Текст книги "Патруль 2 (СИ)"

Автор книги: Макс Гудвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Я с трудом понимал его сленг, Штурмовик и пилот воздушного робота, кажется так это переводилось.

– Ну и самое простое правило, которое новички забывают. Если ты видишь противника в застройке. Он тебя тоже видел. Значит, после контакта ты обязан сменить позицию. Допустим, ты вёл огонь со стойки из-за угла и ушёл за укрытие. Выглянешь снова получишь очередь, он будет ждать тебя именно там. Значит, что делаешь? Приседаешь или смещаешься на полметра вбок, и выглядываешь уже с другой высоты или из другой щели. И сразу с выстрелом в сторону, где, по твоим прикидкам, он может тебя ждать. Не давай ему предугадать твоё движение. Твоя позиция после первого выстрела его цель.

Потом мы перешли к гранатам. Витя достал из подсумка пластиковую болванку, похожую на РГД-5, но невероятно лёгкую словно игрушечную.

– Вот. У тебя в разгрузке такие же. Непривычно? Вес другой – траектория другая.

Я взял гранату. Он был прав. Рука, привыкшая к тяжести настоящего железа, обманывалась. Первый бросок ушёл куда-то в потолок.

– Видишь, – усмехнулся Витя.

– Мне с репликами не работать. – проговорил я.

Тогда он кивнул и подвёл меня к глухой бетонной стене, за которой, по легенде, сидел условный противник.

– Если ты на 100% уверен, что прямо за углом, в метре от тебя, стоит враг – есть «самалийская» техника. Не выглядывай. Просто высунь ствол за угол, навскидку, и дай очередь. Вероятность попадания – 50/50, но ему это точно не понравится. А ты уже готовишь гранату. Грязно, в страйкболе запрещено, но в деле работает.

Потом была отработка выхода за угол с превентивной пристрелкой.

– Если знаешь что за углом противник. Режешь угол не выглядываниями, а очередью в угол, и уже под эту канонаду дорезаешь пространство где находится противник. Пока пули летят, ты уже выходишь из-за укрытия. Экономишь те самые полсекунды, за которые он мог бы тебя поймать.

Мы отрабатывали это снова и снова. Под стрекотания пластиковых шаров о стены укрытия.

– Блок медицины тебе, кстати, нужен? – спросил вдруг Витя, когда мы сделали перерыв.

– Нужен, наверное, – ответил я.

– Вон я вижу у тебя аптечки. Представим, что тебя ранило в правую руку и нужно наложить жгут. У тебя есть жгуты в аптечках?

Я не знал, что там есть, а чего нет, и полез смотреть, сказав, что это тоже подарок. Вскрыв одну из чёрных, компактных аптечек, я увидел чёткий, продуманный набор: современный турникет CAT с пластиковой основой и прочной липучкой, упакованный для быстрого вскрытия. Рядом – гемостатические повязки, кровоостанавливающий тампон, стерильные бинты и салфетки разных размеров, хирургический лейкопластырь, ножницы, перчатки, маркер для отметки времени наложения жгута. И в отдельном запаянном пакете – шприц-тюбик с обезболивающим. Надпись гласила: «Фентанил. Для купирования сильного болевого синдрома».

– Ни хера себе комплектация, – присвистнул Витя, заглядывая через плечо. – И жгут CAT, и гемостатик, и… это что, обезболивающее? Фентанил? Да тебя, брат, наверное, очень ценят, раз так упаковали.

Он взял жгут и показал на себе, а потом на мне, как надо.

– Смотри. Твоя правая рука прострелена, ты её почти не чувствуешь. Жгут всегда накладывается выше раны, ближе к сердцу. Берёшь его в левую руку. Протягиваешь под конечностью, заводишь хвост в пряжку. Потом тянешь за свободный конец, пока кровь не остановится. Заводишь хвост под ветровую – и фиксируешь липучкой. Потом крутишь ветровую до предела, пока не пережмётся всё, что можно. Фиксируешь её в пазе. И обязательно пишешь время маркером прямо на лбу или на жгуте. Всё одной рукой. Болезненно, адски, но если делать быстро – выживешь. Не делать вытечешь.

Я попробовал, левой рукой накладывая жгут себе на правое плечо. Неудобно, когтисто, но после нескольких попыток начало получаться.

– Молоток, – кивнул Витя. – Запомни: тот, кто прислал тебе это, не хочет, чтобы ты сдох от потери крови. Ценят, значит.

Витя оказался отличным инструктором: жёстким, въедливым, но без лишней пафосной мути.

– Всё это, конечно, красиво, – сказал он в конце, вытирая пот. – Но в Африке, говорят, народ дикий. Могут и по дрону из дробовика палить, и гранатомёт из-за угла выставить. Никакой дрон не спасёт если сам зазеваешься. Так что запоминай базу. А навороты – это уже потом, там музыканты тебя научат.

Тренировка закончилась. Я кивнул, снимая шлем. Воздух в подвале был спёртым от пороховой пыли и пота с порохом от наших гранат. Что-то вспоминалось из СОБРА, или со срочки в Афгане, что-то я слышал впервые, например то что с дронов и правда скидывают гранаты, и даже существуют дроны камикадзе.

И в этот момент в кармане завибрировал телефон. Одно СМС. От Дяди Миши.

«Скажи инструктору. Что музыканты просили не болтать, что ты у него был и что при тебе было.»

Фэбосы следили за мной даже сейчас, через сотовый наверное? Или просто запоздалое сообщение?

– Вить, – сказал я тихо. – Ребята с оркестра просили сильно не распространяться, что я у тебя был и что у наших в Африке есть такая экипировка.

С этими словами я положил на стол пятитысячную купюру.

– Понял. Я же не дурачок совсем, – улыбнулся он, забирая пятёру. – Приходи тренить еще, или играть в страйкбол.

– Я не знаю когда у меня отправка, так что по тренам скорее всего да, а по играм нет. У спортсменов страйкболистов всё таки всё другое, – ответил я.

– Поэтому военные и менты тут так ценятся, чтобы показывать настоящие техники.

– Спасибо за тренировку, – я снова сложил экипировку в пакет.

– Не за что. Только смотри, не забывай быть живым.

– Не забуду.

Я улыбнулся. Специфическое чувство юмора было, кажется, у всех, с кем мне приходилось иметь дело в этой новой жизни. От Дяди Миши до ментов. Может, это и был главный закон выживания – вовремя понять, когда шутка заканчивается и нужно начинать стрелять. Или наоборот.

Я вышел на ночную улицу. В голове гудело от новой информации, а в кармане ждал очередной список дел. Шины, Ира… и тихая, навязчивая мысль о том, что все эти тренировки – не для Африки. Скорее всего они для той самой «стрелки», которая, может и не состояться.

И тут, пришло еще одно сообщение: ВНИМАНИЕ! Сегодня ночью…

Глава 25
Сон – смерти брат

«ВНИМАНИЕ! Сегодня ночью быть в полной боеготовности», – предупреждал меня текст.

«Желаем вам хороших выходных», – подумал я, вспоминая предпоследнее послание. Ну ничего, сон – смерти брат.

Вернувшись домой, я стал решать, в чём именно буду «работать», причём если говорят быть наготове, значит, это не обычная ликвидация, а прямо боевая задача. Ладушки, я всё равно не хотел спать. С одеждой я определился: старые кроссовки тёмного цвета, костюм с надписью «СССР», жаль, балаклаву сжёг, был бы подшлемник, ну а уже сверху надену всё своё снаряжение, если надо.

Всё это я разложил на стульях, проверил свой РПК – должен стрелять, на грудь в разгрузку сунул бесшумный пистолет, гранаты в подсумки, аптечку одну на правый бок, другую на левый.

Теперь – коммуникация. Я достал сотовый и набрал сообщение Ире: «Привет, к сожалению, дёрнули в усиление. Сегодня меня не будет. Целую». И, получив в ответ несколько грустных смайликов с поцелуйчиками и сердечками, переключил чат на взводного: «Дмитрий Дмитриевич, я что-то подстыл и температурю, завтра на занятия не смогу прийти, чтобы никого с роты не заражать, лекции потом перепишу, и в субботу буду как штык на работе. Сейчас ноги в тазик с горчицей суну». Ответом было: «Понял тебя, лечись! Об ухудшении дай знать и дуй на Макрушино в клинику».

Ну, вроде всё. Броню подготовил, оружие подготовил, коммуникацию отменил всякую, что же осталось? Шины.

Не успею. Придётся ехать на старых. Если вообще придётся ехать.

Посетив ванную со скупой душевой лейкой на воду, ввиду засорения той, я принялся ждать. Телефон, как всегда, был на звуке, и вот в этот момент что-то стукнулось в окно, а потом еще и еще раз. Выключив свет, я посмотрел сквозь стекло: напротив окна висел дрон, только маленький. Я вышел, и дрон скинул что-то на землю и взмыл в воздух. Полюбопытствовав, что именно, я подошёл и поднял лежащий на тропинке у поленницы квадратный свёрток.

А, вернувшись домой и включив свет, я развернул противоударную пузырчатую плёнку, в которой была гладкая шкатулка, наподобие тех, с какими делают предложения руки и сердца, вот только эта была пластиковая.

И бумажка: «Надень и подержи пальцами до сигнала».

В коробочке оказались беспроводные наушники, и я вставил их в уши. Поражаясь, до чего техника дошла. И, подержав, как сказано в бумажке, я действительно услышал писк. Девушка с азиатским акцентом говорила на английском: «Конекшен!», «Лефт девайс детектед», «Райт девайс детектед», «Вейт плиз», «Конекшен а комплит». И тут на мой сотовый позвонили. Неизвестный номер. Возьму, подумал я. Вряд ли по шинам.

– Здравствуйте, я главный следователь города Москвы Петрачук Евгений Сергеевич. Скажите, вы Кузнецов Вячеслав Михайлович? – задали мне вопрос почему-то не назвав звание и отдел, наберут же по объявлению.

– Игоревич, – поправил я.

– Погодите, Игоревич? – удивились на том конце. – Смотрите, на вас возбуждено уголовное дело о мошенничестве в сфере экономических преступлений. Но вы точно не Михайлович?

– Точно не Михайлович, – ответил я.

– Хорошо, тогда нужно от вас четыре цифры из СМС, которое сейчас придёт, чтобы я убедился, что вы – это вы, и мы больше вам не звонили. – проговорил голос, слишком молодой для старшего следователя города Москвы.

– Тцыц! Скамер! Ливай битчез. И жопу соси! – вмешался в разговор уже другой голос, заплетающийся словно жующий жвачку.

– Что? – не понял я.

– Я его забанил уже, сейчас на твой девайс антиспамер поставлю, будешь чекать, кто тебе коллит, – произнёс он.

– Ты кто? – не понял я. – И что ты мне говоришь?

– Я твой дроновод, тебе сейчас мошенники из Прибалтики звонили, хотели твои деньги украсть. – пояснил он.

– А как ты со мной говоришь? Вызова-то нет? Или ты в наушник как-то транслируешь? – заинтересовался я.

– Короче, некогда объяснять. Дядя Миша сказал, что я над тобой сегодня буду поле боя смотреть. Зовут меня ТиДи623, сокращённо Тим, для тебя, если и это сложно, – Тимофей.

– Слава, – представился я.

– Слав, это долго. Позывной у тебя какой?

– «Муравей» был. – признался я.

– Окей, будешь Мур. Смотри, шлем наденешь поверх «ушей», и всё, и килл-джобнем там всех!

– Ещё раз, что? – поморщился я, как по мне так именно этот Тим и походил на мошенника, а не предыдущий.

– Май Гад… – выдохнул Тим. – Хорошо, говорю: повоюем. Мне сказали, что ты странный, но запретили с тобой говорить. Но как не говорить, если мы сейчас в бой пойдём? Я бы их всех сам там размотал, но Миша говорит, нужно максимально по олдскульному, поэтому, видимо, и послали тебя.

– Добро, только гадом меня не называй, пожалуйста, – попросил я.

– Окей, бро! – ответили мне. – Ладно, пока скипаем, вейтим таргета от чифа.

– Что? – снова спросил я.

– Ну ты вообще… – протянули мне, но перевели. – Сейчас отдыхаем, можем даже поспать, ждём координаты цели от шефа.

– А ты уже знаешь, какое будет задание?

– За меня уже нейросети всё сложили, с вероятностью 99.9% будет ликвидация боевых групп противника в момент их столкновения. Бро, давай, до связи, мне тяжело с тобой полным текстом разговаривать.

– Давай, до связи, – подтвердил я.

Странный он, конечно, говор странный и эти американизмы в речи. Но, видимо, все компьютерщики такие – в моё время тоже были, ходили в одних и тех же потёртых штанах, обязательно в очках с широкой оправой и на голове будто стог сена взорвало чем-то.

Значит, всё-таки что-то планируется. Я развлекал себя тем, что смотрел РуТуб и ел орешковый микс в специальных пакетиках, но минут через двадцать смартфон снова пискнул.

И, разблокировав телефон, я взглянул на экран. На экране, сам по себе открылся какой-то мессенджер с тёмным интерфейсом. Ни имени отправителя, ни аватарки – только чёрный экран и бегущая строка статуса: «Шифрование… Передача…»

Через три секунды на экране высветилось даже не сообщение, а целый документ, свёрстанный как боевой приказ. Шрифт – строгий, моноширинный, как в старых телетайпах:

ЛИКВИДАЦИЯ БАНДИТСКИХ ФОРМИРОВАНИЙ

Дата/время: 07.08.2025 03:00.

Координаты цели: 56°28'43.7"N 85°04'20.5"E.

Вводные: В указанное время на строительном объекте состоится сходка представителей противоборствующих криминальных структур. Необходимо занять позицию заранее, обеспечив полную скрытность. При приближении и сборе всех участников – дождаться полного их сосредоточения на площадке. Позиция должна исключить возможность отхода противника в лесной массив на южной границе объекта. Задача – ликвидация всех боевиков.

Особое указание: Фигурант в головном уборе (кепка) с графическим изображением компаса – цель для несмертельного ранения. Точка поражения – нижняя часть корпуса, конечности. Исключить летальный исход.

Прочее: Соблюдать максимальную осторожность.

Вмешательство правоохранительных органов маловероятно в первые 15–20 минут в связи с заранее обеспеченным «прикрытием» со стороны ОПГ.

При получении ранения принять все действия по самостоятельной эвакуации. Исключить пленение даже ценой жизни. После выполнения задачи или в случае срыва операции – выйти на связь для доклада.

Я посмотрел координаты в гугле. Это была какая-то стройка, возле Академгородка, у посёлка Наука, почти в черте города. Интересно, как они не боялись вмешательства ментов в их междусобойчик? Или боялись – отсюда и выбор места на отшибе, но в то же время не в чистом поле, где каждая машина видна за версту.

Открыв карту детальнее, я начал изучать местность. Справа от стройплощадки мирно, как грибы, расположились домики частного сектора. Слева – широкий, пустынный в ночи проспект, ведущий в сторону города и из него. Прямо по курсу – сама площадка: огороженный забором участок с начатыми фундаментами, кучами песка, строительной техникой, есть кран, есть экскаватор. И главное – с юга, вплотную к забору, подступала та самая лесополоса, густой молодняк, уходящий в темноту. Именно туда организаторы моей миссии опасаются кого-то упустить. И моя задача эту лазейку закрыть.

За окном снова стукнуло. И я вышел забрать лежащий на полу пакет.

На нём было написано всё, что мне уже показали на телефоне, карты и дополнение к задаче.

Видимо, кураторы не до конца понимают, разобрался ли я в мобильном и насколько разобрался.

ВАРИАНТ ВЫПОЛНЕНИЯ ЗАДАЧИ:

К 02:30 занять скрытную огневую/наблюдательную позицию с обзором секторов «Центр» и «Южный».

Пропустить к объекту всех участников. Сигнал к началу активных действий – визуальное подтверждение присутствия цели «Компас» и начала переговоров (жестикуляция, активный диалог между главарями).

Первыми целями являются предполагаемые охранники на флангах и у транспортных средств.

Применение оружия: на ваше усмотрение, с учётом требования полной нейтрализации.

По цели «Компас»: разрешён огонь на поражение, но с гарантированным исключением летального исхода. Ранение в область таза/бедра. После ранения цель предоставить самому себе.

При возникновении угрозы вашему расположению (обход с тыла, попытка манёвра) – немедленная смена позиции по плану (схема в приложении 4).

После завершения работы – осмотр площадки не производить. Немедленный отход по маршруту эвакуации.

Я взглянул на маршрут: там снова были зелёные стрелочки, снова моя машина должна была проехать, миновав все камеры умного города.

А на смартфоне документ стал мерцать всё быстрее и быстрее, после чего вообще исчез, оставляя после себя только чёрный фон. В наушниках снова возник Тим, его голос был теперь абсолютно деловым, без тени сленга.

– Пакет принял? Все вводные ясны? – спросил он.

– Принял. Чертёж понятен, надо смотреть по месту, – ответил я, уже изучая карту.

– Хорошо. Я буду на связи. Выдвигайся туда. Жду на позиции. Удачи.

Связь прервалась. А на часах было половина второго. Уже пора. Я отложил телефон, поставив на беззвучный, и принялся собираться. Внутри я чувствовал себя более чем спокойно. Задача была предельно ясна. Осталось только дождаться, когда переменные сойдутся в одной точке, чтобы решить это кровавое уравнение раз и навсегда. Надев под костюм броню и защиту голеностопов и предплечий, я решил поехать по гражданке, а уже у позиции переодеться, мало ли в городе чего случится, а я в костюме супергероя. Погладив Рыжика словно в последний раз, я положил на заднее сиденье броню и шлем с оружием и поехал на объект.

И минут за тридцать неспеша я доехал, тихо крадясь по просёлочной дороге, и, найдя удобное место, накинул на себя броню, затягивая её так, чтобы ничего не бренчало и было удобно, а потом и шлем.

Машину я решил оставить прямо тут, в деревне, в тёмном переулке между сараями. Самому же предстояло прибыть на площадку с южной стороны. И только я собрался отправляться, как в моём ухе зазвучал Тим:

– Смотри, принимающая сторона уже на месте.

– Как я могу смотреть? – удивился я.

– Экран опусти на маску и кнопку включи, я законекчусь к девайсу, – попросили меня. И я сделал это.

А на экране сначала были какие-то японские иероглифы, а потом появилась картинка, словно с птичьего полёта: я видел стройку и стоящие там машины, много, штук 10, и люди, везде суетились люди, человек тридцать, и все с оружием.

– Смотри, видишь эти красные точки в отдалении на стройматериалах, это их снайперы, скорее всего с оптикой, так что будь там аккуратнее.

– Понял, – кивнул я, перелезая через деревянный забор. Главное, чтобы это всё не обвалилось под моим весом и что еще главнее – яйца не порвать об это вот всё, а то окрестят в конторе Слава «Фаберже» или Слава «Всмятку».

Далее шёл через огороды с домами, где уже не светились окна, через ломкий подлесок, разделявший посёлок и стройку. Меня сопровождала тишина, да редкий лай собак где-то в глубине посёлка. Я двигался медленно, прислушиваясь. В ушах по-прежнему сидели «уши», но Тим молчал. Видимо, ждал, когда я займу позицию.

И снова передо мной возник забор, на этот раз бетонный.

– Вижу тебя. За забором чисто, – произнесли мне, взирая на меня с неба.

Я перелез и пошёл за песчаными горками, перелез через ещё одну стену. А за ней вовсю замерла стройка – только начинали возводить первый этаж. А я шёл прямо туда пробираясь всё ближе и ближе.

– Вижу третьего снайпера, – проговорил Тим. – Прямо перед тобой.

Он стоял у оконного проёма и курил, вглядываясь в свой сектор, а его оружие, марки которой я не знал, стояло рядом. Сам снайпер был одет в обычную гражданскую одежду, какие-то джинсы, какая-то куртка с распиханными по карманам магазинами от его оружия.

И я извлёк пистолет и, плавно опуская сверху вниз, сделал бесшумный выстрел. Человек завалился на подоконник окна. Медленно приближаясь, я взглянул на винтовку убитого. Мне не померещилось, она была незнакомая. Словно не наша.

– Минус, – проговорил я.

– Что у него в руках? – спросил Тим.

– Не могу определить. Какая-то винтовка странная, – произнёс я.

– Наведи телефон.

И я навёл.

– Это СВ-8, – тут же отозвался Тим. – Наши делали, на экспорт в одиннадцатом году.

– Понял, – ответил я.

– Можешь пользоваться, – разрешил мне Тим.

– Я не знаю это оружие.

– Ну, сорри, копья и лука со стрелами тут не встретишь.

Я ничего не ответил, а только стащил тело вниз. У бандита нашлось пять магазинов под какой-то натовский патрон и рация. Я поставил её рядом и оглядел позицию.

– Позиция неплохая, под оптику, но не лучшая, – выдал я Тиму. – Территория большая. Если начнётся заваруха – надо отрезать отход. А здесь двое ворот. Я банально не успею.

– Пехоту как-нибудь сам ликвидируешь, – сказал Тим. – Машины я могу уничтожить, но ресурс невелик: у меня всего три Мавика на тройной сброс и два камикадзе. Больше современная технология не тянет.

– Понял. Пойду поближе, подкрадусь, – проговорил я, конечно же, не понимая, что такое Мавики, что за тройной сброс, и какие у Тима есть камикадзе. Но то, что он машины может уничтожать, это радовало.

И, взяв рацию, а также отцепив оптику у СВ-8 я пошёл по стройке, внутри строящегося здания чтобы быть ближе к стоящим снаружи машинам. На экране от дрона я видел, что бандиты расположились двойной линией, словно хотели держать строй, и вот одна из машин выехала со стройки и, отъехав от объекта на метров сто, встала, заглушив двигатель.

– Видал? Это их дверь на ворота, «хозяева» намерены стрелять, – произнёс мне Тим.

– Видал, – произнёс я, передвигаясь дальше. – Условно обозначим тех, кто стоит и ждёт, «хозяевами», а приезжих – «гостями».

– Мне всё равно, моя задача – чтобы со стройки никто не вышел, кроме парня с компасом на лбу, – как-то расслабленно произнёс Тим. Ему, наверное, было хорошо: он сейчас сидел и управлял своими летучими машинами где-нибудь в удобном кресле или на удалении в фургоне авто. А это я лезу в самую пасть к шакалу.

– Попробуй забраться на ту лестницу, направо, которая, – произнёс Тим, видимо, имея в виду место, где уже начали выкладывать угол и уже прорисовывался второй этаж.

И я взошёл по пыльной лестнице, выглянув во двор стройки.

Вот они, все почти как на ладони, а на верхотурах правее лежат ещё два красненьких объекта, их снайпера.

– Пацаны, общая готовность – едут! – выдала моя рация, и я сделал её тише. Собственно, она мне больше не нужна.

Большие и громоздкие машины колонной въезжали на стройку, все тонированные в хлам. Автомобилей было девять.

И они также въехали, расположившись двойной линией, почти кругом.

Сердце чуть сдавило, а по телу прошла лёгкая дрожь. Похоже, началось!

КОНЕЦ второго тома

Продолжение тут: /reader/527286/4972745