Текст книги "Утопающий во лжи 19 (СИ)"

Автор книги: Лев Жуковский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

– Генерал Райвен, – произнёс Корал. – Привести резервные ракетные дивизионы в полную готовность. Развернуть установки вне стационарных позиций. Противник наверняка начнёт с подавления размещенных на поверхности батарей.

– Уже исполняется.

– Всем фортам первого эшелона передать приказ о подготовке к круговой обороне.

Райвен нахмурился.

– К круговой?

– Они перелетят через стены.

В зале снова стало тихо. Некоторые офицеры только сейчас осознали смысл увиденного. Северная стена создавалась для врага, который шёл с одной стороны. Она могла выдержать натиск чудовищ в ущельях, перекрыть перевалы и превратить каждый проход в огненный коридор. Но крылатая армия могла просто оставить укрепления позади.

– Поднять все истребительные звенья с тыловых баз, – продолжил Корал. – Не вступать в бой до отдельного приказа. Рассредоточить по запасным аэродромам в максимальной близости к секторам непосредственной работы. Дронам перейти на предельную высоту.

– Слушаюсь.

– Связаться с командирами частных армий. Потребовать точные данные о численности, запасах и состоянии защитных куполов.

Последний приказ дался тяжелее остальных. Корал уже знал, что ждёт этих наёмников. Должны ли они знать? Если сообщить правду, первая стена рассыплется. Частные армии начнут отступать, перекроют дороги и уничтожат последние возможности задержать врага.

Если скрыть, десятки тысяч существ примут бой, надеясь на поддержку, которая не придёт. Выбор между предательством и гибелью мира.

Однако Великий Тъ’Харот уже сделал его за них. На центральной галопанели появилась новая отметка.

– Господин генерал, парламентёрская группа достигла зоны визуального контакта, – сообщил связист.

Корал резко поднял голову.

– Изображение на главный экран.

Разведывательная платформа шла по горной дороге. На крыше развевалось белое полотнище с символом переговоров. Орудия были опущены, системы защитных экранов переведены в пассивный режим.

Внутри находились четверо офицеров.

Корал знал двоих. Полковник Эдвар Ромир служил на стене почти двадцать лет. Его заместитель, молодая женщина по имени Мелари, недавно получила шестидесятый уровень и должна была отправиться в отпуск уже в этом месяце. Они добровольно вызвались установить контакт. И очень зря, но и отговаривать Корал никого не стал.

Преаты уже заметили машину. Несколько крылатых фигур отделились от строя и зависли в небе. Их копья горели холодным слепящим светом.

– Передаём сообщение на всех доступных частотах, – доложил связист. – Дублируем на магическом диапазоне и через световой код.

На экране появилась расшифровка:

«Мы представляем объединённые силы континента Техоль. Просим обозначить цели вашего прибытия. Мы не ищем конфликта и готовы к переговорам».

Сообщение повторилось. Один раз. Второй. Преаты не отвечали. Транспорт продолжал приближаться.

– Остановить их, – приказал Корал. – Пусть не входят в зону поражения.

Связист торопливо передал команду.

Тяжелая боевая платформа затормозила. Белое полотнище дрожало на ветру. Полковник Ромир вышел наружу и медленно поднял пустые руки, показывая, что не держит оружия.

Один из преатов направил копьё. На краткий миг всё вокруг его фигуры померкло. Потом вспыхнул луч. Изображение на миг пропало. Когда пиктокамера восстановила работу, на месте транспорта осталось белое пятно расплавленного камня.

Ни обломков. Ни тел. Лишь оплавленная дорога, ещё несколько мгновений светившаяся изнутри.

В штабе повисла гробовая тишина. Генерал Райвен закрыл глаза. Надежда, за которую он цеплялся, умерла вместе с парламентёрами, а ведь это было его предложение. Но генерал Корал видел надежду, пусть и крошечную, и видел он ее не в милости прибывшего жестокого воинства света, а в том факте, что за долю мгновения до удара, вокруг тела полковника Ромира сработал защитный полог и он сам успел воспользоваться навыком побега. А значит навыки Системы против этих тварей работали, и как подумал про себя генерал Корал, скорее всего даже лучше обычного оружия.

– Зафиксировать произошедшее нападение, – холодно приказал Корал. – Разослать всем командующим. Противник отказался от контакта и уничтожил группу парламентёров.

Он не позволил голосу дрогнуть. Преаты света сделали выбор. Или никогда не собирались его делать, даже не помышляя о переговорах с людьми.

– Дальнобойная артиллерия форта Чёрный Зуб по вашему приказу открыла огонь! – доложил оператор.

На карте вспыхнули траектории. Тяжёлые снаряды поднялись из-за горного хребта и понеслись к передовым отрядам армии преатов света. Следом ударили ракеты, оставляя в небе длинные огненные полосы.

Преаты отреагировали мгновенно. Крылатые воины подняли щиты. Между ними вспыхнули линии, сплетаясь в огромную сияющую полусферу. Первый снаряд ударил в неё и взорвался, выбрасывая тучу огня и осколков.

Барьер даже не дрогнул. Вторая ракета разорвалась выше. Третья попала почти в центр построения. Сияние поглотило взрыв. Когда дым рассеялся, преаты продолжали стоять на прежних местах. Ни один не погиб.

– Продолжить обстрел! – приказал Корал.

– Расход боеприпасов…

– Продолжить!

Орудия ударили снова. Теперь стреляли несколько фортов. Десятки тяжёлых снарядов обрушились на защитный купол, сливаясь в непрерывный огненный шторм.

Щит противника становился только ярче. По его поверхности шли золотые волны, но признаков истощения, не говоря о разрушении не было.

Затем ответили преаты.

Несколько сотен крылатых фигур поднялись над строем в воздух, на сотни метров. Их копья одновременно повернулись в сторону далёких артиллерийских позиций.

Корал увидел, как между остриями протянулись нити света.

Они соединились. Сформировали единый луч. Небо, казалось, раскололось на части.

Галопанели потемнели, автоматически защищая глаза наблюдателей. Даже через фильтры вспышка оказалась ослепительной.

На карте исчез форт «Чёрный Зуб». Не одна батарея. Весь форт.

Там, где несколько секунд назад находились стены, казармы, подземные склады и две тысячи бойцов, бушевали искажения и получить достоверной информации о произошедшем было невозможно.

Красная метка погасла. Связь оборвалась.

– Подтвердить уничтожение, – тихо приказал Корал.

– Сигналов нет.

– Резервные каналы?

– Молчат.

Генерал не почувствовал ничего. Ни ярости. Ни скорби. Страх оказался слишком велик, чтобы оставить место другим чувствам.

– Немедленно разослать приказ всем фортам, поднять энергетические барьеры, невзирая на огромное расстояние до противника! – уже как-то отстраненно, произнес генерал Корал. Тогда как артиллерия из других фортов продолжала безуспешно наносить удары по позициям преатов.

Но через миг помехи рассеялись и дроны наконец-то показали, что произошло с фортом Черный Зуб. Повреждения были чудовищны, но сами здания и бойцы уцелели, полковник Гарвсил все же успел отдать приказ поднять щиты. Но часть артиллерийский установок все равно сгорели в этом очищающем огне. Однако, на миг генерал Корал проникся надеждой, что мощь воинов света не безгранична, от нее можно защититься, хотя бы попытаться. Впрочем, судя по данным пришедшим из атакованного форта, их накопители маны потеряли порядка семидесяти процентов энергии. И это была только одна атака.

На соседних участках началось движение. Частные армии выдвигались для разведки боем, выполняя переданные ранее распоряжения. Небольшие мобильные соединения пытались приблизиться к преатам через боковые ущелья.

Одновременно из горных пещер и лощин выбирались прятавшиеся до этого демонические твари. Они тоже ощутили новый разлом. Стаи отродий Бездны, костяные големы и массивные отродья, покрытые наростами чёрного камня, устремились к сиянию, словно обезумев. Возможно, свет причинял им боль. Возможно, они почувствовали души, которые надеялись сожрать.

Для преатов различий не существовало. И люди, и демоны сгорали одинаково.

Лучи света срывались с копий и пронизывали пространство. Они не взрывались, не оставляли дыма и почти не производили звука. Там, где проходило сияние, плоть превращалась в пепел, металл стекал расплавленными ручьями, и казалось даже души исчезали.

Демонические твари гибли ещё быстрее. Сияние словно находило их даже за препятствиями. На месте крупных отродий оставались белые статуи, которые через мгновение рассыпались мелкой пылью.

– Они не различают цели, – прошептал кто-то в штабе.

– Различают, – мрачно ответил Райвен. – Просто для них мы все одинаковы.

Количество войск противника продолжало расти.

Врата не закрывались. За передовыми отрядами появлялись новые легионы. Над горами уже кружили десятки тысяч крылатых воинов. Живые башни света образовали вокруг арки несколько защитных колец. За несколько часов численность армии вторжения превысила сто тысяч существ. Их поток не иссякал.

На галопанелях появлялись новые расчёты, каждый страшнее предыдущего. Аналитики пытались оценить скорость движения преатов, мощность щитов и возможные направления удара.

Все модели приводили к одному исходу. Первая стена падала. Почти во всех вариантах, в течение двух часов после начала полномасштабного наступления. Ведь сейчас преаты света лишь укрепляли плацдарм.

Вторая стена могла продержаться ещё три часа. Третья, от четырёх до семи, если храмовые стражи успеют занять позиции и стратегические арсеналы будут использованы без ограничений.

К тому же слова Повелителя Тъ’Харота не давали шанса обмануться генералу Коралу и возомнить что эти преаты света могут быть слабым противником, скорее наоборот, все силы армии мира Сейлоста полягут в даже не борьбе, а всего лишь попытке их остановить. Ведь шансов задержать на десять часов этих летучих тварей практически не было видно, а без этого ритуал искажения невозможно было активировать на полную мощность, чтобы закрыть любые врата в северной области континента Техоль, но за десять часов они прорвутся возможно даже до столицы.

И первые же попытки с помощью зенитных установок обстрелять подлетающих противников разбились о сияющие щиты этих тварей. Разбились вместе с надеждами на спасение.

И ведь все это походило на конец, конец истории всего мира Сейлоста. При этом генерал Корал не имел ни малейшего понятия заберет ли его Великий Тъ’Харот вместе с жрецами, с этого гибнущего куска камня, в случае провала обороны, или это и его конец тоже, как и десятков, сотен тысяч людей находящихся сейчас на передовой…

Глава 4

Достойные дети света. В кои-то веки довольный Старик Ирчин

Удивление, довольно редкое чувство для меня, ведь за достаточно долгую жизнь, я видел собственными глазами падение миров, даже гибель убийц богов и превращение великих цивилизаций в безымянный прах. Да что там говорить, после хаоса Тзинча и могущества Вестиала, которое невозможно было в полной мере даже осознать, в части моих разумов появлялись изредка мысли, что чего-то более невероятного, я никогда уже не увижу.

И всё же преатам света удалось меня удивить.

И нет, дело было вовсе не в том, что эти сияющие твари ощущали моё присутствие. Они чувствовали и меня, и моих подданных, наделённых ядрами истинного света. Подобного следовало ожидать. Как и той яростной ненависти, которую вызывало у преатов наше якобы незаслуженное обладание священной для них силой.

В их глазах мы были ворами. Осквернителями. Паразитами, посмевшими присвоить частицу того, что должно было безраздельно принадлежать Престолу. И это я не просто видел или ощущал в них, через колебания энергии света, но и считывая их мысли.

Однако их гнев нисколько меня не беспокоил. Ведь по-настоящему поразило меня другое.

Души преатов, поглощённые мною в призрачной проекции Арзула, оказались пригодны для насыщения Великого проклятия Тхазара.

Я перепроверил результат. Затем ещё раз. Ошибки не было.

В памяти поглощенных душ сохранялись последние мгновения убитых созданий света. Там оставались отпечатки боли, пусть незначительно, но все же ненависти, ослепительной веры и того краткого потрясения, которое они испытывали, осознав, что их души не возвращаются к Великому Свету.

При этом преаты света считали себя идеально чистыми от тьмы. Более того, были абсолютно уверены в собственной непогрешимости.

Но проклятие принимало их. А значит, скрытая в них скверна была достаточно глубока, чтобы древняя сила Тхазара признала сияющих воинов подобными демоническим отродьям.

Я изучал поглощённые души, разглядывая оттенки их энергетических тел и остаточные проекции тонких оболочек. Выводы, возникавшие один за другим, казались всё более удивительными.

Свет преатов оказался испорчен. Он деградировал. Был отравлен скверной, но вовсе не той, к которой я привык. В нём не чувствовалось привычной энергии тьмы. Не было демонической порчи, голода низших планов или разлагающего дыхания Бездны.

Нет.

Они словно сами нарушили заветы неодолимого света. Незаметно для себя извратили его природу, превратив священное служение в нечто совершенно иное. Их сияние всё ещё оставалось ярким, но чистота исчезла. Под ослепительной оболочкой копошились желания, которым не было места в истинном свете.

Жажда власти. Голод новых земель. Наслаждение чужим преклонением. Стремление не спасти заблудших, а обратить их в безмолвную часть собственного величия.

Свет не должен был желать. Ему полагалось лишь сиять, не оставляя тьме места для существования.

Свет преатов не желал, он жаждал. И с каждым новым завоёванным миром его голод становился сильнее.

К сожалению, слабая призрачная форма Арзула не позволяла понять причину этой трансформации. Для неё фундаментальные связи душ оставались слишком сложными. Я видел следствие, но источник порчи скрывался глубже, за пределами возможностей проекции.

Разбираться с этим следовало позднее. Пока же преаты наступали.

Но на фоне этих открытий, на фоне возможности извратить свет, даже само вторжение воинства света как-то меркло. Как и довольно высокий уровень их могущества, точнее даже экипированности. Все же они пошли схожим со мной путем, вооружая даже рядовых воинов могущественным артефактным оружием и доспехами. Впрочем, лично для меня это не было проблемой, в отличие от армии хуманов мира Сейлоста, чье оружие не могло толком продавить защитные барьеры преатов света. При том что мои атаки истинным светом, пусть и лишь используя артефактное оружие, наносили куда больший урон, не замечая защитные купола, насыщенные энергией более низкого порядка, по сравнению с моей.

И все же осознав масштаб происходящего, я передал необходимые приказы моей драгоценной Себии. Она должна была организовать оборону Грозного Грюнлиха и принять первые удары передовых когорт.

Не остановить вторжение. Лишь задержать его.

Даже без прямого доступа к её восприятию я ощущал, как воспламенилось воодушевление верховной жрицы. Для Себии нападение бесчисленной армии света не являлось поводом для страха. Напротив, возможность встретить врагов своего Бога на стенах обречённой крепости наполнила её почти абсолютной решемостью.

Она отдавала приказы с холодной точностью. Штурмовики разворачивали созданные по моим чертежам артефактные орудия. В глубине форта пробуждались накопители, питавшие многослойные барьеры.

Я лично создавал эти артефакты. Знал предел каждого защитного контура. И потому мог с достаточной уверенностью сказать: необходимое мне время Себия продержится.

Доля риска, конечно, оставалась. Всё зависело от того, насколько быстро преаты поймут, что перед ними не обычный гарнизон хуманов.

Сам же я не имел возможности в полной мере противостоять вторжению на территории осколка мира Сейлоста. Не в призрачной форме Арзула и не с теми ограничениями, которые накладывало присутствие чужого мирового ядра.

Остановить поток преатов с этой стороны разлома тоже было невозможно. Они шли непрерывно. Тысячи крылатых воинов уже покинули сияющие врата. За ними следовали новые когорты, боевые техномагические конструкты и исполинские элементали света. Защитники первой стены могли уничтожить часть армии, все же частные армии тоже были сильны и жадны не только до очков Системы, но и до собственной силы, и навыков. Так что в один миг стереть форты воины света не смогут, как бы этого не желали. Так как у наемников все равно имелся опыт противостояния сильным демоническим стаям, умеющим удивлять, как минимум своей коварной магией крови. Но каждая минута приносила преатам света новое подкрепление, и если это не прекратить, исход все равно будет один.

К тому же лже-Тъ’Харот явно не собирался лично вступать в сражение.

Через связь с телом демонического Бога я ощущал далёкие колебания энергии мирового ядра. В глубинах осколка происходила подготовка некоего ритуала. Тысячи магических линий медленно наполнялись силой, расходясь от столицы к северным рубежам.

Вероятно, местный владыка намеревался исказить пространство и обрушить врата. Разумное решение. Но слишком медленное. Для противодействия полноценному вторжению уже собранной энергии было однозначно недостаточно. К моменту завершения ритуала легионы света успеют утопить север континента в белом пламени. И что главное, перебросить так много сил на этот осколок, что их уже невозможно будет выбить отсюда.

Впрочем, интересы жителей мира Сейлоста волновали меня далеко не в первую очередь.

Если быть точным, действовать приходилось скорее вопреки им.

Я мог спасти собственные силы в любой момент. Достаточно было перенести Себию и её армию в шкатулку Тризиастра, после чего отступить в глубину континента. Или вовсе покинуть осколок, забрав всё, что успели захватить мои подданные. На это хватило бы и одного часа времени.

Но подобное бегство уничтожило бы возможность в дальнейшем развивать положение верховной жрицы.

Слухи о поражении распространяются быстро. Слухи о трусости, ещё быстрее. Если Себия бросит вверенный ей форт при первом появлении серьёзного врага, развивать её влияние среди властной верхушки этого осколка станет значительно сложнее.

Да и терять столь многообещающие перспективы было бы непростительной глупостью.

Ведь судьба сама поднесла мне на блюде открытую дорогу в один из верхних планов света. Отказаться, даже не попытавшись извлечь из ситуации максимальную выгоду?

Нет.

Это было бы уже не осторожностью. А лишь неверно выбранной нитью судьбы.

К тому же, преаты света настолько верили в собственное превосходство, что не установили вокруг врат полноценной защиты. Несколько отрядов удерживали периметр, а парящие в воздухе конструкты следили за пространственными возмущениями, но основной, максимально затратный щит так и не был развёрнут.

Они рассчитывали обнаружить любую враждебную попытку заранее. В обычных обстоятельствах подобная уверенность была бы оправданна. Ведь ни о каком контрнаступлении со стороны армии мира Сейлоста тут речи даже не шло, и я прекрасно понимал действия преатов света.

Однако призрачная форма Арзула не подчинялась общепринятым правилам магии.

Мои мысли текли холодно и размеренно, пока проекция маневрировала среди гор, чередуя ускорения и пространственные рывки. Впереди сиял разлом, окружённый строящимися когортами. Преаты поднимались в воздух, расходились по ущельям и устремлялись к укреплениям хуманов.

Они чувствовали меня. Но не успевали понять, где именно я нахожусь.

Я словно распадался на туман во время рывков используя энергию Бездны, уходил в трещины между пространственными слоями и появлялся уже в нескольких вёрстах от прежнего места. Направленные по моим пространственным следам копья рассекали пустоту и даже горные хребты. Сияющие сети смыкались там, где проекции уже не было.

Ещё один рывок. Затем второй, затрачивая огромный запас энергии Бездны из вместилища душ. И я оказался перед самой поверхностью разлома. При этом запас энергии Бездны в средоточии ещё не был исчерпан. Даже близко.

Оставался всего один шаг. В тот же миг мир вывернулся наизнанку. Осколок мира Сейлоста исчез. На краткое мгновение призрачную оболочку поглотило сияние. Оно хлынуло со всех сторон, пытаясь разорвать меня и очистить от самого права на существование.

Но уже в следующее мгновение я сменил слабую проекцию. И открыл глаза демонического Бога.

Всё встало на свои места. Зрение демонического тела проникало значительно глубже. Я увидел то, что скрывалось под оболочками преатов: осквернённые нити нежизни, тончайшие вкрапления чужеродной энергии, пронизывающие их души.

Эти нити казались почти невидимыми. Однако заключённая в них сила была фундаментальной. Она не просто заражала преатов, изменяла их сущность. Переписывала свойства их света, заставляя служить чужой воле. Кто-то могущественный возвышался над всеми обитателями этого плана, медленно и неотвратимо превращая сияющие души в продолжение самого себя.

Изменения затронули не отдельных воинов. Не миллионы преатов, чьё присутствие я ощущал на многие сотни вёрст вокруг.

Был изменён весь слой реальности. Само его пространство. Свет здесь отличался от моего. В нём не существовало пламенной чистоты, не было безусловного стремления избавить мир от тьмы. Сияние Святого Илиастера несло в себе нечто иное.

Жажду расширения. Потребность поглощать. Волю, желавшую обратить всё сущее в единую неподвижную картину, где не останется ничего, кроме света Престола.

Осознание лишь мимолётно коснулось моего третьего сознания, не потребовав и тысячной доли удара сердца.

Задерживаться возле врат я не собирался. И совершил рывок сквозь кровавый пепел, игнорируя блокировку пространства. Реальность верхнего плана на долю мгновения задрожала, пытаясь воспрепятствовать перемещению столь чуждого существа. Мое тело демонического Бога исчезло, рассыпавшись кровавым пеплом и возникло на десятки вёрст дальше. Затем снова. И снова.

В данный момент я не намеревался экономить энергию Силы души. С каждым рывком тревога усиливалась, но оставалась удивительно слабой, словно моей жизни ничего не угрожало. Правда не факт, что это не было ошибкой или наведенной иллюзией, подобный сценарий я тоже предусматривал. И все-таки, пока происходящее вызывало во мне скорее азарт, нежели страх.

По той же причине, отсутствия сильного ощущения опасности, я не стал немедленно переносить Себию в домен. Тем более я ожидал от неё хороших результатов. Она достаточно сильна, чтобы противостоять передовым когортам, особенно с подготовленной мною артефактной защитой.

Впрочем, учитывая тот объем знаний, который я поглощал с каждым мгновением, задерживаться долго на этом верхнем планах света я однозначно не собирался.

Одновременно потоки знаний вливались в мои сознания. Они приходили из поглощённых душ, окружающего пространства и энергетических следов, пронизывавших слой. С каждым ударом сердца открывались новые части истории этого места. Получаемый объём информации поражал. Однако задерживаться на верхнем плане дольше необходимого я не собирался. Часа реального времени будет достаточно.

Вероятно, даже меньше.

При этом, одно из сознаний успело даже восхититься былым величием плана Святого Илиастера, это имя я тоже почерпнул из поглощенных душ преатов и сейчас лишь глубже сопоставлял полученную память с реальностью окружающей меня. План, которым правил Престол, превосходил площадью сотню миров, подобных Асшору, вместе взятых.

И это была лишь доступная моему восприятию часть.

Города преатов тянулись до горизонта. Белоснежные башни поднимались на десятки вёрст, соединённые сияющими мостами. Над ними плавали целые острова, на которых высились храмы, арсеналы и огромные накопители энергии, словно живые сердца великих элементалей.

Между городами текли реки жидкого света.

В небе двигались исполинские конструкции, похожие на многокрылые храмы. Некоторые из них были больше столицы мира Асшора. Вокруг каждого такого сооружения вращались кольца защитных формаций.

Величие этого места отрицать было невозможно. Как и силу его владыки.

Престол однозначно являлся сущностью A ранга неизвестного уровня. Учитывая размеры плана Святого Илиастера и тысячелетия его правления, количество накопленной им мощи могло оказаться поистине чудовищным.

Однако сам Престол давно не являл себя миру. Он оставил бремя власти Совету и ушёл в иные планы бытия. По крайней мере, именно в это верили тысячи преатов, чью память мне удалось прочесть.

Возможно, так оно и было. А возможно, Престол никогда никуда не уходил.

И все же сейчас это не имело значения, так как и толики истинной опасности я не ощущал, как было при моей встрече с Богами мира Ссшорс и Перакат.

Поэтому, куда важнее были перспективы, открывавшиеся с каждым ударом сердца. Перспективы, развернувшиеся передо мной.

Враг не ожидал вторжения на собственную территорию, даже помыслить о подобном не мог. Преаты привыкли считать верхний план неприкосновенным. Их легионы уходили покорять чужие земли, а жители городов продолжали жить так, словно ни одно порождение нижних слоёв не способно подняться столь высоко вдоль оси Бездны.

Моё появление стало для них невозможным событием. Впрочем, в подобной отчаянной атаке не было большого смысла. Как минимум для кого-то другого. Ведь здесь армии измерялись даже не сотнями легионов, их казалось даже невозможно сосчитать.

Разумеется, яркую сигнатуру демонического Бога уже обнаружили.

В отдалении вспыхивали сигнальные формации. Над городами пробуждались щиты. Тысячи разумов одновременно устремляли внимание в мою сторону. Боевые соединения покидали храмы и спешили, как выразилась бы Лея Фрет, оказать мне противодействие.

Но они опаздывали.

Совершив от врат ещё два рывка и преодолев почти тысячу вёрст, я открыл переход в собственный домен.

Реальность Святого Илиастера сопротивлялась, но все же дала слабину и разошлась, открывая мне путь в мою тайную обитель, потребовав лишь немного больше энергии душ.

Я шагнул в мой домен и закрыл прокол за спиной. Затем ускорил течение времени. А перед этим всех находившихся в домене подданных я заранее выделил в отдельный слой реальности, изолировав их от меня. Они не должны были попасть под ускоренное воздействие времени, и что главное помешать мне с пробуждением артефакта. Два параллельных, что главное изолированных друг от друга слоя я мог поддерживать, и лишь за каждый из них пришлось бы заплатить отдельно, за каждый день их существования.

При этом я был обязан соединить в итоге эти две изолированные друг от друга слоя реальности. Способ работы был схож с тем, как проходил бой со старым риклошем, вот только если я сам не находился в одном из созданных слоев реальности, то выбирать в этом случае какой из них останется не нужно было. Мы просто существовали параллельно друг другу, две ветви расходились, словно мы находились по разные стороны зеркала и затем сходились воедино.

С боевой точки зрения выгоды в таком функционале было не много, так как по ту сторону алтарь защитить я уже бы не смог. Да и поддерживать несколько ветвей реальности на постоянной основе было банально бы дорого. А вот защитить моих подданных в случае опасности, это мне более чем могло помочь. Способ использования деления слоев реальности был не самым очевидным, поэтому я не сразу в нем разобрался, но после вынужденного переселения моих верующих в мире Тесэр, во время пробуждения источника В ранга, об этом я думал очень много и найти изящное решение все же смог.

В итоге, в одном из слоев реальности остался только я. И артефакт, ради которого я был готов рискнуть одной из возможностей пробуждения алтаря.

Ускорение времени в тысячу раз стоило недёшево. За одни внутренние сутки предстояло заплатить 10000 единиц энергии Силы души. В реальном слое пространства же пройдёт немногим больше минуты.

Ресурсы у меня имелись. На данный момент в запасе оставалось 27198,8 единицы энергии Силы души. Не все порождения Бездны подходили для снятия проклятия Тхазара, поэтому часть их душ приходилось поглощать телом демонического Бога, пополняя собственные резервы.

Впрочем, целые сутки мне не понадобятся. Я собирался управиться значительно быстрее.

Возможности, открывавшиеся в плане Святого Илиастера, превосходили самые смелые предположения. Но именно поэтому следовало подготовиться особенно тщательно. Одна ошибка могла закрыть для меня путь в верхние планы света навсегда.

При том что Преаты не пользовались благами Системы. Хотя благами их называть, разумеется, не следовало. Да и сами воины света именовали ее однозначно – «Пожирателем». Что в целом отражало истинную суть Системы. Но это были лишь мои мысли и приятное подтверждение моих собственных умозаключений.

И все же отсутствие уровней не делало воинов света слабыми. Они пошли путём, в чём-то напоминавшим избранное мною направление развития.

Преаты не растрачивали драгоценные ресурсы на чрезмерное усиление тел младших слуг. Они развивали источники. Создавали артефактное оружие. Обеспечивали воинов артефактами и объединяли их энергию в единое целое.

Почти каждая когорта обладала аналогом малой хоругвии, отремонтировать которую я так и не сумел. Пока хотя бы в одном энергетическом источнике воинов оставалась крупица энергии света, формация поддерживала жизнь смертельно раненых бойцов. Отсечённые конечности продолжали двигаться, пробитые сердца, работать, а разрушенные источники восстанавливались за счёт силы товарищей.

По отдельности преаты не впечатляли. И отдельные разведчики, которых на осколке мира Сейлоста удалось уничтожить, это подтверждали. Но в строю они превращались в единый организм. И это касалось лишь рядовых существ E ранга.

Тогда как самыми опасными были вовсе не они.

Чудовища, условно относящиеся к C и B рангам, не уступали настоящим титанам. Некоторые даже превосходили их, если судить по воспоминаниям простых преатов, поглощенных мною.

Одни только Высшие элементали света C ранга представляли серьёзную угрозу. Их энергетические запасы казались практически неисчерпаемыми. Они веками накапливали силу в собственных телах, а затем обрушивали её на врага, не опасаясь истощения.

И все же, чтобы воспользоваться сокровищами этого плана, мне требовалось преимущество. Не грубая сила. Разум. Интеллект, способный преодолеть третий божественный предел в пятьсот пунктов.

Решение было непростым.

Но ждать, пока я накоплю двести миллионов очков Системы, в нынешних обстоятельствах оказалось бы контрпродуктивно. Сейчас в моём распоряжении находилось лишь 576123 ОС. Недостаточно. Я даже близко не подобрался к нужной сумме.

А возможности плана Святого Илиастера были доступны здесь и сейчас. Точнее, только здесь и только сейчас.

Я рисковал потерять один из способов пробудить центральный алтарь. Но безвозвратно утраченными могли оказаться и сокровища плана света.

Какая из развилок судьбы важнее?