Текст книги "Будешь моим героем? (СИ)"
Автор книги: Марго Томсон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)
“Как старая бабка”, – поморщился про себя Степан и, достав телефон, открыл приложение.
Можно было уже вызывать такси и ехать домой, но он почему-то все стоял и смотрел на чужие окна… Наконец, спустя пару минут, окна осветились теплым желтым светом – Яна дома. К подъезду подъехал автомобиль, из него выскочил мальчишка с букетом наперевес. Степан интуитивно посмотрел на часы – и заказ точно в срок привезли. Подняв воротник пальто, она направился к выходу со двора. Пожалуй, ему нужно чуть прогуляться. Проветрить голову.
Глава 14. Старые добрые друзья
В театр Яна собиралась не столь тщательно, как на свидание со Степаном, но отказаться от идеи надеть платье и каблуки все же не смогла. Достала из шкафа то, что надевала лишь один раз, на день рождения Юли: черное платье в мелкий горох. Сначала нижнее платье – короткое, из плотного черного материала, потом верхнее – до середины лодыжки, но полностью прозрачное, с пуговицами на груди, оборками на юбке и широкими рукавами. Снова зачесала волосы, только уже в простой пучок, а не ракушку, с которой вчера провозилась не меньше получаса. Теперь ботильоны, уши прикрыть пушистыми наушниками и нацепить любимую дутую куртку, чтобы не замерзнуть. Снова крутанулась перед Янушом:
– Хорошо выгляжу?
– Тебя покусала полиция моды? Бабуля сожгла все твои джинсы? С тобой все в порядке? – усмехнулся Януш.
Яна, прекратив крутиться, уперла руки в боки, всем своим видом обещая брату крупные проблемы, если он ей нормально не ответит.
– Шучу. Хорошо выглядишь.
Яна улыбнулась своему отражению: она и сама себе нравилась. Взяла крохотную черную сумочку и снова встала перед зеркалом, всерьез размышляя: а не сделать ли селфи? Достала телефон, но сама фоткаться не стала, протянула Янушу. Тот послушно нащелкал сестру в разных позах и, уже возвращая телефон, ворчливо заговорил:
– Позволь только уточнить, а то вдруг бабуля позвонит: я уже могу перестать врать, что у тебя со Степаном Булгаковым ничего нет, и могу рассекретить, что вы целовались у нашего подъезда? – он замолчал на мгновение, внимательно смотря на Яну, и добавил: – Дважды уже целовались.
Яна совсем надулась, а Януш расхохотался:
– Ладно, не дуйся. О твоей личной жизни я больше не буду распространятся. Хотя тот факт, что ты одновременно ходишь на свидание с двумя парнями, несколько меня огорчает: когда моя сестра успела стать такой сердцеедкой?
– Это не свидание! – возмутилась Яна. – Мы просто идем в театр.
– И поэтому ты надела это миленькое платье? – выразительно приподнял брови Януш.
Яну спасло сообщение – она увидела, что Вадим написал: “Я на месте”. Яна посчитала это достойным поводом не отвечать брату, просто развернулась и выбежала из квартиры.
Вадим не встречал ее у подъезда, не открывал дверь машины, не целовал руки при встрече… И тоненький голосок, что говорил Яне о правоте брата, совсем затих. Они просто идут вместе в театр. По-дружески.
В дороге обсуждали общих знакомых. В школьные годы у них, в целом, была одна компания, со сложными дружеско-родственными связями. Например Яна, Януш и Сергей – родственники. Сергей старше их на год, как и его лучшие друзья – Вадим и Саша. У Вадима есть младшая сестра, Ксюша, она училась в одном классе с Яной и Янушем, а так же является девушкой и уже невестой лучшего друга Януша – Кирилла. А Кирилл – двоюродный брат Марины, лучшей подруги Яны. А еще Саша, тот самый, который второй друг Сереги, один из вполне настоящих близнецов. Его брат Леха тоже в их компании, и там тоже есть сложные связи с другими друзьями… Сама Яна чаще всего видит своих одногодок: Кирилла и Ксюшу, а еще Леху – он учится с Янушем на одной специальности, они сдружились в последнее время.
После окончания школы их пути несколько разошлись, они разбились на компании поменьше, но все равно иногда собирались почти полным составом, в основном на дни рождения. Как легко догадаться, Яне было кого обсудить с Вадимом.
Он припарковал свой мерс не у самого театра, – там попросту не было официальной парковки – поэтому Яна поплотнее запахнула куртку и порадовалась, что додумалась надеть эти меховые наушники, пусть из-за них она хуже слышит. У театра уже было многолюдно, а на входе женщина робко спрашивала у всех лишний билетик; в фойе очень сильно пахло самыми разными духами, отчего у Яны даже немного разболелась голова.
Но к моменту начала спектакля головная боль прошла сама собой, да и она бы забылась в момент, когда актеры вышли на сцену. Яна, когда в прошлом году ездила в Питер на осенних каникулах, ходила в театр несколько раз – Маринка заранее купила билеты. И хотя Яне безумно понравились все спектакли, сама она не заметила действительно огромной разницы с их провинциальным драматическим… ну разве что костюмы у них попроще. Вот только Яна ходит в театр не за костюмами. Ей нравится смотреть на игру актеров, нравится сама атмосфера театра.
Как-то бабушка сказала, что театралам часто нравится, что в театре, в отличие от кино, всегда остается место для воображения. Кино старается отобразить жизнь максимально реалистично. Театр показывает ситуации и характеры, позволяя зрителям домыслить остальное и самостоятельно, в своей голове, оживить картонные декорации.
Когда Яна была помладше, в театре было много свободных мест. Они с бабушкой могли просто собраться в пятницу вечером и поехать в театр не глядя на афишу – все равно был почти стопроцентный шанс купить два билетика. Сейчас такое провернуть все сложнее. Да и постановки становятся все разнообразнее. Все старые спектакли выпускали на сцену максимум по шесть актеров, в большинстве случаев еще и оба акта происходили без смены декораций. И сейчас: немало основных персонажей, актеры массовки, смена декораций, сложный свет, нередко кто-то из актеров поет или танцует.
Вадим вышел из зала еще во время финальных поклонов, благо сидели они так удобно, что выбраться можно было, не раздражая других зрителей. Зато когда Яна вышла в фойе, ей недолго пришлось ждать его из гардероба. Они быстро оделись и молча пошли к ближайшей кофейне. Молчали они вполне себе уютно – каждый переваривал увиденное.
Ближайшее к театру кафе – Книжкин дом. Это кафешка с небольшим закутком комиссионки и полкой буккроссинга. Здесь, как легко догадаться по названию, было много книг. В книжных шкафах и на отдельных полках, лежали стопками на старых чемоданах, опирались на цветочные горшки и служили подставками для ламп в бархатных абажурах. Большая часть книг, разумеется, скорее макулатура, чем что-то, стоящее внимания, – научные монографии, партийные сборники, серия "Поднятие целины", мемуары неизвестных личностей, немного русской классики и редкие проблески глянцевых современных обложек. Но все равно уютно.
Несмотря на то, что Яна с Вадимом рано вышли с театра, здесь уже осталось мало свободных мест – они заняли последний столик у окна, да и тот только что освободился. Яне нравилось это место, хотя кормили здесь так себе, благо хоть десерты привозные, с городской кулинарии. Отстраненно подумав, что на тортиках и капучинках она рискует располнеть, Яна все же снова заказала себе капучино и крохотное муссовое пирожное. Вадим, скептически выслушав ее заказ, ухмыльнулся:
– Надеюсь, ты не против, что я нормально поем? Давайте мне… м-м-м… судак, который в фольге запечен. Он же без гарнира? Тогда еще рис… а ризотто у вас – это ризотто или рис, от которого слегка пахнет вином?
Яна хихикнула, официантка, улыбнувшись, чуть наклонилась и тихо призналась:
– Даже вином не пахнет, просто там есть немного кукурузы и горошка.
– Понятно, тогда просто рис. И сок… Ян, ты же яблочный любишь? Яблочного литр. Спасибо.
Официантка ушла, а Вадим непринужденно продолжил разговор:
– Методом исключения было выяснено, что здесь хорошо готовят все, что в фольге. Это судак, говядина со сладким перцем и овощное рагу со свининой.
– Наверное, там просто все по рецепту сваливаешь в фольгу, а потом за тебя умная духовка разберется, как ее печь, – предположила Яна.
Вокруг драматического театра почти не было кафешек, а из тех, что имелись, только в этой можно было заказать что-то, кроме кофе и пирожного. Вадим, скорее всего, дома еще не был, хочет нормально поесть. Тот тут же подтвердил мысли Яны.
– Когда сюда ехал, еще нормально, но на втором акте так есть захотелось. Даже не есть, а жрать. Учеба во вторую смену – зло. Подработка после учебы – двойное зло. Спектакль был классным, но последние полчаса я думал только о том, чтобы Дездемону поскорее придушили.
Яна чуть слышно засмеялась, но не стала ничего говорить. Например о том, что он мог бы в перерыве сходит в буфет. Но раз решил терпеть, то это его выбор. Да и обсуждать спектакль пока не хотелось: словно нужно было еще немного времени, чтобы увиденное окончательно усвоилось. Ну и общих знакомых они вроде как уже обсудили. По всей видимости, Вадим думал примерно о том же, поэтому его вопрос был по-своему внезапен:
– Ты какие книжки обычно читаешь?
Яна, вздрогнув, сначала непонимающе уставилась на Вадима, но быстро поняла ход его мыслей – вокруг же буквально одни книги.
– Фэнтази, – честно ответила она. – Романтическое или героическое. Еще мистика иногда.
– О-о-о, – протянул Вадим. – Собрат по текстам. Романтическое я, что ожидаемое, обхожу стороной, но вообще люблю фэнтази. Что последнее читала?
Яна на минуту даже смутилась: назвала одно, а на деле в последнее время зависает совсем по-другому.
– Что-то наткнулась на “Играть, чтобы жить”… ЛитРПГ. Зацепило, хотя глупостей там прилично. Но читается легко.
Вадим улыбнулся:
– Я вообще практически фанат. Из последнего, что прям понравилось – “В бой идут”. Читала?
Яна тоже улыбнулась:
– Это была моя первая книга в жанре. Мне ее все время сайт рекомендовал, вот я и сдалась.
Яну, в целом, нисколько не удивило, что он любит этот жанр: он ведь заядлый геймер. И в программирование-то подался с целями разрабатывать игры, хотя его семья была не в восторге от решения среднего сына. У него почти все родственники так или иначе связаны с правоохранительными органами. Или со спортом – Януш ходил на плавание вместе с друзьями во многом потому, что дядя Вадима был тренером.
От разговоров их отвлекла вибрация сотового Яны: после театра она еще не убрала его с беззвучного режима. Взяв телефон со стола, Яна почувствовала себя так, будто на нее ведро ледяной воды вылили: звонил Виталик. Через социальную сеть, ведь ее нового номера у него быть не могло.
– Что такое? – нахмурился Вадим, увидев выражение лица Яны.
Та в ответ просто показала ему экран телефона. Вообще, насколько нормальными, в своем большинстве, были ее отношения с Виталиком, настолько же ненормальным получилось расставание: после он нередко звонил ей, писал, пару раз даже караулил в разных местах. Вадим тогда-то и помог Яне – чем-то пригрозил Виталику.
– Дай мне телефон, я с ним поговорю, – строгим голосом сказал он и протянул руку, словно и не ждал возражений.
Яна, впрочем, телефон протянула несколько неуверенно: быть может, лучше самой с ним поговорить? Узнать, что ему нужно?
– Я вас слушаю, – сказал в трубку Вадим, и Яна замерла, пытаясь услышать, о чем говорит Виталик.
В кафе играла музыка, периодически шипела кофемашина, за соседним столиком болтали между собой четыре подружки. Из-за всех этих звуков Яна могла слышать голос бывшего, но разобрать слова не получалось.
– Я не упырь, – чуть усмехнулся Вадим, – хотя ты меня и словами похуже называл. Помнишь, когда полез ко мне с кулаками и в итоге отправился на пятнадцать суток?
В трубке снова раздалось какое-то бурчание, а Яна только сейчас поняла, как Вадим отвадил тогда от нее бывшего: пригрозил тюрьмой.
– Да, это Вадим, – продолжил говорить он. – И я хотел бы знать, что побудило тебя доставать Яну? Напомнить тебе, чем это закончилось в прошлый раз? Что? Ты уже не тот? Так и я подрос, больше под кулаки подставляться не буду. Знаешь, какую статью народной называют? Нет? Прогугли двести двадцать восьмую – ее тебе сможет обеспечить даже самый тупой мент просто за один лишний выходной.
Теперь даже Яна услышала, как Виталик сыплет матерными ругательствами, а спустя несколько секунд Вадим вроде как рассеянно – ну ангел просто, а не парень! – протягивает ей телефон:
– Трубку бросил. Хам невоспитанный.
– Может, потому что ты обещал ему наркоту подбросить? – усмехнулась Яна.
Вадим весело, будто не на него матом орали меньше минуты назад, спросил:
– А откуда хорошая девочка Яночка знает, что записано в двести двадцать восьмой?
Яна на мгновение смутилась: и не потому что ее уличили в чем-то неприличном… Хотя нет, поэтому, только несколько под другим углом: Яна не знала номер статьи, но однажды она гуглила, как можно быстро кого-то подставить, и нашла, что статью о наркоте в России называют “народной” за большое количество подстав. И гуглила она это для того, чтобы использовать в своем романе. Говорить Вадиму – именно ему – о том, что она что-то пишет, почему-то не хотелось. Он слишком серьезный. И считает Яну серьезной. Не хочется его сильно разочаровывать.
– Не знаю, слышала где-то, – смущенно пробормотала в ответ она.
Вадим усмехнулся, отпил немного сока и снова заговорил, уже без напускного веселья:
– Так, а теперь серьезно. Думаю, я примерно знаю, почему звонил тебе Плетнев. В общем, он в покер пристрастился играть. На деньги. Не самые большие, конечно, но речь уже о ставках в паре десятков тысяч. То есть на кону обычно стоит по сотне рублей, иногда больше.
Яна удивленно распахнула глаза: ничего себе. И тут же поняла, что в этом нет ничего удивительного, ведь Виталик всегда был азартен. Вечно со всеми спорил, любил всякие автоматы, у Яны было много выигранных плюшевых игрушек, например.
– Помнишь Диму Димина? – продолжил Вадим. – Плетнев у него полгода назад занял приличную сумму. Димину уезжать, а тот не возвращает. Поехали разбираться – деньги вроде вернул, но зато выяснили, что Плетнев часто кому-то должен. Даже соседи уже привычные, что к нему вечно кредиторы в двери ломятся. Так что тут два варианта: либо он просто занять хотел, либо надеялся сойтись и…
– И тянуть из меня деньги? – нахмурилась Яна. – Брось, вы же всегда видели, что у нас с Янушом сроду крупных сумм на руках не было. Половина семьи с экономическими корочками, счетоводы до мозга костей, что там вытянуть?
Вадим просто пожал плечами в ответ, а Яна зябко поежилась. В голову пришла дурная идея, что Виталик хочет ее похитить и требовать выкуп от родителей…
– Если будет доставать – сразу звони, – предупредил Вадим. – Кто знает, что у этих азартных наркоманов в голове? Как там нам твой дед говорил, когда мы мелкие были?
Яна усмехнулась, вспоминая дедушку. Последние три года своей жизни он уже не ездил на работу, следил за внуками: из-за инсульта стал совсем слаб. И когда внуки с друзьями что-то творили, он всегда требовал от них быть максимально осторожными.
– Лучше быть придурком, который перебдел, чем смелым идиотом без пальца, – процитировала она деда и усмехнулась.
Вадим тоже усмехнулся, услышав эти слова, и молча кивнул.
Вообще-то до развала СССР ее дед работал в научном институте инженером, и эту присказку они говорили молодым сотрудником, заставляя все проверять дважды.
Глава 15. Все они такие
Субботнее утро было ленивым и расслабленным. Тусклое солнце светило в окна, под одеялом тепло и уютно. Яна медленно, с удовольствием потягивалась в постели, зевала, даже и не думая вставать. Сегодня хотелось подремать и поваляться. Ей слишком хорошо…
А потом станет еще лучше: можно будет набрать ванну, кинуть туда пахучую лавандовую бомбочку, потом поделать масочки… Сегодня она будет себя любить.
Жизнь в последнее время слишком напоминала драматический сериал, так что возможность взять паузу, расслабиться и побыть наедине с собой, очень ценна.
Брат опять остался у своей Ангелины… ну хоть тащить эту воблу к ним не стал. Вечные стенания, замаскированные под излишек хорошего воспитания, изрядно раздражали. Впрочем, думать об Ангелине и их с Янушем отношениях тоже не хотелось.
Телефон пиликнул, и Яна, сунув руку под подушку, вытянула его наружу.
На электронную почту упало еженедельное уведомления с сайта, где она выкладывала свои тексты. Давненько она туда не заходила…
Да и не хотелось, если совсем уж честно. И не то чтобы страсть к писательству пропала, нет. Просто… В ее жизни внезапно столько всего стало происходить… Яна сама толком не знала, что чувствует по этому поводу, но ее определенно немного пугал выход из привычной зоны комфорта, где был Януш, родители и бабуля, привычный маршрут дом-универ-дом и “запойное” желание писать по вечерам и выходным.
И все-таки ее они скорее радовали, все эти изменения. Жизнь вдруг стала очень насыщенной и яркой, несмотря на непредсказуемость событий и, тем более, невозможность их контролировать.
Внезапно телефон в руках зазвонил, оглушив гитарным риффом из Токийского гуля, – Яна даже вздрогнула и выронила его, больно ударив себя по подбородку.
– Ой!
“Я был там, где мир весь темный и весь мрачный,
Он словно стал совсем прозрачный –
Никому в нем меня не отыскать!” – надрывался солист, и Яна поскорее убрала звук.
Бабуля – высветилось на экране, и Яна непроизвольно улыбнулась: фото на контакте, где Анна Янушовна ласково улыбалась внучке, плохо сочеталось с жестким проигрышем, который стоял у нее абсолютно на все вызовы, кроме брата.
– Привет, бабуль, – Яна наконец подняла трубку и, потирая все еще нывший подбородок, подтянулась на локтях, поудобнее устраиваясь в подушках.
– Доброе утро, Яночка, – голос бабушки был теплым, ласковым, и Яна снова улыбнулась. – Как дела, золотко? Ты уже позавтракала?
– Не-а, – едва удержала зевок Яна, но ответ все равно получился невнятным. – Валяюсь.
– Ленишься?
– Ага, – с готовностью согласилась она. – А ты просто так звонишь, бабуль? – поспешностью вопроса Яна надеялась отделаться от бабушкиных нотаций: та не преминула бы прочитать лекцию про важность самодисциплины, “кто рано встает, тому бог подает” и прочее в том же духе.
– Яночка… – бабуля замялась, и Яна даже как-то напряглась – внутри заворочалось предчувствие чего-то. – Дело в том, что… Ох, детка. В общем, учитывая, что казус с Булгаковыми разрешен, я хотела бы пригласить их на празднование дня бухгалтера в выходные. Ты не против?
– Конечно нет, – сразу расслабилась Яна. – Это же твой праздник. А можно я тогда приглашу подругу?
Идея пригласить Милу пришла как-то вдруг, сама собой, но с ней пережить предстоящее празднование определенно будет легче, да и брату не помешает посмотреть, как ведут себя нормальные девчонки.
– Но Марина же прилетит только на праздники, – с сомнением проговорила бабушка, и Яна с удовольствием уточнила:
– А это не Марина, но ты ее знаешь. Это Мила Фролова.
– Что ж, если ты так хочешь, то ничего не имею против, – легко согласилась бабушка. – Зови.
Совсем отделаться от бабулиных нотаций не получилось, но обошлось без лекций. Скорее даже наоборот: бабуля напомнила, что на следующей неделе раздадут темы дипломных и это, возможно, последние свободные выходные, ведь Яна свою дипломную будет писать, разумеется, на базе семейного предприятия. Горько вздохнув, – опять о плохом напомнили – Яна попрощалась с бабушкой. И тут же, не теряя времени, написала Миле:
“Не занята”
“?”
“Нет” – ответ пришел меньше чем через минуту, и Яна сразу нажала вызов.
Трубку Мила взяла уже после второго гудка. Яна, едва дождавшись приветствия, выпалила на одном дыхании:
– Привет! Хочешь прийти к нам на праздник в субботу? – и уже чуть спокойнее добавила: – Там Януш будет, вся моя семья, некоторые друзья…
– Конечно хочу! – воскликнула Мила, и Яна услышала, как у той что-то упало. Мила чертыхнулась, снова что-то грохнуло. – Ч-черт! А что за праздник?
Яна уже открыла рот, чтобы ответить, как Мила перебила ее:
– Стой! Не рассказывай. Как насчет встретиться и нормально поболтать?
– Давай, – улыбнулась Яна и кинула взгляд на часы на стене. – Где встретимся?
– Давай в кофейне у торгового центра?
– Ла-адно, – протянула Яна, прикинув, что у нее примерно полчаса на сборы. – Думаю, часика через два буду на месте.
– Может, тогда у твоего подъезда и через час? Я все равно на машине.
– Отлично, – Яна откинула одеяло и вскочила с кровати, чуть не запутавшись в простыне.
– У тебя сорок минут, – несколько угрожающе проговорила Мила и сбросила вызов.
Яна захихикала и помчалась в ванную: нужно же еще принять душ, подсушиться и выбрать что надеть.
Уложилась она впритык и дверь закрывала, начиная нервничать: опаздывать, несмотря на все шуточки брата, Яна не любила.
Почти бегом спустившись по лестнице, она распахнула дверь подъезда, шагнула через порог и… испуганно замерла – у ступеней стоял Виталик. Яна настороженно посмотрела на него, крепко стискивая ручки сумочки. За спиной хлопнула подъездная дверь, словно отрезая Яну от безопасного неведения.
– Яна… Привет, – улыбнулся он как ни в чем не бывало.
Яне показалось, что на нее ушат холодной воды вылили: вот уж кого здесь встретить она не ожидала, так это бывшего.
– Что тебе нужно? – зло сощурилась она.
– Воу-воу, – тот шутливо вскинул руки и подошел на шаг ближе. Яна еле удержалась от желания попятиться. – Я просто хотел с тобой поговорить.
– Я не хочу с тобой разговаривать, – отрезала она и сложила руки на груди.
– Тебе придется меня выслушать, – Виталик перестал улыбаться и весь как-то напрягся, едва ощутимо излучая угрозу. – Я предлагаю где-то посидеть и пообщаться.
Тут он снова стал улыбаться, пытаясь, видимо, сгладить впечатление, но Яну аж передергивало от этого типа и его ненатуральных улыбок. И чего ему понадобилось?.. Вот когда она пожалела, что так и не прочла те сообщения. Сейчас бы отказала и все.
– Говори здесь.
– Яночка, понимаешь, я… – Виталик замялся и, нахмурившись, отвел глаза в сторону. – Я был неправ. Я бы хотел вернуть тебя.
Ничего себе прямолинейность! Яна от возмущения просто задохнулась. Перед глазами так, будто это было вчера, пронеслась та безобразная ссора после выпускного, злой Януш со сбитыми костяшками и ненависть, плескавшаяся в карих глазах Виталика, когда-то с нежностью глядевших на нее.
– …постоянно думаю о тебе, – тем временем все больше распалялся Виталик. – Давай попробуем все сначала? Нам же было хорошо вместе.
– Ни за что! – Яна чувствовала, как внутри разгорается злость и непонимание: как ему вообще в голову могло прийти вот так вот нагло предлагать подобное после всего, что он ей наговорил?! – Мне это не нужно. Я не хочу тебя видеть.
Решительно спустившись по ступенькам, Яна попыталась пройти мимо, но Виталик, резко шагнув в ее сторону, вцепился в запястье и крепко сжал пальцы.
– Пусти! – Яна дернулась, смело посмотрев ему в лицо, хотя внутри буквально обмирала от страха. За прошедшие годы Виталик еще вытянулся и теперь угрожающе нависал на ней.
– Нет. Ты сейчас пойдешь со мной и выслушаешь все, что я хочу тебе сказать, поняла?
– Да пошел ты!..
Злость перевесила опаску, и Яна выпалила то, что не осмелилась сказать когда-то. Виталик нахмурился и плотно сжал губы, придвинувшись еще ближе. Яна будто оцепенела, видя его лицо совсем рядом и чувствуя на запястье болезненную даже сквозь толстую ткань пальто хватку.
– Я не хочу…
– Придется, – тихо процедил Виталик и слегка встряхнул ее.
– Нет. Мне это не нужно… Ты мне не нужен, – снова дернулась Яна. – Пусти, идиот!
И так приятно было высказать это Виталику, пусть и спустя несколько лет, что, если бы не страх, она могла бы и порадоваться этому событию. Плетнев, напротив, все больше выходил из себя. Он уже открыл рот, наверняка собираясь сказать очередную гадость,
но тут рядом с ними, резко взвизгнув шинами, тормознула “свинка” Милы, и та почти сразу вылезла наружу.
– Эй, ты! Отпусти ее, мудила! – громкий голос Милы будто бы придал сил. Яна задергалась, но цепкая хватка на руке и не думала ослабевать. Она с отчаянием посмотрела на подругу, и та, сунув руку в карман, достала телефон и направила камеру на Виталика.
– Руки, сказала, убрал! – приказала Мила и ехидно улыбнулась Виталику: – А то сейчас ты окажешься в инсте под тегом “главныймудакгорода” и тебя увидят все мои двадцать с лишним тысяч подписчиков, усёк?
Виталик скрипнул зубами, челюсти на мгновение обозначились резче, но удерживать Яну перестал – она аж покачнулась от неожиданности, когда тот буквально отшвырнул ее руку.
– Чего стоишь? – крикнула Мила, продолжая бодаться взглядами с Виталиком, и грубо поторопила ее: – В машину села, быстро!
Яна поспешила выполнить просьбу-приказ и, только захлопнув дверь и заблокировав ее, почувствовала себя в относительной безопасности. Мила тем временем еще что-то сказала Виталику и села на водительское место, тут же резко, под визг покрышек, выруливая со двора.
– Нет, ну какой же козлина! – возмущалась она дорогой, пока Яна подавленно молчала. – Урод! А ты чего молчала? Надо было вырываться, не знаю… “Пожар!” кричать, в ментуру звонить. А ты как овца на заклание, разве так можно?
Яна промолчала и крепче сцепила пальцы на жестких ручках кожаной сумочки, чтобы Мила не увидела, как те дрожат. Ее вообще трясло мелкой противной дрожью – все-таки встретиться с бывшим таким образом было очень… неприятно.
– Ну ты хоть мяукни что-то, – уже спокойнее произнесла Мила и положила ладонь ей на плечо. – Чего молчишь-то? Ян?
– Он не всегда таким был, – неожиданно даже для себя сказала она и, повинуясь вопросительному взгляду Милы, начала неохотно рассказывать: – В школе он был другим, гораздо лучше… Мы учились в одном классе, он мило носил за мной учебники и сумку, и никогда-никогда не обращал внимания на подколки. И с его мамой я хорошо общалась.
Яна вздохнула, про себя подумав, что меняться он начал, когда устроился на подработку.
В отличие от многих из ее круга общения, семья у Виталика была довольно обычной, без частных предприятий, высоких должностей или шикарных связей. Вообще без каких-то связей.
В выпускном классе Виталик устроился на работу официантом и быстро стал меняться. Работал на банкетах по выходным. Все ребята с его новой работы были старше, получали, на самом деле, приличные деньги, которые тратили даже быстрее, чем зарабатывали. И всегда звали с собой Виталика. Яну тоже звали. Она сходила как-то раз и в тот же день поняла, что ей с этими весельчаками не по пути. Из-за новых друзей она стала часто ссориться с Виталиком, они стали редко видеться… В целом, и до выпускного у них все было неладно, тот случай просто расставил все по местам.
– Ну раз даже с мамой знакома… – издевательски протянула Мила и фыркнула: – Мама – это аргумент.
Она замолчала, круто сворачивая на перекрестке, а после раздраженно добавила:
– Конечно, не такой был, ага. Все они такие! Казлы, – припечатала Мила, и Яна шутливо возмутилась, наконец беря себя в руки:
– Эй! Мой брат не такой, он лапочка!
– Ну да, – с готовностью подтвердила Мила, ни капли не смущенная возникшим противоречием. – Януш – исключение из правил.
– Значит, все-такие есть исключения? – лукаво спросила Яна и захихикала над нарочито зверской рожицей, которую скорчила Мила.
– У-у, предательница, – протянула Мила, и Яна уже откровенно рассмеялась, и смеялась до тех пор, пока Мила не спросила: – Ну ладно, хватит веселиться. Лучше скажи мне, чего ждать в выходные.
Яна мигом переключилась, рассказывая о тех, кто приглашен к бабуле на день бухгалтера, и радуясь, что у нее такая боевая подруга.
Глава 16. Миражи прошлого
Яна осторожно приоткрыла дверь подъезда и выглянула наружу – Виталика не было. Нет, она понимала, что его как бы и не должно быть, но… Бывший очень не любил оказываться в глупых ситуациях, а Мила именно такую ему и устроила вчера, так что он вряд ли снова рискнет сюда приходить. Однако все равно было страшно.
Озираясь по сторонам, будто вор с украденным добром, Яна спустилась по ступенькам и поспешила к машине. Вздрогнула, голос раздался почти у самого плеча:
– КГБ не дремлет? Думаешь, в кустах притаились?
– Степан!
У подъезда Яны рос шикарный куст сирени, за которым и притаился Булгаков.
– А что Степан? – тот улыбнулся и притянул ее ближе, ласково поцеловал в щеку, а потом и в губы. Яна смутилась и потупилась, пряча улыбку. – Так что? Почему ты ведешь себя, будто в шпионском боевике?
Улыбка тут же пропала. Она сглотнула и отступила на шаг, разглядывая Степана в тусклом свете фонаря. Разглядела мало: почему-то получалось, что она стоит в кругу света, а Степан – за ним, и разобрать, что выражает его лицо, было сложно.
Определенно, Степану вряд ли понравится, если она расскажет про Виталика, но и промолчать… Не хотелось лгать или умалчивать.
– Вчера столкнулась с бывшим, – резко выдохнув, начала Яна, – Виталик меня у подъезда караулил… Он меня напугал.
Степан внезапно шагнул вперед, вплотную к ней, и заглянул в глаза.
– Ты в порядке? – с тревогой спросил он.
– Да, все уже хорошо, – тихо сказала Яна и попыталась улыбнуться. Судя по виду Степы, получилось плохо.
– Не заметно, – поджал тот губы и крепче сжал ее пальцы, словно поддерживая.
Помолчали. Яна не знала, что говорить, а Степан, кажется, о чем-то размышлял.
– К счастью, мадемуазель Манцевич, я знаю, как поднять вам настроение, – он широко и как-то слишком ослепительно улыбнулся и что-то вложил ей в руку.
Яна раскрыла ладонь и увидела ключи от машины.
– И правда. Ты знаешь, что нужно девушкам.
– Одной конкретной девушке, прошу заметить, – чопорно поправил Степан и потянул в сторону машины.
Яна засмеялась и бодро последовала за ним. Ей и впрямь полегчало – тревога почти отступила.
Степан дождался, пока она откроет машину, и галантно распахнул дверь.
– Прошу, мадемуазель.
Яна снова почувствовала, что краснеет, но такое поведение грело ее самолюбие. Еще никто никогда так не делал.
Она поудобнее устроилась на сиденье и стала настраивать все под себя.
– Так что там с бывшим? – спросил Степа, пристегивая ремень безопасности.
Яна, уже успевшая расслабиться в присутствии Степана, растерялась: рассказывать унизительную историю отношений, точнее, то, чем те закончились, не хотелось.
– Ну… Мы встречались в школе, а после выпускного расстались… Не очень хорошо, – уточнила она, кинув короткий взгляд в зеркало заднего вида.
Показалось, что там кто-то стоит, но стоило моргнуть, как силуэт исчез. Она встряхнула головой и мысленно обозвала себя параноиком. Дожили. Так перепугалась, что мерещится всякое.
– И давно расстались?
– Да, – с запозданием ответила Яна. – Больше трех лет назад.
Степан чуть нахмурился и уточнил:
– Как ты говорила его зовут?
