Текст книги "Драгомиров. Наследник стихий. Путь возмездия. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Максим Шаравин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Я прошёл к окну. За стеклом медленно разгорался рассвет – небо из серого становилось розово-золотым, первые лучи солнца скользили по зубцам крепостной стены, отражались в окнах дальних построек. Замок просыпался: где-то уже слышались шаги слуг, доносился приглушённый звон посуды, далёкий лай собак.

Через четверть часа Маша вернулась с подносом. Аромат свежесваренного кофе и вкусных булочек мгновенно наполнил комнату. Она поставила поднос на стол с такой аккуратностью, будто это был не завтрак, а королевский сервиз.

– Маша, ты меня балуешь.

– А как же иначе? – она гордо вздёрнула подбородок. – Кто, если не я, будет следить, чтобы наш князь не ходил голодным?

Я налил кофе, отломил кусочек булочки, вдохнул аромат. На мгновение всё вокруг замерло – только тепло чашки в руках, запах еды и тихое утро.

– Спасибо, Маша. Это именно то, что мне сейчас нужно.

Она кивнула, удовлетворённо наблюдая, как я приступаю к завтраку, а потом тихо произнесла:

– Егорыч наконец-то сделал мне предложение.

Я поднял на неё взгляд. По её щекам потекли слёзы радости – светлые, искренние, выдававшие глубину переполнявших её чувств.

Встав, я подошёл к Маше и крепко, по-дружески обнял её.

– Я так рад за вас с Егорычем! Обязательно отпразднуем шикарную свадьбу – такую, чтобы вся крепость запомнила. Когда вы планируете объявить всем?

– Егорыч сказал, что через неделю-две, когда немного всё успокоится на фронтах. И у вас появится больше свободного времени, – ответила Маша, всхлипнув, но в глазах уже светилась неподдельная радость.

Я мягко отстранился, посмотрел ей в лицо и твёрдо произнёс:

– Ерунда, с таким нельзя затягивать. Я поговорю с ним и постараюсь убедить, что нельзя откладывать такое событие. Это не просто свадьба – это знак того, что жизнь продолжается, несмотря ни на что.

Я нежно поцеловал её в лоб.

– Вы оба заслуживаете счастья прямо сейчас, а не «когда-нибудь потом». Сегодня же вечером соберём всех в гостиной и объявим о помолвке. Хочу, чтобы каждый почувствовал: даже в тяжёлые времена у нас есть место для радости и любви.

Маша вытерла слёзы краем фартука, но улыбка уже не сходила с её лица.

– Спасибо вам, князь… Я и не думала, что вы так… так поддержите.

– А как иначе? – я тепло улыбнулся. – Вы с Егорычем – часть этого дома, этой семьи. И ваша свадьба станет нашим общим праздником.

Она кивнула, ещё раз шмыгнула носом, на этот раз скорее от смущения, чем от волнения, и тихо вышла из гостиной.

А я вернулся к столу, но завтрак уже потерял для меня первостепенное значение. В голове быстро складывался план: нужно было поговорить с Егорычем, назначить дату, распределить обязанности, подумать о гостях и украшениях. Но главное – донести до всех одну простую мысль: пока мы помним о любви и празднике, мы непобедимы.

Глава 9

Я стоял возле открытых ворот. Дальше, через узкий проход, окружённый стенами, зиял туннель, уходящий в глубь разлома. Воздух здесь был тяжёлым, пропитанным запахом озона и чего-то звериного – словно сама земля дышала сквозь трещины.

Я огляделся. Меня окружали солдаты в форме армии Бокеевых, но выглядели они… странно. Вертикальные зрачки глаз светились красным, спины чуть согнуты, уши заострены, изо рта торчали небольшие клыки. Руки покрыты кровоточащими волдырями и грубой шерстью, а пальцы уже и не пальцы – огромные когти, способные разорвать сталь.

Они не проявляли агрессии. Просто смотрели на меня, стоя рядом – буквально на расстоянии вытянутой руки. В их взглядах не было ни ненависти, ни страха – лишь пустота, будто души давно покинули эти тела.

Я снова посмотрел на ворота. Они были не просто открыты – сорваны с петель, вывернуты, как будто их вырвали голыми руками. Стены прохода к туннелю исполосованы огромными когтями, глубокие борозды тянулись вверх и дальше наружу.

Разлом манил. Звал. И я, поддавшись этому зову, двинулся вперёд – сквозь узкий проход, в темноту туннеля.

Шаг. Ещё шаг. Тьма поглощала меня, но зрение, усиленное маной, и связь со стихией Земли давали полную картину. Я видел каждую трещинку в камне, каждый выступ, каждый след когтей на стенах и полу.

Туннель, как и в других разломах, был огромным. По его сторонам стояли изменённые солдаты Бокеевых – как молчаливые стражи рухнувшего мира. Я шёл между ними, углубляясь внутрь разлома. Глубже и глубже. Не знаю, сколько километров я прошёл, но вдруг передо мной распахнулась огромная пещера, ярко освещённая магическими фонарями.

Здесь когда-то был главный рубеж. Теперь – руины. От стен укреплённого поселения практически ничего не осталось. Постройки разрушены, камни разбросаны, а по округе бродили монстры и изменённые солдаты армии Бокеевых. Они двигались медленно, словно во сне, то замирали, то снова начинали бесцельно шататься среди обломков.

Я двинулся дальше, заметив впереди более-менее целую постройку. Монстры и солдаты не обращали на меня внимания. Лишь изредка кто-то останавливался, пропускал меня, а потом снова возвращался к своему бессмысленному кружению по руинам.

Приблизившись к постройке, я увидел, что внутри горит свет. Осторожно открыв дверь, я вошёл – и оказался в огромном зале.

В центре стоял большой стол, за которым сидели двое. Они не замечали меня, увлечённо о чём-то разговаривая. Голоса звучали глухо, словно доносились сквозь толщу воды.

Я начал приближаться, стараясь расслышать их слова. Но в тот момент, когда я был уже в нескольких шагах, они резко замолчали. Тишина. Только эхо их слов, отражаясь от стен, катилось по залу, как катятся камни в бездну. Одновременно повернули головы, огляделись – их взгляды скользили по залу и по мне.

– Брат, тут кто-то есть, – сказал один из них.

– Я тоже это чувствую, но это не хозяин, – ответил второй.

Я разглядывал их, но никаких изменений не заметил. Бросив взгляд на их руки, я увидел перстни власти с гербом рода Бокеевых.

«Да это же князья Бокеевы собственной персоной», – мелькнула у меня мысль.

«Но что здесь происходит? Что случилось с их солдатами? И вообще, где я?» – мысли полетели одна за другой, формируя всё новые и новые вопросы.

– Князь! – вдруг услышал я новый голос, будто издалека.

Оглядевшись, я никого не увидел, кроме сидящих передо мной князей Бокеевых. Они продолжали оглядываться; один из них встал и пошёл по залу, словно принюхиваясь. В какой-то момент он направился в мою сторону.

– Князь! – снова услышал я голос и вроде даже почувствовал прикосновение к своему плечу, но никого рядом не было.

Бокеев шёл на меня, его взгляд был устремлён в мою сторону.

– Князь! – теперь я отчётливо слышал голос Ли Юй и почувствовал, как меня трясут за плечо.

Зал с князьями поплыл перед глазами – я моргнул.

Ли Юй смотрела мне в глаза, продолжая трясти за плечо:

– Князь, князь!!!

– Я уже тут, Ли Юй, – сказал я, обращая внимание на булочку в своей руке. Судя по всему, я нёс её ко рту, когда меня «выкинуло» из тела и отправило непонятно куда.

Я окончательно осознал: мой дух или душа была в другом месте, а тело – здесь. Что это вообще такое, я не понимал. Нужно было срочно получить консультацию. Я положил булочку на тарелку и встал, мягко отстраняя Ли Юй.

– Спасибо, Ли Юй. Я не знаю, что это было. Но мне срочно надо поговорить с хранителем леса. Где Елена? – Я поцеловал Ли Юй и погладил её по голове.

Её немного потряхивало от переизбытка эмоций.

– Она ещё в спальне, сейчас придёт. Я… – Ли Юй всхлипнула, чуть не расплакалась, но собралась и продолжила: – Когда я вышла из портала, вы сидели, замерев, как каменная статуя. Я несколько минут звала вас и трясла за плечо.

– Теперь всё хорошо, Ли Юй, – я снова обнял её и поцеловал. – Не говори никому. Даже Елене. Не нужно, чтобы она тоже переживала за меня. Найди Машу, пусть готовит завтрак. А я пока навещу хранителя.

Ли Юй кивнула и вытерла непроизвольно выступившие слёзы.

Я улыбнулся и открыл портал.

– Вы сегодня рано, демиург, – увидев меня, хранитель заулыбался и протянул руку за кольцом.

Но, заметив мой хмурый взгляд, тут же спросил:

– Что-то случилось?

Я снял кольцо и положил ему в ладонь:

– Займись маной, а я пока расскажу.

Хранитель кивнул. Мы прошли вглубь его обители – туда, где росла его будущая подруга. Сегодня здесь особенно сильно пахло лесом и землёй. Пока он перекачивал ману, я подробно излагал всё, что со мной произошло: о разломе, об изменённых солдатах, о князьях Бокеевых и о том мгновении, когда меня «выдернуло» обратно в тело.

Внимательно выслушав, хранитель вернул мне кольцо и произнёс:

– Если честно, я не знаю, что с тобой было, демиург. Но ты прав: твоя душа на время покинула тело. Однако само по себе такое не происходит. Скорее всего, твоя стихия Духа стала очень сильной и даровала тебе новые способности, о которых ты ещё не знаешь. Но и я не знаю – я же не демиург.

Он улыбнулся, словно извиняясь за отсутствие готового ответа.

– Возможно, ты очень сильно желал найти эту армию врага и, сам того не понимая, сделал это таким образом. Попробуй помедитировать и поговорить со стихией Духа. Возможно, ты услышишь ответ от неё.

С этими словами хранитель поклонился и уселся на свой трон, закрыв глаза, будто давая понять: дальше – путь только мой.

Я вернулся в гостиную. Там уже царила оживлённая суета: слуги под руководством Маши накрывали стол для завтрака. Ароматы свежей выпечки и кофе наполняли пространство, а приглушённый гул голосов создавал ощущение домашнего тепла.

Я сел в кресло и доел свою надкусанную булочку, запив холодным кофе. Постепенно собирались остальные: кто-то приходил из спален, кто-то – через порталы.

Увидев Егорыча, я вспомнил о его помолвке с Машей.

– Егорыч! – махнул я рукой.

Он, заметив меня, сразу подошёл.

– Маша мне всё рассказала. Наконец-то ты решился.

– Ну, Маша… Просил же никому пока не говорить, – Егорыч расплылся в смущённой улыбке.

– О чём не говорить? – с улыбкой спросила Елена, подходя ближе.

Егорыч замолчал, не зная, что ответить.

– Да ладно-ладно, мы уже знаем! – засмеялась Елена.

– Поздравляю! – к нему подошла Ли Юй и тепло обняла.

– Ну, Маша! – Егорыч сделал серьёзное лицо, но это ему явно не помогло.

– Ну наконец-то, – хлопнул его по плечу Беркут. – Я уж думал, не дождусь этого момента.

Через пять минут Егорыча и Машу уже поздравляли и князья, появлявшиеся из порталов. Ли Юй тут же информировала их о радостном событии.

В итоге завтрак превратился в бурное обсуждение предстоящей свадьбы. Елена и Ли Юй сразу взяли все хлопоты на себя, пообещав, что это событие будет обсуждать вся крепость.

– Мы сделаем так, чтобы этот день запомнился всем, – сказала Елена, сверкнув глазами. – Это будет не просто свадьба – это будет праздник надежды.

– Согласен, – кивнул я. – Пусть это станет знаком: даже в самые тёмные времена у нас есть место для радости и любви.

Егорыч, всё ещё немного растерянный, но счастливый, только качал головой:

– Никогда не думал, что моя свадьба превратится в такое… событие.

– А иначе и быть не могло, – улыбнулся я. – Ты ведь теперь не просто Егорыч. Ты – будущий муж Маши, а она и ты – часть этого дома. И этот дом празднует.

Пока девушки обсуждали с Машей и Егорычем их пожелания к свадьбе и согласовывали дату проведения, я отвёл Беркута и Долгорукова в сторонку.

– У меня для ваших разведчиков есть крайне важное задание. Но для начала скажите: у нас есть люди во всех разломах?

– У меня – везде, кроме Восточного, что стоит на границе с дикими землями, – произнёс князь Долгоруков, слегка нахмурившись. – Это всегда была вотчина Бокеевых, и с разведкой там всегда было туго. А последнее время я вообще не получаю оттуда никакой информации.

– У нас то же самое, – кивнул Беркут. – У Лапы там был человек, но уже две недели не выходит на связь. – Он посмотрел на меня в упор: – Вторая армия Бокеевых… Она там?

– Если бы я знал точно, то не спрашивал бы вас, – ответил я. – Но раз у нас там нет людей, то посмотрю сам. Пусть наши разведчики проверят, как обстоят дела в других разломах. Выясните, что происходит, нет ли чего-то необычного – любой детали, которая выбивается из привычного уклада разломов. Поручику Храброму тоже дайте задание: пусть поговорит с охотниками. Возможно, они заметили что-то странное.

– Я своим тоже прикажу собрать информацию, – сказал Долгоруков, пристально глядя на меня. – Не спроста вы, князь, даёте такое задание. Что случилось?

– Если бы я знал, то сказал бы, – вздохнул я. – Но предчувствие у меня нехорошее. Будет информация – сразу сообщайте. А пока – держите всё в секрете.

Князь и Беркут кивнули. Я вернулся к Егорычу и девушкам, ненадолго прислушался к их оживлённым предсвадебным разговорам, а затем тихо вышел в коридор и открыл портал к Восточному разлому.

Помня о своём утреннем необъяснимом путешествии, я не стал рисковать: вышел из портала в десяти километрах от разлома и сразу активировал стихию Земли для поиска. Тёплая, пульсирующая энергия растеклась по нервам, соединяя меня с каждым камнем, каждым корнем, каждой песчинкой в округе. Кроме животных – лосей, зайцев, пары рысей – поблизости никого не было.

Я двинулся в сторону разлома, стараясь держаться лесистой местности. Шаги были бесшумными: я обходил звериные тропы, чтобы не вспугнуть обитателей леса и не выдать своё присутствие. Воздух пах хвоей и сыростью, солнце пробивалось сквозь кроны редкими золотыми лучами.

Примерно через три километра я замер, уловив движение. Впереди, в километре от меня, за густыми зарослями можжевельника, были люди. Припав к земле, я усилил поисковое заклинание стихии Земли.

Однозначно – дозорные. Несколько групп, рассредоточенных вдоль периметра перед разломом. Они двигались по строго выверенным маршрутам: одна – вдоль кромки леса, двое других – зигзагами, периодически останавливаясь, чтобы осмотреть окрестности или, возможно, обменяться сигналами.

«Как их незаметно пройти?» – размышлял я, прикидывая варианты.

Влив ещё больше маны в заклинание поиска стихии Земли, я расширил радиус восприятия. Под ногами запульсировала энергия: я чувствовал каждый камень, каждую трещину в почве, каждый корень на глубине до десяти метров. Земля шептала мне о движении – о лосях, укрывшихся в чащобе, о лисе, крадущейся к норе, о мышах, снующих под опавшей листвой. Но главное – она рассказывала о людях.

За дозорными, как я и опасался, тянулась непрерывная цепь постов – чуть ли не каждые двести метров. Между группами явно существовала связь. Система оповещения. Любой прорыв – и через минуту весь периметр будет на ногах.

Брать пленника тоже нельзя: это сразу выдаст мой интерес к разлому и спровоцирует ответные действия. А если они поймут, что я здесь… Нет, рисковать не стоит.

Я отступил глубже в лес, прислонился к стволу вековой ели и закрыл глаза, обдумывая ситуацию. Кора под ладонью была шершавой, холодной; сквозь неё я ощущал медленное, размеренное биение жизни дерева. Вдохнул – запах хвои, сырости, прелой листвы. Выдохнул – и вместе с воздухом из меня вышло напряжение.

«Ладно, не буду искушать судьбу. Сначала разберусь с армией, стоящей возле родового замка Долгорукова. Потом – с замками Бокеевых. А затем уже займусь этим разломом – если, конечно, они не объявятся раньше».

Открыв глаза, я достал амулет связи и тихо произнёс:

– И снова добрый день, князь. Как там армия Бокеевых?

– Стоит, что ей сделается, – засмеялся Долгоруков. – Ни штурма, ни отступления. Будто ждут чего-то.

– Кофе угостите? – спросил я.

– Конечно, милости прошу, – ответил он.

В тот же миг я шагнул в открывшийся портал и оказался в рабочем кабинете Долгорукова.

Князь жестом указал на кресло возле стола, а сам вызвал слугу:

– Передай на кухню, пусть сварят кофе и принесут сладости.

Слуга кивнул и удалился.

– Рассказывайте, – произнёс Долгоруков, усаживаясь напротив и скрестив руки на груди. Его взгляд был внимательным, почти испытующим. – Что вы увидели у разлома?

– Да нечего рассказывать. До разлома я не добрался. Там везде дозоры, каждые сто-двести метров. Даже с порталом незаметно не проскочить, – вздохнул я. – Но, собственно, я не за этим. Предлагаю не ждать армию князя Голицына, а самим разобраться с нашими «друзьями».

– Заманчивое предложение. Какой план? – Долгоруков сразу подобрался, но в этот момент в дверь постучали.

– Войдите!

Вошли слуги с двумя подносами – кофе и сладости. Быстро расставив всё на маленьком столике возле меня, они удалились.

Долгоруков переместился ко мне и налил нам кофе. Я взял крошечное пирожное, отправил в рот. Вкус оказался изумительным.

– Удивительно вкусное пирожное, – похвалил я, прожевав.

– Мне тоже нравится, но стараюсь не налегать. Держу форму, – усмехнулся князь. – Так что с планом?

– План прост: разбить их стационарные щиты и уничтожить солдат, – ответил я, потянувшись за вторым пирожным.

Князь рассмеялся и хлопнул в ладоши:

– Да вы просто великий стратег! А если серьёзно?

– А я серьёзно. Надо разрушить всего лишь один щит, а потом перебить солдат.

– Князь, у меня слишком маленький гарнизон, чтобы справиться с семидесятитысячной армией, – Долгоруков смотрел на меня, явно не понимая, чего я от него хочу.

– Мне не нужен весь ваш гарнизон. Только магистры и накопители маны – очень много маны, точнее, всё, что у вас есть.

– Хм… Ману я вам отдам. Магистров у меня здесь почти сотня. Но я не понимаю, что вы задумали, князь. Может, расскажете подробнее? – Долгоруков отпил кофе и тоже взял пирожное.

– Пока не расскажу. Сколько вам нужно времени на подготовку? – Я уже потянулся за третьим пирожным, но передумал.

– Пару часов, чтобы собрать все накопители и сложить в одно место, – задумчиво ответил князь.

– Ну и отлично. Тогда отдавайте приказ. И пойдём обедать. После обеда займёмся освобождением вашей территории.

Я допил кофе и поставил пустую чашку на стол.

Князь Долгоруков внимательно посмотрел на меня, но спорить не стал. Вызвал командира своего гарнизона и отдал необходимые распоряжения.

Как только командир ушёл, я открыл портал в гостиную моего замка.

Обед прошёл в оживлённом обсуждении предстоящей свадьбы Маши и Егорыча. Но сразу после трапезы я попросил всех задержаться:

– Через два часа мы атакуем армию Бокеевых возле замка князя Долгорукова. От вас мне требуется по двадцать-тридцать магистров. Они должны нанести совместный удар по стихийному щиту Бокеевых. Их там несколько, нужно снести один, чтобы я не отвлекался. Пусть ваши магистры возьмут накопители маны – чтобы гарантированно хватило запаса.

Беркут кивнул, готовясь приступить к организации.

– Беркут, собери наших магистров. Ли Юй и Елена, вы – как обычно, со мной. Порталы для магистров я открою прямо в родовой замок князя Долгорукова.

Все встали и, не задавая лишних вопросов, отправились выполнять приказ. Лишь Ярослав уточнил:

– Что нам с Михаилом нужно сделать?

– Ждать результатов, – коротко ответил я и открыл портал в замок Долгорукова.

Сразу по прибытии я открыл порталы в замки князей, а Ли Юй сформировала портал для наших магистров.

Собрались все на удивление быстро. Уже через час мы были готовы к атаке.

Я оглядел стоящих передо мной магистров:

– От вас мне нужно только одно: по приказу князя Долгорукова, с которым мы будем на связи, вы должны уничтожить один-единственный стихийный щит. Ударить надо одновременно – чтобы щит не успел восстановиться. В какой именно щит бить, князь вам скажет.

Повернувшись к Долгорукову, я добавил:

– Пойдёмте, князь. Прогуляемся по стене.

Мы поднялись на крепостную стену. Отсюда открывался чёткий вид на лагерь Бокеевых: ровные ряды палаток, дозорные посты, мерцающие контуры стихийных щитов. Я указал на самый крупный, пульсирующий голубым свечением:

– Вот этот щит. Разрушьте его – и к вечеру здесь не будет армии Бокеевых.

Открыв портал, я взял девушек под руки и шагнул в него, выходя с противоположной стороны от вражеского лагеря.

– Ли Юй, как только я скажу, передашь приказ князю, – произнёс я, усаживаясь на землю и привлекая к себе Елену. – А потом приглядывай за нами – на всякий случай.

Ли Юй кивнула и тут же связалась с Долгоруковым через амулет.

Елена обняла меня, и я ощутил взрывной прилив сил. Из трёх рюкзаков, которые мы принесли, я высыпал накопители маны и аккуратно разложил их в несколько стопок перед собой.

Глубоко выдохнув, я произнёс:

– Начали.

Глава 10

Положив руки на землю, я начал вливать ману, соединяя несколько стихий. Вокруг армии Бокеевых стала формироваться огромная река лавы.

Земля вздыбилась, превращаясь в бурлящий поток огненной массы. Уровень лавы стремительно поднимался, подбираясь к стихийным щитам, защищавшим вражескую армию.

Дозорные, оказавшиеся рядом с этим огненным безумием, пытались бежать, но проваливались в формирующийся поток лавы, вспыхивая ярким пламенем. В лагере противника поднялась паника: солдаты метались между палатками, командиры выкрикивали приказы, но щиты пока сдерживали разбушевавшуюся стихию.

– Ли Юй, пора, – произнёс я.

Она мгновенно передала мой приказ князю Долгорукову.

Через несколько секунд на один из стационарных воздушных щитов обрушилась объединённая атака почти трёхсот магистров. Заранее подготовленные заклинания, максимально насыщенные маной, в одно мгновение разорвали стихийный щит.

Я влил ещё маны, опустошая заранее подготовленные накопители. Огненная река хлынула в образовавшуюся брешь, сжигая всё на своём пути.

Магистры Бокеевых отчаянно пытались остановить поток лавы, но их щиты не продержались и минуты. Все попытки солдат пересечь огненную реку заканчивались гибелью – доспехи раскалялись докрасна, а затем плавились, поглощая своих владельцев.

Враг начал отступать, спасаясь от лавы, прижимаясь к стенам замка Долгорукова.

– Ли Юй, скажи князю, что теперь ему принимать решение – что делать с врагом, – я мельком взглянул на девушку.

В этот момент солнце, пробившееся сквозь тучи, осветило поле боя: огненная река продолжала расти, а остатки армии Бокеевых оказались зажаты между пламенем и неприступными стенами замка.

Лава неумолимо напирала на солдат, постепенно добираясь до установок стационарных щитов и уничтожая их. Один за другим щиты прекращали работу – их мерцающее сияние гасло, будто задуваемые ветром свечи. Огненная река всё шире разливалась по лагерю, поглощая палатки, повозки, оружие.

Солдаты Бокеевых гибли от нестерпимого жара и пламени. Крики страха и отчаяния становились всё громче, переходя в надрывные мольбы о спасении, обращённые к защитникам замка. Воздух наполнился запахом горелой плоти и раскалённого металла.

Бросая оружие, солдаты Бокеевых бежали к рву с водой, окружавшему замок, в отчаянной надежде, что ворота откроются и будет опущен мост. Но массивные дубовые створки оставались наглухо закрытыми, а подъёмный мост – недвижим.

Лава в некоторых местах уже достигла рва и начала сливаться в него, мгновенно нагревая воду до кипения. Те, кто успел прыгнуть в ров, варились заживо – их крики разрывали воздух, смешиваясь с гулом пламени и треском горящего дерева.

Наконец мост дрогнул и медленно начал опускаться, а тяжёлые ворота со скрипом стали приоткрываться.

Оставшиеся в живых солдаты Бокеевых кинулись к спасительному проходу. В панике они толкались, сбивали друг друга с ног, порой сталкивая неловких в кипящую воду или прямо в лавовую реку. Это лишь увеличивало число погибших – каждый шаг к спасению оборачивался новой жертвой.

Когда последний из выживших переступил порог замка, сдавшись гарнизону Долгорукова, я прекратил движение лавы. Перестал вливать ману, позволяя огненной реке постепенно остывать. Воздух всё ещё дрожал от жара, а над полем боя поднимался густой пар, смешиваясь с клубами чёрного дыма.

Земля, некогда зелёная и живая, теперь представляла собой выжженную пустыню с застывающими чёрными потоками лавы. Лишь кое-где пробивались тонкие струйки пара из трещин, напоминая о только что отгремевшей катастрофе.

Я поднялся, отряхнул одежду от пепла и посмотрел на Ли Юй и Елену. Обе выглядели измождёнными, но в глазах читалась твёрдая решимость.

– Всё кончено, – тихо произнёс я. – Теперь за дело возьмётся князь Долгоруков. Ему предстоит решить, что делать с пленными и как восстановить порядок на этих землях.

В душе царило странное спокойствие – смесь усталости и осознания, что мы сделали то, что должны были.

Я открыл портал в замок Долгорукова. Мы вышли – и сразу окунулись в шум и гам, стоявший внутри стен.

Солдаты Долгорукова сортировали пленных: узнавали фамилии, звания, какими стихиями владеют, надевали на них наручники, блокирующие ману, и уводили в специально освобождённую для них казарму.

Людей было много – очень много. На первый взгляд, тысяч пять, не меньше.

– И что мне с ними делать, князь? – раздался голос Долгорукова: он подошёл к нам сзади.

– Отпустите, – ответил я. – Армия Бокеевых уничтожена. Из семидесяти тысяч осталось в живых… – я ещё раз окинул взглядом толпу пленных, – тысяч пять напуганных до смерти людей.

– Восемь, – уточнил князь.

– Хорошо, восемь тысяч. Зачем они вам? Не думаю, что они сейчас бросятся назад к Бокеевым. Конечно, кто-то, возможно, и вернётся, но таких будет очень мало.

Я знал, о чём говорю: успел прочесть мысли некоторых солдат. У них было лишь одно желание – вернуться домой и забыть сегодняшний день как страшный сон.

Князь промолчал. Я открыл портал в нашу спальню – нужно было привести себя в порядок. Уже почти шагнув в серебристый овал вслед за девушками, я обернулся к Долгорукову:

– Через два часа я вернусь и отправлю магистров по их замкам. После ужина обсудим ваши дальнейшие действия. Я сообщу Великим князьям о результатах сегодняшнего боя. До встречи через два часа.

Выйдя из портала, я услышал, как девушки уже набирают воду – собираются полежать в ванне и отдохнуть. Улыбнувшись их расторопности, я прошёл в ванную, снимая одежду.

Елена уже сидела в воде: возле неё бушевал маленький шторм, в котором с ненастьем боролся кораблик. Ли Юй стояла обнажённая и наблюдала, как Елена ловко управляется со стихией Воды.

Я подошёл сзади и прижался к Ли Юй:

– Так и будем смотреть на игры Елены или полезем к ней?

– Полезем. Просто впервые вижу, что она может создавать такое чудо, – произнесла Ли Юй и перешагнула бортик ванны.

Я поддержал её за руку и последовал за ней.

Через два часа, как и обещал, я вернулся в замок Долгорукова и отправил всех магистров по их замкам. Уходя в порталы, каждый из них низко кланялся мне.

Я мельком читал их мысли: все как один восхищались моей силой. Никто не осуждал за жестокость к армии Бокеевых – все понимали: если не я их, то они бы уничтожили нас.

Долгоруков, следуя моему совету, отпустил всех пленных. Каждому выдали по золотому червонцу и еды на один день – чтобы смогли добраться до дома. Это было благородно с его стороны.

Несколько сотен солдат, видя такое отношение, пожелали остаться в армии Долгорукова – пока на правах обычных рабочих. Они уже приступили к делу вне замка: убирали тела погибших и складывали их на погребальный костёр, чтобы предать праху.

Я забрал князя, и мы вернулись в мой замок. Ли Юй по моей просьбе уже доложила обстоятельства боя Ярославу и Михаилу. После ужина нам предстояло обсудить дальнейшие действия.

Во время трапезы князья насели на Долгорукова, требуя рассказать, как проходил бой. Хотели было спросить у меня, но я сразу перенаправил их к нему – у меня не было желания это обсуждать.

Сначала Долгоруков тоже отказывался, но его завалили вопросами – и он сдался.

Рассказ у него вышел интересным, ведь он наблюдал со стороны. Конечно, всех ужасов он описывать не стал, но суть передал верно. И снова она сводилась к одному: со мной надо дружить. Никакие щиты не спасут врагов от моего гнева.

Потом началась рутина. Ярослав с Михаилом подготовились: они уже полностью владели всей информацией со всех фронтов и вносили необходимые корректировки.

Я удивился, узнав, что Ярослав и Михаил – при поддержке князей Куракиных и князя Воротынского – открыли ещё один фронт. Теперь их армии активно захватывали территорию по направлению к родовым замкам Бельского и Одоевского. Кроме того, они сформировали резерв и отправили его поездом на помощь восточной армии, которая, не встречая сопротивления, быстро продвигалась к Владивостоку.

Это радовало. Радовало и то, что все налоги с отвоёванных земель теперь поступали на специальный счёт в красноярском отделении «Императорского банка Российской Империи», открытый Бестужевым на имя Михаила Романова.

Ярослав с Михаилом, с помощью Лапы, нашли нескольких бывших министров, работавших у их отца – погибшего законного императора – и привезли их в Красноярск. Губернатор Красноярска, тоже из «старой гвардии», при содействии князя Трубецкого быстро восстановил старое административное здание. Теперь там размещалось временное правительство. Расходы росли, но покрывались за счёт поступающих налогов.

Было предложение короновать Михаила уже сейчас, но он отказался, заявив, что наденет корону лишь тогда, когда закончится война.

В целом дела складывались отлично. Хоть на мою долю и падали основные боевые действия, общая картина внушала оптимизм.

Но больше всего меня тревожила до сих пор не прояснившаяся ситуация со странной, изменённой армией Бокеевых. То, что мы со временем вернём всю страну в руки законных наследников, я не сомневался. Однако Бокеевы не выходили из головы – их действия выглядели всё более загадочными и угрожающими.

Ближе к ночи, когда все наконец разошлись по своим замкам, я отправил девушек спать, а сам, налив себе кофе, вызвал князя Кутеева.

– Доброй ночи, князь.

– И вам доброй ночи, князь Драгомиров, – отозвался уставшим голосом Кутеев.

– Мне надо поговорить с вами, это важно, – произнёс я.

– Хорошо, открывайте портал, – ответил князь Кутеев.

Через минуту он уже присаживался за маленький столик напротив меня. Я налил ему кофе.

– Князь, я помню, что вы давали клятву стихий, поэтому вслух на мои вопросы ответить не сможете. Но мне это и не нужно. Я уже давно умею читать мысли.

Кутеев усмехнулся:

– Значит, вы знаете, о чём я сейчас подумал?

– Конечно, – я засмеялся. – И поверьте, из всего того, что вы сейчас подумали, я согласен только на «молодого и наглого».

Кутеев тоже рассмеялся.

– Ну раз так, то спрашивайте, князь.

– Для начала я хочу вам сказать, что решить проблему Бокеевых быстро не выйдет. Я обнаружил, что их вторая армия стоит возле Восточного разлома: часть солдат снаружи, часть – внутри. Князья Бокеевы тоже там. – Я читал мысли князя – и они мне не нравились. – Вы уверены? – Прочитав его мысленный ответ, я задумался. Это было что-то новое и неожиданное. – А вы не встречали главу «Ордена Чёрного пламени»?

Так вот почему князь принёс клятву стихий! А сынок-то у него совсем без ума. Но теперь хотя бы появилось какое-то понимание.