Текст книги "Патруль 3 (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Но он достал пакет и протянул его мне.

– Хорошего вечера, – попрощался он и, нацепив короб, направился вниз.

Я ощущал, как капля холодного пота катится по моему лицу, щекоча кожу. Значит, просто курьер. Я, вздохнув, пошёл в квартиру.

– Слав! – позвала меня Ира из дома, и я, закрыв за собой входную дверь, пошёл к ней прямо с пакетом.

– Смотри! Я поверить в это не могу! – она указывала на что-то в её компьютере, её лицо казалось взволнованным и даже напуганным.

Глава 12
Эффект дежавю

И я подошёл ближе, смотря на экран. Ира листала ленту новостей и наткнулась на кадры моего сегодняшнего боя с коптера. Крупным планом была моя машина, она горела алым пламенем, а я в ещё не простреленном бронекостюме уходил в лес.

– Какой-то террорист призывает общество встать против власти, и машина горящая – один в один твоя, – произнесла она.

– Номера не мои, – ответил я.

– Ты просто сказал, что она у тебя сгорела. Тут его просто обсуждают, что ролики выходят и тут же банятся, но интернет всё помнит. Этот террорист Слав – это для нас с тобой не опасно?

– Ты же знаешь, что я отвечу? – улыбнулся я, прижимая её голову к моей груди.

– Но я хочу услышать ещё, – понизила она голос.

– Нет, Ир, нам не страшен серый волк, у нас в лесу медведь рулит.

– Там говорят, много людей сегодня погибло в том лесу, говорят, машины скорых было много.

– А ты говорила, что сейчас всё можно через интернет сделать?

– Да, а что нужно?

– Хочу за тех, кто сегодня там погиб, свечи поставить. Есть в интернете такое? – спросил я.

И Ира принялась искать, и оказалось, что есть: несколько сайтов с заказами молебнов и другими ритуальными услугами от того или иного храма или монастыря.

– А как мы поймём, что это не мошенники? – спросил я.

Даже если мошенники – главное, чтобы ребята сниться перестали, это будет главным критерием.

– По отзывам, конечно. Тут можно даже услуги на дом заказать: освящение собственности, да много всего. Вон, молебны за упокой есть, недорого. 100 ₽, и можно вписать до 10 имён.

– Вписывай. Первая, Вторая, Пятый, – произнёс я.

– Вписала. О, администратор, диакон Николай мне пишет, говорит, имена нужны настоящие.

– … бюрократы… – выдохнул я.

И мой сотовый пиликнул, и я открыл экран, где было написано от Енота Аркадия: «Юля, Григорий, Сергей. Слав, если Ира докопается до правды, я приеду, и нужно будет документы подписать о неразглашении».

Я назвал Ире имена ликвидаторов. И она вбила их на сайте, заплатив с карточки деньги.

…Мне кажется, Ира уже давно поняла, кто я и чем занимаюсь, но боялась напрямую спросить и констатировать сопоставленные догадки, а я не очень хотел это озвучивать. Да и врать тоже не хотелось.

Значит, Первую зовут не Света, а Юля… Может, она и выглядела не так, как я увидел её во сне. Ведь я не обладаю даром предвидения, если такой вообще существует. Мой главный дар – давить плавно на спуск и стрессоустойчивость.

Но глицин надо продолжать пить. Может, и на таблеточки Лёши Иванова пересесть, что там было – милдронат и фенотропил?..

– Слав, а давай сегодня чем-то займёмся. Не тем, – она покраснела, уловив мой взгляд, – а чем-то большим. Чтобы отвлечься.

– Я только за, – ответил я.

И первым местом, куда мы рванули, был автосалон «Тойота», чьи автоматические двери открылись перед нами сами. Сейчас вообще мода какая-то везде ставить эти самооткрывающиеся двери, я помню, в моё время двери были только самозакрывающиеся с пружиной сверху, а тут что ни крупный магазин – то автоматические стеклянные врата.

Только мы вошли, держась под ручку, оба в спортивном, с небольшим рюкзаком за спиной у Иры, как консультант – парень лет двадцати пяти в идеально отглаженной белой рубашке и с пластиковой улыбкой, натренированной до автоматизма, – вышел нам навстречу.

– Здравствуйте, извините, но салон закрыт. Приходите завтра с десяти.

– Братух, а у тебя аллергия на деньги, да? – спросил я его с ходу.

– Вы уже что-то выбрали? – спросил он у меня.

– Давай так, я тебе чирик, а ты нам всё покажешь? – спросил я, извлекая две пятитысячные и нежно складывая их пополам и кладя ему в нагрудный карман.

– Ну, вообще-то, не положено, но, я думаю, мы можем для вас это сделать. Свет, а закрой салон. Я пока ребятам всё покажу, – позвал он, видимо, свою ассистентку, и из открытой внутренней двери вышла она. Света из моего сна, которая была в роли Первой. Вот только она была не в камуфляже и броне, а в белой блузке и чёрной приталенной юбке.

Я аж охренел, и, вероятно, это было сильно заметно.

– Я, Слав, в чёрный покрашусь и губы надую, чтоб как у утки были, – прошипела Ира, сдавливая мой локоть.

Видимо, её предложение про то, что если мне кто-то понравится, то её надо обязательно и срочно тащить в общую постель на ЖМЖ, куда-то делось, истекло, наверное, ввиду срока годности. Или после озвучивания годичного испытательного срока до свадьбы какие-то другие скрипты запускаются.

– Это не то, о чём ты подумала, – произнёс я Ире.

– Да? А что же? – улыбчиво и где-то жестоко спросила она у меня.

– Она похожа на кое-кого. Кого уже в живых нет.

– Прости. Я не знала. Пойдём выбирать, вон Юрий уже у машин стоит и свет включил над ними.

– Откуда ты знаешь, как его зовут?

– У него же на груди бейдж. Вот не пялился бы на девушку, увидел бы. Да шучу я, – повторила она, и мы пошли к машинам.

А Юрий, у которого на груди и правда было имя, уже начал заученный текст про машины, ценовые категории, новые мы хотим или б/у.

– Я готов вам предложить новый «RAV4», инновационный гибридный привод и мультимедиа с сенсорным экраном размером с небольшой телевизор. Можно подобрать за 4 500 000 или чуть дороже, но с хорошими допами. Сейчас покажу комплектацию «Престиж» с панорамной крышей…

– Брат, давай не новые. Можно в этой же ценовой категории, но чтоб не броская, большая, надёжная, быстрая, прочная.

– Простите, вам для каких-то определённых целей? – спросил он.

– В лес ездить, на рыбалку, по грибы, охоту, – ответил я. – Вот это что за тачка?

– Хайлендер? Отличный выбор!.. Она с пробегом, год 2015-й, в кредит будет всего ничего, тысяч 90 000 ежемесячно, включая страховку.

Мы подошли ближе к площадке с подержанными машинами. Хайлендер был серебряный, будто вылитый из старой, добротной монеты. Тонировка задних стёкол и лёгкое затемнение передних. Чуть поцарапана у водительской двери. Литые диски на шинах 19 радиуса. Я дёрнул за ручку, открыв салон, заглядывая внутрь – первое, что бросилось, была обычная магнитола с кнопками и даже слот для CD. Никаких гигантских экранов, следящих за тобой камер и голосового помощника Алисы. Это была просто хорошая японская машина 10-летней давности. Та, на которой не жалко ехать под пули. Та, которую не жалко будет бросить и спалить, если прижмёт.

– Сколько? – спросил я, проведя ладонью по серебристому капоту.

– Тут двигатель бензин на 3.5 литра, мощность 249 лошадиных сил, коробка АКПП, 4WD, пробег 104 000 км, был всего один владелец. Третье поколение, комплектация 3.5 AT 4WD Люкс плюс люк.

– Денег, Юр, сколько стоит она, – спросил я, видя, как Света уже вышла из помещения переодетая, с недовольным лицом, смотря на Юру.

– Три миллиона, – ответил консультант.

– Беру. Наличными.

Он замер. Его взгляд перебегал с меня на Иру и обратно, словно он пытался понять, не розыгрыш ли это.

– Наличными? Всю сумму? Прямо сейчас? Не хотите ли взять к нему зимнюю резину, недорого?

– Нет, не хочу. Хочу прямо сейчас на нём уехать, – кивнул я.

– Отлично! Свет, надо дооформить документы! Оплата наличными, – позвал он свою напарницу, и её линии чёрных бровей поползли вверх.

Она нехотя, но быстро начала заниматься нами, готовя документы, попросив мои паспортные данные. А Юра нашёл машинку для счёта денег и дважды пропустил купюры через неё, просветив их ультрафиолетом.

Эх, Юра, Юра, умел бы я так рисовать, разве ж я бы бегал по лесам и стрелял бы? Хотя тут неудачное сравнение, я бы в любом случае занимался своим делом. Но если бы сразу связал свою жизнь с фальшивыми деньгами, то, конечно же, не смог бы служить закону.

И Юра словно услышав мои мысли поднял на меня удивлённый взгляд, произнеся:

– Простите, но они фальшивые.

– Как фальшивые? – удивилась Ира.

– Я звоню в полицию, – сообщила Светлана, вставая.

– Спокойно! – выдал я, доставая из кармана удостоверение и показывая его Юрию и Свете. – Это проверка вашей профкомпетенции, ваше начальство санкционировало её, так что, Светлана, присядьте.

– И софт скиллов, – подыграла Ира. – Почему вы раньше закрываетесь и не улыбаетесь клиентам?

– Мы думали, вы нищеброды, – ответила Света.

– Никогда не судите о людях по одежде. Спортивный костюм – это прежде всего комфортно.

Мои мысли метались в догадках. Ну, конечно же, это те деньги, которыми мне заплатил Тим за свою ликвидацию, но ведь у меня в сумке есть и те деньги, которые я получил ранее.

– Проверьте и другие банкноты, – попросил я, выкладывая все наличные на стол.

И Юрий уже не с таким энтузиазмом стал проверять и другие деньги. И я оказался прав: 5 000 000 рублей оказались фальшивыми, а три миллиона двести – настоящими.

– Вот и чудесно, – произнёс я. – Будем считать, что и с техникой у вас всё в порядке.

– Что, документы уничтожаю? – спросила Света.

– Нет, она мне и правда нужна, – кивнул я, подталкивая по столу ей настоящие пачки с деньгами.

Доиграв до конца, мы забрали документы на машину и, естественно, фальшивые купюры и, выгнав авто из салона, уже хотели уезжать, как вдруг мне написал Енот Аркадий:

«Слав, ты деньги, те, которые фальшивые, не реализуй никуда, мы их у тебя заберём, а этим скажи, что завтра к ним прибудут, и от их компетенции будет зависеть, доложим ли мы их начальству, что они с кислыми лицами вас обслуживали».

«Зачем?» – напечатал я.

«Затем, что они ментам доложат, потом придётся на другом уровне решать эту проблему. Ну, ты дал, конечно, не доложил о деньгах от своего врага…» – упрекнул меня он.

«Енот, а когда мне было докладывать? Когда я один по тайге бегал, дроны сбивал, или когда машины горели с нашими?» – спросил я.

«Всё, Четвёртый, не кипятись там, а то позывной тебе сменим на Пол-шестого, ну как Фифти-сент будешь, ну, понял шутку?» – написал мне он.

«Ты бухаешь там, Енот?» – спросил у него я.

«Нет, Слав, я за тобой приглядываю, для твоего же блага, к сожалению, трезвый. И у меня тут в подвале нет красивых девушек, на которых я бы мог пялиться, так что не жалуйся», – произнёс он.

Я вот не знаю, как всё заведено в Отдельном Злом Лесу, что курирующий офицер, мало того что подслушивает, так ещё и не скрывает этого. Одним словом – Енот Аркадий, он и в лесу Енот Аркадий…

«Вот, кстати, у вас есть мозгоправ?» – спросил я.

«Кому?» – удивился Енот.

«Мне, кому», – отписался я.

«В чём проблема, обрисуй».

«Во сне видел убитых цифр из своих коллег, и вот сейчас встретил один в один девушку, даже с именем как во сне, Света», – написал я.

«Первую не Света же звали».

«Я знаю, но почему я видел её во сне? Как я могу видеть то, чего ещё нет?»

«Понял проблему, сейчас попробую найти тебе специалиста, у него допуск к секретке есть, так что можешь с ним говорить на любые темы».

– Спасибо, – проговорил я.

– Ты мне? – уточнила Ира, что сидела на пассажирском сиденье новенького и одновременно старенького джипа фирмы «Тойота».

Вовремя это я обратился к врачам… Сейчас думал, что «написал», а на самом деле сказал.

– Ир, посиди пока, я ещё пару слов ребятам скажу и вернусь, – произнёс я, и она кивнула.

Я вышел и, зайдя в салон, передал ребятам слова Енота, что завтра к ним заедут ещё и проведут с ними беседу, и, возможно, обойдётся без доклада их начальству. И, забрав фальшивые деньги из тех, что сунул Юре в карман, поблагодарил за машину, сказав, что проверка как и покупка настоящие, просто так совпало, я вышел.

Звонок застал меня на выходе из салона, и я заметил, что это видео. Звонил какой-то седой мужичок лет семидесяти. Сев на лавочку, я поднял трубку, смотря в экран.

– Здравствуйте, меня зовут Павел Александрович Вайнштейн. Мои регалии вам ничего не скажут, но я от, простите, Енота. Не могли бы вы описать свой вопрос как можно подробнее, если сейчас вам удобно.

– Мне удобно, – произнёс я, смотря на него.

– Запись не конфиденциальная, но подпадает под гриф секретности, поэтому нас будет слушать ваш курирующий офицер. Однако уверяю вас, нам это не помешает, – произнёс он.

Это было странно, но я начинал привыкать к их правилам. Это как прийти с другом к проктологу или урологу, но так, чтобы он наблюдал, пока тебе доктор ковыряется в причинных местах. Но я был готов, ведь душа, или мозг, кому что ближе, гораздо глубже, чем задница или передница. И описал доктору с русским именем и отчеством, но иудейской фамилией всё, что мне показалось и померещилось.

Он слушал меня и качал головой, смотря вниз.

– Ну, молодой человек, давайте я без специальных терминов, чтобы вы поняли и, главное, Енот понял, что вы не психопат какой-то, а нормальный человек. Знаете ли вы, как случается эффект дежавю? Я сейчас объясню: ваш мозг не предсказывает будущее, он гиперанализирует настоящее. Вы – ликвидатор. Ваша профессия – считывать окружающую вас обстановку и прогнозировать действия противника за доли секунды, собирать из мельчайших деталей целостную картину. Даже в состоянии покоя на фоне хронического стресса этот механизм даёт сбой и начинает применяться к бытовым ситуациям. Вы увидели девушку в строгой форме, услышали имя – и ваш мозг мгновенно смоделировал вероятный сценарий, связал его с недавней травмой и, из-за переутомления, выдал это как ложное воспоминание из сна. Это не предвиденье, Вячеслав. Это цена вашей сверхбдительности. Вам нужно научиться выключать этот режим. Для вас отдых – это не просто рекомендация, считайте, что это приказ для вашего же блага. Иначе Злой Лес потеряет ценного сотрудника. А по сну с девушкой этой – с тем же успехом вы могли поговорить там с Первым, который представился вам Юрием и даже узнали бы его с первого взгляда в салоне. На этом и строится феномен дежавю, когда, играясь с долгосрочной и краткосрочной памятью, наш ум выдаёт только что увиденное за уже знакомое. Я понимаю, что вам кажется, что после того сна вы видели именно её и слышали именно имя Светлана, но я вас уверяю, в этом и кроется этот интересный феномен, произрастающий из игры мозга с кратковременной и долговременной памятью. Повторюсь, вы никак не могли видеть её во сне.

– То есть я не вижу наперёд? – уточнил я, больше для куратора, чем для себя.

– Клинически подтверждённых случаев проскопии не существует. Это мощная и очень реалистичная игра вашего перегруженного сознания, пытающегося обработать травму и найти контроль над ситуацией.

– А галлюцинации, о которых я докладывал в рапорте?

– Стресс, выгорание и, простите, подсознательное ожидание несправедливости от системы, частью которой вы являетесь. Ваш разум ищет изъяны вовне, потому что признать их внутри – тяжелее. Это тоже часть профессиональной деформации.

– И что с этим всем делать? – спросил я.

– Ну, серьёзные препараты я вам прописывать не буду ввиду того, что вам важна ваша боеготовность. Понадеемся на ваш юный и прекрасный возраст, что организм сам всё вылечит при правильных условиях.

– Глицин с фенотропилом и милдронатом помогут?

– Хорошая еда, сон, отсутствие курения и алкоголя, как и других наркотиков, – вот основа. Можете принимать вами озвученные препараты в дозировках, прописанных для профилактики утомления. И главное – не переживайте так. У нас в Злом Лесу и не такие сказки головы сотрудников показывают. Вот ваш куратор, например… – на последней фразе видео прервалось и снова появился чат с Енотом.

«Ну вот, Слав, отдыхай, живи, восстанавливайся. Фальшивые купюры ликвидируй сам. Премию за отвагу Дядя Миша уже подписал на тебя, скоро придёт, как только адрес будет».

«Понял тебя, Енот, спасибо», – выдал я, вставая с лавки и идя к машине.

– С кем болтал? – спросила Ира.

– Кое-что уточнял по поводу фальшивых денег.

– А назад в салон за номером кое-кого ходил? – улыбнулась она.

– Ир, мне доктор сказал не волноваться, а ты начинаешь с ходу свои сцены ревности лепить. Ей-богу, ты же видела эту Свету, у неё же ничего своего? По сути, она один сплошной имплант. Она с тобой рядом не стоит.

– Главное, чтобы с тобой не лежала, – улыбнулась Ира, положив свою голову мне на плечо.

– Не будет, – заверил я её.

– Ой, этот чел, который нам дом обещал показать, мне пишет какую-то фигню.

– Ну-ка, покажи! – наклонился я к Ире, смотря на экран, на котором было написано действительно странное…

Глава 13
Под ключ

– Слав, он ебанутый какой-то… – и Ира показала мне текст на её телефоне.

«Скинь сиськи», – писал ей владелец дома.

– Может, нахуй его сразу послать? – спросила она.

– Зачем? – удивился я.

– В смысле зачем, Слав? Я теперь грудь показываю только тебе! – возмутилась она.

– С чего ты решила, что он тебе это написал? – уточнил я.

– А кому⁈ – спросила она с надрывом.

– Ошибся, может, человек. Но если просит – надо скидывать.

– Что⁈ – возмутилась она. – Ты серьёзно?

– Абсолютно. Фотай! – произнёс я, задирая свою футболку до горла и поворачиваясь к ней корпусом.

– Твои? – спросила Ира.

– Ну не твои же, – улыбнулся я.

Фото было сделано и отправлено.

– Он мне звонит! – воскликнула Ира.

– Не тебе. А мне – мои же сиськи, – ответил я, забирая у Иры телефон.

– Алло? – спросил я загадочным голосом.

– Бля, братуха. Это у меня девушка от ревности с ума сходит, всех на шлюх проверяет, – произнёс голос мужчины лет сорока.

– И я, получается, попался?.. – улыбнулся я.

– Бля, ещё раз, сори! Ты чё, дом хотел посмотреть, да? – произнёс собственник.

– Да, планирую купить, но для начала хочу пожить в нём месяцок-другой.

– Как это – пожить? – спросил он.

– Смотри, бабки есть. Но за тридцать мультов я хочу себе прямо дом, в котором я хочу жить. Поэтому я предлагаю поснимать его у тебя, пускай и выше рынка. К примеру, за сотку тысяч в месяц, – расшифровал я свои замыслы.

– Слушай, там аппаратура, мебель, а вдруг повредишь? Я кому её продам потом, если ты откажешься? – снова спросил он.

– В случае порчи мебели или аппаратуры оплачу полную её стоимость, – заверил я.

– Бля, у меня такое впервые, конечно… – протянул он.

– Ну, тут мы с тобой в равных условиях: я тоже первый раз кому-то сиськи свои скидываю, – признался я не скрывая хорошего настроения даже через боль в бедре.

– Короче, давай приезжай, на месте решим, – проговорил собственник дома.

Адрес я знал и ехал туда прямо от автосалона по трёхполосой дороге, сначала с горки, потом на горку, повернул в сторону Академгородка, проехал все девятиэтажки и пятиэтажки «академа» я попал в совершенно другой мир. Где я уже, впрочем, бывал. Сам особняк находился в уже известном мне месте, называемом «Полем чудес». Он возвышался за кирпичным забором и сам был из кирпича: два этажа основных и покатая крыша с окнами – значит, есть ещё и третий. Ворота были глухие и широкие, состояли из чёрного металла, у них я и припарковался. К слову, у периметра дома был ещё один вход, к которому прилегала кирпичная постройка с такой же крышей, как у основного дома, но поменьше, наверное, гараж. Нам открыл хозяин – мужчина лет сорока, как по виду, бывший военный. Высокий. Прямая спина, короткая стрижка «ёжиком», пронзительный взгляд серых глаз, оценивающий нас и «Хайлендер». Но в углах его глаз и рта были мимические морщины, а руки казались сильными.

– Дарова, – протянул он мне руку. – Владимир.

– Привет, – порадовался я встрече. – Слава.

– Здравствуйте, – произнесла за моей спиной Ира.

– Ещё раз извините за мою дурочку. Пойдёмте, посмотрим дом, – выдохнул он и жестом пригласил нас в усадьбу.

И мы пошли. Дом, как и казалось со стороны, был двухэтажным, плюс мансарда под крышей. Весь особняк состоял из красного кирпича, с массивной дубовой дверью. Никакого гламурного гипса и лепнины, а внутри пахло деревом. Высокие потолки, просторные комнаты с небольшими окнами – словно для обороны. И множество просторных комнат. Рыжику и Ире будет где погулять. В объявлении было указано что дом 350 квадратов, настоящие хоромы в сравнении с моим домом и домом Иры.

И видя что моя девушка пошла по комнатам изучать. Я оставил её осматривать дом одну, а мы с Владимиром пошли в отдельно стоящий гараж, где в крупном белом «Лексусе» сидела девочка моих лет, светленькая, губастенькая, ухоженная. Видимо та самая, что писала мне фигню. Чтож, можно лишь позавидовать сорокалетнему мужику, или посочувствовать, что он себе завёл невоспитанную альтушку. Её же как раз можно понять, у неё один актив, её внешность, которой она «торгует». Да и его, если честно, я отчасти понимал, сам живу с бывшей практически моделью. А внешность девушки для мужчины очень важна, особенно когда тебе за сорок и ты всего остального уже добился.

Сам гараж на две машины выглядел очень хорошо. Чистый бетонный пол, хорошее освещение, смотровая яма, закрытая металлическими щитами, почти такими же, из каких сварили ворота. Я, присев на корточки, отодвинув один щит, обнажая бетонные ступени, уходящие вниз. Место, где можно спокойно осмотреть днище, сменить масло или спрятать что-то огнестрельное.

– А почему продаёте? – спросил я, глядя в яму.

– Хочу в королевство Тайланд на ПМЖ переехать, у меня наконец-то выезд разрешили. Тут всё осточертело, Родине отданы лучшие годы жизни, а теперь хочу для себя пожить, а Русь-матушку любить со стороны. Прилетая пару раз в год на могилки родителей.

– А где служили? – спросил я.

– Начинал в Октябрьском РОВД, потом перешёл в ОБЭП, потом в ГНК. Короче, помотало чуток, – ответил он.

Имеют ли менты такие дома? Только если купил землю двадцать лет назад и примерно тогда же начал строиться тут… Но это его дело, как он на него заработал, может пахал также как я?.. А может крышевал в 2000-ные коммерсов отбивая и от бандосов.

– А я в Кировском ОВО, – произнёс я.

– О как. Виталий Шукин ещё работает? – спросил он.

– Нет, – покачал я головой. – Я такого не знаю…

– Сколько времени прошло, – протянул он. – Ну, короче, тридцать миллионов за дом. Только тебе могут ипотеку не оформить на такую сумму, я знаю, какие у ментов сейчас зарплаты, плюс у тебя тачка кредитная, скорее всего.

– У меня родители понимающие, могут себе позволить, – произнёс я, вставая с корточек.

– Родители – это важно, – кивнул он. – Ну что, как поступим?

И тут пришло сообщение от Иры:

«Этот дом просто супер! Я по всему прошлась, тут и подвал есть, и спальни две светлая и моя будущая мастерская на верхнем этаже».

«Понял. Ну тогда берём. Я пока о цене толкую с Владимиром». – ответил я, добавив, – «Всё таки, скинь сиськи!»

«Дурак!» – получил я ответное сообщение, – «Люблю тебя!»

Но я продолжил диалог с Вовой:

– Я тебе сегодня отдаю сто тысяч рублей. Ты пишешь расписку, что их принял в качестве оплаты за аренду дома, и вношу ещё сто тысяч в качестве залога за мебель, если я вдруг съеду и что-то испорчу. Если же всё хорошо и дом меня примет, то мы оформляем сделку на тридцать миллионов. Даже если ты будешь за рубежом – у меня просто сумма в крипте.

– Хорошо, давай на том и остановимся. – кивнул он и мы пожали руки в знак предварительных договорённостей.

Вернувшись в дом, по которому во всю гуляла Ира, мы сели на первом этаже в гостиной за стеклянным столом и, достав паспорта, оформили расписки в двух экземплярах, в которых подписями закрепили наши договорённости. А после обменялись контактами. И Вова сказал, что пришлёт юриста, чтобы тот всё оформил правильно, как только я решусь на покупку. Отдав мне ключи – физические и электронные – от гаража. А я отдал деньги и, попрощавшись с разновозрастной парочкой, мы остались с Ирой в этом доме.

– Он прекрасен, – произнесла она, прильнув к моей груди.

– Дом? – уточнил я.

– Ну не Владимир же, – фыркнула Ира.

– Ну не знаю, его девочке вроде нравится, вон как ревнует. На грани безумия, – пожал я плечами.

– Да дура она. Я её кажется знаю, она в эскорте работала, от модельного агентства Моряков и Компания, – вспомнила Ира.

– Да и хрен с ней. Но дом я соглашусь хороший. Но я вынужден буду позвать ребят с работы, которые напичкают его нужной мне электроникой и всем необходимым для моей службы, – предупредил я.

– Тут даже кабинет у тебя личный будет, ты сможешь там хранить все свои тайны, – произнесла она.

– Спасибо, Ир, за понимание, – прижал я её к своей груди.

И отписавшись куратору Еноту о том что я переехал на новый адрес, я получил ответ, что завтра всё перевезём, и завтра же установим системы. Далее, я утвердительно ответил на его вопрос: удобно ли с 14.00 до 17.00 отсутствовать дома. А сам пошёл осматривать свои владения, пока Ира залипла на женский стендап по телику в гостиной.

Гуляя по дому, я отметил, что в нём две спальни, три туалета: два возле спален на втором этаже с отдельными ванными и один на первом этаже для гостей. Мой кабинет был на первом, как и кухня, и, видимо, раньше тут был винный погреб, потому как запах чего то кислого стоял крепкий, похоже было на то, что Владимир развлекался изготовлением своего алкоголя, но после ряда провалов решил завязать, и теперь тут была котельная, которая отапливала весь дом.

Выключатели тёплых полов оказались у входной двери на стене первого этажа и у лестницы для каждого из последующих этажей. Однако в подвале теплого пола не было, хотя тут из-за котла и так будет жарко. Лестница на второй этаж была сразу за гостиной, в которой располагалась мягкая мебель и большой телевизор на стене. Видно было, что Владимир принимал тут людей по долгу своей службы. На втором этаже разместилась библиотека с полками бумажных книг в твёрдых переплётах, спортзал с тренажёрами и борцовским ковром три на три, с мешками для бокса, и детская комната сейчас пустующая. Видимо, она готовилась под совсем маленького ребёнка, но что-то пошло не так, и, судя по отсутствующему износу в этой комнате, можно было предположить, что детей тут так и не было. Зато «детская» имела окно, откуда прекрасно просматривался внутренний двор, где, кроме ровного травяного газона, ничего не было. Хотя нет – была беговая тропинка по периметру всей территории, усыпанная рыжей резиновой крошкой. А в противоположном от ассенизаторного люка углу участка, в тени пары высоких сосен, стояла добротная, срубленная из толстого бревна баня с небольшой верандой. Рядом с ней виднелась аккуратная постройка летнего туалета и сложенный из кирпича широкий стационарный мангал, накрытый козырьком от дождя.

На третьем этаже под покатой крышей было пусто. Это была какая-то готовая для эксплуатации мансарда со многими окнами-«кукушатами», куда никто так и не заехал. А под домом, если я правильно понял Владимира, располагалась автономная система канализации. Ассенизаторный люк её колодца выходил в дальний, незаметный с дома угол участка, куда при желании могла подъехать машина и выкачать всё то, что там накопилось. Но Владимир сообщил, что два месяца назад уже делал эту работу, поэтому колодец может работать ещё без обслуживания приличное время.

И взяв сумку с фальшивыми деньгами я пошёл к мангалу, там же нашёл спички, и совершил сжигание поддельных купюр, которые дарили взгляду разноцветное свечение из-за краски.

Сообщение от Енота пришло как раз когда я сжигал очередную пачку.

«Вот номера родителей, запиши их чтобы они тебя тоже не потеряли.»

«Хорошо» – ответил я.

Они (Злой Лес) возятся со мной зная, что у меня амнезия, значит кое-что из того, что мне сказал Тим правда, про личное дело, но тот дядечка, Вайнштейн, вроде как убедительно рассказывал что я не псих, а просто стрессую.

А на завтра, когда мы с Ирой выбрались поесть в город, службисты привезли всю мою мебель, и даже взяли еду из холодильника, протянули кабеля и установили всю аппаратуру которая была положена по протоколу безопасности, Енот скинул мне ссылку на программу «ОЗЛ Спец Связь», но предупредил также, что ящик установлен тоже. Мало того в еще одном приложении «Сигнал-Периметр» я теперь мог смотреть камеры вокруг дома и настраивать оповещения к примеру если меня нет, а дверь открылась или на территории появился кто-то. Видосов от Тима в сети больше не было, наверное его хорошо так прижали, где бы он не был, возможно даже уничтожили. Хотя я просил Енота-Аркадия дать мне знать если это случится. На что Енот сослался на другие допуски секретности и что посоветуется на этот счёт с начальством.

Как можно жить и знать, что враг, который может запросто убивать сотнями ходит на свободе я не знал, но за эти десять дней принимая пилюльки для мозга подобвык. Ира тоже освоилась, Рыжик принял новый дом, где можно ходить где хочешь, и я ему даже купил электронный лоток, который был похож на круглую центрифугу, в которую залазишь делаешь свои дела, а потом она вращается и сбрасывает все нечистоты в специальный пакет.

Меня «перевязывали» каждый день и каждый день я ездил, в разные клиники, где работали специальные люди. И на десятый день, оно почти перестало болеть, а я возобновил тренировки и у себя в доме и в АУРУМе. Аккаунты по писательству которые вела Ира начали приносить доход, правда она посетовала, что на них какая-то нездоровая активность, особенно на моём мужском аккаунте. То люди как бешенные покупают её книги и дарят награды, причём такие, что ни один нормальный человек не стал бы дарить, к примеру чел с ником Вдул Абдул подарил 15 000 рублей за её роман, зарегистрировавшись на сайте пару дней назад. И таких было достаточно много. Конторские настраивали под себя мою легализацию, как успешного человека, а на аккаунте художника, стали писать неизвестные люди в личку что с удовольствием купили бы мои картины. И Ире пришлось еще и рисовать какие-то абстракции и даже ездить на почту отправлять их в разные города России. Квадраты, круги, полосы просто брызги от кисточки, размазывание краски рукой, всё это продавалось, неужели это куда-то повесят, а не просто сожгут после обналичивания? Один раз даже я видя её загруженность пошёл и нарисовал гористую местность, с кроваво-красными всполохами на земле, а в небе изобразил, как уже сумел вертолёт назвав картину «Кабул».

К слову, в эти дни я только и делал, что занимался физкультурой, смотрел сериалы за все пропущенные 30 лет начиная с новых, чтобы понимать культурный код. Менты и конторские меня не беспокоили, а лишь взводный писал спрашивая, как у меня дела, один раз даже созвонились со мной по видеосвязи, но ребята из Злого Леса оборудовали одну из спален в стиле медицинской палаты. И я спокойно рассказал взводному и ротному, что иду на поправку, и меня тут колят витаминами и иммуномодуляторами. И они очень радовались, что я скоро смогу работать, потому как работать больше некому, когда я заболел, даже стажёра Бахматского забрали в учебку.