Текст книги "Двуликий Янус"

Автор книги: Максимилиан Уваров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 12 страниц)

 

Поняв, что действия Карлуши не нанесли урона моей рыжей шевелюре, я встал с кровати, оделся и, распахнув дверь, выбежал на улицу. Пробежав мимо нескольких жилых вагонов, я направился было к навесу столовой, но, выйдя на небольшую площадь, замер на месте от ужаса.

 

Вся площадь, где раньше стоял шатер, была полна зверей. Они нагло расхаживали между открытыми вагонами, гружеными досками, активно работали фомками, разбирая конюшню и зверинец. Мне показалось, что их смех и лающий язык заглушили все звуки вокруг. Они были везде: возле душа, на лавках у вагонов, на крыше конюшни. Мимо проехали несколько грузовиков, из которых на меня тоже смотрели холодные звериные глаза. Я не различал их ни по окраске, ни по голосам. Они все были на одно лицо. Высокие, молодые, с наглыми серыми глазами и светлой шерстью на холках.

 

– Schneller! Wir arbeiten! – услышал я недалеко от себя, и мое сердце остановилось.

 

По направлению ко мне шел зверь в черной форме и такой же черной фуражке с кокардой. По тому, как два зверя, сидящие на лавке, после его слов бросились загружать машину, я понял, что он тут главный.

 

Подойдя совсем близко, зверь сел передо мной на корточки и протянул вперед руку. В его руке было красивое красное яблоко.

 

– А я все думал, тот смешной клоун карлик или мальчик? – сказал он, и я, подняв на него глаза, увидел, что он вовсе не зверь.

 

Он был человек. Военный улыбался мне, протягивая яблоко, и в его глазах цвета осеннего неба сверкали смешливые искорки.

 

– Вы человек? – тихо пискнул я и взял яблоко.

 

– Конечно человек, – засмеялся мужчина.

 

– А откуда вы знаете звериный язык? – я с любопытством посмотрел на него и с аппетитом вонзил зубы в твердую кожицу яблока.

 

– Звериный? – мужчина слегка нахмурил брови и, быстро обведя взглядом бегающих вокруг зверей, ответил: – Я жил и вырос среди них. Поэтому говорю на их языке.

 

– Херр майор! – к нам подлетел Януш и, приземлившись рядом со мной, закрыл меня от майора крыльями. – Это наш новый артист. Он немного не в себе, поэтому…

 

– Он милый малыш с фантазией, – улыбнулся майор и потрепал меня по рыжим волосам. – Где вы его нашли?

 

– В капусте, – выпалил Януш, и я заметил по его глазам, что он сам испугался этих слов.

 

– То есть?.. – удивленно поднял брови майор.

 

– Понимаете, – Януш отодвинул меня за свою спину и подошел к майору ближе. – Нам нужно было закупиться продуктами, и Милош, это хозяин цирка, пошел на рынок. И там, за кучей капустных кочанов, нашел нашего Болека, – на одном дыхании выпалил Януш.

 

– Болека, значит, – усмехнулся майор. – Ну-ну… – хмыкнул он себе под нос и, развернувшись на каблуках, пошел к кучке загорающих на солнце зверей. – Warum arbeiten wir nicht? Arbeit! – крикнул он им и погнал в сторону вагонов с досками.

 

– А врать нехорошо, – сказал я Янушу, доедая яблоко.

 

– Иногда приходится, – ответил он мне, тяжело дыша и провожая взглядом майора. – Он же зверь.

 

– Не-а, – мотнул я головой и кинул огрызок в кусты. – Он человек. Он просто вырос с ними.

 

– Не стоит верить человеку, который вырос со зверями, – ответил мне Януш и, взяв за руку, повел в сторону столовой.

 

 

Я ждал вечера с нетерпением. Я никогда не ходил в ночное и потому считал, что это будет какая-то особенная ночь.

 

Я исполнял все задания, которые мне давали: собрал посуду со стола после обеда, почистил клетки голубей и Карлуши, убрал в вагончике, помог девочкам аккуратно сложить в сундуки костюмы. И вот наконец Януш и Милош взяли меня за руки и отвели к стойлу с лошадьми.

 

Верный, как настоящий мудрый кентавр, понял, что я достаточно уверенно держусь в седле, поэтому пошел легкой рысью вровень с лошадьми Януша и Милоша.

 

– Кстати, неплохая идея объединить твой номер с номером Марго, – говорил Милош, подгоняя лошадь тонкой хворостинкой.

 

– А как же мой номер? – напомнил ему я.

 

– И твой номер тоже вполне там уместен, – кивнул он мне.

 

– Это опасно, – покачал головой Януш. – Не забывай, Милош, что Анхель ребенок.

 

– Так ты же меня поймаешь, когда я буду падать! – возмущенно пискнул я.

 

– Вот в тот момент, когда ты пикируешь вниз, ты ловишь Анхеля, прямо над манежем, и вы вместе взмываете вверх, – продолжал Милош, видимо, не слыша нас и пребывая в некоем творческом процессе.

 

– Милош! – толкнул его в плечо Януш. – Мы еще мое падение толком не отработали, а ты хочешь, чтобы я еще и Анхеля словил в полете?

 

– Страховка! Все дело в ней! – не унимался Милош. – Их будет три. Одна на тебе, вторая на Анхеле, а третья фальшивая. На ней сделаем перекладину, чтобы Анхель мог за нее держаться. Вот смотри… Твою скорость падения можно замедлить, и в этот момент ты ловишь Анхеля. К тому же его можно поднять на фальшивой страховке невысоко.

 

– Милош, ты меня слышишь? – нахмурился Януш. – Я не буду рисковать Анхелем ради эффектного номера!

 

– Надо просто все рассчитать математически, – снова сказал Милош, бросив взгляд на Януша. – И потом, мы научим Анхеля правильно падать.

 

– Когда? – заволновался я.

 

– Да хоть сегодня, как только приедем на поле, – подмигнул мне Милош и перевел разговор на другую тему: – Кто умеет разводить костер?

 

 

Пока лошади мирно паслись на большом лугу, мы с Милошем разожгли костер, а Януш нанизал на железные шпажки куски мяса, которые, по его словам, были им добыты в честном бою с волками Габриэля.

 

Оказалось, что кроме мяса в сумке, которую дала нам Ганечка, было полбуханки хлеба, несколько помидоров и огурец. Когда мясо прожарилось и мы уселись на траву ужинать, Милош хитро подмигнул Янушу и достал из-за пазухи початую бутылку сливянки.

 

После сытной еды и выпитого вина Милош и Януш решили дать мне первый урок. Для этого Милош присел на корточки и сложил руки ковшом. Януш встал на них босыми ногами и, сильно взмахнув крыльями, взлетел вверх. Сделав кувырок в воздухе, он приземлился на согнутые ноги. Но выпитое вино, видимо, не дало ему правильно приземлиться. Бог нелепо взмахнул руками и сел на попу.

 

– Урок первый! – сказал он, отряхивая брюки. – Никогда не пей сливянку перед репетицией. Еще раз давай! – кивнул он Милошу, и тот снова сел на корточки.

 

Второй прыжок оказался более удачным. Януш приземлился точно на согнутые ноги и, немного зависнув в такой позе, выпрямился.

 

– Самое главное – вовремя согнуть ноги и еще скрестить руки на груди. Это называется сгруппироваться. Если даже ты упадешь неудачно, то не повредишь конечности. И еще – очень важно не падать на попу, как это сделал я. Надо стараться немного накрениться вперед.

 

– Давай теперь я! – я с готовностью подошел к Милошу, но с удивлением увидел, что тот спит, сидя на корточках.

 

– Не беспокой его, – улыбнулся Януш. – Этот переезд его вымотал. Давай лучше ляжем, и я расскажу тебе сказку.

 

Меня не нужно было долго уговаривать. Мы расстелили на траве старые одеяла и улеглись на них, уставившись в звездное небо.

 

– У одной молодой цыганки в таборе родилась дочка. Девочка была просто прекрасна! У нее были огромные зеленые глаза и длинные густые рыжие волосы. Вот только… вместо ног у нее был змеиный хвост. Поначалу никто не замечал ничего необычного. Все считали ее нормальным ребенком. Но однажды она каталась с отцом на коне, и тот так разыгрался, что скинул юную наездницу. Любой человек, наверное, поломался бы весь, но только не наша девочка-змея. Отец очень испугался за нее и отвез в город к доктору. Вот он-то и обнаружил ее хвост. Оказалось, что из-за него девочка может выворачивать суставы в любую сторону. Узнав про змеиный хвост, совет табора решил, что юная цыганка должна выступать на представлениях вместе с дрессированным медведем и танцовщицами. Девочка очень обрадовалась. Она всегда об этом мечтала, но ее отец был очень важным человеком в таборе и решил, что его дочь никогда не будет развлекать публику. И вот тогда, узнав о том, что в город приехал цирк, девчонка убежала из табора и стала путешествовать вместе с цирком, выступая со своим необычным номером.

 

========== Глава 25 ==========

 

Когда мы утром вернулись, вагонов с досками и реквизитом уже не было. Жилые фургончики были расставлены так, чтобы в них удобно было запрячь лошадей.

 

Наш вагончик, неспешно покачиваясь, ехал по улицам моего города. За окном плыли родные улочки, дома, магазины и парки. Только вот знакомых лиц я не видел. Мне было грустно. Я вспомнил маму и папу, друзей, школу, воскресные занятия в синагоге. Город вроде остался прежним, но в нем стало пусто и одиноко. Лавка башмачника смотрела на меня пустыми глазницами разбитых окон. Школа превратилась в казарму, а в ее дворе, где мы раньше играли с друзьями в лапту, между деревьев висели стираные кальсоны, гимнастерки и портянки зверей. При виде нашего старого дома мое сердце сжалось, и я с трудом сдержал слезы.

 

– Тебе грустно, Анхель? – Януш сел на мою кровать и, обняв меня за плечи, поцеловал в макушку.

 

– Расскажи мне про будущее, – вдруг попросил его я, не знаю почему.

 

– Понимаешь… – Януш отстранился и внимательно посмотрел мне в глаза. – Будущее невозможно узнать точно. Вот прошлое легко увидеть. Его следы всегда остаются на людях. На руках, в морщинках возле губ, в глазах. Оно проскальзывает в голосе. Оно впечатано в сам облик человека. А вот будущее… Ты видишь сразу несколько картинок одного и того же события.

 

– Это почему? – удивился я.

 

– Ну вот смотри: мама тебя отправила в лес, и ты вполне мог не сбиться с маршрута. Ты мог встретить кого-то в лесу, и тебе бы помогли выбраться. Или ты мог зацепиться рубашкой за сучок и утром, увидев кусочек тряпочки на ветке, понять, что пришел именно оттуда. И тогда ты дошел бы до деревни, нашел бы Якова, и тот переправил бы тебя с остальными в безопасное место, – грустно улыбнулся Януш.

 

– Но тогда ты бы не нашел меня в лесу, и я никогда не узнал бы Шери, Марысю и Софию. Габриэль не научил бы меня ездить верхом. Я никогда бы не вышел на арену цирка и никогда бы не узнал, что такое Парад-алле. И я не узнал бы тебя, – от последней мысли мне стало совсем тоскливо, я прижался к Янушу боком и обнял его.

 

– А еще… могло случиться так, что я не пошел бы в тот день в лес. И тогда тебя нашли бы они и… Нет! Не хочу про это думать! – Януш тряхнул светлыми волосами, и крупный золотой завиток упал ему на лоб. – Но я пошел, и знаешь почему? – он поправил волосы рукой и как-то совсем тепло посмотрел на меня.

 

– Почему? – спросил я.

 

– Меня позвали, – ответил он. – Я слышал голос, который меня вел за собой.

 

– Это я тебя звал? – у меня перехватило дыхание.

 

– Нет, – Януш покачал головой и посмотрел в окно. – Голос был женским.

 

– Мама… – понял я и, уткнувшись ему в плечо, расплакался.

 

– Твоя мама вела Януша к тебе? – вырывает меня из воспоминаний голос внука.

 

– Верно, – улыбаюсь я. – Я ее больше никогда не видел. В моих воспоминаниях мама и папа остались молодыми и красивыми. Они не состарились ни на один день. В этом и есть странность нашей памяти. А сейчас… – я поднимаюсь с лавки и ищу глазами свою палку. – Пора бы и домой. И нужно купить хлеба на обед.

 

– Дед, а я так и не понял, в чем было уродство Януша? – спросил внук, подавая мне тросточку.

 

– Глупый ты, – хмыкает на брата девочка. – Януш прекрасен. У него нет уродств.

 

– А что он тогда делает в таком цирке? Он мог бы выступать в обычном, – парирует внук.

 

– Я расскажу вам обо всем, – улыбаюсь я, – вы уже взрослые и должны все понять, но сначала обед!

 

 

Обед прошел очень быстро и в полной тишине. Мои маленькие хомячки закидывали в себя ложки супа одну за одной, даже не пережевывая.

 

– Все, дед, пошли на веранду, – заявляет мне внук, как только его тарелка оказывается пустой.

 

– Не торопи дедулю, – хмурится внучка, собирая тарелки. – Он у нас старенький, вдруг забудет, о чем обещал рассказать.

 

– Не забуду, – смеюсь я, – я старый, но с памятью у меня все хорошо. Я помню, что обещал вам рассказать, чем Януш отличался от других.

 

Мы снова расположились на терраске на заднем дворе, и я, не став больше испытывать терпение внуков, продолжил рассказ:

 

– Осень была уже в полном разгаре. Мы уже несколько дней ехали по дороге вслед за цирковым реквизитом. Останавливались только для ужина. Завтрак и обед выдавались сухим пайком. Ужин нам готовила Ганечка на большой плите, которая топилась дровами. Пока готовилась еда, мы выгуливали животных, давали отдых коням и сами разминали затекшие от постоянного сидения и лежания конечности.

 

Шери и Макс репетировали танец, вытащив на траву лист фанеры. Марыся и Софи тянули мышцы, держась за вагончики. Влад качал руки, взяв в каждую по запасному колесу вагонов.

 

Стайка зверей, приставленная к нам то ли в помощь, то ли для присмотра, располагалась недалеко от нас, и я слышал их свист и гогот. Они смотрели жадными горящими глазами на Марысю и Софию, а те брезгливо фыркали и старались отойти подальше от жадных взоров исходивших слюной зверей. Над танцами Макса и Шери звери откровенно смеялись. Завидев Габриэля, начинали громко скулить и выть, а Влада дразнили, оттопыривая себе уши.

 

Но как только вдали показывалась высокая фигура майора, свист и улюлюканье стихали и звери начинали делать вид, что заняты чисткой сапог или полировкой пряжек на ремнях.

 

На третий или четвертый день нашего путешествия неожиданно к нам вернулось лето. За день солнце накалило крыши вагончиков так, что дышать стало тяжело. Мы с Янушем развалились на полу фургона, заранее вылив на него ведро воды.

 

– Я бы сейчас с удовольствием искупался в речке, – вздохнул я, подливая воду в небольшую ванночку, где сидел недовольный и нахохлившийся Карлуша.

 

Удивительно, но мне показалось, что кто-то решил исполнить мое желание. Остановку объявили намного раньше, чем обычно, а выйдя из пропитанного жарой вагончика, я увидел небольшое лесное озеро вдалеке.

 

– Ребята! Айда купаться! – крикнул Габриэль и первым побежал со склона по направлению к заманчиво блестевшей водяной глади.

 

Вода в озере оказалась холодной, но это не остановило нашу компанию. Я, конечно, примкнул к мужской части и неуверенно проплыл несколько метров рядом с фыркающим в воде Владом. Потом я решил навестить девочек, но выйдя из кустов с другой стороны озера там, где расположилась женская компания, услышал громкий визг:

 

– И-и-и!!! Анхель! Сюда можно только девочкам! Мы без купальников!

 

– Вы Януша не видели? – спросил я у девочек из-за кустов, неожиданно вспомнив, что не видел его у озера.

 

– Он ушел куда-то ближе к лесу, – ответила мне Шери, и я услышал всплески воды и тихое женское попискивание.

 

Чтобы самому не смущаться и не смущать своим присутствием прекрасную половину нашего цирка, я решил поискать Януша, для чего пошел к озеру со стороны леса. Увидев светлую головку за густым тростником, я решил напугать его, для чего нырнул с головой в воду.

 

Я правильно рассчитал расстояние и вынырнул с громким «Ха!» точно перед ним и был очень удивлен, увидев неподдельный испуг в глазах Януша.

 

Если бы я не знал, что передо мной Януш, я бы принял его за девочку-подростка с еще не сформировавшимися женскими формами и небольшой острой грудкой с нежными розовыми сосочками. Бог испуганно вздрогнул и зачем-то прикрыл руками именно пах, оставив моему любопытному взору женскую грудь. Потом, видимо, одумавшись или увидев, куда устремлен мой взгляд, Януш прикрыл грудь, и я увидел у него между ног небольшой член примерно такого же размера, что и у меня.

 

– Анхель! – придя в себя, закричал Януш. – Сейчас же отвернись! – и с этими словами он кинулся на берег, поднимая ногами в воде илистую муть.

 

Когда я сам выбрался на берег, он уже сидел в рубашке, притянув к груди коленки и натянув полы почти до щиколоток. Я плюхнулся на траву рядом с ним и, подставив пузо теплым солнечным лучам, закрыл глаза от удовольствия.

 

– Ты теперь не будешь со мной дружить? – как-то по-детски спросил у меня Януш.

 

– Почему? – не понял его я и, приоткрыв глаза, удивленно поднял брови.

 

– Потому что… Я не такой, как все, – ответил мне Януш и устремил грустный взгляд на темную воду озера.

 

– Ты не такой, как все, – согласился я. – Но разве можно из-за этого раздружиться? – я снова прикрыл глаза, решив для себя, что разговор закончен.

 

– Скажи, – тихо попросил Януш, – каким ты меня видишь?

 

– У тебя белая полупрозрачная кожа, – начал я, мысленно представляя Януша, – и золотые волосы. А еще у тебя огромные крылья за спиной. Белые, как снег зимой. А когда ты смотришь на людей, то из твоих глаз идет голубой свет.

 

Я улыбнулся воображаемому Янушу, и тот, взмахнув крыльями, взлетел высоко в небо. В этот момент я почувствовал легкое прикосновение руки к своим волосам и мягкий поцелуй в лоб моего бога.

    Комментарий к Глава 25

    Сегодня в группе я выложу бонусную главу, которой не будет на фб!

Спешите ее прочитать!

https://vk.com/minion2302

 

========== Глава 26 ==========

 

Жара закончилась так же неожиданно, как и началась. Солнце скрылось за тучами. Временами начинал моросить противный мелкий дождик.

 

Милош все же добился того, чтобы номер Януша объединить с моим, но мой бог настоял на ежедневных тренировках. Для начала Милош и Януш продолжили учить меня правильно падать. Для репетиций падения в качестве вышки был приглашен Влад. Я прыгал с его плеч, а Януш и Милош внизу страховали меня.

 

– Алле-оп! – кричал мне Милош, и я с громким «Уи-и-и!» рыбкой нырял вниз в крепкие руки моих помощников.

 

– Ты должен не упасть, а прыгнуть! – в очередной раз говорил мне Януш и качал головой, глядя на Милоша.

 

– Давай-ка еще раз, – строго говорил Милош и подсаживал меня на плечи великана.

 

– Может, хватит уже? – громко спрашивал тот. – Он мне уже все уши оттоптал!

 

И снова мое громкое «Уи-и-и!» нарушало тишину вокруг.

 

– По-моему, на сегодня действительно достаточно, – сказал Милош, ловя меня подмышки. Почувствовав, что его пальцы шевелятся, я громко захохотал от щекотки, пытаясь вырваться из его рук.

 

– А по-моему, надо вообще забыть про эту затею, – нахмурился Януш. – Если он так «уикнется» на представлении, то разобьется.

 

– Погоди, Януш! – я освободился от хватки Милоша и, подойдя к великану, протянул вверх руки. – Давайте еще разок! Ну пожа-а-алуйста!

 

– Последний раз, и забудем про это, – согласился Януш, вставая на исходную позицию.

 

Я дождался команды Милоша, оттолкнулся ногами от плеч великана и прыгнул. Я сделал все как меня учили. Почти у самой земли я согнул ноги и приземлился на корточки. Посидев так секунду, я встал и, разведя руки в стороны, поклонился невидимой публике.

 

– Молодец! – похлопал меня по плечу Милош. – Оказывается, ты прекрасно понял, что от тебя требуется. Зачем тогда мы полчаса ловили тебя с Янушем?

 

– Мне просто нравилось так падать. Я все ждал, когда вырастут крылья и я полечу, – ответил я, улыбаясь.

 

– Браво! – раздалось вдруг позади нас и послышались редкие хлопки. Из-за спины великана вышел майор, продолжая аплодировать и улыбаться мне. – Ты и правда настоящий акробат, Болек! – он протянул руку вперед, видимо, намереваясь погладить меня по голове, но Януш закрыл меня с собой.

 

– Херр майор, вы что-то хотели? – спросил он спокойно и холодно.

 

– Хотел, – согласился мужчина, хитро сощурив глаза. – Я хочу понять, кто ты: девушка в мужской одежде или юноша, сильно похожий на девушку?

 

– Допустим, я ни то, ни другое, – ответил Януш, помахивая мне сзади рукой, чтобы я ушел.

 

– Погоди-ка! – майор звонко шлепнул себя ладонью по лбу. – Гермафродит!!!

 

Мне очень не понравилось слово, которым майор назвал моего бога. Оно было некрасивым и никак не ассоциировалось у меня с образом Януша.

 

– Он двуликий бог! – возмущенно пискнул я, выйдя из-за спины Януша, и топнул ногой. – Поэтому вы и видите его то мальчиком, то девочкой! А еще он видит прошлое и будущее!

 

– Тише! Тише! – майор замахал руками. – Я не хотел обидеть ни тебя, ни твоего друга. Это всего лишь медицинский термин! Я прекрасно знаю, что он великий и прекрасный Двуликий Янус – бог времени. Обещаю, что больше так не назову его. Тебя ведь Янушем зовут? – обратился он к богу.

 

– Януш или Янушка, – ответил тот, пожав плечами. – В зависимости от того, что вы видите.

 

– Меня зовут Оскар Крафт, – кивнул майор. – Мне очень приятно. С Милошем и Болеком я уже знаком, а как зовут вашего восхитительного великана?

 

– Смотрите на него, если о чем-то хотите спросить. Он ничего не слышит, но читает по губам, – посоветовал я Крафту.

 

Майор повторил вопрос, глядя на великана, и тот громко гаркнул свое имя.

 

– Януш… – обернулся Оскар к богу. – Я видел твой номер на выступлении. Очень красивый. Я могу тебя попросить об одной услуге?

 

– Разумеется, – слегка поклонился ему Януш. – Я не могу отказать нашему доблестному освободителю.

 

– Ради бога! Не надо иронии! – улыбнулся майор. – Я всего лишь хотел попросить тебя погадать мне, – и Крафт протянул Янушу руку ладонью вверх.

 

– Я не гадалка, херр Крафт, – ответил Януш, но взял руку майора в свои ладони. – Хотите, чтобы я вам рассказал ваше будущее?

 

– Хотелось бы, конечно, будущее, но… давай начнем с прошлого, – кивнул Крафт.

 

Януш внимательно посмотрел на майора и начал тихо рассказывать:

 

– Вы выросли далеко отсюда. В Германии. Голубая арийская кровь. Хм… но… она разбавлена. Польской! Вам прочили хорошее будущее. Нет! Ваш отец хотел, чтобы вы пошли по его стопам и стали военным. Но вы не особо продвинулись в карьере. Почему? – Януш нахмурил брови и посмотрел в серые глаза майора. – Вам просто это не нужно. Вы исполнили волю отца и стали военным, но вы не хотели им быть! Вы хотели стать… Хотели… – Януш задумался.

 

– Я хотел быть художником, – помог ему майор. – Но ты прав! В семье военного в пятом колене не могло быть бумагомараки. Так называл мои жалкие потуги отец. А как насчет будущего?

 

Януш снова посмотрел в глаза майора, но на этот раз его взгляд не был таким колючим.

 

– Вскоре вам предстоит сделать серьезный выбор, – сказал Януш. – Между долгом и совестью.

 

– И что же я выберу? – усмехнулся Крафт.

 

– А этого я не смогу вам сказать, – Януш отпустил руку майора и сделал шаг назад. – Будущее переменчиво, и каким оно будет, решать только вам.

 

С этими словами Януш коротко кивнул майору и быстрым шагом направился в сторону нашего вагончика.

 

========== Глава 27 ==========

 

Путешествие длилось уже несколько дней, но я мечтал, чтобы оно длилось вечно. Несмотря на некоторые житейские неудобства, я был счастлив. Меня окружали мои добрые волшебники, и их общество для меня было как солнце в пасмурные и серые осенние дни. Они защищали меня от невзгод, а от зверей, которые постоянно рыскали вокруг наших вагончиков, меня защищал майор.

 

Он был очень странным, этот Оскар Крафт. Пока мы репетировали, он сидел в стороне и что-то рисовал в блокноте карандашом. Мне было очень любопытно, что там, на его рисунках, но спросить я не решался, пока однажды майор не подозвал меня к себе.

 

– Эй, малыш! – крикнул он мне, увидев, что мои занятия закончились. – Иди сюда!

 

Я подошел к нему и с любопытством сунул нос в блокнот. К моему разочарованию, лист был пуст.

 

– Ты не мог бы мне попозировать, Болек, – сказал Крафт. Я отошел на два шага назад и, сморщив лицо, показал язык. – А еще смешнее можешь? Вот так! – и он состроил смешную гримасу, оттопырив себе уши. Я закатился смехом, а майор вдруг поднял руку вверх и скомандовал. – Вот так… замри!

 

Позировать оказалось не так-то просто, но я честно старался выполнять команды Оскара. Примерно через пятнадцать минут он подозвал меня к себе и показал рисунок. С него смотрел я, смеющийся и какой-то необычный, но что именно необычного было в рисунке, я не понял.

 

– Я таким тебя вижу, – сказал майор, улыбнувшись. – Ты не обиделся?

 

– Не-а, – помотал я головой.

 

– Мне кажется, что черные волосы и кепочка тебе идут больше, Болек… – он всегда произносил мое вымышленное имя как-то странно. Но сейчас это меня напрягло.

 

– Что со мной не так? – спросил я напряженно.

 

– Ничего, – ответил майор, равнодушно пожав плечами. – Просто я увидел в тебе… Ангела. И таким и нарисовал.

 

И тут я понял, что меня удивило. Крылья… У меня на рисунке за спиной были крылышки.

 

– А другие рисунки покажете? – спросил я, краснея.

 

Оскар не стал ломаться. Он усадил меня рядом на скамейку и начал перелистывать страницы блокнота. Я был очень удивлен увиденному. Все мои друзья были изображены именно такими, какими их видел я. Шери и Макс были гномами. Влад – великаном. Софи – волшебницей, повелевающей ветром. У Марыси был длинный змеиный хвост, а Марго лежала на берегу океана и пела, устремив свои огромные глаза вдаль, а ее рыбьим хвостом играли волны.

 

– А Януш у тебя есть? – спросил я, зачарованный рисунками.

 

– Увы… Я пока не вижу его. Он закрылся от меня, – ответил мне майор и захлопнул блокнот.

 

Я смотрел на рисунок и удивлялся. Как человек, который управляет зверями, может видеть то, чего не видят обычные люди?

 

 

Вечерами Януш и Милош усаживались за небольшим столиком в нашем фургоне и подолгу разрабатывали план выступления.

 

– Я думаю, падение нужно делать метров с пяти, – говорил Милош, чертя длинную линию на листе. – Вот так примерно, и-и-и в этом месте, – он рисовал в конце линии крестик, – ты подхватываешь Анхеля и взлетаешь, – и линия резко ползла вверх.

 

– Посчитай внимательно! У нас разная масса тела. Анхель легче меня! Поэтому я смогу поймать его выше, – покачал головой Януш. – И пять метров – это слишком высоко.

 

– Погоди! А если ты полетишь во-о-от по такой траектории? – Милош нарисовал загогулину. – Тогда вот в этом месте ты его поймаешь. Почти у пола.

 

– Слишком рискованно. Вот смотри. Скорость падения зависит от… – и Януш начал писать по краю листа формулы.

 

В этот момент я потерял смысл разговора и, присев к себе на кровать, начал заниматься с Карлушей. Уже через неделю пути попугайчик умел моим голосом говорить: «Марыся – солнышко!», «София – красавица!» и «Добрая Шери!».

 

– Так! Давай-ка остановимся на сегодня, – сказал Милош, отодвигая от себя исписанный листок. – Пойдем перекурим, и по кроватям! А то мы с тобой засиделись.

 

– Анхель, хватит мучать Карлушу, – Януш загнал птичку в клетку. – Раздевайся и укладывайся спать. А то у тебя вообще уже никакого режима. Я скоро приду.

 

Януш с Милошем вышли в темноту ночи, а я разделся и улегся в кровать. Но мне не спалось. Карлуша в клетке тихонько ворчал, видимо, недовольный тем, что его тоже рано уложили спать. Потом я вдруг вспомнил, что не пописал на ночь, и, надев ботинки и накинув на плечи курточку, выскочил на улицу.

 

Стоя в кустах, я слышал тихие голоса и видел две красные звездочки сигарет, метавшиеся в темноте. Сделав свои дела, я решил напомнить Янушу о том, что он обещал вернуться скоро, а сам вот уже с полчаса обсуждает на лавке между вагончиками тонкости номера. Но в тот момент, когда я направился к порхающим огонькам, из кустов по другую сторону раздался чей-то незнакомый голос.

 

– Эй, циркачи! Меня Томаш послал к вам, – сказал он. – Помните его? Он еще у вас детей и стариков еврейских забирал.

 

– Тише! – шикнул Милош. – Мы под конвоем.

 

– Мы проверили. Ваша охрана надралась шнапсу вместе с вашим этим… черным человеком и спит, – снова зашептал незнакомец. – Нам помощь нужна.

 

– Какая? – спросил Януш, и тонкая красная стрела полетела на землю.

 

– Мы два дня назад на отряд СС напоролись. Видимо, они нас выслеживали. Пришлось дать бой. У нас есть раненые, а лекарства закончились, – сказал незнакомец.

 

– И где мы тебе лекарства найдем? – спросил его Милош. – Кругом лес.

 

– Тут через пару километров город небольшой. Чуть в сторону от дороги, – подсказал незнакомец.