Текст книги "Привязывая душу (ЛП)"

Автор книги: Мари Аннет

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Лир поймал ее подбородок и повернул ее лицо к себе. Он поднял ее руки и обвил вокруг своей шеи.

– Ты не пытаешься, Пайпер. Ты точно можешь лучше. Это только для расслабления, помнишь? – он склонился к ее уху. – Ты мне доверяешь?

Песня сменилась в нечто медленное, манящее. Ритм пульсировал в ней, как медленно бьющееся сердце. Лир прижал ее к себе, в этот раз она растаяла, прижалась к его груди. Его ладони прижали ее бедра к его телу, он покачивался в сторону. Она прижалась щекой к его плечу, закрыла глаза и двигалась в такт ритму.

Лир начал медленно поворачивать их по кругу, не прерывая плавное течение их танца. Тела двигались в унисон, музыка пульсировала в них с напряжением. Пайпер прижалась к нему сильнее, его жар и вкусный аромат пряной вишни окутали ее. Его ладони медленно поднимались по ее спине, и кожу покалывало. Его ладони спустились к ее пояснице, а потом резко прижали к его телу, песня достигла пика. Пайпер охнула.

Бит стал быстрее, тревожнее. Лир плавно продвинул ногу между ее ног. Ее глаза распахнулись, его руки впились в ее попу и подняли по его ноге. Он покачивался, двигая ею в том же ритме, в котором затерялись и танцоры вокруг. Она сжала его плечи, сдалась наслаждению, трепету и музыке.

Они двигались вместе, ускоряясь вместе с битом. Она откинула голову, быстро дыша, колени ослабели. Он двигался идеально и так чувственно, его ладони направляли ее на его теле. Она могла танцевать с ним до конца света, не заботясь ни о чем, кроме прекрасного ощущения его рядом с ней.

А потом ледяная жидкость обрушилась на ее спину.

Она завизжала и дернулась. За ней стоял парень, скалясь из-под черной маски, с высоким бокалом в руке. Там осталась только белая пеня на одной стороне. Остальной напиток впитывался в ее одежду сзади.

– Упс, – его почти не было слышно за музыкой. Он вредно улыбнулся. Она поняла, что этого парня ткнула локтем. Он купил напиток в баре и вернулся на танцпол, чтобы облить ее. Серьезно?

Парень открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но Лир обошел ее и ударил кулаком по челюсти парня. Танцоры завопили, отскакивали в стороны, а парень упал.

Лир бросил на трепыхающегося идиота презрительный взгляд, взял Пайпер за руку и повел прочь, пробивая путь. Она скривилась от ощущения, как мокрая юбка задевает ее голые ноги сзади – алкоголь и гадкая сладость чего-то кремового.

Лилит ждала их у бара, когда они подошли. Пайпер попыталась выжать юбку. Белая пена оставила сзади заметное пятно.

Суккуб вскинула брови при виде мокрой одежды Пайпер, поманила их за собой. Отличное окончание ночи. Стоило ожидать, что поход в «Стикс» добром не кончится.

Лилит провела их в комнату с диванами и оставила Лира ждать там. Ниже по коридору была большая гардеробная, где было полно нарядных костюмов. Здесь переодевались танцоры? Она прошла за Лилит к ряду не таких блестящих вещей, тихо ждала, пока суккуб выбрала узкую белую футболку и мини-юбку. Ярко-розовую.

Она вручила вещи Пайпер.

– В конце комнаты ванная с душем.

Пайпер посмотрела на протянутую одежду и Лилит.

– Больше ничего не дам. Или бери, или уходи.

Вздохнув, она приняла ужасную одежду. Может, она сможет отстирать свою одежду и забрать ее домой. Она вздрогнула от мысли, что придется ехать на мотоцикле мокрой.

Лилит вытащила серебряный кулон из кармана.

– Я хочу, чтобы ты вернула это сразу после праздника. Он почти бесценен.

– Что это?

– Уловитель правды, созданный семьей Ра. Но, как и их способность, его можно обмануть.

Пайпер кивнула. Она видела этот навык Ра в работе и знала, что он не без огрехов. Они с Эшем обманули Майсиса, скрыли правду, предложив другие честные ответы.

– Он замечает, когда говорящий хитрит, – Лилит покачала кулоном. – Но есть две проблемы. Если Мика повторит ложь, в которую верит, вы не сможете понять, что это не правда. И он может врать правдивыми заявлениями. Он может запутать правдой. Уловитель работает лучше всего, если никто не знает, что он у тебя.

Пайпер кивнула и приняла кулон.

– Как его использовать?

– Он должен прислоняться к коже, нужно сосредоточиться на говорящем. Кулон раскалится, когда говорящий соврет. Требуется сильная сосредоточенность. Не сработает, пока ты не сосредоточишься на словах.

С одеждой под рукой, Пайпер застегнула цепочку на шее и опустила прохладный серебряный кулон на грудь.

– Я постараюсь вернуть его, как только допрошу Мику.

Лилит кивнула.

– У меня есть дела. Лир знает выход, – она замешкалась. – Удачи.

Пайпер коснулась кулона, провожая Лилит взглядом. Она одолжила Пайпер кулон, хоть и с обещанием будущей услуги, но это показывало, что суккуб переживала за Эша. Пайпер пожала плечами и нашла в конце комнаты ванную и полотенце. Она задернула плотную занавеску душевой кабинки и уловила темный силуэт.

– Цви, где ты была?

Цви моргнула и дружелюбно зачирикала. Она взъерошила гриву, понюхала Пайпер и сморщила нос.

Пайпер тоже сморщила нос и пожала плечами.

– У нас может быть неплохая зацепка, но я не знаю, как добраться до Мики. Может, у тебя получится выманить его?

Цви склонила голову, ее хвост метался в стороны.

Пайпер вздохнула и разделась. Она смочила край полотенца и оттерла липкий напиток с кожи, не переставая думать о Лире. Он поразительно умел разжигать в ней желание. Он заставлял хотеть его, он знал, что делает это. Он был инкубом, они не могли сделаться. Лира влекло к ней, и он хотел переспать с ней. У инкубов не было моральных ограничений. Увидел, захотел, соблазнил. Так они жили.

Лир никогда не говорил, что любил ее, что она была для него больше, чем другом. Он не обманывал ее, утверждая, что это не только влечение. Он переживал за нее, но его инстинкты деймона были сильными. Она знала это, так почему ей нужно было плеснуть в лицо холодной водой, чтобы не позволить себе позвать его в душ?

Что такого? Если они с Лиром знали, что это лишь для общего развлечения, было ли так плохо дойти до интима?

Она включила холодную воду и облила себя ею, охнув от потрясения. Да, это была плохая идея. Отношения с демонами были против правил Консулов, а она хотела такой стать. И даже без этого ограничения идея была плохой. Сколько бы она ни говорила себе, что это лишь друзья, что сблизились, она знала, что в конце будет больно. Лир был чарующим, но при этом искренне заботливым. Она уже с трудом сдерживала сердце в рамках дружбы. Если физические границы между ними размоются еще сильнее…

Другое лицо возникло перед ее глазами. Прожигающий душу взгляд серых глаз Эша, темнеющих, посылающих холодок по ее спине. Она не могла выкинуть из головы его ошеломленный вид. Она не могла забыть единственный невероятный поцелуй, что был у них в «Стиксе». Она не могла перестать мысленно любоваться им, как загадочным призом, который не совсем понимала, но была уверена, что он поразит ее, если она все поймет.

Она вздохнула и убрала полотенце. Оттереть вещи будет непросто, но она точно не собиралась идти без нижнего белья. Выжав воду изо всех сил, она надела холодный лифчик и шортики. Дурацкая розовая юбка прикрыла черные шортики, но белая футболка точно не могла скрыть ее лифчик. Глупая Лилит.

Она потянулась к юбке, и Цви вдруг яростно зарычала.

Пайпер проследила за взглядом дракончика, и ее глаза расширились.

Второй дракончик цеплялся за занавеску и смотрел на нее бледно-желтыми глазами.

ГЛАВА 3

– Ч-что? – охнула она.

Второй дракончик расправил темные крылья, скаля зубы на Цви. Он был крупнее – самец? Цви люто рычала, предупреждая, расправила крылья, чтобы выглядеть как можно объемнее. Пайпер смотрела на них, вытаращив глаза. Откуда взялся второй дракончик? У Эша их было два?

Рявкнув, самец развернулся и перемахнул через занавеску. Цви завизжала и нырнула под занавеску, чтобы погнаться за ним. Пайпер укуталась в полотенце и отдернула штору, чтобы побежать за ними. Она прошла всего на шаг.

Перед ней полукругом стояли пятеро, закрывая проход.

Один взгляд показал Пайпер, что она в беде. Это были не веселые пьяные танцоры, случайно пробравшиеся в комнату.

Нет, это были деймоны.

Две женщины и двое мужчин были в одинаковых черных костюмах, закрывавших их от шей до ботинок. У них было оружие, пистолеты и мечи. Мужчины были коротко острижены, а волосы женщин были в тугих пучках. Они, похоже, пришли по делу.

Пятый стоял напротив Пайпер, скрестив руки, пока выжидал. Он был в похожем черном костюме, но без рукавов, его мускулистые руки оставались открытыми. Кожаные наручи были с ножнами для метательных ножей. На нем оружия было больше, чем на всех. Черная ткань закрывала нижнюю часть его лица и шею, оставляя только его глаза: бледно-голубые, прожигающие напряжением. Толстый белый шрам шел вдоль его лица, пропадал под повязкой. Два шрама светлее были на его другой скуле.

Пайпер медленно облизнула губы. Страх рос в ней с каждой секундой. Цви сжалась у ее ног и тихо рычала.

Мужчина посередине… его волнистые волосы были поразительно яркого оттенка красного. Ярче, чем на темных прядях Эша, но чем-то они были похожи. Неужели…?

С низкой трелью дракончик-самец опустился на плечо мужчины. Пайпер сглотнула. Да, это было возможно. Мужчина перед ней был драконианом.

Она взглянула на других. Они не были драконианами, но она не могла определить их касту. Дракониан явно был их лидером, причина была понятна. Он мог быть самым сильным деймоном в городе или стране.

Дракончик щебетал на ухо хозяину. Дракониан перевел взгляд с Пайпер на Цви. Он разглядывал дракончика, а потом посмотрел на Пайпер. Она плотнее укуталась в полотенце, стиснула зубы.

– Дракончик не твой, – его слова были тихими, без нажима. Она поежилась, как и у Эша, его голос пронзал до костей, но этот голос влиял на нее неправильно.

Она сглотнула. Сердце бешено колотилось.

– Я о ней забочусь. Для друга.

– Ты не подходишь. Ей подходит только дракониан.

– Как ты? – рявкнула она.

– Да, – согласился он без эмоций. – Без связи она умрет.

– Это временно, – возразила Пайпер, двигаясь к душевой кабинке, где ждали в ее сапогах скрытые ножи.

Дракониан притих на миг.

– Не думаю.

Она в смятении моргнула, но он продолжил, опередив ее:

– Мой хозяин хочет твоей помощи в небольшом деле. Ты пройдешь с нами.

– Твой хозяин? – повторила она. А потом поняла: этот деймон был драконианом. По словам Лилит, управлять драконианами, посылать их на задания и не давать прожить долго мог только один деймон. Этот дракониан на вид был двадцати трех или пяти лет.

– Ты про… Самаэла? – прошептала она. Ужас душил ее. Нет. Не так скоро. Она не ожидала этого так скоро.

Выражение лица дракониана не изменилось. Все еще скрещивая руки, он взмахнул пальцами. Две женщины шагнули вперед в унисон.

– Погодите! – завопила она. – Я… я… могу я хоть одеться? Прошу, – она жалко впилась в свое полотенце.

Дракониан замешкался, а потом кивнул.

– Только быстро.

Женщины отступили. Они знали, что Пайпер никуда не уйдет. Быстро дыша от ужаса, она попятилась и задернула занавеску. Скрытая от них, она опустилась на колени и выхватила два ножа из сапог. Ох, что же делать? Они заберут ее к Самаэлу. Она знала, что глава семьи Аида начнет искать ее, но думала, что у нее еще есть время.

Один секрет она ото всех утаила, от отца и дяди, даже от Эша и Лира. Пять недель назад, когда гарпии Самаэла схватили ее и пытались украсть Сахар, кое-что произошло. То, от чего у нее до сих пор были кошмары.

Как-то Пайпер включила силы Сахара. Не намеренно. Она даже не знала, что сделала. В один миг она собиралась ударить гарпию по лицу с Сахаром в кулаке. В другой Сахар вспыхнул ослепительно-белым светом в ее руке, и все гарпии перед ней взорвались от силы, воздух стал розовым от капель крови.

Одна гарпия пережила удар и украла Сахар у Пайпер, бросив ее падать к смерти. Только гарпия знала правду: Пайпер первой в истории успешно включила Сахар.

Гарпия точно рассказала Самаэлу. И теперь он хотел заполучить ее.

От отчаяния ее руки дрожали, пока она сжимала ножи. Если Самаэл получит ее, он поймет, что позволяет ей использовать камень, а потом убьет. Никто даже не найдет ее тело. Самаэл не позволит узнать, что это он украл дочь Главного консула. Он уничтожит все следы, включая ее.

Сунув край полотенца под лямку лифчика, чтобы он там держался, Пайпер схватила головку душа и включила воду на максимум. Вода вытекала из щелей, но, пока на не нажмет на кнопку, вода не польется. Молясь, чтобы хватило шланга, она подобралась к занавеске, глубоко вдохнула и распахнула ее.

Направив головку душа в лицо дракониану, она нажала на кнопку.

Вода вылетела струей, но упала, намочив пол в паре футов перед ней. Паника заморозила Пайпер на месте.

С диким воплем Цви бросилась на лицо дракониана.

Пайпер отпрянула в сторону, перекатилась под реками ближайшей деймонессы, чуть не потеряла полотенце, вскочив на ноги. Она схватила ближайшую стойку с костюмами и толкнула в женщин. Одна из них громко выругалась.

Пайпер побежала изо всех сил. Гардеробная была лабиринтом, но так два деймона оставались позади, пока она не добралась до двери. Один из них перепрыгнул коробку с украшениями для головы и врезался в Пайпер. Она с болью врезалась в дверной косяк, а потом вонзила колено в его живот. Он захрипел и отшатнулся. Набросился второй деймон. Вспомнив о ножах в руке, Пайпер ударила ими деймона по лицу. Он отпрянул, прижав руку к окровавленной щеке.

Ножи были в руках, она выбралась в коридор. Она повернулась, чтобы бежать, крича Лиру, но одна из женщин выскочила из гардеробной. Пайпер отшатнулась. Ее путь был перекрыт, и ей пришлось бежать в другую сторону. Женщина бросилась за ней.

Пайпер миновала четыре двери, добралась до резкого поворота налево. Резко затормозив, она смогла завернуть за угол. Женщина сбила ее на живот. Пайпер перекатилась, сбрасывая женщину с себя. Ладонь деймонессы вскинулась, магия зашипела в воздухе, и Пайпер быстро приняла решение. Женщина не пыталась убить ее, но для Пайпер это был вопрос жизни и смерти.

Сердце билось в горле, она сунула нож в живот женщины.

Та рухнула на попу, от движения Пайпер выпустила нож из руки. Она посмотрела на выпирающую рукоять и заскулила.

Слезы ужаса подступили к глазам Пайпер.

– Боже, – охнула она. – Я… я…

– Нет! – вторая деймонесса закричала из-за спины Пайпер. Она бросилась по коридору, кривясь от гнева.

Пайпер поднялась на ноги и побежала. Она оглянулась, увидела, как вторая женщина склонилась над первой. Ужасающий стыд душил ее, Консулы не убивали людей. Она еще никого не закалывала.

Она убегала от вида и от опасности. Коридоры извивались, пока она не добежала до лестницы и поднялась по ней. Она уже была в подвале клуба, возвращаться в тот кошмар не хотелось.

Наверху она ворвалась в пыльный коридор. Верхний этаж еще не изменили после того, как тут был склад, и лабиринт кабинетов остался заброшенным. Ходить босиком тут было опасно. Сжав в руке оставшийся нож, а другой придерживая полотенце, Пайпер пошла среди обломков. Слезы стекали по ее щекам.

Ее предупредил хруст разбитого стекла под ботинком.

Она развернулась, один из деймонов схватил ее за горло. Ее нож взлетел, вспорол руку мужчины до кости над кожаным щитком, защищающим от этого. Он отпрянул, скаля зубы, его напарник поравнялся с ним. Они оказались по сторонам от нее. Пайпер посмотрела на окровавленный нож в кулаке. Ее сердце билось в горле.

Деймоны напали.

Пустой рукой она ударила кулаком по первому. Он отбил ее руку. Кулак врезался в нее сзади. Пайпер закричала. Развернувшись, она ударила локтем в грудь первого. Второй деймон схватил ее за руку, вырывая нож из ее хватки. Она ударила каблуком по его коленной чашечке с влажным хлопком. Его колено ослабело.

В воздухе затрещала магия, она ударила Пайпер в спину. Она отлетела в гниющую стену, врезалась в нее. Она рухнула на обломки дерева, и занозы впивались в ее голую кожу. Она вскочила на ноги, развернулась и увидела, как деймоны медленно приближались к ней. Оба были разозлены.

Она была в беде. Одна почти раздетая девушка без оружия не могла справиться с вооруженными деймонами. Ее кулаки и ноги не могли сильно навредить, она потеряла нож, не успев решить, готова ли убивать, хотя деймоны активно пытались убить ее.

В голову пришла идея, она скривилась. Отчаянные времена требовали отчаянных мер. Стиснув зубы, она сорвала полотенце. Они опустили взгляды. Они знали, что она не была голой, все время было видно лямки лифчика. Но им нужно было проверить. Мужчины.

Они замешкались на миг, но этого хватило. Они не успели прийти в себя, она бросила полотенце им в лица и бросилась мимо них. Не слушая ругательства за ней, Пайпер побежала по пути, откуда пришла, оставшись в лифчике и шортиках. Она последний раз снимала одежду в клубе. Это так она хотела не светиться.

Дверь была открыта, манила ее. Она сможет. Она сможет обогнать деймонов и затеряться в толпе танцующих, она как раз подойдет к ним, почти раздетым танцорам.

Она добралась до порога и врезалась в тело, возникшее перед ней. Пайпер отшатнулась.

Дракониан смотрел на нее ледяными глазами. Кровавые порезы были на его щеке, но атака Цви не навредила.

Пайпер попыталась ударить его. Он легко поймал ее кулак. Она попыталась вырваться, он завернул руку ей за спину, заставив закричать от боли. Он притянул ее беспощадно к себе и обхватил другой рукой горло.

Магия сгустилась в воздухе. Ее кожу покалывало под его пальцами. Онемение растекалось по шее и выше. Голова кружилась. Она обмякла в его хватке, не могла бороться. Комната кружилась, череп ощущался пустым и тяжелым одновременно.

Дракониан отпустил ее. Пайпер обмякла, он подхватил ее на руки, встряхнул, чтобы ее голова упала ему на плечо. Ее тело не двигалось. Страх застрял в голове среди тумана, что кружился и не давал пошевелиться.

– Ранены? – спросил дракониан у двух других деймонов.

– Жить будем, – ответил один из них. – Она борется не хуже сфинкса.

Возмущение на миг вспыхнуло в тумане. Разве она не победила сфинкса? Та была не такой и сильной.

– Идем, – бесстрастно сказал дракониан. – Мы уже тут задержались.

– Может, ее стоит одеть?

– Нет. Я давал ей шанс.

Мысли Пайпер ползли в дымке. Почему комната не прекращала кружиться? Она не понимала, где низ. Только руки деймона поддерживали ее, его прочное плечо под ее головой давало ощутить реальность.

Голова закружилась еще сильнее, когда дракониан пошел. Она чуть не отключилась, пока они спускались по лестнице. Мысли вертелись по бесконечному кругу. Где был Лир? Как он мог не заметить такой отряд? Или они с ним уже расправились? Смутная паника сжала ее горло.

Она быстро запуталась, где они были, как долго шли. Холодный воздух ударил по ее голой коже, они покинули клуб. Желудок сжался от тошноты. Ужас извивался в ней, одна мысль всплывала на поверхность: ее бросят к ногам Самаэла в нижнем белье. Это ее беспокоило, но она все равно умрет к концу недели. Она больше не увидит Квинна, Кальдера или Лира. Не поговорит с мамой.

Дракониан остановился. Она обмякла в его руках, не могла двигаться. Глаза почти закрылись, но было видно покачивающуюся темную аллею.

– Идете куда-то?

Она узнала уверенный мелодичный голос. Но туманная голова не хотела опознавать голос, а дракониан напрягся, его мышцы стали твердыми.

– Что ты тут делаешь? – холодно спросил он.

– Спрошу это же. Похоже, Пайпер нарасхват – опасная нотка в голосе мужчины пронзила ее воспоминания. Шок пронзил ее, а потом трепет надежды.

Дракониан поправил ее в руках.

– Я первый схватил ее. Жди очереди.

– Думаю, после твоего хозяина очереди придется разойтись. Ты же Раум, верно?

– Допустим. А ты мерзавец Ра. Но имени я не знаю.

Пайпер хотела кричать его имя. Майсис. И она хотела напомнить наследнику Ра, что он был перед ней в долгу.

– Четверо против одного, Ра, – оскалился один из спутников Раума. Он не посчитал женщину, которую ранила Пайпер. – Думаешь, справишься?

Миг тишины.

– Вообще-то, – проурчал Майсис, – семнадцать против четырех. Так лучше?

Деймон выругался едва слышно.

– Ты не удивлен, Раум, – отметил Майсис.

Раум пожал плечами. Голова Пайпер качнулась на его плече.

– Я знал, что они были там.

– Вижу, ты умный. Если отдашь девочку без боя, мы не убьем тебя. Суд Консулов решит твою судьбу. Уверен, они будут снисходительными.

Если учесть, что Раум похитил дочь Консула, они точно не будут мягкими. Раум переместил ее вес на одну руку, его предплечье оказалось под ее бедрами, чтобы другая рука оказалась свободной… для боя.

– Я думал, ты меня знаешь, Ра, – он не боялся, не злился. – Семнадцать я один смогу побороть.

– Возможно. Но сможешь ли ты одолеть нас и защитить девочку при этом?

– Ты ее не ранишь.

– Уверен? Не меня Самаэл разорвет на куски, если ее убьют.

Дракониан притих, обдумывая слова Майсиса.

– Справедливо, Ра. У нас есть два варианта: убить друг друга или разойтись. Я уступлю девчонку, чтобы мы могли уйти.

– Чтобы вы устроили засаду через час?

– Сутки перемирия.

Майсис обдумал это.

– Договорились.

Нет. Майсис отпускал Раума, чтобы не сражаться, а на нее потом могли напасть снова? Его воинов было больше. Почему он отступал?

Раум подхватил ее обеими руками и шагнул вперед. Все закружилось, как в водовороте. Когда он остановился, она едва могла дышать от головокружения.

– Отир, рубашку, – раздался перед ней голос Майсиса.

Раум передал ее. Майсис укутал ее в теплую тяжелую рубашку и прижал к своей груди. От него пахло корицей и чем-то, похожим на кошачью мяту.

– Убери чары, – приказал он.

Пальцы легонько коснулись ее челюсти. Кожу покалывало, головокружение пропало, словно лопнул пузырь. Глаза Пайпер открылись. Раум не успел убрать руку. Она впилась зубами в его палец.

Он зашипел и отдернул руку. Она сплюнула его кровь и заерзала в хватке Майсиса.

– Опусти меня.

– Всюду осколки стекла, – сказал он, сжимая ее до треска ребер.

Она пронзила его взглядом, удивленная яркостью его глаз. Они забыла, какими зловещими и пристальными они были. Его медового цвета волосы были такими, какими она их помнила, его точеное лицо было прекрасным. Он приятно улыбался ей.

– Добрый вечер, Пайпер. Ты ранена? – он окинул взглядом ее почти голое тело.

Ее щеки покраснели.

– Нет.

Он кивнул.

– Тогда до встречи, Раум.

– Ты его отпускаешь? – яростно прошипела она.

– Да.

– Он придет за мной снова.

– Но ты хотя бы доживешь до того момента.

Хмурясь, она повернулась и посмотрела на уходящего дракониана.

– Раум! – закричала она.

Он остановился в пяти шагах от нее и обернулся.

Она искала на холодном лице признаки жизни.

– Ты не должен слушаться Самаэла. Консульства защитят тебя.

Он отреагировал не сразу. Недоверие мелькнуло на лице, что-то вспыхнуло за глазами. Она узнала это, и кровь похолодела. В его взгляде была жалость… к ней.

– Глупая, – сказал он без эмоций и отвернулся.

– Раум, где Эш? Раум!

Дракониан уходил.

– Раум! – она бросилась вперед, но Майсис поймал ее и крепко сжал. – Опусти меня! Раум, что с ним случилось? Где он? Ответь!

Ее отчаянный вопль прозвучал как сдавленный всхлип, дракониан и его солдаты пропали в темном переулке.

– Нет, – выдавила она. Так близко. Ответ был так близко.

Слишком поздно. Он ушел с лучшим шансом узнать, что случилось с Эшем.

ГЛАВА 4

Пайпер склонилась над столом, ладони поддерживали лоб. Отчаяние вызывало слезы, но она не собиралась плакать перед Майсисом.

Деймон Ра сидел напротив нее, вежливо ждал, пока она возьмет себя в руки. Было проще притворяться, что все в порядке, когда она была одета, но она не скоро забудет, что он видел ее в нижнем белье. Он, казалось, был недоволен отсутствием ее благодарности, но она не собиралась поклоняться ему за спасение.

– Поверить не могу, что ты отпустил его, – проворчала она в стол.

– Нам повезло, что Раум ушел без боя, – сказал Майсис.

Она подняла голову.

– Почему?

Он вскинул брови. Он потянул за воротник простого свитера.

– Я не выстоял бы против него.

Тяжелый ошейник окружал его шею, уродливый на фоне его бежевой кожи.

Она выпрямилась на стуле.

– Ты все еще его носишь? Почему?

Ошейник подавлял магию, использовался, чтобы управлять преступниками, этот инструмент любили префекты, полиция деймонов и чеймонов. Он подавлял почти всю магию Майсиса, а ее было много. Слабые деймоны не были наследниками правящей семьи.

– Я не могу его снять, – ответил он. – Никто не может. У гаян должен быть ключ, потому что мы не нашли его в обломках здания. Пока я не отыщу их, придется ходить так, – он вздохнул и скрыл ошейник воротом. – Пока я еще не успел заняться этим.

Она удивленно моргнула. Она видела, как Эш дважды ломал ошейник, а Майсис так не мг.

– Разве тебе не важно его снять?

– Мне важно найти Сахар. Потому я и пришел сюда.

Она выдержала его взгляд. Если бы она опустила голову, это стало бы признанием поражения.

– Эй, – сказал Лир, входя в комнату и прерывая состязание взглядом. Он опустился на стул между ними. Его левая щека была красной и опухшей; она угадала, Раум вывел Лира из строя, а потом пошел за ней. Ему повезло выжить.

– Как ты? – спросила она.

Он скривился.

– Бывало лучше. Как ты? Вижу, одежду ты нашла.

Она посмотрела на черную юбку и красный топ с пайетками, на свои сапоги. Она сама отыскала вещи в гардеробной, и эта одежда была лучше, чем та, которую предложила Лилит.

Вздохнув, она повернулась к Майсису.

– Что ты здесь делаешь?

– Ах, думаю, ты не знаешь, что я неделями пытался поговорить с тобой, – его выражение лица было приятным, но его глаз медленно темнели. – Я приходил в Консульство, но твой отец прогнал меня. Он запретил мне ступать на земли Консульства. Наглое использование власти.

Пайпер разглядывала его. Последнее предложение звучало сдержанно, но она подозревал, что деймон Ра злился сильнее, чем показывал.

– Чем дольше нет камня, – серьезно продолжал он, – тем меньше шансы найти его. Но Квинна не интересует поиск камня. Интересно, почему?

Он пронзил Пайпер взглядом. Его глаза потемнели до оттенка зеленого леса, и было видно, что Майсис злится. Сильно.

Темные глаза предупреждали, что деймон на грани затемнения. Когда их глаза становились черными, умный человек убегал подальше. Затемнением называлось состояние инстинктов, в котором деймоны бывали, когда злились или боялись. Затемненные деймоны были непредсказуемыми, часто вели себя жестоко.

Пайпер хмуро выдерживала взгляд Майсиса, не желая робеть, несмотря на опасность.

– Все мы злимся сейчас на моего отца. Как ты узнал, что я здесь?

Он постучал пальцем по столу.

– Мои ребята следили за Консульством три недели.

Она открыла и закрыла рот, лишившись дара речи. Он шпионил за ней?

– Я начал переживать, что он запер тебя в подвале. Я думал, ты используешь свободу полезнее, чем, – он огляделся, – поход в сомнительный ночной клуб.

Она тоже оглядела комнату. Тут обычно отдыхали охранники, работающие на Лилит. Только они тут и были. Шестнадцать телохранителей Майсиса разошлись по клубу, следили за всем, как и Цви, хотя Пайпер пыталась убедить дракончика, получившего пару синяков от Раума, отдохнуть.

– Ну, – пробормотала я, – поход должен был принести результат. Не очень сработало.

Майсис разглядывал ее лицо, но не давил. Он отклонился на спинку стула.

– Любопытно. Зачем Самаэлу посылать слуг похитить тебя?

– Если бы я знала, – рявкнула она.

Он провел пальцем по ошейнику.

– Врешь, Пайпер, – выдохнул он.

Блин. Она забыла о его способности видеть правду. Ему нравилось выжимать капли магии из ошейника.

– Мы можем поговорить об этом позже, – сказал он. – А сейчас я хочу продолжить наш прошлый разговор с момента, на котором он закончился.

Она с опаской посмотрела на него.

– С какого?

– Когда я убедил префектов, что ты не связана с кражей Сахара

– Ты убедил их?

Он опасно улыбнулся.

– Да. Думаешь, я не знаю об ограничениях своих способностей? Я дал тебе выкрутиться, – как и его лицо, его голос потерял тепло, стал резче и прохладнее. – Я не хотел вовлекать префектов, – продолжал он. – Они – продажные дураки. Я предложил тебе и Аштароту легкий путь, чтобы вы выглядели невинными, собираясь узнать от тебя все подробности, как только мы избавимся от префектов. Но это не сработало, – он скрестил руки. – Ты потеряла сознание, а Аштарот ускользнул, пока никто не смотрел. Я решил, что смогу добраться до тебя в любое время, я с отрядом направился за Аштаротом, но скользкий гад пропал бесследно. Когда я вернулся к тебе, твой отец отступил в Консульство с новой паранойей и запретил видеть тебя. Я не собирался врываться в Консульство. Но теперь я уже в отчаянии. Сахара нет пять недель. Шансы найти его минимальны.

Он прижал ладони к столу и склонился к ней.

– Я хочу знать, что случилось на самом деле. Всю историю.

Она сглотнула.

– Не сказать, что я не хочу тебе рассказывать, – призналась она. – Я боюсь того, что ты со мной сделаешь, когда все узнаешь.

Он чуть расслабился.

– Не могу обещать, что ничего не сделаю, но наказывать не буду. Месть все равно не поможет.

Она тревожно кивнула. Он сказал так, но, когда он узнает, что Сахар был у нее в кармане, когда они впервые встретились, он будет зол. Смирившись с неминуемым, она глубоко вдохнула и начала долгий рассказ.

Он тихо слушал, не выдавая эмоций, а она описывала, как отец дал ей футляр для кольца с загадочным серебряным камнем. Он кивнул, когда она описала атаку на Консульство тогда неизвестных гаян, и как префекты арестовали ее, Лира и Эша. Он нахмурился, когда она дошла до части, в которой они пробрались в больницу, чтобы поговорить с тем, кого она в тот момент считала своим дядей, а он оказался ее отцом, и столкнулись с двумя убийцами, ждущими Эша.

– Зачем? – спросил он. – Зачем Самаэл послал убийц за своим любимым наемником?

– Я дойду до этого, – сказала она и продолжила историю. Она объяснила, как Вейовис исцелил смертельно раненого Эша, как они с Лиром украли документы из сейфа ее отца в Консульстве. Она описала их визит в «Стикс» и жестокость боев на ринге вкратце, а потом рассказала о появлении Мики.

– Инкуб украл камень? – прорычал Майсис. – Но…

– Может, дашь мне закончить? – она уставилась на него, пока он не закрыл рот.

Ее голос подрагивал, она рассказывала, что случилось дальше. Эш раскрыл, что он подменил Сахар, забрав настоящий. И все это время он следовал приказу Самаэла украсть камень до того, как Сахар вернули и уничтожили Ра.

Глаза Майсиса чуть не почернели, когда он услышал, что Самаэл нарушил договор. Он глубоко вдохнул.

– Хорошо. И Сахар снова был у тебя. Что потом?

Пайпер, Эш и Лир выследили гаян и попались. Она испуганно рассказывала, заметив, как Майсис стиснул челюсти, как «спасла» его, Сахар все это время был в ее кармане. Они разделились, она побежала спасать Эша и Лира, что привело к тому, что они с Эшем оказались под восемью футами земли, когда подвал обвалился.