Текст книги "Литературная Газета 6258 ( № 54 2010)"

Головокружение без успехов

Новейшая история

Головокружение без успехов

В последнее время всё чаще раздаются заявления о том, что Россия собирает рекордные урожаи зерна и в ближайшее время будет способна ежегодно экспортировать до 40–45 миллионов тонн

Альберт СЁМИН

ОТКРОВЕННЫЙ РАЗГОВОР

Помню встречу с Егором Гайдаром в декабре 1991 года. Узнав, что я работаю в Министерстве сельского хозяйства почти два десятилетия, он резко спросил:

– Почему зерноуборочных комбайнов в России в три раза больше, чем в США, а хлеба собираем в два раза меньше? При этом закупаем его в Штатах регулярно!

Пришлось объяснить: производительность американской техники вдвое выше нашей. Что у нас самое холодное земледелие в мире. В США, как правило, осень долгая, сухая и тёплая. Там нет угрозы, что хлеб уйдёт под снег и погибнет. Даже Западная Европа убирает зерновую кукурузу до конца ноября.

– Допустим! Но вы не ответили: почему мы у них закупаем хлеб? Неужели нам не хватает тех ста миллионов тонн, которые Россия собирает в последние годы?!

Я рассказал о балансе хлеба: из 116 миллионов тонн зерна, собранных Россией в 1990 году, 17 пошло на семена, 30 – на пищевые цели, остальное количество – около 69 миллионов – на корм скоту и птице. Да ещё по импорту страна завезла в тот год 20 миллионов тонн фуражного зерна, чтобы полнее обеспечить народ отечественным мясом. Итого израсходовано 136 миллионов. Колхозам за тонну зерна платят меньше, чем зарубежному фермеру. Это не стимулирует наши хозяйства постоянно расширять производство. Ведь на председателе ещё висят обязанности по строительству ферм, жилья, школ, детских садов, прокладке дорог…

Гайдар с гневом воскликнул:

– Вы защищаете честь мундира! Вы отвечаете в России за зерно и не хотите признать, что сельское хозяйство страны – чёрная дыра! Сколько в него ни вкладывай средств, всё проваливается бесследно. Нам выгоднее покупать продукты за рубежом, чем производить у себя!

Я пытался доказать, что сельское хозяйство не в состоянии существовать само по себе, без поддержки государства, особенно в российских условиях…

– Рынок сам отрегулирует всё! – заключил Гайдар.

В ЧЁРНОЙ ДЫРЕ

С тех пор прошло почти два десятилетия. В глазах правительства сельское хозяйство зияло как прорва. Поэтому государство постоянно сокращало селу выделение денежных средств. С 27 процентов расходной части бюджета до 1,5! В течение нескольких лет с невероятным упорством, силой разогнали колхозы. Половину всей продукции страны давали подворья – личные подсобные хозяйства крестьян. Была отлаженная система взаимного снабжения и сбыта колхозов и частников. После принудительного уничтожения колхозов подворья медленно, но неуклонно стали хиреть, сворачивать своё производство. Дело дошло до того, что многие отказались держать не только коров, но и домашнюю птицу.

Вскоре все убедились: разбудить частнособственнический инстинкт слишком мало, чтобы сделать крестьянина хозяином земли. Необходимо было в комплексе решить и все остальные проблемы жизнедеятельности. А этого не случилось. К тому же огромные финансовые средства, полученные от продажи за рубеж нефти и газа, обошли деревню стороной, не способствовали ни стабилизации, ни модернизации сельского хозяйства страны, ни повышению его самоокупаемости. И фермерство стало задыхаться, бежать от земли.

В середине 90-х годов валовой сбор зерна рухнул вдвое – до 63 миллионов тонн, а затем – до 47. Это уровень 50-х годов. Поголовье крупного рогатого скота катастрофически сократилось. В результате 88 процентов предприятий сельскохозяйственной отрасли стали убыточными.

Вы думаете, что это «созидательное разрушение»? Самоочищение экономики от неэффективных хозяйств? Нет! Резкое снижение финансирования вызвало повсеместный спад производства.

Деревня скатилась в демографическую яму. Начался устойчивый рост смертности мужчин – они спивались, будучи безработными. Наступило невиданное прежде снижение рождаемости, возникло массовое бегство дееспособного населения из деревень. Несущий экономический и социальный каркас территории страны во многих местах провалился.

В итоге землю во многих деревнях некому и нечем стало пахать. Из оборота выбыло больше трети пашни, около 90 миллионов гектаров лугов и пастбищ. Вся изношенная техника – миллионы машин – пошла в металлолом, а купить новую было невозможно: нищета охватила сельское хозяйство. Этому способствовали постоянный рост цен на топливо, удобрения, электроэнергию, промышленные товары.

Восстановление сельскохозяйственного производства в стране началось лишь в этом веке. Медленно и очень трудно.

ПОТЕПЛЕНИЕ

Последние десять лет погода щедро помогает земледельцу. В 2009 году тоже не было зимы в принятом понимании этого слова, и озимые культуры полностью сохранились. Весной и летом дожди шли в пору, как по желанию опытного хлебороба. А жатва в центре страны была на редкость благодатной.

Урожай ждали с восторгом. Заключили фьючерсные контракты для поставки зерна по хорошей цене. Скупщики взяли внушительные кредиты в банках, готовясь к заказу вагонов. Ведь зерновозов нынче в стране днём с огнём не сыщешь. Поэтому кое-кто из трейдеров занимался привлечением даже автоколонн. А деревня в это время совершала выдающийся подвиг. Она собрала 90 миллионов тонн зерна! Хотя в одиннадцати регионах хлеб подсушило. Кстати, в XX столетии сильная засуха 14 раз поражала европейскую часть России и 8 раз – регионы Западной Сибири. Однако аграрники продемонстрировали, что хребет деревни пока не сломан. Люди выдержали невиданное напряжение, работая на уборке по 18–20 часов в сутки! Все верили, что если спасут хлеб, будет спасена и деревня.

Однако с завершением нынешней жатвы все иллюзии быстро рассеялись. Действительно, собран второй по величине урожай за последние 20 лет. Казалось бы, есть все предпосылки встать с колен, расплатиться с долгами по зарплате, за топливо и удобрения, погасить кредиты. Но затоварились хлебом. Мир в прошлом году собрал небывалое количество пшеницы, больше чем планировал. И пока Россия молотила хлеб, зернопроизводящие страны начали продажу своей продукции. А тут вдруг выяснилось, что качество нашего зерна, поставляемого за рубеж, оставляет желать лучшего. Истощённая российская земля не обеспечила хлеб нормальным питанием. Три четверти его оказалось малоценным, кормовым. И достойный спрос на отечественную пшеницу неминуемо рухнул. Как в стране, так и за границей. Цена – ниже себестоимости. Чем больше продашь, тем весомее убыток…

Одно спасение – внушительная государственная закупка зерна. На нужды страны.

ИНТЕРВЕНЦИЯ ИЛИ ГРАБЁЖ?

Развитые страны регулярно скупают зерно, когда на него падает спрос. Это делается для того, чтобы поднять доходы фермеров, сделать выращивание зерна прибыльным. Затем, через год-другой, если хлеб на рынке чрезмерно дорожает, резерв продают намного дешевле, ликвидируя дефицит зерна. Эта мера, так называемая интервенция, направленная на выравнивание спроса и предложения, является механизмом, широко осуществляемым в мире.

Первую интервенцию Министерство сельского хозяйства России провело в 2002 году. Заготовили в госрезерв чуть больше 1,6 миллиона тонн. Впервые хлеб в стране оказался как бы излишним. С одной стороны, мы сетуем на огромный сырьевой экспорт (нефть, газ, металл, лес-кругляк), с другой – воспылали огненным желанием продавать зерно за рубеж. В 2007–2008 годах было отгружено около 24 миллионов тонн. В последнее время вынашивается идея вложить 100 миллиардов рублей в развитие инфраструктуры по вывозу зерна за рубеж.

В 2009 году до начала ярового сева Минсельхоз объявил, что будет проводить интервенцию зерна в период жатвы. Назвал и цены – чуть выше себестоимости, но всё-таки выгодные крестьянину. Пришла уборочная страда, а закупок нет. Неожиданно их перенесли на сентябрь, затем – на ноябрь. Смятение охватило крестьян. Куда девать хлеб? Ведь почти всё на токах! Аграрное руководство страны вдруг выступило с предупреждением: биржевая торговля будет точечная и «на понижение цены». Как? Закупить зерно, не покрывая затрат хлебопашцев! Разорить своих? Нет, такого в мире ещё не бывало!

Пришёл ноябрь. Биржи сбили цену до уровня себестоимости зерна. А кое-где даже ниже. Заготовили не 15 миллионов тонн, как требовалось, а всего несколько сотен тысяч. Многие производители от участия в биржевой торговле отказались.

Почему взяли хлеб в хозяйствах за гроши? Чтобы получить прибыль при его перепродаже? Это родное-то государство? Вместо помощи крестьянам интервенция обернулась бедствием, обрушив ещё сильнее цену на рынке, создав в тысячах хозяйств катастрофическую финансовую ситуацию. Оказалось, что министерству дали слишком мало средств.

Но откуда же всё-таки излишки хлеба? Как возник «рекордный» валовой сбор зерна?

АБСУРДНЫЕ ИЗЛИШКИ

Россия долго и трудно шла к устойчивому выращиванию 100 миллионов тонн хлеба. Это количество ограждает народ от голода. Впервые страна преодолела названный барьер в 1970 году.

За последние пять лет Россия собрала на 85 миллионов тонн зерна меньше, чем за пятилетие накануне реформ. Мы не только не намолачиваем рекордные урожаи, мы не вернули себе даже уровень производства двадцатилетней давности!

«Излишки» хлеба образовались из-за трагедии, произошедшей в последние два десятилетия в животноводстве страны.

В результате уничтожения десятков миллионов коров, свиней, овец и коз зерно, которое раньше использовалось для их содержания и откорма, оказалось избыточным. Но при этом Россия стала импортозависимой до такой степени, что почти три миллиона тонн мяса завозит нынче из-за рубежа. Со всех континентов!

Мир регулярно сотрясают коровье бешенство, птичий грипп, африканская чума свиней. Нам прут глубокозамороженное мясо, многие партии лежали в резерве по несколько лет. Поставщики выращивают для нас скот с помощью гормональных препаратов, стимулирующих повышенные привесы животных, массового применения антибиотиков, обрабатывают куриные окорочка хлором, поставляют продукцию с просроченными сроками хранения. Бывают случаи, когда в мясе не только исчезли все витамины, но и начался распад тканей.

ВПЕРВЫЕ ЗА ТЫСЯЧУ ЛЕТ

Потепление климата в России создало видимость подъёма деревни. Псевдолибералы сумели разрушить колхозы, но не создали класс крепких крестьянских хозяйств. Материально-техническая база производства обескровлена. В России, занимающей на Земле седьмую часть суши, к сожалению, уже не производятся современные надёжные тракторы. Хлеборобы приобретают их в Белоруссии, Германии, США и даже в Финляндии! Не остановлено сокращение поголовья крупного рогатого скота, в том числе коров – главного источника говядины и молока. Численность так упала, что стала в два раза ниже уровня 1913 года, когда население страны было намного меньше. Вот как действует незримая рука рынка!

Да, зерно остаётся неиспользованным. Но если послушать некоторых руководителей, его запасы получены благодаря выдающимся успехам в сельском хозяйстве. Результат этих отчётов? Учитывая, что сельское хозяйство стало «лидером экономики», на будущий год Госдума РФ уменьшила ассигнования на 10 миллиардов рублей. Выделено 1,3 процента расходной части федерального бюджета.

В условиях такой аграрной политики возделывание зерновых – основного продукта земледелия – впервые за последнюю тысячу лет стало в России бессмысленным занятием. Обузой! А ведь хлеб был не только главным, но и святым на Руси продуктом. Нынче ему уготована судьба самая неблагодарная. Сегодня хлебный клин достиг критической величины. Но так как он даёт лишь убытки, на сколько миллионов гектаров снизится его площадь весной будущего года?

Осенью пршлого года природа «била рекорды» по плюсовым температурам воздуха. А если то же самое произойдёт в середине будущего лета? Если после природной благодати наступит раскалённое бездождье? Ведь никогда ещё за последние полвека сельское хозяйство России не было так изнурено и уязвимо для экстремальных условий, как в настоящее время.

Да, Россия способна дать хлеб в нужных объёмах. Но прежде потребуются годы титанической работы. Аграрное руководство нынче делает немало по выделению дополнительных объёмов кредитов, субвенций и субсидий, но они латают дыры и не решают судьбы хлебного поля России. Нужна национальная программа, аналогичная той, что была разработана в 50-х годах ХХ века по освоению целинных и залежных земель. Она, как известно, в основном осуществлена в районах Сибири и Казахстана. Теперь же предстоит вновь вернуться к земле и начать такую же широкомасштабную деятельность в подавляющем большинстве европейских регионов России. Особенно Нечерноземья. Полная обеспеченность страны хлебом – это экономическая и политическая мощь не только сельского хозяйства, но и всего государства. Иначе придём к тому, что страна при средней засухе соберёт своего зерна только на блокадные пайки.

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 5,0 Проголосовало: 11 чел. 12345

Комментарии: 04.02.2010 13:05:17 – Евгений Яковлевич Голоднов пишет:

Возрождение села

Дорогие,соотечественники, православные братья и сестры! Мы кичимся, что мы,дескать,православная страна, где уже давно молодёжь не уважает старшие поколения, своих родителей, учителей...где порушили традиции русской деревни, традиции русских православных крестьян-ХРИСТИАН! У нас в приоритетах -антинародный «шоу-бизнес», антинародное (в основном) ТВ, «воры в законе от ЧИНОВНИЧЕСТВА и ТОРГАШЕЙ всея Руси». Уважение к людям производственного труда и в частности сельскохозяйственного, ПОТЕРЯНО!!! Сразу возникают Русские вопросы: Кто виноват? ЦРУ, может ? И – ЧТО ДЕЛАТЬ?! А я бы ещё задал вопросик нашему продвинутому, простите Христа ради, Патриарху Кириллу: Говорите вы хорошо, гладко. А вот сможете помочь ВОЗРОЖДЕНИЮ РОССИЙСКОЙ ДЕРЕВНИ, СЕЛА, чтобы молодежь туда устремилась, бросив свои погибельные тусовки, обманчивое шоу и т.п.??? СПАСИ всех ХРИСТОС за добрые дела!

Завтра уроков не будет

Новейшая история

Завтра уроков не будет

ПИСЬМО

Позвонил мой давний знакомый, в советские времена славный механизатор, имя которого и в области известно было.

– Алексеич, помоги в Семилуках комнату снять.

– Ты что, ближе к старости решил горожанином стать?

– Для внучки. Хочу, чтобы школу она в городе окончила. В нашем селе нормального образования не получишь.

И это не единичный случай. Некоторые родители близлежащих к Семилукам сёл возят своих детей в городские школы. Точно так же возят в Землянск, Нижнюю Ведугу, в которых крупные и хорошо оснащённые школы с сильными педколлективами.

Это было лет восемь назад.

По-моему, именно с этого начался тогда ещё стихийный процесс «оптимизации» школ.

Потом государство взяло оптимизацию под своё крыло. Проходило всё очень болезненно и конфликтно. Маленькая школа в селе Кондрашковка несколько лет назад засветилась даже на страницах одной из столичных газет. Что с ней сегодня? Умерла практически своей смертью. Большинство бывших педагогов доработали до предела. А молодые… Нет такого калача, которым молодых педагогов можно заманить в маленькую сельскую школу.

В конфликтные в этом смысле школы не раз приезжали большие начальники, руководители образования. И почти всегда (по крайней мере я другого не слышал) обосновывали закрытие той или иной школы экономической целесообразностью. С этим трудно поспорить. Но никогда не приводились аргументы такого плана: школа маленькая, педагоги – в возрасте, в современных условиях они уже не могут дать детям того, что требует жизнь. Почему не аргументировали так – понятно. Трудно сказать человеку, отдавшему всю жизнь учительству, что в каком-то смысле, несмотря на богатейший опыт, он отстал от жизни. И никогда уже её не догонит. Но факт есть факт. Я сам знавал учителей, которых слова «Интернет», «файл» приводили буквально в панику.

Потом поток жалоб на оптимизацию как-то почти одномоментно иссяк. Почему? Один ответ на этот вопрос на поверхности. Школы, у которых однозначно не было перспектив, уже умерли. Жаловаться стало некому. Но есть и иной поворот сюжета.

Звонки в редакцию.

– Посочувствуйте: нас, учителей, предали!

– Кто предал?

– Односельчане!

– Как?

– А так! На сходе село практически единогласно проголосовало за закрытие школы. А ещё до этого многие родители уже отправили своих детей в крупную базовую школу, находящуюся километрах в шести-семи.

Мой коллега побывал в этом селе. И рассказал о том, как оно живёт. Очерк назывался «Без права на завтра».

Да, жители села проголосовали за закрытие школы. С болью в душе, даже со слезами – но проголосовали. Потому что поняли: всё-таки в крупной базовой школе, как ни крути, образование их детям дадут лучшее, чем в маленькой.

Я журналист. Поэтому совсем не претендую на истину в последней инстанции. Это просто заметки о том, что болит. И первый вывод из них, возможно, и неверный: умирание маленьких сельских школ не власть выдумала – сама жизнь. И как бы ни хотелось его остановить, оно будет медленно, но продолжаться.

Педагоги небольших школ, которым сегодня оптимизация ещё не грозит, уже побаиваются.

Мой друг, руководитель одного из лучших сельхозпредприятий, практически всю жизнь живущий в селе, сказал:

– Село, в котором нет школы, начинает агонизировать. Это может продолжаться долго, но конец один.

Виктор ЛЮТОВ

г. СЕМИЛУКИ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,5 Проголосовало: 8 чел. 12345

Комментарии:

Назад к карточке книги "Литературная Газета 6258 ( № 54 2010)"