Текст книги "Ночная смена (ЛП)"

Автор книги: Кристофер Триана

Соавторы: Райан Хардинг
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Нет... – oна потрясла головой и положила ладони на лицо. – Нет...

– Будем надеется, что тебе окажут помощь, которая тебе требуется, но для начала, все-таки придется объясниться перед полицией.

– Хорошо, – заныла Лэйла.

Букер осторожно поднял руки. Девушка детскими шагами подошла к нему и положила руки в его, такие маленькие и аккуратные, но по-прежнему ручки убийцы-психа. Она посмотрела в его глаза, как новорожденная.

Загремела бензопила и, внезапно, на них понеслась Стефани. Она была покрыта кровью и кусками плоти, при этом кричала подобно Банши.

– Букер! – перекрикивая пилу сказала она. – Отойди от нее!

– Стеф! Все в порядке. Лэйла...

Быстрый проблеск. Что-то острое отсоединилось от тиары. Он отпустил руки Лэйлы, но она напрыгнула на него, охватив ногами его бедра, руками шею, и ткнув его в плечо своим скрытым клинком из тиары.

– Скажи, что ты любишь Сатану! – заорала она. – И то, что я красивая!

Букер ударил ее в ребра, но она крепко держалась, подобно девочке ковбою на механическом быке. Он внес ее спиной в полки с замороженными бобами, и на них упали банки с консервами в алюминиевом шторме. Клинок снова пронзил его плечо, в то же самое место; Букер закричал, когда Лэйла провернула лезвие.

Прыгая вверх и назад, Букер повалил их на пол, падая на Лэйлу всем своим весом. Что-то внутри нее захрустело – не исключено, что захрустело многое. Он поднялся с девушки и отпнул нож. Она повернулась на бок, задыхаясь.

– Да ты более бешенная, чем крыса из сортира, – сказал он.

Девушка встала на четвереньки, как раз к тому моменту, когда подбежала Стефани с бензопилой. По ее виду Букер понял, что Стефани не собирается дать уйти Лэйле так просто, сдав ее полиции.

– Стеф! – сказал он. – Постой!

Но она не обратила на него внимания. Пока Лэйла стояла на четвереньках, Стефани нанесла низкий удар пилой, прямо между ног девушки, и внесла пилу прямо между ее вагинальных губ. Кусочки ее вагины оторвались, пока пила прорывалась через ее маленькие ягодицы. Промежность Лэйлы лопнула, горячая кровь оросила Стефани, как из гидранта, капли хлынули на лицо Букера, сейчас он буквально поедал "киску". Он отхаркивался и пытался загородиться руками от потока, но из-за раны в плече, руки поднять не удалось.

Лэйла упала на пол, но Стефани была в ярости, стресс сломал ее. Она продолжала пилить. Внутренности вывалились из спины девушки. Стефани проследовала по позвоночнику, разделяя Лэйлу, при этом не переставая кричать, обзывая Лэйлу всеми матами, которые были известны Букеру, а затем и неизвестными. И когда она достигла головы, пила застопорилась, так что она принялась за шею. Отрубленная голова Лэйлы взметнула в воздух, и тут ее ударила Стефани. Голова приземлилась в корзину с уцененкой: с праздничным товаром, который не удалось продать. Цена Лэйлы сейчас была срезана наполовину.

Пила продолжала реветь в руках Стефани, пока та стояла над телом. Букер смотрел на нее, в ожидании, когда она вернется на землю. Он мог только надеяться, что ее буйство было временным помешательством, и она не превратилась в такую же безумную, как и те, с кем они боролись всю ночь.

Стефани выключила пилу, и та повисла на одной руке. Она посмотрела на него пустыми глазами. Когда он обнял ее, она обняла его в ответ.

– Мы последние, кто остались, – проговорила она.

– Все кончено, Стеф. Все кончено. Пошли домой.

– И никогда не вернемся!

– Это точно.

Они бросили последний взгляд на магазин с передней стойки. "Фрешвей" сейчас был дорогой плоти. Все было в хаосе и разрушении. Черный дым валил из всех проходов, как туман из фильма Карпентера.

Рука в руке, они облокотились друг на друга, поддерживая себя по дороге, пока они проходили через стойки к переднему выходу из магазина. Стефани тащила бензопилу с собой. Букер гадал, сможет ли она когда-нибудь почувствовать себя в достаточной безопасности, чтобы выпустить пилу. Через вестибюль он увидел бледный голубой свет рассвета, который разливался по горизонту. Но самое лучшее – он услышал сирены.

– Все будет хорошо, Стеф.

– Я пойду к тебе домой, – она положила голову ему на плечо.

– Чего?

Они остановились. Стефани облокотилась спиной на кассу и устремила взгляд ему в глаза. Даже полностью заляпанная в крови, она по-прежнему была прекрасна.

– Я не хочу быть одна, – продолжила она. – Я хочу с тобой пойти.

Букер глубоко вздохнул. С ним так часто заигрывали женщины-сотрудницы. Он всегда оставался профессионалом, не желая подвергаться риску потери работы, ради куска манды, независимо насколько молодой и нежной эта манда была. Что ж, руководство может взять их политику компании и затолкать туда, где солнце не светит.

Он притянул Стефани к себе, ее мягкое тело ударилось о него. Они поцеловались. Страсть не была похожей на какую-либо из тех, что он испытывал ранее, потому что оба они были переполнены простым зарядом от того, что сохранили жизнь, что-то, что никогда не ценишь до тех пор, пока почти не потеряешь. Их языки танцевали, а ее руки трогали его щеки, притягивая его еще сильнее. Он приблизился к ней, и они случайно упали на кассовую ленту. Они захихикали нос к носу, настолько преисполненные, что даже не заметили, как над ними встал мужчина с проломленным черепом.

* * *

Деcмонд швырнул Букера в стену.

Лицензии на алкоголь и стандарты на еду упали на пол и разбились. Букер схватил осколок стекла в качестве оружия, но Деcмонд наступил на его руку и ударил ублюдка по лицу.

– Никаких шашней с персоналом! – cказал Деcмонд. – И не важно, насколько приятные у них титьки!

Деcмонд засмеялся, Букер вскрыл ему череп – пора вернуть должок.

Когда Деcмонд очнулся, он осознал, что его затылок болит больше всего. Его череп был сломан. Он мог засунуть указательный палец в трещину, осколки черепа отпадали, как скорлупа. Как он предположил, его мозг вероятно оголен. Его легкие жгло от дыма, плоть покрылась корочкой, как бекон, а при ходьбе он хромал. Но внутри него по-прежнему горело пламя – величественное пламя Aда. Ничего иного, кроме как смерть этих двоих, он не хотел видеть.

Ему просто нужно было оружие. Букер использовал чертову мороженную индейку. Наверняка тут было что-то, что Деcмонд мог бы...

Ожила пила, Деcмонд сглотнул. Он даже не понял, что у светленькой красотки она есть. С той позиции, где они стояли, он не смог ее разглядеть. Сейчас перед ним стояла девушка со взглядом смерти, ее окровавленные груди тряслись от вибраций пилы. Пуговицы на ее джинсах были расстёгнуты, но джинсы плотно прилегали к ее бедрам, небольшой пучок желтых лобковых волос выпирал из ее низко посаженных трусиков. Покрытая кровью кучи людей, для Деcмонда она выглядела еще горячее, чем когда-либо.

– Брось пилу, сладкие булочки, – начал он. – Давай, ты и я немного развлечемся. Может я тебя умаслю.

– Без шансов, – она потрясла головой.

– Да, брось... Я заброшу твою милую попку на кассу и так тебя прокачу...

– Мечтай, уебан, похожий на Фредди Крюгера.

– А в чем дело, крошка? – спросил он ухмыляясь. – Никакой симпатии к Дьяволу?

– Выбери любой труп в этом месте, – Стефани перекосила гримаса. – И я, скорее, с ним потрахаюсь, чем с тобой.

Букер пронырнул в ноги Деcмонда и схватил их обе.

– Давай!

Стефани махнула пилой.

Хотя он пытался, Деcмонд был слишком слаб, чтобы высвободиться из хватки Букера, и стальные зубчики пилы зажевали остатки его рубашки, а затем и полурасплавленную плоть под ней. Его распороло, боль пронзала его, пока его внутренности вытекали одной общей трубкой, которая болталась у него из живота, как второй хер.

Падая, Деcмонд перехватился за стойку, его туловище упало на кассовую ленту.

Затем наступил внезапный укол.

Болтающиеся внутренности затянуло под ленту.

Деcмонд встал "смирно" в попытке выбраться, но лента натягивала его внутренности, подобно садовому шлангу на катушку. Он обеими руками уперся в стойку, но когда он потянул, внутренности просто стали вытягиваться быстрее. Скользкие кишки обернули ленту снизу и сверху, и накручивались вокруг сильнее и сильнее до тех пор, пока вся лента не стала выглядеть так, как будто она состоит из внутренностей. И когда его брюхо полностью опустело, из этой дыры стали выпадать остальные органы. Его желудок и мочевой пузырь сочились, а за ними выпали его прокуренные легкие, затем и вовсе последовала лавина потрошения. И когда кровь переполнила его глаза, Деcмонд решил, что рад тому, что ослеп, потому что ему не нужно было больше смотреть на этот блядский мир.

Ну и ладно, – подумал он. – Ад ждет.

* * *

Сирены нарастали, когда вошел Тод.

Букер моргнул, не веря глазам, затем осознал, что скорее всего пришло время для утренней смены. Он встал напротив Стефани, поддерживая измученную девушку, пока наблюдал, как его босс осматривает окружение. Челюсть Тода отпала в шоке, он смотрел на кровь и повреждения, затем он сморщился, когда увидел разделанную Милу, Деcмонда без кишок и отрезанную голову Лэйлы, в корзине распродажи.

Но от чего он полностью побледнел, это от общего вида магазина. Разрушенные стенды, поврежденные припасы, следы от шин, разбитые двери, разбитое стекло и куча вариаций руин. Он смотрел на свой магазин, свое детище так, как будто хотел расплакаться.

Жестом он указал на разрушения.

– Что... Какого черта, Букер?

Через кровь Букерa пробежал холодный ручей. Он не ответил.

– Я оставляю вас одних на ночь, – продолжал Тод. – И происходит это? Господи... Это что, огонь в мясном отделе? Посмотрите на эти повреждения! Затраты на ремонт потолок прошибут! И просто представьте инвентарные потери! Мы не восстановимся от таких затрат!

Стефани трясло от ярости. Букер пытался ее сдерживать, но она шагнула вперед.

– Ах ты пиздюк! – указывая на него пальцем, сказала она. – Жалкое оправдание мужчины.

– Простите, юная леди? – Тод нахмурился, но его внимание было сосредоточено на ее голых грудях. – Забылa с кем разговариваешь? Я тут начальник!

– Ты жалкий, гнилой, говнопоедающий... – она приближалась, – ...ебущий собак, бессердечный, личинкоголовый, ебучий карлик!

– Ну все, Стеф, – Тод залился красным. – Ты уволена!

– Да ну? Удачи с подбором персонала. Я и Букер – единственные, кто остались, мужчинка. Они всех убили!

– Всех?

– Ага, а затем мы их убили. Это была резня в продуктовом "Фрешвей"!

– И это только усугубляет положение! – выдохнул Тод. – Вы хотя бы понимаете, сколько мы потратим на рекламу, чтобы все снова чувствовали себя в безопасности, закупаясь здесь? Продажи рухнут. Святой боже, мой магазин уже не будет прежним, – oн упер руки в бока и с ненавистью посмотрел на Букера. – Ради всего святого, мужик, ты о чем думал, когда такое допустил?

Все тело Букера трясло. Ярость, выкованная годами неуважения, невнимательности и откровенной глупости его начальника, вылилась в один концентрированный сгусток ярчайшей ненависти.

– Так что? – спросил Тод. – Что ты скажешь в свое оправдание?

Букер сорвался с места.

Он схватил Тода за глотку и стал сдавливать его гортань. Глаза Тода выкатились.

– Ах ты жалкое говно! – cказал Букер. – Всех твоих сотрудников на части разорвало, а все, о чем ты волнуешься – это продажи?

Злость возобладала над его изнеможением, и он швырнул Тода в стенд с рекламой минералки «S.Pellegrino», проведя вначале его лицом по всему стенду. Бутылки разбивались, падая со стойки. Он зашвырнул своего босса через разбитое стекло, как тарелку Фрисби.

– Б-б-букер... – дрожал Тод.

– Чего? Волнуешься, что нужно будет вернуть деньги за бутылки?

Он пнул Тода под ребра. Стефани аплодировала и поддерживала его. Когда Тод перевернулся, Букер наступил на его лицо, ломая ему нос. Затем теплая волна спокойствия прокатилась через Букера, чистое удовольствие от мести, приведенной в исполнение.

– Ты не управляющий, Тод, – усмехнулся он. – Ты не хочешь направлять людей, либо развивать их. Ты просто хочешь иметь власть над людьми, чтобы чувствовать себя больше. Так вот, ты – никто, кроме как школьный задира Тод, который пользуется положением в продуктовом, чтобы думать, что ты что-то вроде короля, – oн снова пнул его под ребра. – Но все, кем ты на самом деле являешься – это жалкий забияка.

– Б-б-букер...

– Вот так. Называй мое имя! – oн наступил на него. – Это за то, что крал у меня все праздники и заставлял меня работать! – oн пнул его. – Это за то, что установил себе расписание, а мое менял постоянно от недели к неделе! – oн ударил его. – Это за то, что никогда не думал ни о ком, кроме себя! – что-то хрустнуло. – За то, что тебе никогда не нравилось, что мы делаем! – что-то треснуло. – За то, что постоянно снижал мораль без причины!

Куча ударов выбила кровь и зубы из лица Тода. Букер забрался на него, схватил Тода за волосы и стал бить его головой о полку. Стефани в экстазе поддерживала его, прыгая вверх-вниз, вид у нее был как у окровавленной стриптизерши на подиуме.

– Выскажи ему Букер! – говорила она. – Взгрей его задницу!

Букер бил Тода здоровой рукой, его костяшки хрустели о челюсть мужчины.

– Это тебе за Руби, и Милу, и Дарлу, и Антонио, – не унимался он. – И всех, кто сегодня умер. Bсе из-за того, что ты хотел, чтобы это место выглядело, как в день открытия, даже не смотря на то, что у нас не хватало персонала и инструментов.

По мере того, как он бил голову Тода о пол снова и снова, Букер переполнялся сладким нектаром расплаты, который на вкус был гораздо приятнее, чем что-либо, что они продавали. Из всех, кого он сегодня убил, Тод заслуживал смерти больше всех. По крайней мере, команда "Дьявольской Пищи" ничего не скрывала, какими бы зловещими они не были. Тод был из тех злодеев, которые жестоко обращались с кем-либо из своих сотрудников, но был милым и услужливым с клиентурой, и особенно с региональными управляющими. Это был Адольф Гитлер в одежде Мистера Роджерса.

– Сдохни, говна кусок! – сказала Стефани, хлопая, пока Букер забивал босса до смерти.

Пока через разломанный рот Тода исходило последнее дыхание, Букер наклонился ближе к уебку, прошептав то, что он всегда хотел сказать ему:

– Это просто продуктовый, Тод. Просто, ебучий продуктовый.

* * *

Пожарные грузовики и полицейские машины въехали на парковку "Фрешвея", их сирены и мигалки осветили все как на карнавалe. Стефани держала руки Букера, когда они вышли из фойе. Огромная дыра, которую проделал грузовик Деcмонда была как будто порталом к их нормальной жизни, прочь от сатанистов, насильников и безумных каннибалов, прочь от ноющих клиентов, низкой оплаты и дерьмовых часов, которые наступали с работой в этом проклятом магазине.

Она больше не могла работать в ритейле. Нихуя подобного. Она собирается бросить все и последовать за своей мечтой, поступив в школу красоты. Затем она откроет салон – будет управлять своим бизнесом, и будет разрабатывать свою собственную политику. Рабочие часы будут разумными для всех. Никаких переработок. Все сотрудники будут иметь отгулы на праздники. Самое лучшее, что она будет заниматься тем, что ей нравится – ухаживать за волосами, овладеть искусством макияжа и слушать Whitesnake весь день.

Но вначале, она поедет к Букеру и выебет его так, что у него башню снесет.

Как только они вышли в утреннюю прохладу, Букер взял у нее пилу и снял с себя рубашку, чтобы прикрыть ее. Последнее, что хотела Стефани, чтобы еще и мусора увидели ее голой по пояс. Не было более низкой профессии, чем офицер полиции – за исключением разве что управляющего продуктовым. Тод был худшим из всех, но они с Букером договорились, что будут оплакивать его для полиции и прессы, рассказывая, что Деcмонд убил его перед тем, как они его "успокоили". Боже, как же они жалели, что не добрались до Деcмонда раньше. Может быть их любимый управляющий был бы сейчас жив.

– А знаешь, – обратилась она к нему. – Ты мог бы сейчас стать боссом.

– Да ну, в пизду, – засмеялся Букер. – Я досрочно ухожу на пенсию.

Проходя через тротуар, она заметила еще одно тело. Кто бы это ни был, на нем была кожаная маска раба, его тело, как лакрица, обвилось вокруг металлического мусорного бака. Пылающая пентаграмма на парковке почти потухла, но пламя захватило чью-то машину. Она сияла на фоне неба, как римская свечка. Стефани улыбнулась, как только поняла, что это машина Фентона. Ему-то она наверняка, пиздец, как понадобится.

Также пламенем было покрыта крыша магазина. Языки пламени от разрушения, вероятно достигли подсобки наверху, где не было пожарных разбрызгивателей, как в отделах продаж внизу. Все здание конечно имело довольно странный вид: разбитые окна, ручейки крови и останки Милы, которые можно было увидеть снаружи. Букер рассказал ей, что на заднем дворе были еще тела. Пребывающие законники должны были увидеть их по мере подъезда к месту.

Из полицейской машины выскочили два полицейских с пушками наготове.

– Отпусти девочку! – закричал один из них.

Букер и Стефани переглянулись. Ее одежда была вся в крови и разодрана, а груди ей приходилось прикрывать рукой. Напротив нее стоял Букер, без рубашки и весь в крови, с истекающей кровью бензопилой в руках. О чем конкретно подумали эти тупые мусора?

– Отойди от нее, – залаял второй полицейский. – И руки на голову!

– Вы это мне? – моргнул Букер.

Полицейский приблизился, его жирный живот был настолько же отвратителен, как и его короткая стрижка.

– Я повторять не буду!

– Эй! – вмешалась Стефани. – Не смейте...

– Просто расслабься малышка. Мы здесь, чтобы спасти тебя.

– Он не...

– Боже мой! – в ярости проговорил Букер. – Я здесь помощник управляющего! Вы думаете, что просто потому, что я – черный, я убил этих белых?

– Руки на голову!

– Я не могу руки на голову положить, засранец! Посмотри на мое...

Букер жестом слишком быстро для офицера указал на плечо. Когда он шагнул вперед, Стефани оттянула его обратно... как раз вовремя. Прогремел выстрел и Букер рухнул на землю. Стефани подумала, что его ранило, но пуля пробила витрину впереди магазина, просто промахнувшись мимо него. Стефани встала на колени и прикрыла его как одеялом.

– Хотите убить его? – сказала она. – Тогда придется убить приятную беленькую девочку! Посмотрим, как это примет пресса.

Один из полицейских встал над ними. Он опустил пистолет.

– Извините... Мы просто подумали...

– Говна вьебите! – сказала Стефани. – Он здесь единственный герой, не вы, долбоебы!

– А что мы должны были подумать? В смысле... У него пила и... Ну в смысле...

Стефани и Букер встали на ноги. Полицейский посмотрел на ее груди. Она бросила взгляд на бензопилу, и когда Букер заметил, он увел ее прочь, прочитав ее мысли. После того, как эти свиньи только что почти чуть не сделали, Стефани не хотела ничего больше, кроме как нарезать еще свиных отбивных.

– Девушке нужна помощь, – cказал Букер полицейским. – Можете с этим справиться, не убивая при этом невиновных?

Офицеры залились краснотой.

Бригада скорой помощи прибыла, и один из полицейских положил в утешении руку на плечo Стефани. Она стряхнула ее, как будто отмахиваясь от комара. Полицейский сморщился, но промолчал, а как только приблизился медбрат, он пожал плечами и отошел, по его лицу можно было прочитать: Дети. Ну что с ними делать? Они сумасшедшие.

Стефани не хотела отпускать руку Букера.

– Не бросай меня.

– Все нормально. Встретимся в больнице.

Дополнительная карета скорой помощи заехала на парковку. Букер наклонился и поцеловал ее, и она ответила на поцелуй со страстью, понимая, что полицейские сейчас смотрят на них с отвалившимися челюстями. Когда к ней подъехали носилки, Стефани и Букер посмотрели друг другу глаза и улыбнулись.

– А ты довольно крутая, – сказал он.

– И мне нравится жестко, – подмигнула она.

Стефани откинулась на носилках, отдав себя в волю медперсоналу. Какие-то раны она даже не замечала до настоящего момента, маленькие порезы по всему ее телу, синяки и кусочки стекла по всему ее телу. По ее щекам текли слезы, смывая кровь, но не воспоминания, которые привели их всех сюда. Над собой она видела только небо, весь спектр цветов нового дня – ее долгая ночь ада проходила. Пока они загружали ее в карету, она повернула свою голову в сторону от догорающих останков ее бывшего рабочего места и увидела нетронутый продуктовый "Дьявольской Пищи", прямо через дорогу. Изображение их маленького демона-талисмана подмигивало ей, в руках у него были маленькие вилы, а в другой руке связка подгузников.

– Изыди Сатана! – Стефани подняла средний палец.

Эпилог. Мечта воплощения

Из дыры в стене он наблюдал, как пожарные пробираются через останки. Пламя сейчас было потушено и все прелестные тела разнесли и разложили по мешкам. Сотрудники корпорации со значками «Фрешвея» на блейзерах ходили по обломкам с планшетами и фотоаппаратами, рассказывая о страховании и связях с общественностью, предотвращении ущерба.

Как бы плохо не шли дела, капитализм продолжал жить. Самым важным для этих бездушных корпоративных свиней было восстановить магазин, даже если бы это означало полный капитальный ремонт.

Мужчины в костюмах вели разговор о том, как бы они могли возместить свои потери, либо стоило просто построить новое здание на другом конце города, подальше от места самого большого массового убийства в истории штата.

Исходя из того, что слышал Абаддон, для них было слишком дорого переместить локацию здания. Несмотря на апокалиптический бардак, оставалось еще очень много вещей, которые вполне можно было восстановить.

Они могут построить все заново. Они могут сменить сегмент рынка. Они будут продолжать.

Абаддон почесал свой живот и тихо отрыгнул, вкус сердца мертвого мальчика по-прежнему откликался у него в глотке. Стоило признать, во "Фрешвее" чертовски неплохая еда.

Он поглубже закопался в щель, где хранилась нижняя часть тела толстячка. Это будет неплохое место для того, чтобы перезимовать, пока черное семя, которое он вложил в задницу трупа того мальчишки прорастет, давая рождение кучке демонов, таких как он – очередное отродье во имя Сатаны.

Абаддон улыбнулся.

Здесь ему понравится.

Послесловие от Райана Хардинга

ВРЕМЯ ЗАКРЫТИЯ!

Спасибо вам, покупатели, за то, что вы были с «Фрешвеем» во время нашего ночного ремонта и связанных с ним «осложнений». Для тех из вас, кто разобрался с этим, возможно, вам интересно узнать о нашем выборе саундтрека (если не о нашем здравомыслии). Крис немного затронул эту тему во вступлении, и я хотел бы остановиться подробнее.

Мое увлечение дэт-металом началось не в 1992 году. Моя первая встреча произошла в 1994 году с «Death by Manipulation» группы Napalm Death, когда я слушал одолженную кассету в тумане после операции на зубе мудрости. Ни текста, ни реальной карты для понимания происходящего, но это казалось слишком подходящим, учитывая обстоятельства. Позже в том же году я взял «The Bleeding» Cannibal Corpse после того, как друг сказал мне, что я мог бы оценить его атрибуты ужаса и запекшейся крови. Он был прав. Вместе с текстом я перешел к не очень популярным на радио хитам, таким как «The Pickaxe Murders» и «Fucked with a Knife». Со временем я приобрел их первые три альбома, постепенно привыкая к тяжести, скорости и, конечно же, к тому вокалу, который многих отталкивает. Я тоже открыл для себя Obituary, и друг начал одалживать мне кассеты каждую неделю, приглашая меня в такие группы, как Macabre, Carcass, Dismember, Suffocation, Terrorizer, Bolt Thrower, Malevolent Creation, Morbid Angel и т.д.

В 1995 году, в начале моего выпускного класса, я работал в продуктовом магазине, и это было так ужасно, как сказал Крис. Моей основной мотивацией было – заработать денег, чтобы я мог заказывать контрабандные видео ужасов. Я был помешан на итальянских фильмах и других европейских ужастиках, которые часто не попадали в США без цензуры. Однажды, после школы я получил несколько таких фильмов по почте... и я не смог посмотреть ни один из них, потому что мне нужно было идти на работу. Вероятно, я не случайно подал заявление об увольнении на той неделе и снова поступил на работу только следующим летом. Тем не менее, я продержался достаточно долго, чтобы пережить кошмар Дня благодарения в «продуктовом раю». Это было не так ужасно, как осада последователями «Дьявольской Пищи», но едва ли.

Вы, наверное, видели статьи в Интернете о длительном влиянии музыки, которой вы увлекались в годы становления в старшей школе. По этому поводу можно многое сказать, хотя дэт и блэк-металл по-прежнему вызывают у меня такой же отклик, как и в середине-конце 1990-х. Не исключая всю остальную музыку, какой она была для меня тогда, но это то, чему я продолжаю следовать «религиозно», все еще открывая жемчужины, которых мне не хватало в их время, и продолжающиеся подвиги.

Мы с Крисом назвали главы в этой книге в честь названий песен в стиле дэт-металл, большинство из которых были взяты с альбомов, выпущенных до лета 1992 года:

«Revocate the Agitator» – Deicide: Legion (1991)

«Hating Life» – Grave: Into the Grave (1991)

«Revel in Flesh» – Entombed: Left Hand Path (1990)

«For They Shall Be Slain» – Unleashed: Where No Life Dwells (1991)

«Bleed for the Devil» – Morbid Angel: Altars of Madness (1989)

«Butchered at Birth» – Cannibal Corpse: Butchered at Birth (1991)

«Sick Bizarre Defaced Creation» – Pungent Stench: Been Caught Buttering (1991)

«Blind Bleeding the Blind» – Carcass: Heartwork (1993)

«No Forgiveness (Without Bloodshed)» – Immolation: Dawn of Possession (1991)

«Prime Evil» – Venom: Prime Evil (1989)

«Torn Apart» – Carnage: Dark Recollections (1990)

«The Krusher» – Asphyx: Crush the Cenotaph and Last One on Earth (1992)

«Instinct of Survival» – Napalm Death: Scum (1987)

«This Time It’s War» – Bolt Thrower: The IVth Crusade (1992)

«Scream Bloody Gore» – Death: Scream Bloody Gore (1987)

«Pinnacle of Bedlam» – Suffocation: Pinnacle of Bedlam (2013)

«No More Room in Hell» – Possessed: Revelations of Oblivion (2019)

«The End Complete» – Obituary: The End Complete (1992)

«An Incarnation’s Dream» – Atheist: Unquestionable Presence (1992)

Упомянутые нами группы записали другие оригинальные работы, на которые мы не всегда могли ссылаться по названиям, и даже если добавить еще имена из гардероба (и изломанных психик) последователей «Дьявольской Пищи», это не затрагивает многих действующих дэт-энд-грайнд-групп или с наследием, уже закрепленным этой эпохой.

Этот андеграундный феномен проявился во всем мире, не только в таких местах, как США (Repulsion, Brutal Truth, Cynic, Exhumed), Англия (Unseen Terror, Paradise Lost, Benediction, My Dying Bride) и Швеция (Carbonized, Hypocrisy, Regurgitate, Seance, Merciless, Defleshed), но и в Канаде (Blasphemy, Kataklysm), Бразилии (Sarcofago, Krisiun), Финляндии (Demilich, Amorphis, Disgrace, Xysma), Норвегии (Darkthrone, Cadaver), Германии (Dead, Eternal Dirge), Италии (Electrocution, Necrodeath), Японии (SOB, Transgressor), Польше (Vader, Lost Soul), Мексике (Cenotaph, Shub Niggurath), Франции (Agressor, Massacra, Loudblast), Нидерландах (Sinister, Pestilence, Gorefest, God Dethroned), Сингапуре (Impiety), Австралии (Sadistik Exekution, Blood Duster) и многих других группах по всей Северной и Южной Америке, Европе, Азии и Австралии.

Согласно «Metal Archives», с 1980-х по 1992 год существовало более четырех тысяч групп DM, и это только те группы, у которых было, по крайней мере, одно демо– или мини-альбом. Сейчас это еще более обширный андеграунд, где с 1980-х годов более сорока тысяч групп играют дэт-металл.

Через несколько лет после того, как я погрузился в экстремальную сторону металла, я обнаружил экстремальную сторону ужаса. Публикации Дэйва Бэрнетта в «Necro Publications» имели огромное значение в этом отношении. Дэйв опубликовал главы и романы Эдварда Ли, такие как «Головач» и «Толстолоб», сотрудничество Ли с Джоном Пеланом («Громила» и «Сплаттерпанк: истории Мики Хэйса»), а также оригинальную трехстороннюю новеллу «Inside the Works», включающую печально известную «Свинью» Ли вместе с рассказами Джерард Хоуарнера и Тома Пиккирилли. Это стало основой поджанра экстремальных ужасов, из которого более двадцати лет спустя родилась «Ночная смена». Мы с Крисом оба были опечалены, узнав о кончине Дэйва за месяц до публикации этого романа, и считаем, что нам повезло работать с ним. Мы надеемся, что наша книга сохранит дух «Necro Publications» живым... что само по себе было бы неплохим дэт-металом.

На более легкой ноте (хотя и с использованием расстроенных, более тяжелых нот) я рад, что мы получили одобрение невменяемого Джереми Вагнера, гитариста Broken Hope и автора «The Armageddon Chord» и «Rabid Heart». Было приятно встретиться с ним на KillerCon 2019 после того, как я слушал его группу более двадцати лет, и поговорить с ним о его лирической классике, такой как «The Bowles of Repugnance», «Repulsive Conception» и «Loathing». Надеюсь, само собой разумеется, что Джереми – полная противоположность маньякам, которых мы изобразили в «Ночной смене».

Поскольку время подходит к закрытию, мы с Крисом еще раз хотим поблагодарить вас за ваше покровительство. Однако, если кто-нибудь из вас захочет взять швабру и поучаствовать в уборке, мы бы не отказались. Как вы можете видеть, у нас небольшая нехватка персонала после ночной смены.

Райан Хардинг

Март 2021

Перевод: Андрюха Глушков

Бесплатные переводы в наших библиотеках:

BAR «EXTREME HORROR» 2.0 (ex-Splatterpunk 18+)

https://vk.com/club10897246

BAR «EXTREME HORROR» 18+

https://vk.com/club149945915

Примечания

1

Ричард Аллан Кассо-младший (более известный как Рикки Кассо; 1967-1984, тюрьма Suffolk County Jail, округ Саффолк, штат Нью-Йорк) – американский убийца, получивший национальную известность после убийства 17-летнего Гэри Лауэрса, совершенного 19 июня 1984 года на территории города Нортпорт (штат Нью-Йорк). Кассо совершил убийство Лауэрса с особой жестокостью в присутствии нескольких человек, которые все находились в состоянии наркотического опьянения. Согласно свидетельским показаниям и по версии следствия убийство имело под собой ритуальную подоплеку, что вызвало общественный резонанс в США и широкую огласку в СМИ. События, связанные с убийством, совершенным Рикки Кассо и история его жизни в последующие годы нашли отражение в массовой культуре США и оказали на неё существенное влияние. 2

Марсель Тео Холл (1964 – 2021), известный в профессиональном плане как Биз Марки, был американским рэпером и певцом. Сингл Марки 1989 года «Just a Friend» вошел в топ-40 хитов в нескольких странах и был назван №100 в списке 100 величайших хип-хоп песен всех времен по версии VH1 в 2008 году. Марки иногда называли «Принцем-клоуном хип-хопа». 3