Текст книги "Вынужденная жена дракона (СИ)"

Автор книги: Лина Лазурина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7

В моём представлении замок должен был выглядеть как-то иначе. Все же основное назначение такого сооружения – оборона и защита при длительной осаде. Наргардский же замок больше походил на дворец, словно возводился не для войны, а для души.

В широких коридорах было мрачно и безлюдно. Лестницу, по которой мы поднимались, обрамляли кованные перила невероятной красоты, но из-за отсутствия естественного освещения мне не сразу удалось разглядеть, что с каждым шагом рисунок на ограждении меняется, словно рассказывает историю.

Большая часть её была посвящена, конечно же, дракону… Ящер расправляет мощные крылья, летит над над острыми пиками гор, парит над бескрайним морем, сражается с целой армией врагов… Лишь в самом конце в повествовании появился ещё один персонаж – изящная дева у края скалы. И непонятно было, то ли он сожрать её собирается, то ли спасти.

Мы поднялись на третий этаж и сразу же попали в просторный холл. Здесь солнечные лучи проникали в высокие окна, щедро заливая светом мраморный пол и висящие на стенах портреты. С огромных полотен на меня смотрели мужчины, и все они как на подбор были черноволосы и черноглазы. Мика заметила, что я больше не следую за ней, и подошла ближе.

– Это господа драконы, – пояснила она.

Я медленно двигалась от портрета к портрету, подмечая детали. Мужчины были очень похожи друг на друга, на всех лицах застыла печать решимости и непоколебимой уверенности в собственной правоте. Я остановилась у последнего полотна, на котором был изображён мужчина солидного возраста. Его жёсткий, холодный взгляд проникал в самую душу. Передёрнула плечами, вспоминая о нашей мимолётной встрече десять лет назад…

– А где мой… кхм… лорд Аларик? – невнятно спросила я.

– Его портрет повесят, когда он…ну… – сказать вслух о смерти дракона служанка не рискнула, и я не могла её в этом упрекнуть.

– Я поняла, благодарю.

Мика протяжно вздохнула и бросила быстрый взгляд в сторону коридора. Мне и самой не хотелось здесь дольше оставаться.

Мы прошли в самый конец коридора и застыли у массивной деревянной двери. Показалось, что Мика что-то хочет сказать, но девушка так и не решилась. Она толкнула дверь и пропустила меня вперёд.

Покои оказались небольшими. Прямо скажем, скромными. Зато довольно уютными и с собственной уборной. Изящная резная мебель отлично сочеталась со светло-бежевой драпировкой стен, делая комнату воздушной и лёгкой. В углу стояли несколько обитых зелёным бархатом кресел и красивый столик для чаепитий.

Всё это разительно отличалось от той каморки, где я провела большую часть жизни. В общем, мне всё понравилось. Только вот никак не удавалось понять, в чём заключается подвох и почему Мика смотрит на меня с затаённым страхом.

– А где покои моего наречённого? – спросила я и, очевидно, попала в цель. Мика замялась и почему-то покраснела.

– Мы в гостевом крыле, леди. А покои хозяина в другой стороне, – промямлила девушка и застыла, видимо, в ожидании бурной реакции.

До меня не сразу дошло, что вроде как эта новость должна была меня расстроить… И как нужно отреагировать? Устраивать фееричную истерику чревато, вдруг проникнутся и переселят к дракону? Ну уж нет, такой шанс держаться от него подальше нельзя упускать! Я опустилась в кресло и прикрыла лицо ладонями. Главное, не переборщить. Вспомнила мачеху, подлую сестру и предателя отца, нож наёмника, мелькнувший у самого моего лица… Слёзы не заставили себя долго ждать.

– Леди, не плачьте! – Мика опустилась у моих ног. В её голосе не было наигранности, она сочувствовала мне так натурально, так искренне. – Потерпите немножечко. Скоро вернётся хозяин и наведёт порядок!

Последнее прозвучало слишком уж угрожающе. Я вздрогнула и присмотрелась к девушке повнимательнее. В её голосе не была страха перед самим хозяином, напротив, она верила в его справедливость.

– Мика, ты давно здесь служишь? – невзначай поинтересовалась я.

– Да я с детства туточки, – сначала она обрадовалась тому, что разговор перетёк в безопасное русло, но тут же покраснела. – Моя матушка служила раньше на кухне, и я с ней была…

Её искренность пришлась мне по душе. Девушка могла соврать, но решилась сказать правду, рискуя своим местом.

– Так ты никогда не была горничной?

– Я немного помогала горничной леди Иветты и её дочери! Я всё-всё умею! Клянусь!

Честно говоря, мне было плевать на её умения. Я всю жизнь мылась сама, а причёски и наряды интересовали меня в последнюю очередь. Дело было в отношении Иветты к невесте дракона. К своей будущей хозяйке! Сначала отселила в дальний угол, а потом ещё и в горничные назначила молодую девчонку с кухни. Заинтригованная смелостью леди, я не сразу заметила, что Мика побледнела и едва ли сдерживает слёзы.

– Если я вам не подхожу, есть ещё Кати, она прислуживала знатной городской даме и хорошо разбирается в моде. Есть Мо. Она умеет делать красивые причёски…

– Постой! Ты умеешь держать язык за зубами? – пришлось оборвать её на полуслове. Мика судорожно закивала головой. – Тогда ты меня полностью устраиваешь.

– Леди, вы не пожалеете! Спасибочки! Спасибочки!

Счастье из Мики лилось через край и заразило даже меня. Я несмело улыбнулась и ещё раз окинула комнату взглядом. Гостевые покои, говорите? Ну и отлично. Интересно, как выглядят покои хозяина? Наверное, огромные и тёмные, как сам дракон. В голове мигом вспыхнули картинки из сна… обнажённый мужчина в нашем саду, мощный, крепкий, красивый, как божество… Усилием воли оборвала эту странную мысль и хлопнула в ладоши, прерывая поток благодарностей от Мики.

– Поможешь мне с ванной?

– Ой! – она тут же подскочила и метнулась к уборной. – Совсем я дурная, забила вам голову! Конечно! Идёмте, я всё покажу и помогу!

Уборная тоже была небольшой, но её чистота не могла не радовать. Светлый пол и стены перекликались цветом с отделкой комнат, а вместо деревянной лохани в центре стояла миниатюрная мраморная ванна на ножках. Такое я видела лишь на рисунках в книгах. Пока я хлопала глазами, Мика начала крутить какие-то краны, из которых вскоре полилась вода. Холодная и горячая. В поместье моего отца был водопровод, но горячую воду всё равно приходилось таскать с кухни.

– Как это работает? – я тронула рукой воду и с недоверием уставилась на довольную служанку.

– Рядом с кухней есть помещение, такая большая штука с паром, – Мика показательно расставила руки, изображая размеры этой штуки. – Оттудова вода и идёт.

– Как интересно, – протянула я и даже не заметила, что Мика уже споро расшнуровала платье. – Спасибо, дальше я сама.

Служанка расстроено мялась рядом, а я понятия не имела, чем её занять.

– Может быть, ты пока разберёшь мои вещи? Их немного. Я вымоюсь и присоединюсь к тебе.

– Ой! Да я мигом! – глаза Мики радостно заблестели. Как легко, оказывается, поднять ей настроение.

Девушка умчалась навстречу с моим скарбом. Я скинула с себя порядком надоевшее за последнюю неделю платье, и погрузилась в горячую воду. Стон удовольствия сдержать не удалось. Вода приятно ласкала кожу, усмиряла тёмные мысли, убаюкивала.

Я провела по коже кусочком мыла, и воздух тут же наполнился запахом лаванды. Что может быть лучше?

Взгляд скользнул к узкому окну. Оттуда на меня смотрел дракон, выложенный из разноцветных кусочков стекла. Но испортить себе долгожданное наслаждение я не позволила.

– Сгинь, – повелительно взмахнула рукой, и капли воды попали прямо ему на морду. Витражный ящер ответил укоризненным взглядом.

Глава 8

Время до ужина пролетело незаметно. Я успела смыть с себя дорожную пыль и не самые приятные воспоминания минувших дней, и как раз помогала Мике с гардеробом, когда с улицы до нас донёсся колокольный звон.

– Ой – ей! Уже скоро ужин, леди! – девушка поспешно запихнула в шкаф туфли и бросилась к туалетному столику.

В небольшом сундуке, доставшемся мне от заботливой сестры, лежали разнообразные гребни, шпильки, ленты и всякие приспособления, которые я видела впервые. Всё выглядело так, будто меня сейчас будут пытать.

Впрочем, я не сильно ошиблась. Нет, Мика была деликатна и очень ловко орудовала расчёской. В какой-то степени это было даже приятно. Просто к моменту, когда у меня уже зверски затекла спина и шея, причёска была готова лишь наполовину. Как же сложно, оказывается, быть леди.

– Мика, ты очень хорошо справляешься, но… может быть, оставим как есть? Просто уберем немного от лица и достаточно? – умоляюще протянула я.

– Нельзя! Леди Иветта говорит: чем проще причёска, тем меньше у девушки чувства собственного достоинства. А если оставим их распущенными, может и гулящей обозвать! – запротестовала девушка.

– Леди Иветте, видимо, больше заняться нечем, – вспылила я и тут же пожалела. Не стоит демонстрировать характер, пока не пойму, кто из обитателей замка может выступить на моей стороне. Вдруг нам с Иветтой, несмотря на всю её неприязнь, по пути? Однако носить на голове башню я была не намерена. – Просто подколи их. Я не привыкла к сложным причёскам, у нас немного другая мода. Леди Иветта должна понять.

Мика недовольно поджала губы, но просьбу выполнила. Крупные каштановые локоны доходили мне до середины спины, подчёркивали узкое лицо и длинную шею. Слишком непривычно, прям как у кукол, что отец заказывал для Амелии.

Девушка достала несколько баночек с краской для лица, долго рассматривала содержимое и взялась за кисточку.

– Лицо трогать не будем! – запротестовала я.

– Но как же? Обязательно нужно сделать вас красивой! – возразила Мика. – Леди Лаура всегда подкрашивает глаза и губы. Оттого и нравится… мужчинам.

– Мужчинам? Или ты хотела сказать дракону? – я требовательно взглянула на Мику, ожидая ответ. У нас тут ещё какая-то Лаура нарисовалась. – И кто такая Лаура?

– Это дочь леди Иветты, – обронила она и почему-то засмущалась. – Мама говорит, что хозяева не любят, когда их называют драконами. Злятся. И нашему хозяину никто не нравится. Точнее, вы понравитесь обязательно! Точнёхонько вам говорю! Давайте хоть щёчки подрумяним?

Она двинулась на меня с кисточкой и ловко воспользовалась моим ступором. Я готова была дать руку на отсечение, что между Лаурой и моим драконом что-то есть… Ну, то есть не совсем моим. Не зря Мика так быстро перескочила на другую тему! Теперь мне стала понятна и неприязнь Иветты, и её желание указать невесте на ворота. Нужно получше присмотреться к этой дальней родственнице. Кажется, она действительно может оказаться очень полезной.

– Что наденете? – поинтересовалась Мика. Она отворила шкаф и невзначай провела рукой по сиреневому платью. Я ещё в прошлый раз заметила, что девчонка положила на него глаз. Платье и правда было красивым, лёгким и воздушным, и именно поэтому я не собиралась его надевать.

– Коричневое.

– Коричневое? – Мика незаметно поморщилась, подтверждая мою догадку, но спорить не решилась.

Платье из дорогой шерсти немного кололось и болталось в области талии, делая меня похожей на квадрат, а из-за странного оттенка моё и без того бледное лицо выглядело ещё более усталым. То, что нужно!

– Леди, хотите, я подгоню его по вашей фигуре? – вежливо поинтересовалась Мика.

– Зачем? У нас так модно, – соврала я.

На лице Мики на миг отразилось всё, что она думала о нашей моде, и я с трудом сдержала смех. Чувство такта у служанки хромало, а прямолинейность иной раз сбивала с толку, но именно от таких людей не ждёшь удара в спину.

Мы поспешили в обеденную залу. В мрачных и холодных коридорах не было людей… эта мысль заставила меня запнуться. Люди! Где жители города? Я видела дома, видела каменные дорожки и опустевшие улицы. Но людей в городе почти не было!

– Мика, сколько людей живёт в Наргарде? – спросила я, заранее предчувствуя, что ответ мне не понравится.

– Мало, – легко ответила она. – Только жители замка и войско др…хозяина! Мама говорит, раньше за первыми воротами людей было больше, чем во всех соседних городах вместе взятых.

– И куда все делись? – я передёрнула плечами, борясь с опустошающим чувством внутри. Мика лишь пожала плечами.

* * *

В обеденной зале было довольно просторно и светло. Огромная люстра нависала над столом, отбрасывая на стену причудливые узоры. Место в центре стола пустовало, справа от него восседала леди Иветта и её дочь, слева сидел мужчина, и от одного только взгляда на него у меня зашевелились волосы на голове. Маг. С некоторых пор я их на дух не переносила. Мы уставились друг на друга, но я не выдержала первой и отвернулась.

Кажется, ужин начался без меня. В зале находилось ещё с десяток неизвестных мужчин и Лазар. Мика оставила меня у входа, и теперь без её молчаливой поддержки я ощущала себя котёнком, брошенным в клетку с бешеными собаками. Одно из двух пустующих мест находилось в конце стола слева и не слишком подходило ни для дорогой гостьи, ни уж тем более для невесты хозяина. Второе находилось рядом с магом…

– Амелия, дорогая, мы уже было подумали, что вы не придёте, – уколола меня Иветта.

Маг встал и показательно отодвинул соседний стул, очевидно, предлагая сесть рядом с ним. Что ж, выбора у меня не осталось. Я подошла, изо всех сил стараясь держаться от него как можно дальше, но когда противный маг вскользь коснулся плеча, еле сдержала рвущиеся наружу ругательства. Внутри поднялась целая буря, прокатилась колючей волной по венам, заставляя пальцы рук холодеть. Мне даже показалось, что воздух в зале стал прохладнее.

– Я Элрис. Практикующий маг, – представился мужчина. Его голос совсем не походил на голос того мага, из-за которого я попала во всю эту передрягу. – Приятно познакомится, леди Амелия.

– Взаимно, – соврала я.

Несколько мужчин также поспешили представиться. Многие из них, как оказалось, являлись членами совета Наргарда. Я присмотрелась и к девушке, сидящей рядом с Иветтой. Миловидное личико, изящная шея, пухлые губки, богатое декольте… Сомнений в том, что такое может нравиться мужчинам, у меня не возникло.

Лаура молча окинула меня презрительным взглядом и ядовито улыбнулась в ответ. Ну точно, метит на моё место. С радостью уступлю этой змеюке, наверняка у неё с летучим гадом много общего.

– Думаю, Аларик вернётся уже завтра, – высказался Элрис, когда я мучила приборами поданную отбивную. Нож чиркнул по тарелке с противным звуком, от которого на руках выступили мурашки.

– Заговорщиков поймали? – с интересом спросил солидный мужчина с противоположной стороны стола. На меня он за весь ужин ни разу не взглянул и не представился. – Он послал весточку? Когда состоится казнь?

– Десять человек, – кивнул Элрис. – Казнь уже состоялась. Аларик самолично привёл приговор во исполнение.

Кусок мяса встал у меня поперёк горла.

– Вы побледнели, деточка. Ваш отец тоже лорд… – с изрядной долей сомнения произнесла Иветта. – Ему не приходилось рубить головы?

– Не думаю, – тихо ответила я.

– И это не делает ему чести, – тот самый мужчина остро взглянул на меня. На его висках отчётливо виднелась седина, а правую бровь пересекал небольшой шрам. По манере речи и выправке я сразу определила в нём воина. – Тот, кто выносит приговор, должен сам занести меч.

Он говорил так, будто я собиралась с ним спорить. Надо признать, его слова не были лишены логики. Воображение услужливо подкинуло сцену, в которой Аларик Виолар узнает, что его наглым образом обманули, нарушили старый договор, подсунули меня…и то, как он приводит приговор во исполнение.

До конца ужина я не произнесла ни слова. Кусок не лез в горло, я выпала из непринуждённой беседы о казнях и погрязла в собственных мыслях. Учительница любила повторять, что безвыходных ситуаций не бывает, и у меня действительно было целых четыре варианта.

Первый. Выйти замуж за дракона, а когда он выяснит правду обо мне, с очень большой вероятностью лишиться головы. Второй. Попытаться убрать запрет и рассказать ему правду. Вероятность лишиться головы чуть меньше, но исключать её полностью тоже нельзя. Третий. Побег. Оставим его на крайний случай, всё по той же причине, связанной с головой. И последний. Сделать так, чтобы дракон сам от меня отказался. В таком случае Лаура с Иветтой получают дракона, а я свободу. Этот вариант нравился мне гораздо больше остальных.

Всю дорогу до покоев Мика щебетала, выспрашивая об ужине.

– Мика, – прервала я её, – скажи, Лаура и Аларик любовники?

Девушка споткнулась и даже икнула от неожиданности.

– Не-е-ет, – она интенсивно замотала головой. – Все знают, что хозяин много лет обручён.

Как одно могло противоречить другому я не понимала.

– Но он мог отказаться от меня и жениться на ком угодно. Или не жениться вовсе.

– Как это? Не мог! – воскликнула девушка, пропуская меня в комнату. – Лорд всегда держит своё слово. Если сказал, что женится, значит, женится!

После такого обещания я ещё долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок и пытаясь найти удобное положение.

В комнате царил полумрак, и лунный свет, пробиваясь сквозь незашторенные окна, отбрасывал на стены причудливые блики. Я распахнула створку и глубоко вдохнула наргардский воздух. На улице было тихо и мрачно, лишь яркая луна освещала неказистую часовню, с чёрными провалами вместо окон. Сторожевые собаки затянули свою заунывную песню, и от воя их мне вдруг стало так тоскливо и одиноко… Я вытерла влажные щёки рукой и рухнула в кровать.

А утром прибыл дракон.

Глава 9

Аларик Виолар

За пределами Наргарда всегда было легче дышать. Я не замечал этой странности до своего первого совершеннолетия, а, может быть, просто не придавал этому особого значения. Но после него находиться в родных стенах стало практически невыносимо. Стены города давили на меня, угнетали мою внутреннюю сущность, а тяжёлый местный воздух душил. Когда я рассказал об этом отцу, он не стал смеяться над моими слабостями.

– Рано или поздно это должно было случиться, – мрачно протянул он.

– О чём ты, отец?

– О проклятии. Точнее, о той его части, которую принято держать в секрете, – отец поморщился и принялся тереть виски. Головные боли к тому моменту участились и основательно его изматывали.

Когда ты последний из драконов, то волей-неволей знаешь об угасании рода всё. Так, я думал до того дня.

– Как только последний дракон испустит дух, город падёт, погребая под собой всех, кто в нём находится.

Об этом я действительно слышал впервые. Драконами нас теперь называли разве что в насмешку, ведь мы давно потеряли способность к обороту. Тогда я ещё не осознавал в полной мере всей ответственности, что ляжет на мои плечи. Наивно полагал, что самым страшным для меня станет одиночество.

– Значит, из-за меня умрут сотни… нет, тысячи горожан? – с ужасом спросил я.

– Я что-нибудь придумаю, – пообещал отец. – Обязательно придумаю.

И он сдержал своё обещание. Отец перевернул вверх дном всю семейную библиотеку, он пропадал там неделями, пока практически не ослеп от головной боли. В какой-то момент мне даже показалось, будто он помешался на этом проклятии и всём, что с ним связано.

Его слабостью постоянно пользовались разные шарлатаны. Одной из них даже удалось убедить его в том, что она видит будущее и знает, как разрушить проклятие. К сожалению, он ей поверил. Так, я и оказался помолвлен с дочерью лорда Нортона.

Последние годы его жизни я упустил из-за постоянных посягательств на наши границы. Время выдалось нелёгким, и мне пришлось довольно рано повзрослеть. Я редко навещал Наргард, и ощущение нависшего над нами проклятья в памяти моей ослабло, как и мысли о навязанной невесте.

Я даже решил, что смогу переубедить его и разорвать невыгодную для нас со всех сторон помолвку, но отец уже впал в беспамятство.

– Сколько ему осталось? – мрачно спросил я у лучшего лекаря всех соседних земель. Очередного шарлатана.

– Скорее всего, эту ночь лорд не переживёт, – проблеял он. Я бросил на него лишь один взгляд и светило медицины сдуло ветром.

Мужчина, что должен быть в самом рассвете своих сил, превратился в старика. Я едва ли узнавал его, исхудавшего и растерявшего все краски жизни.

Склонился, чтобы поправить сползшее с его плеча одеяло и вдруг почувствовал прикосновение к своей руке. Отец открыл глаза.

– Аларик… это ты? – прошептал он через боль, но не дал ответить: – Ты помнишь, что обещал мне? Помнишь? Девчонка Нортон… ты должен взять её в жены, продолжить род. Обещай!

– Тише, отец! Тише! – я придавил к кровати его тщедушное тело. – Обещаю!

– Хорошо…хорошо. Лайна пришла за мной, сынок, – вдруг улыбнулся он, произнося имя моей матери. – Я так долго её ждал.

Он резко выдохнул и откинулся на подушки. На лице отца застал маска умиротворения и спокойствия.

Отец называл это истинной любовью. Что это за зверь такой я представлял лишь отдалённо, поскольку и мать свою почти не застал. Он не заводил фавориток и не женился во второй раз, хотя желающих породниться с драконами было немало. Всё же о богатствах рода Виолар ходили целые легенды.

В будущем я не раз вспоминал этот момент и клял себя за данное обещание. Одно неосторожное слово теперь отделяло меня от свободы. Мог ли я его нарушить? Нет. Отец привил мне стойкое отвращение к лжецам, и предать его таким образом мне не позволяла совесть.

После смерти отца находиться в Награде стало совсем невыносимо, проклятье развернулось в полную мощность, и целый год я вынужден был скитаться по собственным землям словно неприкаянная собака.

Со дня нашей помолвки прошло уже десять лет, и образ Амелии Нортон в моей памяти подёрнулся дымкой. Глядя на её детский портрет, я силился представить себе молодую женщину, в которую она превратилась за это время, но выходило плохо. Тогда-то мне и пришла в голову идея узнать её получше.

По моим сведениям, она много времени проводила в знатных домах столицы. Сам я довольно часто получал приглашения ко двору, но они носили скорее рекомендательный характер… никто в здравом уме не стал бы настаивать на моём присутствии на балу. За неимением времени я решил написать старому другу отца.

Его письма оказались очень содержательными, и сначала я даже решил, что старый лорд намеренно оклеветал мою невесту. Но доносы других приближённых лишь подтвердили его слова. Злость и отвращение, которые я испытывал к этой девке, однажды чуть не стали причиной обрушения западной башни. И теперь единственное, в чём я точно был уверен, так это в том, что полюбить Амелию Нортон я не смогу никогда.

О её похождениях в высших кругах ходили легенды, как и о количестве её любовников. Развратная, лживая, избалованная, заносчивая дрянь. Одно лишь её имя способно было привести меня в бешенство… Но время шло, и обещание, данное отцу, всё чаще тяготило мои мысли. Спустя год от назначенной даты я всё же решился.

В конце концов, любовь не обязательное условие для брака, а если её присутствие станет совсем невыносимым, я всегда смогу отослать её подальше. Желательно, чтобы к тому моменту она успела подарить мне сына. Если случится такое чудо, я, возможно, даже смогу её простить. Правда, от одной только мысли о близости с ней меня снова замутило.

***

В этот раз дорога домой тянулась дольше обычного. Меня не столько тяготил сам Наргард, ставший для меня клеткой, сколько предстоящая встреча с наречённой. Очень скоро я встречусь с женщиной, которая, по мнению отца, могла избавить нас от многовекового проклятья. Я зло рассмеялся. Какая насмешка судьбы…наверное, даже хорошо, что он не дожил до этой встречи.

Когда впереди показались внутренние ворота, я против воли задержал дыхание, а сердце пустилось вскачь. Даже поимка заговорщиков и собственноручно приведённый во исполнение приговор не будоражили меня так сильно, как эта проклятая помолвка. Нужно будет найти ту бабу, которая убедила отца помириться с Нортонами, и казнить. Эта мысль немного усмирила меня и к моменту, когда мы достигли парадного входа, я был почти спокоен. Почти.

Амелия Нортон. Моя наречённая. Наше спасение. Она стояла среди слуг и других встречающих, но мой взгляд сразу намертво прикипел к ней. Всё вокруг перестало существовать, замерло. Наши взгляды встретились, и мир кувыркнулся…

Я шагнул навстречу, пытаясь унять поднявшуюся в душе бурю из странных чувств, и девчонка едва качнулась назад. Словно собиралась сбежать, но в последний момент передумала. Неужели испугалась слабоумного, немытого, дикого дракона? Я скрипнул зубами, припоминая все красочные эпитеты в мою сторону, которыми она так щедро разбрасывалась в столице. Что же, я с удовольствием оправдаю её ожидания.

– Светлого дня, мой лорд, – будто насмехаясь над моими мыслями, протянула она.

– Рад приветствовать тебя, Амелия.

Я шагнул ближе, и её нежный запах коснулся моего лица… Пришлось задержать дыхание. Девчонка скривилась. Стерва.

– Оставьте нас. Хочу уделить время будущей жене, – не без угрозы протянул я, и Амелия напряглась. Её страх будоражил меня, заставлял испытывать злое предвкушение.

Я двинулся к саду, абсолютно не заботясь её мнением. Большего всего мне хотелось, чтобы она на собственной шкуре испытала всё, что по её вине пришлось пережить мне. Гнев, стыд, унижение. А ведь всё могло быть иначе…

Когда мы скрылись от многочисленных взглядов, я резко остановился и позволил себе получше её рассмотреть. Амелия застыла на дорожке и, забрав подбородок, уставилась на меня в ответ.

Красивая. Вообще ничего общего с тем, какой я её представлял. Солнечные лучи путались в её густых, длинных волосах. Хотелось трогать их, пропустить сквозь пальцы, ощутить их мягкость и шелковистость. На бледной, почти прозрачной коже ярко выделялись серые глаза и тёмные брови. Верхняя губа была чуть полнее нижней, и я с трудом отогнал от себя яркие картинки того, как провожу по ней языком…

Терпкий запах страха меня отрезвил. Усилием воли стряхнул с себя наваждение и до боли сжал кулаки. Что со мной? Это какая-то магия? Она хорошо держалась, смотрела с вызовом, но руки манерно сложенные спереди слегка тряслись. Правильно, бойся меня.

– Выглядишь иначе, – протянул я. Миндальничать с невестой у меня не было никакого желания, хотя, думаю, она привыкла совсем к другому обращению. Её реакция мне понравилась, а девчонка дёрнулась как от пощёчины.

– Иначе? Разве мы виделись раньше? – спросила она, и запах её страха усилился.

– Наша помолвка. Десять лет назад. Незабываемая встреча, – зло усмехнулся я.

Я вспомнил маленькую девочку, лицо которой распухло от рыданий. Глаза превратились в две крошечные щёлки, а красный нос походил на огромную сливу. Лорд Нортон долго извинялся и подарил мне её свежий портрет. Пришлось даже выдавить из себя пару комплиментов. К слову, Амелия после этого разрыдалась ещё больше. Когда я спросил отца о её странном поведении, тот лишь ответил, что моей вины в том не было, мол, женщины сами не знают чего хотят. Судя по донесениям, эта уж точно знала.

– С тех пор много воды утекло, – выдохнула она, избегая моего взгляда. – Мы оба изменились.

Сомневаюсь…

– Как вам замок? Пришлись по душе выделенные покои? – спросил я.

– Прекрасный замок, прекрасные покои, – ровно ответила она. Ни жалоб, ни слёз, ни истерик, на которые я так надеялся.

Меня до рези в глазах злило её напускное равнодушие.

– Люблю уединение, – многозначительно добавила она. Я хотел уязвить её, унизить? Просчитался, не учёл, что она и сама брезгует мной и воспримет отселение как подарок. Может быть, засунуть её в подвал? Там много пустых камер и уединения.

– Сад тоже прекрасен? – с издёвкой спросил я. Она скользнула взглядом по щербатым дорожкам, заросшему сорняком газону и кустарникам, изрядно высохшим на солнце.

– Как и всё в вашем замке, – кивнула она равнодушно и пожала плечами.

Держать себя в руках в присутствии Амелии становилось всё сложнее, но, к счастью, наше милое свидание было прервано появлением Лазара. Он застыл неподалёку, не решаясь подойти ближе.

– Жаль, – я привычно положил руку на рукоять меча, и девчонка громко сглотнула. – Чувствуйте себя как дома. Меня ждут дела.

Я повернулся к ней спиной и направился к другу. Спину жгло от чужого взгляда, и нестерпимо захотелось обернуться. Я медленно выдохнул, усмиряя чувства, и приказал себе выкинуть Амелию Нортон из мыслей.