Текст книги "Бабушка на контракте (СИ)"

Автор книги: Лилит Рокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Бабушка на контракте

Глава 1

Глава 1

Инструктор по плаванию, молодой парень с бейджиком «Маркус», смотрел на Элинор с плохо скрываемым ужасом. Она его понимала. Она вообще многих людей вводила в состояние лёгкой паники. Не специально. Просто так получалось. Наверное, это было у неё от рождения – дар внушать окружающим тревогу одним своим присутствием. Покойный муж Генри, царствие ему небесное, любил повторять, что Элинор – единственный человек в мире, способный споткнуться о совершенно ровный пол и устроить локальный апокалипсис.

– Маркус, милок, – сказала Элинор, поправляя шапочку, которая снова сползла на глаз, – я шестьдесят пять лет прожила без бассейна. И ещё шестьдесят пять, надеюсь, проживу, потому что утопить меня могут только родственники, и то по завещанию. Не учи бабушку суп варить. Особенно если суп уже пригорел.

Маркус побледнел. Элинор вздохнула. Она предупреждала внуков. Честно предупреждала. Трижды. А то и четырежды. Но разве молодёжь когда-нибудь слушает старших?

Абонемент в этот фешенебельный спа-салон подарили ей на семьдесят второй день рождения. Лили, старшая внучка, приехала лично, чтобы вручить конверт с золотым тиснением. Глаза горели, щёки раскраснелись.

– Бабуль! – щебетала Лили, звонко целуя Элинор в морщинистую щёку. – Это лучший спа-салон в городе! Там массаж, обёртывания, бассейн с подогревом! Ты вернёшься оттуда на двадцать лет моложе!

Элинор тогда хмыкнула. Но внучка так старалась, так хотела порадовать, что Элинор не смогла отказать. Поэтому она и стояла теперь по колено в тёплой воде, пахнущей хлоркой, в нелепой резиновой шапочке с цветочками и с твёрдым намерением пережить этот день с минимальными потерями.

– Хорошо, Маркус, – сказала она. – Давай. Учи меня плавать. Только предупреждаю сразу: я тону с детства. Это у меня семейное.

Элинор сделала осторожный шаг. Вода приятно обволакивала ноги. Дно было ровным. Она сделала второй шаг. Третий. Пока всё шло неплохо.

– Сейчас мы попробуем просто лечь на воду. Расслабьтесь. Вода сама будет держать вас.

«Довериться воде, – мысленно фыркнула Элинор. – Как же. Вода – это предательская стихия».

Но вслух она ничего не сказала. Только кивнула и попыталась принять горизонтальное положение. Именно в этот момент всё и пошло не так.

Левая нога Элинор поехала вперёд. Правая – назад, словно они не договорились. Тело совершило движение, которое ни один хореограф не назвал бы танцем. Резиновая шапочка с цветочками окончательно сползла на глаза, как будто решила, что так она сейчас нужнее всего.

А потом был бортик. Очень твёрдый. Очень не вовремя. Белый кафель, голубая полоска, капельки воды. Элинор успела подумать: «Надо бы сказать администратору, что тут скользко ». И в следующее мгновение её голова встретилась с кафелем. Сознание погасло раньше, чем она успела почувствовать боль. Последнее, что она услышала, был отчаянный крик Маркуса:

– Миссис Брайтвуд!!!

И темнота. Густая, мягкая, уютная темнота, пахнущая не хлоркой, а почему-то разнотравьем и дымом. Сознание возвращалось медленно. Первым вернулось обоняние. Пахло травами. Настоящими: луговыми, дикими, с горьковатым привкусом полыни и сладковатым клевера. К этому букету примешивался запах дыма. Потом вернулся слух. Где-то рядом потрескивали ветки в огне. Стрекотали насекомые. Ветер шелестел листвой. И ещё был голос. Грубый, низкий, с хрипотцой.

– Эй. Эй, живая?

Элинор попыталась открыть глаза. Веки были тяжёлыми. Она сделала усилие, и мир обрёл очертания. Над ней склонился мужчина. Здоровый. Широкие плечи, мощная шея, густая рыжая борода. Одет он был в грубую кожаную куртку без рукавов. На поясе висел топор. Элинор моргнула. Мужчина не исчез. Более того, он протянул к ней руку и осторожно, но настойчиво потыкал пальцем в плечо.

– Эй, – повторил он. – Живая, спрашиваю?

– Живая, – ответила Элинор машинально. Голос прозвучал неожиданно звонко, молодо. – А вы, простите, кто? Починить что-то пришли?

Мужчина отшатнулся так резко, словно она предложила ему съесть живую лягушку.

– Чего? – переспросил он, хмуря кустистые брови.

– Починить, говорю, – терпеливо повторила Элинор. – У меня вроде ничего не текло. Хотя, если честно, кран немного подкапывал. Но я вызывала мастера на прошлой неделе. Вы по гарантии?

Мужчина смотрел на неё так, словно она разговаривала на древнеэльфийском. Он повернулся куда-то в сторону и крикнул:

– Она бредит! Видать, головой сильно приложилась!

Элинор приподнялась на локтях, огляделась. Голова загудела. Это был не спа-салон. Она сидела на грубом шерстяном одеяле, расстеленном прямо на траве. Вокруг возвышались огромные деревья. Но самое странное было в цвете их листвы. Она была фиолетовой. Трава под одеялом – синеватой.

Элинор подняла глаза к небу. И замерла. Небо было бледно-зелёным. И на этом небе висели две луны. Одна – большая, серебристая. Вторая – поменьше, красноватая.

Элинор хотела закричать. Но горло перехватило. Хотела закрыть глаза и проснуться, но не получалось. Хотела потребовать объяснений и поняла, что объяснять ей здесь некому. И тогда сработало привычное: надо взять себя в руки. Она глубоко вздохнула. Раз – спокойствие. Два – переключиться на факты. Три – начать действовать.

И тут она заметила кое-что ещё. Свои руки. Она поднесла их к глазам. Это были не её руки. Вернее, не те руки, к которым она привыкла за семьдесят два года. Гладкие. Молодые. Без единой морщинки. Элинор перевернула руки ладонями вверх. Ни мозолей. Ни шрамов. Ни следа от того жуткого ожога, который она получила десять лет назад.

– Что за чертовщина? – пробормотала она.

Она опустила взгляд ниже. И осторожно, почти благоговейно потрогала себя. Настоящая. Тёплая. Своя. Ощупала лицо. Гладкие щёки. Один подбородок. Ровная, без складок шея.

Элинор рывком поднялась на ноги. Тело отреагировало слишком резво. Она едва не потеряла равновесие. Бран испуганно отшатнулся и схватился за топор.

– Не колдуй, баба! – рявкнул он. – У нас тут с колдуньями разговор короткий!

– Я просто встала! – возмутилась Элинор. – И вообще, уберите топор. Я пожилая женщина, мне ваши фокусы ни к чему.

Бран вытаращил глаза.

– Пожилая? Да тебе лет двадцать пять, не больше! Ты головой ушиблась?

Элинор хотела возразить, но осознала, что Бран, в общем-то, прав.

– Зеркало, – потребовала она. – Блестящая штука, в которую смотрятся, когда хотят увидеть своё отражение. У вас есть?

Бран порылся в сумке и вытащил небольшой металлический диск. Элинор выхватила его и уставилась на своё отражение. На неё смотрела молодая женщина. Лет двадцати пяти. Светлые волосы, выбившиеся из-под резиновой шапочки с цветочками. Элинор машинально коснулась головы, шапочка всё ещё сидела на месте. Как привет из прошлого мира. Она стянула её, повертела в руках и сунула в карман.

«Чёрт с ней, пригодится ещё».

Она узнала это лицо. Это была она сама. Пятьдесят лет назад.

– Нора, – прошептала Элинор своему отражению. – Ты, кажется, не в бассейне.

Она медленно опустила диск и ещё раз огляделась. Лес. Фиолетовые листья. Синяя трава. Две луны. Здоровый мужик с топором. Либо она сошла с ума, либо умерла, либо случилось что-то необъяснимое.

– Так, – сказала она тоном, не предвещающим ничего хорошего. – Давайте по порядку. Меня зовут Элинор Брайтвуд. Для друзей – просто Нора. Вы, молодой человек, как я понимаю, Бран. Очень приятно. Теперь скажите мне, где именно я нахожусь.

Бран почесал бороду.

– Изумрудный лес, – сказал он. – Близ деревни Дубки. Это в Северных Пределах. Империя Эрдайн.

– Не слыхала, – честно ответила Элинор. – Империя Эрдайн. Замечательно. А подскажите, в вашей Империи есть портал какой-нибудь? Мне бы домой попасть. Внуки волноваться будут.

Бран и его спутник, молодой парень с копной рыжих волос, переглянулись.

– Портал? Это магия. Магией только благородные владеют. Простому люду запрещено.

– Ладно, – вздохнула Элинор. – Проехали. Как мне добраться до ближайшего селения?

– Деревня Дубки в часе ходьбы, – сказал Бран. – Там и еда, и крыша. Только люди там простые. А вот таких, как ты, вряд ли видали. С неба падающих.

– Я не с неба падала, – возразила Элинор. – Впрочем, долгая история. Вы меня проводите?

Бран кивнул.

– Провожу. Всё равно нам по пути.

Элинор шагнула. Трава под ногой предательски скользнула, и она, не удержав равновесия, взмахнула руками и едва не рухнула лицом в костёр. Бран успел подхватить её за локоть. Потом она попыталась сесть на пенёк, чтобы перевести дух, но пенёк под ней развалился, и она плюхнулась на землю. Том тихо посмеивался, но без злобы.

– Осторожнее, – сказал Бран. – Тут корни повсюду.

– Спасибо, – выдохнула Элинор. – Я вообще-то очень ловкая. Просто сегодня день такой.

Они двинулись в путь. Лес вокруг был странным и завораживающим. Фиолетовые листья тихо шелестели. Синяя трава мягко пружинила под ногами. В кустах что-то шуршало и попискивало. Один раз Элинор заметила, как с ветки на ветку перепрыгнула белка не рыжая, а ярко-бирюзовая, с пушистым хвостом.

– Красота-то какая, – прошептала Элинор.

– Ага, – отозвался Том. – Только ночью тут лучше не ходить. Волколаки.

– Кто?

– Звери такие. Вроде волков, только крупнее и с шипами. Но ты не бойся, мы до темноты в Дубках будем.

Час пути пролетел незаметно. Элинор несколько раз оступалась на ровном месте, но Бран каждый раз ловил её за шиворот. Наконец деревья расступились, и Элинор увидела деревню. Два десятка домов, разбросанных по берегам реки. Из труб вился дымок. Где-то мычала корова. Всё выглядело до ужаса мирно.

– Вот и Дубки, – сказал Бран, останавливаясь. – Тут есть таверна «У старого пня». Хозяйка Марта, добрая женщина. Скажешь, что от Брана, она тебя приютит.

Он хлопнул её по плечу с такой силой, что Элинор едва не улетела в кусты. Элинор осталась стоять на краю деревни.

– Ну что ж, Нора, – сказала она сама себе. – Ты хотела приключений? Получи и распишись.

Она поправила волосы, глубоко вздохнула и решительно зашагала в сторону таверны.

Глава 2

Глава 2

Следующие десять дней пролетели для Элинор как одно мгновение. Она работала. Работала так, как не работала уже много лет: с азартом, с огоньком, с тем самым чувством, когда каждое блюдо получается именно таким, каким ты его задумал, а благодарные едоки смотрят на тебя как на божество.

Таверна «У старого пня» преобразилась. Марта, поначалу отнёсшаяся к странной гостье с изрядной долей скепсиса, теперь смотрела на Элинор с благоговейным ужасом, смешанным с обожанием. Грег, молодой помощник, и вовсе ходил за ней хвостом, ловя каждое слово и старательно записывая рецепты на клочках грубой бумаги. Он, кажется, решил, что Элинор какая-то легендарная повариха из далёких земель, и теперь мечтал стать её учеником.

– Мисс Нора, а вот этот соус, он на чём настаивается? – спрашивал Грег, заглядывая через плечо Элинор.

– На терпении, Грег, – отвечала она, помешивая в котелке ароматное варево. – Хороший соус, как и хороший человек, требует времени. Нельзя торопить. Торопливость – враг вкуса.

Грег кивал с таким видом, словно ему только что открыли великую истину бытия, и снова склонялся над своими записями.

Через два дня после появления Элинор в таверне первые восторженные отзывы посетителей начали распространяться по деревне. К концу первой недели слух о том, что в «У старого пня» появилась невероятная повариха, готовящая еду, от которой «плакать хочется от счастья», разлетелся по окрестностям со скоростью лесного пожара. В Дубки потянулись люди из соседних деревень. Приходили крестьяне, ремесленники, охотники.

На восьмой день в таверну заглянула пара гномов-торговцев. Они попробовали пирожки с мясом, одобрительно закивали и предложили Элинор «золотые горы» за то, чтобы она переехала к ним в подгорное королевство и открыла там таверну. Элинор вежливо отказалась, но запомнила их лица, кто знает, может, эти связи ещё пригодятся, если понадобятся редкие ингредиенты.

Элинор даже почти перестала спотыкаться на ровном месте. Вчера, правда, она опрокинула на себя миску с мукой, пытаясь одновременно помешивать суп и объяснять Грегу принципы замеса теста. Но это уже были мелочи. Главное, никто не пострадал. Ну, кроме самой Элинор, которая потом ещё час вытряхивала муку из волос и ворчала себе под нос о «неуклюжести, которая не лечится даже омоложением».

О том, что с ней произошло, Элинор старалась не думать. Ну, то есть она думала, конечно, но откладывала эти мысли на потом. На «когда будет время спокойно сесть и разобраться». Кулинария была её якорем. Пока она стояла у плиты, всё было правильно.

Но беда пришла оттуда, откуда её совсем не ждали.

На десятый день пребывания Элинор в Дубках, ближе к вечеру, когда таверна была полна посетителей, а сама она колдовала над очередным кулинарным шедевром, пирогом с местными ягодами, отдалённо напоминающими чернику, но с лёгким мятным привкусом, дверь таверны распахнулась с грохотом, заставив всех присутствующих вздрогнуть и обернуться.

В зал вошли трое. Они были одеты одинаково: в длинные тёмно-серые плащи с капюшонами, отороченными серебристым мехом. На груди у каждого красовалась эмблема: глаз, вписанный в треугольник, а под ним скрещённые меч и свиток.

– Инквизиция, – прошептала Марта, и её лицо побледнело как мука. – Пресвятые угодники, Инквизиция Магического Надзора...

В зале мгновенно воцарилась мёртвая тишина. Элинор, выглянувшая из кухни на шум, ничего не поняла.

– Марта, что случилось? – спросила она, вытирая руки о передник.

– Тсс! – зашипела Марта, хватая её за руку. – Молчи! Это Инквизиция. Они ищут незаконных колдунов. Мы уже неделю слышали, что они рыщут по округе – говорят, кто-то из соседней деревни написал донос. Добрались и до нас...

– Колдунов? – переспросила Элинор. – А я-то тут при чём? Я не колдую. Я готовлю.

Марта посмотрела на неё с выражением глубочайшего отчаяния.

– Твоя еда, Нора. Она слишком вкусная. Люди говорят, что так готовить может только маг. Что это кулинарная магия. А кулинарная магия запрещена в Империи с указа от тысяча сто двадцать седьмого года.

В этот момент один из инквизиторов, высокий, худой мужчина с неприятным, словно вытянутым лицом, поднял руку, призывая к тишине.

– Добрые жители деревни Дубки, – произнёс он скрипучим голосом. – До нас дошли слухи, что в вашем поселении объявилась колдунья, использующая запрещённую магию для приготовления пищи. Мы прибыли, чтобы провести расследование.

– Мы просто выполняем свою работу, – добавил он, и в его голосе послышалась привычная, заученная формула. – Если слухи не подтвердятся, мы уйдём. Если подтвердятся, виновная будет арестована.

Элинор, услышав это, только покачала головой и вышла из кухни в зал, уперев руки в бока.

– Добрый вечер, господа. Я слышала, вы ищете колдунью?

Инквизитор уставился на неё.

– А ты, значит, и есть та самая повариха?

– Я – Элинор Брайтвуд. Шеф-повар этой таверны. И я не колдунья. Я просто умею готовить. Умею так, как умели моя мать, моя бабушка и моя прабабушка до неё. Это семейное, опыт, а не магия.

Инквизитор усмехнулся.

– Семейное, говоришь? А давай проверим. Съедим твою еду. Если она обычная мы уйдём. Если в ней есть магия... мы заберём образцы на экспертизу в Столицу. И тогда посмотрим.

– Забирайте на здоровье, – пожала плечами Элинор. – У меня как раз пирог с ягодами готов.

Она вынесла румяный пирог. Инквизиторы отрезали по куску. Попробовали. Прожевали. И замерли. Их лица начали меняться. На лицах двух младших расцвели блаженные улыбки.

– Это невероятно... – прошептал один.

– Так вкусно, как у мамы, – выдохнул второй.

Но главный инквизитор не улыбался. Его лицо стало ещё мрачнее.

– Я подозреваю магию, – произнёс он. – Мы заберём образцы на экспертизу. А ты, повариха, поедешь с нами в Столицу до выяснения.

Он сделал знак своим спутникам. Те, хоть и с явной неохотой, двинулись к Элинор, доставая из-под плащей странные металлические браслеты.

– Антимагические кандалы, – пояснил главный инквизитор. – Подавляют любые колдовские способности. Не дёргайся.

Элинор попятилась.

– Послушайте, это какое-то недоразумение. Я не колдунья. Я вообще из другого мира!

– Из другого мира? – Инквизитор вскинул бровь. – Тем более. Межмировые перемещения без санкции, особо тяжкое преступление.

И вдруг из тёмного угла таверны раздался спокойный, насмешливый голос:

– Я бы на вашем месте не торопился с арестами, инквизитор.

Главный инквизитор вздрогнул и обернулся. Из угла поднялась высокая фигура. Мужчина откинул капюшон. Его лицо осветили масляные лампы, резкие черты, тёмные волосы, и янтарные глаза с вертикальным зрачком.

Инквизитор вгляделся в лицо незнакомца, и его глаза расширились.

– Ир'Талаш? – выдохнул он. – Вы... вы тот самый? Кайан Ир'Талаш?

– Он самый, – лениво подтвердил мужчина. – И я бы попросил вас объяснить, по какому праву вы собираетесь арестовать женщину на моей земле.

– На вашей земле? – Инквизитор растерянно моргнул. – Эта таверна стоит на имперской земле.

– А вот и нет. – Кайан достал из-за пазухи потрёпанный свиток с печатью. – Триста лет назад эти земли принадлежали моему роду. Империя получила их во временное пользование. Срок истёк в прошлом году. Я уже отправил уведомление в Канцелярию. Так что, инквизитор, эта женщина под моей защитой.

Инквизитор побледнел, потом побагровел.

– Это... это абсурд! Мы не получали никаких уведомлений!

– Это не моя проблема, – пожал плечами Кайан. – Драконье Право имеет приоритет над имперскими указами. Вы это знаете. Так что убирайтесь. И образцы пирога оставьте, они тоже на моей земле.

Инквизитор открыл рот, чтобы возразить, но Кайан посмотрел на него так, что тот передумал.

– Мы... мы доложим в Столицу, – пробормотал главный инквизитор, пряча браслеты обратно под плащ. – Это так не останется.

– Докладывайте, – равнодушно ответил Кайан. – А теперь вон.

Инквизиторы, подхватив полы плащей, торопливо покинули таверну. Дверь за ними захлопнулась. Элинор стояла, не зная, что сказать. Кайан повернулся к ней. Его янтарные глаза изучали её с непонятным выражением.

– Элинор Брайтвуд, – произнёс он. – Нам нужно поговорить. Наедине.

– А вы, собственно, кто? – спросила Элинор, уперев руки в боки. Страх уже прошёл, уступив место привычной ворчливости. – Я, конечно, благодарна за спасение, но предпочитаю знать, с кем имею дело.

– Кайан Ир'Талаш. Потомок древнего драконьего рода. Повар. Владелец таверны «Драконий коготь» в Северных Пределах. И, судя по всему, ваш будущий муж.

Элинор моргнула.

– Мой... кто?Вы, простите, кастрюлей по голове не бились? Или это у вас семейное, драконье?

– Муж. Фиктивный, разумеется. Это единственный способ защитить вас от Инквизиции на постоянной основе. Моё заявление о землях их спугнуло, но ненадолго. Они вернутся. С подкреплением. А вот если вы будете моей женой... Драконий брак нерушим. Даже для Империи.

Элинор смотрела на него, пытаясь понять, шутит он или говорит серьёзно.

– Послушайте, молодой человек, – сказала она наконец. – Я, конечно, выгляжу сейчас на двадцать пять, но в душе мне семьдесят два. Я вдова. У меня двое взрослых детей и трое внуков. Я не собираюсь замуж. Ни за дракона, ни за человека, ни за кого бы то ни было ещё.

Кайан приподнял бровь.

– Семьдесят два? Вы выглядите на двадцать пять. Или вы шутите, или... или с вами произошло нечто необычное.

– Ничего необычного. Я просто поскользнулась в бассейне, ударилась головой и очнулась здесь. В молодом теле.

Кайан задумался.

– Бассейн... Не знаю, что это такое. Но ваше появление здесь не случайно, и ваше омоложение тоже. Обычно при перемещении между мирами возраст сохраняется. То, что вы стали моложе, говорит о магическом вмешательстве.

– Я не колдунья! – в третий раз за вечер повторила Элинор.

– Я этого и не утверждаю. – Кайан помолчал. – Инквизиция вернётся через несколько дней. У вас есть два варианта. Первый – бежать. Но в Империи от Инквизиции не убежишь. Второй – выйти за меня замуж. Фиктивно.

Элинор скрестила руки на груди.

– И зачем это вам? Люди просто так не помогают. Тем более драконы.

Кайан усмехнулся.

– Вы научите меня готовить. Я повар. Хороший повар. Но то, что делаете вы это другой уровень. Я хочу научиться.

Элинор посмотрела на него, на этого мрачного полудракона, который только что спас её от Инквизиции. Сделала глубокий вдох.

– Я не могу просто так выйти замуж за незнакомца, – сказала она.

– Я понимаю. Но у вас нет выбора. Инквизиция вернётся.

Элинор замолчала. Посмотрела на свои молодые руки. Потом подняла глаза.

– Чёрт с вами, – сказала она. – Но только на моих условиях.

Она загнула палец:

– Первое: брак фиктивный. Только документы. Никаких супружеских обязанностей.

Кайан кивнул.

– Второе: вы не лезете в мою жизнь, я не лезу в вашу. Я готовлю, вы учитесь.

– Принято.

– Третье: как только опасность минует мы разводимся. Без скандалов.

– Драконы не разводятся, – заметил Кайан. – Но для вас сделаем исключение.

– И четвёртое, – она подняла на него глаза. – Я хочу знать правду. Почему вы действительно вмешались? Не про готовку. Про то, почему вы спасли меня.

Кайан долго смотрел на неё. Потом сказал тихо:

– Потому что ваша еда напомнила мне о том, чего у меня никогда не было. О доме, тепле. Я хочу понять, что это.

Он запнулся на мгновение, и Элинор заметила, как он нервно переминается с ноги на ногу, этот мрачный дракон, который только что одним взглядом разогнал инквизиторов, сейчас выглядел почти неуклюжим.

– И ещё, – добавил он, отводя глаза. – Ваш пирог... я никогда не пробовал ничего подобного. Вы не колдунья. Вы... вы просто готовите лучше всех на свете.

Элинор вдруг улыбнулась.

– Ладно, Кайан Ир'Талаш. Я выйду за вас замуж. Фиктивно. И научу готовить. Но учтите: я очень строгий учитель.

– Договорились, – сказал он. – Тогда собирайте вещи. Мы выезжаем немедленно.

– Дайте мне десять минут.

Она поднялась в свою каморку. Резиновая шапочка всё ещё лежала в кармане спортивной куртки. Элинор достала её, повертела в руках и сунула обратно. Мало ли, пригодится. Через пятнадцать минут она уже шагала рядом с Кайаном по ночной дороге. Над головой светили две луны. Где-то в лесу выли волколаки.

– Ваша таверна далеко? – спросила Элинор.

– Два дня пути, – ответил Кайан. – Потом ещё неделя до Столицы, если понадобится.

Элинор кивнула и пошла дальше, старательно глядя под ноги. И, как ни странно, она почти не спотыкалась.