Текст книги "Лекарка для дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Кроу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 27

Я металась, как зверь в клетке, от окна до двери в безумной надежде, что защита Кайла хоть где-то даст брешь.

Дым заполнял избу, и с каждой секундой дышать и видеть становилось все сложнее. – КАЙЛ! – закричала я, словно дракон мог услышать. Но сейчас, в плену опасности, мне было больше некого звать. Он был единственный, кто мог помочь, и его не было рядом.

Вокруг стоял гам: конь бил копытами в стойле, ворон метался, кошки выли и шипели. Я оказалась в самом сердце своего кошмара – и была абсолютно бессильна. – Кайл! – снова вскрикнула я и закашлялась. Дым впивался в легкие, выедая воздух.

Магия! О, как мне сейчас нужна была магия! В этом хаосе я закрыла глаза, пытаясь успокоиться, выровнять дыхание. Но ничего не вышло. Совсем ничего. Меня трясло, воздуха не хватало, а магия… Она не отвечала. Будто ее и не было никогда. Внутри – пустота, ни единой искры. Снова и снова я взывала внутрь себя. Я читала молитву, кричала, умоляла. Бесполезно. Изба тонула в дыму. Голова кружилась. И я начала задыхаться. – Простите… Простите меня, пожалуйста, – с болью выдавила я, сползая на пол.

Это был конец. И не только мой. Я подвела всех. Не справилась. Об этом же и говорила бабушка… Мое будущее. Такова и была моя судьба. Я избежала смерти от огня дважды, но третий раз Перун решил забрать свое. И больнее всего было, что под свою ужасную судьбу я подставила всех, кого любила.

Я закрыла глаза, всего на секунду, а потом… меня схватили.

Сильные руки подхватили под колени и спину, потащили сквозь дымовую пелену. Потом воздух – резкий, холодный – обжег легкие. Я закашлялась, рыдая и хватая его ртом. – Яся, Ясенька, я здесь. Я с тобой, – шептал над ухом голос. Глаза резало, но я безошибочно узнала Кайла. Вцепилась в его одежду, пыталась поймать черты лица сквозь слезящиеся глаза. Предсмертное видение?

Воздух, холодный, приятный, живой. Все вокруг переставало кружиться и становилось реальнее. Дверь была распахнута. Мы – в сенях. Морозный воздух обжигал щеки. Я в безопасности. Но как же мои… мои родные! – Спаси их… Не дай сгореть! – с хрипом прокричала я, чувствуя, как трясется все тело. Попыталась вырваться, но Кайл прижал крепче. – Тише, Яся. Тише… – Спаси их! Они же сгорят! – продолжала кричать я, еле выдавливая из себя слова. – Ясь, огня нет. Слышишь? Никто не сгорит. Это дымовая шашка. Мерзкая, но безвредная. Выветрится. Никто не пострадает. Огня нет.

Огня нет… Смысл его слов дошел не сразу. Я замерла, словно забыла, как дышать, словно даже мое сердце забыло, как биться. А потом я осмотрелась. Мы были в сенях. Конь уже не бился, а фыркал. Тео сидел рядом, нахохлившись. Огня не было. Дыма стало меньше. Смертельной угрозы… просто не существовало. – Дымовая… шашка? – выдавила я. – Тебя хотели напугать, – Кайл осекся. Челюсти его напряглись. – Мерзкая тварь. Подкинул отложенный заряд на магии.

Его руки сжали меня так, что кости затрещали. На смуглых кистях выступили вены. – Опасности нет, Ясь. Все кончено. Тебя просто… напугали, – посмотрел он в мои глаза.

«Просто напугали». Слова прозвучали в голове с новой, свежей болью. С обидой, которая разрывала грудь. ПРОСТО НАПУГАЛИ? – ЗА ЧТО? – вырвалось сквозь ком в горле. – Что я им сделала? Почему? Неужели я такая плохая? Неужели меня так ненавидят? Я прокричала это, чувствуя, как снова начинает трясти – от пережитого ужаса, от унижения, от бессилия.

Кайл обхватил мое лицо ладонями. Пальцы его были шершавыми, но невероятно нежными. Он заставил меня смотреть ему в глаза. Сквозь слезы я видела лишь размытые черты, но чувствовала – его взгляд прожигал меня насквозь. – Ты ни в чем не виновата. Слышишь? Ни в чем. Ты – добрая. Ты – светлая. Ты – самая лучшая. Беда вовсе не в тебе. Она – в нем. В лекаре. Он травил тебя, Ясь. Издевался. Потому что в нем – грязь и тьма. А ты – как солнце. Ты помогаешь даром, а он готов убить за медную монету. И твой свет ему невыносим. Все это – только из-за денег и черной зависти.

Кайл говорил это и убирал мокрые пряди с моего лица. Каждое его касание оставляло на коже тлеющий след. Каждое его слово отдавалось чем-то теплым и спокойным внутри. – Лекарь… – хрипло прошептала я. – Я поймал его, Яся, я его поймал, все кончено. Теперь все будет хорошо.

Кайл снова притянул меня к себе. И я позволила. Прижалась всем телом, уткнулась лицом в его холодную одежду, уже мокрую от моих слез. Вдыхала его запах – дыма, кожи, магии и чего-то бесконечно своего, родного. От этого голова кружилась сильнее, но уже не от страха.

Тео каркнул рядом. Я протянула руку, погладила его перья. – Получается, это он отравил моих кошек? Ради денег? Готов был убить… ради всего лишь денег? – всхлипнула я. – Что? – Кайл замер, и все его тело стало жестким, как сталь. – Он чуть не убил их, Кайл! Я еле успела… А еще бил окна, кидал угрозы, губил грядки ночью… Все это – он. Я всегда знала, что он меня ненавидит, но настолько… Неужели можно быть таким… из-за денег?

Я снова всхлипнула и затряслась от осознания того, что столько страданий, столько боли преследовали меня долгие годы. Я всегда искала причину в себе, винила магию, свою природу. Думала, что люди боятся меня. Но все оказалось вот так… Все это было ради железных монеток, которые для меня самой никогда не были такими ценными.

Пока я плакала, Кайл качал меня. Я растворялась в его ритмичных движениях. Он гладил меня по волосам, целовал в голову. И я чувствовала себя такой свободной и защищенной. Впервые за столько лет… Никогда раньше. Сидя здесь на полу, вся трясясь и рыдая, я чувствовала себя сильнее и свободнее, чем когда-либо.

– Яся, он – просто грязь. Понимаешь? Тьма всегда жаждет поглотить свет. Вот и он тянулся к тебе, чтобы загасить. Но ты сильнее. Ты – моя храбрая, светлая девочка. И теперь все изменится. Теперь все будет по-другому. Больше никто и никогда тебя не обидит. Я клянусь.

Глава 28

Кайл

Она заснула, сжимая мою руку. А быть может, просто я был не готов ее отпустить.

Всю ночь я не сомкнул глаз. Яся заснула быстро, подкошенная усталостью и пережитым страхом, а я сидел рядом, прислушиваясь к ее ровному дыханию и наблюдал, как тень от ресниц дрожит на бледных щеках.

Мыслями я возвращался к вчерашнему. К ее крику, к ее слезам, к той хрупкости и одновременно невероятной силе, что была в этой маленькой девушке. И внутри что-то переворачивалось, сжималось в тугой узел. Я думал о том, насколько огромные чувства способен испытывать. Нечто, чего не знал никогда. Это была нежность. Ревность. Желание оберегать, заслонить собой, стать между ней и любой бедой. Я понял это сейчас с пугающей ясностью: любовь – это не одно чувство, а множество чувств, сливающихся воедино.

Пока она спала, я мог позволить себе просто смотреть. Любовался каждым изгибом: милым вздернутым носиком, тонкими пальцами, сжимавшими мою руку, ярко-рыжими прядями, рассыпавшимися по подушке. Все в ней казалось мне совершенством. Ярослава была для меня самой красивой девушкой на свете. Вспомнились слова бабушки, которые она сказала, когда я был мальчишкой: «Красота, внучек, всегда в глазах смотрящего». Сейчас я понимал это как никогда лучше. Ведь я знал, что для меня больше не будет девушки красивее Ярославы.

И как же мне хотелось, чтобы она испытывала ко мне хоть тень от того, что испытывал я.

Под утро мне пришлось осторожно высвободить руку. Ворон слегка встрепенулся, словно испугался шороха и новой беды. Но, посмотрев на меня, снова закрыл глаза. Словно доверял мне.

Я тихо оделся, взял продукты и вышел во двор, на морозный воздух.

Выпустил коня из сеней, наконец дал ему размять ноги. Выглядел он совершенно здоровым. Поистине чудесное исцеление Ясей. Впрочем, как и она сама… Вся она была чудесной.

Я развел небольшой костер. Обещал ведь Ясе приготовить кашу. А ей точно не помешают силы.

Нагрел воду и всыпал туда овсяную крупу крупного помола – она не разваривается в кисель, а остается зернышками. Добавил щепотку соли и помешал деревянной ложкой.

Это была простая каша, но еда, приготовленная на костре, всегда вкуснее.

Когда масса загустела, я добавил туда кусочек масла, отчего аромат стал еще ярче.

Вот он, идеальный завтрак: простой, сытный, дающий много сил.

– Господин дракон, – отвлек меня от готовки знакомый голос.

Я повернулся и увидел Михаила. Всегда резвый, веселый парень выглядел иначе: он был бледным и потупил взгляд.

– Что-то случилось? – тут же спросил я, без лишних приветствий.

– Господин дракон, простите, – сказал он и поднял глаза. – Мне вечером было плохо, и я… Мне позвали лекаря. Он говорил много злого на Ярославу, и я поверил. Сейчас мне очень стыдно за это. Я хочу искренне попросить прощения, если вы и Ярослава сможете меня простить.

Вчера вечером? Ну надо же…

– Тебе было плохо? От чего? – спросил я.

Михаил махнул рукой.

– Брат квасом напоил, а сам собрал все близ черни, вот и отравился. Но я в порядке! Я полностью здоров. Вот только… Я ведь поверил во все, что лекарь говорил.

Поверил во все, что лекарь говорил… Я вздохнул. Наш пострел везде поспел. Отравился квасом, виновата Яся. Здесь так всегда.

– Простите меня за это? – спросил он.

Поверить в то, что лекарь говорил, – пожалуй, не самое страшное, что могло случиться. Тут все верили в то, что этот петух говорил. Но у парня хотя бы хватило мозгов, чтобы понять, что это неправда. И искренне покаяться. Для такого юного парнишки это, пожалуй, уже огромное достижение в пример всем остальным жителям села.

– Я думаю, что решать будет Ярослава, – ответил я, вглядываясь в лицо парня.

Он кивнул.

– Господин дракон, меня староста просил передать, что сегодня на рыночной площади будут говорить о лекаре и Ярославе. Он хотел узнать, придете ли вы?

– О лекаре и Ярославе? – хмыкнул я. Это уже были куда интереснее новости. Значит, староста услышал мои слова и наконец предпримет какие-то действия? – Он не говорил, что именно будут говорить?

– Не говорил, – выдохнул Миша, а после добавил. – Но слухи уже ходят… Значит, это лекарь всех настраивал против Ярославы, а мы… мы все верили.

Он сказал это с сожалением, но набрался храбрости и поднял глаза. В его взгляде читался стыд.

– Получается, что так, – не стал юлить я.

– Мне очень стыдно. Наверное, она меня не простит, – сказал парень и вздохнул. – Я бы не простил.

– А она простит, – просто сказал я и был уверен в своих словах. – Ведь она очень добрая и искренне хочет всем помочь. Если ты покажешь, что искренне раскаиваешься, то она простит.

Парень кивнул, переминаясь с ноги на ногу.

– Господин дракон, а вы придете на площадь с Ярославой?

Я пожал плечами.

– Может быть. Это тоже будет решать Ярослава. А она сейчас спит, так что сложно сказать.

– Спит, – повторил парень. – Думаете, мне подождать? Я могу тут постоять…

Тут постоять? На улице был весьма ощутимый мороз. Но парень, видно, действительно сильно раскаивался.

– Думаю, лучше тебе делами заняться. Сходи к мужикам, скажи, чтобы после обеда собрались, – окна привезли. А то ремонт встал. А так хочется, чтобы у Яси уже был свет.

Михаил выпрямился, словно с его плеч свалилась тяжелая ноша. В его взгляде загорелась решимость.

– Дайте мне окна вставить, или еще что дайте! Я без денег сделаю, докажу делом. У меня ведь от мази Ярославы и рука почти прошла. Я все смогу!

Я кивнул. Денег мне было не жалко, но радовало, что хоть у кого-то здесь была совесть и чистая душа.

– Значит, жду тебя в обед, – кинул я, и Мишка кивнул.

Что ж, уже все начало двигаться в правильном направлении. И староста зашевелился. Что за представление он сегодня будет показывать на площади? Я бы хотел это узнать. Но решать будет Яся. В этот раз я не буду настаивать. Она пережила и так слишком много. И если решит не пойти, пусть все стекаются сюда. Может, как Михаил, тоже помогут не словом, а делом.

Глава 29

Яся

Меня разбудил запах. Пахло чем-то вкусным и теплым. Я открыла глаза и наткнулась взглядом на Кайла: он раскладывал что-то по тарелкам, а в животе у меня в этот момент предательски заурчало. Казалось, я не ела целую вечность.

– Доброе утро, соня, – улыбнулся он.

И от этой улыбки на душе стало тепло и светло. Я улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как внутри все расцветает. Несмотря на события вчерашней ночи, сейчас мне было спокойно и на удивление... уютно.

– Доброе утро! – протянула я и слегка потянулась. Судя по тому, что кошки не кинулись в мои теплые объятия с жалобным мяуканьем, Кайл их уже покормил? И правда: пушистые уже уплетали свою порцию из мисок в углу. Даже Тео получил достойную миску. Он оторвался от завтрака, с интересом посмотрел на меня и каркнул. Наверняка его интересовал тот же вопрос, что и меня. Я отрицательно покачала головой.

Прости, друг, но я все еще тебя не понимаю.

– Я не самый искусный повар, Яся, но все, что приготовлено на костре, всегда вкусно, – по-доброму сказал Кайл.

Я встала с кровати, и Кайл галантно подвинул для меня стул. Он так же галантно придвинул его, когда я присаживалась, словно я не деревенская знахарка, а настоящая барыня. Его пальцы на миг коснулись моей спины. Всего миг, но тело отреагировало разливающимся жаром и румянцем.

Я взяла ложку и тут же попробовала кашу.

– Мммм, – протянула я. – Это великолепно. Ты очень талантливый повар.

– Это уже прямо лесть, – с улыбкой сказал Кайл и тоже зачерпнул ложку. – Есть можно, но с твоей рыбой не сравнится.

Я улыбнулась ему в ответ, чувствуя, как это тепло разливается по груди. Как же мне было хорошо. В этом хаосе, с дырками в полу и подтекающей крышей, все стало вдруг… лучше. Светлее. Как оказывается, мало нужно для счастья: только каша и… Кайл. Мне очень был нужен Кайл.

В голове пронесся сон с бабушкой, и внутри все сжалось. Я должна его прогнать? Нет. Я не верю! Это просто сон. От болезни, жара и от страха ведь снится разное. В любом случае, я уже не смогу его прогнать. Только если… он уйдет сам. От этой мысли по коже пробежал холодок.

– Яся, ты в порядке? – спросил он, должно быть, заметив, что я погрузилась в свои мысли.

– Все хорошо, ведь ты… рядом. – Это были простые, искренние слова. Но для меня значили очень многое.

– Я всегда буду рядом. Теперь, – сказал он, и внутри все сжалось в узел. Всегда? Значит, он больше не уедет? Останется здесь… со мной?

Мы встретились с Кайлом глазами, но я боялась задавать вопросы. Это ведь глупо… да? Спрашивать о таком.

Миски в углу звякнули – я вздрогнула, потому что реальный мир вырвал меня из этой непонятной, дурманящей атмосферы. Я кинула взгляд и поняла: кошки уже справились с завтраком.

– Им тоже понравилось, – сказала я.

– Я польщен, – кивнул Кайл.

Я уставилась в кашу, чувствуя легкую неловкость. А еще… дикий голод. Сложно было устоять перед таким завтраком. Каждая ложка – настоящее наслаждение!

– Яся, помнишь, я вчера говорил про лекаря? – разговор вдруг стал более напряженным. Я подняла глаза.

– Да, помню, – честно сказала я. Я помнила все, что было вчера: и удар об дом, и ловушку, и дым. И больше всего мне запомнилось, как Кайл утешал меня, как укачивал, как положил на лавку, укрыл одеялом и как держал меня за руку, рассказывая какие-то смешные случаи со своей службы.

– Сегодня староста будет выносить ему приговор на площади, – хорошо, что я в этот момент не ела. А то бы поперхнулась.

– Но ведь он лекарь, он же лечит. Разве староста что-то скажет против…

– Он преступник, – голос Кайла прозвучал жестко, как сталь. – Неважно, какая магия у преступника, Яся. Он ответит за все, что тебе сделал. По закону.

Я кивнула. Внутри было странное чувство. Я должна была чувствовать удовлетворение. Но на самом деле чувствовала только пустоту. Мне все еще было больно за все те страдания, которые мне принесли… ради денег.

– Яся, староста наверняка захочет принести публичные извинения. Тебе, – эта фраза Кайла заставила меня открыть рот еще шире. – Если ты решишься идти. Но я не буду настаивать. Если ты боишься, мы можем остаться.

– Принести публичные извинения? Ты… ты уверен?

– Уверен, – твердо ответил он.

Первым моим желанием стало спрятаться, никуда не идти, сидеть дома. Но потом… Я посмотрела на Тео. Он распушил крылья и каркнул. Столько лет меня обвиняли во всех злодеяниях. Столько лет я терпела людские слухи, которые меня ранили. Терпела издевательства и презрение. Я помню, как меня выгнали с рынка. Как ко мне приходили только ночью. И теперь… я… я хотела услышать эти извинения. Хотела увидеть, как с меня публично снимут эту вину. Хотела, но боялась.

Тогда я перевела взгляд на Кайла. Он смотрел на меня с вопросом. Такой сильный. Такой уверенный.

– Ты будешь рядом? – спросила я.

– Конечно, – тут же ответил он.

Я бы никогда на это не решилась. Но, кажется, с Кайлом я стала другой. Чуть более решительной. Храброй? Может, я позаимствовала это у дракона?

– Тогда я пойду, – сказала я и сама удивилась, как твердо прозвучал мой голос. – Не хочу больше… прятаться.

Сказала я, и Тео громко каркнул мне в такт.

Глава 30

Яся

Я привела себя в порядок и несколько раз осмотрела собственное отражение в зеркальце. – Я выгляжу решительно? – спросила я Тео, и он каркнул. Кажется, за двое суток без магии я научилась понимать Тео без слов. В его глазах я видела поддержку и одобрение моего шага. А вот я, несмотря на все старания выглядеть храброй, внутри вся тряслась. Дверь скрипнула – я слегка вздрогнула и повернулась. Это был Кайл. От его присутствия я тут же почувствовала волну облегчения и прилива решимости. – Готова? – спросил он, и я кивнула. – Почти, – ответила я и взяла со стола свой кулон. Холодный металл тут же обжег кожу. Он словно напоминал, что, несмотря на всю мою решимость, я все еще скрываю истинную себя. Хотя… какая теперь истинная я? Магии у меня нет. А значит, я такая, какая сейчас. И все же… Я искренне надеялась, что магия ко мне вернется. Свое бессилие я списывала на болезнь и верила, что так будет не всегда. А сейчас мне нужно идти на рыночную площадь, где все будут смотреть на меня, шептаться и… я не знала, как они отреагируют. С кулоном я чувствовала себя чуть более защищенной. Если магия решит вернуться прямо там, то я точно не хотела привлекать лишнего внимания. А еще Кайл… Мы так и не поговорили. Мне хотелось объясниться с ним прежде, чем у меня появится магия. Рассказать ему все, от начала и до конца, как когда-то открылась Анне. Кайл заслуживал этого не меньше. И я была готова ему открыться, но сейчас на это просто не было времени. – Я готова, – повернулась я к дракону и улыбнулась. Кайл осмотрел меня с улыбкой, и его взгляд неожиданно заострился именно на кулоне. Шаг вперед – его рука легла поверх него, и сердце кольнуло. – Красивый кулон. Очень редкий камень, аквамарин? – спросил он и поднял глаза. Мы столкнулись взглядами. – Бабушка подарила, – ответила я, чувствуя, как сердце бьется быстрее. – Родовое наследие, – прошептал он. – Мне тоже дедушка кулон подарил в день моего совершеннолетия. Он положил руку поверх груди и нахмурился. – Но, должно быть… я его потерял. Или сняли, когда был без сознания, – вздохнул он. В груди тут же все сжалось от стыда. Взгляд против воли упал на стену, в которой была дверца, где я спрятала его кулон. Отдать сейчас? Но… мне хотелось сначала объясниться. Мне очень хотелось рассказать все сразу. – Пора идти, а то обед скоро, и нас вряд ли будут ждать, – добродушно сказал он, и я кивнула.

Вышли на улицу, и мой взгляд упал на запряженного Ворона. Сердце чуть не упало в пятки. – Мы поедем? – удивилась я. – Я несколько раз проверил его – он полностью здоров. Конечно, исцеление удивительно быстрое, но у него нет и следа былой болезни, – ответил Кайл. – Должно быть, у тебя была какая-то особенная мазь? Магическая? Удивительно быстрое… Да. – Да… магическая… редкая, – пробормотала я. Над головой каркнул Тео. Он дал понять, что рядом со мной. И я благодарно ему кивнула. – Ему не терпится размять ноги, – сказал Кайл, и конь, словно в подтверждение, ударил копытом. Я протянула руку и погладила его по шее. Я ездила на лошади лишь однажды – с Анной. И честно была искренне рада, когда та поездка закончилась. Звездочка была богатырской лошадью, огромной. А Ворон выглядел куда безопаснее. Но в душе все равно было страшно. – Готова? – спросил меня Кайл. Я кивнула. Он помог мне взобраться на коня. Его руки на талии тут же разлились горячими волнами по телу. Даже когда он усадил меня в седло и я вцепилась в него руками, на коже будто остались следы его прикосновений. А потом… он сел следом. И я ахнула, чувствуя, как вся горю. – В порядке? – спросил он. – Ага… – выдавила я, а сама… Он был в такой близости, в какой еще не был. Вся моя спина была прижата к его стальному, горячему торсу. Его руки обхватили поводья, они касались моих рук, и я оказалась в своеобразном горячем коконе, от которого замирало дыхание, а сердце билось с такой скоростью, что казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. – Тогда поехали! – сказал он, и Ворон бросился в путь. Да, я ездила один раз в жизни. Тогда с Анной. И мне казалось, что в тот момент мои эмоции были обострены до предела. Но сейчас… сейчас я поняла, что это были лишь отголоски тех впечатлений, которые я способна испытать от конной поездки. Близость Кайла, его горячее тело, запах, ритм его сердца. Ощущение безопасности и в то же время азарта. Все это смешалось в такой огромный ком, что я совершенно забыла, куда мы едем и зачем. Я просто отдалась этим ощущениям вплоть до самого момента, когда лес стал редеть, и я с сожалением поняла, что мы приехали. – Потрясающе, – вырвалось у меня. Кайл первым спрыгнул с коня и подал мне руку. Я протянула свою – наши пальцы соприкоснулись. И он подхватил меня, чтобы я точно не упала. – Нравится ездить? – спросил он, а я в этот момент застыла от его дыхания на моих губах. Была лишь в силах кивнуть. – Хочешь, научу тебя? Оставлю для тебя Ворона, сделаем ему защищенный загон, и будешь кататься? – Очень хочу, – наконец собралась с мыслями я. – Значит, так и поступим, – сказал Кайл и застыл. Взгляд против воли упал на его губы, а тело охватило странно острое податься вперед. Я сглотнула, чувствуя себя странно…

Над головой каркнул Тео, словно напоминая, что времени у нас немного и пора уже идти. Я тут же подняла глаза, чувствуя, что опять краснею. Кайл все же поставил меня на землю и отпустил. От этого сразу стало как-то холодно и пусто. – Готова? – снова спросил он, и я протянула руку. Может, это был детский и постыдный жест, но мне так хотелось. И Кайл тут же обхватил мою ладонь, поднес ее к губам и поцеловал. По телу прошелся такой разряд, что я еле стояла на ватных ногах. – Я горжусь тобой. Ты храбрая и сильная, – сказал он. – Спасибо, – прошептала я, чувствуя, как благодарность переполняет меня и как мало значит это слово в данной ситуации. – Я рядом, – сказал он, опустил руку, но сжал ее крепче, словно напоминая, что не отпустит, что защитит. Я кивнула. Сделала глубокий вдох и первая сделала шаг в сторону рыночной площади. Я справлюсь. Даже не я… мы справимся. Вместе с Кайлом мы точно со всем справимся.