаждением, что я тут же позабыла о сопротивлении. Я замерла, выгнувшись, чуть приоткрыв ротик и застонав. Я зажмурилась, переживая один из самых сильных оргазмов в своей жизни. Не знаю, что нашло на него, но в момент, когда на меня накатили волны оргазма, я ощутила его язык у себя во рту и, видимо, по инерции, я ответила на поцелуй. Это был первый раз, когда мы целовались с ним так. Я кончала, позволяя ему целовать меня, и сама отвечала на поцелуй. К моему шоку и ужасу поцелуй был наполнен страстью, похотью и желанием. Насколько плохо мне было минут десять назад, настолько в данный момент мне было хорошо. Когда волны наслаждения утихли, я резко разорвала поцелуй. Мои глаза наполнились недоумением и неверием. Неужели я только что целовалась с ним, кончая? На смену удовольствию пришло ощущение стыда. Как я могла настолько расслабиться? Как я могла позволить себе забыться?
Да я кончила, да я ответила на поцелуй, но это было не из-за того, что я стала как-то лучше относиться к Ретту, я сделала это потому что он вынудил меня и только! Неужели он думает, что я сама бы по собственной воле отдалась ему? Нет. Ему придется всегда принуждать меня, иначе и быть не может. Мое сердце отчаянно желало оказаться рядом с Дэвидом. Грейсон не знает, что тело стоит намного меньше души. Для него плотские удовольствия всегда будут на первом месте и в этом плане его можно лишь только пожалеть. Он не знает радости того, когда женщина не только хочет тебя, но также и испытывает нежные чувства. Самое худшее наказание для него – никогда не узнать этого.
Пока Грейсон мылся в душе, я постелила на диване, легла и стала вспоминать весь прошедший вечер. Он ударил меня, насиловал, тогда как Дэвид находится в больнице и о его судьбе мне ничего не известно. Мои пальцы сжимали мобильник, ведь я все еще ждала звонка полицейского. Не знаю, что сегодня подкосило меня больше – пощечина или секс с Грейсоном. Еще ни разу за все время моего фальшивого брака я так отчетливо не понимала в какой заднице оказалась. Ретт может делать со мной что угодно: бить, насиловать, управлять всей моей жизнью и жизнями моих близких. Самое ужасное во всем этом было то, что у меня не было выбора. Мне нужно было лишь смириться. Вибрирование телефона вывело меня из задумчивого состояния. Я тут же села на диване, отвечая на звонок. Это был тот самый полицейский. Он звонил, чтобы сообщить мне новости о Дэвиде. Ножевое ранение не задело никаких жизненно важных органов. Он будет жить. Как будто огромный камень упал с моих плеч. Впервые за несколько часов на моих губах появилась улыбка.
Услышав, что Грейсон вышел из душа, я тут же легла. В доме все затихло, видимо, Ретт не был настроен гоняться за мной по дому и отправлять спать в свою постель. Сжимая телефон, и прижимая его к груди, я улыбалась, а по моим щекам текли слезы.
Когда я проснулась, то Ретта уже не было дома. Каждый раз, когда просыпалась утром, а его уже не было – это было мое самое счастливое утро. Сегодня я решила отставить все дела и поехать в больницу к Дэвиду. Я села в машину и сказала водителю адрес больниц.
– Что-то не так, Харпер?
– У меня приказ о запрете вести вас в больницу.
Я уставилась на водителя, который посмел мне сказать такое.
– Мистер Грейсон?
Это был скорее риторический вопрос, ведь я прекрасно знала ответ. Водитель кивнул.
– Ясно, – мрачно протянула я.
Да как он смеет указывать мне! Я хочу видеть Дэвида! Я должна видеть Дэвида! Мне было нечего терять и я прекрасно знала, какой тактикой нужно было воспользоваться с этим сенатором.
– Отвези меня к нему, – уверенно приказала я.
– К мистеру Грейсону?
– К нему самому! – раздраженно кинула я.
– Хорошо.
Машина тронулась с места, везя меня в логово чудовища. Я не знала где конкретно сейчас находится Ретт, но судя по тому как ехал водитель, видимо, сейчас Ретт был в банке.
Подъехав к нужному зданию, я ни слова не сказала водителю и вышла из машины. Поднявшись на один из верхних этажей, я пошла по проходу и вскоре увидела секретаршу Грейсона. Он была моей полной противоположностью: брюнетка, карие глаза, небольшого роста, большая грудь. Она была очень привлекательной, и я чуть было не хмыкнула, увидев ее. Интересно сколько раз Грейсон трахал ее на своем столе?!
– Мистер Грейсон у себя?
– Да, он ждет вас, миссис Грейсон.
Чувствуя в себе какую-то непонятную силу, я открыла дверь кабинета и вошла внутрь. Ретт сидел за столом. Стоило мне войти, как он тут же поднял голову. Совершенно спокойно, без единой эмоции на лице, я закрыла дверь и прошла внутрь.
– Чем обязан твоему визиту?
– Соскучилась, любовь моя, – ехидно сказала я, присаживаясь в кресло напротив его стола.
– Польщен-польщен, – усмехнулся он, развалившись в кресле.
Я медленно закинула ногу на ногу, позволяя Ретту насладиться видом.
– И все-таки, – через пару секунд уже более серьезно спросил Ретт.
– Знаешь, неприятная ситуация произошла. Я решила поехать к Дэвиду в больницу, а водитель сказал, что ты запретил, – мои губы тронула ангельская улыбка. – Не верю, что мой драгоценный муж может быть настолько параноиком, что верит будто его жена может оседлать больного парня прямо после того как его пырнули ножом в живот.
Я наклонила голову на бок и улыбнулась еще более нежно.
– Видишь ли, милая. Твой драгоценный просто ну очень не хочет, чтобы ты вообще виделась с ним, – Ретт так же улыбнулся.
– Любимый, – продолжая издеваться, начала я. – Неужели ты не веришь в мою любовь, раз ведешь себя настолько глупо?
– Любимая, а ты сама-то в нее веришь?
Я окинула Ретта холодным взглядом, а затем облизнув губы, спросила:
– Что ты хочешь за то, что я все-таки поеду в больницу?
Я не спрашивала поеду ли я, я утверждала. Раз наши отношения лишь бизнес и деловой подход, я воспользуюсь этим.
– Подумай хорошенько. Дважды я подобное не предлагаю.
Для пущего эффекта, я наклонила голову на бок и медленно убрала волосы на одну сторону, давая Ретту увидеть шею, которую вчера он с завидной настойчивостью целовал.
Глава 24
Ретт
На следующий день я проснулся рано утром один в постели. Я тихонько поднялся и направился в гостиную, где увидел Джин, лежащую на диване, свернувшись клубочком. Я тихонько подошел, стараясь не разбудить ее и, аккуратно накрыл своего ангела одеялом. Твою мать, она реально ангел. Ее белокурые волосы небрежно лежали на подушке, тогда как она тихо и мирно спала. Я задержал взгляд на ее лице, внимательно высматривая каждую черту. Думаю, если бы не я, ее семью трепало бы еще сильнее, но в данный момент достается лишь малышке Джин. У нее выбора нет, она должна смириться. Я тихо вышел из комнаты, а затем оделся и поехал на работу. Дел было много, но несмотря на это, я периодически отвлекался и вспоминал нежные губы Джин и удовольствие, которое получаю при сексе с ней. Я решил, что слишком много думаю о ней, а с учетом того, что она обо мне не думает вообще, я целиком и полностью погрузился в работу, совершенно не замечая, как быстро бежит время.
Я люблю контроль, люблю власть, люблю просчитывать все шаги наперед и это очередной раз дало свои плоды. Отвечая на звонок мобильного телефона, я слышу голос Харпера, который сегодня был приставлен к Джин. Он сообщил мне, что она попыталась поехать к Дэвиду в больницу, а когда ей отказали девушка потребовала отвезти ее к тому, кто запретил. То есть ко мне.
– Спасибо, Харпер, – с довольной улыбкой благодарил я его.
Связавшись на быстрой связи со своей секретаршей, я предупредил ее о том, что блондинка, которая сейчас к ней подойдет – это моя супруга и что ее нужно тут же провести ко мне, а затем никого не пускать. Я предполагал, что все те слова, которые она мне будет говорить, займут больше времени, чем одно из совещаний. Она явно будет разозлена и раздражена, но ничего, переживет. Когда же дверь в мой кабинет отворилась и в него вошла Джин, я тут же осмотрел ее с ног до головы и очередной раз убедился в том, что выглядит она просто сногсшибательно. Длинные белокурые волосы, небрежно разбросанные по плечам, на которых красовалось красивое черное платье, а ноги… Ножки моей жены эта отдельная тема, на которую я могу говорить сутками.
Джин говорила совершенно не свойственным языком для нее, употребляя в мою сторону приятные слова. Пусть я и понимал, зачем она это делает, но все-таки слышать подобное все равно приятно, пусть она и не искренне это делает. Я подыграл ей и предложение жены меня очень заинтересовало.
Вот это поворот. Мне нравится ее уверенность в себе и то, что она сейчас хитро вымогает у меня эту встречу. Она умеет быть хитрой. С одной стороны, мне нравилась ее дерзость, но с другой за нее же хотелось и наказать эту девушку. Она говорит так, будто это я должен ей денег. Смело.
– Это такая честь, любимая… А вообще, мне нравится твой подход, – я заметил, как она откинула волосы в сторону, открывая моему взору свою шейку, напоминая о том, как вчера я ее целовал. Соблазняешь? Да ладно? Мои глаза загорелись, а губы вновь тронула довольная ухмылка.
– Раз уж ты сама предлагаешь, – я сделал театральную паузу, а затем поднявшись со своего места, сделал пару шагов вперед.
Я сел рядом с ней на край стола, внимательно разглядывая ее. Прямо-таки хочется, что бы она коснулась своими губами моего члена, сосала его с упоением, двигая руками по стволу, а затем заставила бы меня кончить прямо ей в рот. Но вместо этого у меня вырвалось:
– Я хочу поцелуй.
Джин была явно удивлена. Она, видимо, больше меня ожидала минет.
– Но, чем лучше ты будешь стараться, тем больше шансов попасть в больничку к Дэвиду, – я хотел снова ощутить тот поцелуй, который у нас был вчера, когда она сама отвечала с таким желанием.
Джин недоверчиво глянула на меня и спросила, где гарантия, что я до конца исполню свою часть сделки, на что я пожал плечами и спокойно ответил:
– Ты должна мне поверить, но не волнуйся, хороший поцелуй точно будет поощрен.
Она какое-то время смотрела на меня, и я уже подумал, что она передумала. когда она поднялась со своего места и сделала шаг ко мне, поперек моего горла застрял ком. Она обвила одной рукой меня за шею, другую положила на грудь и стала медленно вести ее вверх. Я сглотнул и облизнул губы. На какое-то мгновение я поверил в ту похоть, которую она сейчас демонстрировала. Я обнял ее за талию, опуская взгляд на ее губы и чуть приоткрывая свои. Я хочу инициативы от тебя, ангел мой. Я замер, словно сейчас будет что-то важное. Странно, ведь это просто поцелуй с девушкой, которая меня ненавидит и вынуждена сейчас поцеловать.
Я скользил руками по ее идеальному телу, тогда как чуть приоткрытый рот ждал активного вторжения мягкого язычка этой куколки. Она дразнила меня, медленно приближаясь, касаясь моей груди, шеи, прижимаясь ко мне. Но вот я ощутил, как ее губки нежно касаются моих, и я машинально закрыл глаза, наслаждаясь происходящим и чуть сильнее сжимая тело своей жены. Она неторопливо ласкала своими губами мои губы, я же отвечал подобно ей. В какой-то момент она и вовсе коснулась языком моих губ, требуя раскрыть рот. Я же был только за. Я отвечал на каждый поцелуй, на каждое касание ее язычка о мой, продолжая блуждать руками по ее тонкой талии и спине. Мне нравилось то, что происходило сейчас. Я был в восторге от того, что творит эта девочка, моя девочка. Вкус ее губ, мягкость поцелуя, инициатива будоражили мое воображение. Только сейчас я понял какая она шикарная любовница, когда сама того хочет. Не знаю, хотела ли действительно она этого или все дело в сильном желании увидеть Дэвида. Я не хотел об этом думать, я хотел наслаждаться процессом, от которого у меня начало чаще биться сердце и захватывало дух. Она сильнее прижалась ко мне. Я же был только рад этому. Наш поцелуй за считанные секунды наполнился страстью и желанием. Я увидел на что она может быть способна и теперь хочу, чтобы она постоянно была такой. Меня это заводит. Я сильнее сжимал ее в своих объятиях, словно боялся, что в любой момент она может ускользнуть, но я не мог этого позволить. Когда же в процессе наших страстных поцелуев, моя детка и вовсе эротично выдохнула, внизу живота у меня заныло. С каждой секундой я понимал, что мне этого катастрофически мало. Легким движением я руки приподнял ее над землей и усадил на свой стол, устраиваясь между ее идеальных ножек. Я всем телом ощущал, как я теряю над собой контроль и уже словил себя на мысли, что хочу отодрать ее прямо на этом столе. Я страстно терзал ее губы, налегая на нее, а она же вновь не осталась в стороне и обвила ногами мое тело. Я завелся, как игрушка, для работы которой нужно покрутить ключик, расположенный на спине. Я увлекся ею, более того в данную минуту я был одержим ею. Я не думал о том, что это какой-то фарс. Я просто получал удовольствие, желая что бы оно никогда не кончалось. Мои руки с завидной скоростью исследовали тело Джин, блуждая по бедрам, заднице, талии. Мы оба были не в силах сдержать звуки, которые рвались из груди и символизировали необузданную страсть. Она сводит меня с ума! Я потирался своим членом о нее, а она же просто ерзала подо мной, тяжело дышала и продолжала неистово терзать мои губы. В какой-то момент я, не отлипая от желанных губ, прижал ее к себе и, словно пушинку, понес к дивану. Я чуть приоткрыл глаза, что бы видеть куда иду и увидел, что ее глаза тоже закрыты. Я еще сильнее прижал ее к себе и сел на диван, усаживая свою принцессу на свои коленки, широко раздвинув ножки. Ее платье задралось и это мне было только на руку. От бедер своей жены я перешел руками на аппетитную задницу, которую с интенсивностью начал наминать, то сдвигая, то раздвигая упругие ягодицы. Мое сердце колотилось, как бешенное, а дыхание с каждой секундой все больше и больше сбивалось. Я ощущал, что Джин так же завелась. По ней это было видно: то как она ерзала на мне, то как обнимала меня, то как тяжело дышала. Когда мы оба были на пике, а воздуха катастрофически не хватало, Джин на какие-то доли секунд отстранилась от моих губ, но продолжала еле их касаться, а затем интимно и хрипло прошептала:
– Ретт…
Она в поцелуе назвала меня по имени. Я словно от этих слов зарядился еще большей энергией, откуда не возьмись в легких появился воздух, а также безудержное желание. Резко развернув ее, и подмял под себя. Мы снова стали целоваться. Мне было плевать на все, ведь мои мысли целиком и полностью принадлежали женщине подо мной. Я лежал между ее ног, а она явно ощущала твердое желание. Я стал немного двигаться на ней, в то время как мои руки ласкали ее задницу и бедра. Как можно из невинного ангела в доли секунд превратиться в сексуальную, похотливую фурию?! Как?! Джин, ты удивила меня, ты открыла мне новую себя. Ты открыла для меня женщину, которую я буду хотеть еще больше. Ты вырыла нам обоим глубокую могилу, в которой мы явно будем вдвоем.
Однако стоило ей отстраниться от меня, как ее лицо тут же приобрело безразличный вид, что меня взбесило.
– Где моя награда?
Ты действительно хочешь поговорить об этом в такой момент?! Да ты сама небось потекла от того, что творилось между нами. Так какого хрена сейчас делаешь из себя невинную овцу?
Слишком велико было мое наслаждение, чтобы отпустить женщину прямо сейчас, поэтому я тут же коснулся подушечками пальцев бедер девушки и пополз ими вверх к внутренней стороне бедра. В это время я внимательно смотрел в ее небесно-голубые глаза и удивлялся тому, какой оказывается хорошей актрисой она может быть.
– Если ты сделаешь это, я больше никогда не поцелую тебя так, как сейчас, – холодно и безразлично произнесла она.
Ах ты сука. Да, черт возьми, мне понравилось, как она поцеловала меня и, да я хочу еще. И вот тут передо мной возник выбор: отдать победу ей и потом снова получить ее похотливую, или же наплевать на все и трахнуть ее прямо тут. Спокойно глядя в ее глаза, я протянул:
– С тобой будет Харпер, в палате в том числе.
– Окей, – спокойно протянула она.
Меня раздражало ее спокойствие. Я-то думал, что она действительно завелась. А это был лишь фарс! Возмущение внутри меня возросло в стократ. Внешне же я все еще оставался безразличным к происходящему, дабы не показать никакой слабины. В любом случае, больше такие трюки у нее не пройдут.
– Ты что-то пытаешься мне доказать?
Я приподнялся, поправляя воротник на рубашке.
Джин так же спокойно поднялась и поправила одежду. Я внимательно наблюдал за ней. Мой взгляд блуждал по ее фигуре.
– Тебе? Что-то доказать? Я не настолько глупа.
Я усмехнулся, гордясь собой. Может тут и нечем гордиться, но я люблю, когда люди понимают, что бодаться со мной бесполезно.
– Я скажу Харперу, чтобы отвез тебя в больницу и не отходил не на шаг, после он отвезет тебя туда, куда захочешь, – спокойно сказал я, затем еще раз окинул ее взглядом и спросил. – Это все, что ты от меня хотела?
– Да, дорогой, – с улыбкой сказала она.
