Текст книги "Игры с шейхом. Книга 1 (СИ)"
Автор книги: Леона Хард
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)
– Помни...-замолчала, едва Артур перехватил мои руки на мече и сжал запястья настолько сильно, что хрустнули сдавленные пальцы. Я придержала стон, не показала боль, но оружие, как и требовалось, выронила со своеобразным звоном на землю.
Обезоружив меня, второй рукой мужчина надавил мне на лопатки и подтянул меня к себе.
Я не успела дать согласие. Ничего не успела, даже испугаться, как ощутила покалывание щетины на лице и теплое дыхание на губах... Удивленно раскрытыми глазами посмотрела на переносицу мужчины и поразилась наглости. Его язык ловко пробрался сквозь губы, дерзко подтолкнул мой, заставляя ответить на игру. В тоже время я, аккуратно положив ладони на грудь мужчины, пыталась определить, что чувствовала. Но не успела сделать вывод, поскольку Артур повалил меня спиной на землю, а сверху придавил огромным, тяжелым телом и выбил воздух их легких.
Это был просто поцелуй. Я согласилась на поцелуй, но не на это...
Паника затопила, в горле застыл крик, я промычала в его губы о протесте.
– Подожди...подожди...– отвернулась от поцелуя, но язык и его губы мешали, затыкали рот и не давали нормально сказать.
– Артур, я не хочу! – панически закричала.
Стеснение исчезло, и я неподобающе перешла с "вы" на "ты". По имени он не разрешал себя называть, но какая к дьяволу субординация!?
Я мычала в его рот о просте, но принц не слышал, оглох, ослеп. Мужчина невероятно тяжелый, его не сдвинуть, своим весом полностью вдавил меня в землю.
Что делать? Как остановить большого, возбужденного мужчину? Когда его рука погладила по бедру и направилась к резинке лосин, поняла, что несмотря на мой скулеж, останавливаться Артур не собирался.
Рукой начала щупать траву, стараясь не привлекать внимание. Что-то нащупала. Мягкая ткань... Моя сумка с камнем. Подтянула ее за лямку. Сжала покрепче и шарахнула ею Артура по голове. То ли по затылку, то ли сбоку. После чего мужчина обмяк и еще сильнее придавил весом. Потребовалось много сил и неуклюжих попыток, прежде чем удалось скатить мужское тело с себя и отползти к дереву. Оттуда, отчаянно дыша, посмотрела на завалившегося лицом в землю будущего шейха.
Распалился с одного проклятого поцелуя!
За покушение на принца меня убьют, приговорят к казни – это очевидно. И папе достанется.
Слезы почему-то проявились от паники. Не знала куда деться, куда бежать и о чем просить. Повернуть время вспять? А дальше что? Я бы не согласилась на предложение составить компанию? У меня не было выбора и мы бы все равно пришли к этому эпизоду – сижу возле поваленного дерева, мну пальцы и выворачиваю их до хруста.
Вскоре осторожно, боясь, что он все же притворялся, на коленях подползла и прислонила руку к его шее. Есть пульс. Жив. Но неожиданно зацепилась взглядом за темное пятно, видневшееся сквозь темные волосы на виске мужчины.
У меня не было средств первой помощи, способных спасти, поэтому требовалось позвать лекарей, но прежде сорвала мужской капюшон и придавила им ему висок. Голову ему развернула на другую сторону, чтобы кровь поменьше лилась.
Схватила сумку и побежала во дворец. В процессе бега сильно оцарапалась: на лице, ногах и руках чувствовала болезненные порезы от ветвей. В распущенные волосы впутались листья и ветки. Дорога заняла гораздо меньше времени, чем обычное спокойное путешествие до тайного озера. Как и в обычные дни, когда по ночам с Антуаном и другими детьми воинов убегали из комнат и забирались в темный лес за приключениями, я решила идти не через центральный вход дворца, а воспользовалась канатом, который подвешен на каменном шпиле подоконника рядом с моим окном.
Из своей комнаты я направилась к отцу через общий коридор третьего этажа, жители которого спали поздней ночью. Забарабанила в знакомую дверь, и тут же открыл сонный отец:
– Дочь? Ты? Почему не в кровати? – папа задумчиво погладил длинную густую бороду, а узнав меня, приобнял за плечо и впустил к себе в покои.
Я бегло осмотрела темную комнату и разобранную смятую кровать. Села на ее край, локти поставила на колени, а ладонями обхватила лицо, после чего доложила отцу всю историю. Пришлось сознаться в ночных побегах из дворца с соседскими девчонками и парнями, а также в том, что, возможно, убила принца.
Надо отдать папе должное, он не накричал, не наказал. Велел сидеть в комнате и не открывать. Как и была грязная, растрепанная, укуталась в отцовское одеяло, но это не помогало согреться, до сих пор трясло. Лежа на боку, я долгие часы смотрела в окно и наблюдала за солнцем в ожидании приговора.
Папа пришел поздно, когда день был в самом разгаре. Ключом открыл собственные покои и уставший, взмыленный, сбросив капюшон с лица, пошел ко мне. Шаги резкие, явно взвинченные, прыгающие, подсказывающие, как тот испуган. Но не успел отец дойти до кровати, как в дверь застучали с такой силой, будто собирались ее проломить.
– Под кровать, – прошептал отец и указал, куда следовало прятаться. Я незамедлительно нырнула под нее и спустила пониже покрывало, чтобы не было видно.
Едва улеглась лицом в пол, как дверь открылась, и послышались тяжелые шаги. В комнате две пары ног, кроме отца.
– Слушайте, командор! – произнес ОН. От его голоса внутренности свернулись в узел. – Чтобы ни одна живая душа, кроме нас троих, не знала о подробностях ночи. Для всех любопытных я попал в лапы ягуара и из схватки вышел пострадавшим, но победителем. Я очень советую, командор, пресечь любые слухи о том, что меня могла ранить Сопливая! Девчонка! Ее зовут Роза, то ли рыжая, то ли брюнетка, в темноте не разглядел. Похоже, работает прислугой во дворце, вряд ли она бы добралась из деревни до леса. К сожалению, мне надо отбыть к себе, но ВЫ обязаны найти эту девчонку и доставить мне. Казнить ее не надо. Я сам казню! А если не исполните, я даже думать об этом не хочу, мой отец будет крайне огорчен, что вы не обеспечили мне безопасность на вашей земле. Может разразиться "межземляной" конфликт... Мне бы этого не хотелось, я думаю, и вам тоже.
Артур вынес приговор.
4. Предсвадебные хлопоты
POV Артур
Южные земли стояли на ушах от небывалой вести – дети из двух великих родов девятнадцатой и тринадцатой земель объявили о дате свадьбы. Прежде чем с пробитой головой вернуться к отцу, мы с отцом Клариссы условились о праздновании великого торжества ровно через три месяца. Оно предположительно продлится пять дней и будет включать увеселительные мероприятия, как для гостей высшего сословия, проживавших во дворце, так и для простого народа – простолюдин из деревень. Жонглеры, клоуны, шоу акробатов – любое развлечение для самых избалованных южан. Столы будут ломиться от изысканной дорогой еды. На празднование торжества во дворец шейха тринадцатой земли приглашены и ближайшие соседи. Отец решил пустить пыль в глаза всему миру.
Это будет самая богатая, пышная свадьба за последние сто лет, которая запомнится на долгие годы.
Пока полным ходом шла подготовка, я занимался обычными делами – на одну из деревень напали бедуины. Пришлось возглавить отряд обороны.
Случай на озере занозой засел в голове и бесконечным зудом постоянно беспокоил. Червем сжирал мои мысли и оставлял после себя гнев. Даже во время нападения на бедуинов лишь кровавое месиво и полный упадок сил заставлял забывать о внутреннем черве, который ел изнутри. Это раздражало! А не способность найти мелкую девчонку или разгадать ее хитрость (ведь не могла же провалиться сквозь красный песок к смерти?), заставляло пребывать постоянно в ярости и быть взвинченным.
Прошло около восьмидесяти дней с приключения на озере, а также приобретения нового шрама на голове.
Однажды рано утром на поле боя прибыл гонец из тринадцатой земли. Раз в неделю их военначальник присылал людей с информацией о результатах поиска нищенки. Никто не смеет проламывать мне голову и уродовать без того искалеченное тело. Я обычно казню за попытку меня убить, и ее ждала та же участь.
Мы готовились к бою с бедуинами, когда гонец из тринадцатой земли, как и обычно, осторожно спешился с коня. Послушно присел на одно колено и склонил голову:
– Мой принц, известий нет!
Известий нет??? Нет??? Известий нет о мелкой девчонке, посмевшей поднять на принца руку? Бешенство клокотало в груди, оно разрослось и бурлило, становилось неистовым. Оно требовало выхода наружу. Умоляло отпустить себя, дать волю. И увидев склоненную голову гонца, принесшего плохую весть о поисках нищенки, я отпустил свое бешенство. Не сдержал меча, руки задрожали на его рукояти. Поднял и со всей силы опустил оружие, острием целясь в гонца...
Мой меч звякнул о чужое оружие и не достиг цели.
– Артур, я прошу попридержи силы для боя! – мой единокровный брат, пожалуй, имел право сказать слово.
Я не убил гонца, но весь гнев на Розу я вымещал в решающем бою с бедуинами. Рубил головы, пронзал вражьи сердца и лёгкие ударами меча. Рвал человеческую хрупкую плоть и чувствовал удовлетворение. Экстаз от ощущения всесилия. Сколько сил! Столько агрессии, и все благодаря незнакомке Розе, она как источник моей бесконечной ярости!
Но в тоже время из-за полученных новостей во время сражения я потерял концентрацию. Был невнимателен и получил очередное ранение – распороли правую сторону лица от уха до подбородка. Из-за мелкой дряни, которая не оставляла мыслей, я получил уже два ранения! Идея найти ее стала почти главной целью, даже женитьба и возможность постепенно прибрать к рукам тринадцатую землю померкли в сравнении с первым желанием.
После едва окончившегося боя, сидя возле костра с дрянной похлебкой, весь в мыле, с заштопанной щекой, смывал с меча обычной тряпкой кровь и останки врагов. Напротив меня, снимая порезанную, пропитанную потом и кровью рубаху, на ковре, скрестив ноги, сидел брат Ярин. Златокудрый, голубоглазый любимец женщин. Выплюнув раскрошенный зуб на красный песок, он тяжелой ладонью похлопал меня по плечу и заявил во всеуслышание:
– Ты голодный Зверь Красных Песков! – после чего раздался дружественный смех побитых, но одержавших победу воинов. Один я не поддался веселому настроению, но прозвище втайне порадовало.
С той войны с бедуинами я получил прозвище «Зверь Красных Песков», как саранча распространившееся из уст в уста. Не успел с победой вернуться домой, как во дворце воинов встречал простой народ из деревень. Встречали, как защитников Земли, восхваляли наши заслуги и просили впредь Красного Зверя защищать их от врагов.
POV Лиля
Близилась дата свадьбы Артура, и ,вероятно, это его немного отвлекало от моей поимки. Единственное, о чем я думала – это о проклятиях на свою и голову Артура, ведь тот ловко заговорил рассказами о войне и своим мечом, и на мгновение я ослабила защиту. Позволила мужчине прикоснуться к себе.
В центральной деревне, самой близкой ко дворцу, часто встречались посыльные разгневанного принца. По пыльным улицам перемещались люди в одеждах со знаменами-нашивкой рода Бонифациев – буква «Б» в круге с датами образования семьи. А на главной торговой площади на доске объявлений, да на каждом углу и столбе с незажженными факелами были гвоздем вбиты объявления о розыске особо опасной преступницы, обвиненной в разбое с её приблизительными данными. Портрета не было. На листе обозначились: примерный цвет волос (то ли брюнетка, то ли рыжеволосая); рост метр семьдесят (как подсчитал мой рост?); зеленые глаза; худощавого телосложения; особая примета – ямочка на подбородке.
Невзирая на приказ и угрозы со стороны Артура Бонифация, отец как мог скрывал меня от неминуемой гибели. Со временем у меня появился хороший способ маскировки – изображать из себя юношу. Поскольку я привыкла общаться с мужчинами – знакомыми папы, то успела достаточно хорошо их изучить и в связи с этим мой план оказался легко осуществим. Для маскировки пришлось постоянно носить мужскую одежду – лосины и рубахи. Кудрявые волосы заплетала в косу и собирала на затылке в пучок. Наши мужчины-воины часто заплетали волосы в несколько кос. Грудь затягивала специальным тянущимся корсетом, созданным для воинов с травмированными спинами. Со временем молодые девушки, встречавшиеся в деревнях, увидев меня на базаре среди воинов, или того же Антуана, делали вывод о моей принадлежности к мужскому полу. Призывно строили глазки и пытались познакомиться. Я удачно научилась копировать мужскую походку, тренировалась под наблюдением Антуана. Главное правило – ни в коем случае не вилять бедрами! А то, как шлюха, хожу – порадовал друг, однажды обозвав мою природную грацию – недостатком. Благодаря высокому росту в сравнении с девушками удавалось смотреть на прекрасный пол сверху вниз, но также приходилось понижать голос, делать его грубым.
Эмоции из голоса изъять! Говорить коротко и ясно! «Да», «Нет», «Обдумаю».
Мужчины-воины только с близкими людьми проявляли эмоции, а на людях не привлекали внимания. Отец злился, что дочери приходилось притворяться мальчиком, но также понимал необходимость маскировки. Думаю, он не оставлял надежды поскорее сбыть меня в надежные руки, желательно в богатые и сильные.
***
Незадолго до дня свадьбы с Кларой стали твориться странные изменения: утрата аппетита, плохой сон, рассеянность. Лекари, как один, твердили о предпраздничной меланхолии. Обычный страх невесты покинуть родной дом, стать женой и матерью.
Решила я как-то раз проследить за красавицей в нежно-голубом платьице. Поначалу всего лишь хотела отвлечь подругу от беспокойств. Постучавшись в деревянную дверь, ждала её выхода:
– Доброе утро! У меня возникла чудесная идея покататься на твоих любимых лошадях! – предложила ей, долго улыбаясь и ожидая реакции. Подруга в комнату подозрительно не пустила, зато сама вышла в коридор.
– Я спешу, Лиль, давай чуть позже поговорим! – отмахнулась от меня, стоявшей возле ее покоев. Обогнула, будто я статуя, и вприпрыжку направилась по коридору спального третьего этажа (и это при условии, что вчера от нервов у нее поднялась температура на ночь, а сейчас прыгала?).
Я скрестила руки под грудью и долгим настороженным взглядом проводила игривую походку, а также её руки, которые словно рисовали линии в воздухе. Судя по всему, она напевала себе под нос и, видимо, выводила танцевальные па руками. Очень подозрительно...
Клара невнимательная, немного ветер гулял в ее белокурой головке, поэтому слежки в моем лице не заметила. Я проводила ее по лестнице дворца... на выход... по центральной дороге... затем по поляне под густые деревья...глубже в лес и ближе к каменным стенам, охранявшим оазис и дворец от врагов. Там находилась единственная конюшня.
Я ведь тоже ее приглашала покататься!
Спрятавшись за ближайшим толстым деревом, присела на корточки и притаилась. Но Клара пошла не в конюшню, а за нее. Чтобы получше расслышать и увидеть, что творилось между задней стеной конюшни и каменной стеной, я тихонько прошмыгнула внутрь домика. К самому последнему стойлу с черногривым жеребцом по кличке Ворон. При моем приближении тот заржал и стукнул копытом. Пришлось указательным пальцем возле губ показать знак молчания. Конь умный, понимал, что требовалось. Мордой кивнул и позволил себя погладить по гладкой гриве.
Сквозь деревянные стены я расслышала шепот, даже не шепот, а скорее воркование. Интонация странная у мужчины и женщины. Следом донесся чмокающий звук. Мы с Вороном одновременно повернули головы друг к другу в непонимании. Конь при этом забавно затряс гривой, словно говорил: «Нет. Не верю. Клара не могла с кем-то целоваться!» С виду смешно, но кажется даже жеребец понял – дело плохо.
Прислонив ухо к стене и приглядевшись к зазору между досками, я увидела маленький стог сена, на котором валялись двое. Клара и наш конюх в рабочей грязной одежде. Только не это!!! От ужаса и ощущения нехватки воздуха в легких зажмурилась, прогоняя вид парочки на сеновале. А лбом тихонько начала стучать по деревянным балкам.
Нет! – Ударила лбом.
Нас убьют! – еще один удар лбом о конюшню.
Если меня за попытку убийства Артура могли помиловать, то Клару...Если Клара посмела...сделала вот это вот действо с конюхом? Бонифаций ее убьет. Если она окажется не чиста, он выпотрошит ей кишки. И я не шучу. Я еще раз сильнее лбом стукнула по стене, отчего раздался подозрительный грохот, и парочка на сеновале внезапно крепче обнялась.
– Ты слышал? – пропищала тоненьким голоском Клара.
– Может птица? Смотри наверх...
На их вопрос я только сильнее сжала кулаки, а ногтями впилась в мякоть ладоней, представляя как впиваюсь в ее тоненькую шейку и доставляю боль. Она не могла так поступить с собой, со своим отцом и с народом.
Их свадьба нужна для поддержания мира между двумя землями.
Первым делом вспыхнула ярость настолько сильная, что хотелось обойти сарай и взять сладкую парочку, ударить лбами друг об друга, но вместо желаемого я прислонилась макушкой к стене и присела на корточки.
Ее любовь скоротечна. В один день влюблена в Артура – своего жениха, а сегодня в конюха. За какие грехи наш народ заслужил настолько ветреную принцессу? Я сидела в конюшне на протяжении их свидания. В течение этого времени кроме поцелуев ничего постыдного больше не заметила, что крайне обнадеживало.
Я дождалась, пока принцесса решит ближе к обеду отправиться во дворец. Перехватила ее на середине пути и зажала между деревьями.
Невинная Клара удивленно захлопала ясными глазками:
– Лиля, откуда ты здесь? Как... – она не нашла правильный вопрос и замолкла. Возможно начала понимать, что поймана на месте преступления. Я– ее охранник и обязана слушаться, но сегодня я напирала, прижимала ее спиной к шершавому стволу, а ладонью вжимала ее плечо в кору дерева. Нависала тенью над глупышкой:
– Что ты вытворяешь, Клара? Понимаешь, что тебе отрубят голову, если жених узнает?
Принцесса повела раздраженно плечиком, пытаясь стряхнуть мою ладонь, фыркнула надменно, скрывая страх. – Я ничего не делаю. А он сам виноват, потому что не ценил меня. За четыре года ни одной влюбленной весточки, Лилечка, ты понимаешь, какой он равнодушный? Холодный, не разговорчивый. С ним невозможно!
Я примерно согласна с ее утверждениями, но что поделать? Теперь понятно, по какой причине невеста впала в меланхолию перед свадьбой. У нее появился любовник или поклонник в лице конюха, который в отличие от принца раздавал комплименты. Конюх, конечно, хорош собой. Высокий, статный, с широким разворотом плеч и милой улыбкой с ямочками на щеках, призванной покорять женские сердца...Но это не столь важно!
Я покрепче сжала плечо принцессы, заставив ее от боли начать вырываться, но не отпустила, не позволила сбежать от нотаций:
– Я понимаю одно, Клара, осталась неделя до свадьбы, и очень надеюсь, ты не успела совершить непоправимое. Иначе нам всем конец...
5. Зверь Красных Песков
POV Артур
За два дня до свадебного торжества вместе с приближенными людьми я прибыл во дворец невесты. После нескольких месяцев кровопролития, плохого сна на красном мертвом песке без каких-либо удобств, требуемых человеку, я занял место на одном из трех роскошных кресел, пил вино и вкушал северные лакомства. Смотрел танец живота наложниц шейха в ожидании прихода самого правителя и его дочери. Я прибыл несколько часов назад, а невеста до сих пор не встретила будущего господина – это приводило в еще большую агрессию.
Между длинными прямоугольными столами, ломящимися от изысканных блюд, соблазнительно виляли бедрами молодые служанки, в просвечивающихся нарядах из разноцветного шелка. Ткань покрывала молодые тела от шеи до пят, как вторая кожа, настолько прозрачная, что демонстрировала женскую грудь с темными вершинами сосков, ягодицы и небольшой курчавый треугольник на лобке. Лица и волосы девушек покрыты платками в цвет одеяния, но глаза оставались открытыми.
Служанка наклонилась, подливая из кувшина красное вино, одновременно показывая молодое, сочное тело настолько близко, что видны волоски на лобке и родинка около соска на правой груди. Я не сразу понял, а только через час после начала вечера о том, что искал среди служанок ту девчонку. Вдруг ее хорошо скрывали? Только зачем?
– Вам ещё что-то нужно, мой господин?– девушка улыбнулась под повязкой, но не спешила уходить и идти к следующему гостю – к брату Ярину. К сожалению, это не беглянка. Я бы мог развлечься и с этой, но телом слишком сильно владела усталость.
– Можешь быть свободна, – отпустил служанку и увидел отблеск разочарования – исчезнувшую улыбку, но девушка послушалась и переместилась с кувшином в руке к моему брату.
Через некоторое время, размышляя о будущей жене, сделал вывод, что не прочь с ней пообщаться. Она хороша собой – светловолосая куколка с голубыми глазами, ее тело совершенно и удовлетворило бы самого избирательного мужчину. Будут красивые дети, но надеюсь смекалку позаимствуют не от жены. Женщина обязана заботиться о комфорте в доме и воспитывать детей, остальное не ее забота.
Вскоре в зале осталось мало трезвомыслящих гостей, тогда же одинокий тесть спустился по центральной лестнице. Его долго не было, я устал ждать драгоценную невесту. Она должна заботиться обо мне и ублажать. Непослушание в дальнейшем следует выбить кнутом, уж слишком долго заставляла себя ждать.
– Артур, я не знаю, как вам сказать! – мелкие глазки шейха, как у крысы, испуганно забегали по моему лицу: в особенности по шрамам, напоминавшим о жестокости сражений; остановились на пальцах, выбивающих раздражённо по столу, выдавая мою нервозность и едва сдерживаемый гнев.
Осознав мое нетерпение, Шейх поспешил ответить:
– Моя дочь пропала.
Как пропала!?
Я действительно заволновался. Встал с кресла и начал нервно выходить из-за стола, не веря, что кто-то бесстрашный позволил себе тронуть моё.
Это моя женщина, и никто, кроме меня, не мог прикоснуться к ней, сделать плохо или оскорбить, ведь она – будущая мать моих детей.
Мы несколько часов безрезультатно разыскивали Клариссу, хотя я валился с ног и когда уже планировал с армией отправиться из оазиса в деревню, то в комнате невесты на тумбе обнаружили случайно завалившийся между складками бархатной ткани клочок бумаги с посланием:
"Папа, очень прошу не злиться и попытаться понять. Я вас очень люблю. Я всегда была послушной дочерью, любила и уважала вас, руководствовалась вашими наставлениями, но мой будущий муж за четыре года не прислал мне ни одной весточки. Ни одного вопроса о моём здравии. Мы совершенно посторонние друг другу, и я не хотела бы остаток дней провести с равнодушным ко мне человеком. Прошу вас понять."
Я был поражён красноречием невесты. С ее слов я выглядел крайне отвратительным.
Если судить по водянистой пленке слез на глазах собеседника, то шейх собирался заплакать, тер большими пальцами увлажнившиеся ресницы, веки, сжимая драгоценный свёрток с посланием к груди, и смотрел на меня в ожидании решения – приговора.
Я должен помиловать или не помиловать? Я бы помиловал... возможно...вполне вероятно. Не знаю, как оно было бы, если бы на утро после той ночи маленький сопляк в деревне, стоя возле фонтана, не показал на меня грязным пальцем и громко не закричал:
– Это же с рогами. Как ты его обзывал, а, пап? Это рогоносец, точно! – отец поспешил закрыть рот парня ладонью и с опаской затравленно посмотрел на меня. По деревне быстро пронесся слух, что невеста вместо встречи со мной, сношалась с грязным, вонючим конюхом. Оказалось в ту ночь дочь шейха скрывалась у него дома в деревне.
Слух быстро распространился, а я стал главной новостью среди всех земель – Артур Бонифаций, следующий Шейх девятнадцатой Земли, стал рогоносцем ещё задолго до женитьбы!
Конечно, речи о свадьбе теперь не было, но я велел в течение трех дней доставить Клариссу ко мне во дворец. Она должна ответить за ложь.
Наш конфликт давно зрел, прорастал, как уродливый цветок. Я давал шанс этой Земле исправиться и отдать мне глупую женщину Клару, но шейх пренебрег народом, который молил его отдать эту ш****, а не развивать конфликт между землями, но отцовское сердечко сжалилось над дурочкой. Зато отдало народ, как кусок мяса, мне на растерзание ,чтобы я мог вонзиться в них зубами и разорвать на ошметки.
Из-за глупой женщины наступила война. Я не потерплю оскорбления от шлюхи, которая не способна держать юбку не задранной.
– Я утоплю их землю в крови! – стоя на балконе в день своей предполагаемой свадьбы, поклялся уничтожить, разобрать на песчинки их красные земли и захватить их оазис вместе с дворцом. А заодно самостоятельно поискать беглянку. Ведь не была она миражом из-за количества выпитого вина. Я был почти трезв, может немного одурманен...
POV Лиля Зверь идет! Зверь идет! Зверь идет! Кричали жители тринадцатой земли от мала до велика. От служанки до жителей дворца. В ужасе закрывали рты, а другие наоборот вопили на улице. Родители прятали маленьких детей в погребах домов.
Около года длилась война на нашей земле, наступил голод, напали страшные болезни, а песок пропитался кровью. Постепенно зверь завоевывал деревню за деревней, приближаясь к центру – к оазису земли.
К концу первого года во дворец хлынул оставшийся живой народ из деревень и спрятался за его стенами – последней надеждой на спасение. Мы превратились в тени прежних себя – череп, обтянутый синюшной кожей. Если раньше я была худого телосложения, то теперь руки и ноги по толщине больше похожи на детские конечности. Черты лица стали совсем острые, ни капли женственности, разве что осталась ямочка на подбородке.
Поздно ночью осада дворца временно закончилась. Звуки стрельбы затихли, а раненные или больные люди пытались уснуть. И я тщетно пыталась заснуть.
В моей комнате легкая занавеска всегда приятно шелестела на ветру и создавала небольшую мелодию – колыбельную, которая сегодня ночью внезапно нарушилась. Сбилась с музыкальной ноты.
Это насторожило.
Я затихла на боку, лежа спиной к окну, выровняла дыхание, поплотнее прикрыла веки, создавая видимость, что крепко сплю. "Колыбельная песня" шторки сфальшивила из-за того, что кто-то залез в окно и отогнул ее. Мужские ноги встали рядом с кроватью. Кто-то за спиной продвигался ближе к кровати. А я тем временем нащупала под подушкой мой любимый камень, при помощи которого спаслась от Артура, и сейчас ждала, когда же враг подойдёт. Мужчина пытался быть незаметным, еле слышным.
Главное вовремя успеть. Едва воин наклонился, как я, почувствовав его рывок, перевернулась на другой бок, уйдя от удара. Меч пронзил перину, а я успела нанести один короткий удар камнем ему в висок, после чего тот упал лицом на кровать и перестал двигаться.
Быстро, убрав волосы в пучок и надев корсет, рубаху и лосины, побежала по коридору в сторону папиной комнаты. Враги пробрались за ворота, через стены, они вошли в оазис – в сердце нашей земли. Тысячу лет стены спасали нас от врагов, а теперь пропустили...
Я без стука вошла в темную комнату, где на кровати лежал отец. Крепко спал?
Я медленно шла но носочках, стараясь не создавать лишнего звука, шума или грохота. Невидимой цепью меня тащило к кровати, где тихо лежал мой родитель. Слишком темно, чтобы разглядеть его очертания, но позвать я боялась. Отчего же я медлила? А вдруг услышу тишину в ответ на зов? Слишком страшно узнать правду, поэтому мелкими шажками продвигалась все ближе и ближе.
Тьма нежно обнимала и любезно провожала к белым простыням, позволяла самой посмотреть и удостовериться. Она же тихо шептала на ушко вместе с ветром: «Вот твой отец, девочка. Иди к нему. Ближе. Еще ближе.»
И я послушно шла, слыша, отчаянный женский крик из коридора, а потом еще один и еще один.
Убийцы подкрались к жителям дворца! Пробрались по нашим стенам. Звон стали и крики звучали за пределами комнаты, а я, как оглушенная или контуженная на голову, слепо шла к папе. Не дойдя до кровати, протянула дрожавшую руку к отцу. Да что же она трясется?
Мне даже не надо смотреть на кровать. Я заранее поняла. На белых простынях капли крови, а в груди отца – смертельная рана, глаза широко раскрыты и смотрят, будто живые. А на губах кровь, словно рот наполнен кровью, и ее излишки струйкой стекали по щеке, шее и на белую простынь.
А я же равнодушно, спокойно без эмоций подняла меч , который отец хранил под кроватью. Второй рукой прикрыла мертвые глаза отца и пошла также медленно, как и до этого. Люди в коридоре бежали в одних сорочках или вовсе полуголые, воины поднимали мечи, а я одна не спешила. Куда спешить? Когда впереди вечность для сна.
Мне не удастся, как заботливой дочери, поплакать над могилой отца. Он не увидит, как меня берут в жены и не понянчит моих детей. Не увидит мир мертвыми глазами.
Меч скоблил по полу и создавал противный звук, под который я равнодушно шла, даже не плача. Некогда плакать, а то можно пропустить картины, как умирают жители дворца, как стены окрашиваются кровью. Я смогла пройти по коридору и по винтовой лестнице до первого этажа. Может, уже выглядела не живой, и поэтому враги не убивали?
В зале в нашем сердце оазиса заняли места Его воины. Хватило сил поднять тяжелый меч и со всей силой вонзить в шею воину, что стоял на пути. Но в следующую секунду меч у меня выбили из рук, а в нос ударил чей-то локоть. Я тут же захлебнулась в крови, прижала ладони к разбитому носу, а пальцы все красные. По губам и подбородку сразу потекли струи крови. Меня толкнули в грудь, и я рухнула назад на ступень, ощущая холодное лезвие меча возле шеи.
– Мелкое отродье!? Не возможно! Это ты? – я посмотрела слепо вверх на возвышавшегося воина, плохо понимая кто он. – Поразительное безрассудство! Напасть на кучку воинов в одиночку! Ты глуп или бессмертен?
Лезвие исчезло, зато горло сдавила рука, и я, задыхаясь, открыла рот, безуспешно пытаясь вдохнуть. Хоть глоток. Хоть один.
Он поднял меня на ноги всего одной рукой. И поднимал выше и выше.
– Хочешь жить? – его слова доносились глухо, как сквозь стену. Хватка на горле становилась крепче, воздух прекращал поступать, кончиками пальцев ног я перестала доставать до пола. Я поднималась все выше на вытянутой руке Артура. Перед глазами поплыли черные мушки, глаза от удушья закрывались.
– Хочешь жить!? – повторил громче, поднимая мое худое, изможденное тело над ступенькой. С высоты я видела замерших врагов, наблюдавших за своим начальником.
– За...за..зачем мне...жить? – хрипло спросила у стеклянных глаз.
Действительно, зачем, если больше ничего нет. Нет земли, нет дома, нет отца, нет друзей. Наша земля заживо похоронена красным песком. Какой смысл жить? Тут же хватка полностью сдавила шею и подняла еще выше. Мое лицо стало красным, я чувствовала огонь в голове, замельтешила ногами, задергалась конвульсивно и попыталась отнять его пальцы, сжимавшие горло. Дышать нечем! Я билась и билась в его руках, пытаясь вырваться. А он внезапно поставил ногами на ступеньку и притянул меня за горло поближе к своему лицу. Тщательно осмотрел, пока я захлебывалась и хрипела. Он долго смотрел на мое лицо и отчего-то медлил. Не душил до конца. Не давал мелкому отродью задохнуться.
