Текст книги "Строптивая джинни для тёмного властелина (СИ)"

Автор книги: Ксения Винтер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)

Annotation

Превратиться из злой старой ведьмы в молодую женщину-джинна? Легко! Одна ошибка в заклинании, и вот я уже пленница волшебной лампы.

Тысяча лет пролетели, как один миг. Спасибо, юноша, что освободил меня. Аладдин? Приятно познакомиться. Что значит, я должна исполнить твоё желание? А больше я ничего не должна? Оказывается, ещё как должна: слушаться хозяина лампы и исполнить три его желания.

И ладно бы только три желания Аладдина. Но на меня тут уже целая очередь выстроилась! Один только Джафар чего стоит… Нет, он, конечно, красавчик, но руки прочь от моей лампы!

Я не собираюсь целую вечность исполнять чужие желания!

Так что берегись, Аграба. Леди-джинн идёт причинять добро и наводить порядок. Кто не спрятался, я не виновата!

Строптивая джинни для тёмного властелина

Старая ведьма желает, чтобы от неё все отстали

Аладдин желает жениться

Аладдин желает стать принцем

Джинни желает освоиться в новом мире

Джафар желает узнать, кто его гостья

Султан желает замуж выдать дочь

Джафар желает получить волшебную лампу

Принцесса Жасмин желает свободы

Джинни желает сделать из Аладдина настоящего принца

Джафар желает стать султаном

Джафар тоже желает жениться на принцессе Жасмин

Аладдин желает помогать другим

Джафар желает разобраться с делами

Джинни желает наказать виновного

Дети желают получить семью

Джинни желает произвести впечателние

Джафар желает немного отдохнуть

Аладдин желает вернуть лампу

Джинни желает быть собой

Джафар желает подружиться

Дети желают помогать по хозяйству

Джинни желает познакомиться с наставником Джафара

Наставник Джафара желает повернуть время вспять

Аладдин желает знать правду

Джинни желает помирить Аладдина и Джафара

Дети желают приносить пользу

Джинни желает развеять сомнения

Вэйн желает получить прощение

Джинни желает во всём разобраться

Горан желает вернуть всё так, как было

Джинни желает исправить чужие ошибки

Горан желает жить вместе с наставницей

Вэйн с Гораном желают обустроиться на новом месте

Назира желает брату счастья

Джинни желает заботиться о своей семье

Джафар желает наказать разбойников

Джинни желает поразвлечься

Султан желает познакомиться с невестой Джафара

Разбойники желают жить

Джинни желает разобраться в своих отношениях с Джафаром

Джафар желает испытать джинни

Джинни желает увидеть руины своего замка

Джинни желает разрушить проклятье

Джинни желает помочь Аграбе

Аладдин желает понравиться принцессе Жасмин

Джинни желает на ночь остаться в приюте

Горан желает помочь наставнице вернуть силы

Джафар желает увидеть процесс передачи магии

Джинни желает объясниться

Джафар желает

Джинни желает показать себя хорошей хозяйкой

Дети желают оставить себе нового питомца

Джинни желает вправить своим ученикам мозги

Джафар желает отдохнуть в хорошей компании

Джинни желает всё и сразу, и желательно прямо сейчас

Джинни желает оседлать Яго

Аладдин и Жасмин желают посетить Пещеру Чудес

Джинни желает договориться со Стражем Пещеры Чудес

Джинни желает спасти двух идиотов

Горан желает заполучить наставницу в единоличное пользование

Джафар не желает делиться

Джинни желает решить проблему с Гораном

Аладдин желает подарить джинни свободу

Эпилог

Строптивая джинни для тёмного властелина

Старая ведьма желает, чтобы от неё все отстали

– Госпожа, у наших ворот армия. Они готовятся к штурму.

– Передай, что я занята. Пусть приходят завтра.

Я бросила в котёл клок шерсти оборотня, зелье тут же вспенилось и забурлило, после чего сменило цвет с ярко-розового на голубой.

– Госпожа Айна, – Горан тяжело вздохнул. – Они уже ставят катапульты под крепостными стенами.

– И что? Ну, убери их! Молнию там наколдуй или ещё что-нибудь, – раздражённо бросила я. – Некогда мне с этими идиотами возиться! У меня зелье варится.

– Госпожа, – с нажимом повторил Горан.

И судя по тону, он не намерен был оставить меня в покое, пока я не решу эту проблему.

– Ой, ну, ладно!

Я вытащила черпак из котла и, не утруждая себя долгими пешими переходами по коридорам и галереям замка, переместилась прямо на стену.

И зачем мне вообще понадобился этот замок? Живу тут всё равно одна одинёшенька (Горан не в счёт). Вполне могла ограничиться скромным домиком. Но, нет же! Я же всемогущая ведьма! Мне огромный замок в три сотни комнат подавай. И неважно, что комнаты эти давно заросли паутиной и покрылись метровым слоем пыли.

Горан сказал правду. На поляне вокруг замка собралась нехилая такая армия, судя по знамёнам, принадлежавшая принцу Вэйну.

«Всё никак не успокоится, болезный, – насмешливо подумала я. – Уже пятый десяток разменял, а всё в бой рвётся. Пожалел бы свой ревматизм».

Рушить наполовину установленные катапульты я не стала. Зачем портить хорошие вещи? Люди старались, строили их, потом тащили сюда, в лесную глушь… Надо уважать чужой труд.

Но припугнуть засранцев не помешает. Поэтому я превратилась в гигантскую ворону и, сжимая в когтистых лапах деревянный черпак, спланировала вниз.

Среди солдат пронёсся испуганный вопль. В меня тут же полетела целая куча стрел – и ни одна не достигла цели.

Нет, а что они хотели? Пришли к старой ведьме, и собирались нашпиговать её стрелами? Ну, уж нет! Летающим ёжиком я становиться точно не желаю.

Сам принц обнаружился возле королевского шатра.

Уже заметно постаревший и раздавшийся в талии, с макушкой, убелённой сединой, он совершенно не походил на того резвого черноволосого мальчишку, которого я когда-то знала.

«Годы никому не идут на пользу», – признала я.

Пролетая над принцем – а сейчас, наверно, уже королём (его отец ведь умер? Или ещё нет? Эх, что-то я  в своей глухомани совсем выпала из жизни и перестала следить за новостями) – я разжала когти, и черпак с глухим «бумц» шмякнулся Вэйну прямо на венценосную макушку.

С чувством выполненного долга я вернулась обратно в замок и приняла человеческий облик.

– Госпожа! – рядом материализовался Горан, и его укоризненный взгляд почти пробудил во мне совесть.

Ключевое слово почти.

– Что, госпожа?  Что, госпожа? Что, по-твоему, я должна сделать с этими идиотами? – я махнула рукой в сторону собравшихся рыцарей и солдат. – Сжечь? Навести на них порчу? Или отравить еду и воду, чтобы месяц из кустов не вылезали?

– Ну, вообще-то, злая ведьма, которой вас все вот уже пятьдесят лет величают, так бы и поступила.

Я пренебрежительно фыркнула.

– Я не злая ведьма, а тёмная, это несколько разные вещи. Но откуда бы неотёсанным деревенщинам это знать.

– Его Величество Вэйн точно не деревенщина. Его образования должно хватить, чтобы знать прописные истины.

– О, так значит, Илмар всё-таки скончался? – воодушевилась я.

– Три года уже как.

– Долго же малыш Вэйн ждал, прежде чем явиться ко мне, – умилилась я.

В принципе, я его даже не осуждаю. В его семье принято ненавидеть старую злую ведьму, много десятилетий живую в лесной глуши и одним фактом своего существования портящую им жизнь.

И плевать, что я вот уже пятьдесят лет не покидаю свой замок. Этим доблестным рыцарям в сияющих доспехах разве докажешь, что ты уже никакая не злая ведьма, а просто уставшая столетняя старуха, в гробу видавшая все эти развлечения для молодых вроде насылания порчи и попыток захватить власть.

С годами амбиции как-то сами собой утихают. Не хочется уже ни интриг, ни власти, ни уж тем более кровавых разборок с соседями.

А чего хочется? Да чтобы все отстали! Не ходили каждый день и не нудели: «сжечь ведьму», «обезглавить злодейку» и всё в том же духе.

И главное, почему я стала злодейкой? Ну, подумаешь, по молодости приворожила короля и стала королевой. Что в этом плохого? Заметьте, предыдущую королеву я не убивала, и даже пасынка в последствии не третировала.

Да, муженька приморила, каюсь. Ну, так он, кобель такой, сразу после свадьбы по постелям скакать стал, ни одной служанки не пропустил. А такого ни одна уважающая себя ведьма простить не может.

А пасынок мой, Илмар, отчего-то обиделся на меня, и как только ему стукнуло восемнадцать, стал королём и выгнал меня из королевства, обвинив в колдовстве.

Ну, обвинил справедливо, спору нет. Да я и тогда особо не спорила. Мне за десять лет регентства все эти королевские дела уже в печёнках сидели, так что я даже вздохнула с облегчением, когда он бразды правления забрал.

Другое дело, что он меня казнить попытался. Так кто ж ему это позволит? Он как только приговор зачитал, я сразу вороной обернулась и шмыг в окно. Только меня и видели!

Поселилась в лесу, сначала в домике небольшом. Потом, думаю, королева я или нет? И что, что бывшая? Бывших королев не бывает! Да и привыкла я за столько лет в замке жить…

В общем, отгрохала посреди лесной чащи себе огромный замок, наколдовала слуг. Короче, ещё лет двадцать жила себе, не тужила.

Илмар, естественно, регулярно под мои стены своих солдат водил. Это у нас что-то вроде ежегодного развлечения было. Он ко мне армию – я на них стаю комаров натравлю. Он снова армию – я чесоточное проклятье.

Потом, конечно, Илмар женился и присмирел немного, но зато другие дураки нашлись. Наслушались о том, что злая ведьма в лесу живёт, и давай сюда шастать, «на честный бой» меня вызывать.

Да на кой вы мне все сдались, болезные? Тьфу! Хуже назойливых мух.

Вот и малыш Вэйн, «внучок» мой уже созрел, тоже пришёл силами мериться.

А ведь, когда моложе был, сам бегал ко мне: то лекарства для отца выпросит, то суженную найти попросит…

Теперь вот королём стал и забыл всё добро, что я ему сделала.

– Госпожа Айна? – позвал меня Горан с нотками беспокойства.

Я улыбнулась ему и, протянув сухонькую руку со скрюченными пальцами, ласково погладила его по голове.

Восемнадцать годков пареньку, а в магии он уже весьма недурно разбирается.

Я его в лесу нашла, когда ему лет шесть было. Заблудился, бедолага. Я его в деревню к родителям пыталась вернуть, да те не приняли его. Мать, оказывается, прижила его не от мужа, а как раскрылось это, сама в лес и свела.

Ну, я ей прощальный «привет» оставила: до самой смерти в струпьях ходить будет. А Горана при себе оставила, колдовству вот обучила…

– Как будем гостей выпроваживать? – поинтересовался он деловито.

– Никак, – отмахнулась я. – Сейчас защитный купол поставлю, и пусть стреляют из своих катапульт, пока камни не закончатся. А там я леших с кикиморами подговорю, они за пару дней наших незваных гостей выпроводят. Ну, и запасной вариант в виде слабительного зелья никто не отменял.

Я ненадолго скрылась в библиотеке в поисках нужной книги. Эх, годы, годы… И зрение уже не то, и память.

– Ага, вот оно!

Найдя нужное заклинание, я поднялась на самую высокую башню и принялась чертить угольком на полу магические символы.

Только вот зря я не взяла очки! Потому что очередная линия рунного круга вдруг вспыхнула, хотя и не должна была, где-то высоко в небе полыхнула молния, всё вокруг заволокло густым белым дымом, и я почувствовала, как тело резко сжалось, словно я превратилась в какое-то маленькое животное (а возможно и вовсе в насекомое), после чего мир вокруг поглотила темнота.

Аладдин желает жениться

Меня закинуло в какое-то странное место, которое иначе, чем ничто, я охарактеризовать не могу.

Нет, ну как ещё назвать пространство, состоящее из пустоты, где нет абсолютно ничего, одна сплошная чернота?

Я на пробу вытянула вперёд руку и попыталась зажечь на ладони небольшой огонёк – магия оказалась при мне, и крохотное пламя, покорное моей воле, вспыхнуло в центре ладони.

На темноту вокруг огонь никак не повлиял, да это и неважно. Главное, что я увидела свою руку. И вот её вид поразил меня до глубины души.

Синяя! Моя рука была абсолютно синяя, да ещё и состояла, кажется, из густого дыма.

«Неожиданно», – подумала я растеряно.

Закономерная паника, положенная в подобной ситуации, почему-то не пришла.

А впрочем, с чего бы мне паниковать? Сто лет в обед, чего мне бояться? Ну, превратилась в неведомое нечто, с кем не бывает. Профессия ведьма, она, знаете ли, опасная. Всякое может случиться. Одно неосторожное колдовство, и ты жаба. Или каменный истукан. Ну, или сгусток непонятного синего дыма, как в моём случае.

Главное, магия осталась при мне. А значит, ничего по-настоящему страшного не случилось: во что бы я ни превратилась и где бы ни оказалась, всё можно исправить.

Придя к такому выводу, я взмахнула руками – тут же пространство вокруг меня дрогнуло и, повинуясь моему желанию, превратилось в просторную комнату, стены которой увешивали роскошные гобелены, в центре стоял добротный стол, а возле стены располагалась огромная двуспальная кровать под тяжёлым бархатным балдахином.

«Вот так-то лучше, – подумала я. – А что ещё тут можно поменять?»

Как оказалось, мои силы не только остались при мне, но и заметно возросли. Если раньше моим максимумом было построить замок с нуля, то теперь я могла создать целый город, с бесчисленным множеством домов и цветущими садами вокруг.

Людей, в принципе, тоже можно наколдовать, и сделать им какой угодно облик. Только вот это будет не более чем пустая оболочка, жалкая марионетка, делающая и говорящая лишь то, что я хочу.

Так что от людей в своём маленьком мирке я отказалась. Да и город развеяла уже спустя пару дней – опыт научил меня, что большое пустое пространство лишь навевает тоску и уныние.

Поэтому я создала себе небольшой уютный двухэтажный домик с маленьким огородиком и персиковым садом. И стала жить.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять: где бы я ни находилась, это была своеобразная ловушка, из которой, при всей моей силе, выбраться я не могу.

Могу создать сколь угодно прекрасную картинку вокруг себя. Снова стать королевой, или подводной владычицей, или организовать себе самый настоящий замок в облаках. Да даже воздвигнуть горы, разлить реки и вырастить собственный лес или целую долину, засаженную цветами.

Но всё это будет лишь красивая, крайне материальная, но иллюзия.

Ни птиц, ни животных, ни тем более людей. Я была здесь абсолютно одна. И как бы я ни пыталась убедить себя, что это именно то, чего я хотела: никаких тебе назойливых рыцарей и бесконечных штурмов, тишина и красота, полностью подвластные моей воле, – всё это было лишь миражом.

Душе хотелось живого человеческого общения. И именно этого я была лишена.

Так что, ощутив, как созданный мной мир трескается и рушится, а меня саму куда-то тащит невидимая сила, я испытала неимоверное облегчение.

Наконец-то, это всё закончится. И неважно уже, как именно. Я уже согласна была даже на смерть.

Я оказалась посреди пещеры, а передо мной, в грязных рваных штанах и какой-то непонятной хламиде сидел юноша, почти мальчишка. Ну, сколько ему? На вид лет шестнадцать, семнадцать, не больше. Довольно смазливый, но чумазый, и с отвратительными жиденькими усиками над верхней губой.

– Что за у мужчин вечная страсть отращивать растительность на лице? – проворчала я.

– Эм… – юноша растеряно моргнул. – Ну, чтобы казаться взрослее? И вообще, борода добавляет солидности и мужественности!

– Борода – да, возможно, и добавляет. Но этот жалкий пушок над верхней губой и три с половиной волосинки на подбородке делают тебя похожим на неоперившегося цыплёнка, – со знанием дела заявила я. – Ты вообще кто?

– Меня зовут Аладдин. И я вытащил вас из лампы!

Он продемонстрировал мне довольно изящную масляную лампу, низкую и пузатую, немного смахивающую на заварочный чайник.

«Так это в ней я всё это время была заточена?»

Я с сомнением уставилась на лампу. Внешне такая крохотная… Как в ней могла поместиться не только я, но и целый наколдованный мной дом или город?

«Искривление пространства, – догадалась я. – Занятная вещица».

– Я думал, что джинны – это мужчины, – между тем смущённо заявил этот Аладдин, старательно отводя от меня взгляд.

– Джинны? – переспросила я.

Впервые слышу это слово.

– Ну, ты ведь джинн?

– Не знаю, – пожала я плечами. – Если ты так говоришь…

Существовать в виде синего тумана было не очень удобно, поэтому я приняла человеческий вид, и Аладдин изумлённо вздохнул.

– Точно, джинн! – радостно воскликнул он. – Теперь ты исполнишь моё первое желание.

– Так, стоп, – перебила я его. – С чего это я должна исполнять твои желания?

– Ну, ты ведь джинн! – прозвучало так, будто это всё объясняло. – И за то, что я освободил тебя из лампы, должна исполнить три моих желания.

Вот эта новость мне совершенно не понравилась. Что значит, я должна исполнить три его желания? А губа не треснет?

– Моё первое желание: я хочу жениться на принцессе Жасмин!

Я окинула Аладдина скептическим взглядом. По виду полный оборванец. И раскатал губу на принцессу? Вот это я понимаю амбиции!

Только я открыла было рот, чтобы сказать, что не намерена потакать капризам какого-то дурачка, как  мои запястья словно обожгло калёным железом, и  на них появились тонкие стальные браслеты, подозрительно напоминающие кандалы.

«Похоже, мальчишка сказал правду, – подумала я, разглядывая сомнительные украшения. – А что будет, если я не исполню его желание?»

Стоило только этой мысли возникнуть у меня в голове, как всё тело прошила острая боль, и я на мгновение развоплотилась, снова превратившись в сгусток синего тумана.

«Всё! Всё! Поняла! – вспыхнула в голове паническая мысль. – Желание хозяина для меня закон».

И тут же боль исчезла, словно её и не было.

«Лучше бы и дальше в лампе жила», – с тоской подумала я, вновь принимая человеческий облик.

– Ладно, Аладдин, – обречённо вздохнув, проговорила я. – Рассказывай, что за принцесса и с чего тебе вдруг приспичило на ней жениться.

Аладдин желает стать принцем

– Поправь меня, если я ошибаюсь, Аладдин. Ты увидел девушку впервые в жизни, пообщался с ней меньше часа, и всё, что о ней знаешь, это имя и то, что она является принцессой. И при этом хочешь на ней жениться.

– Да, – кивнул Аладдин, похоже, не заметивший никаких несостыковок в озвученных мною фактах.

«Просто прекрасно, – обречённо подумала я. – Мне в «хозяева» достался наивный идиот».

Впрочем, быть может, проблема в возрасте и отсутствии опыта?

– Аладдин, а сколько тебе лет? – поинтересовалась я.

– Семнадцать, – не моргнув и глазом, ответил тот. – А что? Самый возраст для женитьбы!

Я так не считала. Но кого интересует мнение бывшей столетней ведьмы и нынешнего джинна?

– Как скажешь, – я решила не перечить. – Но ты ведь понимаешь, что кто попало не может стать мужем принцессы?

– Да, конечно, – солнечная улыбка, до этого украшавшая лицо Аладдина, тут же померкла. – Такой, как я, не пара принцессе, – он тяжело вздохнул. Но практически сразу с надеждой посмотрел на меня. – Но ведь можно что-то с этим сделать?

– Можно, – согласилась я.  – Если ты так хочешь жениться на принцессе Жасмин, есть два пути достижения этой цели. Первый путь: принцесса должна опуститься до твоего уровня и перестать быть принцессой, а стать обычной нищенкой. И второй путь: ты должен подняться до её уровня и стать принцем. Какой путь выберешь?

Я внимательно всматривалась в лицо юноши. Мне было не столько важно, что он выберет (это как раз очевидно), сколько ход его мыслей.

– Разумеется, второй, – заявил Аладдин. – Разве можно позволить принцессе стать нищенкой? Она ведь привыкла жить в роскоши и богатстве! – он даже потряс головой от  негодования. – Нет! Исключено! Она не должна жить на улице и воровать хлеб для пропитания. Это я должен стать принцем!

«Забавный мальчик, – с теплотой подумала я.  – В первую очередь хочет стать принцем не для того, чтобы самому купаться в роскоши, а чтобы его любимая могла жить так, как привыкла».

Да, Аладдин наивен и явно не представляет, как на самом деле устроена эта жизнь. Но почему бы мне в этом ему не помочь? Заодно исполню эти три треклятых желания и верну лампу себе. И никто больше не посмеет мной помыкать!

– Что ж, Аладдин, в таком случае загадывай второе желание, – с улыбкой проговорила я. – Пожелай, чтобы я сделала тебя принцем.

– Джинн… – начал было Аладдин и вдруг замолчал. – А как тебя, кстати, зовут? У тебя ведь должно быть имя.

«Какой он всё-таки очаровашка», – умилилась я. Вслух же сказала: – Айна. Меня зовут Айна.

– Айна, – снова начал Аладдин. – Моё второе желание: сделай меня принцем!

– Слушаю и повинуюсь, мой господин, – радостно отозвалась я. После чего с удовольствием отвесила юноше лёгкий подзатыльник.

– Эй! – тут же возмутился Аладдин. – Больно же!

Я же про себя отметила: какие бы чары ни связывали меня, лампу и моего «хозяина», эти же чары не были против небольшого физического насилия  с моей стороны.

«Вот и чудненько, – удовлетворённо подумала я, мысленно потирая ладони в предвкушении. – Так обучение пойдёт намного бодрее».

– Конечно, больно, – насмешливо сказала я. – Это чтобы поставить твои мозги на место и заставить ими пользоваться, глупый мальчишка.

– Почему это я глупый мальчишка? – обиженно надулся Аладдин.

– Потому что, пожелав стать сначала мужем принцессы Жасмин, а потом принцем, ты забыл одну крохотную деталь.

– Какую?

– Мнение самой принцессы! А вдруг ты не в её вкусе? Может, ей нравятся мужчины постарше? Или она не хочет выходить замуж за принца, а ей, возможно, сразу султана или короля подавай.

В глазах Аладдина отразилась печаль.

– И что же теперь делать?

– Предоставь это мне, – я улыбнулась и ободряюще похлопала его по плечу. – Ты ведь уже загадал желание. И твоя верная джинни его обязательно исполнит. Но для начала я смотаюсь во дворец и посмотрю на твою избранницу.

«Заодно выясню, нет ли у неё сердечного друга. Не хотелось бы разлучать влюблённых из-за капризов какого-то мальчишки».

– Кстати, – я только сейчас обратила более пристальное внимание на место, где мы вели эту милую беседу.

Пещера была, мягко говоря, ну очень странной на вид: её стены сами по себе слабо светились бледно-жёлтым цветом, разгоняя темноту.

– А где мы вообще?

– Ну, вроде как в Пещере Чудес, – смущённо почесав затылок, признался Аладдин. – Меня один старик отправил сюда за лампой. А Абу не смог удержаться и попытался стащить большой рубин. Ну, и пещера закрылась.

– Кто такой Абу?

И тут из-за спины Аладдина вышла небольшая обезьянка, одетая в забавный крохотный жилет и с милой тюбетейкой на макушке.

Моё сердце мгновенно растаяло при виде этого очаровательного создания.

– Так ты, получается, маленький воришка? – ласково спросила я у Абу.

Тот что-то смущённо прочирикал, продолжая испуганно жаться к Аладдину.

Я улыбнулась и, наколдовав банан, протянула его обезьянке.

Абу тут же ловко выхватил у меня банан и снова спрятался за Аладдина.

Я же только весело рассмеялась на это.

– Получается, ты освободил меня из лампы, потому что сам угодил в западню? – уточнила я, обращаясь к Аладдину.

– Ну, в общем, да, – неохотно признался тот и тут же поник. – Это будет уже третьим желанием, да?

– Прибереги третье желание на всякий случай, – великодушно разрешила я. – Считай, что высвобождение из этой дыры входит в предыдущее желание. Иначе как ты женишься на принцессе, если останешься сидеть в пещере?

И тут что-то коснулось моей ноги.

Я испуганно взвизгнула и, отскочив в сторону, оглянулась.

На земле, нервно шевеля кисточками, лежал ковёр. И выглядел так, будто очень сожалеет о том, что меня напугал.

– О, а это коврик! – радостно объявил Аладдин. – Мы с ним, вроде как, подружились. Если бы не он, я бы при падении точно разбил себе голову или что-нибудь сломал.

«Ещё и живой ковёр, – обречённо подумала я. – В какой безумный мир я угодила?»

Это, конечно, был риторический вопрос.

– Что ж, это ты очень удачно с ним подружился, – кивнула я и, приблизившись к коврику, присела рядом с ним на корточки. – Малыш, ты ведь поможешь нам выбраться отсюда?

Коврик тут же взлетел, встав вертикально, точно самый настоящий человек, и замахал вверх-вниз верхним краем, имитируя кивки головой.

– Вот и умница, – я погладила его по бахроме. – Тогда полетели!

Джинни желает освоиться в новом мире

Вытащив с помощью ковра-самолёта Аладдина и его маленького хвостатого друга на свет божий, я создала для них просторный шатёр с запасом еды и воды, после чего отправилась в город разведывать обстановку.

Ну, не могу же я вот так, без подготовки, заявиться во дворец! Как минимум, надо понять, в каком мире я очутилась, как здесь одеваются приличные люди и как между ними принято общаться.

Огромная пустыня, открывшаяся моему взору, поражала воображение. Я такие красоты прежде видела лишь в книгах, описывающих дальние страны, в которых я даже не мечтала побывать.

Сделавшись невидимой, я прогулялась по базару, посмотрела на людей, послушала их разговоры. Приятным открытием стало, что языкового барьера для меня больше не существовало: я понимала абсолютно всех.

Приняв облик солидного мужчины средних лет и специально нарядившись в одежды, привычные моему родному королевству, – чтобы всем вокруг было ясно, что я иноземец, – я начала общаться с местными торговцами, расспрашивая про их собственное королевство.

Довольно быстро меня послали к какому-то старцу по имени Абдулла, мол, им некогда со мной возиться, а вот он любит привечать чужестранцев. Даже указали дом, где этот самый Абдулла живёт.

Абдулла оказался, и правда, весьма общительным мужчиной лет шестидесяти, с умными, добрыми карими глазами и окладистой бородой.

Усевшись на крыльце своего дома, он охотно отвечал на все мои вопросы, рассказав, что королевство, в котором я нахожусь, называется Аграба, и правит им султан Хамед Боболониус II, у которого есть шестнадцатилетняя дочь Жасмин – по слухам, девушка красоты неописуемой, но крайне избалованная и капризная.

– Столько принцев из разных земель уже приезжали во дворец, – укоризненно покачав головой, сказал Абдулла. – Из самых дальних стран приезжали. Настоящие красавцы. Храбрые воины. Ещё и богатые. Всем принцесса отказала. А султан ей и не перечит, всё в свои игрушки играет и дела ему нет ни до дочкиных проделок, ни до горестей народа. Если бы ни Первый визирь, совсем пропала бы Аграба.

– А что за Первый визирь?

– Его зовут Джафар. Это страшный человек! Говорят, он владеет тёмной магией и любого, кто слово дурное про него скажет или хотя бы мысль допустит крамольную – сразу превратит в жабу и выбросит в пустыню.

Звучало весьма интригующе. Кажется, в своё время нечто подобное говорили и про меня.

«Так, стоп, Айна, – мысленно одёрнула я себя. – Сначала желание Аладдина, потом уже всякие тёмные колдуны».

В общем, проговорив с Абдуллой до самого вечера и оставив ему на прощание небольшой мешочек серебра – в благодарность за помощь, – я вернулась к Аладдину.

– Ну, что? – с порога набросился на меня юноша с расспросами. – Ты была у принцессы?

– Терпение, мой юный друг, – успокаивающе похлопала я его по плечу. – Дела так быстро не делаются. Я сегодня до дворца ещё даже не добралась.

– Как так? – удивился он. – Тебя же целый день не было!

– Я была в городе. Не забывай, что этот мир – я обвела руками пространство вокруг, – для меня в новинку. Мне нужно было разобраться, что здесь да как. Ну, и чего греха таить, я соскучилась по общению с живыми людьми. Но завтра, обещаю, навещу я твою Жасмин.

– Ладно, – согласился Аладдин и, прихватив Абу, завалился на невысокий диванчик. – Тогда я спать.

– Спи, – я щелчком пальцев погасила лампу, стоявшую на столе. – А я пока ещё кое-куда смотаюсь.

Слова Абдулла про «тёмного заклинателя» не давали мне покоя.

А вдруг этот Джафар, и правда, человек с чёрной душой? Почему-то же у султана в королевстве, где разрешено иметь много жён и наложниц, была только одна жена, от которой осталась единственная дочь.

То есть, фактически, у султана нет наследника. Быть может, Джафар приложил к этому руку?

А почему бы и нет? Извёл любимую жену султана, потом лишил самого султана мужской силы. И вуаля! Наследником станет тот, кто женится на единственной дочери-принцессе.

«Заполучить в жёны принцессу и сесть на трон – мечта любого тёмного колдуна», – подумала я.

В общем, решено. Отправляюсь во дворец знакомиться с Джафаром! В конце концов, для чего ещё нужна ночь, как не для того, чтобы наносить визиты и заводить новых друзей?

Джафар желает узнать, кто его гостья

Великий визирь, он же тёмный колдун, как и полагается всем злым волшебникам, проживал в высокой мрачной башне, располагавшейся в самой дальней части дворца султана.

Сделав себя невидимой, я в своём нынешнем истинном обличье – а именно в виде синего тумана, – просочилась во владения Джафара.

Сколько тут всего было интересного! Древние артефакты, переливавшиеся разноцветной магической аурой; какие-то непонятные механические приспособления, занимавшие большую часть комнаты; а главное огромные стеллажи, сверху донизу заставленные книгами и заваленные разнообразными свитками.

«Джафар, так ты колдун или учёный?»

Я была заинтригована. А ещё, в силу возраста и мерзости характера, начисто лишена чувства такта и скромности. Так что, отбросив всякую скромность – а заодно и избавившись от чар невидимости, – я проскользнула в спальню хозяина башни.

К моей радости, Джафар не спал. Он сидел за низеньким столом и внимательно изучал какой-то свиток. В одних только тонких нательных штанах.

Что ж, стоило признать: сложен великий визирь был преотменно. Плоский живот, широкие плечи, хорошо развитые грудные мышцы… Ммм… Не мужчина – мечта!

Да и на лицо очень даже ничего. Смуглый, с аккуратной окладистой бородой и слегка вьющимися тёмными волосами, в которые так и хотелось запустить пальцы, чтобы понять: такие ли мягкие и шелковистые эти пряди, как кажутся на первый взгляд?

Чего скрывать: в прошлом я вела далеко не монашеский образ жизни, и, даже будучи ведьмой-отшельницей в глухом лесу, без труда находила красавчика, который согреет мне постель.

А Джафар был очень даже в моём вкусе. Осталось только выяснить его предпочтения…

Очевидно, я смотрела на господина визиря слишком пристально и жадно. Потому что он заметно напрягся под моим взглядом, а затем вскинул голову.

Ах, какой взгляд! Пронзительный и острый, точно удар стилета прямо в сердце.

– Я покорена! – воскликнула я, театрально всплеснув руками. – Господин Великий визирь, я готова стать вашей наложницей – любой по счёту, хоть сто тридцать пятой. Где гарем? А, впрочем, неважно. Я готова отдаться вам вот прямо сейчас!

Надо отдать Джафару должное – ни единый мускул не дрогнул на его лице, а взгляд стал лишь колючей и пристальней после моих слов.

Не сводя с меня взгляда, Джафар протянул руку – возле стола, прислонённый к стене, стоял длинный посох, заканчивающийся набалдашником в виде головы кобры.

Взяв посох, Джафар взмахнул им, и из глаз кобры тут же вылетели золотистые лучи магии, сформировавшие вокруг меня самую настоящую клетку.

«Всё-таки колдун, – сделала я вывод из этой небольшой демонстрации. – Причём далеко не из слабых».