Текст книги "Ищу маму себе и папе (СИ)"

Автор книги: Мари Дион

Соавторы: Вильда Кранц
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13

Осенний воздух холодит щёки, пока я топаю к общежитию. В голове крутится карусель из мыслей, и они, как назло, возвращаются к Варе и её отцу.

Как же громко хлопнула та дверь! Словно я не просто из дома вышла, а целый мост за собой сожгла. В груди до сих пор ноет, когда вспоминаю Варины глаза, огромные, готовые вот-вот расплакаться. И этот её облезлый заяц, которого она так крепко прижимала… Тьфу, Яна, хватит!

Нужно выкинуть эти мысли.

Добираюсь до общаги. Дверь в нашу комнату со Светой тихо скрипит. она сидит на кровати, скрестив ноги, и листает что-то в телефоне. На ней джинсы и чёрная футболка с каким-то жутким принтом. Увидев меня, она вскидывает брови.

– Ну что, готова покорять бар? – тянет она с улыбочкой, от которой хочется закатить глаза.

– Не начинай, – бурчу я, скидывая рюкзак на пол. – Дай хоть дух перевести.

Света хихикает, отбрасывает телефон и подскакивает с кровати.

– Да ладно тебе, не тухни! Менеджер сегодня смену проверяет, так что самое время для собеседования. Если зайдёшь с правильной энергией, считай, работа в кармане.

Я только хмыкаю. Энергия у меня сейчас, как у выжатого лимона.

Открываю шкаф, перебираю свои вещи. Джинсы, пара футболок, одна приличная блузка, которую я берегла для особых случаев. Сегодня, похоже, тот самый случай.

– Эта подойдёт? – показываю Свете бежевую блузку с аккуратным вырезом.

Она прищуривается, будто эксперт на модном показе, и качает головой.

– Не, Яна, это слишком… строго. В баре надо быть поярче. Надень что-нибудь поживее. И серьги, что ли, добавь. Распусти волосы, а то с пучком ты как уборщица.

– Я и есть уборщица, – огрызаюсь я, но всё-таки тянусь к ящику, где валяется пара серёжек-гвоздиков. – И вообще, я работать иду, а не красоваться.

Света закатывает глаза. Пока я переодеваюсь, она тянет меня к зеркалу и суёт в руки свою косметичку.

– Хоть ресницы накрась, Яна. Ты же не на завод идёшь, а в бар. Там надо быть… – она делает театральную паузу, – заметной!

Фыркаю, но тушь беру. Провожу щёточкой по ресницам, смотрю на своё отражение.

Один глаз карий, другой голубой. Варя и её "солнце и звёзды" снова лезут в голову. Чёрт, ну почему эта малышка так запала мне в душу?

– Погнали, – Света уже стоит у двери, накинув куртку. – Мне на смену пора, а тебе с менеджером говорить. Он опозданий не любит.

Киваю, хватаю куртку, сумку и выхожу за ней.

На улице уже темно, фонари тускло светят, а ветер пробирает до костей. Пока идём к бару, Света без умолку говорит про работу.

Как правильно улыбаться гостям, как не путать заказы, какие коктейли самые популярные. Киваю и стараюсь всё запомнить.

Мы сворачиваем в узкий переулок за углом, где находится задний вход в бар "Blackmoon". Света толкает тяжёлую металлическую дверь, и нас встречает запах еды и моющего средства.

Внутри тесный коридор. Света идёт уверенно, будто тут её второй дом, а я плетусь следом. Подмечая что за чистотой здесь следят.

– В эту дверь всегда заходим, – бросает Света через плечо. – Главный для гостей, а мы тут свои.

Киваю, но внутри всё сжимается от какого-то нехорошего предчувствия. Мы доходим до комнаты персонала, и Света велит мне ждать.

– Сейчас менеджера позову, – говорит она и исчезает за очередной дверью.

Стою, оглядываюсь. Где-то дальше по коридору слышен гул голосов и приглушённая музыка из зала. Пахнет кофе, алкоголем и чем-то ещё, что я не могу разобрать. Внутри подрагивает от волнения.

Никогда раньше не работала официанткой, а тут ещё и менеджер какой-то строгий. Вдруг начнёт задавать каверзные вопросы? Или вообще решит, что я не подхожу?

Дверь. за которой скрылась Света открывается, и выходит мужчина. Лет сорока, в строгой чёрной рубашке, с короткой стрижкой и усталым взглядом.

– Яна, да? – мужчина окидывает меня взглядом, будто сканирует. – Я Олег, менеджер. Света сказала, ты хочешь у нас работать.

– Да, – киваю, стараясь звучать уверенно. – Быстро обучаюсь, находить общий язык с клиентами умею.

Олег хмыкает, скрещивает руки. Его взгляд цепкий, но не такой тяжёлый, как у Максима Игоревича. Хотя всё равно нервирует.

– Официанткой раньше работала? – спрашивает он, прищурившись.

– Нет, – честно признаю я. – Но я справлюсь. Мне главное вникнуть, а там уже разберусь.

Он кивает, но видно, что сомневается. Переглядывается со Светой.

– Сегодня у нас наплыв. Попробуем тебя прямо сейчас. Света введёт в курс дела. Ставка стандартная, чаевые твои, – Олег окидывает меня оценивающим взглядом. – Униформу подберёшь, – добавляет он, кивая на мою одежду. – Учти, у нас тут темп быстрый. Накосячишь, вылетишь.

Прямо сейчас? И что за униформа? Смотрю на Свету, но она отводит глаза, будто внезапно заинтересовалась своей обувью. Внутри ёкает, но отступать некуда.

– Хорошо, – отвечаю я, чувствуя, как внутри смешиваются облегчение и паника.

Олег кивает и уходит. Света хватает меня за локоть и тянет за собой в маленькую комнатку, где пахнет стиральным порошком и кофе.

– Погоди, а что за униформа? – спрашиваю я, пока она роется в шкафу.

Света молчит пару секунд, потом достаёт чёрную короткую юбку в клетку с красными линиями и крупными складками как у школьниц, и такой же короткий топ с глубоким вырезом. Я смотрю на этот "наряд" и чувствую, как челюсть падает на пол.

– Ты серьёзно? – возмущаюсь я, скрестив руки. – Это в этом должна по бару бегать? Да я лучше в своих джинсах останусь!

Света вздыхает, будто ожидала этой реакции, и смотрит на меня с лёгкой улыбкой.

– Яна, расслабься. Поэтому тут и ставка хорошая, и чаевые щедрые. Все так работают, привыкнешь. Деньги же нужны, да?

Глава 14

Стискиваю зубы. Внутри всё кипит. Хочется развернуться и уйти, но мысль о платеже за семестр, о долгах, о том, что я и так ужалась до предела, заставляет проглотить возмущение. Света права, деньги нужны.

– Ладно, – цежу я, хватая эту дурацкую униформу.

Света хихикает, но быстро становится серьёзной.

– Не начнут. А если что, Лёха бармен или охрана разберутся. Пойдём, я покажу, как заказы принимать.

Переодеваюсь, чувствуя себя так, будто к съемке фильма для взрослых готовлюсь. Юбка едва прикрывает бёдра, топ тянет грудь.

Невольно ёжусь, глядя на своё отражение. Ну и видок. Чувствую себя почти раздетой. Хочется натянуть на себя что-нибудь длинное, закрытое, но выбора нет.

Света суёт мне чёрный фартук, и я, всё ещё злясь, завязываю его на талии. Могла бы и предупредить, может что-то другое нашла.

Она начинает объяснять, как работать с терминалом, как запоминать столики. закончив, Света толкает меня к двери, ведущей в зал.

– Погнали, Яна. Улыбайся и держи спину ровно. Ты справишься.

Делаю глубокий вдох и шагаю в зал. Атмосфера бара накрывает, как волна. Полумрак, прорезаемый неоновыми лампами, мигающими в такт громкой музыке – какой-то модный ремикс, от которого вибрирует пол.

Столики забиты людьми: кто-то смеётся, кто-то громко спорит, кто-то чокается бокалами, разливая пену от пива. Запах алкоголя, жареной еды и чьих-то приторных духов смешивается в воздухе.

Официантки снуют между столами, их короткие юбки мелькают в толпе, и я понимаю, что выгляжу так же. Щёки горят, я опускаю взгляд, чтобы не видеть, как на меня пялятся. Кажется, что все взгляды прикованы ко мне. Хочется прикрыться подносом. Стискиваю зубы и иду дальше.

Света подталкивает меня к стойке, знакомит Лёхой, бармен с татуировкой на шее, который готовит коктейль.

Он бросает на меня взгляд, но ничего не говорит, только кивает. Света объясняет, как принимать заказы, и я беру первый, два пива и тарелку картошки фри.

Простенько, но руки подрагивают, когда несу поднос к столику. Чувствую, как юбка задирается при каждом шаге, и стараюсь двигаться осторожнее. Все пялятся, я уверена. Или это мне кажется? Внутри всё сжимается от неловкости, но я заставляю себя улыбаться, как учила Света.

– Улыбайся, Яна! – шипит она, проходя мимо с коктейлем в руках.

Растягиваю губы в улыбке, хотя внутри буря.

Возвращаюсь к стойке. Тут же новый заказ, коктейль, салат и что-то с длинным названием, которое я еле запоминаю. Темп бешеный. Люди, шум, музыка.

Всё сливается в один сплошной водоворот.

В какой-то момент подхожу к столику, где сидит компания парней. Один из них, ухоженный, в дорогой рубашке, с зализанными назад волосами и золотой цепочкой на шее, оглядывает меня с ног до головы. Его взгляд, похотливый, наглый, вызывает отвращение. Я напрягаюсь.

– Эй, красотка, – тянет он, пока я ставлю перед ним пиво. – Не хочешь с нами потусить? Мы щедрые, приласкаем.

Его дружки гогочут, поддакивая.

– Да, детка, мы все тебя приласкаем! – выкрикивает один из них, и остальные ржут ещё громче.

Щёки вспыхивают, но я стараюсь держать лицо. Улыбаюсь, как учила Света, хотя внутри всё кипит.

– Спасибо, я на работе, – цежу я, стараясь звучать вежливо.

– Да ладно, не ломайся, – мажор подмигивает, и его рука вдруг тянется ко мне.

Прежде чем я успеваю отреагировать, он нагло хватает меня за задницу.

Внутри всё взрывается от возмущения. Хочется швырнуть поднос ему в лицо. Стискиваю зубы и резко отхожу как учила Света. Лёха за стойкой замечает моё лицо и хмурится.

– Всё норм? – спрашивает он, когда я подхожу к стойке.

– Нет, – шиплю я, всё ещё дрожа от злости. – Этот урод меня лапать начал.

Лёха кивает, бросает взгляд на столик и делает знак охраннику у входа.

Через минуту мажор с его дружками уже что-то объясняют здоровяку в чёрной футболке, а потом их выводят за дверь.

Выдыхаю, но внутри всё ещё клокочет.

– Бывает, – тихо говорит Света, подходя ко мне. – Не бери в голову. Главное, не отвечай им, а зови охрану. И держи улыбку, иначе чаевых не видать.

Киваю, но внутри всё ещё буря. Это точно не моё. Но деньги… Блин, деньги!

К концу смены я еле стою на ногах. Ноги гудят, униформа раздражает, а в голове каша. Переодеваюсь в свою одежду, с облегчением скидывая эту дурацкую юбку и топ. Света хлопает меня по плечу, сияет.

– Ну что, справилась! Олег сказал, можешь выходить завтра, если не передумаешь.

Я только киваю, сил на разговоры уже нет. Мы с ней выдвигаемся в сторону общежития.

Не успеваем пройти и десяти метров по тёмному переулку, как из темноты выныривают знакомые фигуры. Компания тех самых парней, которых вывели охранники. Мажор с зализанными волосами идёт впереди, его ухмылка ещё противнее, чем в баре.

– Ну что, несговорчивая, пора отрабатывать испорченный вечер, – тянет он, наступая на нас.

Глава 15

Сердце колотится так, будто хочет выскочить из груди. Мажор с зализанными волосами стоит так близко, что я чувствую запах его одеколона. Резкий, дорогой, от которого воротит.

Его дружки, трое или четверо, толпятся за ним, ухмыляясь, как стая гиен. Света рядом замирает, её рука вцепилась в мою, и я чувствую, как она дрожит. Переулок тёмный, фонарь вдалеке мигает, и от этого всё кажется ещё более зловещим.

– Ну что, несговорчивая, – повторяет мажор, делая ещё шаг вперёд. Его голос скользкий, как масло, но глаза горят чем-то неприятным, хищным. – Испортила нам вечер, теперь будешь отрабатывать, – скалится он.

– Отвали, – цежу я, стараясь звучать твёрдо, хотя внутри всё трясётся.

За спиной раздаётся громкий хлопок. Это дверь бара распахивается. Из неё вываливаются работники: пара официанток, работники кухни, ещё кто-то из персонала.

Их голоса громкие раздаются на всю коругу, они смеются, переговариваются, двигаясь в нашу сторону. Мажор с дружками переглядываются, их ухмылки меркнут. Один из них что-то бормочет, и мажор, прищурившись, бросает мне:

– Ещё встретимся, – его голос сочится угрозой, но он уже отходит назад. Его компания быстро растворяется в темноте переулка, шаги затихают где-то за углом.

Я выдыхаю, чувствуя, как ноги подкашиваются. Света рядом тоже ни жива ни мертва, её пальцы всё ещё сжимают мою руку.

– Капец, я думала, нам конец, – шепчет она, её голос дрожит, но в нём уже сквозит облегчение.

Она смеётся, нервно, будто сбрасывает напряжение.

Киваю, но внутри всё ещё страх. Сердце колотится, в горле ком.

– Пойдём, – тихо говорю я, и мы со Светой почти бегом направляемся к общежитию.

Холодный воздух бьёт в лицо, но он хотя бы прогоняет липкое чувство страха. Мы молчим всю дорогу, только шаги стучат по асфальту.

В голове крутится Варя. Её сияющие глаза, её облезлый заяц. И Максим Игоревич с его тяжёлым взглядом, от которого, чёрт возьми, до сих пор мурашки. Трясу головой.

Вот совсем не вовремя эти мысли лезут в голову.

В общежитии падаю на кровать. Света что-то говорит про бар, про то, что такие типы редкость, но я её почти не слушаю.

Внутри всё ещё трясёт, и я понимаю, в этот бар я больше не вернусь.

Завтра начну искать что-то другое. Что угодно, лишь бы не это.

В голове всплывают воспоминания. Как меня домогался наш председатель, Егор Игоревич. Меня всю передергивает и я ежусь под одеялом.

Как родители могли пойти у него на поводу? Я же им рассказала, как он преследовал меня. Но им важнее было дотации получить для фермы, чем дочь свою защищать. Отгоняю эти мысли. Всё в прошлом.

Следующие пара дней проходит спокойно. Жизнь катится своим чередом, но легче не становится.

Я езжу на заказы по уборке. Квартиры, офисы, иногда какие-то пыльные склады. Руки привычно делают своё дело, а в голове крутится список, сколько ещё нужно на семестр, сколько на еду, сколько на проезд.

Цифры давят, как бетонная плита. В свободное время постоянно листаю объявления о подработке, но всё, что попадается, либо подозрительное, либо вообще не моё.

"Танцовщицы гоу-гоу, высокая зарплата, гибкий график", – гласит одно объявление. Я фыркаю.

Танцы – это да, я их люблю. До сих пор помню, как тренер хвалил за пластику. Но гоу-гоу? Полуголой скакать перед толпой потных мужиков?

Нет уж, спасибо.

Ещё одно объявление – "Танцовщицы в клуб, Карамель, щедрые чаевые". Читаю между строк, стриптиз.

Стискиваю зубы и закрываю вкладку. Таким я точно заниматься не буду. Хоть я и люблю танцы, но времени на них нет. Работа, учёба и бесконечный поиск денег.

Утром сижу в общаге. Заказаов на сегодня не поступало и это меня нервирует. Листаю в телефоне объявления. Света валяется на своей кровати, жуёт яблоко и что-то смотрит на ноутбуке.

– Нашла что-нибудь? – спрашивает она, не отрываясь от экрана.

– Пока нет, – бурчу я. – Всё либо мутное, либо… ну, ты поняла.

Она хмыкает, кивает.

– Понимаю. Но ты не сдавайся, Яна. Что-нибудь найдётся.

Киваю. Поддержала называется.

Может и правда стоило согласиться на предложения Максима Игоревича? Только вот мои опасения никуда не делись.

Денег он предложил больше. Но что будет, когда он устроит Варю в садик. Да и школа начнется. А эту работу я уже потеряю. А здесь совмещать можно. И учёбу и работу.

На мобильник прилетает сообщение. Новый заказ на уборку. В дом максима Игоревича. Называется, вспомни, оно и всплывет. До сих пор помню его обидные слова.

Сообщение мигает на экране телефона. Застываю, глядя на адрес. Дом Максима Игоревича. Называется, вспомни, оно и всплывёт.

Тут же в голове всплывают его слова.

"Сортиры в чужих домах лучше мыть, да?" Они до сих пор жгут, как пощёчина.

Стискиваю зубы, внутри всё кипит. Хочется написать в ответ что-нибудь язвительное или вообще отказаться от заказа. Но выбора нет. Деньги нужны.

– Света, я на заказ, – бросаю я, вставая с кровати. Она только хмыкает, не отрываясь от ноутбука, где какой-то сериал гремит взрывами.

– Удачи, – тянет она, жуя яблоко. – Не забывай улыбаться, вдруг там принц на белом коне.

– Ага, или очередной мажор с зализанными волосами, – бурчу я, вспоминая тот вечер в переулке. Трясу головой, отгоняя воспоминания..

Хватаю рюкзак, натягиваю кроссовки и куртку. На улице сегодня холодно, осенний ветер пробирает до костей, а небо серое, будто кто-то разлил чернила.

На автобусе доезжаю до офиса. Чемоданы, ключи и я уже еду в дом Максима. Всю дорогу перед глазами стоит Варя. Со своим облезлым зайцем и грустными глазами. Эта маленькая проказница всё таки умудрилась запасть мне в душу, так что не выковырять оттуда.

Доезжаю до нужной остановки, дохожу до дома. Застываю перед калиткой, с ключами в руках.

С улицы кажется что в доме никого. Но это может быть обманчивым. На двери висит какой то листок, с яркими каракулями. Открываю калитку и прохожу к дому. Смотрю на лист и улыбка сама собой растягивается на лице. "Ищу Яну – маму" – гласит записка. А внизу нарисован большой медведь и кукла с фиолетовыми волосами. Кажется "весело" им тут без меня было.

Глава 16

Смотрю на этот рисунок, улыбка невольно появляется на лице. Сообразительная, маленькая хитрюга.

Нарисовала мишку размером с дом и куклу с фиолетовыми волосами, которые торчат во все стороны, как у меня, когда я тороплюсь на заказ.

Сердце сжимается. Как же она меня в душу запала за один день общения.

Но я не ведусь! Яна, мы не ведёмся!. Это просто работа. Звони в дверь и вперёд, убирайся и на выход.

Дверь выданным ключом не решаюсь открывать. На всякий случай жму на звонок. Вдруг там женщина уже появилась? А рисунок Вари как протест.

Звук разносится по дому, эхом отдаётся в тишине. Стою и нервно переминаюсь с ноги на ногу.

– Ура! – раздаётся из-за двери детский визг, такой радостный, что у меня внутри все тает.

Поворачиваю голову, и вижу в окне Варю. Она машет мне ручкой, как флажком, хвостики набекрень, растрёпанные, волосы в разные стороны.

Но личико сияет, как солнышко после дождя, щёки розовые, глаза блестят. Маленькая проказница явно подглядывала.

Дверь распахивается, и на пороге стоит Максим Игоревич. Замерев разглядываю его.

Вместо собранного вида, в идеальной рубашке, прическе как по линейке, передо мной растрёпанный мужчина с взъерошенными волосами, щетиной на подбородке и злым взглядом из-под нахмуренных бровей.

Из дома несёт горелым. То ли еда подгорела, то ли его нервы, которые уже на пределе.

Не ожидала такого. Этот строгий босс, который выглядел, словно только что с обложки журнала сошёл, сейчас похож на обычного отца-одиночку после апокалипсиса.

– Заходи, – командует он, голос низкий, резкий, как всегда.

Я уже открываю рот, чтобы огрызнуться. Кто он такой, чтобы командовать? Однако любопытство берёт верх.

Мне уже капец как интересно, что там внутри творится?

Заглядываю через его плечо и вижу жуткий хаос. Игрушки разбросаны по полу, валяются бумаги, карандаши и фломастеры. Словно после урагана.

Максим молча берёт мои чемоданы и заносит их в дом. Я шагаю внутрь, вслед за своими чемоданами.

В гостиной полный бардак. На стене, большими кривыми буквами, разными цветами написано: "Яна – плиходи". Краски ещё свежие, следы размазаны, будто Варя писала в спешке. Улыбка снова лезет на лицо, но я давлю её.

– Вы меня ремонт позвали делать? – спрашиваю я, удивлённо оглядываясь, с лёгкой иронией в голосе.

Ну а что, ситуация как из комедии.

Максим бросает на меня укоризненный взгляд, такой, будто я его в чём-то обвинила. В его серых глазах мелькает усталость, но он не только вздыхает.

– Идём кофе пить, – командует он, но уже мягче.

И голос этот, низкий, с хрипотцой, от которой у меня по спине мурашки.

В этот момент подбегает Варя, топает босиком по паркету, хвостики подпрыгивают.

Подхватываю её на руки. Лёгкая, как пёрышко. Она сразу обнимает меня за шею, прижимаясь крепко-крепко.

– Больше не уходи, – шепчет она.

Вижу слёзы на её личике, большие капли на ресницах, губы дрожат.

Сердце сжимается в комок.

Малышка, как ты это делаешь? Хочется обнять её покрепче и пообещать всё, что угодно. Но я держусь, просто глажу по спинке.

– Не ведись, – комментирует Максим, качая головой. – Она маленький манипулятор. И вредитель.

Варя делает невинный вид. Хлопает глазами, губки бантиком, как ангелочек с картинки.

Я не выдерживаю и ухмыляюсь, ловя его взгляд. В нём мелькает что-то тёплое, почти улыбка, и от этого внутри всё переворачивается.

Мы идём на кухню. Максим Игоревич впереди, шаги тяжёлые, плечи напряжены. Я следую за ним, Варя на руках, её заяц болтается между нами.

На кухне он ставит чайник. Делает кофе, чёрный, без сахара, как я люблю.

Хотя откуда он знает? Наливает мне чашку, себе тоже. Варе, сок в стакан с трубочкой, аккуратно, без лишней суеты.

Садимся за стол. Варя на высоком стульчике, болтает ножками, я напротив Максима.

Он тяжело вздыхает, проводит рукой по волосам, и смотрит на меня так, что сердце в пятки убегает. Глаза серые, глубокие, в них смесь усталости, злости и чего-то ещё, от чего воздух густеет.

Кажется, он вот-вот скажет то, что перевернёт всё с ног на голову.

Максим смотрит на меня, и я тону в его взгляде. Сером, тяжёлом, как будто он видит меня насквозь.

Сердце колотится, будто я на краю обрыва стою. Мы молчим, а мои пальцы, нервно теребят ручку кружки.

В кухне сильнее пахнет горелым. В мойке замечаю кастрюлю, чёрная, и ещё парит.

Интересно, что тут случилось?

Этот дом раньше был как с обложки журнала про идеальных холостяков. Всё на местах, ни пылинки, ни пятнышка.

А теперь! Игрушки, бумаги, фломастеры по всему полу, будто тут ураган прошёл. Одинокий волк явно не справляется.

Варя допивает свой сок через трубочку, издавая смешное бульканье, и лихо спрыгивает со стульчика. У меня сердце в пятки убегает. Думала упадет.

Личико у Вари серьёзное, как у маленького генерала, который идёт на секретную миссию. Она топает из кухни, прижимая зайца к груди, и исчезает в коридоре. Я провожаю её взглядом, хмыкаю про себя. Ну точно замышляет что-то.

Максим тяжело вздыхает, глядя ей вслед. Его плечи опускаются, будто на них все беды мира навалились.

Он проводит рукой по волосам, и я замечаю, как устало он выглядит. Не тот строгий босс, который меня отчитывал. Просто мужчина, которому, похоже, неслабо досталось.

– Плачу сотку в месяц, если будешь няней, – вдруг выдаёт он, глядя прямо мне в глаза.

Я чуть кофе не роняю. Челюсть отвисает. Пялюсь на него, как на инопланетянина.

Сотка? В месяц? Это ж больше, чем я за месяц уборкой зарабатываю! В голове вихрь. Долг за семестр, счёта, возможность наконец-то выдохнуть. Но…

– Сто пятьдесят, – добавляет он, не давая мне опомниться.

Голос твёрдый, но в глазах мелькает что-то, похожее на отчаяние.

Открываю рот, но слов нет. Да я и на сто была бы согласна, честно! Просто не успела ничего сказать, а он уже повышает ставки как на аукционе.

– Двести, – отрезает он, наклоняясь чуть ближе. – Но с проживанием. На долгий срок.

Замираю. Двести тысяч?! С проживанием?! На долго?!

В голове пустота, как будто кто-то отключил все мысли. Шок такой, что я даже дышать забываю.

Максим смотрит на меня. В его взгляде усталость и что-то ещё.

В горле ком, сердце стучит. Я пытаюсь собрать мысли, но они разбегаются, как тараканы. Сказать да? Нет? Страх возвращается. Отгоняю его. Не все же мужчины подонки. И этот вроде не похож на мерзавца.

– Я… – начинаю я.

Из коридора раздаётся громкий звук, будто что-то упало. Варя кричит. Максим резко подскакивает и бежит на Варин крик и я вслед за ним.