Текст книги "Дело о жёлтых хризантемах (СИ)"
Автор книги: Лариса Куницына
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
– Возможно, – пробормотал лис, сползая с кровати. – Но учти, что пьяный кумихо – это стихийное бедствие похуже зимнего шторма. Ты готов к этому?
– Если ты разрушишь этот замок, мы поедем в другой. Так что не проблема.
И взявшись за руку, которую протянул ему лис, Марк поднялся. Они вместе отправились на террасу, где уже был накрыт стол. При виде нарезанной крупными ломтями копчёной оленины и зажаренного гуся, глаза Джин Хо радостно вспыхнули и, усевшись за стол, он тут же притянул оба блюда к себе. Правда, от вина, романтично называемого Рыцарской кровью, он отказался.
– Я не пью бренди, Марк, – закапризничал он. – Это слишком крепко для меня, и заметив неподалёку Модестайна, щёлкнул пальцами: – Эй, парень, принеси мне грушевого вина! И красного винограда! Ты что, не знаешь, что к сыру подают виноград? Ещё подают груши, но груш я пока не хочу, наелся. Давай быстро! Всему учить надо!
– А я выпью, – пожал плечами Марк, наливая в свой кубок вино. – Мне нравится его вкус, и хоть оно действительно крепко, но веселит душу и избавляет от тревог.
– Ага, – усмехнулся Джин Хо. – Как говорил некий сочинитель, вино наполняет сердце человека радостью, а радость – прародительница всех добродетелей.
– Правда? – рассмеялся Марк. – Наверно, неплохой сочинитель!
– Ты был бы удивлён, если б прочёл его творения.
– А это что?
Марк нахмурился, увидев кинжал, который Джин Хо вытащил из ножен, чтоб нарезать гуся. Кинжал был необычный, с длинной рукояткой в виде рыцаря, опирающегося на обнажённый меч, полумесячной гардой, рога которой, отделанные странными золотыми знаками, были загнуты к клинку. Сам клинок двусторонней заточки был выкован из серебра. Его украшали надписи на неизвестном языке, а возле самой гарды располагалась отделанная позолотой пентаграмма.
– Ну, Марк, – обиженно заныл Джин Хо, когда он взял у него кинжал, чтоб рассмотреть. – Ты должен мне его подарить! Там на стенах полно оружия, есть куда больше и дороже, с золотом и драгоценными камнями! А я взял самый маленький и скромный! Он мне нужен!
– Ты взял его в оружейном зале?
– Ну да… – обиженно надув свои детские губы, подтвердил лис. – Когда ты возился с этой мёртвой девицей и утешал своего приятеля, который живёт тут под чужим именем. Мне понравился этот кинжал! Он совершенно неуместен там. На стенах зала боевое оружие, и я не претендую на него, хотя там есть несколько вполне приличных экземпляров. Но этот кинжал – церемониальный! Ты всё равно не знаешь, как им пользоваться. А я знаю!
– Для чего он? – спросил Марк, разглядывая маленького серебряного рыцаря в круглом шлеме.
– Для убийства всяких тварей, вроде вампиров и оборотней. Сразу говорю, на меня он не подействует! Я не тварь, я кумихо!
– Я понял.
– Ты ведь подаришь мне его? Ну, Марк! – снова заканючил лис.
– Забирай, – усмехнулся Марк, возвращая кинжал. – Я действительно не знаю, к чему мне эта детская игрушка и как с её помощью можно убить оборотня? Лезвие длиной с мою ладонь.
– Пуля ещё меньше, – усмехнулся Джин Хо и, получив свой кинжал, взялся за ножку гуся и ловко отделил её от тушки.
Вскоре появился Модестайн с подносом, на котором, помимо кувшина с грушевым вином, стояло блюдо с виноградом, и друзья, наконец, подняли кубки, провозгласив тост за дружбу.
Ужин удался и спустя час, они уже сидели, задумчиво глядя на раскинувшийся внизу зелёный сад, в котором пели птицы и ветер шелестел в листве, покачивая ветви, на которых золотились спелые плоды. В какой-то момент Марк перевёл взгляд на лиса и усмехнулся.
– Не перестаю удивляться, до чего ж ты хорош, Джин Хо. И в девичьем обличии ты краше иных дам, причём настолько, что сумел вскружить голову моему несчастному Жоану. Пусть он юн и неискушён в делах любви, но всё же так увлечься парнем, приняв его за девицу… Как тебе это удалось?
– Ты думаешь, он первый, кого я дурачил подобным образом? – пожал плечами лис. – Люди по своей природе наивны или порочны, и на этом всегда можно сыграть, изучив их природу. А кумихо – прирождённые притворщики, мы лишены предрассудков и стыда, потому предстанем перед вами в том образе, какой вы желаете видеть, лишь бы получить от вас то, что нам нужно.
Марк невольно бросил взгляд на кинжал, лежавший рядом с блюдом, заполненном обгрызенными костями.
– В таком случае, почему ж ты оставил короля в покое? Ведь не оттого же, что испугался угроз?
– Я осторожен и потому до сих пор жив. Но дело не только в этом.
– А в чём же ещё?
– Об этом меня просил ты, – Джин Хо задумчиво взглянул на него. – Я подумал, что представляет для меня наибольшую ценность, и принял именно такое решение.
– О какой ценности ты говоришь?
– А что, по-твоему, представляет для меня наибольшую ценность? Что вообще имеет ценность в этой жизни? Деньги? Их можно отобрать, украсть или, на худой конец, заработать. Они приходят и уходят, текут сквозь лапы, как вода. Хорошо, когда они есть, но и без них можно обойтись. Другое дело – те, кто рядом с тобой: лисы, демоны, люди, неважно… Просто те, с кем тебе хорошо. Многие из тех, кто живут долго, устают от потерь и предпочитают не привязываться к смертным, чтоб не испытывать боль, теряя их. А я ценю каждого, кто приносит тепло в мою жизнь. Я ценю каждый день, каждый час, проведённый с друзьями и любимыми, потому что знаю, что однажды случится непоправимое, и их больше не будет рядом. Особенно это важно с людьми, они самые хрупкие и недолговечные создания в нашем мире. Правда, последние столетия на Земле умирают всё реже, и многие мои друзья продолжают здравствовать, оставляя мне надежду на новую встречу. И всё равно ещё есть те, встречи с кем похожи на краткий миг счастья, который нужно выпить до дна, как бокал дорогого вина, насладившись его ароматом, вкусом и послевкусием. Ты понимаешь меня? Я говорю о том, что твоя дружба для меня ценней, чем все сокровища вашего мира. Потому не спрашивай, почему я оставил в покое вашего юного короля и стараюсь не создавать тебе проблем. Я просто хочу выпить и эту чашу до дна, прежде чем мне всё здесь надоест, и я навсегда покину ваш мир.
– Звучит печально, – заметил Марк, наполняя свой кубок.
– Какие вы все нетерпеливые, – вздохнул Джин Хо, – вечно вы торопитесь жить. Я говорю тебе о том, что остаюсь с тобой, а ты думаешь, что будет дальше.
– Да, ты прав, наша жизнь коротка и всё равно мы слишком торопимся прожить её.
– Не будем о грустном! – запротестовал лис. – Нет более жалкого зрелища, чем грустная лиса. Давай выпьем и подумаем, как поразвлечься! Может, проедемся верхом по лесу или разбудим твоих рыцарей и устроим драку?
– Прости, – Марк провёл рукой по лбу. – Боюсь, я слишком много выпил, и хоть проспал полдня, меня снова клонит в сон. Так что обещанные безобразия придётся отложить на другой раз.
– Как скажешь, – кивнул Джин Хо и, взяв со стола свой кинжал, облизал длинным языком серебряный клинок, после чего сунул его в ножны. – Иди спать, а я пойду, побегаю по лесу, чтоб к утру добраться до своей норы и поспать немного до завтрака.
Он поднялся и ушёл с террасы. Марк проводил его взглядом и встал, но неожиданно пошатнулся и схватился рукой за стол, но потом его взгляд упал на кувшин с Рыцарской кровью, он усмехнулся и, покачав головой, выпрямился. Добравшись до своей спальни, он не стал тратить время на то, чтоб раздеться, потому что ему невыносимо хотелось спать. Упав на кровать, он тут же уснул.
Его сон был тяжёлым, он чувствовал духоту и головную боль, порой ему становилось трудно дышать. Наконец, он проснулся и посмотрел в окно. Там было всё так же светло. Наступил второй светлый день. В этот раз он даже не подумал, чем займётся сегодня. Поднявшись, он замер, почувствовав подступившую тошноту. Перед глазами поплыл туман, но потом ему снова стало легче.
– С этим вином нужно быть осторожнее, – пробормотал он. – Оно слишком крепкое.
Обернувшись, он посмотрел на кровать и увидел, что Мадлен там нет. Позвав Модестайна, он велел ему принести холодной воды, чтоб умыться, но от завтрака к тревоге юноши отказался.
– Вы бледны, – заметил тот, внимательно взглянув на него. – Может, вам лучше прилечь?
– Иди, займись чем-нибудь, – проворчал Марк и вышел из спальни.
Он прошёл по анфиладе комнат туда, где была спальня Орианны. Он надеялся, что девушке уже стало лучше, и она хотя бы очнулась, но нет, она всё так же лежала, закрыв глаза, заботливо укрытая одеялом.
– Ты не знаешь, где моя жена? – спросил он сиделку, выслушав её рассказ о том, что за ночь с его кузиной ничего не случилось, ни плохого, ни хорошего.
– Она была здесь, – ответила женщина. – Пришла совсем рано и велела мне пойти и немного отдохнуть. Она сидела вон там, у окна, а когда я вернулась, сказала, что здесь душно и она поднимется на крышу, подышать свежим воздухом.
– На крышу? – Марк был удивлён.
Он даже забыл о своём недомогании и с удивлением взглянул на кресло возле приоткрытого окна. Там рядом на столике до сих пор стояла плетёная шкатулка с нитками, и лежали пяльцы, в которые был вставлен лоскут белого полотна. Рядом с ними в красивой вазе стоял большой букет белых хризантем.
– Откуда тут эти цветы? – спросил он, подойдя к столику и принялся перебирать их и вдруг замер, увидев среди белоснежных цветков ярко-жёлтый.
– Я не знаю, – удивлённая тревогой, прозвучавшей в его голосе, ответила сиделка. – Я не заметила, когда этот букет появился здесь. Я несколько раз выходила ночью, но ненадолго. Мне нужно было принести чистую воду и забрать у доктора Шарле отвар.
– Дьявол! – прорычал Марк и выбежал из комнаты.
Он шёл к лестнице, едва не переходя на бег, но уже на первых ступенях почувствовал, как тяжело ему двигаться. Лишь тревога за Мадлен заставляла его упрямо карабкаться наверх. Зачем ей идти на крышу, если совсем рядом лестница, которая ведёт в сад? Сколько времени она просидела у окна, вдыхая ядовитый аромат спрятанной среди белых жёлтой хризантемы?
Он, наконец, добрался до площадки на крыше и замер, глядя на одинокую фигуру, застывшую на высокой тумбе балюстрады. В следующий момент откуда-то донёсся истошный женский вопль, налетел порыв ветра, и женщина на парапете пошатнулась
– Мадлен! – крикнул Марк и бросился к ней.
Он видел, как она обернулась, её бледное заплаканное лицо и тёмные, как омуты, глаза, после чего она упала вниз. Он рванулся туда и вдруг почувствовал сильную боль в груди, словно кто-то вонзил клинок в его сердце. Его колени подогнулись, в глазах потемнело, и он рухнул без чувств на холодные каменные плиты.
– Марк! Марк, очнись! – он сквозь туман слышал настойчивый голос Джин Хо.
Кто-то весьма бесцеремонно хлопал его по щекам.
– Что с ним, господин Хуан? – раздался рядом испуганный голос Эдама.
– Не скули, я уже сделал всё, что нужно. Сейчас он очнётся.
– Это то, что вы делали, приведёт его в чувство? Это какое-то шарлатанство!
– Это акупунктура, глупый щенок, – проворчал лис и залепил Марку уже вполне ощутимую пощёчину.
– Зачем вы его бьёте! – возмутился оруженосец.
– Пользуюсь возможностью, – буркнул Джин Хо.
Марк уже пришёл в себя. Он судорожно вздохнул и, наконец, вспомнил, что произошло. В следующий момент он открыл глаза и, отчаянно взглянув на Джин Хо, державшего на своих коленях его голову, рванулся, чтоб подняться.
– Мадлен! – прохрипел он. – Что с ней?
– С ней всё в порядке, – лис положил ладонь ему на грудь и осторожно, но решительно надавил, укладывая обратно. – Она в спальне, с ней лекари. Но я не думаю, что там что-то серьёзное.
– Но она упала со стены!
– Я видел. Нам повезло, что как раз в это время я на всех четырёх лапах возвращался из леса и вышел к реке. Я услышал этот мерзкий вопль, а следом твой крик, поднял глаза и увидел Мадлен на парапете. Потом она упала.
– И…
– Левитация – не мой конёк, но я хорошо прыгаю. Мне удалось перехватить её на лету в нескольких метрах над водой. Я немного порвал зубами её платье, и мы искупались, но она цела. Я на спине донёс её до ворот и передал слугам, а сам поднялся сюда, прихватив с собой этого идиота.
– Эй! – обиженно воскликнул Эдам.
– Ничего личного, – фыркнул лис, который всегда предпочитал оставлять последнее слово за собой.
Марк бессильно откинулся на его колени и тоскливо взглянул в блёклое небо. Его мутило, и голова была тяжёлой.
– Что со мной? – прошептал он.
– Тебя снова отравили, – спокойно ответил Джин Хо.
– Опять? – возопил Эдам.
– Ага, – лис уверенно кивнул. – Все симптомы налицо: кожа бледная, холодная и влажная, зрачки сужены, аритмия, тахикардия, затруднённое дыхание, нарушенная ориентация. Сухость во рту есть? Тошнота? Вот, весь букет. Хотя ты и не девица, но кто-то вознамерился избавиться и от тебя. Ты и дальше собираешься взирать на это с благородным смирением? Тебе нужен удар топором по голове, чтоб понять, что в твоём доме орудует убийца, и пора принять меры, чтоб обезвредить его?
– Что ты предлагаешь?
– Если ты найдёшь его и отдашь мне, я его съем.
– Я думал, что ты подскажешь, как его найти.
– Я тебе помогу, но сперва обещай, что отдашь его мне!
– Нет! – Марк мрачно взглянул на Джин Хо, но тот только пожал плечами.
– Ну и ладно. Я всё равно тебе помогу. Эй, парень, иди сюда! – обернулся он к Эдаму. – Его нужно отвести вниз, чтоб лекари осмотрели его. Я б и сам, но забыл дома свою аптечку.
Эдам тут же опустился рядом на колени и подставил свои плечи. Джин Хо легко и аккуратно приподнял Марка и закинув одну его руку на плечи юноши, вторую уложил на свои. Они спустились вниз, отвели его в небольшую гостевую спальню и уложили на кровать. Потом появились лекари. Они действовали дружно и после осмотра какое-то время шушукались в стороне, после чего доктор Шарле подошёл к Марку.
– Ваше сиятельство, – произнёс он. – Мы обсудили симптомы отравления и пришли к общему заключению, что вы были отравлены довольно распространённым в этих местах ядом, который называется Волчья роса.
– Что за яд? – мрачно уточнил Джин Хо, с явным подозрением взглянув на лекаря.
– Его извлекают из недозрелых коробочек мака, растущего в горах.
– Ну да, похоже на то, – кивнул он и присел на кровать рядом с Марком. – Я тоже подумал, что это похоже на отравление опиатами, но понятия не имел, что подходящие цветочки растут в твоих горах, друг мой. Что ж, могу тебя успокоить. Если ты не помер сразу, то уже не помрёшь. Тебе нужно просто отлежаться, всё пройдёт само собой.
– Мы могли бы приготовить противоядие, – начал было Резон, но Джин Хо покачал головой:
– Хватит с него отравы. Отлежится и будет как новый.
– Но ему же плохо! – воскликнул стоявший за спинами лекарей Эдам.
– Это потому, что его организм непривычен к приёму этой дряни и остро на неё реагирует. Доза была не так велика, если он не задохнулся, бреда у него я тоже не заметил. Главное сейчас исключить повторный приём яда, а для этого нужно понять, как он его получил?
– Как? – Марк задумался. – Понятия не имею.
– Я кое-что заметил, когда зашёл в спальню, чтоб посмотреть, как там Мадлен… Скажи, ты пьёшь по утрам крепкое вино?
– Я похож на сумасшедшего?
– Да вроде нет. Хотя чёрт вас разберёт… Я это к тому, что в спальне на столике стоял кувшин, тот, из которого ты наливал себе за ужином. Я ел то же, что и ты, и хоть яды меня не берут, я должен был почувствовать лёгкое недомогание. Но не почувствовал. Зато я не пил бренди, который ты опрокидывал кубками.
– Погоди. Впервые что-то подобное случилось после обеда, когда выпил первый кубок. Я почувствовал усталость, и мне захотелось спать.
– Значит, яд в вине. А вчера вечером ты явно перебрал, вот тебе и стало плохо. Кто ж мог тебя отравить? Ты сказал, что вино прислал маркиз Арден?
– Зачем Лорентину меня травить?
– А я откуда знаю?
– Незачем. Мы всегда были хорошими приятелями, не ссорились. К тому же его провинция соседствует с Лормом, и ему выгодно иметь такого соседа, как я.
– Он может претендовать на твои земли?
– Нет.
– Может, ты чем-то задел его?
– Если только познакомил его с тобой!
– По-моему, этого недостаточно для попытки убийства, – с серьёзным видом заметил Джин Хо. – Ладно, хоть мне и не нравится этот звероубийца, примем как версию, что это не он. Тогда это кто-то в доме.
– Я не пью вино по утрам. На службе мне нужна ясная голова. Если кто-то принёс кувшин в мою спальню утром, то он надеялся, что я снова выпью.
– Логично, – пробормотал Джин Хо. – Если б ты пил его понемногу всё время, как ты обычно пьёшь, то действие было бы не таким заметным, но куда более опасным. Никто не предполагал, что ты выпьешь за раз несколько кубков, и это вызовет острое отравление.
– Я выясню, кто принёс вино в спальню, – предложил Эдам. – Где хранится бочонок, кто имеет к нему доступ.
– Хорошо, – кивнул Марк, подумав, что сам вряд ли в силах заниматься расследованием, а потом перевёл взгляд на всё так же стоявших возле постели лекарей. – Что с моей женой?
– Мы осмотрели её сиятельство и не нашли никаких повреждений. Она была без сознания, но теперь спит, – ответил Шарле. – С ней её горничная Элиза.
Марк кивнул, и лекари удалились, о чём-то беседуя. Марк какое-то время лежал, глядя на тёмные доски балдахина над кроватью, а потом посмотрел на Джин Хо и взял его за руку.
– Ты спас мою Мадлен. Я навеки в долгу перед тобой.
Джин Хо грустно кивнул и тихонько сжал пальцами его ладонь.
– Знаешь, у меня за мою долгую жизнь было много жён: кумихо и обычных лис. Иных я уже не помню, а иных не забуду никогда. Не так давно я встретил на Священной горе самую прекрасную лисичку из всех, что видел в жизни. Она была маленькой, хрупкой и нежной, как лепесток цветка. Её мех искрился на солнце, как вершины гор, а глаза были глубоки, как океан. Она была кицунэ. Так зовут кумихо, живущих на островах. У них свой язык и свои традиции, но между влюблёнными нет границ. Я увидел её и влюбился без памяти. Мы были очень счастливы. А потом она покинула меня. Она служила какому-то демону и была искренне привязана к нему. Она вернулась к своему хозяину и забрала одного из наших детей, остальных оставив мне, – Джин Хо замолчал, опустив голову и Марку показалось, что в его глазах блеснули слёзы. Потом он снова заговорил: – Когда я узнал о её гибели, мне казалось, что моё сердце умерло вместе с ней. Я не хочу, чтоб что-то подобное случилось с тобой.
– Это тяжело, – прошептал Марк. – Мне уже пришлось потерять возлюбленную. Она умерла из-за меня, и я до сих пор не могу простить себе этого. Я сочувствую тебе. А что случилось с тем лисёнком, которого она забрала с собой?
Джин Хо усмехнулся.
– Мне кажется, она выбрала его, потому что он больше других был похож на меня. Хитрый и живучий. Он выжил и остался с тем демоном. Тот заботится о нём в память о его матери. Но иногда этот маленький прохвост навещает родню. Ведь именно его нам нужно благодарить за знакомство! Это он прорыл нору из вашего мира на Священную гору и рассказал о ней мне.
– Правда? – Марк усмехнулся. – Надеюсь, у меня будет возможность поблагодарить его за это. А теперь, я, пожалуй, встану и пойду, посмотрю, как там Мадлен.
Джин Хо оценивающе взглянул на него и кивнул.
– Идём, я провожу тебя на случай, если у тебя снова подкосятся ноги.
Но его помощь Марку не потребовалась. Он вошёл в спальню и, подойдя к кровати, на которой под тёплым белым одеялом лежала Мадлен, присел рядом. Какое-то время он смотрел на её бледное напряжённое личико, а когда из-под ресниц появилась слеза и побежала по виску, он осторожно вытер её пальцами. Мадлен вздохнула и приоткрыла глаза.
– Ты узнаёшь меня, ангел мой? – спросил он, склонившись к ней.
– О, Марк, – всхлипнула она, но он покачал головой.
– Пожалуйста, не начинай снова. С чего тебе взбрело в голову прыгать с крыши? Ты чуть не утопила Хуана, когда он спасал тебя. Разве так можно? Что случилось?
– Мне было так грустно, – прошептала она. – Я подумала, почему я такая несчастная. Мне вспомнилось, как я осталась одна в огромном страшном городе на руках с ребёнком, а Филипп приходил лишь для того, чтоб отобрать у меня с трудом заработанные деньги. Я днём и ночью сидела за шитьём, мои руки были исколоты иголкой, а глаза видели всё хуже, а он только унижал меня.
– Но ведь это всё в прошлом. Теперь с тобой не он, а я…
– Мне было так страшно и так грустно, когда ты уехал на войну с королём Ричардом. Я очень боялась, что тебя убьют. И даже если ты вернёшься, то даже не вспомнишь обо мне. Я – лишь случайность в твоей жизни… Няня умерла, у меня остался только Валентин. А я почти каждый день ходила в храм святой Лурдес и молилась о том, чтоб она сохранила тебя в бою.
– Твои молитвы были услышана ею, она не раз спасала мне жизнь, чтоб я мог вернуться к тебе.
– Но кто я, Марк? Я всего лишь младшая дочь провинциального барона, но даже он отрёкся от меня. А ты – друг короля и…
– Мадлен, – перебил он. – Мы женаты не первый месяц, ты помнишь об этом?
– Но ты чуть не оставил меня, когда узнал, что я солгала тебе о том, кто был моим мужем. Ты кричал на меня и схватил за руку. Валентин так испугался и долго плакал потом, когда мы вернулись в наш маленький бедный домик.
– Но мы же во всём разобрались, я сам просил тебя остаться со мной и ты осталась. Я думал, что ты счастлива.
– Я не знаю, – она снова заплакала.
Марк растерянно посмотрел на Джин Хо, который сел на сундук, приставленный к изножью кровати.
– Бесполезно, – проговорил лис. – Это то, что называют сглазом или тоской. У неё депрессия, и память подсовывает ей грустные воспоминания, которые в свою очередь подпитывают её печаль. Это скоро пройдёт. Хорошо, что она очнулась и узнаёт нас. Наверно воздействие чар было не таким сильным.
– Ах, да, я совсем забыл! На сей раз жёлтый цветок был спрятан в букете белых хризантем, стоящем на столике у окна, где она занималась рукоделием.
– Тогда не думаю, что это заклятие было направлено на Мадлен, скорее, кто-то снова пытался воздействовать на Орианну.
– Бедная девочка… – пробормотала Мадлен. – Мне её так жаль, – потом она вдруг приподнялась и села, вытирая слёзы рукой. – Я что, совсем с ума сошла? Прыгать с крыши! Какая глупая! А что было бы с Валентином, с тобой и с нашим малышом?
– Каким малышом? – насторожился Марк и заглянул в глаза жене. – Ты о чём?
– Ну, я… Хотела тебе сказать, но всё это… – запинаясь пробормотала она. – Я б всё равно сказала, но понимаешь…
– Пойду, заберу оттуда тот злополучный букет, – усмехнулся Джин Хо, поднялся и, указав сидевшей возле кровати горничной на дверь, вышел.
Он прошёл по анфиладе в комнату Орианны и взглянул на столик, где до сих пор стояла шкатулка для рукоделия и лежали пяльцы, но букета не было.
– Где цветы, что стояли здесь? – спросил он, повернувшись к сиделке.
– Их забрала дама, жена управляющего, – ответила та. – Она зашла спросить, не нужно ли мне чего, и как себя чувствует госпожа Орианна, но увидела букет и чего-то испугалась. Она сказала, что здесь ему не место и выбросила его в окно, а вазу забрала. Сказала, что принесёт розы.
– Что странного было в букете?
– Ничего. Разве что среди белых цветов был один жёлтый. Господин граф тоже очень разволновался, когда увидел это. С ним всё в порядке?
– Да, – кивнул Джин Хо и вышел из комнаты.
Он медленно шёл по галерее, когда увидел идущего навстречу Эдама.
– Стой, – перехватил он его, когда юноша пытался пройти мимо. – Марк занят, он с женой, и у них есть о чём поговорить наедине. Что ты выяснил?
– Должен ли я говорить об этом вам? – недоверчиво уточнил юноша.
– Конечно. Кто защитил вас от разбойников и спас твою хозяйку? Я в курсе дела и могу помочь. Итак?
– Бочонок с вином стоит в кухне, на видном месте. К нему может подойти кто угодно. Повару помогает один поварёнок, они постоянно выходят, то за водой, то за дровами, то в кладовку, то в винный погреб. На кухне в это время никого нет. Кувшин наполняет повар или Модестайн. Я поговорил с ним, он сказал, что это он принёс кувшин, так как ему велел это сделать повар. Я поговорил с поваром, он был недоволен и ворчал, что ему итак приходится готовить на чертову ораву, а я путаюсь под ногами. Потом он всё-таки сказал, что заметил, что кувшин после ужина вернули пустым, и он доложил управляющему, что вино очень понравилось его сиятельству. И тот распорядился, чтоб кувшин с вином всегда был под рукой у графа.
– То есть ничего подозрительного. Это нормально, когда вино стоит целый день в комнате?
– Да, но обычно его ставят в гостиной или в столовой, реже – в кабинете, если хозяин работает за письменным столом. Модейстайн, как обычно, поставил вино в гостиной, на случай, если попробовать его захочет кто-то из гостей. Но оно почему-то оказалось в спальне. Решайте сами, подозрительно ли это.
– Вряд ли гости зайдут в спальню хозяина дома и будут пить там вино, – задумчиво произнёс Джин Хо. – Я говорю о нормальных гостях, а не о себе… Графиня не пьёт крепких напитков, особенно теперь. Кувшин перенесли туда, чтоб выпить вино из него мог только Марк. Логично?
– Да. А кто это сделал?
– Хороший вопрос… Я иду спать, но разрешаю разбудить меня к обеду.
И Джин Хо направился к лестнице, ведущей в его башню. Эдам мрачно посмотрел ему вслед, а потом задумчиво – туда, где была спальня хозяина и, пожав плечами, отправился искать Шарля, чтоб первым рассказать ему новости.
