Текст книги "Ищу маму себе и папе (СИ)"
Автор книги: Мари Дион
Соавторы: Вильда Кранц
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
Глава 33
Второй раз за вечер!
Зажимаю рот ладошкой, но фонтан из горячего чая, слава богу, не такой большой, как в первый раз, всё равно успевает забрызгать стол, Максима и меня саму.
Капли стекают по подбородку, с привкусом мелиссы и моего собственного стыда. Пальцы дрожат, ладонь прижата к губам так сильно, что кожа белеет.
Глаза щиплет, в горле першит, а в голове крутится вопрос.
Ну почему я такая неуклюжая рядом с ним? Почему именно сейчас, когда мы обсуждаем важные темы?
– Как завтра? – хрипловато вырывается у меня.
Горло сжимается, слова царапают изнутри. Словно наждачкой по нему прошлись.
Максим даже бровью не ведёт. Встаёт, берёт свежее полотенце с крючка у раковины и начинает вытирать стол. Спокойно, методично, как будто не я только что устроила мини-потоп на его идеально чистой кухне.
Движения уверенные, сильные, и я невольно слежу за тем, как ткань скользит по дереву, как капли собираются в одну линию, как его пальцы, широкие, с лёгкими мозолями, сжимают полотенце.
Он всегда такой собранный, даже когда я готова биться в истерике.
Единственный раз было на парковке, когда он дал тому мажору по роже.
Так Яна! Отставить эти воспоминания.
– Просто. Распишемся и дальше буду оформлением документов заниматься. Ещё на курсы родителей будем ходить, – отвечает он так буднично, будто обсуждает доставку груза, а не нашу свадьбу.
Свадьбу!
Слово отдаётся в груди тяжёлым эхом, как удар. Смотрю на него, на его широкие плечи, на то, как рубашка натягивается на спине, когда он наклоняется, и пытаюсь осознать происходящее.
Завтра я стану его женой. По документам. По необходимости. По… любви к Варе.
Но внутри что-то сжимается, будто кто-то невидимый стягивает веревки вокруг сердца, и я не могу дышать.
Это не настоящая свадьба. Это… временно.
Он прав. Всё логично. Оформить опеку, курсы, чтобы не отобрали ребёнка, всё по плану.
Но я не думала, что всё будет так быстро. Ещё вчера я жила в общаге, считала копейки, а сегодня… сегодня я сижу в пижаме на кухне можно сказать миллионера, который завтра станет моим мужем. И я не знаю, радоваться мне или плакать.
Мысленно перебираю свой гардероб. Практичный гардероб где ни одной юбки то нет. Потому что носить я их не могу. Боюсь.
Поэтому и никаких платьев, никаких туфель, ничего на выход нет. Каждая копейка была на счету. Учёба, еда, транспорт.
А теперь получается, что замуж я выйду в обычных джинсах и футболке.
Как-то тоскливо от этого становится.
Внутри просыпается девчонка, которую я давно задушила. Та, что втайне мечтала о белом платье, о цветах, о том, чтобы кто-то смотрел на неё так, будто она единственная на свете.
О приятном ужине, о шампанском, о том, чтобы хотя бы раз почувствовать себя не борцом за жизнь, а… невестой.
Представляю, как стою в ЗАГСе в старых кроссовках и все смотрят с жалостью, с насмешкой. Бедная девочка, вышла за богатого, а даже платья не заслужила.
Глупо так думать.
Какое кому дело в чём я выйду замуж. Тем более фиктивно по сути.
Отгоняю мысли, но они цепляются, как репейники. Максиму и так трат выше крыши. Обустройство Вариной комнаты, Варя, курсы, опека.
А я ещё праздник тут хочу?
Не будь эгоисткой, Яна. Это всё для дела. Для Вари. Для её будущего. Моё "хочу" тут абсолютно не причём.
Но на сердце всё равно неприятно, как будто я предаю саму себя, соглашаясь на это.
Мы допиваем чай. Доедаем пирожные из коробки. Замечаю, что Максим не побрезговал теми, на которые попал чай из моего последнего фонтана.
Берёт корзиночку, откусывает, будто ничего не было. И от этого внутри всё переворачивается. От того, что он не отталкивает, не ругает, не делает из этого проблему.
Он принимает меня. Даже такую неуклюжую, в пижаме и всю залитую чаем.
После мы сухо прощаемся. Максим остается внизу, когда я поднимаюсь к себе в комнату. Принимаю душ и забираюсь в кровать.
Простыни приятно прохладные, укрываюсь одеялом до подбородка, но сон не идёт.
Завтра я выйду за него замуж.
В джинсах. Без платья. Без цветов.
Но с Варей.
И с ним.
Ворочаюсь и никак не могу найти удобное положение. Хотя кровать просто идеальная для сна. Но чай с мелиссой мне ни черта не помог.
В голове крутится всевозможные опасения. Понимаю что сама себя накручиваю. Максим не похож на полого человека. Но все мы знаем, что наш мозг всегда предполагает только самые худшие варианты. Вот и мой старается на славу. Чуть ли не бомжом меня после всего этого рисует.
Ну бред же!
Так и засыпаю с этими мыслями, с тяжестью в груди и странным, тёплым трепетом где-то в животе. Под утро.
Просыпаюсь резко, потому что на меня сверху что-то упало. Тяжёлое, тёплое, шевелящееся. Тёплые ладошки Вари хватают меня за щёки, её дыхание пахнет молоком и сном.
– Мама-Яна, пора вставать! Мы с папой уже завтрак приготовили! – радостно заявляет она, подпрыгивая у меня на животе.
Моргаю, пытаюсь сфокусироваться. Часы на тумбочке показывают девять.
Девять?!
Максим не на работе. А я забыла будильник поставить.
Растяпа!
Варя крутится рядом, приплясывает, чуть не падает с кровати. Я успеваю подхватить её за талию. Тёплая, лёгкая, как пёрышко.
– Осторожно, маленькая!
Умываюсь быстро, брызгаю холодной водой в лицо, чтобы проснуться! Капли стекают по шее, холодят кожу. Варя стоит рядом, смотрит, как я чищу зубы, и рассказывает, как папа резал огурцы, а она перемешивала яйца.
Её голос звенит, как колокольчик, и я улыбаюсь, несмотря на всё.
Спускаемся на первый этаж. Пахнет омлетом, свежими овощами, хлебом.
На кухне накрытый стол. Три тарелки с пушистым омлетом, миска с салатом, бутерброды с сыром и ветчиной. Всё аккуратно, красиво, по-домашнему.
Максим стоит у кофемашины, в белой рубашке, рукава закатаны. Бросает на меня взгляд и мурашки бегут по телу, от шеи до кончиков пальцев.
Его серые глаза, как грозовые тучи, и в них что-то, от чего дыхание сбивается.
Вчерашний поцелуй вспыхивает в голове, как вспышка. Губы горят, будто он только что оторвался.
Не думай, Яна, не думай! Это было… от его адреналина в крови.
– Быстро завтракаем и едем готовиться к свадьбе, – ставя на стол чашки с кофе, заявляет он.
– А что готовить нужно? – помогая Варе забраться на высокий стул, спрашиваю я.
Её платьице задирается, колготки сползают, я поправляю, глажу по спинке.
– Платья тебе и Варе, причёски, туфли, – перечисляет Максим, и в его голосе – ни тени сомнения.
Я замираю с кружкой в руке.
– Урааааа! – кричит Варя, а мне от радости плакать хочется.
Глава 34
Смотрю на Варю. Её глазёнки сияют, как две маленькие звёздочки, ротик раскрыт в восторге, и она подпрыгивает на стуле, будто внутри неё заведена пружинка.
– Урааааа! – кричит она.
И этот крик такой чистый, такой детский, что у меня от радости плакать хочется.
Моё солнышко. Я бы всё отдала, чтобы ты всегда так сияла.
Улыбаюсь ей, не в силах сдержаться. А потом поднимаю взгляд на Максима и внутри всё переворачивается, будто кто-то вывернул меня наизнанку.
Он тоже улыбается. Открыто. Широко. С ямочкой на щеке. И в этой улыбке нет ни капли той холодной властности, к которой я привыкла. Только тепло. Только любовь.
Он без ума любит эту малышку. И от этой мысли сердце сжимается.
Как мы будем дальше?
Я понимаю, что тону в нём, а он… он просто делает дело.
Мы завтракаем под весёлое щебетание Вари. Она машет ложкой, как дирижёрской палочкой, и описывает платье, которое хочет себе.
– У меня будет розовое! Нет, золотое! С блёстками! И с бантиком сзади! И у мамы-Яны будет белое, как у принцессы, с длинной юбкой, чтобы я могла за ней бегать и она кружилась!
Богатая у малышки фантазия, – думаю я, и улыбка сама собой растягивает губы.
Она рисует в воздухе руками, сыплет словами, как конфетти, и я ловлю каждое, потому что это её мечта, её сказка, и я хочу, чтобы она сбылась.
Я уже люблю её всей душой.
С ужасом думаю, что когда придет время уйти, она быстро забудет меня? Или будет плакать по ночам?
Волнение накатывает волной, от это кучи вопросов, крутящихся в голове. И главный из них.
Как мы будем жить дальше?
Я попыталась намекнуть Максиму, что может не стоит тратиться. На что получила такой красноречивый взгляд, что желание его переубеждать отпало моментально.
И надо признаться честно перед самой собой. Мне безумно приятно, что он настоял на своём решении.
После завтрака мы собираемся. Я надеваю джинсы и футболку, привычные, как вторая кожа.
Однако сегодня они кажутся чужими, тесными. Улыбка сама по себе растягивается на губах. Я не просила его ни о чем таком. Просто вчера мечтала перед сном. А сегодня Максим, как волшебник решил исполнить моё желание.
Скоро я буду в платье. Его женой.
А потом?
Лучше об этом сейчас не думать, – отгоняю от себя мысли.
Максим уже стоит внизу, в рубашке и брюках. Варя в платьице с зайчиком на груди.
Он берёт её на руки, и она обхватывает его шею, как маленькая обезьянка. Я спускаюсь к ним, и мы выдвигаемся.
Максим везёт нас в город. Машина мягко скользит по дороге, Варя прижата к окну, нос прилип к стеклу, и она комментирует каждую машину, каждый светофор.
Сегодня я сижу рядом с Максимом, и его запах заполняет салон. Вдыхаю украдкой, и внутри всё трепещет. Его запах. Его голос. Его руки на руле.
Размышляю о том, хочу ли я, чтобы это было навсегда?
И сама же себе боюсь ответить на этот вопрос. Этот поцелуй смешал все мои рациональные мысли в голове. А моя реакция на него ещё больше.
Потому что впервые я не замерла истуканом, когда меня целовали. Я получила удовольствие.
Понимаю, что надо выкинуть все эти мысли из головы.
Максим сегодня и намёка не дал, что это что-то да значит. А я уже скорее напялила розовые очки и сижу мечтаю о том, чего и в помине нет.
Он делает всё ради Вари.
А я… я похоже влюбилась. И это пугает до дрожи.
Сначала приезжаем в детский магазин. Огромный, светлый. Варя выкручивается из рук Максима и бежит к стойке с платьями, как маленький ураган.
– Вот это! – кричит она, тыча пальцем в платье цвета шампанского.
Оно висит на вешалке, переливается, как жидкое золото. Тонкая ткань, мелкие стразы по подолу, рукава-фонарики, поясок с бантиком.
Консультант, молодая девушка с доброй улыбкой, снимает его, и Варя уже тянет ручки.
– Давай примерять! – мягким голосом, говорит Максим.
В примерочной Варя вертится, как юла. Платье садится идеально, подчёркивает худенькие плечики, юбка колокольчиком, стразы сверкают при каждом движении.
– Ты принцесса, – шепчу я.
Варя радостно кружится, юбка взлетает, стразы искрятся. Маленькая принцесса.
Максим смотрит на неё, и в его глазах замечаю такаю нежность, что у меня перехватывает дыхание. Он гладит её по голове, и Варя прижимается к его ноге.
Платье куплено. Варя выходит из магазина, как маленькая королева, платье в пакете, а она уже планирует, как будет в нём танцевать.
Дальше максим привозит нас к магазину "I Am Studio".
Вижу вывеску, и внутри всё сжимается. Сюда ходят невесты. Настоящие. А я…
– Здесь же дорого, – почему-то шёпотом произношу я.
– Нормально, – отвечает Максим, и в его тоне ни капли сомнения.
Мы заходим. Внутри тихо, мягкий свет. Полы блестят, платья на вешалках, как произведения искусства.
Девушка-консультант с улыбкой подходит к нам.
– Чем могу помочь?
– Идеальное платье для этой красивой девушки, – твердо произносит Максим.
Он сказал красивой?! Про меня. Сердце начинает колотится, как бешеное.
Девушка кивает, провожает меня в примерочную. Зеркала в пол, мягкий свет, бархатный пуфик.
– Подождите пару минут, я вернусь с платьем, – говорит она и исчезает.
Раздеваюсь и остаюсь в белье.
Смотрю на своё отражение в зеркале. Рыжие волосы слегка растрепаны, веснушки на носу, глаза огромные от волнения.
Дверь открывается. Девушка приносит платье.
Я уже вижу, что оно великолепное. Белое. Чистое. Как снег.
С её помощью надеваю платье. Корсет обхватывает талию, подчёркивает изгибы. Грудь эффектно приподнимается. Юбка-карандаш облегает бёдра, подчёркивает ноги.
Оно без верха, только тонкие бретели на плечах. Поворачиваюсь к зеркалу и замираю.
Это я?
Кожа светится на фоне белого. Волосы огненные, как пламя. Глаза сияют.
Не узнаю себя. Какая-то красотка стоит передо мной вместо меня.
– Сейчас принесу туфли. У вас же тридцать шестой размер? – уточняет девушка.
Киваю, не в силах говорить.
Туфли приносят через пять минут. Белые, на тонком каблуке, с тонкими ремешками. Я обуваю их и теперь вообще глаз не оторвать.
Ноги кажутся длиннее, талия тоньше, осанка королевской.
Выхожу из примерочной.
Максим с Варей на руках стоит недалеко, рассматривает платья. Они одновременно поворачиваются ко мне.
И оба замирают.
Варя открывает рот. Глаза как чайные блюдца.
А Максим…
Глава 35
Кажется, что воздух становится густым, как сироп.
Варя на руках максима открывает рот, будто хочет что-то сказать, но не может выдавить ни звука.
А Максим… он смотрит. Не моргая.
Серые глаза медленно проходятся по мне сверху вниз, задерживаются на груди, на талии, на том месте, где юбка плотно обхватывает бёдра. Потом поднимаются обратно к лицу.
Чувствую, как щёки начинают гореть.
Консультант что-то тихо говорит, но я не слышу.
Только его взгляд. Тяжёлый. Горячий.
Я и сама рассматриваю Максима в ответ. Он подстригся, подровнял свою щетину, наверное в барбершопе. И оделс как настоящий жених. белая рубашка, костюм с приталенным пиджаком, который подчеркивает ширину его плеч.
Сама себе завидую, что выхожу замуж за такого красивого мужчину.
Он ставит Варю на пол, и он тут же бросается ко мне, обхватывает мои ноги обеими руками.
– Мама-Яна, ты как настоящая принцесса! Только ещё красивее! – говорит она так громко, что я вздрагиваю.
Максим идет ко мне, не разрывая зрительного контакта. Останавливается совсем близко.
Вижу, как напрягаются желваки у него на скулах. Он не улыбается. Он просто смотрит, будто пытается запомнить каждую мелочь.
– Подойдёт, – своим низким, ставшим хрипловатым голосом произносит он наконец.
Хочется что-то сказать, но язык прилипает к небу.
Если Максим и дальше продолжит на меня так смотреть, я за себя не ручаюсь.
Он разворачивается, идёт к кассе. Краем глаза вижу цифру на экране терминала и чуть не задыхаюсь. Сумма такая, что у меня за несколько месяцев работы не набирается.
А он просто прикладывает карту, вводит пин-код, даже не моргнув. Как будто это мелочь на кофе.
Мы выходим на улицу. Солнце бьёт в глаза, а ветерок холодит горящие щеки.
Максим в одной руке держит чехол с платьем, в другой Варю. Она обнимает его за шею и что-то шепчет ему на ухо, он кивает, уголок рта едва дергается в улыбке.
Задумали что-то точно!
В машине Варя требует, чтобы я села сзади с ней. Она тут же прижимается ко мне всем тельцем, кладёт голову мне на плечо.
– Ты будешь самая красивая невеста на свете, – шепчет она мне в ухо. – Папа так на тебя смотрел… как в кино, – округляя глазки, доверительно делится со мной Врая.
Краснею ещё сильнее и глажу её по волосам.
Максим смотрит в зеркало заднего вида. Наши взгляды встречаются на секунду. Я быстро отвожу глаза.
Мы заезжаем в кафе перекусить, а после он отвозит нас в салон красоты, целует Варю в макушку, мне кивает.
– К половине четвертого заеду за вами. Не сбегайте, – подмигивает он и уезжает.
Следующие часы пролетают как в тумане. Мастера вьются вокруг нас, как пчёлки. Варе делают красивую прическу, с цветами в цвет платья, мне тоже, только получается она пообъемнее, иза буйных кудряшек.
Маникюр нежно-розовый, почти незаметный. Макияж – будто его и нет, но глаза стали огромными, губы пухлыми, кожа светится.
Варя то и дело поворачивается ко мне, улыбается своему отражению, потом моему.
– Мы с тобой как королевишны, – говорит она и хихикает.
Я улыбаюсь в ответ, хотя внутри всё трясётся. Этот день, как сказка. И я боюсь, что в полночь всё исчезнет.
Переодеваемся прямо в салоне. Я надеваю платье, и зеркало в полный рост показывает мне чужую женщину. Красивую. Уверенную. Счастливую.
Я чуть не плачу.
Варя уже в своём золотистом платьице крутится перед зеркалом, юбка летит колокольчиком.
– Папа сейчас упадёт от такой красоты! – радостно приговаривает она.
И правда упал бы. Потому что когда Максим заходит в салон, я замечаю, как у него на миг перехватывает дыхание.
Он замирает в дверях. Смотрит, дольше, чем в магазине. Глаза темнеют, становятся почти чёрными.
Ой мамочки! Кажется я пропала. Всю меня трепет охватывает и предвкушение.
Кажется наш фиктивный брак, только на слова фиктивным будет.
В машине смотрю в окно, но чувствую взгляд Максима на себе.
Внутри всё переворачивается. Потому что я вдруг понимаю: я хочу, чтобы это было по-настоящему. Не фиктивно. Не ради документов.
Но тут же одёргиваю себя резко.
Глупая.
Как только мы распишемся, я сниму это платье, смою макияж, переоденусь в свои вещи, максим перестанет вот так на меня смотреть.
До этого же так и было.
Так что нечего губу раскатывать. Не нужна ему обычная девчёнка.
Я буду просто няней. Которую можно будет уволить, когда найдёт кого-то получше.
А сегодня просто день. Один день. Красивый, как открытка. А потом всё вернётся на свои места.
Сглатываю ком в горле и смотрю в окно, чтобы он не увидел, как у меня дрожат губы.
Мы подъезжаем к ЗАГСу.
Как оказалось, у нас не просто роспись, а настоящая церемония, с красивой речью работницы загса будет.
Внутри пахнет цветами и свежестью. Работница в строгом костюме забирает наши паспорта, улыбается широко, что я невольно улыбаюсь в ответ.
Мы садимся в холле на мягкие диванчики. Варя тут же бежит к большому зеркалу, начинает крутиться, поднимает юбку, строит рожицы, хихикает.
Смотрю на неё и пытаюсь дышать ровно. А внутри всё вибрирует.
Всё таки это моя первая свадьба, хоть и фиктивная.
Я мечтала выйти замуж раз и навсегда, но эти две пары серых глаз спутали мои планы.
Невольно представляю, если бы это было по-настоящему…
Если бы смотрел на меня не как на временное решение, а как на свою женщину…
Тут же трясу головой, будто могу вытрясти эти мысли.
Хватит, Яна. Не смей. Это всё только для Вари.
Но глаза сами поднимаются на Максима.
Господи.
Он стоит у окна, свет падает прямо на него. Чёрный костюм сидит как влитой, белая рубашка ослепляет.
Он такой… нереальный. Как с обложки. Нет, даже лучше.
Быстро отвожу взгляд.
Конечно, такой как Максим, никогда не захочет по настоящему жениться на такой как я.
Он никогда не выберет меня по-настоящему. Я девчонка из общаги, которая моет чужие полы. А он… он может выбрать любую. Красивую, уверенную, с нормальной семьёй, с деньгами, с будущим. А не такую, как я. С прошлым, от которого до сих пор тошнит, и с чемоданом страхов за спиной.
– Лукина и Руднев! – зовут нас.
Вздрагиваю. Максим поворачивается, протягивает руку. Я вкладываю в неё свою, и пальцы сами сжимаются.
Мы идём в зал. Цветы, тихая музыка. Варя бежит впереди с букетом, встаёт на место свидетельницы и лучезарно улыбается. Для неё это тоже праздник.
Женщина в костюме начинает говорить, но я почти ничего не слышу, только биение своего сердца и тёплую ладонь Максима. Он переплетает наши пальцы. Крепко.
И сейчас только об этом и могу думать.
Слава богу я вставляю своё да в нужном месте.
– Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту, – заканчивает торжественно работница загса.
– Горько-о-о-о! – почти орёт Варя, что у меня уши закладывает.
Максим поворачивается ко мне. Медленно. Берёт за талию обеими руками. Притягивает к себе так, что я оказываюсь прижатой к его груди. Поднимаю глаза.
Он смотрит сверху вниз. Несколько секунд. Длинных. Бесконечных.
Ну не будет же он меня целовать по-настоящему? Это же просто формальность…
Оказалось, будет.
Его губы накрывают мои. Резко, уверенно, без предупреждения. Он не просто касается, он словно берёт своё по праву.
Все мысли из головы вылетают.
Я пропала, окончательно и бесповоротно, потому что отвечаю на его поцелуй.
Глава 36
Максим
Всё. Выдержка летит к хуям.
Целый день руки чесались сжать её в объятия. С самого утра, когда она вышла в этом платье, я едва держался.
А тут ещё Варя на ушко, пока я нёс её в машину, решила уточнить: "Пап, ты же будешь нашу маму целовать, когда поженитесь?"
После этого, я как малолетний пацан в пубертате. Только и думаю, как бы прижать Яну к себе и не отпускать.
Притягиваю её к себе. Смотрю несколько секунд, давая ей возможность отстраниться, остановить меня. Но вижу в её глазах только ожидание.
Губы чуть приоткрыты, щёки горят, грудь поднимается чаще.
Я старался, честно.
Накрываю её губы своими и забываю, где мы вообще находимся.
Целую жадно, глубоко.
Язык скользит по её нижней губе, она вздрагивает, не отстраняется. Наоборот, подаётся навстречу.
Вкус сладкий, с лёгкой мятой. Прижимаю её сильнее, пальцы впиваются в талию, ладонь второй руки поднимается к затылку, впиваюсь в рыжие волосы. Она тихо стонет мне в рот, и у меня в голове всё вырубается.
Только она. Только её тепло, дрожь, мягкость. Хочу проглотить этот стон, хочу, чтобы она ещё раз так выдала. Хочу, чтобы она всегда так реагировала на меня.
Где-то на задворках сознания слышу:
– Ураааа! – это Варя кричит.
Яна тут же замирает. Вместе со мной улетела рыжая соблазнительница. Не в том плане, что специально соблазняет, а в том, что я сам на неё смотрю и меня тянет как магнитом.
А после вчерашнего поцелуя… В общем, из головы не выходит. Остальные слова в голове строго восемнадцать плюс, и я их себе прокручиваю по кругу весь день.
Отпускаю её медленно.
Она тут же скромно отводит глаза, щёки пылают.
Регистраторша что-то говорит напутственное, я киваю на автомате. Подхватываю Варю на руки. Принцесса моя тут же обхватывает меня за шею здоровой рукой, крепко прижимается и сияет улыбкой так, что у меня внутри всё переворачивается.
Яну притягиваю к себе второй рукой.
В этот момент внутри разливается тепло, такое правильное, настоящее, что я даже дышать забываю. Всё на своих местах. Мои девочки рядом. Моя жена. Моя дочь.
Влип ты, мужик, улыбаюсь сам себе. И, блядь, как же это хорошо.
Попрощавшись, выходим из ЗАГСа. Дальше едем в ресторан с большой игровой детской зоной.
Надеюсь, Яна не будет против. Потому что Юля бы точно надула губы. Сказала бы, что это не её уровень. Она дама с достоинством, любящая места подороже.
А мне похер на уровень. Мне важно, чтобы мои девчонки были счастливы.
Усаживаю их в машину. Варя просит Яну сесть с ней. Не спорю. Они там шепчутся, хихикают. Я смотрю в зеркало и ловлю себя на том, что не могу отвести глаз.
Очень наша мама красивая сегодня. Да и вообще красивая. А сегодня просто огонь.
Из пацанки превратилась в принцессу. Надо будет новый гардероб организовать. А то я вижу, как она стесняется своих джинсов и футболок. Хочу, чтобы у неё были только положительные эмоции. Чтобы не считала копейки.
Везу девчонок в ресторан. Когда заходим внутрь, Варя пищит от радости, увидев детский полигон. И правда, там огромная зона, батуты, горки, лабиринты, даже аниматор в костюме единорога.
Смотрю на Яну и жду реакции. А у неё улыбка во все тридцать два и лёгкая зависть в глазах. Словно сама туда хочет.
А что, поедим и устрою.
– Максим, это же просто… – она замолкает, подбирает слова. – Ты очень правильное место выбрал для праздничного ужина.
– Волновался, что тебе не понравится, – честно признаюсь.
Она округляет глаза на пол-лица. Я залипаю на них. Разные. Один голубой, другой карий. И сейчас оба светятся.
Нас провожают к столику. Для Вари ставят детский стул. Только она на нем едва усидеть может. Все глаза у ней в детской зоне.
Как только приносят заказ, Варя сметает всё моментально.
– А теперь можно идти играть? – строит умоляющие глазки.
– Да, – синхронно отвечаем мы с Яной.
Помогаю дочери слезть, и она ураганом уносится к аниматору.
Мы остаёмся вдвоём и наслаждаемся вкусной едой. Люди, проходящие мимо, поздравляют нас. Яна каждый раз краснеет, тихо благодарит.
Мне нравится, как она смущается. Хочется её ещё больше смущать.
– Может, тебе вина заказать? – спрашиваю.
Она замирает с вилкой в руке, креветка так и не доехала до рта.
– Так вы же не пьёте? Я одна не буду, – мотает головой.
– Вечером по-настоящему отметим, – бросаю и перевожу тему.
Расспрашиваю её про учёбу. Оказывается, она на психолога учится, заочно. Мечтает помогать людям.
Глаза загораются, когда говорит об этом.
Однако она неохотно рассказывает о личном, поэтому показываю пример.
Рассказываю, кем работаю, как начинал простым водителем, как поднимался. Что люблю порядок, контроль, скорость. Что терпеть не могу ложь и слабость.
Яна смотрит восторженно. И мне, блядь, приятно. Хочется грудь колесом выставить. Хочется сразу что-нибудь для неё сделать, чтобы она продолжала так смотреть.
А что нам, мужикам, надо? Знать, что ты герой для своей женщины. И всё. Он от тебя никуда не денется.
Яна оттаивает, сбрасывает осторожность. Рассказывает про детство, про родителей.
А потом пропускает последние четыре года. Лицо меняется, глаза темнеют. Вот тут что-то было. Что-то, от чего она до сих пор вздрагивает, когда я громче говорю.
Ладно. Потом выясню. А сейчас надо вернуть свет в эти глаза.
– Идём к Варе. Посмотрим, как она там, – предлагаю.
– А разве можно? – с опаской спрашивает.
– А ты видела табличку нельзя? – приподнимаю бровь.
Она мотает головой, а в глазах жгучий интерес.
Ну дитя дитём.
Поднимаюсь первым, подаю ей руку. Она делает глубокий вдох, вкладывает ладонь в мою.
Позволяю себе секундную слабость, притягиваю её к себе. Крепко.
Её изгибы идеально подходят к моему телу. Она такая маленькая рядом со мной. И такая моя.
Яна поднимает глаза. Смотрит вопросительно.
Знала бы ты, рыжуля моя, что я уже себе в мыслях напредставлял. И не раз. И не два.
