Текст книги "Мое так называемое лето (СИ)"

Автор книги: Лада Шведова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

ГЛАВА 10

ГЛАВА 10

После пяти часов детские горки превратились в самое умиротворенное место в аквапарке. Не без удивления я поняла, что весь день проторчала рядом с музыкальной колонкой и при этом ни разу не услышала музыку, настолько было шумно.

Рома вернулся после обеда быстро – ему хватило десять минут, чтобы поглотить курицу с картошкой. Мы уселись на край бассейна, с наслаждением опустив ноги в прохладную воду. Я уже не чувствовала запаха хлорки – привыкла к нему, как к родному. Солнце еще не собиралось заходить, но и не пекло как в разгар дня. Скорее ласкало теплыми южными лучами.

– Как тебе первый день? – спросил Рома.

– Все не так плохо.

– Не так плохо?!

– По вашим рассказам я навоображала всякой кровавой фантастики, но в целом… жить можно. Местами было даже смешно.

– Только Русу об этом не говори. И никому не говори, а то зависнешь на Детских горках на месяц. Побольше жалуйся на судьбу и напоминай о желании попробовать все. И смотри так восторженно, словно вот-вот умрешь от счастья, – он изобразил счастливый взгляд. Это было забавно – я и не ожидала, что Рома так умеет.

– И драться за рации и горко-места – помню. Но пока местные правила немного мимо меня. Не люблю жаловаться и показательно страдать.

– Бунтарка, значит? Не такая, как остальной коллектив?

– Просто новенькая.

– Жаль. Люблю бунтарок, – он провел ладонью по голубой поверхности воды и вдруг брызнул в меня целой горстью, щедро так зачерпнул. Футболка сразу намокла, но беспокоило меня не это – за день я узнала, насколько быстро сохнет синтетика. Скорее жест Ромы не сочетался с самим Ромой.

И это был не первый раз, когда Рома… не был Ромой?

– Ты… – мои глаза расширились от понимания: – Вы что, поменялись?!

Тимур рассмеялся, запрокинув голову назад и перевернул кепку козырьком назад:

– Повелась, да? Сибирь, ну ты это… учись нас различать. Все-таки не первый день знакомы, а ты так облажалась… – он осуждающе покачал головой.

– Потому что не ждала такого подвоха! – я набрала горсть воды и обрызгала Тимура в ответ.

Смеясь, он закрылся рукой.

– Да ладно, смешно получилось! И, между прочим, я мог тут долго вести с тобой скучные беседы и изображать брата, но не стал. Цени мою честность.

– Честность? Да ты просто не можешь не быть собой дольше минуты.

– Или так, да. Все-таки долгое знакомство дает о себе знать, и ты неплохо меня изучила, – так и не вытащив ноги из бассейна, он откинулся назад на локтях и подставил лицо мягкому солнцу.

Забыв об обиде, я последовала его примеру, чуть прикрыв глаза и подняв подбородок, чтобы солнечные лучи попадали под козырек кепки. Было так хорошо – после непростого дня не хотелось даже двигаться, какие уж там обиды за «подмену». Я бы, наверное, провалялась так до конца смены, но вдруг почувствовала на себе взгляд – настолько внимательный и пристальный, что против воли захотелось поерзать на месте. Я повернулась: смотрел на меня Тимур, конечно. Это же он лежал рядом. И смотрел так… изучающе, жадно.

– Что? – не хотелось показывать, но такой его взгляд меня смутил.

– Ничего.

– Тимур…

– Просто у тебя интересный профиль, – сначала он опустил глаза, потом сделал вид, что отвлекся на бегающую у горок малышню. Может, он так поступил, чтобы я не смущалась, а может, ему самому было неловко, что я его застала за разглядыванием.

– А. Понятно.

Он снял кепку, растрепал свои волосы, и снова ее надел:

– Это было немного странно, да? Прости. У меня что-то вроде профессиональной деформации. Иногда вот так зависаю на интересных штуках.

– Разве ты не на архитектурном учишься?

– На нем, но у нас не только сопромат и прочие инженерные прелести. Еще есть основы живописи и композиции… много творчества.

– Понятно.

– Хорошо.

– Кто такой Кит? – мне хотелось поскорее сменить тему.

– Кит – это самое крупное млекопитающее на Земле, Сибирь. Я понимаю, у вас холодно и вы больше по медведям, но все же…

– Ха-ха, как смешно!

– Денис Китов, – внезапно нормально ответил он, но потом снова не удержался: – Знаешь… мы с ним с первого класса вместе. И за все, что мы делаем, отвечаем тоже вместе. Мы…

– Я видела мемы из «Бригады», – вздохнула я.

– Это не мем, а подходящее описание наших отношений. Ты бы о них обязательно спросила, и передо мной встал бы выбор: рассказать скучно и неинтересно, или коротко, по делу, и чтобы сразу все было понятно даже незнакомке.

– Значит, вы в одной школе учились?

– Ты меня плохо слушала, Сибирь. Конечно, мы не учились в одной школе! Кит посещал частное заведение для богатых мальчиков в галстучках. Но каждое лето мы торчали на серфинге, – он указал подбородком на заветный бассейн. – Это наше место, на которое больше никто не претендует. Бассейн для серфинга иногда хуже Детских горок, потому что там целый день надо таскать на себе совсем не детей. Спортзал после такого дня не нужен точно.

Серфинг был одним из самых популярных мест аквапарка – по пути в столовую я видела очередь из отдыхающих. Она вилась по дорожкам между пальм и уходила куда-то в бесконечность – вот настолько все хотели попробовать себя в покорении волн. Даже сейчас там было не пробиться, хотя в остальных зонах аквапарка активность постепенно угасала.

– Значит, вы с Китом друзья?

– Насколько это возможно. Он не очень дружелюбный.

– Не удивлена, что именно ты смог к нему подобраться.

Тимур рассмеялся:

– Только не влюбляйся в меня, хорошо? Напоминаю: я безнадежно занят.

– Кстати, об этом, – я снова откинулась на локти и подставила лицо солнцу: – Это же Аврора, верно?

– Моя утренняя звезда, да.

– Ты пробовал ее не задирать?

– По-твоему, я совсем дурак? – он посмотрел на меня с удивлением. – У меня же былигоды . Конечно, я попробовал все… – Тимур хотел сказать что-то еще, но вдруг резко обернулся и заулыбался: – А кто это у нас такой сытый-довольный с обеда ползет? Приемник, неужели ты? Шорты повыше натяни, а то живот вот-вот повиснет. Не хватало еще, чтобы меня приняли за тебя, как это сделали некоторые… – он стрельнул взглядом в мою сторону, кувыркнулся назад через голову и в одно мгновение оказался на ногах рядом с подошедшим братом.

Рома посмотрел сначала на Тимура, потом на меня и спросил:

– Что он натворил?

– Ничего, – заверила я, щурясь от солнца.

– Какого черта Красная горка пустует? – зашипела рация голосом Руса.

– Босс, я же отлучился и предупредил! Прием.

– На двадцать минут?!

– Ой, – сказал Тимур уже не в рацию. – Это все ты, Сибирь – время пролетело незаметно. Ладно, я побежал, пока Рус не разозлился и завтра в самом деле не загнал меня в Детскую зону. Она кошмар. Без обид, – хмыкнул он и убежал.

Рома сел рядом со мной на место брата. Я смотрела на его профиль и теперь мне казалось странным, что я могла этих двоих перепутать. Да, их лица были одинаковыми, но мимика, жесты… у Ромы была привычка хмуриться, тогда как Тимур всегда цвел от эмоций и энергии.

– Расскажешь мне про Женю? – попросила я.

– Про Женю… Измайлову, что ли?

– Наверное. Знаю, что она работала в аквапарке и с ней есть какая-то история.

– Она не работала, аработает в аквапарке, просто сегодня не пришла. Они с Викой и Авророй стараются не пересекаться. Очень редко случается так, что они втроем выходят в одну смену. Тогда мы все как на вулкане.

– Они не поделили Кита? Или что случилось?

– Смотрю, тебя быстро посвятили в суть местных интриг, – рассмеялся он. – Может, остальное тоже узнаешь от кого-то еще? Честно говоря, мне все эти девчачьи разборки… лучше в них не лезть, себе дороже.

– И все же я бы послушала твою версию. Если ты не против, конечно.

Он посмотрел на меня исподлобья:

– Да не то, чтобы против… Кит и Вика когда-то встречались. Или встречаются сейчас – я за ними не особо слежу. Но раз Вика продолжает таскаться в аквапарк и даже подружилась с Авророй, что-то у них все-таки есть.

– Это вся история?

Он развел руками, как бы говоря – да, на этом все. Сплетника из него точно не выйдет, сплошная безнадега. Из его истории я ничего не поняла: какие-то мутные страсти вокруг этого Кита творились. Но пытать Рому дальше не имело смысла – бедолага и так цедил слова, точно они платные.

– А Женя что сделала? – решила я подойти с другой стороны.

– Вроде постояла с Китом на одной горке.

– И за это?..

– За это стала изгоем. Среди девчонок точно – никто к ней не приближается, боясь гнева Вики и Авроры.

– Авторитетные личности, – оценила я. – А парням к Жене приближаться можно? Или вы тоже держитесь от нее подальше?

– Мы в женские интриги не лезем.

Я словно вернулась в школу – мелкие обиды, разборки, дружба против кого-то, и в центре всего – некий идеал всех парней. Кстати, во всех моих школах этот идеал был в итоге так себе, поэтому и Кита я заранее для себя пометила галочкой «так себе». Да, у меня есть предубеждение. А у кого их нет?

Почему-то во многих коллективах все сводилось к одному набору действующих лиц. И даже в аквапарке ничего нового… тут лишь сверху всего безумия сияла Красная горка – куда без нее.

– Интересно тут у вас.

– Интересно, – Рома с иронией посмотрел на меня: – И скоро ты станешь частью происходящего.

– Вот уж не думаю.

– По-другому не получится.

ГЛАВА 11

ГЛАВА 11

Как. Я. Устала!

Просто не передать словами. Когда казалось, что день закончен, и мы с Ромой просто досидим его на краю бассейна, охлаждая гудящие ноги и болтая обо всем, рация снова ожила – Рустам отправлял всех прибираться. Оказалось, после смены спасатели возвращали на места растасканные за день по разным углам лежаки, зонтики и столики. А отдыхающие что только не творили с бедными лежаками, двигая их к пальмам, за пальмы, под горки и даже на газон вплотную к забору. Все требовалось вернуть на свои места – к бассейнам.

– Не представляю, как после такого оставаться еще и на вечерку, – пожаловалась я девчонкам в раздевалке. Местных королев там не было, а с остальными мы вполне нашли общий язык. На уровне первого дня знакомства, что уже неплохо. Не было ощущения, что меня хотят отвергнуть или вроде того, и это радовало.

– Просто избегай Детских горок днем и беги на них ночью – вот и весь рецепт счастливого рабочего дня, – поделилась Камилла уже, можно сказать, очевидным. – Завтра придешь или пропустишь?

– Не знаю. Напишу в чате утром.

– Окей. Тогда… увидимся, когда увидимся. Чао, приятно было познакомиться, – он послала мне воздушный поцелуй, но вдруг зависла в дверях: – Или хочешь дойти до остановки с нами?

В ее тоне было что-то такое… с подтекстом.

– В чем дело? – не поняла я.

Она рассмеялась:

– Да расслабься, ничего такого. Просто парни тебя не оставят в покое, ты же свежая кровь нашего серпентария и пока не знаешь, кто любит ковыряться в носу, а кто просто козел в квадрате. А наша компания поможет их расшугать… если ты этого хочешь, конечно.

– Очень хочу! – я затолкала в рюкзак влажную форму и побежала за девчонками. – Спасибо! Сегодня у меня просто нет уже сил отбиваться от внимания или рассказывать о себе. Или о Сибири… потому что я не из Сибири, и Тимур это выдумал.

– Мы так и подумали, – рассмеялись они.

– Он делает это со всеми, да?

– И раньше его за это хотелось придушить.

– Что изменилось сейчас?

Камилла пожала плечами:

– Понимание, что лучше пусть парень изгаляется с дурацкими прозвищами, чем льет мочу в уши. Или говорит, что Детские горки для девчонок, потому что это наше единственное предназначение. Я не против предназначений, но против глупых стереотипов. Надоели.

Утренняя ссора утихла, но точно не в сердцах девчонок.

– И часто они так говорят? Про Детские горки.

– Каждый чертов день.

– Неприятно.

– Не то слово! Позже ты прочувствуешь, обещаю.

У меня уже копился целый список на «прочувствовать».

На остановке мы с девчонками разошлись в разные стороны. Кто-то жил в десяти минутах ходьбы от аквапарка, кто-то ехал в горы – а туда можно было добраться только на автобусе. В старый город я добиралась одна. И хорошо – можно было прислониться лбом к прохладному окну и разглядывать пестрые южные улочки, отдыхающих в цветных купальниках и шортах. И аквапарк, что с высоты дорожной развязки просматривался весь – от величественной Красной горки до блестящих на солнце бассейнов, окруженных аллеями и пальмами. Рядом с аквапарком высился современный отель, и я с удивлением прочитала его название – «Дюна». Значит, эти двое были связаны.

Дома я забралась в Скворечник и рухнула на кровать. Выстиранное накануне покрывало пахло кондиционером для белья, и после аквапарковской хлорки этот запах казался лучшим на свете. Полежав немного, я вспомнила, что днем у меня разрядился телефон – из-за яркого солнца подсветка всегда уползала на максимум, и сел он еще до обеда.

Телефон я поставила на зарядку. Стоило ему включиться, как посыпались бесконечные уведомления о пропущенных вызовах – разумеется, это была тетя Нина. Тревожилась обо мне. Перезванивать ей не хотелось, но этого и не потребовалось – тетя Нина набрала меня сама.

– Ярочка, наконец-то! – завопила она, стоило принять вызов. – Я уже собиралась полицию поднимать, в МЧС звонить! Ты куда пропала, почему не отвечала? Мы тут все с ума чуть не сошли.

Тетя Нина привычно преувеличивала масштаб трагедии. С другой стороны, она позвонила мне около сорока раз, если верить сообщениям о непринятых звонках. Для нормального человека это походило на истерику, но тетя Нина существовала на своей волне.

– Вы что-то хотели? – со вздохом спросила я.

– Конечно, Ярочка. Конечно! Узнать о делах твоих. Узнать, когда вернешься. Узнать, не украли ли тебя эти… южные всякие, а то в новостях чего только не говорят. И ты одна-одинешенька, тростиночка бледная. Могла бы подождать месяцок, у меня там отпуск… могли бы вместе съездить, я бы за тобой хоть приглядела. Таких как ты, беленьких и одиноких, всегда воруют…

Не понятно, откуда она брала свои фантазии, но они всегда били ключом. Но она хотя бы переключилась от отца – а раньше он был ее главным действующим лицом и упорно «транжирил» мамино наследство. Если верить тете Нине, конечно. Не знаю, видит ли мама происходящее, но если да… я просто надеялась, что она воспринимает все как трагикомедию. Не хотелось, чтобы она переживала.

– Я устроилась на работу.

– Куда?!

– На работу. Поэтому вернусь не скоро, не стоит меня ждать. И звонить мне тоже не стоит. Если у вас будут срочные вопросы, прошу связаться с моим отцом, он вам все объяснит. А пока… простите, я слишком устала.

– Ярочка, что происходит? На какую работу ты устроилась? – беспокоилась тетя Нина. И, понизив голос, прошептала: – Неужто в эскорт? Яра! Я понимала, что ты в отчаянии, но…

Кошмар какой-то.

– Мое тело – мое дело, – брякнула я и скинула звонок.

Легла на кровать, потерла уставшие глаза. Посмотрела в окно – со стороны моря медленно садилось солнце, его оранжевые лучи отражались в чистых стеклах Скворечника и скользили по деревянным балкам потолка. Из окна дул легкий ветерок – так и не скажешь, что целый день стояла жала. Впрочем, быть может, в Скворечнике даже днем прохладно и ветрено. Как на знаменитой Красной горке.

Подумав, я схватила телефон и заблокировала тетю Нину.

По-хорошему, давно стоило это сделать. Мы родственники лишь формально, и она вцепилась в меня, увидев мое одиночество. А после заявления отца мое одиночество ощущалось особенно остро и тоскливо. Нет, мы и с ним жили скорее как соседи – я и звала его Александром. Но все же… его предложение переехать в квартиру мамы стало для меня ударом под дых. Или даже полным нокаутом. И было мне настолько плохо, что я впустила в жизнь тетю Нину, хотя давно все о ней поняла.

Я села на поезд… сама не знаю, зачем. Может, из-за теплых воспоминаний о маме – мы с ней часто говорили о море, о путешествиях. Обо всем, что видела она и что мы увидим вместе когда-нибудь. Или я просто чувствовала, что для меня нигде нет места. Словно я ни разу в жизни не пришлась ко двору. Меняла школы и никуда не вливалась по-настоящему. Ничто и нигде меня не держало, разве что отец… но и он отпустил «на волю» – так он выразился.

Закат догорел, оставив за собой небо густого, фиалкового оттенка. Вскоре из столовой вернулась Микаэлла Андреевна и мы перекусили в увитой виноградом беседке. У выложенной мелким камнем дорожки горели садовые фонари, подсвечивая низкие раскидистые пальмы, которые одним своим видом напоминали, где мы находимся. Впрочем, с местоположением при всем желании не обмануться – через улицу от дома располагалось уличное кафе, и музыка там играла весьма колоритная. Как раз что-то про «украду ночью» – уж не эта ли песня так впечатлила тетю Нину, что она забеспокоилась о моем возможном похищении?

– Ты у меня надолго, Слава? – спросила вдруг Микаэлла Андреевна.

Я растерялась:

– Не… не думала, если честно. Вам нужны точные сроки? – вспомнилось, что летом у Микаэллы Андреевны много гостей и все забито до конца сентября. Это сейчас из жильцов был одинокий мужчина за сорок, и еще тихая пара с маленькой собачкой.

– Живи, сколько захочется, ребенок, ты что так побледнела? Просто любопытно мне, – замахала руками она. – Скворечник в твоем полном распоряжении, я все равно туда никого не пускаю. Для своих он.

– Тимур рассказывал, – я невольно улыбнулась.

– Не удивлена – болтун он тот еще. Как начнет иногда про архитектурные стили рассказывать, так у меня крыша едет. Что мне стили? Мне лишь бы не разваливалось через пять лет после строительства, как наш новый ЖК на севере. Говорят, там уже трещины по домам идут… ой, ладно! – она снова махнула рукой. – А ты оставайся подольше. Вдруг получится тебя откормить? И мне в радость. Будет, кому присмотреть за домом, когда я в столовой.

– В ближайшую неделю точно присмотрю.

– Вот и ладненько.

ГЛАВА 12

ГЛАВА 12

Знакомство с местными королевами состоялось внезапно.

Утром я решила снова выйти в смену и приехала в аквапарк. Переоделась и, болтая с девчонками, отправилась на брифинг, но по дороге вспомнила о забытом в раздевалке телефоне. До начала брифинга оставалось всего ничего, но за телефоном успеть можно. Я ворвалась в раздевалку и… застала очень странную картину.

На низкой лавочке сидела девчонка – такая мелкая и хрупкая, что поначалу я приняла ее за рыжего мальчишку из младшего поколения спасателей. Над девчонкой возвышались двое. Те самые Вика и Аврора, больше некому. Аврора была платиновой блондинкой и тщательно прятала волосы под кепку на время работы, волосы Вики были темными, тяжелыми и кудрявыми, придавая ей экзотический вид. Особенно на контрасте со светлыми глазами. Местные королевы не были уж очень высокими или крупными, но на контрасте с сидящей на лавочке рыжей девчонкой именно так все и выглядело – словно два великана попали в страну гномов.

Когда я вошла, все резко замолчали.

Вика и Аврора смерили меня недовольными взглядами, намекая, что мое дело – убраться как можно скорее и не мешать. Наверное, стоило так и поступить. Кто любит с ноги влезать в чужие разборки и сразу наживать неприятности, которыми тут пахло? Но… я села на поезд и уехала в неизвестность. Я устроилась на работу в долбанный аквапарк, встретив двух парней на пляже! И черта с два я уйду сейчас, потому что в раздевалке происходило что-то малоприятное. Это читалось в позах присутствующих, во взгляде сидящей на лавочке девчонки, в сгустившем воздух напряжении.

– Что происходит? – поинтересовалась я сладким тоном.

В отличие от рыжей девчонки, я мелкой отнюдь не была и снизу вверх ни на кого не смотрела. Плюс пять лет плавания подарили мне широкие плечи. Из-за этого я часто комплексовала, но точно не в этот момент.

– Ничего, новенькая. Вали отсюда.

– Что-то пока не хочется, – я посмотрела на сидящую на лавочке девчонку. Наверное, это и была та самая Женя, что стала неугодной местным королевам. – Все хорошо? – обратилась я к ней.

– Все нормально, – бросила она. – Уходи.

– Мы еще не познакомились. Дождусь тебя, и поболтаем по дороге на брифинг.

– Не хочу я с тобой болтать, – ответила Женя так, что даже тупому было понятно: она хотела, чтобы я осталась. Но, возможно, заранее жалела меня, понимая, что из-за этой ситуации я тоже влипну.

Вика и Аврора смотрели на меня недобро, подтверждая эту теорию. Их полярная внешность – платиновая блондинка и кудрявая брюнетка, – вкупе с прозвищем Рори-Тори (кажется, так назвал их Роман) отдавали чем-то диснеевским. Словно две злодейки из разных мультиков спелись в крепкий дуэт. Или две злобные сиамские кошки. Но что эти диснеевские злодейки могут мне сделать? Да ничего. Практика частой смены школ показывала, что и правда ничего. Как минимум потому, что я для них незнакомка, они не знают моих слабостей или страхов.

Под внимательными взглядами троицы я забрала свой телефон из шкафчика и демонстративно устроилась на лавочке в ожидании. Женя начала быстро переодеваться, а Рори-Тори разве что не кипели от недовольства.

– Ты пожалеешь, – бросили они и покинули раздевалку.

Да уж, у Тимура специфический вкус на девушек. Хотя теперь я всеми руками за его прозвища. Как там было? «Вялая»? Авроре подходит. Надо будет спросить, что у него припасено для Вики. Надеюсь, что-то не менее дурацкое.

– Очень глупо, – тихо сказала Женя, собирая тугой пучок на затылке. Ее волосы были подстрижены чуть выше плеч, и передние пряди все время выпадали из пучка. В итоге Женя просто придавила их кепкой и посмотрела на меня: – Ты бы тоже убрала свой длинный хвост. Волосы у тебя слишком красивые, чтобы сжечь их на солнце, а ты сожжешь. Так быстро, что не заметишь, как вместо волос на твоей голове останется одна солома.

Мои волосы были слишком густыми и плотными, чтобы полностью их спрятать. По совету Жени я попробовала, но тогда кепка не держалась на голове.

– Тогда под футболку заправь. Лучше так, чем солома, – заверила она. – Уже купила солнцезащитный бальзам?

– Даже не подумала об этом, если честно.

– Обязательно подумай.

Она звучала как маленький босс, и я поспешила кивнуть.

Вскоре мы вместе бежали на брифинг. Опаздывали уже минут за десять.

– Детские горки точно наши – так Рус наказывает опоздунов, – вздохнула Женя. – Хотя ты новенькая, Детские горки и без того твои. И… спасибо, что осталась, хотя это было глупо. Они ничего бы мне не сделали, так… их метод – психологическое давление, а это можно потерпеть. Но теперь они переключатся на тебя, вот увидишь. Свежая кровь, все такое. Потерпишь немного, и они отвянут.

– Мне все равно.

– Это зря… как тебя зовут, кстати? В чате я видела только про Сибирь.

– Слава.

– Зря ты так, Слава. Рори-Тори легко могут испортить тебе жизнь, уже поверь мне на слово. Если бы я не нуждалась в работе здесь как в воздухе… каждый раз возвращаюсь в аквапарк как на каторгу. Хотя раньше бежала с удовольствием, поэтому что было весело, приятно и… в общем, нравилось мне. Но теперь каторга.

– Все из-за парня? Который Кит.

Женя резко притормозила. До Взрослого бассейна оставалось несколько метров, уже был виден общий сбор. Кто-то даже дрался за рации и горки, судя по гоготу и кипишу.

– Глупо получилось с ним, – она поморщилась. – Я просто… ну, запала на него. А кто из нас нет? Не смотри так, ты его просто не видела и не знаешь. Он такой красивый, холодный… настоящий ледяной принц. Принц-козел, что еще привлекательнее. Мы с ним даже не общались – я так, издалека запала. Всегда старалась попасть на его любимый серфинг, чтобы быть поближе, но это не помогало. И вот однажды я набралась смелости и поцеловала его. Прямо здесь, – она указала на одно из административных зданий. – Там есть выход на крышу. После вечерки мы иногда всей сменой оставались там потусить, поболтать. Я увидела, как Кит вышел на крышу, вышла следом за ним и… поцеловала. И Вика это увидела.

– И из-за этого такая война?!

– Ты не понимаешь, – Женя опустила взгляд и потерла носком тапочки песочную плитку. – Мы были подругами до этого момента. Были не Рори-Тори, а Женя и Вика. И Аврора, которая всегда существовала сама по себе, ведь она тоже ледяная принцесса и до общения с простыми смертными не опускается. Хорошие были времена, но все меняется. И почему-то всегда в худшую сторону.

Ее слова осели горечью внутри меня. С этим я была полностью согласна – почему-то всегда все меняется к худшему. И словно ничего хорошего уже не будет, и как раньше уже не будет. И впереди только тьма, даже под ярким солнечным светом и шумом морского прибоя.

– Если вы с Викой были подругами, зачем ты поцеловала Кита? Он же был ее парнем, верно?

– Они тогда расстались, но это неважно. Я совершила глупость и заслужила все то, что происходит сейчас.

– Ты жалеешь о том поцелуе?

– Каждый божий день.