![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tumannaya-raduga-si-375271.jpg)
Текст книги "Туманная радуга (СИ)"
Автор книги: Ксения Бугрим
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 35 страниц)
Первое и последнее свидание
Вернувшись домой, Вероника с воодушевлением принялась собираться на встречу с Андреем. Времени было еще предостаточно, но ей хотелось подготовиться, как следует. Она и сама толком не понимала, чему так радуется. Все равно после Нового года он снова улетит за океан. Но, может быть, за время его пребывания здесь, ей удастся окончательно выкинуть Тимура из головы? Уж лучше она будет спокойно страдать по Андрею, ведь тот все равно недосягаем в своей Америке, чем по Тимуру, который всегда находится на расстоянии вытянутой руки.
Тетка скептически отнеслась к новости о предстоящем свидании.
– Не успели избавиться от одного козла, как тут же прискакал второй, – скрестив руки на груди, проворчала она. – И чего ему в своей Америке не сиделось?
– Почему сразу козел? – возмутилась Вероника. – Андрей всегда вступался за меня и никогда не обижал. Он хороший!
– Он был хорошим, когда тебе было двенадцать. А сейчас, поверь мне, он для тебя козел. Я уже слышу, как он бьет копытцем в предвкушении вечера.
– Рита, да что ты такое говоришь? Мы же просто в кино!
– Уж надеюсь! Иначе я ему кадык вырву.
Когда Вероника в назначенное время спустилась на улицу и встретилась с Андреем, тетка высунулась из окна и сказала:
– Полянский, думаешь, я не знаю, почему ты не стал заходить к нам домой? Все очевидно: ты знал, что там тебя буду ждать я. Имей в виду, если эта гулянка выйдет за рамки похода в кино, Новый год ты встретишь в очень плачевном состоянии. Уж я об этом позабочусь, ты меня знаешь.
– Привет, Рит! – Андрей помахал ей рукой. – Не волнуйся, она идет в кино с настоящим американским джентльменом. Ничего такого, о чем ты могла подумать. Малая для меня – как сестра. – Что-то буркнув себе под нос, Ритка захлопнула окно. – Волнуется за тебя. – Андрей издал смешок. – Не знаю, как выживают твои поклонники, но я бы обоссался, если бы мне сейчас было пятнадцать.
На улице уже стемнело, так что Вероника почти не видела его лица, но все равно ужасно смущалась, зная, что он на нее смотрит. Правда, скорее всего, Андрей тоже практически ничего не видел. Приехало такси, и он распахнул перед ней заднюю дверь. Сам он сел рядом с водителем. Через пятнадцать минут такси уже припарковалось возле торгового центра, где располагался кинотеатр.
Зайдя внутрь, они наконец смогли друг друга рассмотреть. Поймав внимательный взгляд Андрея, девушка мгновенно покрылась румянцем. Он смотрел на нее как-то странно, и в этом взгляде было много такого, с чем она еще никогда не сталкивалась. Она вдруг осознала, что перед ней – уже не мальчик, а взрослый мужчина. По сравнению с ним, Тимур был безобидным мальчишкой, который бегает с сачком по лужайке и ловит бабочек. Но девушка не была уверена, что взрослые парни нравятся ей больше ровесников. Первые были еще более непредсказуемы, и ожидать от них можно чего угодно.
Андрей был шире в плечах, да и в целом из-за комплекции и щетины на лице выглядел старше своих лет. Сейчас на вид ему было около двадцати трех, и он казался недосягаемой суперзвездой. Девушки, проходящие мимо, бросали на него заинтересованные взгляды, а Вероника так и стояла напротив, потупив взгляд. На ней было то самое платье цвета тихоокеанской сосны, которое так нравилось Тимуру. Оно идеально подходило к случаю: не было слишком броским, но при этом отлично подчеркивало фигуру. Ей хотелось, чтобы Андрей поскорее забыл о том ужасном зрелище, которое он имел несчастье лицезреть в минувший понедельник. Сегодня на ее лице вместо синяков был легкий макияж, а волосы из спутанной засаленной пакли превратились в сияющие локоны, волнистой копной спадающие на плечи. Впрочем, сейчас рядом с ним она все равно чувствовала себя поломойкой из придорожной закусочной.
Ее спутник был в расстегнутом на все пуговицы длинном пальто, темно-бордовой рубашке из плотной ткани, черных джинсах и классных замшевых ботинках. Рубашка была не до конца застегнута, так что девушка могла видеть волосы на его груди и цепь из черного металла на шее. А еще он был дьявольски красив. В этом он очень походил на Тимура, разве что тот еще не успел отрастить зубы и потому не умел улыбаться такой же хищной улыбкой.
– Шикарно выглядишь, малая, – сказал Андрей, помогая ей снять пуховик. Он с интересом оглядел ее сзади и облизнулся. – Я, конечно, видел, что ты выросла, но не ожидал, что настолько. Надо забрать тебя с собой в Эл Эй, там отличная школа моделей. Через пару лет твои одноклассники будут вырезать твои фотки из журналов.
– Я бы лучше пошла в актерскую школу, быть моделью с моей грацией – настоящее преступление против мира моды.
– Ты зря. Двигаешься, как кошка. Фэнси-девочка. – Он посмотрел на часы. – В этом молле есть ресторан? До сеанса еще двадцать минут, пойдем выпьем чего-нибудь. Коктейли любишь?
– Конечно! Молочный с кокосовым наполнителем – мой любимый! Иди за мной, на третьем этаже есть отличное кафе-мороженое.
– Я имел в виду что-нибудь покрепче, – ухмыльнулся он. – Но неважно, с этим разберемся уже после кино. Пойдем, малая, сейчас дядя Андрюша расскажет тебе про Америку.
Они переместились в кафе, заказали по молочному коктейлю и две порции фирменных башенок мороженого «Три шоколада», которые Ритка называла «Три подбородка». Андрей не сводил с Вероники глаз. Как будто хотел съесть ее вместе со своим мороженым. Это был не первый раз, когда на нее так смотрели, но Андрей точно был первым, кто изучал ее со знанием дела, как настоящий коллекционер. Он хорошо понимал не только, как будет поглощать дичь, но и как ее поймать и разделать. Через пару лет Тимур наверняка станет точно таким же коллекционером. Но, в отличие от него, Андрей ни разу ее не обидел. Да, он выглядел пугающе взрослым, но ведь это не делало из него плохого человека.
От его взглядов и проникновенного голоса девушке кружило голову, он выглядел как нечто нереальное, недостижимое, и при этом сидел прямо напротив нее. Когда он закатал рукава рубашки, продемонстрировав сильные руки с выступающими венами, Вероника чуть не сошла с ума. Каждый его взгляд, каждое движение, жест, мимика: все было направлено на то, чтобы окончательно свести ее с ума. Воображение начало подкидывать ей картинки, как Андрей с голым торсом плавно поднимает этими мускулистыми руками тяжеленные гири. Если бы он был охотником на косулю, то косуля наверняка бы сама прискакала к нему на ужин, прихватив с собой еще пол-леса.
По пути в кинозал Андрей придерживал Веронику за талию. Потом она еще минут тридцать чувствовала жар в том месте, где находилась его ладонь. Фильм назывался «Ниндзя-убийца». Андрей сказал, что сначала хотел купить билеты на «Аватар», но премьера в России была назначена только на 17 декабря, и поэтому пришлось выбирать из того, что есть. Впрочем, происходящее на экране все равно мало его волновало. Он был всецело увлечен своей спутницей. Начал он с того, что положил ладонь на ее руку и начал нежно ее поглаживать. Затем его рука переместилась ей на колено. Какое-то время он просто держал ее там, а потом тоже начал гладить. Вероника чувствовала себя неловко, но не хотела убирать его руку, пока он не переходит границы.
Видя, что девушка не против происходящего, Андрей перешел к более активным действиям. Он приблизился к ней и поцеловал в щеку, а потом отодвинул ее волосы и прикоснулся губами к ее шее. Это было так волнительно, что она даже не собиралась это останавливать. К своему стыду, она поняла, что ожидает чего-то большего. И долго ждать ей не пришлось – Андрей развернул ее себе, придвинулся ближе и поцеловал. Сначала нежно, а потом более настойчиво и страстно. Он запустил пальцы ей в волосы и уверенно удерживал ее до окончания поцелуя. Это были совершенно новые для нее ощущения. Как будто она сделала что-то очень предосудительное, но при этом хотела бы продолжения. От этих мыслей ей становилось стыдно.
– Может, свалим с этого фильма, а? – шепнул Андрей. – Посидим в ресторане, а потом уже решим, куда дальше.
– Я не против, – ответила Вероника, готовая идти с ним хоть на край света.
Они переместились в итальянский ресторан, который располагался на том же этаже, что и кинотеатр. Андрей заказал им поесть и два алкогольных коктейля. Веронике не хотелось ему перечить, и поэтому она выпила свой бокал до дна, стараясь при этом не забывать о еде. Потом Андрей взял им еще по коктейлю и пинту пива для себя.
После второй порции коктейля Вероника почувствовала легкое головокружение. Андрей стал нравиться ей еще больше. Впрочем, других симптомов опьянения не было. Алкоголь лишь слегка ее раскрепостил, в остальном она полностью себя контролировала.
Андрей рассказывал ей про жизнь и учебу в Америке, обещая пригласить ее в гости на летние каникулы. Потом он начал расспрашивать ее о школе и успеваемости, плавно переходя на тему парней.
– Тебе, наверное, в школе пацаны проходу не дают?
– Не, они у нас больше увлечены учебой, чем девушками.
– Но парень-то у тебя был? Его не могло не быть!
– Был, но недолго, – уклончиво ответила Вероника. – Мы расстались. А у тебя? Странно, что у тебя нет девушки в Лос-Анджелесе.
– Была у меня одна чирлидерша, но как-то не срослось, – пожал плечами Андрей. – Они там все какие-то поверхностные, с ними даже поговорить не о чем. Американки очень избалованные и холеные. Их растят, как принцесс. Из-за этого они слишком, ну, self-obsessed, selfish. Забыл, как это будет по-русски… Само…
– Самовлюбленные, – подсказала Вероника.
– Умница! – кивнул Андрей и улыбнулся ей. – В общем, русские девчонки нравятся мне больше. У вас есть стержень. А еще вы красивее.
Он посмотрел ей в глаза и провел пальцами по ее руке. Затем он подозвал официанта и попросил счет. Расплатившись, он помог девушке одеться, и вскоре они уже садились в такси. Ехать домой Андрей не собирался. Он назвал таксисту адрес ближайшей гостиницы, и через десять минут они были на месте. Выходя из такси, Вероника вопросительно посмотрела на него.
– Это не то, о чем ты подумала, – сказал он. – Просто посидим, телек посмотрим, выпьем чего-нибудь, поговорим. Ну не к бабушке с дедом же тебя везти, чтоб поговорить. Не боись, малая, я же обещал Ритке, что все будет норм.
После его слов у девушки зазвонил телефон. Тетка была легка на помине:
– Верон, у вас там все в порядке? По моим подсчетам, фильм уже должен был закончиться.
– Да, Гош, все в порядке, не волнуйся. Фильм закончился, мы зашли в кафе. Посидим немного, поболтаем, съедим по «Три подбородка» и домой.
– Ладно. Но все равно будь начеку.
– Буду, обещаю.
Веронике было не по себе от своего вранья, но ехать домой ей решительно не хотелось. Андрей не сделает ей в этой гостинице ничего плохого, она знала это наверняка. А перспектива провести с ним еще часок-другой казалась настоящим подарком судьбы. Андрей подмигнул ей, и они направились к стойке ресепшен. Ему пришлось оплатить номер за сутки. Сумма, по мнению Вероники, была грабительская, но Андрею, похоже, так не показалось. Он заплатил еще сверху, чтобы им в номер принесли шампанское и фруктовую тарелку.
В номере было просторно и уютно: большая кровать, огромный телевизор с плоским экраном, мини-бар, прекрасная ванная комната и неплохой вид на ночной город. Андрей включил какой-то музыкальный канал, взял девушку за руку и в шутку начал с ней приплясывать. Потом им принесли шампанское и фрукты, и он наполнил бокалы, предлагая Веронике выпить. Она решила пить крошечными глотками и сразу заедать количеством фруктов, чтобы не терять рассудок. Она никогда не была по-настоящему пьяной, и сейчас ей бы не хотелось проверять, как она может повести себя в подобном состоянии. Андрей же, напротив, налегал на спиртное и почти не притрагивался к фруктам. Когда в телевизоре заиграла лирическая композиция, он притянул девушку к себе и обнял за талию. Они начали танцевать, а потом целоваться. Через некоторое время Андрею стало жарко, и он полностью расстегнул свою рубашку. Вид мужского торса одновременно пугал и притягивал. Когда их медленный танец продолжился, Вероника не устояла перед соблазном и провела рукой по линии его ключицы. Все-таки алкоголь успел оказать на нее некоторое влияние, избавив от стеснения и придав уверенности в себе.
Андрей целовал ее в шею, покусывал мочку уха, а затем потянул ткань платья вниз, обнажив одно плечо. Они сели на кровать, и он принялся целовать ее в шею, постепенно опуская ткань платья ниже и ниже. Когда он добрался до линии груди, Вероника мягко, но уверенно убрала его руку. Андрей встал с кровати и налил им еще шампанского. Свой бокал он осушил почти залпом, а затем снова пригласил ее танцевать. Он видел, что она почти не пьет, но не настаивал, чтобы она пила больше. Было понятно, что его основная цель – не споить ее, а максимально расслабить. Вероника понимала, к чему он клонит, но все равно не хотела идти домой. Андрей не выглядел пьяным, а значит, вполне мог себя контролировать.
– Ты такая сексуальная, – шептал он ей на ухо. – Я бы съел тебя. Я говорил, что могу сделать так, что ты будешь кричать от удовольствия? Я это умею.
Не прерывая танца, он снова поцеловал ее. Его руки при этом блуждали по всему ее телу. Дело начало заходить слишком далеко. Поняв, что пришло время что-то с этим делать, Вероника отстранилась от поцелуя и сказала:
– Андрей, уже поздно. Ритка будет волноваться. Может, поедем домой?
– Без проблем. Еще полчасика, и я вызову такси.
Он снял рубашку и лег на кровать, закинув ногу на ногу. А затем постучал рукой по соседней подушке, приглашая девушку прилечь рядом. Если бы Вероника уже была опытной женщиной безо всяких внутренних ограничений, она бы просто не смогла перед ним устоять. Бедные американки. Наверняка он оставляет за собой тысячи осколков их сердец.
– Нет, я совсем не устала, – сказала она. – Я лучше постою у окошка. Смотри, как красиво!
– Очень даже красиво, – ухмыльнулся он, оглядывая ее со спины.
Он вскочил, поднял ее на руки и кинул на кровать. Делал он это, якобы полушутя, но Веронике все равно было не по себе.
– Не бойся, малая, – сказал Андрей и лег рядом с ней. – Если ты не захочешь, ничего не произойдет. Но я не понимаю, чего ты боишься. Ты же тоже хочешь этого. Я вижу.
– Ну-у…
Она приняла сидячее положение и попыталась подобрать слова, но Андрей не дал ей этого сделать.
– Боишься, что я улечу обратно в Америку и забуду о тебе? Такого не будет. Я хочу только серьезных отношений. Ты прилетишь ко мне на летних каникулах, и я уговорю тебя остаться. – Он сел сзади и начал целовать ее в шею. – Мне кажется, я влюбился в тебя. У меня никогда такого не было.
Поцелуи становились все настойчивей, и Вероника наконец собралась духом:
– У меня никогда ничего не было! Ты мне нравишься, но я не видела тебя два года и не могу вот так…
– Хочешь сказать, ты девственница? – Андрей округлил глаза. – У тебя же был парень. Что, ничего не было? Даже чуть-чуть?
– Даже чуть-чуть.
– Окей, got it. – Андрей вздохнул. – Но, ты ведь уже не маленькая и знаешь, что мы можем не заниматься сексом в прямом смысле этого слова. Есть много других интересных вещей. К примеру, ты можешь сделать мне приятно. Было бы классно, а?
«А ты, к примеру, можешь перестать думать своим членом. Тоже было бы классно».
Последняя фраза Андрея сильно ее покоробила, но Вероника не могла с уверенностью утверждать, что его предложение обязательно носит негативный характер. Возможно, так принято в нормальных отношениях, и в этом нет ничего такого. Но откуда ей было знать, что нормально, а что нет, если полноценных отношений у нее никогда не было?
Ей вовремя вспомнилось, как тетка в любой непонятной ситуации советовала представлять вместо себя свою воображаемую дочь. Вероника подумала, что если бы кто-то попросил ее дочь сделать ему приятно, она бы прикончила мерзавца на месте. В голове мгновенно прояснилось. Им с Андреем явно не по пути.
– Я хочу домой, – твердо сказала девушка. – Если ты не едешь, то не беда – поеду сама.
Андрей выглядел недовольным, но не стал спорить и вызвал такси. Всю дорогу он копался в телефоне и почти не обращал на нее внимания. Когда они уже стояли возле подъезда, он сказал:
– Ладно, малая, еще увидимся.
– Да, увидимся.
– Все в порядке? – Он с подозрением заглянул ей в глаза. – Ты какая-то расстроенная.
– Нет, все хорошо. Спасибо за прекрасный вечер.
– И тебе. Ну все, беги домой. А я еще постою, проветрюсь.
– Ладно, пока.
– Пока.
Придя домой, Вероника сделала вид, что все прошло отлично. Еще не хватало, чтобы тетка поднялась на этаж к семье Андрея и устроила там скандал.
Очевидно, это было их последнее совместное времяпровождение. Он больше не позвонит и даже не напишет. К своему удивлению, Вероника встретила это с холодным смирением. Она была уверена, что Андрей – тот самый парень под номером «три» из гадания Цветаны Аметистовны, который постоянно ищет новую жертву. Так что невелика потеря.
Земля и Луна
Утром в воскресенье, когда Ритка уехала на встречу с подругами, Веронике позвонил Селоустьев. Судя по всему, его суперспособность угадывать, когда она будет одна, прекрасно работала даже на расстоянии.
– Ве-ро-ни-чка, – промурлыкал псих. – Доброе утро. Скучала?
– Да, очень.
Внезапно его тон переменился, и мурлыканье превратилось в шипение кобры:
– Тогда почему ты до сих пор не разблокировала мой номер? Я уже устал напоминать тебе об этом. Ты не в состоянии выполнить такое элементарное действие?
Девушке захотелось послать его ко всем чертям, но что она будет делать потом? Ее никто не защитит, теперь она одна против него. Но ведь скоро Костик закончит школу и оставит ее в покое. Осталось потерпеть всего полгода. А пока не следует его злить.
Она не придумала ничего лучше, как притвориться круглой идиоткой:
– Ой. Я уже неделю пытаюсь убрать твой номер из черного списка, но ничего не выходит.
В трубке раздался протяжный вздох.
– Ну ясно. Хотя, чего я удивляюсь…
– Да уж, – согласилась она.
– Позвони своему оператору или сходи в салон сотовой связи. Тебе там помогут.
– Спасибо, что подсказал! Так и сделаю!
– Надеюсь, ты справишься с этой задачей до конца года, а то я уже устал объяснять матери, зачем беру ее телефон. Представляешь, она думает, что я пользуюсь чужим номером, потому что делаю что-то нехорошее. Преследую кого-то, занимаюсь телефонным терроризмом, шантажом или, что еще хуже, звоню в службу секса по телефону.
– И с чего бы это! – воскликнула Вероника.
– Вот-вот. Знаешь, я уже жду не дождусь начала каникул. Сейчас у меня совершенно нет времени. Я занят даже в выходные.
– Да, я тоже. В смысле, занята в выходные.
– Я наслышан. Кстати, почему ты скрыла от меня, что вместе с тобой в спектакле участвуют Виктор и тот клоун в спортивных штанах?
– Не посчитала это достойным упоминания.
– Хорошо, – ответил Костя. – Да, хорошо. Все правильно. Я рад, что ты так ответила. Ладно, мне пора. Увидимся в школе. Целую.
Веронике не пришлось ничего отвечать, потому что Селоустьев сразу повесил трубку. После этого она позвонила Вите, чтобы в очередной раз пожаловаться на его ненормального брата. Друг, похоже, был рад ее звонку. Они проговорили почти сорок минут, и к Риткиному возвращению Вероника уже была спокойна, как скала.
– Как погуляли? – спросила девушка, пока тетка снимала сапоги и возилась с многочисленными пакетами. – Я смотрю, ты обновила гардероб на три года вперед.
– Отлично погуляли. И не возмущайся мне тут, имею право. Я, между прочим, как проклятая горбачусь на работе, чтобы иметь возможность покупать все это.
Вероника засмеялась. Они обе прекрасно знали, что Ритка слишком хитра для того, чтобы работать как проклятая.
– Тут, кстати, есть кое-что и для тебя. – Родственница указала на груду пакетов. – А то в последнее время ты одеваешься так, как будто хочешь заинтересовать службу опеки и попечительства.
– Нормально я одеваюсь. Я уже устала от этих юбок и платьев. От них никакого толку. Разве что привлекать к себе внимание всяких козлов, которые мне теперь совершенно ни к чему.
– Кстати о козлах! Пойдем-ка на кухню, у меня есть, что тебе рассказать. И сразу предупреждаю: с Полянским ты больше никуда не пойдешь. Это даже не обсуждается.
«Да не больно-то и хотелось», – подумала Вероника, которая и так уже знала об Андрее достаточно, чтобы не хотеть иметь с ним ничего общего.
Тетка рассказала, что пока утром прогревала машину, стала невольной свидетельницей разговора бабушки Андрея с другой пожилой соседкой у их подъезда:
– Так вот, бабуля сказала, что «Андрюша» и его девушка из Лос-Анджелеса собираются сыграть свадьбу после окончания колледжа, и что у них там великая любовь – даже детей планируют. То есть, приглашая тебя в кино, этот скот Полянский, хотел и рыбку и съесть, и…
– Рит, да к черту его. Я пошла с ним в кино, только чтобы отвлечься от мыслей о Ханине. Но Ханина тоже к черту, потому что он еще больший скот, чем Полянский.
После этой истории у Вероники ничего даже не екнуло. В глубине души она и сама понимала, что такой парень, как Андрей, наверняка не скучает в своем Лос-Анджелесе. Все они были одинаковыми. Им мало одной-единственной девушки, они хотят заполучить всех. Как назло, Веронику привлекал именно такой типаж, но с этим она уж как-нибудь разберется. Сама того не желая, девушка начала возвращаться к мыслям о Тимуре. Их было так много, что они снова захлестнули ее с головой. Она в них тонула, задыхалась, пыталась остановить этот поток сознания, но ничего не получалось. Это было похоже на цунами, которое обрушивалось на нее каждый раз, когда у нее появлялось время поразмышлять о жизни. Почему все так случилось? Могла ли она что-то изменить? И если да, то как? Что ее ждет дальше? А что, если ей всю жизнь будут попадаться такие парни? А вдруг дело вообще не в них, а в ней самой? Вдруг это она была не права, сделала что-то не так? А, может, она и вовсе заслужила такое отношение? Вероника пыталась ответить себе на все вопросы, но ответы каждый раз получались разные. Она просто сходила с ума. Выход был лишь один. Налив себе чаю, она поспешила к себе в комнату, где ее ждал спасительный сборник задач по физике.
***
Тимуру предстоял последний матч в этом году. Разумеется, Влада пошла на тренировку вместе с ним. Она лезла во все сферы его жизни, везде таскалась за ним, не оставляя ему личного пространства, и это уже порядком ему надоело. Он хотел избавиться от нее, но не знал, как это сделать. Расставаться по-хорошему, как он привык, Влада точно не собиралась. Да и по-плохому тоже. После пятничной репетиции вальса, она набросилась на него со слезами и проклятьями в адрес Вероники. Он был уверен, что теперь снова свободен от бремени отношений, но не тут-то было – Влада стала еще более назойливой, чем прежде.
Но не только ее чрезмерная назойливость стала причиной его недовольства. Просто Мальцева была не такой, как нужно. Она была неправильной и все делала не так. Ее манеры, вкусы, увлечения, ход мыслей и даже смех казались Тимуру сплошной ошибкой. Ему хотелось, чтобы она вела себя иначе. Как Вероника. От осознания этого становилось совсем паршиво.
Он сам до конца не понимал, с какого момента поведение Каспранской вдруг стало для него эталонным. Она никогда не казалось ему особенной, но почему-то за время ее отсутствия он точно осознал, что другие девушки недостаточно хороши. И дело было вовсе не во внешности. Просто никто из них не смеялся так же классно и естественно, как это получалось у нее. Никто не мог уловить иронию его внезапных переходов от одного к другому – все остальные девушки смеялись чисто по инерции, даже до конца не понимая смысл его шуток. Было еще множество моментов, которых Тимуру так не хватало в отсутствие Вероники. Он скучал по ее запаху, голосу, волосам, привычке хмуриться, по ее непробиваемому спокойствию, чаю с мятой, который только она одна умела заваривать столь филигранно, что он бы мог выпить литра три за раз; по двум маленьким родинкам на ее левой руке, напоминающих Землю и Луну, и даже по ее постоянной задумчивости, как будто она вечно витала в облаках, забывая, где находится. Раньше он даже не обращал внимания на такие мелочи, а теперь это все было необходимо ему как воздух. Она – единственная девушка, которая сумела не только проникнуть в тончайшие материи его Вселенной, но и стать их неотъемлемой частью. И сейчас, без нее, он казался себе каким-то неправильным.
Видимо, чувствуя, что в их отношениях не все гладко, Влада начала активно контролировать Тимура по всем фронтам. Она выучила расписание его спортивной школы и календарь игр, так что скрыть от нее реальный распорядок дня теперь не представлялось возможным. Она даже познакомилась с его родителями, пока он был на тренировке. Ей удалось пустить им пыль в глаза и произвести настолько хорошее впечатление, что и мама, и папа остались от нее в полном восторге. Она обменялась с ними телефонами и звонила им каждый раз, когда не могла отыскать Тимура. Из-за этого почти все свободное время он был вынужден находиться в ее обществе.
Ему было до того скучно, что он сразу вел ее в постель, дабы сократить время их словесного общения до минимума. Он никогда не звал ее гулять, а на стадион его стали сопровождать Ласточкин и Шелепов. Тимур попросил их вести себя как можно хуже, чтобы Влада сама перехотела с ними ходить и оставалась дома хотя бы во время его игр и тренировок. С этим парни справлялись на все сто.
– Мальцева, а зачем ты ходишь на футбол? – ехидно поинтересовался Ласточкин в субботу вечером, когда они вчетвером шли по направлению к спортивному комплексу.
– Затем же, зачем и ты, – недовольным тоном ответила Мальцева, косясь на Тимура.
Вероятно, она ожидала от него какой-то поддержки, но он делал вид, что ничего не замечает. А еще он «не замечал», как Влада ежится от холода. Он намеренно держал медленный темп, чтобы они шли как можно дольше, и она успела замерзнуть. Это было не по-мужски, но он решил наплевать на все свои принципы, лишь бы поскорее от нее избавиться.
Ласточкин продолжал наступление:
– Ты ж даже примерно не понимаешь, что происходит в игре. Сидела бы дома, вышивала какую-нибудь фигню, или чем вы там, бабы, обычно занимаетесь. На футболе вам точно не место.
– Ласточкин, чего ты ко мне пристал?? Я иду на матч, чтобы поддержать своего парня. А вот что вы с Шелеповым тут забыли, мне не понятно. Сводили бы своих девушек в кино, а? Ой, совсем забыла: у вас же их нет! Какая жалость! – Влада поморщилась от очередного порыва ветра и сильнее прижалась к плечу Тимура. – Хан, мне холодно. Может, пойдем быстрее?
Тимур сделал вид, что у него завибрировал телефон, и начал отвечать на несуществующий звонок.
– То ей холодно, то ей надо в туалет, то еще что… – вмешался Шелепов. – Шла бы домой, раз тебе все не так.
– Мальцева, ты уже даже Валерия достала, а он из нас троих самый смирный. Езжай домой, а? Я тебе даже бабла на маршрутку дам, лишь бы ты свалила.
– Хан, зачем ты опять взял их с нами? – шепнула Влада Тимуру на ухо, когда он закончил «разговор». – Они оба тупые, как пробки. Уже бесят меня своим плоским юмором.
– Друзья для пацана – это святое, – философски заметил Тимур. – Тебе стоит к этому привыкнуть. Теперь они всегда будут с нами.
– Трахаться они тоже будут с нами?
– Ну, если ты позовешь подруг…
– Хан, ты придурок, – она стукнула его по руке. – Когда ты был с Каспранской, ты почему-то не звал этих дебилов ходить с вами.
– Больше двух говорят вслух, – заорал Валера.
– Когда Хан встречался с Каспранской, вы тоже везде ходили за ними?
– Да. Куда Ханин – туда и мы. Мы ж кореша.
Все трое парней заржали.
– И вы так же до нее докапывались?
– Конечно, нет, – ответил Андрей. – Она ж была нормальная, не то что ты.
Это прозвучало обидно. Влада посмотрела на Тимура в надежде, что тот осадит своего друга, но снова не получила желаемого. Она замолчала и решила больше ничего не говорить, чтобы Тимур понял, как она обижена. Но ему было все равно. Он тут же принялся говорить со своими друзьями о футболе, как будто Влада вдруг перестала для него существовать.
Играя перед сном в приставку, Тимур даже не думал о блестящей победе в сегодняшней игре. Все его мысли были заняты другим. Сегодня Ласточкин и Шелепов неплохо постарались, и после матча Влада даже ни разу не позвонила. Возможно, ему уже можно праздновать конец их отношений. И плевать, что секса в его жизни сразу станет меньше. Неожиданно для себя он обнаружил, что раньше значимость интима была сильно им преувеличена. Он хотел, чтобы девушка помимо своего тела располагала чем-то еще. Ведь, по сути, секс может случиться с любой из них, а значит, все они равны в этом смысле. Он чувствовал себя стариком, но в последнее время на первый план начали выходить более важные вещи, и он стал ценить то, чего раньше даже не замечал.
Он крупно облажался с Вероникой и теперь не знал, как все исправить. Выключив приставку, он лег на кровать и открыл на телефоне запароленный альбом с фотографиями, где все еще мог видеть ее улыбку.