355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Махмут Гареев » Моя последняя война (Афганистан без советских войск) » Текст книги (страница 10)
Моя последняя война (Афганистан без советских войск)
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 10:53

Текст книги "Моя последняя война (Афганистан без советских войск)"


Автор книги: Махмут Гареев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 27 страниц)

Очаги сопротивления мятежников в зданиях Министерства обороны и Главного политического управления были вначале блокированы, а затем захвачены штурмом частями президентской гвардии. Верные правительству части блокировали также пункты дислокации мятежников. На восточных подступах к Кабулу по отражению атак 15-й танковой бригады и 57-го учебного центра действовали части Национальной гвардии, 3-й пехотной дивизии МВД, а также подразделения 53-й пехотной дивизии, переброшенные с Логарского направления.

В результате ожесточенных боевых действий в течение 6 и 7 марта 1990 года часть мятежников была уничтожена, часть – сдалась. Танаю не удалось в полной мере использовать авиацию на Баграмском аэродроме, так как многие летчики отказывались вылетать для ударов по Кабулу, некоторые из них улетали в Мазари-Шариф или Кабул, сбросив бомбы в стороне. Всего по Кабулу было сделано 18 самолетовылетов, сброшено 42 бомбы.

Противодействие мятежной авиации средствами ПВО затруднялось в связи с тем, что часть зенитных подразделений открыто выступала на стороне мятежников.

В связи с тем, что мятежники главную ставку делали на авиацию, расположенную на Баграмском аэродроме, президенту Наджибулле пришлось пойти на такую крайнюю меру, как обстрел взлетной полосы этого аэродрома ракетами и реактивными снарядами «Ураган», расположенными в Кабуле. В частности, дивизионом «Ураган» выпущено по аэродрому 200 снарядов на дальность около 40 км. Большинство снарядов поразили цель (взлетно-посадочную полосу и стоянки самолетов). Однако, осколочные снаряды практически не вызвали никаких повреждений полосы, но нанесли серьезный урон самолетам и складу авиабомб.

Авиацией, расположенной в районе Мазари-Шариф, которая осталась верной президенту, наносились авиационные удары по Баграмскому аэродрому.

Самое печальное состояло в том, что афганскому руководству пришлось уничтожить свою же авиацию. Общие потери – 46 самолетов, из них 34 самолета в последующем были восстановлены.

В результате взрыва было выведено из строя более тысячи авиабомб. Тяжелое положение складывалось с летным составом. 16 летчиков было арестовано; часть летчиков отстранена от полетов.

Благонадежность некоторых летчиков вызывала сомнения. Все это существенно снизило боевые возможности авиации. В итоге мятежа и его подавления общие потери в личном составе: убитых 136 человек, раненых свыше 350 человек. Потери среди мирного населения: убито около 180 человек, ранено более 200 человек. Потери в технике: танков – 22 единицы, БМП и БТР – 12 единиц, артиллерийской техники – 7 единиц. Большой ущерб нанесен средствам связи Министерства обороны.

Основными факторами, предопределившими провал мятежа и разгром заговорщиков, явились:

Во-первых, авантюристические цели заговора, который не был поддержан не только населением, но и даже далеко не всеми халькистами, армейскими частями и авиацией.

Во-вторых, уверенное руководство подавлением мятежа со стороны президента и в целом руководства Республики Афганистан. Решительные и в основном организованные действия верных правительству войск, в соответствии с разработанным планом, что позволило в короткие сроки подавить мятеж и не допустить его распространения на другие гарнизоны.

Вместе с тем были допущены и некоторые недостатки. Основное упущение состояло в том, что не был своевременно установлен и пресечен выезд Таная в Баграм, а на аэродроме не были подготовлены достаточно надежные силы и средства для противодействия заговорщиков и недопущение взлета мятежной авиации. Это обстоятельство вынудило прибегнуть к такой крайней мере, когда правительственные войска вынуждены были обстреливать Баграмский аэродром, что привело к выводу из строя примерно половины авиационной техники, имевшейся на этом аэродроме.

С точки зрения военно-политической, предпринятая экстремистским крылом халькистов попытка заговора и его решительное подавление имели как положительные, так и отрицательные последствия. Главным положительным итогом было то, что с пути осуществления курса на национальное примирение было устранено одно из основных препятствий внутри НДПА и Республики Афганистан – сломлено сопротивление экстремистов, и после этого эта политика могла более последовательно проводиться в жизнь.

Была устранена постоянно существовавшая угроза мятежа и переворота, которая создавала гнетущую обстановку и сковывала осуществление многих назревших социально-экономических и военных задач. Были созданы потенциальные возможности для коренного улучшения руководства вооруженными силами, поскольку до этого многие намечаемые решения и мероприятия практически саботировались Танаем, а управление войсками было парализовано.

К негативным последствиям можно отнести следующие моменты:

За рубежом, среди афганской оппозиции и кое-где внутри Афганистана сам факт вооруженного мятежа, отразившего наличие глубоких противоречий, был воспринят как слабость существующего режима. Высказывались предположения, что мятеж еще не закончился, и при серьезных военных неудачах под Хостом, Джелалабадом и других районах, сторонники Таная могут еще выступить. Был нанесен существенный материальный ущерб, особенно авиации (на 50 миллионов рублей), зданиям Министерства обороны и некоторым государственным зданиям, а также мирному населению. Оказались нарушенными управление войсками (в первые дни была потеряна связь с большинством гарнизонов), система обороны и ПВО в Кабуле. Многие подразделения покинули районы обороны и огневые позиции. Был нанесен ущерб морально-боевому духу личного состава, особенно в частях, втянутых в мятеж, где наиболее активно проводилась антиправительственная агитация.

С учетом изложенного предстояла большая работа по нейтрализации политических последствий мятежа, восстановлению авиации, связи, управления войсками, системы обороны и боеготовности соединений и частей, и в первую очередь в Кабульском и Баграмском гарнизонах.

Мы обращали внимание афганского руководства и на то, чтобы в сложившейся обстановке особенно важно не допустить в НДПА и вооруженных силах антихалькистских настроений, чтобы под видом борьбы с халькистами не оттолкнуть многих армейских офицеров и солдат. И вообще больше работать и считаться с этим течением в правящей партии.

Во время мятежа советское посольство, где мы находились, оказалось между враждующими сторонами, интенсивно обстреливалось. 19 снарядов упали на его территорию. Уйти в укрытие было невозможно, ибо все связи были наверху. Поэтому пришлось действовать в исключительно экстремальных условиях.

4. Продолжение вооруженного противостояния в Афганистане в 1990 году

Как складывалась военно-политическая обстановка в 1990 г. в дальнейшем? Главным было то, что с одной стороны проявлялись некоторые проблески активизации шагов по политическому урегулированию афганской проблемы как со стороны оппозиции, так и руководства Республики Афганистан; с другой стороны продолжался нажим США и Пакистана на оппозицию с целью продолжения военных действий с тем, чтобы одержать хоть какие-либо военные успехи и повысить удельный вес оппозиции на предстоящих переговорах.

США и Пакистан по-прежнему добивались свержения или политического устранения существующего в Республике Афганистан строя и создания в Афганистане угодного им режима для усиления своего влияния на Среднем Востоке и оказания давления на Иран, Индию и другие государства. Они пытались объединить основные оппозиционные силы для достижения этой цели.

Иран стремился воспрепятствовать созданию проамериканского и просаудовского режима; содействовать приходу к власти в Афганистане правительства, которое проводило бы в отношении Ирана дружественную политику, соблюдало равноправие шиитской общины, создание автономных районов, населенных хазарейцами. С учетом этого принимались меры к объединению партий, входящих в коалиционный совет «Альянса девяти» и создание на этой основе Партии исламского единства (ПИЕ), полностью ориентирующейся на руководство исламской Республики Иран.

Вместе с тем, несмотря на усилия США, Пакистана, Ирана, оппозиции не удавалось преодолеть противоречия в своем лагере, особенно обострившиеся в связи с истечением срока полномочий «переходного правительства» и намечаемыми выборами. По планам оппозиции предполагалось провести выборы в «шуру» в июне-июле 1990 г. одновременно в районах, контролируемых моджахедами (под наблюдением Организации Исламской Конференции) и в городах, находящихся под контролем Республики Афганистан (под наблюдением ООН). Предполагалось создать избирательную комиссию во главе с Гилани в составе 25 человек (14 от «семерки» – по два от каждой партии; 3–4 от проиранских шиитских групп; остальные от более мелких партий и полевых командиров). При этом имелось в виду составить список неприемлемых для оппозиции лиц из НДПА, которые не должны участвовать в выборах. Пакистан предлагал объявить избирательную комиссию временным «переходным правительством».

Однако исламская партия Афганистана не согласилась с таким порядком проведения выборов, считая, что главным условием проведения выборов должен быть уход от власти правительства Наджибуллы. Она требовала также, чтобы выборы проводились только на территории, контролируемой оппозицией, без всякого «иностранного вмешательства».

Оппозиция активизировала свою деятельность по формированию органов госвласти в контролируемых районах. Создавались советы фронтов, включающие различные партии. На них возлагалось проведение выборов в провинциях, уездах, волостных советов.

Создавались специальные подразделения. Основное их назначение было проведение терактов против главарей мятежников, проявляющих склонность к сотрудничеству с госвластью, как это было в районе Герата. Одновременно вооруженная оппозиция активизировала боевые действия в важнейших районах Афганистана и особенно обстрелы Кабула и других городов. Она планировала первоначально перерезать дороги севернее и южнее Саланга, восточнее Суруби, средствами ПВО заблокировать Кабульский, Баграмский и другие аэродромы с тем, чтобы парализовать снабжение Кабула, Джелалабада и Хоста. Вслед за этим предусматривались крупные наступательные действия с целью овладения Хостом и Джелалабадом.

Одновременно планировались массированные обстрелы Кабула и атаки города с различных направлений. В июне месяце группировка мятежников на подступах к Кабулу была доведена до 50 тыс. человек, оснащенных большим количеством реактивных снарядов и переносных зенитных установок. Активизировались также действия мятежников против гарнизонов Баграм, Кандагар, Шинданд и Герат. На северо-востоке Ахмад Шах Масуд пока основные усилия направлял против Хекматьяра, возглавлявшего формирования Исламской партии Афганистана. Но одновременно стремился овладеть районами Шахри Бозург, Зибак, Файзабад, поскольку удержание этих районов правительственными войсками лишало Ахмад Шаха Масуда коммуникаций, затрудняло маневр и снабжение его войск.

Оппозиция продолжала усиливать давление на транспортные коммуникации путем создания специально подготовленных групп для внезапного захвата постов, осуществления засад и диверсий, особенно во время прохождения колонн на участках между отдельными постами охранения правительственных войск. В связи с этим периодически возникали осложнения на коммуникациях, ведущих в Кабул.

Руководство Республики Афганистан наряду с военными делами стало больше уделять внимания углублению и практической реализации политики национального примирения, что по его расчетам должно было позволить держать в своих руках инициативу и способствовать политическому урегулированию афганской проблемы. С этой целью планировалось осуществить ряд мероприятий по партийной, политической и государственной линиям.

По государственной линии с 4 мая 1990 года Указом президента было отменено введенное после вывода советских войск чрезвычайное положение. В соответствии с этим Указом полномочия Национального Совета, переданные на период чрезвычайного положения Исполнительному Комитету Совета Министров, вновь возвращалось Национальному Совету Республики Афганистан. Распускался Высший Совет обороны.

Отменялись ограничения, введенные в период чрезвычайного положения на деятельность общественных организаций, на поездки граждан Республики Афганистан за рубеж, сокращается комендантский час. Было сформировано новое правительство Афганистана во главе с Халекьяром (бывшим губернатором Герата). Предполагалось, что такое, правительство, возглавляемое беспартийным политическим деятелем, должно способствовать сплочению различных социальных слоев и налаживанию контактов с определенными оппозиционными кругами. При этом полностью обновлялся кабинет министров на более широкой политической основе.

Руководство Республики Афганистан возражало против привлечения для контроля хода выборов Организации Исламской Конференции, односторонне поддерживавшей оппозицию. Ее представителей, как и Организации неприсоединившихся государств, предлагалось ввести в комиссию ООН.

Руководство Республики Афганистан считало, что проведению выборов должны предшествовать переговоры между правительством Республики Афганистан, оппозиционными афганскими партиями и вслед за этим национальная конференция различных партий, чтобы обговорить принципы политического урегулирования. Для создания благоприятных условий для диалога и проведения выборов обе стороны должны были объявить о прекращении огня.

Для подготовки созыва всеафганской Лойя Джирги, а затем всеобщих выборов было предложено создать Координационный комитет или Наблюдательный Совет. Этот комитет должен был создать комиссию по выработке Конституции и Закона о парламентских выборах. Признавалось необходимым проведение международной конференции мира с участием Афганистана, Пакистана, СССР и США и других заинтересованных государств. Затем предполагалось провести всеафганскую Лойя Джиргу, которая должна была принять Конституцию и Закон о всеобщих выборах и избрать президента страны. На основе всего этого должны были быть проведены парламентские выборы, в результате которых предусматривалось сформировать правительство на широкой основе; переход в подчинение этого правительства вооруженных формирований обеих сторон.

Президент Наджибулла, характеризуя намеченные преобразования, подчеркивал, что, проводя в жизнь замысел политического урегулирования нынешнего социального кризиса и достижения мира, необходимо отказаться от старых методов политической борьбы: упора на армию, военное давление, узурпацию политической власти, устранение политических противников, навязывание воли руководства рядовым членам партии ценою торжества принципа централизма над принципом демократизма. Он считал, что упор должен быть сделан на новые принципы, такие, как диалог, взаимопонимание, законность, демократия и коалиция.

Однако, даже в высших эшелонах руководства не все однозначно относились к предстоящим переменам. Одни (халькисты) выступали против отказа от социалистических идеалов; другие – (правое крыло парчамистов, религиозные круги) за более радикальную исламизацию государства. Несмотря на ряд возникающих сложностей, в целом, изложенная программа преобразований политической и государственной структуры Республики Афганистан отвечала сложившимся условиям обстановки в Афганистане и при умелой ее реализации могла способствовать углублению политики национального примирения и политическому решению афганской проблемы.

Вместе с тем запланированные меры имели и некоторые негативные моменты. Во-первых, большинство намеченных мероприятий были ориентированы в основном на верхние слои общества, интеллигенцию и почти не было радикальных мер, направленных на то, чтобы они затрагивали жизненные интересы трудящихся, большинства народа и мобилизовали их на поддержку политики национального примирения, проводимой руководством Республики Афганистан. Если к этому добавить хронически слабую работу партийных и государственных органов среди населения и племен, солдатских масс в вооруженных силах, то успех на предстоящих выборах становился весьма проблематичным.

Во-вторых, не в полной мере учитывалось, что отмена чрезвычайного положения, демократизация жизни общества и другие меры намечались не в мирное время, а в условиях продолжающейся войны, когда оппозиция продолжала занимать непримиримую позицию, не прекращала военные действия. Кроме того, как показывал опыт, всякая демократизация, особенно в такой отсталой стране, как Афганистан, наряду со здоровыми процессами, неизбежно вызовет расслоение общества и экстремистские действия определенных кругов. В связи с этим требовалось сочетание политических шагов с предельным напряжением сил государства, сплочением основных сил общества, поддержанием высокой бдительности и боеспособности вооруженных сил для успешного военного противостояния вооруженной оппозиции и обороны Республики Афганистан. В связи с этим было необходимо вместо чрезвычайного положения ввести дополнительные правила гарнизонной и комендантской службы, обеспечивающих безопасность населения, надежную охрану государственных и военных объектов, воспрещение терактов и проникновения враждебных элементов, поддержание свойственного военному времени строгого общественного и воинского порядка во всех гарнизонах. Однако такие меры должным образом не осуществлялись.

Правительственные вооруженные силы Республики Афганистан продолжали выполнение поставленных перед ними задач и в целом успешно противостояли вооруженным формированиям оппозиции, придерживаясь принципа активной стратегической обороны. Они прочно удерживали занимаемые рубежи, все провинциальные и уездные центры, которые контролировались госвластью и в прежние годы, Были взяты под контроль несколько новых уездных центров (Мухаммед Ага, Паштун Заргун, Хани Чарбах и другие).

Учитывая большую переутомленность и недостаточную устойчивость войск, в оборонительных операциях и боях, главный упор делался на то, чтобы своевременно выявлять подготовку противника к наступлению и упреждающими массированными ударами ВВС и артиллерии срывать их атаки. Такие действия неоднократно предпринимались под Джелалабадом, Хостом, Кабулом, Кандагаром, Файзабадом, в зонах обороны основных коммуникаций и в других районах. Вследствие этого противнику в 1990 г. не удалось осуществить такие крупномасштабные наступательные операции, как это было в прошлом году под Джелалабадом и Хостом.

Таким образом, в целом, в военно-политической обстановке в Афганистане наметились некоторые позитивные сдвиги, которые необходимо было закрепить и всячески развивать. Однако, учитывая большую усталость личного состава вооруженных сил, населения от войны, нельзя было рассчитывать на то, что обстановка в Афганистане при всех обстоятельствах будет однозначно развиваться в нужном направлении. Поэтому требовалось наращивать усилия по политической и военной линиям. После провала путча халькистов президент Наджибулла получил возможность более решительно и последовательно осуществлять намеченный им курс.

В начале мая 1990 г. президент Наджибулла обратился с новым посланием к М. С. Горбачеву, в котором давал оценку провалившемуся путчу и делился своими соображениями по политическому урегулированию афганской проблемы, о намечавшихся преобразованиях в партии и государстве и, как всегда, обращался с рядом просьб об оказании и военной помощи.

Глава Советского государства М. С. Горбачев прислал президенту Республики Афганистан следующий ответ.

«Уважаемый господин Президент!

Я внимательно ознакомился с Вашим посланием. Ведущаяся сейчас работа по дальнейшей демократизации афганского общества, принятые меры по реорганизации политической, социально-экономической, партийной жизни способствуют укреплению авторитета правительства как внутри страны, так и за ее пределами. Есть основания надеяться на дальнейшее продвижение программы национального примирения и установления мира. Вы господин президент, поделились с нами своими новыми соображениями по политическому урегулированию ситуации вокруг Афганистана.

Вы, конечно, правильно замечаете, что без поиска компромиссов межафганский диалог будет отодвинут на неопределенное время. В свете этого действительно большое значение приобретает проблема свободных демократических выборов.

Нельзя исключать, что диалог с оппозицией может начаться еще до прекращения огня, и, очевидно, такую возможность следовало бы использовать.

Разные варианты в зависимости от того, какой из них окажется наиболее приемлемым для афганских друзей, могут, видимо, возникнуть и в отношении времени реализации этой «негативной симметрии». Кроме того, мы думаем, что для облегчения процесса урегулирования целесообразнее было бы совместить выборы президента и в парламент, сделав их заключительной фазой переходного периода.

Если у Вас не возникает возражений, мы могли бы в этом плане вести разговор с президентом Бушем во время моего визита в США.

Пользуясь случаем, хотел бы выразить Вам свои наилучшие пожелания здоровья и успехов в Вашей трудной работе во имя интересов афганского народа.

С уважением, М. Горбачев. 18 мая 1990 года.»[63]63
  Министр обороны РА – М. Г.


[Закрыть]

Как видно из этого ответа, М. С. Горбачев оказал общую поддержку, но уклонился от конкретных ответов по вопросам оказания экономической и военной помощи Афганистану. Эти вопросы предполагалось решать в рабочем порядке.

В соответствии с намеченным и поддержанным советской стороной курсом афганское руководство предприняло ряд важных шагов внешнеполитического характера и решению внутренних проблем страны. В мае Лойя Джирга утвердила основные изменения конституции Республики Афганистан, призванные закрепить линию на национальное согласие внутри афганского общества.

6 июня состоялся Пленум ЦК НДПА, который принял проект новой программы и Устава партии, которые должны быть утверждены на предстоящем втором съезде партии. Этими документами предусматривалось:

Отказ НДПА от монополии на власть и провозглашение многопартийности. Изменение названия партии: вместо НДПА – «Ватан» (Родина, Отчизна). Членство в партии оговаривалось условием обязательной приверженности члена партии к религии ислама. Оговаривалось, что политическая работа партии осуществляется в соответствии с Конституцией, утвержденной Лойя Джиргой.

Большинство населения и многие военнослужащие, не проявляя особого интереса к тонкостям политических изменений, вместе с тем близко воспринимали идеи исламизации партии и государства. Среди членов партии и офицеров не все соглашались с отходом от принципов апрельской революции.

Негативно было встречено положение Конституции, согласно которому лица, женатые на иностранках, не могут занимать ответственные посты на государственной, дипломатической и военной службе. В вооруженных силах это относилось примерно к 150 наиболее подготовленным генералам и офицерам, получившим образование в СССР.

21 мая 1990 г. парламентом Республики был утвержден новый состав кабинета министров во главе с беспартийным Фазаль Ульхак Халекьяром. Его заместителем стал Махмуд Барьялай (парчамист), еще два беспартийных заместителя и один халькист, министром иностранных дел остался Абдул Вакиль (парчамист), министром внутренних дел Раз Мухаммад Пактин (халькист), министром обороны Махаммад Аслам Ватанджар (халькист), министром государственной безопасности остался Ролям Фарук Якуби (парчамист), министром финансов Мухаммад Хаким (сочувствующий НДПА). Всего было назначено 36 министров.

При формировании этого состава правительства президент Наджибулла стремился изобразить его многопартийный, коалиционный характер. Участвовать в нем были приглашены также представители оппозиции, но наиболее авторитетные из них от этого отказались.

Однако обновленный состав правительства Республики Афганистан не оправдал надежды, которые на него возлагались. Среди новых министров было немало хороших честных людей, но этого было явно недостаточно.

Во-первых, среди них не было специалистов своего дела, организаторов, способных сделать что-либо положительное для улучшения дел в народном хозяйстве. Во-вторых, у них не было авторитета внутри страны и они не пользовались поддержкой народа или хотя бы части его. В-третьих, эти люди были не в состоянии решить главный вопрос – наладить эффективные связи с оппозицией (с умеренной ее частью) и представителями нейтралов. Кроме Мохаммада Хакима (министр финансов), который имел некоторые связи с представителями королевской семьи, все остальные министры были далеки от этих кругов. Вызывало удивление позиция руководства страны, которое вновь попыталось ограничиться незначительными переменами, лакировкой правительства и не учитывало, что кардинальных изменений в стране могут добиться лишь профессионалы.

Именно по этой причине премьеру Халекьяру не удалось привлечь в состав правительства авторитетных, имеющих связи с оппозицией лиц. Даже представители Общества национального спасения, действовавшего под контролем МГБ, и те отказались от участия в этом правительстве. Эти люди считали, что для создания реального коалиционного правительства необходимо представителям нейтралов предложить действительно важные посты (хотя бы МВД, МИД, транспорта).

Более качественным мог бы быть и состав министров из числа членов НДПА. Эти люди, как и прежде, подбирались по крыльевому признаку (три кармалиста – Барьялай, Пайгир, Мангал, три халькиста – Ватанджар, Пактин, Нурзай, сторонники Наджибуллы – А. Вакиль, Халильулла, Якуби). Ряд министров М. А. Гафур Рахим (министр водных ресурсов и энергетики), Ф. М. Терин (министр по делам репатриантов) фактически являлись также членами НДПА, даже имели партийные билеты и лишь по указанию Наджибуллы стали беспартийными. В связи с этим следовало ожидать осложнения отношений с умеренной частью оппозиции, так как она не воспринимала произошедшие перемены в правительстве Республики Афганистан и расценила их как насмешку и нежелание Наджибуллы на деле поделиться властью. Поэтому нельзя было рассчитывать, что такое правительство долго продержится и что-либо изменит в стране к лучшему.

В целом выработанная руководством Республики Афганистан политическая линия не в полной мере отражала все сложности обстановки, решения по ее реализации были недостаточно конкретны. А самое главное, не было перелома в методах работы партийных и государственных органов. Как и прежде они были оторваны от народных масс, от войск, выполнявших боевые задачи, и поэтому все больше теряли влияние и поддержку.

Известно, что после того, как выработана правильная политическая линия решающим условием ее реализации является подбор и назначение на ключевые посты людей, пользующихся авторитетом, поддержкой в обществе и способных эффективно решать возложенные на них задачи. Этого, как видим, не удалось добиться, но, это было одним из самых слабых мест во всей системе партийного и государственного руководства. А это обрекало на неудачу даже многие хорошие намерения и начинания.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю