Текст книги "Строптивая джинни для тёмного властелина (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

– Беру свои слова назад, – вскинув ладонь, не позволив Джафару начать мне возражать, сказала я. – В моём мире колдуном можно было только родиться, – пояснила я. – Как дела обстоят здесь, я не знаю. Так что моё заявление было несколько поспешным.

– Много столетий назад Наставник нашёл источник магии, – пояснил Джафар. – С его помощью колдуном может стать кто угодно.

– Ой ли? – я проницательно посмотрела ему в глаза. – Если бы всё было так легко, все жители Аграбы были бы волшебниками. – А потом мой разум зацепился за другую часть фразы. – Что значит, много столетий назад? Сколько же твоему Наставнику лет?

– Что-то около тысячи.

Я мысленно присвистнула. Вот это я понимаю долгожитель!

– Могу только восхититься его стойкостью, – сказала я. – Я уже к концу первого столетия была старой ворчливой ведьмой, которой всё надоело. Не представляю, как можно прожить целое тысячелетие, и при этом не свихнуться.

– Просто Наставник увлекается научными изысканиями в области ритуалистики и пространственной магии. Сколько я его знаю, он всё время находится в поисках.

– В поисках чего?

– Не могу сказать наверняка. Если я верно понимаю, он ищет способ повернуть время вспять.

– Временная магия? – я весело фыркнула. – Вот это я понимаю амбиции!

– Скорее всего, он пожелает привлечь тебя к своим исследованиям, – предупредил Джафар. – Магия джиннов, насколько я могу судить, отличается от человеческой. И вполне вероятно, то, что не подвластно людям, может оказаться по плечу тебе.

– Не вопрос, – легко согласилась я. – Я, знаешь ли, в своё время тоже увлекалась различными исследованиями. Правда никогда не замахивалась на нечто настолько глобальное, как управление временем. Но сама тема интересная, спору нет. Только предупреждаю сразу: если мне покажется, что твой Наставник хочет разобрать меня по кусочкам или каким-то образом отобрать магию, я превращу его в червяка и брошу жариться на солнцепёке в пустыне.

«А то знаю я этих исследователей, – подумала я. – Они ещё похуже тёмных властелинов будут. Тёмный властелин гадости делает ради власти, могущества и богатства. А исследователи просто из интереса и любопытства. С такими нужно держать ухо востро. Не то глазом моргнуть не успею, как заточение в лампе покажется мне лёгким развлечением».

Аладдин желает знать правду

Рассказав детям пару старинных легенд, бывших популярными во времена моей юности, я дождалась, пока они заснут, после чего посадила на стену свой «глаз», а сама, подхватив Джафара под руку, переместилась к главным воротам дворца султана.

Только вот возле ворот моего беспокойного подопечного не обнаружилось.

– Эх, жаль, я не додумалась повесить на него следилку, – посетовала я. – В следующий раз буду умней.

– Следилку? – Джафар с интересом посмотрел на меня.

– Это специальные чары, которые позволяют найти человека или предмет, где бы тот ни находился.

– Удобно, – признал Джафар.

– Очень, – согласилась я. – Главное не забывать их вовремя применять.

– Я заеду за тобой завтра вечером? – спросил Джафар. – Или ты предпочтёшь явиться ко мне?

– А откуда будет проще добраться до твоего наставника?

– Из дворца.

– Тогда отложим галантные жесты до лучших времён и отдадим предпочтение прагматике и рационализму.

– Как скажешь.

Попрощавшись с Джафаром, я двинулась вдоль высоких крепостных стен, окружавших дворец, в надежде обнаружить Аладдина где-то поблизости. Только вот ни его, ни Абу видно нигде не было, и это начинало меня беспокоить.

Вдруг с Аладдином что-то случилось? Его могла поймать стража и бросить в темницу. Или он мог столкнуться с какими-нибудь бандитами…

Последнее, конечно, было маловероятно. Аладдин не выглядел как человек, у которого есть, что украсть. Да и в Аграбе его должны знать в лицо, всё-таки он долгие годы промышлял мелким воровством на её улицах.

– Айна! Айна!

Неожиданно сверху на меня спикировал взволнованный Яго.

– В чём дело? – спросила я и вытянула руку, позволяя Яго использовать её в качестве жёрдочки.

– Твой малолетний бандит громит башню Джафара, – наябедничал тот. – И ещё чуть-чуть, и у Джафара закончится терпение, и он его просто и без затей прихлопнет.

«Всё-таки пробрался во дворец, – мелькнула у меня в голове восхищённая мысль. – Шустрый мальчик».

Не тратя времени даром, я пересадила Яго себе на плечо, после чего переместилась в башню Великого визиря.

Аладдин постарался на славу! По полу были разбросаны осколки какой-то посуды и стекла, мебель была вся перевёрнута, а в углу, возле окна, сиротливо валялся какой-то фикус посреди кучки земли.

При этом сам Аладдин стоял посреди всего этого безобразия и, яростно сверкая глазами и экспрессивно размахивая руками, кричал на Джафара, мирно сидевшего на единственном уцелевшем предмете мебели – диване.

–… предатель и трус!

– И потому что он предатель и трус, ты решил наказать его, уничтожив всю мебель в его доме? – насмешливо поинтересовалась я, не дав Аладдину продолжить свою обвинительную речь.

Юноша тут же повернулся ко мне.

– Айна, это он был тем стариком, который бросил меня в Пещере Чудес! – ткнув в сторону Джафара пальцем, заявил Аладдин.

– Я знаю, – спокойно ответила я.

– Знаешь? – в глазах Аладдина мелькнула боль. – Так ты с ним заодно?

– Я ни с кем не заодно. Я в принципе сама по себе. Хотя, не буду скрывать, Джафар мне глубоко симпатичен.

– Он – тёмный колдун и хочет захватить Аграбу!

– И что? – я пожала плечами. – Я, знаешь ли, тоже далеко не добрая фея. Однако это тебе не мешает пользоваться моими услугами для достижения своей цели.

– Я не такой как он! – возмущённо воскликнул Аладдин.

– Правильно, ты не такой, как он, – согласилась я. – Ты во сто крат хуже. Потому что Джафар умный, интересный мужчина с непростым характером и замашками диктатора, а ты – глупый, эмоционально нестабильный мальчишка, не представляющий из себя ровным счётом ничего.

Лицо Аладдина вытянулось в изумлении, а его глаза подозрительно заблестели, словно он вот-вот расплачется.

– Я думал, ты мне друг, – с горечью проговорил он. – А ты…

– А я что? – я чуть наклонила голову на бок, прямо глядя на него. – Оказалась не такой, как ты себе нафантазировал? Ну, так это твои проблемы. Я никогда не пыталась казаться лучше, чем есть на самом деле.

Аладдин сейчас напоминал щенка, которого случайно пнул нерадивый хозяин, настолько несчастный и растерянный у него был вид.

Я решила дать ему возможность обдумать всё услышанное, а сама огляделась по сторонам и укоризненно покачала головой:

– Какой бардак развёл, – посетовала я. – И ладно мебель, я и сама не прочь что-нибудь разбить в порыве гнева. Но бедный фикус-то в чём виноват?

Я сделала несколько пасов руками, и комната за считанные мгновения вернулась к своему первоначальному виду.

– Я хочу знать правду, – неожиданно заявил Аладдин, с вызовом глядя на меня. – На чьей ты стороне? На его? – он кивнул в сторону Джафара. – Или на моей?

– На своей собственной, – не раздумывая, ответила я. – Чего и тебе желаю.

А затем, чтобы окончательно добить впечатлительного паренька, подошла к дивану, на котором сидел Джафар, и уселась рядом, всем своим видом показывая, что вполне довольна подобным соседством.

Аладдин смотрел на меня так, будто я всадила ему нож в сердце или убила его любимую обезьянку.

Кстати о ней…

– А где Абу?

И тут же из-под дивана с недовольным писком показалась обезьянья голова в крохотной тюбетейке.

– Абу, дорогой, – я наклонилась  и вытащила малыша из-под дивана. – Всё уже закончилось, можешь вылезать.

Абу тут же обхватил меня одной лапой за шею, а второй погрозил Аладдину кулаком, громко и эмоционально что-то пропищав.

– Полностью согласен с макакой! – поддержал его Яго, устроившийся на подоконнике. – Спокойней надо быть, юноша. Уравновешенней. Не пятилетний мальчишка уже.

– Зато они с принцессой составят идеальную пару, – насмешливо заметил Джафар. – Будут каждый день скандалить и разносить дворец. А султан будет бегать вокруг них с несчастными глазами и пытаться их помирить.

– Как только женюсь на принцессе, первым делом прикажу бросить тебя в темницу, – мрачно пообещал Аладдин, хмуро глядя на Джафара.

– Ты сначала женись, – фыркнул Джафар. – А там видно будет.

– Вот и отлично, – резюмировала я и широко улыбнулась. – Будем считать, что временное перемирие заключено. Как насчёт полуночного перекуса, господа? Лично я не откажусь от чего-нибудь вкусного.

Абу, всё ещё висевший у меня на шее, радостным писком поддержал мою идею.

– Ну, можно, – неохотно согласился Аладдин. – Я целый день ничего не ел.

– Я прикажу слугам накрыть на стол, – отозвался Джафар и поднялся с дивана. – И очень надеюсь, что по возвращении найду башню в том же состоянии, что и сейчас.

Джинни желает помирить Аладдина и Джафара

Поздний ужин (или ранний завтрак, тут с какой стороны посмотреть), как ни странно, прошёл спокойно.

Аладдин, устроив погром в башне, похоже, выплеснул все накопившиеся эмоции и теперь спокойно и с аппетитом ел отварной картофель с тушёной говядиной, пока Абу, сидевший рядом с ним, активно уплетал бананы и яблоки из вазы с фруктами.

Я же, устроившись на противоположной стороне длинного прямоугольного стола бок о бок с Джафаром, кормила с рук виноградом Яго, весьма удобно устроившегося у меня на плече.

Сам хозяин башни подозрительно благодушно поглядывал на нашу компанию, неспешно потягивая вино из бокала.

«Нет, с его пристрастием к алкоголю срочно что-то нужно делать, – подумала я, неодобрительно поглядывая на Джафара. – Такими темпами он точно сопьётся!»

– Итак, – закончив трапезу, Аладдин отложил столовые приборы и выжидательно посмотрел на Джафара. – Лампа теперь у тебя.

– Ошибаешься, – безэмоционально откликнулся тот. – Лампа там, где и должна быть: в доме Айны.

– Эй! Вот не надо мне приписывать чужие заслуги! – тут же возмутилась я. – Это не мой дом, а приют для сирот.

– В котором ты на данный момент являешься хозяйкой, – парировал Джафар. Однако поймав мой недовольный взгляд, добавил: – Ну, хорошо. Это не твой дом. Это твой приют. Так тебя устроит?

– Вполне, – кивнула я и протянула Яго очередную виноградину, очищенную от косточек и кожуры.

– Я ничего не понимаю, – Аладдин нахмурился. – Как лампа может быть в приюте? Я ведь всё обыскал!

– Ты всё обыскал только в своей комнате или во всём поместье? – уточнила я насмешливо.

– Только у себя. Но я ведь точно помню, что никуда из комнаты лампу не выносил!

– Да, ты её не выносил, – согласилась я. – Ты имел глупость оставить её на самом видном месте. А Халиме с Имраном затеяли уборку и отнесли её в сокровищницу, посчитав, что она осталась от прежних владельцев.

На лице Аладдина отразилась растерянность.

– Халиме и Имран? – переспросил он. – Но зачем?

– Они подумали, что нам с тобой нужна их помощь с домашними делами, – объяснила я, ощущая тепло в груди при мысли об этих детях. – Мол, дом слишком большой и поддерживать в нём порядок нам с тобой вдвоём будет очень тяжело.

Аладдин почесал затылок и посмотрел на Джафара.

– То есть ты не пытался снова украсть у меня лампу?

– А зачем? – пожал плечами тот. – У тебя осталось последнее желание. Загадаешь его и перестанешь быть хозяином лампы. И я смогу спокойно её забрать.

– Сможешь, – кивнула я, с интересом поглядывая на Джафара. – А захочешь?

Тот послал мне насмешливый взгляд.

– Время покажет, – туманно изрёк он, заставив меня весело рассмеяться.

– И ты не против служить ему? – недовольно скривившись, спросил у меня Аладдин.

– Служить – против, – заверила я его. – А вот помогать по дружбе очень даже за.

– Он хочет стать новым султаном.

– Я знаю. А вот откуда это знаешь ты?

– Скорее всего, он нашёл мою тайную комнату, где я храню самые редкие и ценные артефакт, о которых не должен знать Хамед, а также наброски своих планов, – предположил Джафар.

– Ты доверяешь свои коварные планы бумаге? – удивилась я.

Джафар пожал плечами.

– Я записываю идеи, даю им некоторое время отлежаться, а потом смотрю на них независимым взглядом, – объяснил он. – Это помогает доводить планы до совершенства и отказываться от заведомо нереализуемых.

Меня приятно поразил столь серьёзный подход к планированию собственных злодейств. Сразу видно умного и хорошо организованного человека!

– Вот, Аладдин, бери пример с Джафара, – с улыбкой заметила я. – Вот так, медленно и последовательно, а главное продуманно, должен действовать будущий султан. Или, в твоём случае, принц.

Аладдин насупился и мрачно посмотрел на нас с Джафаром из-под нахмуренных бровей.

– Если для того чтобы стать принцем, нужно быть подлецом, я лучше останусь обычным нищим.

– А то, что ты собираешься обмануть принцессу Жасмин, прикинувшись принцем, не является подлостью? – вкрадчиво поинтересовался Джафар, насмешливо сверкая глазами.

– Ты ему рассказала! – возмущённо воскликнул Аладдин, глядя на меня.

– Да, я ему рассказала, – подтвердила я. – Правда это было что-то в стиле: «попробуешь помешать Аладдину в образе принца жениться на Жасмин, я тебе ноги переломаю и живьём закопаю в пустыне».

– Про ноги и пустыню ничего не было, – возразил Джафар.

Судя по задорным искоркам, блестевшим на дне его тёмных глаз, он искренне наслаждался ситуацией.

– Ой, да какая разница! – отмахнулась я. – Главное я настоятельно рекомендовала тебе не ставить нам с Аладдином палки в колёса, и ты, вроде как, даже согласился.

– Мне, в общем-то, нет дела до того, кто станет супругом принцессы, – пожал плечами Джафар. – Главное чтобы Аграбой и дальше управлял я.

– Вот! – Аладдин гневно сверкнул глазами. – Ты видишь? – спросил он у меня. – Он же помешан на власти!

– Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы никого не убило, – философски заметила я. – А вообще, дорогой Аладдин, если ты сам начисто лишён амбиций, и твоё единственное желание: вкусно есть, сладко спать и быть рядом с любимой женщиной, – это не значит, что все такие. И, положа руку на сердце, мне самой ближе цели и мотивы Джафара, чем твои.

– Хочешь сказать, то, что он желает захватить трон, это нормально? – Аладдин выглядел настолько ошеломлённо, будто у меня внезапно выросло три головы.

– Во-первых, Аладдин, говорить в третьем лице о присутствующих людях невежливо, – назидательно проговорила я. – А во-вторых. Да, я считаю вполне нормальным и естественным, что сильный, умный и амбициозный мужчина стремится к власти. Причём, заметь, пытается добиться её законными способами, хотя вполне может устроить банальный переворот, убить султана с его дочуркой и занять трон.

Аладдин задумался. А я, улыбнувшись, протянула руку и ласково погладила его по всклокоченным волосам.

– В моём родном мире говорят: прежде чем судить других людей, надень их обувь и пройди их путь, – сказала я. – Ты не знаешь, кто такой Джафар, и почему он хочет стать султаном. Как, впрочем, и Джафар не знает тебя, и поэтому считает лишь глупым мальчишкой и расходным материалом.

– И что ты предлагаешь? – спросил Аладдин, наивно хлопая глазами.

– Ты перестаёшь обвинять Джафара во всех смертных грехах и не закатываешь больше истерики. А он не делает тебе больше пакости и не мешает завоёвывать сердце принцессы Жасмин. Джафар? – я вопросительно посмотрела на мужчину. – Как тебе такое предложение?

– Если Аладдин не будет мешать мне исполнять моё желание, я отвечу ему той же любезностью, – ответил тот.

Я перевела взгляд на Аладдина.

– Ну, хорошо, – сдался он. – Я не мешаю Джафару завоёвывать трон, он не мешает мне стать мужем принцессы Жасмин.

– А теперь пожмите друг другу руки, – велела я.

И, – о чудо! – они послушались. Джафар первым протянул руку, и Аладдин, пусть и с крайне недовольным выражением лица, пожал его ладонь.

Я же прошептала короткое заклинание, и их соединённые ладони обвила красная магическая нить, на мгновение ярко вспыхнувшая, а затем сразу же погаснувшая.

Джафар тут же одёрнул свою руку и возмущённо уставился на меня:

– Что это было?

– Я просто скрепила ваш договор магически, – с невинной улыбкой пояснила я. – Чтобы ни у одного из вас не возникло даже мысли передумать и обмануть другого. Теперь, если вы попытаетесь это сделать, вас накажет сама магия. А её наказания ой какие болезненные.

«Надеюсь, хотя бы так мне удастся уберечь вас от вражды, – подумала я. – Да, не очень честно. Зато эффективно!»

Дети желают приносить пользу

После ужина Аладдин был очень тих и задумчив. Зато не артачился и позволил мне переместить нас всех в поместье.

– У нас завтра вечером с Джафаром запланирован один важный визит, – проинформировала я его. – Ты можешь присмотреть за детьми в моё отсутствие?

– Разумеется.

Весь следующий день я провела вместе с детьми, чтобы они не чувствовали себя брошенными. Правда от обычных игр они наотрез отказались, хотя я была способна создать для них сколько угодно игрушек.

– Мы уже не маленькие, чтобы играть в куклы, – насупившись, заявила Халиме, когда я вручила ей деревянную куклу, одетую в красивое пышное платье.

– Точно! – поддержал сестру Имран, возвращая мне игрушечного солдатика.

– Разумеется, вы уже совсем взрослые, – покорно согласилась я, улыбнувшись. – Так чем же такие взрослые ребята хотят заняться?

– Надо позаботиться о лошадках на конюшне, – заметила Халиме. – Их нужно покормить и причесать.

– И стойла почистить, – важно кивнул Имран.

– И растения в саду полить, – добавила Халиме. – Они ведь так зачахнут.

«Всё правильно, – печально подумала я. – Взрослые должны заниматься взрослыми делами».

Я, в общих чертах, понимала, откуда это берётся.

Трудно оставаться беззаботным ребёнком, когда приходится выживать на улице. И ещё труднее поверить, что взрослые, взявшие тебя в свой дом, сделали это совершенно бескорыстно и тебе не нужно потом и кровью заслуживать их любовь.

– Что ж, в таком случае, начнём с конюшни, – решила я, натянув на лицо беззаботную улыбку. – А растения лучше поливать вечером, когда солнце зайдёт. Иначе никакого прока не будет.

Халиме с самым серьёзным выражением лица кивнула, показывая, что поняла меня.

Вместе мы пришли на конюшню. Лошади в денниках заметно оживились и повысовывали головы, с любопытством поглядывая на нас.

– Так, думаю, я займусь чисткой денников, а вы расчешете гривы и хвосты нашим красавицам и красавцам, – решила я и щелчком пальцев наколдовала возле каждой лошади невысокий деревянный табурет нужной высоты, чтобы Халиме и Имрану было удобно добраться до лошадиной гривы.

Затем я с подозрением уставилась на лошадей. Кто знает, что там у них в головах творится. А вдруг обидят малышей? Нахмурившись, я взмахнула рукой, накладывая на всю копытную компанию подчиняющие чары. Чтобы даже чихнуть или пукнуть без моего ведома не могли, не то что кого-то укусить или лягнуть!

– Вот, приступайте.

Я вручила малышне деревянные щётки с жёсткой щетиной, а сама призвала из дома небольшую тележку и лопату.

Разумеется, собственноручно таскать навоз я не собиралась. Ещё чего! Заняться мне больше нечем. А вот устроить малышне зрелищное представление вполне можно.

Так что я взмахнула руками на манер дирижёра, и тут же шарики и лепёшки из денников начали собираться в маленьких какашечных человечков, которые бодрым строем, разве что не маршируя, направились к тележке. Возле тележки их ожидала лопата: стоило только достаточному количеству коричневых воинов взобраться на полотно, лопата ловко подпрыгивала и закидывала их в тележку, после чего снова опускалась вниз, за новой порцией.

Халиме с Имраном, похоже, совершенно забыли о порученном им задании, с широко распахнутыми глазами наблюдая за процессом очистки денников.

– Тётушка Айна, вы – фея? – неожиданно спросила Халиме, с восхищением посмотрев на меня.

– Нет. Когда-то я была ведьмой. А сейчас, если верить нашему дорогому дяде Джафару, я – джинн.

– А что такое джинн? – во взгляде Имрана светился неподдельный интерес.

– Джинн – это тот, кто совершает чудеса и помогает маленьким мальчикам и девочкам вырасти здоровыми и сильными, – шутливо щёлкнув его по носу, ответила я. А затем добавила наиграно строго: – А чего это вы отлыниваете от работы? Живо за дело!

Халиме с Имраном весело рассмеялись и принялись старательно расчёсывать гривы своим подопечным.

Я же, закончив собирать навоз, отправила тележку своим ходом в небольшой деревянный пристрой, располагавшийся позади конюшни (навозохранилище), а сама наколдовала на полу в денниках свежую солому, а в кормушки и поилку – сено вперемешку с кусочками свежей моркови и воду.

«Хорошо быть всесильной, – удовлетворённо подумала я. – Жизнь становится намного проще».

Тут в конюшне как раз показался Аладдин.

– Чем это вы тут занимаетесь?

– Домашними делами, пока Ваше Высочество спят, – насмешливо откликнулась я.

Аладдин смутился.

– Я думал, ты будешь все домашние дела с помощью магии делать, – заметил он.

– Магия не решение всех проблем, – назидательно проговорила я. – Нужно уметь что-то делать и своими руками. Так что вот, – я вытащила из воздуха метлу, – иди и подмети крыльцо. А мы с детьми пока закончим здесь.

«Вот так, – удовлетворённо подумала я, глядя на то, как Аладдин покладисто направился выполнять моё поручение, даже слова не сказав против. – Я ещё сделаю из тебя приличного человека».

Джинни желает развеять сомнения

К встрече с Наставником Джафара я заранее подготовилась и сменила облик, остановив свой выбор на образе седовласой старушки в строгом тёмно-синем платье – именно такой я была в день, когда всё пошло не по плану и я стала джинном.

В принципе, я могла явиться и в своём нынешнем туманном обличье и щеголять полупрозрачным синим телом. Только вот если Наставник Джафара и правда является тем, о ком я думаю, мне бы не хотелось, чтобы он видел меня такой.

Джафар, явившийся в поместье к точно назначенному сроку, наградил меня взглядом, полным изумления.

– Что, не нравлюсь? – весело осведомилась я.

– Почему ты так выглядишь? – проигнорировав мой вопрос, в свою очередь спросил Джафар.

– Хочу проверить одну теорию, – расплывчато ответила я.

– И о чём эта теория, ты мне, разумеется, не расскажешь?

– Неа, – я широко улыбнулась. – Пусть это будет сюрпризом.

Джафар многозначительно хмыкнул. А затем окинул меня пристальным взглядом.

– Полагаю, сегодня ты поедешь в карете? – уточнил он.

– А вот и не угадал! – рассмеялась я. – Сегодня мы с тобой немного полетаем.

Я засунула два пальца в рот и залихватски свистнула – и тут же из окна второго этажа вылетел коврик и шустро подлетел ко мне, в нетерпении потряхивая кисточками на углах – мне он напомнил домашнего пса, радостно виляющего хвостом в предвкушении прогулки с любимым хозяином.

Джафар с подозрением уставился на коврик – господину Великому визирю подобное средство передвижения явно не внушало доверия.

– Не будь занудой, – фыркнула я, уверенно ступая на коврик. – Где твой дух авантюризма?

– Потерялся где-то по дороге, – мрачно ответил Джафар.

Однако на коврик всё же залез.

– Вот и молодец! – я ухватила Джафара за руку, усаживая рядом с собой, после чего скомандовала коврику: – Полетели!

И коврик тут же стремительно рванул ввысь.

– Поскольку я понятия не имею, куда лететь, рулить будешь ты, – бодрым голосом сообщила я Джафару.

– Что значит рулить? – возмутился тот. – Как ты себе это вообще представляешь?

– А вот так!

Я схватила коврик за правый верхний угол и слегка потянула в сторону: коврик тут же повернул в указанном мной направлении.

– А ещё наш коврик очень умный малыш, – доверительным шёпотом сообщила я Джафару. – И ты можешь давать ему указания словами.

Джафар наградил меня недоверчивым взглядом.

– Коврик, – вежливо обратился он к нашему транспортному средству. – Возьми на тридцать градусов севернее.

И коврик его послушал! Где уж в нём находятся встроенные компас и транспортир, я не знаю, но команду он выполнил с точностью.

– Ты его сама создала? – поинтересовался Джафар, явно впечатлённый его исполнительностью.

– Нет. Если верить рассказу Аладдина, коврик жил в Пещере Чудес. И был очень рад её покинуть.

– Хм…

Джафар задумался.

– Жаль, что в Пещеру Чудес больше не попасть, – посетовал он. – Там вполне может обнаружиться много интересных вещей.

– Вероятно, – согласилась я.

Было очевидно: столь изящным способом Джафар намекает, что не прочь лично побывать в Пещере Чудес, и я должна его туда провести.

Нет, в принципе, мне несложно. И даже самой интересно там всё как следует изучить. Только вот Джафару меня придётся сперва об этом попросить. Вежливо. Возможно даже с попыткой подкупа. А за просто так я делать ничего не намерена!

А то так один раз сделаешь доброе дело, и тебе сразу же сядут на шею и ножки свесят.

До пункта назначения мы долетели минут за двадцать.

На фоне ночного звёздного неба высоченная мрачная башня с острой крышей смотрелась весьма гротескно и немного пугающе.

«Сразу видно жилище тёмного колдуна», – мысленно хмыкнула я.

– Коврик, лети к балкону, – скомандовала я, решив, что входить цивилизованно через дверь это не для меня.

В конце концов, я злая тёмная ведьма! Могу же я немного побезобразничать?

Коврик медленно опустился и завис рядом с балконом.

Джафар тут же ловко спрыгнул и уже привычно галантно подал мне руку, помогая спуститься, за что получил от меня благодарную улыбку.

Раздвинув лёгкие газовые шторы, закрывающие выход на балкон, я вошла в комнату.

Это оказался рабочий кабинет. Я мельком оглядела шкафы, тянущиеся вдоль стен и заставленные книгами, несколько непонятных приборов, стоявших в углу и письменный стол, заваленный какими-то чертежами.

Убранство комнаты волновало меня лишь постольку поскольку. Практически сразу моё внимание приковала к себе фигура в чёрном камзоле, стоявшая возле стола и резко развернувшаяся при звуке наших с Джафаром шагов.

– Айна! – в карих глазах мужчины мелькнуло узнавание.

Ещё бы он меня не узнал. Столько лет бегал ко мне за помощью и советами, ласково величал бабушкой. А потом взял и притащил целую армию к моему порогу. Неблагодарный мальчишка.

Впрочем, уже не мальчишка. В день нашей последней встречи ему было чуть за сорок, и его виски уже были тронуты сединой.

Сейчас же его лицо было покрыто глубокими морщинами, а в тёмных волосах заметно прибавилось седины. Как, впрочем, и сантиметров в талии.

– Ну, здравствуй, Вэйн, – с грустной улыбкой поприветствовала я любимого  (и единственного) сына своего пасынка. – Давно не виделись.

– Наконец-то я тебя нашёл!

Глаза мужчины наполнились слезами. Отбросив в сторону бумаги, которые до этого изучал, он стремительно приблизился ко мне и под изумлённый вздох Джафара, стоявшего у меня за спиной, резко бухнулся на колени, обхватив трясущимися руками мою ладонь.

Вэйн желает получить прощение

Я протянула свободную руку и нежно провела ладонью по склонённой макушке, посеребрённой сединой.

– Ну, и к чему ты разводишь сырость? – мягко спросила я. – Вот она я, стою перед тобой. Живая и здоровая.

– Я уже отчаялся снова найти тебя, – так и не подняв головы, тихо заявил Вэйн.

– Зачем ты вообще меня искал?

Этот вопрос казался мне крайне важным.

– Хотел попросить прощения. Нет, на коленях умолять о нём!

Вэйн поднял голову и посмотрел на меня глазами, полными невыносимой вины и муки.

– Прости меня, бабушка. Я не должен был идти на поводу отца и нападать на тебя. Я ведь знал, что ты совсем не такая, как он мне с детства рассказывал. Ты не злодейка и никому не причиняешь вреда.

– Спорное заявление, – хмыкнула я. – Слушай, тебе не надоело на коленях стоять? Артрит не беспокоит?

Губы Вэйна тронула мимолётная улыбка.

– А ты всё такая же, – заметил он. – Я тебе о серьёзных вещах говорю, душу выворачиваю, а ты всё шутишь.

– Душа не шапка и не кафтан, чтобы её выворачивать наизнанку, – назидательно сказала я. – Тем более перед кем попало.

Я уверенно ухватила Вэйна за локоть и настойчиво потянула, вынуждая подняться.

– Давай, о мудрейший Наставник Великого визиря, – патетично проговорила я, – показывай свои хоромы. А заодно рассказывай, как докатился до жизни такой.

Вэйн тяжело вздохнул и печально посмотрел на меня. А затем с ним произошли поразительные метаморфозы. Буквально за одно мгновение его взгляд заострился, став цепким и пронзительным, а плечи расправились, демонстрируя воистину королевскую осанку.

– Так-то лучше, – одобрительно кивнула я. – Тебе не идёт вид побитой дворняжки. Ты всё-таки король. – И тут меня посетила внезапная мысль. – Кстати, что ты тут вообще делаешь? На кого оставил королевство и своих собственных сыновей?

Во взгляде Вэйна снова мелькнула растерянность.

– Мои сыновья, как и внуки с правнуками, давно мертвы, – ответил он, настороженно глядя на меня.

– Джафар что-то говорил мне о том, что тебе больше тысячи лет, – пробормотала я, вспомнив давешний разговор с Великим визирем. – Но я, признаться, не приняла его слова в серьёз. Виданное ли это дело, столько прожить!

– Однако, как видишь, я прожил, – Вэйн был совершенно серьёзен. – И всё это время не переставал тебя искать, но не обнаружил даже и следа. Где ты скрывалась?

– Ну, как тебе сказать, – я усмехнулась. – Не то чтобы я специально пряталась… на самом деле, это даже, в какой-то степени, забавная история получилась.

Я позволила старушечьему обличью исчезнуть, явив Вэйну свой настоящий облик.

– Я теперь вроде как джинн.

– Ты всё-таки добрался до Пещеры Чудес, – окинув меня восхищённым взглядом, заметил Вэйн, обратившись к Джафару.

– Да, Наставник, – почтительно откликнулся тот.

– Ну, допустим, добрался до пещеры он не сам, – не удержалась я от ехидного уточнения. – Так что и лампа, к которой я привязана, тоже досталась не ему.

– Получается, теперь у тебя есть хозяин? – спросил у меня Вэйн, и в его голосе отчётливо слышалось беспокойство.

– Да какой там хозяин! – отмахнулась я. – Так, бестолковый мальчишка с головой, забитой романтической ерундой.

– Этот мальчишка планирует жениться на принцессе Жасмин и сгноить меня в тюрьме, – напомнил Джафар.

– Ой, да ладно тебе! – отмахнулась я. – Ты правда поверил угрозам семнадцатилетнего пацана? Уверяя тебя, к тому моменту, как свадьба состоится, он уже забудет и про свои угрозы, и про обиду на тебя.

– Джафар? – Вэйн настороженно посмотрел на своего ученика.

– У меня всё под контролем, – заверил его тот.

– Вэй, когда, говоришь, наш малыш приедет?

В комнату, через неприметную арку, скрывавшуюся между двумя шкафами, вошёл высокий мужчина с белоснежными волосами. И я не смогла сдержать своего изумления.

– Горан?

Вот уж кого-кого, а его я точно здесь сегодня встретить не ожидала.

Джинни желает во всём разобраться

Когда мы в последний раз виделись, он был совсем ещё юный, пусть и подающий надежды колдун. Сейчас же передо мной предстал молодой мужчина, магическая сила которого разливалась полноводной рекой и не могла остаться незамеченной.