![](/files/books/160/oblozhka-knigi-tumannaya-raduga-si-375271.jpg)
Текст книги "Туманная радуга (СИ)"
Автор книги: Ксения Бугрим
сообщить о нарушении
Текущая страница: 27 (всего у книги 35 страниц)
Сцена ревности
На следующий день Витя принес обещанный сборник задач для абитуриентов МГУ. Вероника считала минуты до конца уроков, чтобы поскорее оказаться дома и вновь уйти в бесчувственный мир чисел. Благодаря точным предметам, а в особенности физике, ей все чаще удавалось на время исчезнуть из мира чувств. В мире законов и чисел их просто не существовало.
Сборник содержал в себе задачи по механике, молекулярной физике и термодинамике, электродинамике, оптике и атомной физике. Начав с самого начала, Вероника сразу же столкнулась с непреодолимыми сложностями. Для решения задач по механике требовались серьезные знания в области кинематики и динамики. Также необходимо было понимать законы сохранения в механике, статику твердого тела, механику жидкостей и газов, механические колебания, волны и кучу всего с этим связанного. Для решения первой задачи для физического факультета ей пришлось перелопатить весь интернет в поисках информации о кинематических уравнениях, но она так и не поняла, как их составлять. Речь даже не шла о том, чтобы научиться их решать.
Девушке казалось, что ее голова буквально раздувается на глазах, превращаясь в гигантский шар, который так и норовит взорваться. По своему опыту она знала, что если задача никак не хочет поддаваться, то лучше всего отложить ее на потом. Так и поступив, Вероника решила вернуться к задачам для факультета наук о материалах. Она понятия не имела, что это за факультет, но ей показалось, что задачи для него должны быть хотя бы немного проще, чем для физического факультета. В первой задаче предлагалось найти полный путь, пройденный мотоциклистом, учитывая, какую-то колонну автомашин, относительно которой он сначала движется в ее конец, а затем разворачивается и едет обратно к началу. К своей радости, Веронике удалось разобрать, чему будут равны оба пути, которые преодолел мотоциклист. Для этого ей понадобилась простая формула, где значение пути равнялось скорости, помноженной на время. Решив задачу, она открыла страницу с ответами и обнаружила, что ее решение неверно. Спустя пару часов, она поняла, что в обоих случаях мотоциклист начинал движение из состояния покоя, а значит, это нужно было учесть в решении задачи. По итогу, первое знакомство со сборником для умников оказалось удачным. Несмотря на то, что на это было потрачено уйма времени, девушка была собой довольна.
После ужина она без сил рухнула на кровать и проспала до самого утра, ни разу не проснувшись за ночь. Эффект от сборника был выше всяких похвал, и поэтому вечер четверга Вероника тоже провела в его приятной компании. Она вообще не думала о предстоящей репетиции, которая ожидала ее в пятницу после уроков.
***
– Сборник для абитуриентов – просто нечто! – поделилась своими впечатлениями Вероника, когда они с Витей сидели в актовом зале в ожидании художественного руководителя. – Вчера и позавчера я после школы до самой ночи решала задачи. И, знаешь, потом мне отлично спалось ночью, а еще появился аппетит!
– До самой ночи? – удивился Витя. – Ты там всю книжку прорешала что ли?
– Нет, конечно.
– Сколько задач решила?
– Пока что одну.
– Одну задачу? – Он приподнял бровь. – За два дня ты решила одну задачу?
– Ну вообще-то почти две! Просто во второй задаче нужно было найти массу атмосферы сферической планеты, и сначала я вообще не поняла смысл условия. Мне удалось решить ее только наполовину, но зато я уже знаю, что делать дальше! Примерно знаю.
Витя потер щеку и задумчиво произнес:
– Чтобы рассчитать массу, нужно среднюю плотность умножить на объем. Среднюю плотность рассчитываем по экспоненте. Объем равен площади поверхности, умноженной на высоту атмосферы… А, там еще наверняка нужно учесть вращение планеты? – Он цыкнул языком. – Да, задача может быть довольно геморная.
– Нет, по условию, вращением планеты как раз нужно пренебречь. Значение плотности искать не надо, оно уже есть.
– Тогда в чем проблема? Я запутался.
– Я тоже.
Оба рассмеялись, и в этот момент в зал вошел Тимур. Проходя мимо них к своему трону, он краем глаза наблюдал за Вероникой. Витя приобнял ее за плечи и легонько потряс:
– Не переживай, бро. Я не силен в физике, но если в условии есть какие-то данные по атмосфере, то решение займет от силы две минуты.
Когда Тимур оказался к ним спиной, Витя тут же убрал руку.
– Ты это специально? – спросила Вероника.
– Что?
– Сделал вид, что мы сидим в обнимку.
– Ну разумеется.
Витя забавно покосился на Тимура, заставив девушку еще раз засмеяться.
Пришла Ирина Дмитриевна, и репетиция началась. Самые первые сцены были с участием Вити, Вероники и еще одного парня, которому досталась эпизодическая роль отца Белль. Если не считать массовки с парой реплик, основную часть времени Гастон и Белль взаимодействовали исключительно между собой. И Веронике это очень нравилось. С Витей она чувствовала себя полностью в своей тарелке, что помогло ей отлично справиться со своей ролью и вызвать одобрение руководительницы. Витя постоянно строил забавные рожицы и всячески подмигивал, что поднимало ей настроение. Девушка боялась представить, что бы делала, не будь его рядом. Все-таки этот парень стал для нее настоящим подарком судьбы.
После того, как Витя исполнил песню Гастона, настал черед самого неприятного – репетиции с Тимуром.
– Представь, что его не существует, – шепнул Витя, перед тем, как покинуть сцену.
Вероника нашла совет вполне дельным. С воображением у нее всегда был полный порядок. Когда они с Тимуром оказались лицом к лицу, она представила, что перед ней всего лишь его проекция. Теперь он стал для нее чем-то вроде сценического реквизита, который может понадобиться только в рамках представления. Это помогло избавиться от скованности и перестать сдерживаться в сценах, которые требовали эмоциональной игры.
Но если Вероника относилась к репетиции серьезно, то для Тимура все происходящее было лишь очередной забавой. На этот раз он решил испытать свою бывшую девушку на прочность и в этих попытках часто перегибал палку. Дотрагивался до нее, когда сценарий того не предусматривал, пытался как-то подколоть, чтобы вызвать реакцию. Но все это не срабатывало – Вероника никак не реагировала на его попытки, ведь в тот момент она верила, что его не существует. Поняв, что усилия не приносят желаемого результата, Тимур начал задавать ей дурацкие вопросы:
– Каспранская, скажи, по-твоему, это нормально, что Белль одета, как будто живет в черном квартале? Она же должна быть в платье и с корзинкой, полной книг, иначе Чудовище не пустит ее в дом!
Он спрашивал что-то еще, но Вероника пропускала его слова мимо ушей. Ей было все нипочем. А вот Ирина Дмитриевна в какой-то момент не выдержала:
– Тимур, пофлиртовать вы оба сможете после репетиции. А сейчас будь добр, направь свои таланты в нужное для спектакля русло.
После этого все сосредоточились, и репетиция пошла как по маслу. По крайней мере, для Вероники. Она даже смогла выдержать небольшой вальс, прописанный в сценарии, которому их с Тимуром на ходу пыталась обучить руководительница. Сконцентрироваться на своей задаче девушке не помешал даже запах его духов. Знакомый и некогда обожаемый ею аромат бил в ноздри, заполнял собою легкие, но уже не пьянил, а, напротив, отравлял и вызывал приступы тошноты. В итоге, у них получилось что-то между некачественным вальсом и медляком уровня школьный дискотеки.
Во время танца Тимур вдруг начал прижимать Веронику к себе и поглаживать ее спину подушечками пальцев. Достаточно плотная ткань ее толстовки не спасала от этих прикосновений – она ощущала их столь же явно, как если бы была полностью голой. Это был настоящий нокдаун. Вероника могла выдержать что угодно – только не это. Мысленно она перенеслась в десятое ноября, когда Тимур впервые ее поцеловал. В тот день он держал ее на руках и прижимал к себе так же нежно.
«Мне все равно, мне все равно, все равно!» – повторяла девушка словно мантру, моля, чтобы этот чертов танец скорее закончился. Она не видела лица Тимура, и только это не давало ей разрыдаться у всех на виду. Его взгляда она бы просто не выдержала.
В разгар вальса массивные деревянные двери актового зала скрипнули, и внутрь заглянула Влада Мальцева. Увидев, как трепетно ее парень обнимает свою бывшую, она сверкнула глазами и удалилась, хлопнув дверью. Тимур никак на это не отреагировал, продолжая водить пальцами по спине Вероники. Когда музыка стихла, Ирина Дмитриевна похвалила обоих за проникновенный танец, после чего объявила десятиминутный перерыв. Вероника стремглав понеслась к Вите. Сев рядом с ним, она сначала чуть не разрыдалась на весь зал. К счастью, ей вовремя удалось взять себя в руки.
– Одно из двух, – шепнул Витя, – либо он хочет тебя вернуть, либо его просто раздражает, что ты проводишь время со мной. – Подумав, он добавил: – Либо и то и другое.
Вероника была более чем уверена, что верно только второе предположение, но не хотела продолжать об этом думать. Снова впустив мысли о Тимуре в свою голову, она ставила под удар свое душевное равновесие. Этого никак нельзя было допустить. Она вытащила из рюкзака сборник для поступающих в МГУ и принялась за нерешенную задачу про сферическую планету. Это помогло, и к моменту возобновления репетиции Вероника чувствовала себя почти хорошо.
Всем актерам предстоял еще один выход на сцену, чтобы каждый мог исправить свои ранее допущенные ошибки и неточности. Первыми снова начали Вероника с Витей. Взаимодействовать с ним на сцене было до того комфортно, что девушка с удовольствием отыграла свою роль, ни разу нигде не ошибившись. В кои-то веки она была собой довольна. Но куда большее восхищение у нее вызвала играла друга. Ему мастерски удалось перевоплотиться в Гастона и предстать перед ней самым самолюбивым и грубым невеждой из всех, что она когда-либо встречала.
– Ребятки мои, да вы просто порхаете по сцене! – восхитилась Ирина Дмитриевна. – Прекрасная работа! Браво, браво!
Следом на сцену вышли актеры в костюмах персонажей заколдованного замка и Тимур с головой Чудовища в руке. Приблизившись к Веронике, он, пользуясь тем, что она еще не успела спуститься вниз, схватил ее за локоть и оттащил в сторону.
– Что у тебя с этим полупокером? – спросил он, мотнув головой в сторону Вити. – Просто интересно.
– То же, что и у тебя с Мальцевой.
Брови Тимура сдвинулись к переносице, в глазах сверкнули молнии:
– Сама-то в это веришь?
Не успела Вероника определиться с ответом, как Ирина Дмитриевна хлопнула в ладоши, призывая всех продолжить репетицию.
По дороге на остановку девушка прокручивала в голове этот странный диалог. Ей было неудобно перед Витей за то, что она приплела его в эту историю. Теперь Тимур может начать задирать его в школе. Просто потому, что не терпит конкуренции и считает, что даже бывшие девушки должны быть от него без ума. А, зная своеобразный характер своего нового друга, Вероника вполне допускала, что дело вполне может дойти до драки. Точнее, Тимур просто врежет Вите, когда тот сказанет ему что-нибудь эдакое в ответ на провокации. Вспомнив рассказы Ирки о взаимоотношениях Вити с одноклассниками, она поморщилась. Он был хорошим парнем, но в нем всегда чувствовалась особая стать, которая периодами граничила с надменностью и высокомерием. Он никогда не был высокомерен по отношению к самой Веронике, но она нутром чувствовала, что эта его черта никогда не дремлет и в любой момент может показать себя во всей красе. Нужен лишь повод. Получается, если Тимур ему все-таки врежет, то в этом будет виновата она сама.
– Все ищешь атмосферную массу? – поинтересовался Витя, заметив ее задумчивость. – Давай доберемся до остановки, и я распишу тебе решение.
– Слушай, а ты бы мог вести себя в школе менее… Как бы это сказать… В общем, менее высокомерно?
– О, эти твои резкие переходы от одного к другому! Не удивлюсь, что именно благодаря ним Костик так к тебе прикипел.
Вероника некстати вспомнила, что настоящим мастером неожиданных переходов был Тимур. Это получалось у него филигранно.
– Извини, я неправильно выразилась. Просто я заметила, что Тимура действительно злит наша дружба. Ему не дает покоя, что с тобой я улыбаюсь, а не рыдаю в углу, как он того ожидает. Теперь он может начать тебя провоцировать. А если ты ответишь ему в своей фирменной высокомерной манере, он…
– Я не высокомерный, – не дал закончить мысль Витя. – Это все корейский разрез глаз. – В доказательство своим словам он сильно прищурился. – Видишь?
– Да ты даже не похож на корейца! Ты просто сам по себе… не простой парень. Все ведь слышали историю вашего первого знакомство с Брагиным. – Она вздохнула. – В общем, я боюсь, что Ханин может тебя ударить.
Витя приподнял бровь:
– И теперь мне тоже нужно бояться?
– Я просто прошу, чтобы ты не реагировал на его возможные провокации. Пусть говорит, что хочет. Сам же себя выставит дураком.
– Согласен, – кивнул Витя. – Пускай говорит, что хочет. И я тоже буду говорить, что хочу. А если его вербальный скилл окажется ниже моего, то это уже не моя проблема.
Переубеждать упрямца было бесполезно, и Веронике ничего не оставалось, как надеяться, что ее страхи окажутся напрасными.
В тот день она уснула далеко за полночь, потому что до упора пыталась добить задачу из сборника, про которую они с Витей благополучно забыли. Это оказалось жутко утомительным занятием, зато отлично помогало не думать о Ханине и его провокационном поведении на репетиции. Впервые за долгое время Вероника вновь стала чувствовать себя свободной.
Испытание для Тимура
Ритка заметила, что племянница как-то чересчур быстро приходит в себя. Уж не угодила ли она в новый любовный капкан? Узнав, что девушка оживает на глазах благодаря сборнику задач по физике, тетка сначала не поверила в правдивость этой информации.
– Как так вышло, что физика вдруг стала помогать тебе в любовных делах? – спросила Ритка в субботу за завтраком. – Что-то мне не верится. Ты же всегда терпеть ее не могла?
– А я ее и сейчас не люблю, – ответила Вероника. – Там же ничего не понятно. Мне приходится все заучивать, иначе у меня не получается решить ни одной задачи. Я выписываю новые формулы и рисую их в своем воображении, как делала это раньше.
– Да, я помню про твою суперспособность. Тетка все помнит. Но как это связано с моим вопросом? Верон, ты меня пугаешь. Не сошла ли ты с ума на фоне стресса?
– Это сложно объяснить. Наверное, дело в том, что я затрачиваю кучу усилий даже на самые элементарные задания. А в этом сборнике задач для абитуриентов МГУ я вообще ничего не понимаю. И это просто прекрасно! После того, как позанимаюсь пару часов, мой мозг будто отключается. Я не думаю ни о чем плохом, не переживаю, у меня ровное настроение. Но самое главное – я очень устаю. Моя бессонница исчезла. После того, как Ханин… – Она сглотнула комок, образовавшийся в горле после упоминания Тимура, и продолжила: – В общем, после случившегося я не могла нормально спать. Тебе не рассказывала, чтобы лишний раз не тревожить. Я ведь знала, что рано или поздно все наладится. И вот оно наладилось. Благодаря физике, как это ни удивительно. Видимо, так науки влияют на гуманитариев.
– Гуманитарии не станут решать задачи для абитуриентов МГУ, – хмыкнула тетка. – Я тебе давно говорила, что никакой ты не гуманитарий.
– Я отлично пишу сочинения, у меня всегда были способности к иностранным языкам и еще я очень люблю книги. А физика всегда давалась мне тяжело, я до сих пор почти ничего в ней не понимаю. Кто я после этого? Будущий академик Сахаров что ли?
– Почему тебе не нравится физика, в этом еще нужно разобраться. Возможно, здесь кроется какая-то детская травма, о которой ты уже давно забыла. К примеру, когда-то учительница перед всем классом отчитала тебя за неверно решенную задачу. И все – здравствуй, боязнь цифр и расчетов. Подобные травмирующие детскую психику ситуации могут искажать твои сегодняшние представления о собственных предпочтениях и подавлять интерес к наукам. Но с этим мы как-нибудь разберемся, а пока я пойду позвоню сестре. Обрадую ее хорошей новостью.
Тетку уже было не переубедить. Она настолько уверилась в своей правоте, что Вероника и сама уже начала думать, что где-то глубоко в ней таится любовь к наукам. И если так, то это очень хорошо. По крайней мере, такая любовь не бывает несчастной.
***
Позднее Вероника встретилась с Витей, и они отправились в школу на субботнюю репетицию. В сумме оставалось еще три репетиции и один генеральный прогон перед началом концерта, который должен состояться в пятницу 25 декабря. Вероника видела, как нервничает Ирина Дмитриевна, и изо всех сил старалась ее не подвести. Единственным фактором, который мог бы повлиять на уровень выступления девушки, был Тимур. Вчера ему в очередной раз удалось лишить ее равновесия, но сегодня она снова ощущала внутреннюю уверенность. Больше она ему этого не позволит.
В актовом зале было шумно, и звучал девичий смех. Виной тому был, конечно, Тимур. Он сидел на своем троне и рассказывал разные шутки кучке девчонок, от чего те хохотали без умолку. До начала репетиции оставалось около десяти минут, и, поняв, что не может не вслушиваться в слова Тимура, Вероника решила призвать на помощь свой сборник задач. Только так она могла не реагировать на происходящее вокруг и не допускать появления неприятных мыслей в голове.
Витя же, напротив, с интересом наблюдал за происходящим на сцене. Он сидел в вальяжной позе, закинув ногу на ногу и положив локоть одной руки на спинку кресла. Другой рукой он постукивал себя по ноге в такт музыке, которая негромко играла из подсобки в актовом зале. Периферическим зрением Вероника фиксировала, что Витя не сводит глаз с Тимура. Как будто хочет, чтобы тот это заметил и, возможно, вступил в словесную перепалку. Но Тимур не обращал на него никакого внимания. Он был слишком увлечен беседой с хохочущими девчонками. Вероника порадовалась про себя, что с этим парнем ее больше ничего не связывает. Даже если ему будут принадлежать все женщины мира, ему все равно будет этого мало. Такие, как он, с радостью бы отправились покорять другие планеты в поисках новых женщин, если бы имели такую возможность.
Девчачий смех все не прекращался. Вдруг Витя крикнул:
– Ханин! – Тимур обернулся и вопросительно вскинул подбородок. – Я вот все смотрю на твои кроссовки и не могу понять, тебе их что, мама выбирала?
Все сразу отвлеклись от своих дел и с любопытством уставились на Тимура в ожидании его реакции. Веронике тоже пришлось отложить свой сборник задач. Похоже, их вчерашний разговор Витя воспринял как вызов, хотя она этого не планировала. Претензия к кроссовкам явно была высосана из пальца и служила поводом вывести Тимура из себя. Девушка предполагала, что сейчас как раз может случиться то, чего она так боялась. Еще пару подобных подколов, и Тимур попросту ему врежет.
– Конечно, мама, – ответил Тимур с ухмылкой. Вопреки опасениям Вероники, он не выглядел злым или раздраженным. – Твоя. Передавай ей от меня привет, как придешь домой.
Многие засмеялись, и Тимур, удовлетворенный положением дел, вновь переключился на девчонок, не давая своему оппоненту шансов на новую реплику. Но Витю тоже было не так-то легко смутить. Он улыбнулся во все 32 зуба и, как ни в чем не бывало, продолжил отбивать ладонью мелодию.
– Зачем ты полез к нему? – шепотом возмутилась Вероника. – Он тебя даже не трогал!
– Хотел его испытать, – продолжая наблюдать за Тимуром, ответил Витя.
– Ну и как, доволен??
– Вполне. Брагину стоило бы взять у него пару уроков.
– Я не понимаю, что происходит. Чему ты так радуешься?
– А почему я должен грустить? – удивился Витя.
Он явно увиливал от прямого ответа, так что, фыркнув, Вероника вернулась к физике. Через несколько минут Ирина Дмитриевна вышла из подсобки, и началась репетиция.
Тимур опять перестал существовать. Только воспринимая его, как голограмму, проекцию на человека, Вероника чувствовала, что контролирует ситуацию. Это было похоже на сумасшествие, но какая разница, если только такие странные методы помогали ей не сойти с ума окончательно?
Жалкие уловки Тимура не действовали. Ничто не мешало Веронике выполнить поставленную перед ней задачу. Свою роль в этот день она от и до отыграла просто блестяще. А вот сам Тимур был неважным актером и постоянно отвлекался. Он то пытался вызвать у своей напарницы смущение, то флиртовал с другими девушками. Несмотря на это, Ирина Дмитриевна была им довольна. Похоже, его обаяние перекрывало все недостатки актерской игры. А вот Витя вовсю делал вид, что плохая игра Тимура ему небезразлична.
– Ханин, все не так, – говорил он и следом демонстрировал, как, по его мнению, должна звучать та или иная реплика. – Ты слишком переигрываешь. С такой игрой тебя не взяли бы даже в самый захолустный региональный ТЮЗ.
Сначала Тимур реагировал на нападки молча. Он просто поворачивал голову к оппоненту и строил какую-нибудь гримасу, вызывая у девятиклассниц приступы хохота. К примеру, он мог как-нибудь смешно сморщиться и смотреть на Витю, не моргая, целую минуту. Даже Вероника не могла сдержать улыбку, глядя на очередное его выражение лица. Но Витю не останавливали негласные поражения в этом противостоянии. Он находил все новые поводы придраться к Тимуру.
– Ханин, ты уже шестой раз наступаешь ей на ноги своими ужасными кроссовками, – сказал он во время репетиции вальса Белль и Чудовища. – Может, записать тебя на танцы? В ДК вроде есть кружок.
Ирина Дмитриевна хотела сделать ему очередное замечание, но у нее зазвонил телефон, и она отошла в подсобку. Тимур прекратил танцевать и развернулся в сторону Вити:
– Слышь, Шагай, Помогай, Излагай… Как тебя там?
– Егай, – подсказал Витя.
– Окей, пусть будет Егай. Так вот, Егай. Ко мне так бабы никогда так не клеились, как это делаешь ты. У меня есть определенные подозрения.
Раздались смешки. Но Витя, казалось, прямо-таки наслаждался этой перебранкой. Лицо его излучало исключительное довольство.
– Не, ты не в моем вкусе, – сказал он. – Так что, уж не обессудь, но ничего не получится.
Не успел Тимур ответить, как из подсобки вернулась Ирина Дмитриевна.
– Так, Вероника, Тимурка, оба на сцену! Репетируем финальную сцену с признанием в любви и поцелуем.
– О, щас будут сосаться! – заорал парень, играющий роль Канделябра.
– Нет, Семен, у нас тут не цитадель разврата, – нахмурилась руководительница. – Поцелуй будет носить символический характер. – Взойдя на сцену, она поставила Тимура и Веронику друг напротив друга. – Белль у нас будет стоять спиной к сцене, принц – перед ней. Принц наклоняется к Белль, прикладывает ладони к ее щекам с обеих сторон и прислоняет губы к своим пальцам буквально на пару секунд. Такой вот поцелуй понарошку. Далее заиграет музыка, после чего обоих загородят картонными декорациями с надписью «Happy End». Всем все понятно?
Вероника была рада, что Ирина Дмитриевна выбрала вариант с фейковым поцелуем, а не предложила им поцеловаться в уголки губ, как это обычно бывает в театрах. Теперь девушка была уверена, что справится со своей ролью без труда. Несмотря на то, что Тимура изрядно веселила репетиция поцелуя понарошку, она была как кремень и без труда выдержала все его насмешки и приколы. У него не получилось вызвать даже легкий румянец на ее щеках. Это был ее маленький триумф.
Когда они с Витей шли на остановку, Вероника решила узнать мотивы его поведения на сегодняшней репетиции.
– У меня такое ощущение, что ты специально выводил Ханина из себя, – начала она. – Ты прямо-таки напрашивался, чтобы он тебе врезал.
– Не без этого, – развеселился Витя.
– Ты совсем чокнутый, да?
– Совсем чокнутый – мой брат. А я просто азартный. После нашего с тобой вчерашнего разговора я спать не мог, во мне проснулся исследователь. Мне было интересно, сколько он продержится.
– Почему же ты остановился на полпути? Мог бы преследовать его после репетиции до самого дома!
– Зачем? Он прошел все испытания и выиграл главный приз.
– Какой приз? – удивилась Вероника.
– Мое уважение, конечно. Я бы даже мог смастерить ему медальку, но мне лень.
– Ты все-таки чокнутый. Я так боялась, что вы станете драться!
У нее зазвонил телефон. На экране телефона высветилось имя «Андрей». Она была удивлена его звонку, потому что с того момента, как он попросил ее номер, он ни разу не выходил на связь.
– Привет, – сказала она.
– День добрый, малая. Уроки на сегодня закончились?
– Да, еще вчера. По выходным мы не учимся.
– А-а, понял. Я купил нам билеты в кино. Сто лет не смотрел фильмы с русской озвучкой. В общем, будь готова в семь вечера, ОК? Я буду ждать тебя у подъезда.
– Э-э, да! Конечно. В семь возле подъезда. До встречи!
Она повесила трубку и схватилась за пылающие щеки. Витя повторил ее жест и открыл рот в комичном удивлении.
– Что, сегодня свидание с Андрейкой? Это та-ак волнительно! – Он замахал руками.
– Прекрати, – рассмеялась Вероника. – Просто он очень сильно мне нравился, когда я была помладше. Я и не мечтала, что когда-нибудь он пригласит меня в кино!
– Мечты сбываются. Надеюсь, ему меньше тридцати.
– Все в порядке, он не настолько старый, ему восемнадцать.
– Это хорошо. А то людей за тридцать такие лица, как будто они видели ад. Так что тебе, из уважения к столько благородной старости, пришлось бы называть его Андреем Ивановичем, или как там его отчество.