Текст книги "Лекарка для дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Кроу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц)

Глава 31

Я крепко держал ее руку. Несмотря на всю ее твердую решимость, я чувствовал, что она боится. Бедная Яся – ее даже слегка потряхивало от волнения. Она шла вперед, но сама то и дело бросала опасливые взгляды по сторонам.

Моя драконья сила, то, что позволит мне ее защитить, сейчас не только помогала, но и мешала. Мало было Ясе внимания из-за своей персоны, так еще люди с интересом смотрели и на меня.

Рыночная площадь была полной. Люди уже наслышались о проделках лекаря и пришли посмотреть, что будет дальше. Для сегодняшнего представления в центре даже соорудили подобие сцены – накидали деревянных бочек, сверху наложили доски. Получается, староста действительно подготовился. Мои слова подействовали на него.

Рядом с импровизированной сценой стоял сам староста, он о чем-то оживленно говорил, и я заметил, что там же стоял и травник. Да не один, а с женой и детьми. Заметив меня, он бросил опасливый взгляд. Следом то же сделали его жена и дети. Но дети скорее улыбались мне. И я улыбнулся им в ответ. Хорошие сорванцы, были бы такими родители…

– Господин дракон здесь, – донеслось до моего драконьего слуха. – Ох, – вздохнул староста. – Начинаем.

Сказал он, кинул на меня взгляд и кивнул.

От меня не укрылось, что он сильно нервничал, был бледный, впрочем, как и травник. Это и неудивительно – не каждый день приходится признавать свои ошибки еще и перед такой толпой народа.

Староста забрался на сцену первым. Толпа вокруг нас притихла, и большинство взглядов наконец были направлены на него. Я почувствовал, как Ясю начинает трясти, и сильнее сжал ее ладонь. Я старался контролировать силу – она такая хрупкая. Но я должен был показать: все хорошо, я рядом, тебя никто не обидит.

– Уважаемые односельчане, – начал он хрипловатым от волнения голосом. – Господин дракон, вы пришли, – раздалось рядом шепотом.

Это был Михаил. Я кивнул – сейчас я был не настроен болтать, а больше хотел слушать. – Нынче мы собрались здеся, дабы обсудить вопиющее безобразие, кое творилось у нас в селе много лет. Дело в том, что наш всегда уважаемый лекарь… злоупотреблял доверием!

На удивление, по толпе пошли шепотки: – Так он ж всегда заламывал цены! – Сколько мы натерпелись-то! – Неужто одумался?

Ловил я отголоски. Кинул взгляд на Ясю – она внимательно смотрела на старосту. – Все мы – пострадавшие от его действий люди, – продолжил староста. Как красиво поет! «Все пострадавшие»… – Но больше всех пострадала невинная девушка, сирота, что пыталась нам помочь! Наша знахарка Ярослава.

Бедная моя Яся вздрогнула, как только упомянули ее имя, и я положил вторую руку ей на спину. Взгляды людей стали обращаться к ней, и я чувствовал, как ее сердце бешено бьется, слышал, как она переживает. – Яся, все хорошо, я рядом, – прошептал я, пока остальные молча сверлили ее заинтересованными взглядами.

– Много лет лекарь распускал грязные слухи, пользуясь своим положением. Заставлял нас, добрых честных людей, сомневаться в порядочности девушки – а все оттого, что боялся, что наша Ярослава составит ему конкуренцию! Запрещал нам лечиться у нее, и все только затем, чтобы все свои монетки в трудной ситуации мы несли ему! – Негодяй! – Бесстыжий! – И как ему не совестно! – раздалось по толпе.

– Помимо грязных слухов, он вредил Ярославе! Портил ей жизнь, запугивал невинную девушку, создавая вид, что это мы, добрые люди, над ней издеваемся. Все мы стали пленниками его обмана!

И снова шепот прокатился по толпе, но еще более возбужденным он стал, когда на эту самую сцену вышел травник.

– Уважаемые односельчане! Я хочу подтвердить слова нашего старосты! Многие знают про мою… нелюбовь к Ярославе, и нынче я хочу принести ей свое повинение! Просить, умолять – прости меня! – сказал травник очень натурально и искренне, только посмотрел он не на Ярославу, а на меня, и, когда я кивнул, продолжил: – Ярослава несколько лет снабжала меня хорошими, свежими травами! Но наш лекарь запретил их покупать. Грозился, что не станет брать мои травы, коли я не выставлю Ярославу. А я ж понимал – без трав вы, мои односельчане, лечиться не сможете!

Еще один соловей запел. Думал, видите ли, только о народе. Я фыркнул от такого утверждения, и Яся кинула на меня взгляд.

– Пришлось мне пойти на его грязные выходки. Пришлось согласиться! А нынче хочу попросить прощения да совесть очистить! Ярослава всегда приносила самые что ни на есть добротные, чистые травы! И пущай теперь простой честный люд об этом знает!

Закончил он и с хрипом выдохнул. Видно, так долго и громко говорить утомило его. Он посмотрел на меня и снова кивнул.

Несмотря на то, что не со всеми частями его представления я был согласен, в целом он хорошо донес основную мысль.

Дальше вперед снова выступил староста. Травник же спустился и вытер пот со лба. – Ловко вышло. Молодец, – ободрила его жена, и я был рад, что они не бранятся, как обычно. Все же мое наказание возымело эффект.

– Ярослава, – снова начал староста, и Яся снова вздрогнула, – мы все просим тебя, от всего сердца, нас простить! Долгие годы ты не заслужено была нами обижена. А нынче мы искренне каемся и надеемся на твое прощение.

Люди стали кидать на Ярославу взгляды, и моя маленькая храбрая девочка, на глазах у которой наворачивались слезы, кивнула. Она простила… внутри себя. Слишком добрая, чтобы держать обиду, которую любой другой не простил бы никогда.

– Отныне лекарь заключен под стражу, – с хрипом сказал староста. Голос его стал тише – должно быть, устал кричать. – А кто нас лечить-то будет? – Нового привезут, что ль? – Коли захвораем, что прикажете делать?

Вот и закончилась часть с тем, что люди думали о Ярославе. Теперь их волновал вопрос собственного благополучия. Каков бы ни был лекарь – он был лекарь.

Внутри это вызвало отторжение. Хотя я и понимал их. У многих дети, старики… И все же – неужели на этом их стыд совсем закончился? – Помощь жителям будет оказывать Ярослава, – сказал староста и толпа застыла.

Глава 32

Люди в немом изумлении разинули рты и уставились на мою бедную Ясю. Пожалуй, для них эта фраза была более неожиданной, чем все это представление.

– В ней же нет магии, – раздалось откуда-то сбоку.

Я сделал шаг вперед. Кажется, настало мое время взять слово. Пока Яся была особенно ранима. – Но раньше ведь вас это не останавливало? – мой голос прозвучал куда громче, чем у старосты. – Она помогала вам лучше лекаря. У Яси есть опыт. Она сможет помочь, и многие из вас это знают. Даже несмотря на запреты, вы ходили к ней и принимали ее помощь. А теперь вам просто придется научиться ее ценить и уважать. Ярослава сможет вам помогать, пока не будет найден другой лекарь. Может, будет помогать и ему, когда тот появится. Но главный вопрос… Захочет ли она вам помогать? Потому что она не обязана. И захочет ли – будет зависеть от вас самих.

Твердо закончил я, и Яся подняла на меня удивленный взгляд. Я знал Ясю. Она захочет, но… Я хотел, чтобы и эти люди понимали: теперь не им воротить носы, а Ясе. А им предстоит с лихвой загладить все свое осуждение и пренебрежение, которым они одаривали ее годами.

– На данный момент я одобряю выплаты для Ярославы от нашего села, – наконец оправился староста.

Я кинул на него взгляд, и он потупил взор. Это было хорошо. Яся ведь не берет денег. А так она будет получать заслуженную плату за свою помощь. Все правильно, все так и должно быть. – На этом у меня все, – закончил староста и глубоко облегченно вздохнул.

Люди кругом стали перешептываться. Одни обсуждали, что будут делать дальше. Другие кинулись к старосте с вопросами. Я же повернулся к Ясе. – Тише, ты молодец, ты такая молодец, – сказал я.

Она подняла на меня глаза, из которых катились слезы, и улыбнулась. Она выглядела счастливой. Значит, староста справился. Хотя у меня внутри оставался один вопрос… А где лекарь? Почему он не вышел и не попросил прощения?

Впрочем, может, староста не стал заморачиваться? Тащить его сюда со стражей… Может, оно и к лучшему – сердце Яси слишком доброе, чтобы видеть то всеобщее презрение, которым его бы сейчас осыпали.

Любовь людей зачастую переменчива. Вчера они лекаря на руках носили, а сегодня линчевали на площади. Люди получили то, чего хотели, – хлеба и зрелищ, как бы топорно это ни было организовано.

Но самым главным оставалось то, что теперь вся вина с Ярославы снята. Больше она не отшельница, не ведьма. Она – та, кто помогает людям, и они это знают.

И если у кого-то не хватит совести, чтобы принять это с благодарностью, что ж… Пусть принимают через попытки задобрить единственного оставшегося человека, который может их лечить, пока не найдется другой лекарь.

– Ярослава, ты меня прости, – нарушил нашу тишину Михаил, он виновато потупил взор, – Я о тебе плохо думал. Но я исправлюсь. Если простишь... – Я не обижаюсь, – улыбнулась она. – Это все... в прошлом.

Добавила она и последнее слово у нее вышло с особым облегчением. – Спасибо, Яся, – улыбнулся он, а после посмотрел на меня, и я кивнул.

Ну вот, настал счастливый конец всей этой истории. Надеюсь, что с прощением подтянутся и остальные. – Хочешь пройтись по рынку? – спросил я, видя, что Ясе неловко. – Я хочу домой, – сказала она, и я кивнул. – Миша, тогда собери мужиков, пусть приходят работать. И спроси, может кто теперь подтянется еще. Больше народа, быстрее все починим. – Как прикажете, господин дракон, – кивнул Миша и тут же кинулся выполнять приказ.

А Яся потянула меня в сторону леса. Вокруг было слишком шумно, слишком людно. Жители еще не до конца понимали, что им делать: кто-то расспрашивал старосту, кто-то стоял и смотрел на нас – и, конечно, Ясю это пугало. Им нужно привыкнуть. И ей тоже нужно привыкнуть.

Теперь все будет по-другому, и нужно время, чтобы все поняли, как именно. А я помогу с тем, чтобы все было правильно.

Глава 33

Ярослава

На душе было тихо и спокойно. Внутри разлилось такое удивительное, глубокое умиротворение, что его не могли поколебать ни чужие взгляды, ни шепот за спиной. Даже удивительная поездка на Вороне не смогла заставить меня вынырнуть из этого теплого, защитного кокона.

Столько лет… С тех пор как умерла бабушка! Меня несправедливо обвиняли во всех бедах, в каждом ужасном происшествии. Столько лет… Меня даже с позором изгнали с рыночной площади!

Но теперь… Неужели правда все? Больше не станут бить окна камнями в глухую ночь? Не будут шикать «ведьма» вслед? Сваливать падеж скота на мои чары? Неужели соседи перестанут прятать детей, увидев, как я иду по улице?

Всю дорогу до дома я тихо плакала. Мне было легко и хорошо, а слезы текли сами – от щемящего чувства, что этому кошмару пришел конец. И все это – благодаря Кайлу!

Лошадь остановилась у знакомого крыльца, и я с удивлением заметила мужскую фигуру у стены. Некрас, работник, стоял у оконного проема, подпирая новую раму, и, должно быть услышав нас обернулся.

– Господин дракон, Ярослава, – кивнул он нам.

Кайл спрыгнул первым и подал мне руку. Я собралась спуститься осторожно, но он легко подхватил меня на руки – его ладони плотно обхватили талию, и внутри всё мгновенно вспыхнуло жаром. Вот и разрушилось моё душевное спокойствие, растворившись в этом сладком смятении. Кайл был для меня и тихой речушкой, и яркой вспышкой молнии. Он был… чем-то невероятно важным. Особенным!

– Добрый день, Некрас, – легко отозвался Кайл, будто не замечая моего смущения.

– Добрый день, – улыбнулась я, едва касаясь земли.

– А чего ты на площадь не ходил? – тут же поинтересовался Кайл, отпуская меня, но его взгляд на мгновение задержался на моем лице.

– Не люблю я эти сборища, – фыркнул мужик, отложив рубанок. – Вечно языками чешут без толку. Опять цены, поди, вздуют. У меня жинка сходит, потом весь вечер жужжит, так хоть из ее уст впервые и послушаю.

– Там про лекаря говорили. Разве не любопытно? – тут же спросил Кайл.

Некрас махнул рукой, и тень скуки легла на его обветренное лицо.

– А че про него слушать? У меня здоровье сибирское, я и не болею почти. А коли прихватит – вон, бабушка Ярославы, царство ей небесное, еще будучи живой, собрала травок разных. Заварю – и как рукой снимает. Ну его… этого лекаря-деньготряса. Одно название!

Он даже плюнул в сторону и растер сапогом комок земли.

Услышать, что бабушкины травы до сих пор в ходу и помогают людям, было невероятно приятно. Сегодняшний день был на удивление щедр на добрые знаки, и от этого внутри становилось тепло и светло. Это и вправду было началом новой жизни. Я чувствовала это всем существом – теперь всё пойдет иначе.

– Яся, я тебе нужен? – вопрос Кайла мягко вывел меня из потока мыслей. Я посмотрела на него, на мгновение не растерялась. Нужен? Очень… Очень нужен! Как воздух! – Или я могу заняться окнами?

Над головой каркнул Тео, усевшись на конек крыши. Ворон словно напоминал: дракон еще и окна вставить должен, и полы доделать. Да… Так бы он и сказал, если бы я его слышала. Но я его не понимала, и эта мысль была, пожалуй, самой грустной за сегодня.

– Да… Я пока обед приготовлю и кошек покормлю, – улыбнулась я, стараясь скрыть легкую печаль.

Магия обязательно вернется! Она должна вернуться!

– Отлично, – кивнул Кайл, и его взгляд стал твердым и решительным. – Пора положить конец этой поре темноты в доме. Ты заслуживаешь жить в свете.

Глава 34

Я хотела приготовить что-то особенное для Кайла – удивить, порадовать, отблагодарить за все, что он сделал. В голове я уже продумала, как запеку купленное им мясо с редкими травами и даже… Даже сделаю для него пирог! Но моим планам, увы, не суждено было сбыться.

Как только Кайл и Некрас взялись за установку окон, внутри дома начался настоящий хаос. Глухие удары молотка, скрежет выдираемых старых гвоздей, грохот отваливающейся штукатурки, резкий запах вековой пыли, поднявшейся густыми клубами… Казалось, сам дом стонет и трещит по швам.

Кайл что-то бормотал себе под нос, хмурился, оценивая работу. В основном он был молчалив и сосредоточен, а вот Некрас… Пару раз от него я услышала такие отборные ругательства, каких не слышала, пожалуй, еще никогда.

– Вы уж простите, но вырывается, – сказал он растерянно, когда я покраснела. А Кайл одарил его говорящим взглядом. Кажется, в отличие от Некраса, Кайл умел ругаться одними только глазами.

Но хаос здесь творили не только люди, да драконы, но и мой пушистый отряд. Мои кошки, обычно любопытные до всего, в ужасе разбежались. Рыжик шипел из-под лавки, черная Буря метнулась на печь, а маленькая Белка, дрожа всем телом, чуть не вцепилась когтями в мою юбку. Пришлось спасать свою пушистую семью. Я собрала в охапку самых перепуганных и выскользнула во двор. Тишина и свежий воздух, ну что может быть лучше?

Работа, однако, продвигалась быстро. И неспроста. Через час к Кайлу и Некрасу подошли еще мужики. И не только Михаил, а еще пара парней, которых я не знала. Кинула взгляд на кружащего Тео – он-то наверняка всех знал. А вот я… Ладно, главное, что все они пришли и активно работали. На месте зияющих дыр красовались аккуратные новые рамы, а Некрас начал замазывать щели густой смесью глины и пакли.

Было бы очень гостеприимно всех покормить, да и кошки голодные… Но раз в доме я готовить не могу, то разогрею кашу, которую приготовил Кайл! И добро не пропадет, и накормлю всех. Ведь Кайл наготовил точно не на двоих, а на целый отряд! Целый котелок! И разогреть его не составит для меня труда. Кайл уже подготовил во дворе удобное место для костра – выложил несколько плоских камней, оставил рядом припасенные поленья. От меня требовалось только разжечь костер, подвесить котел на железный треножник и помешивать густеющее содержимое, чтобы не пристало ко дну.

Пламя делало свое дело! Огонь лизал бока котелка, а воздух постепенно наполнялся теплым запахом каши и масла. Даже Тео перестал кружить и сел на полено рядом, внимательно наблюдая за тем, как я помешиваю наш обед. Кайл был прав: еда, приготовленная на костре, имела особый вкус.

То и дело бросала взгляды в сторону мужчин. Они что-то шутили, говорили, работали. Я не решалась подойти – для меня все еще было странно, что люди вот так приходили ко мне днем, не шептались, не кидали косые взгляды и не тыкали пальцами. Все еще странно… Но как только каша будет готова, переборю себя и предложу всем обед. Если они отважились. Пришли, сделали первый шаг… То и я должна.

Помешала кашу и снова посмотрела в сторону мужиков – и чуть не выронила ложку. Кайл скинул с себя пальто и закатал рукава рубашки, словно на дворе было лето!

– Что же это такое! Заболеет! – вырвалось у меня. – Не заболеет, Яся, он дракон. Его греет магия, – не согласился со мной Тео. – Что-то магия его не спасла, когда я…

Я застыла, повернувшись к Тео, и тот тоже застыл. Мы с удивлением посмотрели друг на друга. В груди что-то екнуло, перевернулось и застыло. Потом сердце принялось биться так громко, что, казалось, его стук слышно по всему двору. – Тео… – голос мой сорвался на шепот. – Скажи что-нибудь. – Каша… – раздался такой знакомый и любимый голос! – Каша, – повторила я, и теплая волна накрыла меня с головой. – Каша! – вырвалось у меня с громкой, почти безумной радостью. – Каша сгорит, Яся! – взмахнул крыльями Тео. – Каша!

Повторил он, и я, ойкнув, схватилась за раскаленную железную ручку котелка. И сделала это очень зря… Боль тут же пронзила меня до костей.

Я вскрикнула, отдернула руку, и котелок с глухим лязгом рухнул на камни. – Яся! Яся! – закаркал Тео, взлетев надо мной, – Ясенька, как же ты так!

Слезы от боли тут же выступили на глазах. Я сжала обожженные ладони, ожидая, что боль сейчас нахлынет с новой силой… Но ее не было. Только холодное покалывание, будто под кожей пробежали тысячи крошечных искр. Я разжала пальцы, боясь увидеть красные, покрытые волдырями пятна. Их не было. Кожа была цела – чуть розоватая, как после легкого трения, но без единого следа ожога.

– Яся!

Кайл оказался рядом в одно мгновение. Он схватил мои руки в свои, его лицо… Он был так напуган! Его глаза бегло осматривали мои ладони в поисках травмы, но… – Руки… – начал он, и его голос дрогнул. Он вздохнул с облегчением. – Я уж подумал, ты серьезно обожглась.

Он поднял на меня взгляд, полный облегчения, а я… я не знала, что сказать! – Ярослава, ты в порядке? – тут же оказался рядом Некрас. Я выдавила улыбку. – Да, я… Чуть не обожглась, испугалась но… вовремя опомнилась и… Все хорошо, – промямлила я. – Аккуратнее, прошу, – тихо сказал Кайл и медленно отпустил мои ладони. Его пальцы слегка задержались на моей коже, будто проверяя ее целостность еще раз.

А я со всех сил старалась удержать эту нелепую улыбку на лице. Тео молча наблюдал с ветви, его перья все еще были взъерошены от испуга. Я и сама не понимала, что произошло… Была острая, настоящая боль, а потом… все исчезло.

Кулон… Положила руку на грудь. Он все еще на месте. Но ведь это была магия! С ней происходило что-то… Непонятное! Она то пропадала, то проявлялась. Ее не сдержал даже кулон! Я украдкой взглянула на Тео. Он молчал, но, кажется, мысли его были там же, где и мои.

А как… Как я выгляжу? Как я? Или уже как берегиня? – Яся, ты точно в порядке? – снова спросил Кайл. Он смотрел на меня. Как… на меня! Значит, выгляжу как обычно. Но внутри все переворачивалось. Магия… С моей магией явно что-то происходило. Что-то, чего я не контролировала и не понимала. Она больше не была просто тихим, дремлющим даром. Она была живой, отзывчивой, способной на странные, внезапные всплески – то исчезая, то возвращаясь в самый неожиданный момент. – В порядке… – соврала я, ведь представления не имела, то, что происходит со мной, – порядок или нет?

Глава 35

Яся

Мой дом еще никогда не выглядел так плохо. Хотя нет… не так. Он всегда был таким, просто раньше, без окон, этого не замечалось.

Я сделала шаг вперед – и почувствовала себя в чужом месте. Пыль, грязь, паутина, пресловутые дыры в полу – все это теперь обрело четкие, безжалостные очертания и казалось во сто крат хуже.

Взгляд упал на старое зеркало, затянутое пылью после установки окон. В нем стояла я – и одновременно не я. Чужая.

Ладонь потянулась к кулону. Он был на месте, но… черты лица менялись. Глаза стали зеленее – не светились, но оттенок углубился, стал насыщенным. Скулы заострились. А взгляд…

Это была я, но магия уже просачивалась сквозь кулон, будто тот не мог больше удержать ее.

Я протянула руку – и кончики пальцев мимолетно вспыхнули мягким светом. Я не успела его удержать, но он был. Реальность, которую уже было невозможно отрицать.

– Вот и магия вернулась, – сказал Тео, устроившись на раме зеркала. Он внимательно смотрел на меня.

– Я рада, – честно выдохнула я, – рада, что магия возвращается. И что снова слышу тебя. Все же магия, как оказалось, – это огромная часть меня.

– Магия не просто возвращается, – поправил ворон. – Она стала сильнее. Скоро ты не сможешь ее скрывать.

Я кивнула. Тео лишь озвучил то, что я и сама понимала. Я еще ничего не сказала Кайлу, но скоро… скоро узнают все.

– Нужно рассказать дракону, – произнес Тео, читая мои мысли. – Он поможет.

– Я… я хочу рассказать, – прозвучало неуверенно, и я тут же попыталась исправиться: – То есть, я расскажу.

– Не «хочу», а «сделаю», Ясенька, – мягко настоял Теодорич. Он склонил голову набок, изучая мою реакцию. – Тебе не надо бояться. Дракон позаботится о тебе, я знаю. Я, может, и молод для людей, но для ворона – стар, и во мне есть та самая старая мудрость, которая позволяет видеть то, чего ты пока не замечаешь.

– И что же?

– То, как он смотрит на тебя, когда ты спишь. Как поправляет прядь волос. Как произносит твое имя. Яся… дракон тебя любит.

Эти слова прозвучали как удар грома. Я застыла, и мир вокруг словно вымер, оставив только бешеный стук сердца.

Не то чтобы я об этом не думала… но услышать это вслух, даже от Тео, было волнительно.

– И ты любишь его, – без колебаний добавил ворон. – Вам осталось только признаться друг другу.

От его слов по лицу разлился жар. Стоило ли спорить? Я никогда не была влюблена. Но Кайл… Все эти чувства, это смятение внутри, его прикосновения… Тео был прав. Это была простая и пугающая истина. И если он ко мне не равнодушен… то это уже точно не просто дружба. Я знала, что признаюсь, но от этого не становилось менее страшно.

– Я так рада, что снова слышу тебя, – искренне прошептала я, протянув руку и коснувшись его головы. Тео позволил себя погладить, прикрыв глаза. – Я… я скажу Кайлу все сегодня вечером, когда все уйдут. Не хочу больше лгать. И… будь что будет.

Тео каркнул.

– Не «будь что будет», а «все будет хорошо».

– Хотелось бы в это верить, но…

– Никаких «но», Яся. Я знаю – будет хорошо. Дракон любит тебя…

– Он не знает настоящую меня, – вырвалось мое самое глубокое опасение. – Он не знает, кто я на самом деле.

– Он знает тебя, – твердо сказал Тео. – С кулоном или без. Ты – добрая, заботливая, нежная. Твоя светлая душа – сама лучшая твоя часть, и он это видит.

На глаза навернулись предательские слезы – не от страха, а от облегчения, что наконец-то могу все обсудить с Тео. От его слов мне становилось намного спокойнее.

– Спасибо, – от всей души сказала я.

– Все будет хорошо, я это точно вижу, – уверенно повторил ворон.

Я кивнула, стараясь поверить его словам.

В комнате воцарилась тишина, которую нарушал лишь доносящийся извне стук топора – Кайл работал во дворе. После того как он установил окна, он сообщил мне, даже не так… спросил, не буду ли я против, что он возьмется делать загон для Ворона, а полы тогда сделает завтра.

Конечно же, я была только за.

Бедному Ворону было тесно в сенях. Днем он мог гулять на улице, но ночью держать животное в таком маленьком пространстве было бы пыткой.

Кошки все еще не оправились от потрясения после установки окон, так что здесь остались только мы с Тео. А еще пыль, засевшая в складках занавесок, и вековая грязь, которая теперь так отчетливо проступила на стенах.

Я утерла слезы в уголках глаз и окинула взглядом дом. До вечернего разговора еще есть время. А пока…

– Думаю, не мешало бы нам прибраться, – уверенно сказала я.