Текст книги "Шепот одержимости (ЛП)"

Автор книги: Кристал Норт

Соавторы: Кира Роман
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)

Кристал Норт, Кира Роман
Шепот одержимости

Информация

ШЕПОТ ОДЕРЖИМОСТИ

КРИСТАЛ НОРТ

КИРА РОМАН

ИЗДАТЕЛЬСТВО НОРТ – РИВЕР

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства. Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Над книгой работали:

RinaRi

Weta

DarkLu

ПОСВЯЩЕНИЕ

Всем читателем темных романов,

для которых в литературе не существует границ, – эта книга для вас

Теперь переверните страницу

Вы такие хорошие девочки.

Встаньте на колени и шире откройте ротики,

эта книга готова к поглощению...

ПРИМЕЧАНИЕ ДЛЯ ЧИТАТЕЛЯ

Дорогой читатель,

Эта книга – тьма, но всего лишь вымысел. Здесь non-con, постепенно переходящий в dub-con, где наш замаскированный герой методично ломает героиню, переделывая её под себя. Это груминг в самой жестокой форме.

Он безнадежен и абсолютно беспринципен. Никакого искупления – он не раскаивается и не меняется.

Героине придётся принять его таким. Но помните: сломанные люди ломают других. У него есть причины, хоть они и не оправдывают его одержимость.

Пожалуйста, ознакомьтесь с предупреждениями о содержании на следующей странице / в наших соцсетях.

Берегите психическое здоровье, читая подобные темные романы.

Кристал и Кира

XX

СПИСОК ТРИГГЕРОВ

"Шепот одержимости" – мрачный роман, предназначенный только для лиц старше 18 лет. Список на нашем вебсайте/социальные сети ни в коем случае не является исчерпывающим, но должен дать вам представление о том, чего ожидать. Пожалуйста, знайте свои пределы и всегда ставьте на первое место свое психическое здоровье. Если вы сомневаетесь, пожалуйста, свяжитесь с любым из авторов напрямую.

Если тебе нужен свет,

Я стану спичкой для твоей свечи,

Милая моя, я готов,

Сгореть дотла ради тебя.

– Vance Joy, Я с тобой

ПРОЛОГ

КОРА, 14

– Знаешь, почему ты такая хорошая девочка, Кора? – его дыхание щекочет мне щеку, но запах сигар заставляет меня съежиться.

Я остаюсь неподвижной, потому что он злится, когда я отстраняюсь.

– Потому что ты всегда делаешь то, что я тебе говорю.

С самого раннего возраста мне вдалбливали, что нужно быть хорошей. Хороших девочек видят, но не слышат. Хорошие девочки говорят только тогда, когда к ним обращаются. Они уступчивы, покорны, податливы. Они уважают старших и делают то, что им говорят.

Особенно для их устрашающего отчима.

Всю свою жизнь я так старалась быть хорошей. Я прилежно учусь, относительно хорошо занимаюсь активностью в школе, работаю няней и помогаю маме по дому.

Но быть хорошей имело неприятные последствия.

Мне промыли мозги, заставив думать, что я всегда должна угождать другим, особенно мужчинам. Я была слишком напугана, чтобы заступиться за себя или сказать "нет". Это сделало меня уязвимой, и мной легко манипулировать.

Я думаю, именно поэтому, когда он говорит мне эти слова, у меня по спине бегут мурашки. Я больше не хочу быть просто хорошей девочкой. Я хочу быть кем-то большим.

Пока он стоит так, возвышаясь надо мной, я чувствую его дыхание на своей шее. Он медленно приближает руку к моей талии, притягивая меня ближе к нему. Я пытаюсь сопротивляться, но я должна быть хорошей. И борьба только заставляет его сжимать меня крепче. Я не хочу его злить.

У меня дрожат колени. Я неровно дышу. Мне страшно.

Его взгляд задерживается на моих губах, и я борюсь с желанием отпрянуть.

Мне это не нравится. Я этого не хочу. Это неправильно.

Стук в дверь его кабинета заставляет его оттолкнуть меня, и я спотыкаюсь. Я испытываю облегчение оттого, что нас прервали, когда дверь распахивается и на пороге появляется мой сводный брат.

Мне хочется плакать от того, как я рада его видеть. Я хочу подбежать к нему, схватить его за руку и убежать с ним подальше отсюда.

Но я этого не делаю, потому что мои ноги приросли к полу. Оба мужчины хмуро смотрят на меня, но, думаю, по разным причинам.

– Кора, твоя мама ищет тебя. – Говорит мне мой сводный брат. – Отец? Ты хотел меня видеть?

– Да, заходи, сынок, и закрой дверь. Кора, будь хорошей девочкой, сбегай и узнай, чего хочет твоя мама. Тебе нет необходимости возвращаться ко мне.

Его слова, его разрешение вызывают у меня отвращение, но они также высвобождают что-то в моем мозгу, что позволяет мне переставлять одну дрожащую ногу перед другой, чтобы убраться оттуда ко всем чертям. Непроницаемые голубые глаза моего сводного брата следят за каждым моим шагом, между его бровями залегла глубокая морщина. Взгляд моего отчима все это время собственнически прожигает мне спину.

Я иду так спокойно, как только могу, и когда слышу, как за мной закрывается дверь, срываюсь с места. Не для того, чтобы найти свою мать, а для того, чтобы освободиться от оков «быть хорошей девочкой».

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
1

КОРА, 17 лет

Я прикусываю губу, уставившись на экран телефона, когда волна нервозности и желания проходит через меня. Это волнующе – не знать, когда тебя могут поймать. Скрывать такой большой секрет от всех, кого ты знаешь. Ускользнуть всего на мгновение, чтобы украсть поцелуй.

Это возбуждает.

Кора:

Ты уверен? Я не хочу, чтобы кто-нибудь еще их увидел.

В:

Никто никогда их не увидит. Только я. Если ты не уверена, я мог бы выслать тебе немного денег.

Я прикусываю нижнюю губу и хмурюсь. Деньги были бы кстати...

В:

Ты можешь использовать их, чтобы купить платье для выпускного. Я знаю, ты все еще очень хочешь пойти.

Черт. Тут он меня раскусил. Я действительно хочу пойти на выпускной, но я никак не смогу заработать достаточно денег, чтобы оплатить счета за этот месяц и купить платье. Нет, если только я не получу серьезной помощи...

Кора:

Сколько?

В:

Сколько тебе нужно?

Кора:

Честно? Около 300 долларов. Может, больше. В этом месяце у меня проблемы.

Виктор знает, как мне тяжело дома. Он знает, что моей мамы часто нет рядом и как мне страшно по ночам. Я пишу ему рано утром, когда просыпаюсь после кошмаров, глупо напуганная, потому что мне кажется, я слышу, как кто-то шуршит в моем шкафу, но я слишком боюсь проверять.

Он утешает меня. Успокаивает. Помогает мне снова заснуть.

В:

Я вышлю тебе 150 долларов сейчас и 150 долларов после того, как ты пришлешь мне фотографию.

Меня охватывает жар, и я подхожу ближе к своему шкафчику, чтобы никто не мог увидеть мои сообщения через мое плечо.

Я защищаю личность Виктора, и не хочу, чтобы кто-либо задавал вопросы по этому поводу. Через две недели мне исполняется восемнадцать, но даже сейчас у него могут быть серьезные неприятности, если кто-нибудь узнает о нас. В конце концов, я его ученица.

К счастью, никто не заботится обо мне настолько, чтобы совать нос в мою личную жизнь. Лиззи любит меня, но она немного забывчива. Она никогда бы не поверила, что такая паинька, как я, способна на такое.

Кора:

Хорошо, я отправлю их вечером, когда вернусь домой с работы. У меня смена всего на два часа.

Как только занятия заканчиваются, я должна отправиться в маленькое семейное кафе мороженного, в котором я работаю уже почти два года. Как только мне исполнится восемнадцать, мне дадут больше часов, но сейчас мне разрешено работать только неполный рабочий день. Из-за этого маме намного сложнее помогать, но я много работаю няней и помогаю соседям во дворе. Мои выходные обычно заполнены.

Я люблю свою маму, но она не очень хорошо умеет распоряжаться деньгами, и с тех пор, как мой отчим бросил нас, теперь есть только я и она. Когда она потеряла его стабильный доход, на какое-то время стало довольно тяжело. У нас наконец-то дела идут лучше, но все равно не очень. Нам потребовалось почти два года, чтобы достичь стабильности. Я не хочу когда-нибудь снова проваливаться в эту яму.

Сейчас выпускной год, и как только я закончу школу, мой план – перевезти маму в более приятный и солнечный штат. Я могу поступить в небольшой общественный колледж. Менее дорогой, чем местный университет. Я найду способ дать нам обоим шанс на лучшую жизнь. Я слышала, что за продажу фотографий ног могут заплатить кучу денег.

Мама бы этого не одобрила, но если это поможет в оплате счетов, она не будет слишком ругаться. У меня также нет причин рассказывать ей, чем я занимаюсь. Она, конечно, понятия не имеет, чем я занималась ради лишних денег последние несколько недель.

Виктор появился в моей жизни, когда начался учебный год, восемь месяцев назад. Он не стал писать мне сразу, но с тех пор я чувствую себя свободной. Дикой, и, может быть, немного безумной, но все же. Есть что-то сексуальное в том, чтобы разделять с кем-то секрет, в комнате полной людей, которые даже не подозревают, что вы близки.

В:

Прежде чем ты уйдешь на весь день, зайди ко мне.

Мое сердце начинает бешено колотиться. За последние два месяца я делала это всего несколько раз, но в последние три недели мы стали чаще проводить вместе «особое время». Как будто он ничего не может с собой поделать, ему просто нужно побыть со мной наедине, даже если это всего на несколько минут.

Приятно чувствовать себя желанной.

Кора:

Хорошо.

2

КОРА

В итоге я отключаюсь на последних двух уроках, не обращая ни малейшего внимания на то, что говорят мои учителя. Хотя для меня это обычное явление.

В свою защиту могу сказать, что я не могу выбросить из головы фотографии, которые я обязана сделать Виктору.

К счастью, Лиззи посещает те же занятия, что и я, и я знаю, что она поделится своими заметками. Она самый умный человек, которого я знаю, и я благодарна, что у нее святое терпение.

Она тратит гораздо больше свободного времени, пытаясь научить меня всему тому, чему я не успеваю научиться на занятиях, чем следовало бы. Но мы дружим с третьего класса, когда меня дразнили, потому что я еще не умела делить числа, и она заступилась за меня. В тот день я заявила, что она стала моей лучшей подругой. Во всяком случае, это то, что я говорю себе. Если быть честной, не могу в это поверить.

Я смотрю на нее, восхищаясь ее красотой. Она действительно великолепна. У нее длинные светлые волосы, голубые глаза, соблазнительная талия и огромные сиськи. Честно говоря, это несправедливо. Она потрясающе красива, готовится выступить с прощальной речью, и у нее замечательные родители, которые ее просто обожают.

Я даже не могу заставить своего отца отвечать на смс раз в месяц, и хотя моя мама пытается, она, честно говоря, слишком измотана, чтобы дать мне больше, чем у нее уже дает. Не поймите меня неправильно, я люблю ее до смерти, но иногда мне кажется, что я ее воспитываю. А не наоборот.

– Что? – Лиззи морщит нос, когда замечает, что я пялюсь и хихикаю.

– Ты такая красивая и такая умная. Мне просто интересно, если я найму ведьму, чтобы она произнесла заклинание, чтобы мы могли поменяться жизнями, будешь ли ты все еще любить меня или нет. – Поддразниваю я, заставляя ее покачать головой, хотя она и улыбается.

– Во-первых, ты еще великолепней. Во-вторых, в жизни есть нечто большее, чем заумная смекалка. И в-третьих, да, я бы все еще любила бы тебя, но я была бы очень раздражена. Мне нравятся мои сиськи.

– Эй, у меня тоже классные сиськи! – Я надуваю губы, заставляя ее хихикать.

– Потише, вы двое. – Рявкает мистер Уоббл, когда Лиззи смеется чересчур громко.

Он думает, что я плохо влияю на нее. Постоянно ругает нас за разговоры, хотя все остальные ученики тоже это делают. Он мало что знает о том, что у Лиззи есть дикая сторона, о которой знают не многие люди.

Лиззи передает мне записку, когда учитель стоит лицом к доске, и я быстро разворачиваю ее.

Лиззи:

Что мы будем делать на твое восемнадцатилетие?

Она спрашивает меня об этом по крайней мере раз в неделю. Фактически, как только мне исполнилось семнадцать, она начала спрашивать об этом. Обычно я избегаю этого вопроса, но поскольку я знаю, что скоро получу деньги...

Кора:

Ну, я подумала, может быть, ты захочешь быть моей парой на выпускном?

Я жду несколько секунд, прежде чем вернуть ей записку, и когда она читает мой ответ, ее глаза расширяются, а голова резко поворачивается, и она явно в шоке. Я застенчиво улыбаюсь, наблюдая, как она лихорадочно строчит свой ответ, прежде чем передать мне записку обратно. Ее запястье практически отваливается от того, как агрессивно она пихает ее в меня.

Лиззи:

Ты серьезно?! Боже, я думала, ты не сможешь позволить себе платье, поэтому не пойдешь! Я думала, мне придется силой взять тебя в заложники, чтобы затащить на эти чертовы танцы!

Я не собираюсь рассказывать ей, как именно я получила деньги, поскольку она даже не знает, что я вообще общаюсь с Виктором. Она, вероятно, подозревает, что я влюблена в нашего старшего учителя, но предположила бы, что это односторонне. Любой бы так сказал. В конце концов, ему тридцать четыре. Если бы она узнала, что я отправляла ему фото в обмен на наличные, она бы сошла с ума. Сказала бы мне, что я веду себя безрассудно или что это ошибка. Она не поймет, что я ему небезразлична и что я хочу этого. Чтобы сделать его счастливым. Деньги – это всего лишь толчок, который мне был нужен, чтобы справиться с нервами и согласиться.

Думаю, я не могу ее винить в этом. Я веду себя немного безрассудно, но он такой красивый и добрый. Никто никогда не хотел меня так, как он. Черт, ни один другой парень никогда даже не смотрел на меня так, как он, когда мы одни.

Кора:

Я знаю, но мне удалось скопить немного больше.

Лиззи практически вибрирует на своем стуле, когда видит, что я написала, и лучезарно улыбается, когда снова возвращает записку.

Лиззи

Давай сходим по магазинам в субботу.

Я тихо стучу в дверь, проверяя коридор позади себя, прежде чем войти в класс. Я чувствую, что моя грудь может взорваться в любой момент от того, насколько возбужденной и дикой я себя чувствую. Адреналин заставляет мои руки дрожать, когда я закрываю за собой дверь.

– Кора! – Виктор широко улыбается, когда видит меня, и я слегка краснею, чувствуя себя застенчивой.

У него есть способ заставить меня почувствовать себя единственной девушкой, которая имеет значение, и это захватывающее чувство.

– Привет. – Я подхожу к его столу, ставлю свои книги и рюкзак, прежде чем подойти, чтобы обнять его.

Он долго обнимает меня, но я не возражаю.

Одеколон, которым он пользовался сегодня, не мой любимый – в нем есть пряность, от которой хочется чихать, и от которой также трудно дышать, – но, думаю, я могла бы привыкнуть к этому запаху. Может быть после того, как я закончу школу, он последует за мной, куда бы я ни увезла маму. Я еще не просила его, но хочу.

– Я думал о тебе весь день. – Шепчет Виктор, прежде чем наклониться и поцеловать меня.

Его поцелуй нежный и быстрый. Он не задерживается, но это наполняет меня порхающими бабочками. Я почти чувствую, что не могу дышать от того, насколько я взволнована.

Я смотрю на своего учителя истории, задаваясь вопросом, что же его привлекло во мне. Наверное, я привлекательна. Но привлекательность для кого-то – не единственная причина добиваться его расположения. В первый раз, когда он попросил разрешения поговорить со мной после занятий, я так нервничала, что завалила тест. Но когда он положил свою руку на мою, успокаивая мои нервы, я задалась вопросом, чувствовал ли он что-то такое же, как я.

Чем больше он просил о встрече со мной, тем больше я находила предлогов, чтобы тоже прийти к нему. Он попросил мой номер телефона через три месяца, и с тех пор я пишу ему каждый день.

Я нашла цветы у себя на пороге через месяц после того, как мы начали переписываться, а в прошлую пятницу он даже удивил меня в раздевалке коробкой шоколадных конфет. Я не видела его с самого начала, так как переодевалась после душа, но я была последней девушкой, покинувшей комнату. Сначала я очень сильно испугалась, пока не поняла, что это был он.

Однако сегодня был первый день, когда он попросил меня сфотографироваться. Ну, во всяком случае, такая показательная фотография. Я отправляла ему несколько таких раньше, но эти другие. Я прикусываю губу, обдумывая его слова. Я хочу увидеть твою киску, Кора. Пожалуйста, пришли мне фотографии, я не думаю, что смогу прожить еще один день, не увидев ее. Не подведи меня.

– Я хочу продолжать целовать тебя. – Говорит Виктор, но я качаю головой и отстраняюсь.

Я не хочу торопиться. Я хочу быть уверена, прежде чем сделаю что-то, чего не смогу вернуть, например, отдам ему свою девственность. Я доверяю ему, но хочу убедиться, что делаю это по правильным причинам.

– Нам следует притормозить, – шепчу я, как раз в тот момент, когда дверь в его класс со щелчком закрывается.

Это так неожиданно в тишине класса, что с таким же успехом могло показаться громким хлопком, и мы оба быстро оборачиваемся, чтобы посмотреть, кто там. Только там никого нет. Должно быть, она закрылась не до конца, когда я вошла, и сквозняк просто закрыл ее.

– Это было слишком опасно. – Виктор выглядит встревоженным, его мутные карие глаза широко раскрыты, и я киваю. – Нам следует начать встречаться вне школы. – Предлагает он.

Я поднимаю глаза, волнение наполняет меня.

– Хорошо. В эти выходные я собираюсь купить платье в торговом центре с Лиззи, может быть, ты тоже мог бы там что-нибудь купить? – Предлагаю я, пытаясь мысленно придумать, как улизнуть, чтобы побыть несколько минут наедине, но Виктор качает головой.

– Приходи на футбольный матч в пятницу вечером. Ты можешь улизнуть и встретиться со мной в моей машине. Никто нас не увидит, если я припаркуюсь сзади. Там так темно.

– Хорошо, – соглашаюсь я, хотя мое сердце немного колотится, а желудок сводит.

Это просто волнение. Вот и все. Виктор никогда бы не заставил меня зайти дальше, чем я хочу, особенно на заднем сиденье его машины. Верно?

– И вот. – Виктор вытаскивает из кармана пачку двадцаток и протягивает их мне. – За фотографии.

– Только одна фотография. – Поправляю я, но Виктор качает головой.

– Три. По одной за каждые сто долларов.

Он бросает на меня многозначительный взгляд, и через мгновение я соглашаюсь.

– Я думаю, это справедливо. Спасибо тебе, – шепчу я, убирая деньги и наклоняясь, чтобы поцеловать его в последний раз, прежде чем мне придется выбежать из класса.

То, как он хватает меня за задницу, заставляет меня задыхаться, но я игнорирую то, что это заставляет меня чувствовать. Он просто показывает, что я ему нравлюсь. Я должна быть польщена, а не на взводе.

Сегодня только понедельник, так что мне придется подождать до пятницы, чтобы снова увидеть его вне уроков истории, но, по крайней мере, я точно знаю, что скоро у меня снова будет возможность поговорить с ним. А до тех пор мне просто придется написать ему и набраться смелости, чтобы отправить те фотографии, которые я теперь ему должна.

3

ММ

Маленькая глупышка Кора. Разве она не знает, что как только ты вступаешь на этот скользкий путь, он ведет круто вниз? Резкая, нисходящая спираль, которая приведет ее в недра Ада.

Такая милая девушка, как она, никогда не выживет.

И все же мне любопытно посмотреть, как она справится с этим. Хватит ли у нее сил?

Я мог бы вмешаться. Спасти ее от нее самой и монстра, с которым она связалась.

Но запах ее страха и отчаяния так заводит.

Я думаю, что понаблюдаю еще немного и посмотрю, что из этого выйдет.

В конце концов, я самый большой монстр, которого она когда-либо встретит.

4

КОРА

В итоге я отправляю Виктору три обнаженных фотографии в понедельник, две во вторник и очень грязное видео в четверг. Оно было коротким, но я показала ему гораздо больше, чем когда-либо думала, что покажу кому-либо, особенно в видео. Хотя я всегда держу свое лицо подальше от снимков.

Он становится все более требовательным, и я нервничаю из-за того, что эти фотографии попадут не в те руки, но Виктор пообещал, что не допустит этого. Я удалила все со своего телефона, как только отправила. На всякий случай.

Каждый раз, когда он смотрел в мою сторону на уроке на этой неделе, я задавалась вопросом, думает ли он о моем обнаженном теле. Он хорошо скрывает свои чувства, и это заставляет меня нервничать, пока посреди урока я не получаю от него сообщение о том, какой сексуальной он меня считает.

К тому времени, когда я пойду за покупками в субботу, у меня будет достаточно денег на туфли, платье и, возможно, даже на сексуальное белье. Эта мысль заставляет меня нервничать.

Выпускной совпадает с моим восемнадцатилетием, и я не знаю, буду ли я готова заняться сексом с Виктором к тому времени, но, может быть? Я хочу хорошо выглядеть в любом случае. Даже если у нас не будет секса, возможно, мы сможем зайти немного дальше, чем до сих пор. Даже если для этого придется делать это на заднем сиденье его машины. Это не идеально, но я понимаю, что пока я еще учусь в школе, мы не можем по-настоящему выходить на публику как пара.

Кроме того, секретность делает это еще более захватывающим.

Мама была немного шокирована, когда я вручила ей дополнительные триста долларов сегодня после школы, но Виктор дал мне пятьсот долларов за видео. Я думаю, у меня еще много чего останется после того, как я схожу за покупками, может быть, маме удастся даже починить кондиционер в своей машине – я знаю, что денег не хватит на устранение всех проблем с автомобилем, но это только начало.

Я ненавижу, что ей приходится разъезжать на нем по такой жаре. Чувство вины пытается взять верх, и мне становится стыдно за то, что я подумала о покупке нижнего белья, прежде чем дать ей денег на ремонт машины...

Я сижу на трибунах на футбольном матче в пятницу вечером. Лиззи в танцевальной команде, так что она в раздевалке, готовится к шоу, а это значит, что я здесь одна. Я на самом деле не обращаю внимания, но замечаю, когда кто-то садится рядом со мной, и смотрю на него снизу вверх.

– Кора Шеффер. – хрипло произносит Слейтер Беннетт, не глядя на меня. – Рад видеть тебя здесь.

Воздух из моих легких вырывается наружу, когда я в шоке смотрю на него, дрожь пробегает по моей спине, пока я пытаюсь придумать, что ему сказать.

– Разве ты не должен быть на работе или встречаться с девушками из колледжа или что-то в этом роде? – Я глупо заикаюсь, не зная, что еще сказать человеку, который игнорировал меня большую часть последних трех лет, но он качает головой.

– Нет, не сегодня. Подумал, что было бы неплохо прийти поддержать мою старую команду. Проведать тебя.

Кажется, его забавляет тот факт, что я полностью застигнута врасплох его присутствием. Какого черта ему понадобилось возвращаться в свою старую школу именно сегодня вечером и заявлять, что он проверяет меня?

Я все еще смотрю на него, пытаясь понять, в то время как он наблюдает за игроками на поле.

Слейтер – типичный плохой мальчик. Избалованный маленький богатый мальчик без правил и последствий. Раньше он ходил по здешним коридорам, как будто был Богом, и я думаю, во многих отношениях так оно и было. Капитан футбольной команды, самый популярный парень в школе, но с этим неприкасаемым, задиристым видом, который, казалось, заставлял людей любить и желать его еще больше.

Однако, когда мы были детьми, он был никем. Новичок в нашем маленьком городке, и из-за его непостоянного отношения и того, как часто он срывался, он не пользовался особой популярностью.

Хотя он был добр ко мне. Когда-то давно. До того, как наши родители встретились, полюбили друг друга и поженились.

Даже тогда, по крайней мере, какое-то время он оставался моим другом.

Но, летом перед моим вторым курсом и его выпускным годом, в нем что-то изменилось. Когда мы вернулись в школу, он был менее агрессивным, гораздо более сдержанным и вырос дюймов на шесть. Ну, не совсем, но сейчас он ростом шесть футов и четыре дюйма, по крайней мере, таким он был, когда я видела его в последний раз. Но когда мы были детьми, мы были почти одного роста. Тогда он был не на фут выше меня, а всего на пару дюймов.

В том году он перестал разговаривать со мной, но так и не сказал почему. Я оставила попытки узнать причину после того, как его друзья начали дразнить меня и обвинять в преследовании. Я просто скучала по своему другу. Потому что до того, как мы стали сводными родственниками, мы были друзьями.

– О, – это единственный ответ, на который я способна, и когда Слейтер наконец поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня, я не могу сдержать бабочек, которые распускаются внутри меня.

Он красавчик. На самом деле даже несправедливо, насколько он красив. Пронзительные голубые глаза, острые скулы и темно-волнистые каштановые волосы, которые кажутся почти черными.

Мне нравится, что его волосы теперь короткие по бокам и сзади, но достаточно длинные на макушке, чтобы волны падали ему на глаза. Он продолжает отводить челку в сторону, так что она падает влево.

Если честно, я, наверное, была влюблена в него с того дня, как впервые увидела в средней школе. Сейчас он такой высокий, мускулистый и сильный на вид. Это заставляет меня задуматься, как еще он изменился.

Незаметно я оглядываю его с головы до ног, но мой взгляд зацепляется за его джинсы, которые обтягивают бедра, и безошибочно угадывается характерная выпуклость, заключенная в джинсовую ткань. Прежде чем я успеваю остановить мысленный образ, я представляю его член.

Боже.

Он мой чертов сводный брат. Или мой бывший сводный брат. Я определенно не должна думать о его члене.

Он крадет мои мысли прямо из головы, и я просто смотрю на него.

После нескольких недель игнорирования я перестала смотреть на входную дверь, ожидая, когда он придет домой на семейные ужины. Я давным-давно перестала обращать на него внимание.

Я не видела его почти три года. Он даже не вернулся, когда наши родители развелись. Теперь он сидит так близко, что наши бедра соприкасаются, и у него такой взгляд, от которого я чувствую себя оленем, попавшим в медвежий капкан. Я не должна чувствовать себя так рядом с ним. Он – семья.

Хорошие девочки не смотрят на своих сводных братьев так, как я смотрю на него. Они не думают так, как думаю я.

– Футбол все равно никогда не был моим увлечением. Папе просто нравилось, что это давало ему право хвастаться. Кроме того, теперь мне нравятся другие игры.

Он ухмыляется, как будто пытается намекнуть на какую-то шутку для узкого круга. Шутку для круга, в который я не посвящена, потому что парень, с которым я делила дом своего детства, теперь для меня совершенно незнакомый человек.

Это меня озадачивает.

– Почему ты со мной разговариваешь? – Спрашиваю я, нахмурившись.

Я сижу на верхней трибуне, в дальнем углу, совсем одна. Я понятия не имею, что он здесь делает. Он явно искал меня, но зачем?

– Я не могу поговорить со старой подругой? – Его слова невинны, но то, как он спрашивает, будто поддразнивает.

Он издевается надо мной. Мы никогда не были друзьями. Я думала, что были, но в тот момент, когда он стал популярным, он бросил меня. Я была либо совершенно невидима для него, либо объектом подлых шуток его друзей.

Когда он уехал в колледж, мы стали незнакомцами.

Однако теперь его глупая сексуальная ухмылка прочно закрепилась на лице, и это навевает всевозможные воспоминания. Он выглядит таким знакомым, но в то же время другим. Но злой, жесткий блеск в его глазах заставляет меня почувствовать, что это просто какая-то ловушка. Маленькая глупая уловка, которую хулиганы разыгрывают над своими жертвами. Наверняка мы уже переросли это?

– Ты можешь делать все, что захочешь. – Бормочу я, отворачиваясь от него, надеясь, что шутка, которую он разыгрывает, не слишком унизительна, и я смогу просто выбраться отсюда и найти Виктора, как только Слейтер потеряет интерес мучить меня без причины.

– Верно.

Тьфу. Это меня раздражает. Он такой высокомерный и зацикленный на себе. Он стал хуже с тех пор, как ушел, или я просто привыкла к тому, что его нет рядом?

– Скажи мне, Кора, у тебя есть парень? – спрашивает он, и мое сердцебиение учащается на ступеньку.

– Нет. – Быстро отвечаю я.

Слишком быстро. Слейтер улыбается, искоса поглядывая на меня, волосы падают ему на лицо, и он прикусывает пухлую нижнюю губу.

– Нет? Может быть, парень постарше? Кто-то, кто больше не учится в средней школе? – Настаивает Слейтер.

Я хватаюсь за трибуну, пытаясь удержать себя от того, чтобы не броситься прочь от него. Вот теперь это действительно похоже на ловушку.

– Нет, никого. Я одна. – Настаиваю я, но Слейтер смеется.

Он наклоняется, его дыхание овевает мою кожу, когда он шепчет мне на ухо.

– Я тебе не верю. Я думал, ты должна была быть моей, или ты уже забыла?

Его хриплые слова заставляют меня нахмуриться еще сильнее. Я медленно поворачиваюсь, глядя в его великолепные голубые глаза, чертовски сбитая с толку.

– О чем ты говоришь? – Спрашиваю я, пытаясь понять, чего он хочет или на что намекает.

Мой разум лихорадочно соображает, пытаясь вспомнить, когда я могла сказать ему что-нибудь подобное, но он пожимает плечами.

– Думаю, мы еще увидимся, сестренка.

И вот так он уходит, оставляя меня гадать, что, черт возьми, только что произошло. К тому времени, как мне приходит в голову попросить его не называть меня так, он уже ушел.