Текст книги "Лекарка для дракона (СИ)"

Автор книги: Лана Кроу

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 21 страниц)

Глава 74

Яся

Снег падал мне на щеки. Он таял… А может, это были слезы? Вокруг была такая тишина, что казалось – умер весь мир.

Я стояла и смотрела на то, как огромный дракон, расправив крылья, повис на деревянных копьях.

И это был не просто дракон, это был Кайл… Единственный мой… Любимый…

– Прости, что не смог быть с тобой. Прости, что не смог защитить. Прости, что заставляю тебя страдать, – повторяет эхо моей памяти. Я пыталась ухватить ниточку его души, но… Я не смогла. Я не смогла… Его нить ускользала, она забирала ее… Она забрала его.

Я подалась вперед, несколько шагов разделяли нас, прежде чем я смогла положить руку на его повисшее крыло и упасть рядом.

Всю жизнь я боялась драконов, а сейчас его чешуя, его магия – все это казалось самым родным, безопасным. Правильным.

Я не смогла его спасти. Я не смогла для него спеть.

Я прислонилась к крылу всем телом, словно пыталась в нем спрятаться, раствориться в нем, исчезнуть от всего мира.

А потом тишину разорвал стук… Еле слышимый. Я не поверила… Я не могла поверить, слегка отстранилась.

– Яся, – раздался голос Анны, – я почувствовала ее руки на плечах. Но я тряхнула головой.

– Он живой, – твердо сказала я.

Анна замерла.

Она села рядом и протянула руку.

– Он живой! Живой… – со страхом смотрела я на Анну. Ее лицо было красным от слез, руки тряслись, но она… она повернулась ко мне…

– Еще живой, – шепотом сказала она. – Яся, он… умирает…

– Но еще не умер, – сказала я твердо, протянула руки, надеясь на чудо, и я почувствовала… Я почувствовала нить его жизни.

Это заставило меня засмеяться в этом хаосе…

– Она отпустила его. Я чувствую…

– Яся, Яся, ты тоже… – голос Анны раздался с дрожью, – ты тоже умираешь.

Я повернулась к ней. Ее глаза красные, но серьезные.

– Чернь расползается. Ты уже не подпитываешься магией, ты отдаешь себя, – сказала она.

Я это чувствовала… Я это знала, поэтому просто кивнула.

– Я спою для него…

– И умрешь, – резко остановила меня Анна.

– По-другому я не смогу, Анна. А ты бы… ты бы смогла, если бы на его месте был Яромир?

Анна застыла. Она кинула взгляд на Яра, который стоял в паре шагов.

А я положила руку на крыло, нащупывая нить, хватаясь за нее. Она отпустила его! Отпустила!

– Яся…

– Нет времени, Анна, я должна…

– Я помогу тебе, – сказала она, и я открыла глаза и увидела, как она протягивает мне руку. – Вместе… Вместе будет легче. Ты будешь спасать Кайла, а я… я буду спасать тебя.

Она улыбнулась, и я всхлипнула, обхватывая ее ладонь.

– Спасибо, – только и смогла произнести я сквозь слезы и улыбку.

И Анна улыбнулась в ответ. Я знала, что это последнее, что я, скорее всего, увижу. И… закрыла глаза.

Я схватила нить Кайла, схватила из последних сил. Теплую, полную любви. Нежности… жертвы, что он принес ради меня.

Я запела.

Магия потекла из меня, боль в боку запульсировала, но… я чувствовала магию Анны. Она пыталась, пыталась мне помочь, сдержать чернь.

Вся эта боль, слабость, расползающийся холод… Все это меркло. Ведь я чувствовала душу Кайла.

Для меня это была не просто песня, а песня о моем возлюбленном. О веселом мальчишке, что всегда старался не разочаровывать родителей, быть достойным…

Его любовь к бабушке и дедушке, блинчики по утрам, смех матери, напутствие дедушки, похвала отца.

О храбром юноше, что не раз рисковал собой, спасая других. Которым гордились его родные.

И о мужчине, мужчине, который так любил девушку, что отдал за нее жизнь.

Я увидела себя его глазами. Меня было так много. В каждой его клеточке. Нашу первую встречу, его сон… Я увидела себя такой маленькой и хрупкой. Я чувствовала его желание защитить, согреть, оберечь…

То, с какой нежностью он думал обо мне. То, с каким трепетом касался меня.

Как боролся ради меня во тьме.

«Мой маленький ежик…» – раздалось эхом. «Моя любимая. Моя…»

Это была самая красивая песня в моей жизни. Ведь это… это была моя последняя песня.

Я чувствовала, как силы уходят из меня. Чувствовала изнеможение Анны. Она старалась изо всех сил, но в ней самой этих сил оставалось немного. Она теряла сознание. Но не отпускала, она сама… сама отдавала всю себя.

Но… Анна должна была жить. Это не ее битва, а моя.

– Спасибо, Анна, – прошептала я и… отпустила ее ладонь.

– Яся… – прошептала она, прежде чем потерять сознание.

Я слышала голос Яромира, но он отделился от меня. Все отделилось от меня зеленым коконом, в котором были только я и Кайл.

Моя песня о нас. Нашей любви. О нем и обо мне…

Голос слабел.

В глазах темнело.

Холод сковывал все, что от меня осталось, а силы… их остались крупицы.

– Всегда буду любить тебя, – повторила я и легла на черное крыло. Силы закончились… Все вокруг исчезло. Я чувствовала конец и счастье, счастье от его тепла…

– Яся, не смей! – раздалось рычание. Оно казалось таким далеким… но родным. Кайл? Я почувствовала теплые руки, обхватывающие мое тело. В этом потоке боли и страха я почувствовала… любовь.

Любовь была последним, что я почувствовала, прежде чем сознание окончательно провалилось во тьму.

Глава 75

Ярослава

Мне было тепло и спокойно.

Это чувство растекалось в каждой частичке, и стоило открыть глаза – отдалось светом. Свет растекался по щекам, носу, но вовсе не слепил глаза. Я открыто смотрела на солнце, которое танцевало в кроне деревьев.

Я осмотрелась по сторонам. Это место… Сзади был темный лес, за которым сложно было разглядеть хоть что-то, но впереди… Сердце пропустило удар.

Впереди виднелась избушка сквозь деревья, а рядом с этой избушкой водная гладь отражала солнце.

Я узнала это место. Невозможно не узнать свой родной дом.

Но это… это было не все. Прямо там, на берегу, стояла моя мама. Она была такой же красивой, какой я ее запомнила, а еще был… папа! И бабушка. Они разговаривали между собой и… смеялись.

Я тут же пошла вперед, полетела так, словно у меня были крылья! Да и я не чувствовала ног, мое тело… оно было легким!

Я бежала к ним. К самым родным, мне хотелось кричать о том, как я по ним скучала, но… я врезалась в стену.

Бабушка, мама, папа – все они смотрели на меня, а я… я встала всего в версте от них. Меня словно что-то не пускало. Я положила руку на эту невидимую стену, мягкую и… рассыпчатую, рука не коснулась ее – нет, она проваливалась сквозь нее, хоть и с трудом.

– Куда же ты бежишь, глупая? Вечно спешишь, спешишь, а куда – сама не знаешь.

Это был знакомый голос. Я застыла и повернулась на его звук. Напротив меня стоял старец, вместо рук у него были черные крылья, а глаза… глаза голубые, добрые.

– Яся, Яся… – сказал он.

Этот голос… Он отозвался в теле комом боли, что тут же расплылась по груди.

– Тео? – прошептала я.

Он улыбнулся и расставил крылья. Тео… Это был он! Это был мой Тео! Я тут же кинулась к нему, и он прижал меня – теплый… живой! Даже сердце… сердце бьется! Как билось до этого! Такой… настоящий.

– Прости меня, прости! – закричала я. – Это я виновата! Я тебя убила! Если бы не я, если бы я не потащила тебя…

– Тсс, тсс, Ясенька, – голос Тео был тихим и ласковым, как в те времена, когда я была маленькой. – Не плачь. Не надо. Я ведь сейчас здесь, рядом!

Он вытирал мои слезы – крылом, и это было так необычно и так трогательно, что я засмеялась сквозь рыдания.

– У тебя… у тебя такая красивая душа, Тео, – сказала я, глядя на него. На его свет, что исходил от него теперь. Он светился… светился теплотой и любовью.

Я чувствовала… Я чувствовала его душу.

– Это благодаря тебе, – ответил он. – Ты подарила мне душу, Яся.

Я покачала головой.

– Я… я не спасла тебя…

– Нет, – он остановил меня. – Не смей себя винить. Никогда. Мое время пришло. По меркам ворона я был глубоким старцем. Я прожил долгую жизнь. Очень долгую.

Он посмотрел на меня, и в глазах его была такая нежность, что я ощущала ее кожей.

– Но благодаря тебе я познал то, чего не знал за все свои годы. Я познал любовь, Яся. Настоящую, человеческую. Я познал преданность. Верность. Я познал, что такое истинное счастье – быть рядом с тем, кого любишь.

Он коснулся крылом моей щеки.

– Мое время настало, это должно было случиться. Но я ушел не навсегда. Я просто закончил свой путь там. А теперь я буду в другом месте. В месте, в котором мы непременно все оказываемся. Просто время у всех отмерено по-разному.

Я всхлипнула.

– Я умерла? – спросила я тихо.

Посмотрела в сторону дома. Бабушка, мама, папа – все они стояли там. Смотрели на меня. Улыбались. Но не подходили. Эта стена… Она была невидимой. Но разделяла нас, я даже… даже не слышала их. Как будто все, что происходило там, было лишено звука.

– Ты между мирами, Ясенька, – ответил Тео. – Ты еще не закончила свой путь.

Я смотрела на лица всей своей семьи, самых моих любимых. Но… здесь были не все.

– А где… Где Кайл? – спросила я.

Тео улыбнулся.

– Твой дракон жив, Яся, и он ждет тебя по другую сторону.

Он повернулся и указал крылом в другую сторону. Туда, где лес был темным, неизведанным, пугающим. Где деревья стояли стеной, а между ними клубился туман.

И на миг тьма расступилась.

Я увидела... Это была я… Такая бледная, слабая, с закрытыми глазами.

Боль пронзила все тело. И боль вызвало вовсе не мой собственный вид. Нет… Боль вызвал Кайл.

Он сидел рядом, его плечи были опущены, глаза красные, он был бледным. Он выглядел… слабым и сломленным. Я никогда не видела его таким. Я даже не представляла, что мой сильный Кайл может выглядеть так…

Кайл сжимал мою руку, я посмотрела на свою ладонь и, кажется… кажется, почувствовала его теплое прикосновение в том мире, словно маленькую ниточку, что еще держала и не отпускала меня.

Кайл что-то сказал. Я не слышала. Не могла слышать так же, как не слышала бабушку, маму, папу… Но я чувствовала. Я знала, что он говорил.

Он говорил, что любит меня, он просил… просил меня остаться. Он поднес мою руку к губам, и я почувствовала… Его горькие, соленые слезы.

– Кайл… – выдохнула я и сделала шаг. Он поднял голову, словно услышал, а потом… растворился… просто исчез.

Я повернулась к другой стороне, где стояли мои любимые… Они подошли ближе. Они улыбались мне. Такие родные… Я не видела их так долго, я так хотела их обнять.

Папа обнял маму, а бабушка… Она подняла руку и… помахала мне. Они… они прощались со мной.

– Я могу их обнять? – спросила я Тео, но он отрицательно качнул головой.

– Ясенька, ты не должна грустить, – Тео подошел ко мне, расставил свои крылья и погладил мои плечи. – Ты вовсе не прощаешься с нами… Посмотри на меня, на маму, папу, на бабушку… Посмотри на нас, мы счастливы. Ведь мы знаем, что еще встретимся.

Я подалась вперед и снова прижалась к моему ворону.

– Я буду скучать, – шептала я в его крылья. – Так сильно буду скучать… Как же я буду без тебя, Тео…

– Частичка меня всегда будет рядом с тобой, – ответил он, гладя меня по голове. – Я стану духом, Ясенька. Буду следить за тобой. Помогать. Все мы… Все мы будем тебя оберегать насколько сможем. А потом… это время пролетит быстро. Не спеши… Мы встретимся, Яся, встретимся и будем все вместе. Заботиться о твоих детях, внуках… Они очень красивые, Яся, я вижу их, такие же непослушные, как и ты.

Я слегка отстранилась, посмотрела в его голубые глаза.

– У тебя правда очень красивая душа, Тео, – искренне сказала я.

– Это благодаря тебе, – улыбнулся он. – Моя маленькая. Глупая Яся. Мой вороненок, ты выросла, и дальше твой путь будет без меня. Но… он будет красивый, Яся, и… ты больше никогда не будешь одинока, я вижу. Я хорошо вижу твою счастливую жизнь.

Тео стал таять.

– Что происходит? – спросила я.

– Время, Яся… Время закончилось, – сказал он.

Я посмотрела на своих родных – они тоже превращались в свет. Я подняла руку и помахала им, и бабушка ответила мне тем же. Мама улыбнулась, а папа кивнул. Они прощались, но выглядели счастливыми. Ведь они знали… знали, что мы обязательно встретимся.

Тео отпустил меня. Я сквозь слезы смотрела, как он делает несколько шагов вперед, а после без страха и сомнения заходит за стену. Там его тут же обнимает моя бабушка, он что-то ей говорит, а после так же машет мне своим вороньим крылом.

– Я буду скучать, очень буду, – прошептала я, когда они почти превратились в свет.

Время пришло…

Я повернулась в сторону темного леса и пошла в него. Я не боялась… Я знала, что там. Я лишь чувствовала волнение, желание скорее увидеть Кайла, обнять его…

– Моя Яся, – доносилось до моего слуха. Я улыбалась и шла дальше. – Я буду рядом, – это эхо его слов. – Без тебя… Без тебя нет смысла жить…

– Я уже иду, Кайл, – сквозь слезы сказала я. – Я уже рядом… Совсем рядом.

Шептала я и все больше и больше тонула в этой тьме, сливалась с ней. С каждым шагом я чувствовала свои слабые руки, ноги, чувствовала свое тело… Чувствовала, как я слаба и тяжела в мире людей, но… Это правильно. Эта слабость и делала меня живой.

А потом я полностью потонула во тьме, я уже и не разбирала дорогу, шла на чувства.

– Я люблю тебя, Яся, – раздалось так громко и четко, словно… словно я была рядом.

– И я люблю тебя, Кайл, – сказала я, а после все вокруг залило светом.

Глава 76

Кайл

Тело Яси было полностью здорово. Лекари сделали невозможное – затянули рану, нейтрализовали черную магию, вернули тепло ее коже. Если бы кто-то посмотрел со стороны, подумал бы, что моя Яся просто спит.

Но человек – не просто механизм. Если бы это было так, то мы бы никогда не умирали – поддерживали бы тело магией до бесконечности.

Однако в нашем теле есть частица, которая зажигает в нас жизнь. Наша душа. И если эта частица ушла, то тело… Оно просто тело.

Душа Яси была далеко. Так далеко, что вряд ли она меня слышала…

Дверь тихо скрипнула. По шагам я сразу узнал, что это был Яромир.

Он положил ладонь мне на плечо, а потом сел рядом.

– Двоедушника поймали, – сказал он негромко. – И утопницу тоже.

Я поднял на него глаза.

– Сильно мучились?

– Я поймал их лично, – ответил Яромир, и в голосе его прозвучала сталь. Это хорошо.

Я кивнул.

– Спасибо.

Раньше я бы разорвал их своими руками. Я был вспыльчивым, горячим – драконья кровь давала о себе знать. Я бы мучил их долго, с наслаждением, заставляя платить за каждую слезу Яси.

Но сейчас…

Меня не интересовало ничего, кроме нее.

Я смотрел на ее лицо – спокойное, красивое, но такое пустое. Держал за руку – теплую, живую, но безответную. И молился.

Я обещал ей все на свете. Вечную любовь. Защиту. Счастье. Я клялся, что если она проснется, я сделаю ее самой счастливой. Я говорил это снова и снова, надеясь, что она услышит.

Но она… она не слышала. Она была не здесь.

Моя Яся меня оставила, и я… я знал причину.

– Она не хочет возвращаться, – сказал я вслух. Голос прозвучал хрипло, по-чужому, слова вырвались сами. – У нее здесь больше ничего не осталось.

– У нее остался ты, – уверенно сказал Яромир.

Я зажмурился. В груди жгло так, что хотелось выть.

– Я ее убил, – выдавил я. – Это я вонзил в нее нож. Это мои руки… И Теодорича… Боги… После того, что я сделал, она не вернется ко мне. Я бы сам не вернулся.

– Ты был под магией, Кайл. Ты не виноват. И Яся это знает.

Я поднял глаза на Яромира.

– Она не сможет любить того, кто причинил столько боли. Яся… Яся светлая, добрая, но… Даже она не сможет.

– Не говори так, – жестко перебил меня Яромир. – Она шла к тебе. К дракону. Знала, что ты можешь ее убить, сжечь, растерзать – и все равно шла. Ради тебя. Разве это не любовь?

Я закрыл глаза.

Моя Яся… Она не побоялась. Она пошла к своему самому большому страху. Ради меня. Чтобы спасти меня…

– Это я должен был спасать ее, – прошептал я. – Я дракон. Я сильный. Я должен был защищать, а не…

– А меня Анна спасала, – перебил Яромир. – Ты знаешь, кем я был, когда она нашла меня в этой деревне? Разбитым, сломанным, калекой. Я ее выгонял, отказывался есть. А она… Она говорила, что если не стану, она меня свяжет и будет кормить силой.

Яромир улыбнулся – в нем было столько тепла, когда он говорил об Анне. И это неудивительно, Анна была… необыкновенной. Именно она спасла Ясю. Она отдала ей всю свою магию, почти до капли. Если бы не Анна… Яся бы точно умерла тогда.

– Анна выхаживала меня сутками, терпела мои капризы и никогда – слышишь? – никогда не винила меня в том, что я был слабее.

Я кивнул.

– Не стоит недооценивать женскую силу, Кайл. Женщины гораздо сильнее, чем нам кажется. Их сила – в их любви. Ради любимых они остановят даже дракона.

Точно… Даже дракона…

– Я готов на все, – сказал я. – Все, что угодно. Лишь бы она открыла глаза. Но… Я не могу сделать ничего. Это бессилие хуже всего на свете.

Яромир хлопнул меня по плечу.

– Ты делаешь все. Сидишь здесь. Держишь за руку. Говоришь с ней. Она слышит тебя, Кайл. Я знаю – слышит. Она знает, что ты рядом. Что ты любишь ее.

Я сглотнул ком в горле. Мне так хотелось в это верить.

– Спасибо, – сказал я. – За поддержку.

– Мы еще погуляем на свадьбах, – улыбнулся Яромир, вставая. – И потанцуем. Я обещал.

Яромир смотрел с надеждой, и я снова кивнул, не зная, что сказать. Я безумно хотел верить в каждое слово, но… я так боялся. Боялся, что все это счастье, свадьба – все это вот-вот превратится в прах и сердце Яси просто перестанет биться.

Яромир оставил нас двоих.

Он вышел, тихо прикрыв дверь.

Я поднял руку Яси, поднес ее к губам и поцеловал.

– Я люблю тебя, – сказал я, надеясь, что она услышит. – Так сильно, что словами не передать. Когда ты проснешься, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Только проснись, пожалуйста.

Слезы текли по щекам, против воли.

– Я знаю, что виноват перед тобой. Знаю, что… что недостоин даже просить тебя. Но я умоляю – дай мне шанс… Я не могу без тебя, Яся. Ты – моя жизнь. Мое сердце. Моя душа.

Я сжал ее ладонь.

– Пожалуйста…

Стук ее сердца успокаивал. Держа ее руку, я чувствовал пульс. Для меня это было тем якорем, который держал меня в этой жизни.

Я закрыл глаза и вздохнул. Время было не лучшим союзником: чем больше Яся спала, тем больше была вероятность, что ее сердце остановится. Поэтому каждая минута была наказанием и в то же время… эта минута была.

Ведь Яся еще была… здесь… И я мог только лишь благодарить богов, что это время у меня есть.

Тяжелое, болезненное, мучительное, но… рядом с ней.

Пальцы Яси дрогнули.

Я открыл глаза и тут же посмотрел на руку. Но она была все так же расслаблена и спокойна. Я посмотрел на лицо… Бледное, с закрытыми глазами.

Неужели… показалось? Уставший мозг выдавал желаемое за действительное?

Но пальцы дрогнули снова. Слабое, едва заметное движение.

Я замер.

Боялся дышать. Боялся пошевелиться. Боялся спугнуть это мгновение. Боялся, что вот-вот ее сердце перестанет биться. Я перевел взгляд с руки на ее лицо и… абсолютно забыл, как дышать.

Ведь ее зеленые глаза смотрели прямо на меня. И она… она улыбнулась. А ее ладонь сжала мою.

– Я тоже… – прохрипела она.

Глава 77

Яся

Я открыла глаза, и первое, что я увидела, – это он. Мой дракон. Мой Кайл…

Он сидел рядом, сжимая мою руку. Его лицо было бледным, осунувшимся, под глазами залегли глубокие тени.

А потом он заметил меня и… замер, как испуганный зверь.

– Я тоже… – прохрипела я.

Я попыталась договорить, что тоже… тоже люблю его. Но закашлялась. Во рту пересохло.

– Яся, – тут же поднялся на ноги Кайл. Он взял графин со стола, налил воду в бокал и поднес его к моим губам.

Я припала к бокалу и почувствовала… почувствовала, что рука Кайла дрожит. Всего мгновение, но он тут же взял себя в руки.

– Спасибо, – сказала я и накрыла его руку своей. Я улыбнулась, а он… он был все так же серьезен, но в его взгляде читалась буря.

– Я позову Анну, – сказал он твердо. – Она осмотрит…

– Со мной все хорошо…

– Яся…

– Все хорошо, Кайл. Я здорова. Смотри, – я протянула руку, и из нее полились зеленые искорки. Они тут же потянулись к Кайлу. Он закрыл глаза и вздохнул – глубоко, с таким облегчением, что у меня сжалось сердце.

– Кайл…

– Ты вернулась, – сказал он, открывая глаза. Он посмотрел на меня так, словно не верил сам себе, словно боялся, что это видение исчезнет.

– Я вернулась, Кайл. Я здесь. Я рядом. Я… все теперь будет хорошо.

Кайл поднес мою руку к своим губам, задержал ее у лица, прижимаясь к моей ладони. Я чувствовала, как бьется жилка у него на виске, как напряжены его плечи, какую невероятную силу воли он прилагает, чтобы сдержать рвущиеся наружу эмоции.

– Яся, – только и сказал он хрипло, но я видела… видела, как он хочет сказать больше. А потом он произнес:

– Прости меня.

Он поднял глаза, и в них было столько боли, что у меня перехватило дыхание.

– Ты не виноват, – твердо сказала я.

Он замер, вглядываясь в мое лицо с почти болезненной пристальностью, словно пытаясь найти в моих словах ложь или сомнение.

– Ты… помнишь, что произошло?

Я кивнула.

– Я… лишил тебя… Я… Тео… – голос Кайла стал жестче, но я видела, как тяжело ему даются эти слова. Он злился на самого себя.

Я поняла, что он хотел сказать, и тут же подалась вперед:

– Тео… Я видела его, Кайл. Я всех видела. Бабушку, папу, маму, Тео… Я видела всех.

Я улыбнулась. Кайл прижался лбом к моему лбу, его дыхание обожгло мои губы.

– Они счастливы и свободны. Они попрощались со мной. Отпустили меня… к тебе.

– Я должен был тебя защитить, – проговорил он глухо, и в его голосе звучала сталь.

– Ты защитил. Ты был готов отдать жизнь за меня…

– И готов сейчас, – он отстранился, встретившись со мной взглядом. В его глазах больше не было растерянности, только решимость и бездна раскаяния. – Яся, я даже просить не имею права… Но я… Если ты сможешь простить… Я сделаю все. Все, что в моих силах, чтобы сделать тебя счастливой.

Он не верил. Просто не верил, что я могу его простить? Он смотрел с таким раскаянием, с такой болью, что это разъедало сердце. И тогда я наклонилась и поцеловала его. Я почувствовала, что его губы соленые, но… такие теплые, родные.

Он улыбнулся. А потом поцеловал мой нос, правую щеку, левую, мой подбородок, взял мои волосы в руки и вдохнул их запах.

– Моя Яся, – прошептал он, – моя любимая, моя нежная Яся…

– Твоя, – сказала я, положив руку на его щеку. – Твоя, Кайл. Теперь твоя навсегда… Я… Я была такой глупой, когда ругалась с тобой тогда. Мне… мне ничего не нужно без тебя, Кайл. Ни эта деревня, ни избушка… Только ты.

Кайл поднял голову, взглянул мне в глаза, и в них была такая серьезность.

– Нет, Яся, ты права. Это… я идиот. Твоя магия – часть тебя, а я… я люблю каждую твою частичку. И я не имею права лишать тебя магии. Я ничего не буду у тебя отнимать, Яся, клянусь. Я буду только давать и ценить, что у меня есть такая необыкновенная, такая потрясающая ты.

Его слова вызвали у меня слезы, я всхлипнула.

– Не плачь, прошу… – его руки оказались на моих щеках, он бережно стирал слезинки.

– Это слезы радости, Кайл, – искренне сказала я. – Я рада, что все закончилось.

Кайл улыбнулся так широко, так искренне, что я поняла: больше всего я ждала именно этого момента.

– Яся, у нас с тобой все только начинается, – сказал он. – Давай начнем без слез. Я хочу, чтобы ты улыбалась… как сейчас.

Он провел пальцем по моей улыбке, и это ощущалось словно лучик солнца.

– Я тоже хочу, – ответила я. – Хочу с твоей улыбки и… с поцелуев.

Я слегка потянулась к нему, и в этот раз Кайл перехватил инициативу. Он подался вперед и наконец поцеловал меня в губы. Я почувствовала, как магия пульсирует и смешивается с его. Я почувствовала… его эмоции, его чувства. Любовь, нежность, страсть. Все то, что делает Кайла Кайлом.

И неожиданно он замер. Поднял руку, и магия из его пальцев плотно смешалась с моей.

– Я чувствую тебя, Яся, – сказал он. – Чувствую всю тебя.

Его глаза расширились от удивления. Он улыбнулся, потом нахмурился, а затем рассмеялся.

– Наша магия окончательно слилась, – произнес он.

Его рука была в миллиметре от моей, но я чувствовала касание, его радость, удивление… его умиротворение.

– Значит, ты чувствуешь самое главное, – сказала я.

Он посмотрел на меня и кивнул. Нам не нужны были слова. Мы были… единым целым. Он чувствовал мои эмоции, я – его. Миг полного уединения. В этот миг мы давали друг другу клятвы, говорили то, что невозможно выразить словами. Потому что все, что нас связывало, было выше слов, выше самой жизни и смерти.

– И я, – тихо сказал он.

– Я знаю, – ответила я.

– Навсегда.

– Навсегда.