Текст книги "Бабушка на контракте (СИ)"

Автор книги: Лилит Рокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Глава 8

Глава 8

Гостевое крыло Императорского дворца, куда их поселили на следующее утро, оказалось именно таким, каким Элинор его представляла: высокие потолки с лепниной, стены, обитые шёлком нежно-голубого цвета, мебель из тёмного дерева с резными ножками, огромная кровать с балдахином, расшитым серебряными цветами.

Элинор провела пальцем по шёлку – на ощупь он был гладким, но в одном углу она заметила небольшое потёртое пятно. Не идеально. И лепнина на потолке в углу слегка облупилась. Маленькие трещины в идеальном фасаде, которые показывали, что империя не так уж совершенна.

– Неплохо, – сказала она, оборачиваясь к Кайану. – Жила я, конечно, и в условиях похуже. Помню, в общежитии при заводской столовой у нас комната была вчетвером, а клопы размером с мой большой палец. А тут вполне себе ничего.

Кайан удивлённо поднял бровь.

– Клопы размером с палец? В вашем мире такие бывают?

– Бывают, – усмехнулась Элинор. – И хуже бывают. Но это другая история.

Кайан покачал головой, но спорить не стал. Он осматривал смежную комнату – такую же роскошную, только в зелёных тонах.

– Император умеет пускать пыль в глаза, – сказал он. – Не обольщайтесь. Это не щедрость. Это способ показать, что вы теперь часть его коллекции. Пусть и не в клетке, но всё равно под его контролем.

Элинор пожала плечами.

– Может быть. А мне показалось, он искренний, когда пробовал борщ.

– Может быть, – ответил Кайан. – Но я привык ожидать худшего. Драконье чутьё говорит мне, что он опасен. Не доверяй ему слишком быстро.

Элинор кивнула. В его словах был смысл.

– Ладно, – сказала она, хлопая в ладоши. – Хватит рассуждать. Пойдёмте, посмотрим на эту хвалёную императорскую кухню. У меня уже руки чешутся.

Императорская кухня встретила их гулом голосов, звоном посуды и запахами, которые смешались в один сложный букет. Жареное мясо, свежая выпечка, пряные травы, рыба, овощи – всё это витало в воздухе.

Поваров было много. Элинор насчитала не меньше двадцати человек, снующих между столами, печами и кладовыми. Главный повар – дородный мужчина с пышными усами – стоял в центре этого хаоса, как дирижёр перед оркестром.

Увидев вошедших, он замолчал на полуслове и уставился на них.

Густав оглядел их с ног до головы. Усы его гневно взметнулись вверх похоже, он репетировал этот взгляд перед зеркалом.

– Вы в таком виде драконов пугаете, – любезно заметила Нора, разглядывая его парадный колпак. – Они подумают, что их варят. И обидятся.

– Я выражаюсь громко и чётко, – отрезал Густав. – Это называется командирский голос.

– А у нас в столовой был завхоз с таким голосом, – задумчиво сказала Нора. – Его кошки боялись. А он их. Хорошие были времена.

Густав покраснел, но нашёл другую цель для критики:

– У вас ножи тупые, – буркнул он, беря в руки её инструмент. – На такой только хлеб резать, и то с тоской.

– А у вас усы в суп упали, – парировала Нора, не повышая голоса. – Я видела. Пять минут назад. У вас ещё и левый короче правого. Симметрию соблюдайте, шеф, это основа кулинарной эстетики.

Лотти, стоявшая в углу, пискнула от восторга. Грета сделала вид, что протирает полку, но было видно она слушает и одобряет.

– Вы очень добрый, когда не кричите, – вставила Лотти, осмелев. – Прямо как наш Тобиас после третьей кружки эля.

– Я никогда не кричу! – рявкнул Густав.

Все переглянулись. Грета вздохнула:

– Врать нехорошо. Особенно повару. Особенно перед едой.

– Я Шеф-повар Густав, – представился он, слегка поклонившись. – Его Величество распорядился, чтобы вам предоставили рабочее место. Что ж, это его воля. Но учтите: кухня моё королевство. Здесь мои правила.

Элинор спокойно выслушала эту тираду. Она ожидала чего-то подобного.

– Мы не собираемся нарушать порядок, шеф Густав, – сказала она. – Я не претендую на ваше место. Просто хочу готовить.

Густав прищурился.

– И что же вы умеете, кроме этого вашего борща?

– Всё, – просто ответила Элинор. – Супы, второе, выпечку, соусы. Сорок лет у плиты.

Густав хмыкнул.

– Ладно. Сегодня у нас обед для младших придворных – сто двадцать персон. Нужно нарезать овощи для рагу. Готовы показать, на что способны?

– Готова.

Элинор закатала рукава, взяла нож и подошла к горе овощей.

То, что произошло дальше, заставило поваров отвлечься от своих дел. Элинор резала быстро, точно, отточенными движениями. Лук превращался в тонкие полукольца. Морковь – в идеальные кубики. Картофель – в аккуратные брусочки.

– А вы, оказывается, не хвастались, – сказал Густав, наблюдая за её работой. – Руки у вас правильные.

Он повернулся к Кайану:

– А вы? Тоже умеете?

– Учусь, – ответил Кайан.

– Ну-ну, посмотрим.

Следующие несколько дней Элинор и Кайан с головой погрузились в работу. Густав, всё ещё недоверчивый, но уже менее враждебный, давал им всё более сложные задания.

На второй день он критиковал соус Элинор:

– Перец перебил вкус мяса.

Она переделала. Он попробовал снова, помолчал и кивнул.

На четвёртый день он дал ей сложный заказ для придворных – запечённую рыбу с травами. Элинор справилась блестяще. Густав ничего не сказал, но вечером Элинор заметила, что он встал раньше неё и подготовил её рабочее место.

Первый знак уважения.

К концу недели Густав подошёл к Элинор и сказал:

– Завтра ужин для Его Величества. Вы готовите основное блюдо. Я... посмотрю, что у вас получится.

– Спасибо, шеф, – сказала Элинор. – Я не подведу.

Вечером, в своих покоях, Элинор сидела за столом и составляла меню. Кайан сидел рядом и молча наблюдал за ней.

– Что вы решили? – спросил он.

– Три блюда. Закуска, основное и десерт. Закуска – террин из рыбы с травами. Основное – говядина, тушёная в вине с овощами. Десерт – мусс из ягод.

Кайан слушал, и в его глазах разгорался огонь.

– Я помогу.

– Знаю, – улыбнулась Элинор. – Поэтому у нас всё получится.

Утро дня императорского ужина началось затемно. Элинор и Кайан пришли на кухню, когда остальные повара ещё пили утренний отвар.

Густав, который, казалось, вообще не спал, уже был на месте.

– Ваши продукты в отдельной кладовой, – сказал он. – Всё, что вы просили. И вот.

Он протянул небольшой мешочек. Элинор заглянула внутрь и ахнула. Там лежали специи, которых она не видела в этом мире. Чёрный перец. Гвоздика. Корица. Мускатный орех.

– Откуда?

– Его Величество распорядился. Сказал: «Пусть у женщины из другого мира будет всё, что ей нужно».

Элинор сжала мешочек в руке. Кайан был прав – не стоило доверять Императору слишком быстро. Но этот жест... он был почти трогательным.

Они приступили к работе.

Террин из рыбы требовал точности. Говядина в вине – времени. Мусс – терпения.

К вечеру всё было готово.

Ужин подали в малой столовой. Император сидел во главе стола. Рядом с ним – трое гостей: пожилой маг, молодая женщина с надменным лицом и лорд Вэллс.

Император попробовал террин. Замер. Прожевал. Кивнул.

Попробовал говядину. Отрезал кусочек, обмакнул в соус, поднёс к губам. Положил в рот. Прожевал. И закрыл глаза.

В столовой повисла тишина.

Император открыл глаза – они блестели.

– Это лучшее, что я ел в своей жизни, – сказал он тихо. – Госпожа Брайтвуд. Я не знаю, из какого мира вы пришли. Но я благодарен вам. И вашему борщу.

– Благодарю, Ваше Величество.

– Это не похвала, – покачал головой Император. – Это констатация факта. И я хочу, чтобы вы знали: пока вы готовите для меня такую еду, вы под моей личной защитой.

Он перевёл взгляд на Кайана.

– А вы, господин Ир'Талаш, настоящий счастливчик. У вас удивительная жена. Берегите её.

– Я знаю, Ваше Величество, – ответил Кайан. – И я берегу.

Когда ужин закончился и гости разошлись, Император задержал Элинор и Кайана.

– У меня есть к вам просьба, – сказал он. – Не приказ. Просьба.

– Слушаю, Ваше Величество.

– Через две недели состоится приём в честь послов из Сопредельных Королевств. Будет много важных гостей. Я хочу, чтобы вы приготовили для них ужин. Не обычный. Что-то грандиозное.

Элинор переглянулась с Кайаном.

– Справлюсь, Ваше Величество. У меня уже есть идея.

Император улыбнулся – впервые за весь вечер искренне, по-человечески.

– Я не сомневался. А теперь идите отдыхать. Вы это заслужили.

Они поклонились и вышли из столовой.

В коридоре Элинор прислонилась к стене и выдохнула.

– Грандиозный ужин, – прошептала она. – Для послов. Через две недели.

Кайан взял её за руку.

– Мы справимся. Вместе.

Элинор посмотрела на него – на этого мрачного, ворчливого полудракона, который стал её мужем, её учеником, её другом. И почувствовала, как страх отступает.

– Вместе, – повторила она. – Да. Мы справимся.

Они пошли по ночному дворцу в свои покои, держась за руки. Впереди было две недели подготовки к самому важному ужину в их жизни. А где-то в столовой Император доедал остатки мусса и думал о том, что эта женщина из другого мира, которую он хотел посадить в клетку, возможно, изменит больше, чем он предполагал.

Глава 9

Глава 9

Две недели. Четырнадцать дней. Элинор считала дни. Она считала не от паники – она давно перестала паниковать из-за работы, сорок лет у плиты закаляют характер. Она считала, потому что хотела использовать каждую минуту с максимальной пользой.

– Не давите на себя так, – сказал Кайан утром третьего дня, когда она в очередной раз перебирала список блюд, хмурясь и что-то бормоча себе под нос.

– Я не давлю, – ответила Элинор, не отрываясь от списка.

Кайан подошёл и осторожно, почти робко, положил руку ей на плечо. Не подстраховка, не случайность – осознанное желание просто дотронуться. Элинор замерла. За последние дни они стали намного ближе, но сознательный физический контакт – не ритуал, не необходимость – всё ещё был для них в новинку.

– Расскажите мне о послах, – попросила Элинор, откладывая список и поворачиваясь к нему. – Кто они? Чего любят? Я не могу готовить вслепую.

Кайан сел рядом.

– Послов будет трое. Первый – из Северных Горных Кланов. Суровые люди, воины. Любят простую, сытную еду. Мясо, хлеб. Ценят качество. Если мясо будет жёстким или хлеб чёрствым – сочтут это оскорблением.

Элинор кивнула, делая мысленные пометки.

– Второй посол – из Южного Султаната. Там жаркий климат, много специй, пряные блюда. Любят, когда еда играет – много вкусов, ароматов, цветов. И очень щепетильны в вопросах этикета.

– А подача? Им важно, как это выглядит?

– Важнее, чтобы блюдо соответствовало их традициям. Если подать свинину – оскорбление.

Элинор кивнула.

– Третий посол – из Островного Королевства. Мореплаватели, торговцы. Любят рыбу и морепродукты. Их повара считаются одними из лучших в мире. Удивить их будет трудно. Они могут определить свежесть рыбы с закрытыми глазами, по одному запаху.

– А специи? – спросила Элинор. – Они любят?

– Нет. Только соль, травы, лимон. Ничего, что перебивает вкус рыбы.

Элинор задумалась.

– Мне нужно будет подумать. И мне нужна информация. Обычаи Южного Султаната. Предпочтения островитян.

– Я помогу, – сказал Кайан. – Во дворце есть библиотека. И есть люди, которые знают больше, чем написано в книгах.

– Люди? Какие люди?

– Лорд Аллард Вэллс. Советник по магическим существам. Он провёл много лет в путешествиях. И, кажется, он не так враждебен к нам, как я думал раньше.

Элинор кивнула.

– Хорошо. Поговорим с ним. Но сначала – на кухню. У нас много работы.

Лорд Вэллс пришёл на кухню на следующий день. Повара при его появлении замерли, но он махнул рукой.

– Госпожа Брайтвуд, – сказал он, подходя к её рабочему месту. – Я слышал, вы готовитесь к приёму. И, кажется, вам нужна информация.

– Нужна, лорд Вэллс. Обычаи, предпочтения. Всё, что может помочь мне не оскорбить послов.

Вэллс кивнул.

– Я могу рассказать. Но у меня есть условие.

Кайан, который стоял рядом, напрягся.

– Какое? – спросила Элинор.

– Я хочу попробовать то, что вы приготовите для послов. До приёма. И высказать своё мнение. Не как советник, а как человек, который много путешествовал.

Элинор улыбнулась.

– Хорошо. Вы будете моим дегустатором.

Вэллс рассказал много полезного. О том, что в Южном Султанате не принято подавать свинину. Что они любят сладкие и пряные сочетания, обожают финики и миндаль. Что у них есть традиция: первое блюдо должно быть лёгким, чтобы «разбудить аппетит, но не насытить».

Об островитянах он рассказал, что они помешаны на свежести. Что любят простоту: рыба, соль, травы, лимон. Никаких сложных соусов.

О северных кланах он добавил: они ценят не только качество мяса, но и то, как оно подано. Мясо должно быть на кости. Если подать без кости – сочтут неуважением.

Элинор слушала, записывала, иногда задавала уточняющие вопросы.

– А напитки? – спросила она.

– Вода, – ответил Вэллс. – Драконы не пьют алкоголь. Только холодную воду. Или есть один древний рецепт – эликсир из горных трав и ягод.

Он порылся в свитках и вытащил пожелтевший от времени лист.

– Вот. Драконий эликсир. Травы, ягоды, родниковая вода и капля драконьей магии.

Элинор взяла свиток и пробежала глазами по строчкам.

– Ингредиенты можно достать?

– Я знаю торговцев. Закажем.

– Спасибо, – искренне сказала Элинор. – Вы снова меня выручаете.

Вэллс отмахнулся.

– Мне это интересно. Я всю жизнь изучал драконов. А теперь у меня есть шанс прикоснуться к ним через вашу еду. Это бесценно.

Он ушёл, оставив Элинор с головой, полной идей.

Следующие дни пролетели в экспериментах. Элинор пробовала разные сочетания, готовила пробные версии блюд, пробовала, морщилась, выбрасывала, начинала заново.

На второй день Кайан попытался помочь, но протянул не ту специю.

– Нет, кардамон, а не корица, – сказала Элинор, чуть раздражённо. – Ты что, не чувствуешь?

Кайан виновато пожал плечами.

– Связь – это не чтение мыслей. Я чувствую твои эмоции, а не список покупок.

Элинор вздохнула, но улыбнулась.

– Ладно. В следующий раз буду говорить вслух.

На четвёртый день они поссорились.

Элинор сама не поняла, как это произошло. Они обсуждали десерт. Она предложила что-то лёгкое, с финиками и мёдом. Кайан возразил.

– Вы не понимаете, – сказала Элинор, чувствуя, как внутри закипает раздражение. – Десерт должен быть завершением ужина. Лёгким, воздушным.

– А вы не понимаете, – возразил Кайан, и в его голосе впервые за всё время прозвучала сталь. – Для южан десерт – это отдельное произведение искусства. Если он будет слишком простым, они сочтут это неуважением.

– Я готовлю сорок лет! Я знаю, как составлять меню!

– А я дракон! Моё чутьё говорит мне, что вы ошибаетесь!

Элинор открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент из печи повалил дым.

– Чутьё ваше, – сказала она, хватая прихватку, – а пирог горит. И угадайте, чей?

Кайан виновато схватился за лопатку.

– Молчание засчитано за извинение.

Они стояли друг напротив друга, и воздух между ними, казалось, искрил. Повара старались сделаться незаметнее.

А потом Элинор замолчала. Она почувствовала через связь его эмоции. Он не злился. Он боялся. Боялся, что приём провалится, что она ошибётся, что Император разочаруется.

– Простите, – сказала она тихо. – Я не должна была кричать.

Кайан выдохнул.

– Я тоже прошу прощения. Я просто хочу, чтобы у вас всё получилось. Чтобы у нас всё получилось.

Элинор подошла к нему и взяла за руку.

– У нас получится. Но мы должны слушать друг друга. У вас отличное чутьё, Кайан. Просто давайте искать компромисс.

Кайан сжал её руку в ответ.

– Давайте попробуем совместить наши идеи. Лёгкая основа – как вы хотите. И пряный акцент – как предлагаю я.

Элинор задумалась.

– Давайте попробуем. Прямо сейчас.

Они провели на кухне ещё три часа. Пробовали разные сочетания специй, разную консистенцию. И в конце концов нашли идеальный баланс. Нежный, тающий во рту мусс из местных ягод с добавлением кардамона, корицы и капельки розовой воды.

– Это оно, – выдохнула Элинор. – То, что нужно. Лёгкость и пряность.

Кайан попробовал и закрыл глаза.

– Идеально. Вы гений.

– Мы гении, – поправила она. – Мы.

Он посмотрел на неё, и в его янтарных глазах было столько тепла, что у Элинор перехватило дыхание.

– Элинор, – сказал он. – Я...

– Тсс, – перебила она, прижимая палец к его губам. – Не сейчас. Не здесь. У нас впереди приём. Давайте сначала справимся с ним. А потом... потом поговорим. О нас.

Кайан кивнул.

– Я подожду. Сколько потребуется.

Элинор улыбнулась.

– Я знаю. А теперь – спать. Завтра рано вставать.

В ту ночь она долго ворочалась, прокручивая в голове их ссору и примирение. А под утро, когда за окном начал брезжить рассвет, она наконец провалилась в сон. Без сновидений. Но спокойный. Потому что он был рядом. За стеной.

Завтра будет последний день подготовки. А послезавтра – приём. Она справится. Они вместе справятся.

Глава 10

Глава 10

Пиршественный зал Императорского дворца блистал. Сотни зажжённый огней в хрустальных подсвечниках отражались в начищенном до зеркального блеска паркете, образуя зрительную иллюзию, что пол усеян звёздами. Стены, задрапированные тёмно-бордовым бархатом с золотым шитьём, приглушали звуки, делая голоса гостей мягкими и таинственными. Три длинных стола, расставленных буквой «П», были накрыты белоснежными скатертями и уставлены фарфоровой посудой, серебряными приборами и хрустальными бокалами, в которых играло пламя свечей.

За главным столом, лицом к залу, сидел император Аларик Третий. Сегодня он выглядел иначе, чем в день первой аудиенции: парадный камзол из тёмно-синего бархата, расшитый серебряными драконами, корона не та тяжёлая, церемониальная, а лёгкая, изящная, усыпанная сапфирами. Его лицо, обычно выражавшее скуку и пресыщенность, сегодня светилось предвкушением. Он предвкушал этого ужина. Ждал, что скажут послы. Ожидал триумфа – или провала.

По правую руку от императора сидел посол Северных Горных Кланов – огромный, широкоплечий мужчина с рыжей бородой, заплетённой в две косы, и суровым, обветренным лицом. Звали его Торвальд Железный Кулак, и он был легендарным воином, который, по слухам, в одиночку убил горного медведя и съел сердце. Одет мужчина был просто, по меркам придворных – кожаная куртка, отороченная мехом, штаны из грубой ткани, – но на его груди сверкала массивная золотая цепь, знак его высокого положения. Он смотрел на окружающую роскошь с лёгким презрением человека, который привык к суровой простоте гор.

По левую руку от императора расположился посол Южного Султаната – стройный, смуглый мужчина с аккуратно подстриженной чёрной бородкой и умными, проницательными глазами. Его звали Хаким аль-Рашид, и известен был как искусный дипломат и тонкий ценитель прекрасного. Одет мужчина был в шёлковые одежды нежно-кремового цвета, расшитые золотыми нитями, а на голове красовался тюрбан с крупным изумрудом. Хаким аль-Рашид оглядывал зал с вежливым интересом, но в его глазах читалась настороженность – он привык, что северяне часто не понимают тонкостей южной культуры и допускают досадные промахи.

Рядом с ним сидел третий посол – из Островного Королевства. Леди Мариэлла дель Маре, высокая, стройная женщина с пепельными волосами, убранными в сложную причёску, украшенную жемчугом. Её глаза, цвета грозового моря, смотрели остро, оценивающе. Она была капитаном торгового флота, прежде чем стать послом, и в её жилах, говорили, текла кровь морских драконов – дальних родственников тех самых водных змей, потомком которых был Кайан. О её характере ходили легенды: говорили, что она может перепить любого мужчину, переспорить каждого дипломата и определить свежесть рыбы с закрытыми глазами, по одному только запаху.

Остальные места за столами занимали придворные, высшие чиновники, маги и несколько особо приближённых гостей. Лорд Аллард Вэллс сидел неподалёку от императора, и его взгляд то и дело устремлялся к дверям, ведущим на кухню. Он ждал и знал, что сегодня произойдёт нечто особенное.

Элинор и Кайан ожидали на кухне, за дверью, отделявшей их от пиршественного зала. Точнее, Элинор стояла, вцепившись в край разделочного стола и пытаясь унять дрожь в коленях, а Кайан был рядом, положив руку ей на плечо – тёплую, тяжёлую, успокаивающую.

– Всё будет хорошо, – сказал он в десятый раз за последние полчаса. – Вы всё сделали идеально. Блюда готовы. Осталось только подать.

– Я знаю, – ответила Элинор не оборачиваясь. – Я просто... Я никогда не готовила для послов. Для королей, принцев, президентов – да, было дело. Однажды я приготовила ужин для делегации из Министерства сельского хозяйства. Они потом неделю вспоминали эти котлеты. Но это... Это другое. В настоящий момент на кону не просто моя репутация. Здесь – наша жизнь.

Кайан развернул её к себе лицом. Его янтарные глаза смотрели прямо в её, и в них не было ни тени сомнения.

– Наша жизнь, – повторил он. – И я верю в вас. Полностью. Безоговорочно. Что бы ни случилось сегодня, мы справимся. Вместе.

Элинор смотрела на него и чувствовала, как страх отступает. Не исчезает совсем, она была слишком опытным поваром, чтобы не волноваться перед ответственным мероприятием, уступая место спокойной решимости.

– Вместе, – повторила она. – Ладно. Понесли.

Она кивнула Густаву, который ждал её сигнала. Шеф-повар, который за эти две недели превратился из врага в почти союзника, понимающе кивнул в ответ и дал команду официантам.

Двери в пиршественный зал распахнулись.

Первая перемена блюд была посвящена Северным Горным Кланам. Элинор приготовила то, что, как ей казалось, должно было покорить сердце сурового воина: запечённую говяжью ногу на кости, маринованную в травах и эле, с печёными овощами и густым мясомолочным соусом. Мясо было приготовлено так, что отходило от кости при одном прикосновении ножа, но при этом сохраняло сочность и насыщенный вкус. Овощи – картофель, морковь, пастернак – были запечены до золотистой корочки и пропитаны мясным соком.

Когда перед послом Торвальдом поставили блюдо, он сначала недоверчиво принюхался. Потом взял нож, отрезал кусочек мяса, отправил в рот и замер.

Весь зал, казалось, затаил дыхание. Император подался вперёд, не сводя глаз с посла. Лорд Вэллс замер с поднятой вилкой. Даже леди Мариэлла, которая до этого скептически разглядывала сервировку, отвлеклась от своих мыслей и уставилась на северянина.

Торвальд прожевал. Проглотил. И сделал то, чего никто не ожидал. Он расплылся в улыбке.

Это была широкая, искренняя улыбка человека, который только что попробовал что-то, напомнившее ему о доме. О матери, которая готовила ему такие же блюда в детстве. О долгих зимах в горах, когда единственной радостью была горячая, сытная еда.

– Это... – пророкотал он низким, грудным голосом, – лучшее мясо, которое я ел за пределами родных гор. Клянусь предками. Кто это приготовил?

Император, не скрывая торжествующей улыбки, кивнул в сторону кухонных дверей.

– Моя личная повариха, госпожа Элинор Брайтвуд. Женщина из другого мира.

Торвальд перевёл взгляд на двери, за которыми скрывалась она, и почтительно склонил голову.

– Передайте ей мою благодарность, – сказал он. – И сообщите, что если ей когда-нибудь захочется посетить Северные Горы, то будет моей почётной гостьей. Такие, повара, большая редкость. Их нужно ценить.

Элинор, которая слышала каждое слово через приоткрытую дверь, почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она смахнула их и улыбнулась Кайану.

– Один есть, – прошептала она. – Осталось два.

Вторая перемена блюд была посвящена Островному Королевству. Элинор приготовила рыбу – местный аналог морского окуня, запечённого целиком, с лимоном, травами и капелькой оливкового масла. Никаких сложных соусов, специй, перебивающих вкус. Только рыба, соль, травы и огонь. Простота, возведённая в абсолют.

Леди Мариэлла, увидев блюдо, сначала нахмурилась. Она ожидала, что северяне, как всегда, испортят рыбу каким-нибудь тяжёлым соусом или неуместными специями. Но то, что она увидела, заставило её замереть.

Рыба лежала на блюде так, словно только что была выловлена из моря. Чешуя блестела. Глаза были ясными. Свежий запах с лёгкими нотками лимона и тимьяна.

Она взяла вилку, осторожно отделила кусочек филе и попробовала. И закрыла глаза.

Когда она их распахнула, в них стояли слёзы. Настоящие, неподдельные капли.

– Эта рыба, – сказала она тихо, но в полной тишине зала её голос прозвучал отчётливо, – пахнет моим морем. Тем, которое я помню с детства. Кто её приготовил?

Император снова кивнул в сторону кухни.

– Госпожа Брайтвуд.

Леди Мариэлла повернулась к дверям и, ко всеобщему изумлению, встала и поклонилась – низко, почтительно, как кланяются только перед королями.

– Передайте госпоже Брайтвуд, – сказала она, выпрямляясь, – что я не знаю, из какого она мира. Но она понимает рыбу так, как чувствуют только те, кто родился у моря. Моё уважение ей.

Элинор, услышав это, сжала руку Кайана.

– Два, – прошептала она. – Остался наиболее сложный.

Третья перемена была посвящена Южному Султанату. И это было самое затруднительное блюдо из всех. Элинор приготовила нечто среднее между рагу и карри: нежнейшую баранину, тушенную с черносливом, курагой, миндалём и целым букетом специй– корица, кардамон, гвоздика, шафран, имбирь. Блюдо было сладким и пряным одновременно, с глубоким, многослойным вкусом, который раскрывался постепенно, слой за слоем. На гарнир был рассыпчатый рис, приготовленный на пару с добавлением шафрана и изюма.

Когда перед Хакимом аль-Рашидом поставили блюдо, он долго смотрел на него, не притрагиваясь к приборам. Его лицо было непроницаемым. Император, который уже праздновал победу после первых двух перемен, снова напрягся. Лорд Вэллс затаил дыхание. Даже Торвальд и леди Мариэлла, уже насытившиеся и довольные, с интересом наблюдали за южанином.

Хаким взял ложку. Зачерпнул немного риса с соусом. Поднёс к губам. Попробовал. И ничего не сказал. Он отправил в рот ещё. На этот раз – кусочек баранины. Прожевал. Запил глотком воды. И снова ничего не сказал. В зале повисла напряжённая тишина. Император начал хмуриться. Элинор, наблюдавшая через щель в двери, почувствовала, как сердце уходит в пятки. Хаким оставил ложку. Поднял глаза на императора. И заговорил.

– Ваше Величество, – сказал он, и его голос был спокойным, почти торжественным, – я путешествовал по всему миру. Я ел блюда, приготовленные лучшими поварами Султаната. Я пробовал деликатесы, рецепты которых передаются из поколения в поколение тысячу лет. Но это... – он указал на блюдо, – это нечто иное. Я чувствую в этом блюде не только мастерство, но и душу. Как будто тот, кто его готовил, вложил в него частичку себя, своей любви к еде, к людям, для которых он готовит, к самой жизни.

Мужчина сделал паузу, и весь зал затаил дыхание.

– Я не знаю, кто такая госпожа Брайтвуд, – продолжил он. – Но я мечтаю с ней встретиться, лично. И я хочу сделать ей предложение.

Император приподнял бровь.

– Предложение? Какого рода?

– Я хочу пригласить её в Южный Султанат, – сказал Хаким. – В качестве личного повара моего повелителя. Я готов предложить ей любые условия. Высокое жалованье. Разные привилегии. Такие таланты, как у неё, не должны пропадать. Они обязаны сиять при дворе величайшего правителя мира.

В зале поднялся гул. Придворные зашептались, обсуждая неслыханное предложение. Император нахмурился, ему явно не понравилась идея, что его личного повара пытаются переманить. Но прежде, чем он успел ответить, заговорил Торвальд.

– Эй, южанин, – пророкотал тот, – не ты один хочешь заполучить такую повариху. Я тоже собираюсь пригласить её в Северные Горы. У нас, конечно, нет великих богатств, как у вас, но зато у нас есть свобода, горы и лучшее мясо в мире. Она сможет готовить из него всё, что только пожелает.

– А я хочу пригласить её на Острова, – подала голос леди Мариэлла. – У нас лучшая рыба в мире. И я научу её всему, что знаю о морепродуктах. Такой талант нельзя запирать в одном месте. Он должен путешествовать, учиться, впитывать новое.

Император поднял руку, призывая к тишине. Зал мгновенно затих.

– Госпожа Брайтвуд, – произнёс он громко, – вы слышали, что говорят послы. Выйдите. Я хочу, чтобы сами ответили им лично.

Двери кухни распахнулись, и Элинор, подталкиваемая Кайаном, вышла в зал. Её изумрудное платье, в котором она выходила замуж, струилось при каждом шаге. Лицо было бледным, но решительным. Кайан шёл рядом, держа её под руку, и его присутствие придавало ей сил. Она остановилась перед столами, лицом к послам и императору. Сердце колотилось как бешеное, но голос, когда она заговорила, звучал ровно и спокойно.

– Я благодарна вам за столь лестные предложения, – сказала она, глядя по очереди на каждого из послов. – Для меня большая честь слышать такие слова от людей, которые знают толк в еде и ценят мастерство. Но...

Она сделала паузу, набираясь смелости.

– Но я должна отказаться. От всех предложений.

По залу пронёсся удивлённый вздох. Послы переглянулись. Император приподнял бровь.

– Почему? – спросил Хаким. – Разве вы не желаете путешествовать, учиться новому, получать достойную награду за свой талант?

– Желаю, – честно ответила Элинор. – Очень, но есть кое-что важнее.

Она повернулась к Кайану и взяла его за руку. Их пальцы переплелись.

– Мой муж, – сказала она. – Кайан Ир’Талаш. Мы связаны драконьим браком. И я не оставлю его. Ни за богатства, ни за привилегии. Он мой дом, который нельзя променять ни на что.

В зале снова воцарилась тишина. Но на этот раз она была другой – не напряжённой, а почти благоговейной. Послы хлопали глазами, и в них читалось уважение. Император смотрел на них, и на его лице медленно расцветала искренняя, почти отеческая улыбка.

– Что ж, – сказал он. – Думаю, ответ исчерпывающий. Госпожа Брайтвуд остаётся моим личным поваром. Она верна мужу и слову. Это достойно уважения.

Послы, один за другим, склонили головы в знак согласия. Хаким аль-Рашид даже улыбнулся – впервые за весь вечер.

– Я понимаю, – сказал он. – Верность – это редкое качество. И заслуживает уважения не меньше, чем кулинарный талант. Госпожа Брайтвуд, я снимаю своё предложение. Но знайте: двери Южного Султаната всегда открыты для вас и вашего мужа. Как гостей.

– И Северных Гор, – добавил Торвальд. – Приезжайте. Обещаю, мяса хватит на всех.

– И Островов, – закончила леди Мариэлла. – Я покажу вам, как ловить рыбу в открытом море. Это опыт, который не забывается.

Элинор поклонилась.

– Благодарю. Когда-нибудь... возможно. Но не сейчас. У меня есть работа здесь. И ученик, которого нужно обучать.

Она бросила взгляд на Кайана, и тот, к удивлению всех присутствующих, покраснел. По-настоящему, как мальчишка.

Зал взорвался одобрительным смехом. Напряжение, висевшее в воздухе с начала приёма, рассеялось. Послы, ещё недавно оценивавшие каждое блюдо с пристрастием, теперь улыбались и переговаривались между собой. Император поднял кубок.

– За госпожу Брайтвуд! – провозгласил он. – За лучшего повара Империи! И за её мужа, который, я уверен, скоро станет не хуже!