Текст книги "Рожденные лунным светом (ЛП)"

Автор книги: Криста Стрит

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Когда последние остатки его магии впитались в мои клетки, проникли в мои чувства и изменили мой запах, придав ему лёгкую нотку его аромата, его толчки на мгновение замедлились, а кончик его члена коснулся нужной точки глубоко внутри меня.

Уайетт оторвался от моей шеи, посмотрев мне в глаза, и в тот момент, когда он в последний раз вошёл в меня, я наконец достигла пика.

Я выкрикнула его имя, и взрывной оргазм потряс мою душу и прокатился по телу такими мощными волнами, что я не могла сдержать дрожь.

Я снова и снова выкрикивала его имя, пока неумолимые волны экстаза окатывали моё сердце и разум.

Уайетт взревел от наслаждения, тоже испытав оргазм, и мы вместе унеслись в другое измерение, где наша любовь друг к другу вышла за пределы этого мира, прошла сквозь звёзды и соединила наши души в галактиках всех времен.

Глава 21

Уайетт

Я с трудом пытался отдышаться, лежа на Эйвери. Я рухнул на неё сверху, едва успев подставить руки, чтобы не придавить её своим весом.

Я не мог думать, едва мог двигаться. Никогда еще не испытывал такого удовольствия. Оргазм был таким мощным, что перед глазами до сих пор плясали звёзды, а моя магия переплелась с душой Эйвери, связав нас нитью.

Это было идеально. Волшебно. Невероятно.

От других самцов оборотней я слышал какие появляются ощущения от того, что заявляешь права на свою пару, но никакие слова не могли передать всей полноты ощущений. Чувства и сила, которые охватили меня, когда я заявил права на свою пару…

Боже, я никогда не забуду это потрясающее чувство.

Я нежно убрал прядь волос с её лица, и она что-то тихо сонно пробормотала. Эйвери прижалась ко мне, её щёки раскраснелись, и я почувствовал внутри себя нашу связь, ту светящуюся шёлковую нить, которая соединяла меня с моей парой.

Я закрыл глаза, сосредоточился на своём внутреннем мире, а затем…

Почувствовал это.

Внутри меня плавала крошечная светящаяся нить, навсегда связавшая меня с Эйвери. Меня захлестнула волна удовлетворения, в горле заклокотало урчание. Мне хотелось выпятить грудь. Бить в барабаны. Кричать на весь мир, что Эйвери принадлежит мне.

Я заявил на неё права. Пометил её. Жадно овладел ею. И теперь она принадлежала мне, и я всегда буду беречь и защищать ее.

У меня перехватило дыхание. Боже, как же я любил её.

Я притянул её к себе и осторожно повернулся на бок, так что её голова оказалась у меня на сгибе локтя.

Эйвери крепче прижалась ко мне, её дыхание мягко щекотало мою шею. Я снова почувствовал связь. В меня хлынули эмоции Эйвери. Они были тусклыми и слабыми, потому что она спала, но я всё равно их чувствовал.

Удовлетворение.

Абсолютное счастье.

Я раздулся от гордости.

И неистовая… любовь.

У меня перехватило дыхание, когда я почувствовал её любовь ко мне. Это тёплое, ароматное чувство окутало меня сиренью и шёлком, убаюкало облаками.

– Я бы умер за тебя, – тихо прошептал и поцеловал её в щёку. – И я сделаю всё, чтобы спасти тебя.

Я лежал рядом с ней несколько секунд, которые растянулись в минуты. Смотрел, как она спит, и запоминал её черты. Она была моей. Я должен был защищать её и оберегать.

А это означало, что мне нужно её оставить.

Мне не хотелось её отпускать, но должен был.

Я выскользнул из-под одеяла и быстро оделся, наблюдая за спящей возлюбленной.

Меня охватил страх. С наступлением вечера Эйвери мерзла все сильнее. Сила, которую придала моя магия, уходила.

У нее под глазами появились тёмные круги. Хотя утром их не было. Ее кожа была такой бледной, как свежевыпавший снег. Несколько часов назад она выглядела немного румяной. И хотя её грудь всё ещё поднималась, дыхание стало поверхностным и редким.

Я посмотрел на бледный полумесяц от моих зубов на ее шее. Моя метка. Она мерцала в свете камина. Я провел по ней пальцем так осторожно, что Эйвери даже не пошевелилась.

Моя.

Моя пара.

Эйвери хотела, чтобы я оставил на ней свою метку. Она знала, что это значит, но всё равно выбрала это, а значит, хотела быть моей, и теперь она моя.

Но надолго ли?

Эта мысль едва не поставила меня на колени, обрушившись на меня безжалостной лавиной отчаяния.

Нет.

Я не мог её потерять.

Я чуть не зарычал, но подавил рык и бесшумно направился к двери. Когда открыл её, замок тихо щёлкнул, и по моей коже пробежала волна магии.

Я закрыл за собой дверь, и замок со щелчком захлопнулся. Не успел я обернуться, как из темноты коридора донёсся мягкий, соблазнительный голос.

– Я уже начал думать, что ты никогда оттуда не выйдешь. – Николас прислонился к стене, скрестив ноги. На его лице читалась скука, но я заметил блеск в его глазах.

– Как давно ты тут ждёшь?

– Достаточно долго, чтобы понять, что происходит в вашей комнате. – Он пожал плечами. – Я же говорил, что буду рядом.

Я стиснул зубы. От мысли, что он слышал, как я занимался любовью с Эйвери, слышал её крики и стоны, мне захотелось оторвать ему голову.

Вампир закатил глаза.

– Не злись. Я уже слышал все это раньше. – Он оттолкнулся от стены и направился ко мне. – Может, вернёмся к работе?

Я коротко кивнул, потому что боялся открыть рот, пока внутри меня кипела ярость.

Вместо того чтобы бросить в меня очередной колкий комментарий, вампир благоразумно направился обратно в библиотеку Сакраментум.

Несколько сотрудников прошли мимо нас по коридору, держась в тени, опустив головы и стараясь не шуметь.

В этих огромных стенах работают сотни ведьм, колдунов и сверхъестественных существ, но они всегда вели себя очень тихо, не было ни болтовни, ни смеха.

– Они нашли что-нибудь новое? – прорычал я, нервно сжимая и разжимая кулаки.

Николас поджал губы.

– Кажется, мастер Эмброуз что-то нашёл. Когда разговаривал с ним несколько минут назад, он захлебывался энтузиазмом, а это о многом говорит. Как ты знаешь, горгульи редко приходят в восторг, если только не находят что-то очень интересное.

Я гулко шагал по коридору, спеша в библиотеку. Когда мы подошли к гигантским монолитным дверям библиотеки, Николас пропустил меня внутрь.

Как и прежде, войти в комнату было всё равно что шагнуть в пустоту. Невидимые силы тянули меня назад, замедляя движения и приглушая звуки.

Несколько горгулий сидели на лестницах, по которым они взбирались на высокие полки, чтобы достать книги и свитки. Полки тянулись на многие мили в огромной бесконечной пещере. В отличие от библиотеки в Сан-Франциско, полки здесь не парили в воздухе, а прочно стояли на земле.

В углу за столом собралась группа сверхъестественных существ, внимание которых было приковано к большому фолианту. Они тихо перешёптывались. Возможно, они говорили на нормальной громкости, но защитные чары приглушали их голоса. Рядом с ними сидела горгулья и указывала на разные места в большой книге своим изогнутым когтем.

– А, майор Джеймисон. – К нам, прихрамывая, подошла ещё одна горгулья, одетый в мантию, похожую на ту, что носил мастер Романус. Кобальтово-синяя шерстяная мантия была ему коротка и едва закрывала когтистые лапы.

– Мастер Эмброуз, – сказал Николас, поклонившись. – Полагаю, документ, о котором вы мне говорили, у вас?

– Да. – Горгулья поманил нас изогнутым когтем и указал на стол, на гладкой деревянной поверхности которого лежал одинокий свиток.

Даже на расстоянии я мог видеть, насколько он старый. Несмотря на магию омоложения, которая пульсировала в воздухе, края свитка выглядели изношенными, пергамент пожелтел, а крошечные трещины и разломы сгибали свиток под неестественными углами.

Когда мы подошли, группа в углу затихла и посмотрела на нас. Они возобновили свой приглушённый разговор только после того, как мы прошли мимо.

Я стиснул зубы, стараясь подавить гнев. Моя пара умирала. Я оставил её одну в наших покоях. И поиски шли чертовски медленно.

Я уже собирался отнести горгулью на руках, потому что так будет быстрее, когда он наконец добралась до стола.

– Вот мы и на месте. – Мастер Эмброуз встал на табурет и очень осторожно развернул свиток.

Я широко раскрыл глаза. На свитке не было текста. Только изображение символов или, возможно, фигур, образовывающих круг. Фигуры были такими крошечными, что невозможно понять, кто это, но они стояли в кругу, взявшись за руки.

Я изучил остальную часть рисунка. Фигуры раскрашены очень бледными красками, как будто когда-то этот рисунок был ярким, но от времени потускнел. Всего на прямой линии насчитал десять кругов. Все они разного размера и разных цветов: красного, фиолетового, жёлтого, зелёного, синего.

Николас приподнял бровь.

– Что ж, это интересно. Можете рассказать нам, что это такое и что это значит?

Мастер Эмброуз сцепил когти.

– Мы считаем, что это изображение солнечной системы земель фейри. – Он постучал по кругам, нарисованным на линии, один за другим. – Дафнис, Джулик, Меримум, Эвкаладас, Титун… – перечислил он планеты по порядку. – А это, – добавил он, постучав по кругу в конце линии, на котором виднелись слабые следы фиолетового цвета, похожего на орхидею, – Сафринитская комета.

Уперев руки в бока, я нахмурился, внимательно изучая рисунок.

– С чего вы взяли, что это Сафринитская комета?

– Посмотри на дату внизу. – Он указал на крошечное чернильное пятно прямо под бледно-фиолетовым шариком.

Пятно оказалось двумя строчками текста, такими крошечными, что я едва мог их прочитать. Я резко вскинул голову.

– Это даты появления Сафринитской кометы в землях фейри. Первый раз две тысячи лет назад и на прошлой неделе, но эти строчки такие маленькие. Их легко принять за кляксу. Как ты их разглядел?

Мастер Эмброуз ухмыльнулся, обнажив устрашающе острые зубы, но вместо ответа лишь пожал плечами.

Николас усмехнулся.

– Не зря болгарские библиотеки известны на весь мир. Наши горгульи высоко ценятся за свои уникальные находки. Я понимаю, почему вы так воодушевлены, мастер Эмброуз. Это действительно редкая находка.

– Сколько лет этому свитку? – спросил я.

Мастер Эмброуз склонил голову набок.

– Мы считаем, что ему около двух тысяч лет.

Я нахмурился ещё сильнее.

– Но на нём написана дата второго появления кометы. Откуда это было известно две тысячи лет назад? – Как и на нашей земле, в землях фейри в то время не было передовых научных технологий.

– Этого я не знаю, – ответил горгулья. – Но не это самое интересное. – Он постучал когтем по пергаменту, стараясь не порвать и не проткнуть его. – Видите, как они все расположены? – Он снова провёл когтем по прямой линии, соединяющей круги. – Мастера Романус, Годрик и я считаем, что это указывает на расположение планет – ещё одно редкое небесное явление, которое происходит в землях фейри.

У меня перехватило дыхание.

– Парад планет в землях фейри? Но разве это не произойдет…

– Сегодня вечером. – Николас замер как вкопанный.

У меня перехватило дыхание, когда вспомнил новости, которые смотрел по телевизору в прошлом месяце. В новостях рассказывали и о Сафринитской комете, и о предстоящем параде планет в землях фейри. Фейри с нетерпением ждали каждого небесного явления, ведь каждое из них привносило в их мир новую магию, а самые крупные события даже попадали в сверхъестественные новости на земле.

– Итак, согласно этому свитку, появление Сафринитской кометы и парад планет связаны между собой, – сказал я, размышляя вслух.

Мастер Эмброуз поёрзал на стуле.

– Да, судя по этому документу, они связаны, особенно учитывая эту дату. – Он снова указал на ещё одно едва заметное пятно под изображением планет.

У меня отвисла челюсть, когда я увидел дату.

– Это дата в землях фейри на сегодняшний день. А значит, тот, кто нарисовал эту карту, сколько бы сотен или тысяч лет назад это ни было, знал, что Сафринитская комета принесет что-то важное. Но какое отношение это имеет к Эйвери? – Я снова посмотрел на круг фигур внизу свитка. Возможно, они знают. – Кто эти люди? – спросил я горгулью.

Он покачал головой.

– Мы их не опознали, но будем продолжать попытки.

Николас нахмурился и склонился над картой. Его светлые волосы до плеч задели потрёпанный документ.

– Ты сказал, что Эйвери была в землях фейри, когда появилась Сафринитская комета и магия завладела ею, а сегодня вечером в землях фейри произойдёт парад планет. – Он выжидающе посмотрел на меня.

Я широко раскрыл глаза.

– Это значит, что с ней снова может что-то случится, если она будет находиться в землях фейри, когда сегодня вечером произойдёт парад планет.

– Да. – Николас кивнул.

– Сколько у нас времени до парада планет?

Николас посмотрел на часы.

– По моим расчётам, с учётом разницы во времени… – Он широко распахнул глаза. – Меньше часа.

У меня ёкнуло сердце.

– Нам нужно идти. Сейчас же.

Я выскочил из библиотеки. Порыв ветра позади меня подсказал мне, что вампир идёт по пятам.

Мы стремительно добрались до нашей комнаты. Я вставил зачарованный ключ в замок и поспешно повернул, ворвавшись в комнату.

Эйвери всё ещё спала. Она даже не пошевелилась и выглядела почти мёртвой.

У меня сжалось сердце, а внутри всё перевернулось. Я отчаянно пытался нащупать нашу связь.

Внутри меня всё ещё светилась тонкая нить, по которой струились её слабые сонные эмоции.

Я осторожно опустился рядом с ней. Её бледная рука была холодной как лёд.

Николас вошёл в комнату вслед за мной, но остановился, увидев её обнажённое тело, едва прикрытое простынёй. Этот ублюдок даже не пытался скрыть исходящий от него запах возбуждения.

С рычанием я бросился на вампира и схватил его за шею.

Он вовремя отступил в сторону, и его глаза расширились. Вампир не сводил глаз с отметины на её шее. Полумесяцу, который давал всем понять, что Эйвери принадлежит мне.

Но даже это не ослабило его возбуждения.

– Ты пометил ее, – потрясённо произнёс он. – Сегодня. Вот чем вы здесь занимались.

– Да, – прорычал я. – Я же сказал, что она моя. – Меня переполняла ярость из-за того, что он посмел взглянуть на мою пару, пока она спала, не подозревая о его присутствии.

Его горящий взгляд скользнул по её полной груди и стройным ногам, которые были видны даже под простынёй.

Из моей груди снова вырвался рык, но когда я двинулся на вампира, он попятился, подняв руки.

– Прошу прощения. От старых привычек трудно избавиться. Я оставлю тебя наедине с ней.

Я подождал, пока он дойдёт до двери, и встал так, чтобы закрыть ему обзор на Эйвери.

– У тебя есть ключ от портала? – рявкнул я.

– Да.

– Хорошо, тогда убирайся отсюда к чёртовой матери и принеси его. Как только Эйвери оденется, мы уйдём.

Глава 22

Уайетт

В моих объятиях Эйвери казалась лёгкой, как пёрышко, словно смерть забирала не только её жизнь, но и саму её сущность, словно похищала материю, из которой состояла Эйвери.

Она не проснулась, когда я одевал её, и открыла глаза только тогда, когда я уже стоял в коридоре, а Николас был наготове с ключом от портала в руке.

– Уайетт? – сонно пробормотала она.

– Да, любовь моя. Мы отправляемся в земли фейри. Сегодня там будет парад планет. Мы думаем, что это может спасти тебя. – У меня перехватило дыхание. Я знал, что парад планет не даёт стопроцентной гарантии, что это может не спасти её, но это единственная зацепка, а время поджимало.

Она снова закрыла глаза, длинные тёмные ресницы отбрасывали тени на бледные щёки, а тело расслабилось.

Она полностью затихла.

– Мы должны торопиться! – крикнул я.

Николас бросился вперёд с ключом от портала. Одной рукой он обнял меня, а другую положил на Эйвери.

Я с трудом сдержал рычание, когда он прикоснулся к ней, пусть только и к её руке.

– Нам стоит рассказать её родителям о наших действиях? – спросил вампир.

– У нас нет на это времени. Мы выдвигаемся сейчас.

Вампир прошептал слова заклинания, и вокруг нас сомкнулась пустота. Порыв ветра от портала взъерошил мои волосы, и в ушах у меня зазвенело. Казалось, что мир уходит из-под ног, пока мы падаем сквозь время и пространство, изгибаясь, скручиваясь и треща. А потом мы оказались посреди нигде.

Я крепче прижал к себе Эйвери, пытаясь защитить её от самого страшного, но она лежала в моих объятиях, как мёртвая, и не осознавала, что происходит вокруг.

Она была в таком же состоянии, когда я перенёс её через портал после того, как ее поразила Сафринитская комета.

Ощущение резкого перехода через портал внезапно исчезло, и мы оказались на огромном поле в землях фейри, недалеко от того места, где комета атаковала Эйвери.

Как и прежде, многие сверхъестественные существа разбили лагерь на поле за пределами столицы. Все лежали на одеялах или парили на зачарованных коврах в нескольких дюймах от травянистого поля, усыпанного множеством полевых цветов.

В воздухе витала магия. Толпа с нетерпением ждала предстоящего парада планет. Из столицы доносилась музыка, вечеринка уже началась, повсюду горели факелы.

В небе вспыхнул фейерверк, и на нём появились цифры отсчета.

До полного парада планет осталось десять минут.

– Мы не опоздали, – выдохнул я. – Слава богам.

– Да, – согласился Николас.

В небе планеты уже собирались вместе, их округлые формы медленно приближались друг к другу, пока не выстроились в идеальную линию, после чего засияли ярче земной Луны.

Я крепче прижал к себе Эйвери, пытаясь согреть её, но она все равно дрожала.

– Давай найдём место потише.

Я помчался со всех ног, Николас последовал за мной. Я искал место, где было бы поменьше народу.

Эйвери не издала ни звука, даже когда я резко остановился, так что у других сверхъестественных существ, не привыкших к скорости оборотней, перехватило бы дыхание.

Я нежно поцеловал свою пару в лоб, а затем в щёки.

– Эйвери? Любовь моя, мы на месте. Просто держись.

Она не ответила.

Я остановился недалеко от леса, но всё же достаточно близко к столице, чтобы мог легко добраться до больницы, если Эйвери придёт в себя и ей понадобится помощь целителей. Но мы находились достаточно далеко, чтобы избежать любопытных глаз зевак. Меньше всего мне хотелось, чтобы на мою пару пялились.

– Она ещё дышит, – сказал Николас. – Но с трудом.

Когда я опустил взгляд, у меня замерло сердце. В лунном свете стало ещё заметнее, насколько побледнела кожа Эйвери с тех пор, как её одел.

– Чёрт, – прошептал я. – Чёрт, чёрт, чёрт!

В груди нарастала паника, грозя вытеснить все мысли и выпустить на волю моего волка. Нет. Сохраняй спокойствие. Не теряй самообладания.

Я глубоко вздохнул и опустился на колени в высокую траву. Воздух наполнился ароматом полевых цветов, более резким и насыщенным, чем на Земле.

– Эйвери лежала на земле, когда на нее повлияла комета. Может, ей и сейчас нужно лежать на земле, когда произойдёт парад планет.

– Возможно, – ответил Николас.

В небе снова вспыхнул фейерверк с отсчетом времени. Вдалеке зрители разразились бурными аплодисментами.

Я снял рубашку и подстелили ее под Эйвери, чтобы она не лежала прямо на траве и сухой земле, а затем осторожно уложил её.

Она не пошевелилась.

Я опустился на колени рядом с ней, и моё сердце бешено заколотилось. В груди снова поднялась паника. Я едва мог дышать. Едва мог думать. Моя пара всё ещё умирала.

Я нащупал её пульс, и у меня внутри всё сжалось.

– У неё пульс всего тридцать семь в минуту.

Николас тоже опустился на колени, но застыл как вкопанный.

Прошло ещё несколько секунд, и он произнес:

– Она едва дышит. За последнюю минуту её грудь поднималась всего несколько раз.

– Знаю.

Я взял её за руку дрожащими пальцами и едва мог дышать от паники.

Моя пара умирала.

И даже появление в землях фейри не помогло ей.

– Почему ей не становится лучше?

Выражение лица Николаса оставалось бесстрастным и настороженным.

– Может, ей не станет лучше пока не закончится парад планет.

Я раскачивался на корточках взад-вперёд, с трудом подавляя желание хоть что-то сделать, чтобы помочь.

– У нас есть другой вариант, – тихо сказал Николас. – Я мог бы обратить её.

У меня отвисла челюсть.

– Сделать из неё вампира?

– Это может спасти её. А может и не спасти, но я готов попробовать.

– Как её создатель, ты навсегда будешь связан с ней.

– Да.

– И мы даже не знаем, спасло бы её обращение.

– Тоже верно.

В голове у меня шумело, мысли неслись с головокружительной скоростью, пока пытался осознать все последствия превращения Эйвери.

– Нет. Я тебе не позволю. Я не буду принимать это решение за неё. Парад планет спасёт её. Он должен её спасти.

Внутри меня все кричало, и понятия не имел, правильный ли выбор я делаю. Жизнь моей пары зависела от нашей уверенности в том, что ответы лежат здесь, в землях фейри, и что грядущий парад планет каким-то чудом её спасёт.

Но что, если я сделал неправильный выбор?

Что, если бы в этот самый момент горгульи обнаружили что-то ещё, что подсказало бы нам, что нужно делать. А я только что принял самое важное решение в своей жизни?

– Чёрт возьми! – Кровь зашумела в ушах, и в голове раздался оглушительный гул.

А что, если…

А что, если…

А что, если…

В небе вспыхнул очередной фейерверк с отсчетом.

Я придвинулся ближе к Эйвери и нежно поцеловал её в закрытые глаза, лоб и щёки.

– Пожалуйста, Цветочек. Пожалуйста, останься со мной. Я только что снова тебя нашёл. Я не могу тебя потерять, Эйвери. Не могу без тебя жить.

Над головой вспыхнула очередная цифра.

Надежда в глазах Николаса угасла, когда прошла ещё минута, а состояние Эйвери не улучшилось.

Моё сердце разрывалось, и пока сидел рядом с ней, нежно обнимая её и шепча, как сильно я её люблю, чувствовал, как она отдаляется от меня всё больше и больше.

Я обхватил пальцами её холодную безвольную руку.

– Эйвери? – тихо позвал её. – Ты меня слышишь? Помнишь, как я впервые увидел тебя в кафе мороженого? И как мы снова встретились в гараже в СВС, и я едва мог дышать от твоего вида? А помнишь сегодняшний вечер? Когда я занялся с тобой любовью и объявил тебя своей парой. Ты хотела этого, любовь моя. Ты хотела меня. Ты хотела нас. Пожалуйста, не оставляй меня. Пожалуйста. Я не могу без тебя жить.

Она не пошевелилась, не издала ни звука.

Её тело лежало пугающе неподвижно, грудь не вздымалась, сердце едва билось.

Я закрыл глаза и мысленно потянулся к нашей связи. Наша хрупкая нить еще гудела внутри.

Я провёл по ней пальцем, нащупывая жизненную силу Эйвери, и попытался подключиться к её чувствам и эмоциям.

Но внутри была только пустота.

Ни единой нити жизни или осознания.

Ни капли эмоций или любви.

У меня перехватило дыхание. Нет, нет, нет.

– Эйвери! – хрипло и с болью в голосе сказал я. – Пожалуйста, любовь моя. Пожалуйста, останься со мной.

Вспыхнула очередная цифра.

Выражение лица Николаса не изменилось, но я почувствовал, как он с печалью смотрит на нас.

Вампир закрыл глаза.

– Возможно, это конец, – тихо произнес он. – Парад планет может её не спасти. Тебе стоит попрощаться.

– НЕТ! – выкрикнул я, но тут же пожалел о своей вспышке гнева, хотя Эйвери даже не вздрогнула от моего крика. – Она не может умереть. Не может! – Мой голос дрогнул, и я наклонился вперёд, касаясь её волос, губ, глаз, рук. – Не оставляй меня, не оставляй меня, – повторяла я снова и снова. Внутри меня образовалась зияющая пустота. – Не оставляй меня, Эйвери.

Из её груди вырвался слабый вздох.

Надежда вспыхнула во мне так же ярко, как солнце. Я резко выпрямился и, широко раскрыв глаза, вгляделся в её лицо.

– Эйвери?

Но она так же тихо выдохнула, и я с мучительной ясностью осознал, что за последнюю минуту это её единственный вдох.

На небе продолжались вспышки обратного отсчета.

Я крепче сжал руку Эйвери. Меня затошнило. Парад планет почти начался.

Теперь планеты образовали почти идеальный круг. Они были такими яркими и огромными, что напоминали Луну.

Ещё минутку. Одну минутку.

– Пожалуйста, любовь моя. Пожалуйста, держись! Все почти закончилось.

Но она не ответила.

Я снова прижал пальцы к ее шее, в панике пытаясь нащупать биение её сердца. Прошло почти двадцать секунд, прежде чем я почувствовал едва уловимое биение под её кожей.

– Меньше тридцати секунд, – прошептал Николас. – Сейчас у нас не хватит времени, чтобы обратить её. Её судьба предрешена.

Я прислушался, ожидая услышать ещё один удар сердца, ещё один проблеск жизни.

Но этого не произошло.

Сердце Эйвери остановилось.

Её грудь не вздымалась.

Я широко раскрыл глаза.

– Эйвери! – взревел я, хватая её за плечи. Я тряс её, кричал на неё, пытался вернуть её к жизни. – ЭЙВЕРИ!

Она не двигалась, словно была мертва.

Я прижался ухом к её груди, пытаясь услышать биение сердца.

Тишина.

Вместо стука сердца была безбрежная тишина.

И тогда я почувствовал это. Нашу связь.

Она оборвалась, как натянутая на ветру нить. Словно безжалостные ножницы отрезали её от этого мира, и она уплыла в небытие.

Внутри меня разверзлась бездна боли, и по моему телу пробежал обжигающий огонь, пожирающий меня изнутри.

Я зарычал, пока мое тело терзала агония.

Наша связь исчезла.

Нить порвалась.

А это могло произойти только в том случае, если бы моя пара умерла.

Глава 23

Эйвери

Я слышала оглушительный рёв, полный боли, страданий и невыносимой скорби.

Этот нескончаемый, мучительный звук.

Невыносимая боль пронзила мою душу, когда этот рёв разнёсся по миру, поражая сердца всех вокруг, словно этот звук мог разорвать плоть любого, кто находился поблизости.

Я попыталась открыть глаза, чтобы увидеть, что произошло, чтобы убежать или утешить, но вокруг была лишь тьма. Я ничего не ощущала, кроме этого отчаянного крика о бесконечной боли, который разбивал мне сердце.

И тогда…

Я ощутила невесомость.

Передо мной возникло изображение. Поле. Полевые цветы. Ветер, колышет траву. Я лежу на спине в окружении высоких стеблей колышущейся травы и ароматных цветов.

Уайетт опустился рядом со мной на колени и прижимал к себе мое тело. Он дрожал от рыданий.

Николас замер по другую сторону от меня. Глаза вампира блестели, лицо было мрачным.

Что происходит?

Я парила над ними, но пыталась дотянуться до Уайетта. Хотела утешить его, это желание тянуло меня за душу, как якорь, требуя, чтобы я вернулась к нему, провела ладонями по его щекам и вытерла слёзы.

Но не могла пошевелиться.

Я всё плыла и плыла, поднимаясь всё выше и выше.

Меня охватил ужас. Я не могла вернуться. Я боролась с силой, которая поднимала меня вверх, дергалась и кружилась, но сила тянула меня все выше и быстрее.

Нет!

Уайетт!

Но он исчез. Он не видел меня. Не искал меня.

И тут меня осенило.

Я умерла.

О боги! Сафринитская комета убила меня!

Я летела к звёздам и не могла это остановить. Земля исчезла подо мной. Вокруг было только сияющее небо.

Миллионы звёзд заполняли бескрайнюю галактику, но не этого я хотела.

Я хотела жить.

Хотела быть с Уайеттом.

Я снова бросилась к земле, отчаянно пытаясь доползти до него, но моё внимание привлекло что-то на небе. Выстроившиеся в ряд планеты сияли ярче луны, и я не могла отвести взгляд от того, что было важно для моей души. И не смотрела на мужчину, который обнимал моё тело и оплакивал мою потерю всеми фибрами своей души.

Я ахнула. Планеты находились в нескольких дюймах от идеальной сферы, их небесные тела вращались по кругу и были наполнены огромной силой и невероятной магией.

Вокруг меня плыли прозрачные облака. Я видела их, но не чувствовал, пока поднималась всё выше и летела всё быстрее.

Нет! Я должна вернуться!

Небо внезапно озарилось ярким светом. Ослепительный лунный свет залил всё вокруг. По небу прокатилась волна силы, когда из небесного чуда вырвалась магия.

Парад планет завершился, в огромной галактике сформировалось идеальное явление, и магия разлилась по всей Солнечной системе, пронзая всё на своём пути, оживляя звёзды и окутывая это царство плащом новой силы.

С земли донеслись радостные возгласы и аплодисменты, фейри и другие сверхъестественные существа хлопали в ладоши от восторга.

Моя призрачная форма врезалась в стену, когда невидимый трос, что тянул меня вверх, оборвался.

Я вскрикнула от неожиданности, но с моих губ не сорвалось ни звука, а затем… я ощутила разлом. Разрыв в ткани пространственно-временного континуума.

Я закричала, когда мир вокруг меня рухнул. Огонь струился по моим венам, обжигая разум, пока мир фейри притягивал меня, как магнит, дёргал, разрывал и отказывался отпускать.

Я падала на землю.

Закручивалась по спирали.

Падала быстрее чем скорость звука.

Облаков надо мной уже не было.

Мимо меня проносился ветер.

Перед глазами плясали черные точки.

Замок.

Фейерверк.

Поле.

Лес.

Я прищурилась. В лесу стояла группа людей в мантиях, образовав круг. Они наблюдали. Они ждали.

Но чего они ждали?

Что происходит?

Агония пронзила все мое тело, когда земля стала приближаться ко мне всё быстрее и быстрее, пока мир не превратился в калейдоскоп размытых цветов, запахов и огня, пожирающего мою душу.

Моё тело появилось передо мной за миллисекунду до того, как я врезалась в него.

Магия вернула меня в моё тело, и я закричала.

Вокруг была темнота.

Я снова закричала.

Огонь.

Я дергалась и царапалась, пытаясь выбраться на поверхность из густого потока, который утягивал меня вниз невидимой силой, мощным течением, лишавшим меня воздуха и зрения. Внезапно меня озарил огненный свет, и я наконец вырвалась на свободу. Я вынырнула и увидела, что мои руки и ноги покрыты жидкой ртутью.

Я снова закричала.

Нечестивая сила разлилась по моему телу и проникла в мои чувства.

Я вскрикнула от невыносимой боли.

Кто-то вскрикнул рядом со мной.

Еще один вопль.

Невыносимый огонь вокруг.

Я снова умирала, с меня заживо сдирали кожу.

Пылающий свет. Такой яркий, что мне казалось, будто мои глаза плавятся, а солнце касается моей души.

Хаос. Смерть. Жизнь.

Что происходит? Боже правый, что происходит?

Произошла ядерная реакция. Атомы расщепились. Образовались элементы. Вселенная наклонилась и расширилась, как космическая резинка, в ответ на появление существа, которое рождалось внутри меня.

Я снова закричала, когда древняя магия пронзила моё тело, оплела мои нервы, поглотила мои клетки и уничтожила всё на своём пути.

Чёрт, как горячо!

Я умирала.

Снова умирала.

Вдох наполнил мои лёгкие. Такой сладкий, такой чистый. Мои чувства наполнил водопад ароматов: можжевельник, сосна, жасмин, дуб.

Нет. Это не смерть.

Это жизнь. Жизнь, разбивающая душу.

Сущность органической материи, источник знаний, основа, которая создала и разрушила всё на этом плане существования.

Моя душа слилась с этой великой силой.

Кто-то рядом со мной снова вскрикнул.

По моей коже, словно молния по воде, пробежала волна магии. Электрические разряды пронзили мое тело, оно содрогнулось, поднялось и зависло над миром, пока я превращалась в нечто, бросающее вызов всему сущему.

А потом…

Тишина.

Глава 24

Уайетт

Кровь зашумела у меня в ушах, и надежда пробилась сквозь боль, терзавшую моё сердце.

Эйвери кричала, не переставая, её тело содрогалось, натянутое, как струна, но она дышала. Она дышала после того, как умерла.

– Эйвери! Боже, Эйвери!

Но она сопротивлялась. Она не открывала глаза, ее лицо исказилось от боли и страданий. Я пытался удержать её и помочь ей справиться с той магией, которую пробудил в ней парад планет, но она продолжала царапаться и вырываться.