Текст книги "Чужак. Последний конклав (СИ)"

Автор книги: Константин Нормаер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 15

Глава 15. Прятки

Вслед за тьмой пришел свет. Приглушенный, словно скованный предрассветный пеленой. Маэстро поднял взгляд. По небу плыла серая дымка, а вместо солнца светила Мертвая луна. Именно такой она предстала перед Липо Дарди – древней, измученной бледными рытвинами, испустившей последний дух. Потянув на себя полог, маэстро убедился, что внутри пусто.

Развернувшись на месте, Липо нашел взглядом вторую повозку. Выглядела она теперь немного иначе. Сзади никакой ткани – просто пустой, сбитый из досок каркас.

С холма послышалось недовольное мяуканье. Освобожденные им кошки оставались на месте.

Поплевав через левое плечо и обвязав вокруг мизинца нитку, которую он вырвал из подкладки. Это могло хоть как-то уберечь его от дурного взгляда. Вернувшись к мосту, маэстро свистнул и махнул рукой, привлекая внимания членов своей команды. Но ему так никто не ответил. На дозорной башне, где находился Ами, было пусто, а под мостом, где находились Вико и Катерина, остались лишь дорожные мешки.

Покачав головой, Липо Дарди попытался отогнать морок. Не помогло. В этот самый момент на его ладонь упала пепельная снежинка. Он расставил пальцы шире и поймал еще несколько.

В воздухе запахло гарью. Но осмотревшись, маэстро не заметил следов пожара или хотя бы дыма. Однако мир изменился, стал другим. И эти изменениястали бросаться в глаза. Стенки моста покрывал темно-зеленый мох, а чуть выше по дороге, где одиноко возвышалась дозорная башня, виднелись заостренные верхушки гнилых деревьев.

– Куда же вы подевались? – обратился сам к себе маэстро.

Попробуй, найди.

Липо резко обернулся. Вокруг никого. Лишь неприятный, квакающий смех. Маэстро знал, кому он принадлежит.

– Черт возьми! Где ты есть⁈ Покажись, старая ты сука! – не сдержался маэстро.

Смех стал громче и безумнее. И раздался он совсем близко, возле самого уха.

Инстинктивно меч разрезал пустоту. С ним явно играли. Причем игра эта была нечестной, поскольку второй игрок имел явное преимущество.

Ну, так что, давай начинай искать. Времени у тебя осталось не так много.

Кажется, только теперь до Липо Дарди дошел смысл этого странного состязания. Ведьма каким-то образом захватила Иларию, а с ней заодно и Катерину и Вико.

Время!

Маэстро развернулся и кинулся к дозорной башне. Мысли выдавали четкие команды. Если необходимо кого-то найти, то в первую очередь стоит вернуться в то место, откуда они пропали. Вши-ии-к! – план напоминал колющий удар. Раз и в самое сердце. Ничего лишнего.

Только вот вопрос: почему он в первую очередь решил отыскать Иларию? Ведь он прекрасно понимает, что это не его любимая. А под её личиной скрывается демон, с которым он заключил временный союз.

Остановившись у входа в дозорную башню, Липо согнулся пополам, пытаясь отдышаться. Воздух стал тяжелым и едким, наполненным гарью. Из груди вырвался резкий кашель.

С небес все также падал пепельный снег. Казалось, что Липо Дарди угодил в кошмар, из которого невозможно выбраться. Но главное – что здесь все казалось чужим, словно уродливый рисунок, отражающий реальность.

Двери на месте не оказалось – маэстро принялся быстрым шагом взбираться по ступеням винтовой лестницы. Сделал шаг, второй, третий, когда нога угодила в капкан. Смахнув с узкой бойницы кусок ткани, которая напоминала полог на ведьминой повозке, Липо Дарди заставил свет проникнуть внутрь.

Опустив взгляд, маэстро дернул ногой. Его прошиб озноб. На ступенях копошились крысы. Но они не просто хаотично кружили в вечном поиске еды. Они были нацелены на другое. Вцепившись в сапог, они обхватили подошву своими крохотными лапами и пытались оплести его паутиной или чем-то похожим, что извергали изо рта.

Липо попытался согнуть ногу в коленях, но вырваться из живого капкана так и не смог. А затем произошло и вовсе невероятное: крысы, что копошились под ногами, изменились, превратившись в продолговатых личинок. Шерсть исчезла, тело вытянулось, возникли разбухшие сочленения, и сапог окончательно застыл в этой странной массе.

Время отбивало свой ритм, пульсируя в висках. Дарди извлек из голенища крохотный нож и расковырял застывшую смесь, словно разбивал панцирь моллюска. Лезвие скользило, выскакивая из пазов. Наконец ему удалось проникнуть глубже, упереться и надавить на рукоять. Раздался треск! И одна нога высвободилась из капкана. Со второй все прошло куда быстрее.

Время! Если не успеешь, ведьма выйдет победителем из игры, которую она сама и придумала.

На каменной площадке, где должна была находиться Илария, было пустынно. Лишь огромная клетка скрипя, покачивалась на ветру. Убрав нож обратно в голенище, Липо Дарди присмотрелся к двум телам, что были переплетены, словно близнецы. Рука одного из мертвецов держала тонкий стилет, у второй мертвеца отсутствовала кисть, справа. Пытаясь сдержать эмоции, маэстро упал на колени и низко опустив голову затих. Его била крупная дрожь.

Они подготовили засаду противнику, который оказался им не по зубам.

Я считала тебя сильнее! Запомни, игра еще не закончилась!

В голосе ведьмы сквозило разочарование. Ей не хотелось, чтобы противник сдался так рано. Потом – да, но не сейчас.

Ударив кулаками по каменному полу, Дарди издал крик, сопряженный с отчаяньем. Но это была лишь минутная слабость. Он прекрасно понимал, что сдаться – значит проявить не только слабость, но и глупость. Увиденное им вполне может быть морок или иными происками ведьмы.

Заставив еще раз посмотреть на двух мертвецов в клетке, которые пытались справиться со своим безумием, но, к сожалению, так и не смогли. Только если это иллюзия, обман. Тогда зачем он здесь? Что он на самом деле должен увидеть в этом послание?

Приблизившись к клетке, Липо внимательно вгляделся в лица мертвецов. Вико он узнал сразу – широкие скулы, впалый, но не крупный нос, узки глаза, которые сейчас превратились в два глубоких провала. Рот мертвеца был слегка приоткрыт и замер в отчаянной гримасе боли. Получается, когда Катерина пошла на отчаянный шаг и воспользовалась стилетом – на рукояти оружия виднелся герб и вензель дома Висконти.

– И в чем же заключается твоя игра? – обратился к пустоте маэстро.

О, нет, не все так просто. Смотри, думай. Ответ с тебя! И запомни, время!

И вновь взор маэстро приклеился к мертвецам. Теперь настала очередь Катерины. Стараясь не отводить глаза, Липо посмотрел на остатки потемневших волос, на впалые щеки, где копошились белые личинки и сросшиеся зрачки.

Взгляд опустился чуть ниже. Кожаная куртка, потемневшая рубаха и пояс, который уже давно потерял былой цвет. И тут маэстро остановился. Закрыв глаза, он попытался вспомнить внешний облик Катерины. Что-то было не так, что-то что выбивалось из общей картины. Но вспоминания, будто назло подыгрывали ведьме.

– Пояс, пояс… почему именно пояс, – повторил он вслух.

Удивительно, но клетка оказалась не запертой. Открыв дверцу, которая отозвалась протяжным скрипом, Липо Дарди протянул руку к своей бывшей ученице. Он до последнего надеялся, что прикосновение рассеет морок. Но пальцы прикоснулись к дубленой поверхности куртки. Затем обхватили пояс. И вновь у маэстро возникли сомнения. В паноптикуме, что создала для него ведьма закралась какая-та ошибка. И если он разгадает её, он сможет выиграть. Или нет?

Закрыв клетку, Липо задумчиво отступил в сторону. Он явно зашел в тупик.

Загадки, загадки, сплошные загадки. Он терпеть не мог подобные игры. Даже в детстве, когда дети играли в Купца, маэстро предпочитал кальчо[1]. Видимо стоило ему тогда обратить внимание и на другие игры. Суть Купца заключалась в поиске вещей, которые ведущий прятал на определенном участке и заставлял искать игроков. А после того, как все тайники были раскрыты, необходимо было угадать кому они принадлежат.

Возможно, и здесь ведьма устроила нечто подобное?

Ведь может так статься, что и в её детстве существовала подобная забава. Маэстро вернулся к клетке и осторожно снял пояс, который никак не давал ему покоя. Его взгляд вновь коснулся изуродованного лица Катерины.

Она ли это? Или под маской мертвеца скрывается кто-то другой?

Опустив взгляд, он посмотрел на домотканый пояс с узором ромбы, и витиеватые узоры. Большой палец скользнул по рисунку, словно смахнул налет доброго десятка лет. Справа и слева от рисунка возникли пергаментные письмена – латынь. Прищурив взгляд, Липо Дарди прочитал слова молитвы, которые должны были помочь роженице в момент родов. Задумчивое лицо внезапно озарилось. Он еще раз перечитал написанное. И наконец вспомнил!

Катерина? Нет, он ошибся. Эта вещь не принадлежала представительнице рода Висконти.

Илария!

Воспоминания обрушились на него водопадом. Он еще раз взглянул на обезображенное смертью лицо молодой девушки, что воспользовалась стилетом, чтобы расправиться с нынешним учеником маэстро.

– Илли, моя милая пчелка, – прошептал Липо Дарди.

Рука сжала пояс, на глазах маэстро возникли слезы. Он наконец вспомнил, даже то, что память нещадно стерла, как рисунок на песке.

Когда семейство Дарди узнали о появлении ребенка, радость тут же сменилась волнением. Илария сильно переживала за здоровье будущей малышки и Липо преподнес её к именинам подарок – защитный пояс, которые призван был помочь не только в момент родов, но и после.

Живые картинки давно минувших дней вспыхивали свечой. Но был ли это правильный путь? Или маэстро стал заложником своего прошлого?

– Я угадал? – обратился к пустоте Липо.

Ведьма не ответила. Зато с наружи послышались голоса. Из широкого окна Дозорной башни открылся прекрасный вид на противоположную часть проклятого моста. Там, где застыли две пустые повозки возник лагерь. И это по всей видимости была следующая точка игры.

Убрав пояс под куртку, Липо Дарди направился к поселению.

* * *

У костра сидели только женщины – мужчины в лагере не было. Кто-то мастери корзины, но большинство хлопотали возле котлов. Маэстро не знал, что именно они готовили, но запах стоял отвратительный.

Приблизившись к одной из повозок, Липо остановился. Ему на встречу вышла воительница – это было понятно по боевому обличию, плотной кожаный дублет, струганое копье, на широком поясе меч.

Вглядевшись в темноту плечистая дозорная, немного помедлив – улыбнулась.

– Мы вас ждали, проходите.

Липо не стал удивляться. Игра, которую устроила ведьма, затягивалась. А морок становился все сильнее. В сопровождение маэстро дали крохотную девчушку лет двенадцати – очень тощая, в старой шерстяной одежде, голову скрывает романская повязка, виден лишь ореол лица, не больше.

Скорее всего послушница, или молодая ведьма, – подумал Липо Дарди.

Он знал, что в Ковен принимали с момента, когда девушка познавал начала плодородного периода, окропив вещи кровью. Только в этот периода ведьма могла приступать к развитию собственной силы.

Они прошли лагерь на сквозь и поднялись на холм, где возвышалось старое сухое дерево. Ствол его был широк и скручен, словно состоял из человеческих жил. Ветки оказались голыми, и лишь редкая сухая листва еще скрывала его наготу.

Липо Дарди остановился рядом с проводницей. Она низко поклонилась. Но не дереву, а той, что стояла рядом. Скинув капюшон, на маэстро уставилась женщина средних лет – в темных волосах вкрапления седины, тонкий острый нос и наполненные темнотой глаза.

Тяжелое дыхание маэстро прервалось. Он чувствовал, как сердце забилось быстрее обычного. Рука медленно легла на рукоять.

Ну уровне инстинктов он понял, что перед ним предстала Первая ведьма. И ему достаточно сделать всего один шаг, обнажить оружие – и навсегда избавить мир от ужасного зла.

– Верховная жрица, – низко поклонилась проводница.

– Спасибо, Ри.

Жрица взмахнула рукой указав на лагерь. Девушка еще раз низко поклонилась и исчезал в темноте.

– Выходит так что я проиграл? – обратился к

Арадия не ответила, она подошла к дереву и присев на колени поставила возле него чашу, в которой горел огонь. Затем разложила по кругу мелкие косточки – возможно животных, но Липо был уверен, что они принадлежали человеку. Склонив голову, ведьма прикоснулась к каменной поверхности. Удивительное дело, корни могучего исполина, торча из земли, в буквальном смысле обнимали неровный каменный круг, где виднелись следы лошади.

– Ты знаешь, что это за место? – поинтересовалась ведьма.

– Наведенный тобой морок.

– Ты слишком наивен, мой воинственный преследователь.

– Хочешь сказать: окружающий меня мир реален?

– Иначе меня бы здесь не было. Или ты считаешь, что я пытаюсь избежать опасности?

– Ты не так неуязвима, как хочешь казаться.

Вместо ответа ведьма рассмеялась.

– Как же вы примитивны, служители напыщенных орденов, что пытаетесь хладным металлом завоевать уважение. Спешу тебя разочаровать – вы так же слабы, как и не интересны. Я вызвала тебя сюда лишь с одной целью: убить немного времени. Так что стой и наблюдай. А если я захочу с тобой поговорить – отвечай.

Скинув с себя балахон, ведьма положила руки на камень и запрокинула голову назад. Она была нага, как младенец. Стоявший с боку от нее маэстро видел огромную набухшую грудь, плоский живот и часть лоно покрытого волосами. Липо Дарди охватила мелкая дрожь.

Повернувшись в его сторону, ведьма улыбнулась, подмигнула – и рассмеялась игриво и завлекающе. Маэстро сделал шаг назад, едва не спотыкнувшись о древесный корень.

– Так в чем же твой опыт воин, если к седым глазам при виде обнаженной плоти ты краснеешь, словно прыщавый юнец? – поинтересовалась ведьма.

Липо Дарди не ответил, а лишь сглотнул, чувствуя, как ему не хватает воздуха. Щеки стали пунцовыми, тело охватил жар.

– А что, если я продемонстрирую тебе чуть больше? – поинтересовалась ведьма и слегка раздвинула ноги. – Как тебе такое искушение, болван?

Пытаясь отвернуть взор, Липо с удивлением ощути, что его тело больше ему не принадлежит. Пытаясь противостоять той силе, которая пыталась, будто червь пробраться к нему в голову захватить его разум, маэстро выстроил невидимый барьер. С демонами этот фокус сработал, а вот с ведьмой… Через секунду Липо Дарди понял, что и здесь Первая ведьма оказалась сильнее.

Её смех раздался откуда-то из глубины. Приблизившись, ведьма медленно прикоснулась рукой сначала к его плечу, а затем скользнула ниже к груди, животу, паху. Рука маэстро задрожала. Он изо всех сил пытался извлечь оружие из ножен. Но не мог. Арадия уже поработила его разум.

Искушение. Грех. Прелюбодеяние. Как много об этом рассказывали священнослужители, причащая заблудшие души. Но разве их бессмысленные советы могли помочь усмирить собственную плоть? Липо знал ответ.

Он закрыл глаза лишь в тот миг, когда ведьма ослабила хватку. Как бы маэстро не пытался сопротивляться – ничего не вышло. Мужское естество взяло свое.

Тьма не принесла желаемого освобождения. Напротив – Липо Дарди оказался там, где желала ведьма. Красное ложе, яркие атлас и похоть, которая витала среди приглушенного сумрака.

Сопротивляться больше не было силы. Их обнаженные тела сплелись, словно змеи, и не было в том ничего схожего с любовью – тем чувством и действом, которые он испытывал с Иларией. Нет, здесь была лишь животное ненасытность. Она вгрызалась в него, оставляя на теле кровавые отметены, а он – будто вепрь, властно и напористо брал свое.

Соитие повторялось снова не успев окончиться. И приносило не наслаждение, а боль. Держась из последних сил, маэстро попытался скинуть с себя безумную наездницу. Но и тут вышел проигравшим. В этот самый момент в его голове раздался спокойный голос его супруги.

Хватит брыкаться, не останавливайся, осталось немного. Чтобы ведьма раскрыла тебе свои замыслы, нужно еще немного постараться.

[1] Предок современного футбола и регби.

Глава 16

Глава 16. Предательство

Небольшой изящный столик имел металлическую основу из серебра и стеклянную сердцевину, на которой располагались несколько свитков, скрепленных сургучовой печатью с символами Святого престола.

Леонардо задумчиво помял подбородок, не сводя взгляда с артефакта, что наконец попал им в руки. Ему не терпелось прикоснуться к величайшим тайнам народа этрусков. Но протоколы безопасности были превыше всего.

Механизм напоминал подставку для ног – бархатная обшивка сверху и четыре выгнутые наружу ножки. Приблизившись к столику, механизм осветил свитки тонкой линией света. Для Эсмеральды сканирование объектов было привычным делом, а вот Кано заметно напрягся. В его понимание это была магия, или древнее колдовство.

– Стало быть, все прошло удачно, – заключил Леонардо.

– Все согласно инструкции.

Пристальный взгляд впился в Эсмеральду.

– Идеальных планов не существует!

– Мы действовали слажено и добились желаемого результата, – продолжила настаивать на своем женщина.

– Клеше! Как же они режут слух, – скривился представитель ордена Ткачей. – А что на счет Привратников. Вы с ними пересекались?

– Почему вы спрашиваете? – подал голос Пес.

– Почему⁈

Леонардо извлек из кармана два браслета, которые сейчас были в нерабочем состоянии, и швырнул их к ногам слуги.

– Теперь, понял⁈ Наши системы всегда в исправном состоянии, и они не выходят из строя. Объясните, как это случилось? Почему мы остались без глаз, что теперь вынуждает нас доверять вашим словам⁈

Напряженное лицо Леонардо побагровело. Раньше он никогда не проявлял подобную несдержанность. А сейчас казалось, он готов сжечь присутствующих, лишь бы добиться нужного ответа.

– Вы правы, мы столкнулись с некоторыми трудностями, – бросив в сторону слуги едва заметный взгляд, ответила Эсмеральда.

Нахмурившись, Ткач сцепил руки за спиной и принялся мерить ногами уютный кабинет лавируя между массивным дубовым столом и книжными полками.

– Вас заметили?

– Нет. Нас ждали, – ответил Пес.

Странная игра напоминала пьесу, где каждый отыгрывал свою роль с монологами. Но на самом деле партия была куда серьезнее. Эсмеральда нарочно давала возможность отвечать слуге, чтобы их не смогли уличить в обмане.

Леонардо остановился, повернул голову в сторону слуги:

– Кто именно вас изобличил?

– Это был один из Совета Десяти, – замешкался Кано. – Мне неведомо его имя, но глаза его были пусты, а движения резкие, словно у рыси. Его именовали Юпитер. Высокий и плечистый, способен повелевать огнем.

Задумчивый взгляд Леонардо сделался туманным. Пес ощутил некое облегчение. Он встречал представителя совета единожды – когда Люцифер расправился с ним возле одного из пропускных кордонов. Именно это ему и дало шанс так точно описать воина Привратника.

– Где это случилось и в чем заключалось его подозрение? – поинтересовался Леонардо.

Следующий монолог был за Эсмеральдой и она, словно опытный игрок приняла пас от напарника и продолжила доклад:

– Нам удалось проникнуть в Пантеон. Мы старались не привлекать внимания, но в языческом храме ныне должны находится лишь рьяные католики. Моя вина – я не смогла припомнить ни одной молитвы или гимна.

Леонардо приблизился к креслу с высокой спинкой и медленно погрузился в него приготовившись слушать рассказ:

– И что же было дальше?

– Стражи отвели нас прямиком к Белому монаху. Нам несказанно повезло: представитель ордена Привратников в этот момент находился в Северных подвалах, где мы и обнаружили нужные манускрипты.

– Хотите сказать: Юпитер передал вам священные письмена этрусков? – взгляд Леонардо приобрел хитрый прищур.

Эсмеральда улыбнулась. Она буквально чувствовала недоверие, которое исходит от её нынешнего нанимателя, считающего себя хозяином этого мира. И тут необходимо было не сплоховать. В искусном вранье необходимо идти до конца или не начинать вовсе. Немного помедлив, женщина улыбнулась и покачала головой:

– Как бы искусно мы не пытались пудрить мозги Привратнику, он конечно же нам не поверил.

– И как вы поступили?

– Мы убили его! – раздался спокойный, но уверенный голос Пса.

– Убили? – лицо Леонардо вытянулось от удивления. Нет, эмоция эта оказалась куда ярче. Он был просто ошарашен подобной новостью. – Стой, стойте, вы хотите сказать, что смогли расправиться с одним из Привратников⁈ – Он указала сначала на Эсмеральду, затем на Кано и принялся изыскано жестикулировать, пытаясь изобразить схватку, которую представлял себе очень подробно: – То есть вы вдвоем, накинулись на Белого монаха, решив застать его врасплох? – Ладони Леонардо сомкнулись, и он продемонстрировал сжатые руки, словно мне кусок глины. – А Юпитер конечно же не успел вам дать должный отпор и просто сдался на милость победителям. – И вновь жестикуляция: расставив ладони и растопырив пальцы, Леонардо изобразил трясущегося от страха человека. – Вы его связали, вставили кляп в рот и обшарив каменные ниши, обнаружили письмена этрусков при этом даже не воспользовавшись браслетами, потому как те внезапно перестали работать. Все было именно так? – По лицу нанимателя было видно, что он специально придумал всю эту историю, чтобы поставить в отчете жирную точку. Он не верил ни единому их слову.

Но признания, которого ждал Леонардо не последовало. Вместо этого, Пес скромно добавил:

– Сеньор, вы забыли добавить, что я перерезал глотку представителю ордена Привратников, который именовал себя Юпитером.

Злобный взгляд пронзил слугу. В этот самый миг из глубины коридора послышались хлопки. Из полумрака, под звук собственных каблуков выступил тощий, узкоплечий господин. Судя по его довольному лицу, он был восхищен подслушанной беседой.

– Брависсимо! Это была восхитительная дуэль, мои дорогие.

Остановившись возле стола Микеланджело перестал хлопать. И принялся неспеша, палец за пальцем стягивать с руки кипельно-белые перчатки. Завершив дело, он водрузил их на спинку кресла, где устроился его помощник. Облокотился локтем левой руки и указал длинным тощим пальцем на Эсмеральду:

– Скажи, дорогуша, что заставило тебя предать наши интересы?

Женщина нахмурилась. Но отвечать не торопилась. И Ткач, решив её поторопить, напомнил установленные правила:

– Мне бы не хотелось повторяться, но, наверное, придется. В стенах дома, где мы приютили тебя не принято врать. Именно по этой причине мой компаньон и продемонстрировал тебе Вселенскую модель и приоткрыл завесу наших целей. Мы честны с вами. И ждем от вас взаимности. Но как вижу вы решили разыграть грязную партию. Только ведь плохие поступки не происходят на пустом месте. Поэтому и жду от вас ответа. В чем причина вашего предательства?

– Я никого не предавала. Задание выполнено! Свитки этрусков перед вами. Можете забирать! – выпалила Эсмеральда.

Микеланджело бросил рассеянный взгляд на стеклянный столик. Коротко кивнул. И расплылся в довольной улыбке.

– К сокровищам разума мы еще вернемся. Но чуть позже, когда услышим ваш ответ.

Когда тебя припёрли к стенке и нет смысла отпираться существует только два выхода: либо говорить правду, либо действовать. У Эсмеральды не было времени взвешивать, поэтому она выбрала первый.

– Честность из ваших уст – пустой звук. На моей памяти, еще ни один заказчик не было со мной до конца честен. Это просто не ваших интересах. А быть разменной монетой, я не намерена. Хотите знать правду, что ж извольте: эти свитки нам передал Люцифер! А уж с какой целью он это сделал, мне и правда неизвестно. Но он сказал, что, исполнив его волю, я обрету долгожданную свободу.

– Кто⁈ – Леонардо едва не подскочил. Но рука его компаньона заставила его остаться на месте.

Вдумчивый взгляд скуластого скользнул в сторону. Микеланджело хотел увидеть реакцию слуги. Пес выглядел хмуро – никакой растерянности или страха.

– Ты говоришь правду, – промурлыкал Ткач, сделав определенные выводы.

– Они общались с Низвергнутым! – прошептал Леонардо.

– Я предполагала такое развитие сюжета, – кивнул его компаньон. – Вопрос лишь в том, кем он себя возомнил: нашим врагом или союзником?

– Нас это не касается! – фыркнула Эсмеральда.

Глаза скуластого стали узкими, он медленно поцокал языком и сделав шаг в направлении танцовщицы, выставил вперед указательный палец:

– Первое: пока вы с нами, вас касается все. Второе: у нас существует договор, и вы не имеет права разрывать его в одностороннем порядке. Третье: впредь, все мои вопросы должны сопровождаться ответами. И если я решу, что вы вновь соизволили лукавить или недоговаривать некоторые факты, наступят неотвратимые последствия. Четвертое: смерть не должна страшить вас, а вас должна страшить моя кара!

Щелкнув пальцами, Микеланджело указал на женщину и её напарника. По деревянному паркету цокая острыми коготками посеменили два механизма. Через минуту они защелкнулись на запястье Эсмеральды и Кано.

– Задание выполнено, можете отдыхать! – сухо произнес наниматель.

Пес поклонился – и удалился без лишних слов. А Эсмеральда немного задержалась в дверях, заметив в дальней части кабинета знакомую тень. Монахиня стояла возле книжных полок низко склонив голову. Секунда – подняв голову Пруденция посмотрела на танцовщицу, которая замедлила шаг. Лицо монахини выглядела ужасно – от привычной смиренной красоты не осталось и следа, кожа отслаивалась пластами, вместо правого глаза зияла пустота, нос ввалился, оставив лишь острый кончик.

Молись за их бедные души!

Голос монахини прозвучал в голове наемной убийцы. Услышав слова призрака, Эсмеральда вздрогнула ощутив, как от слов повеяло холодом. Странное ощущение обреченности. Наверное, нечто подобное ты ощущаешь на кладбище, понимая, что все в этом мире бренно.

* * *

– Я и подумать не смел, что система начнет сопротивляться, – произнес Леонардо, когда они остались одни.

– Ты все еще веришь, что наша система живая? – удивился компаньон.

– Мне кажется теперь – это очевидно!

Скрестив руки на груди, Микеланджело помял подбородок и бросил в сторону стеклянного столика взгляд, наполненный недоверием.

– Видится мне, что с такой же наивностью Троянцы пронимали в дар коня, не подозревая о коварстве греков.

– Сравниваешь Одиссея с Люцифером?

– Ты ведь понимаешь, что для нас не существует божеств – лишь отчаянные герои, которые пытаются заставить вращаться мир по-своему.

– По-своему? А мне нравится. Очень точно подмечено.

– Но как говорится, пока мы не заглянем внутрь, не поймем истинные намеренья Люцифера. – Приблизившись к столику, Микеланджело наклонился, потянулся рукой к свитку. Но не стал его трогать, а громко щелкнул пальцами.

Комнату наполнили хитроумные механизмы. Медные пауки, серебряные многоножки, парящие в воздухе рыбы-шары. Окружив столик, бездушные слуги принялись изучать объект. Стекло отразило зеленые лучи, кабинет наполнился звенящими звуками, протяжным щелчками.

Внезапно один из механизмов замер, закончив свою работу. Микеланджело нахмурился, посмотрел на компаньона. Тот, покинув кресло, оказался рядом со столиком.

– Так не должно быть.

– Почему? – удивился скуластый.

– Уловитель сторонней энергии должен заканчивать работу последним.

– Но если он завершил работу, то никакой магии в предмете нет, – заключил Микеланджело.

– Не уверен.

– И как нам в этом убедиться?

– Дождаться окончания сканирования.

Не успел Леонардо договорить, как второй механизм вышел из строя, а за ним еще один.

Рыба-шар, напоминающая подводного удильщика, затихла. А следом перестав парить, упала на деревянный паркет и разлетелась на куски.

– А вот это совсем плохо! – заключил Леонардо.

– Плевать! –в нетерпении прорычал скуластый. Потянувшись к запястью, он активировал широкий темный браслет. Казалось, что украшение сделано из дерева. Но на самом деле это был металл – темно-коричневый, с глубокими прожилками, напоминающими срезы колец. – Математика – это искусство. Она способна ответить на все вопросы. Ну, как сейчас мы посмотрим, что притаилось в черном ящике Пандоры.

Над столом возникла прозрачная гладкая поверхность, напоминающая пленку. Из пустоты всплыли цифры и символы – линии прямые, косые, тонкие и толстые. Следом появились ромбы, треугольники – а внутри геометрических фигур, галочки, черточки и символы напоминающие перевернутые знаки вопросов.

Микеланджело и его компаньон внимательно следили за тем, как происходят вычисления прогнозов и предположений.

– Ты не находишь это забавным? – звонкий голос скуластого нарушил тишину. – Мы используем самые передовые технологии в мире, который находится в начальной точке эволюционного развития, чтобы получить древние знания, которые должны открыть нам тайну бытия.

– Я часто думаю на эту тему, и все больше склоняюсь к теории Деволюции, – ответил Леонардо.

– Ты это серьезно? Чушь собачья! Ты все-таки Планетарный скаут, а не диванный эксперт!

– Факты и расчеты не оспоримы. В отличие от нашего разума они не просто настраивают нашу веру, а задают точный вектор.

– Ты разочаровываешь меня.

– Прости, но ничего не могу с этим поделать.

Формулы, символы, скобки и разделяющие их линии – цифры проверяли одну очень важную вероятность. Микеланджело с придыханием следил за вычислением. Заметно его зрачки расширялись, а взгляд наполнялся сомнением. Работа механизма подходила к завершению.

На прозрачном экране появились первые результаты.

– Ты тоже это видишь⁈ – обратился он к компаньону.

– Это невероятно.

– Выходит Люцифер отдал нам истинное знание. Но зачем?

– Нет, это не Троянский конь. Это – сундук Пандоры, – прошептал Леонардо.

Не было никакой необходимости брать в руки тайные письмена древнего народа, демоны уже были в покоях Чужаков, что пришли сюда из другого мира.

Экран вспыхнул и погас. Но это было лишь начало. Следом пришла тьма. Внешний мир, словно накрыло вуалью, заставив время повернуться вспять.

Обернувшись, скуластый уставился на небо, которое заволокла непроглядная пустота. Ни облаков, ни звезд – одна сплошная пустота, способная пожрать всю живое. Исчезли деревья, крыши соседних домов, и очертания гор.

Громко хлопнули двери, затем ставни. Странный сигнал начала истинного безумия. Микеланджело следил за происходящим и не мог поверить своим глазам – прямо из стен, словно из глубины выступали мрачные тени призраков. Безмолвных гостей, которые вернулись, чтобы взять свое. Воздать по заслугам тем, кто нарушил их мерное служение Господу.