Текст книги "Тень прошлого. Часть вторая: прошлое (СИ)"

Автор книги: Кирилл Линьков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 48 страниц)

Глава 32. Признание

– Наша группа состояла из пяти человек: Кумико – капитан отряда, она больше всех хотела её создания; Майрон – её давний соратник; я – сначала меня просто позвали для совместной дороги до Еврантира, а потом убедили вступить в группу; Квинт – его мы подобрали в столице Аксарии; и Алиса – девушка маг, как и ты Рита. Её мы встретили в Фаенне. Благодаря Алисе появилась наша группа: Вафэрей.

Коди взял паузу, собираясь с мыслями. Рита сидела, вытянувшись по струнке, явно опасаясь отвлечь парня. Шарлотта тоже вся замерла, лишь рефлекторно поглаживая ладонь.

– Кумико, Майрона, Квинта вы либо видели, либо уже слышали о них. С ними всё в порядке, все теперь живут своей жизнью… Кроме Алисы. – Волна боли накрыла Коди, активировав Метку. Это было неизбежно, он это понимал, хотя пытался оттянуть момент как можно дальше. – Она пожертвовала собой, ради нас.

Резкая холодность и безразличие, с которыми Коди произнёс последние слова, не остались незамеченными. Изменение было настолько радикальным, что даже смысл слов шокировал ребят меньше, чем та холодность, с которой они были произнесены. От волнующегося переживающего парня не осталось ни следа, из-за чего Шарлотта невольно выпустила его руку.

– И причину её жертвы вы сейчас наглядно видите перед глазами. Я не сдерживаю себя, я не прячу эмоции… Я просто не могу их проявить. Даже если захочу. Я их не контролирую. На мне проклятие, но в то время, к моему сожалению, я считал его даром и это погубило прекрасную девушку. Я своей глупостью и эгоизмом погубил напарника. – Голос Коди звучал жёстко и бескомпромиссно.

– Я не знаю, как я её получил, «Метку», но из-за неё я не могу полноценно чувствовать боль ни физическую, ни эмоциональную. Люди… – Коди слегка запнулся, понимая, что назвать Тень человеком можно лишь с очень большой натяжкой. – Говорили мне, что Метка проклятие, но я не верил. Она берёт под контроль мой разум каждый раз, когда я чувствую боль и блокирует её. Я не управляю ей, я не могу выбирать какую боль чувствовать, а какую нет. Метка начинает работать при любой боли, а под её воздействием я лишаюсь доброй половины своих чувств. Так это работает сейчас, а раньше я круглые сутки был под её постоянным контролем. Но это не единственное на что она способна. К сожалению, это не единственное. Я был слишком наивен, когда посчитал Метку благом, ведь для авантюриста так удобно не чувствовать боль.

Коди достал из-за пояса маленький кинжал и воткнул его себе в ладонь. Шарлотта, ни разу не видевшая такой трюк от парня, вскрикнула от неожиданности, но на его лице не дрогнул ни один мускул.

– Всё, что я чувствую так только то, что в моей руке застряло что-то постороннее, и куда бы вы мне его не воткнули, эффект будет тот же. Фактически, я неуязвим. В бою, пошатнуть мою волю к сражению невозможно. Как бы я не был изранен, я буду драться дальше. Идеальная способность, множество раз помогавшая мне выжить и добиться невозможных, для моего возраста и способностей, результатов. – Словно не добившись своего, Коди воткнул кинжал в левую ногу по самую рукоятку, невозмутимо превратив её в ножны. Кончик кинжала теперь торчал с другой стороны ноги, окропляя пол кровью. Всё происходящее выглядело настолько шокирующим, что девочки не могли вымолвить ни слова.

– То же самое происходит и с моими эмоциями. Если будет нужно, Метка может стирать мысли, которые принесут мне боль. Повезёт, то заменит их другими, не изменяя смысла. К примеру, я знаю, что Алиса умерла, но, когда она умерла, Метка меняла мысль с «её убил я» на «она умерла на нашем задании». Так сказала мне Кумико, когда я очнулся. Вроде и смысл тот же, вот только от этой мысли мне было не так больно. А дальше стало только хуже. Метке этого было недостаточно. Так вышло, что я не видел ни момента смерти Алисы, ни её тела. Я лишь мог предполагать, как всё произошло. Благодаря этому Метка убедила меня, что Алиса не умерла, а просто покинула группу. Я забыл, что убил свою собственную напарницу. Забыл, что сам привёл её на смерть. А раз она не умерла, то и переживать не стоит. С живым человеком всегда можно помириться. Отвратительная и такая удобная ложь, когда твоя цель избавиться от эмоциональной боли.

Коди вновь замолчал, но девочки не смели прерывать тишину, ещё не полностью отойдя от шока. Парень абсолютно невозмутимо вынул кинжал, и теперь сосредоточенно залечивал рану. На полу скопилось заметное количество крови, но авантюриста это совершенно не волновало. Шарлотта всё ещё сидела рядом, но теперь слегка отстранилась. Ей не впервые приходится видеть кровь, но она впервые видит, как кто-то так невозмутимо наносит себе глубокие раны.

– Если не повезёт, и эмоциональная боль окажется слишком сильной, к примеру, из-за страха, сожаления или испуга, то Метка не просто заметит мысли. Она их сотрёт, и для этого может начать блокировать саму причину боли: воспоминания. Слишком поздно я осознал насколько это страшно. Я поклялся родителям Алисы, что буду защищать её. Я искренне хотел защищать её, желал этого всем сердцем. Так мне тогда казалось, в это я верил, и так я хотел бы прямо сейчас, если бы это было возможно. Она приняла меня и дала путь. Другой путь, хороший путь, который мог принести мне много радости, а не только страдания. Всё это я прятал в своём сердце, подальше от Метки, не давая ей заглушить эти чувства, пока на нашем последнем задании Алису не украли. Что-то во мне сломалось и всё вырвалось наружу. Я не знаю насколько мне было больно, Метка не дала мне это почувствовать. Вроде бы я должен сказать ей спасибо. Вместо паники, я имел ясное сознание и действовал рационально и эффективно. Спас девочку в кратчайшие сроки, победив превосходящие силы противника.

Коди поднял голову, словно пытался сдержать слёзы, которых не было. Его лицо было каменным, а взгляд мёртвым.

– Вот только взамен, она заблокировала даже саму память об Алисе, оставив только один приказ: спаси! Это стало началом конца, ведь потом был второй приказ. Когда я выполнил первый, я даже не смог вспомнить кого я спасал. Я спас, я хотел спасти, но я не помнил кого. Мне было очень больно. Я знаю, что мне было больно, хоть и не почувствовал это. Она стояла прямо передо мной, испуганная, но живая и невредимая, а я с трудом осознавал кто она. Внутри было только одно желание: убить всех, кто был причастен к краже девушки передо мной. Жестокий второй приказ. Даже когда я её спас, меня волновали только приказы Метки. Я не думал, нужно ли это ей, поможет ли это ей, да и кому ей? Я не знал, кто она. Я лишь хотел убивать и верил, что для этого есть причина. Ни о чём другом я не думал. Да и как подумать, если я даже не знаю о ком я думаю. Метка отобрала у меня всё, оставив только цель: убить.

Последнее слово прозвучало как угроза. Коди этого не заметил, но девочки явно почувствовали отголоски той жажды убийства, что в нём тогда поселилась. Видя пустой и холодный взгляд, с которым он всё это рассказывал, им было легко представить то, как он тогда выглядел.

– Пустая оболочка выполняющая приказ. Мне было неважно абсолютно всё. Я просто убивал всех. Шёл один, никого не ждал, ни на кого не обращал внимание. Кумико, Майрон, Квинт, о них ничего не было в приказе, а значит их можно игнорировать. Я даже не заметил, что забыл Алису. Из моей жизни пропал важный человек, а я этого не заметил. Какая-то девочка рядом со мной? Ну и ладно. Сидит? Пусть сидит. Я забыл, что обещал защищать, забыл, кого обещал защищать. Само обещание исчезло из моей жизни, словно его никогда не было. Оно возвращалось, на долю секунды, когда я смотрел ей в глаза, но Метка заставляла меня отворачиваться, а стоило подчиниться, не смотреть в лицо Алисе, как Проклятие тут же отбирало обещание обратно. Только из-за того, что мне было больно, я заманил всех в бой, в котором нельзя было победить. Меня вели ярость и бесстрашие. Я думал, что под Меткой, без чувства боли, я непобедим, но я проиграл. Алиса выпустила арт-магию ценой своей души, чтобы спасти нас, чтобы спасти меня. У неё был камень «Чёрной розы». Вся вина за его использование лежит на мне. Я знал о Метке! Знал, как она на меня влияет! Меня неоднократно предупреждали о ней, но я никого никогда не слушал. И всё моё наказание, это несколько месяцев жизни в Еврантире в одиночестве, боль от которого я даже не могу почувствовать.

Ледяной тон Коди заставлял девочек застыть. Он считал себя преступником, лишь по воле случая оказавшимся ненаказанным.

– Ещё хуже, что это задание было неофициальным, незарегистрированным в гильдии, но я всё равно настоял на нём. Совершенно не понимал, что если пойду я, то пойдут все. Ведь группа для этого и существует. Задание мы выполнили, и монстров всех убили и преступников. Деревня была освобождена, все так радовались. Вот только Алисы больше нет. Сейчас я уже понимаю, что в бою совершенно иначе чувствую опасность, не так как другие. Ведь я давно забыл, какого это, чувствовать боль. Тогда мне казалось, что раз нет опасности для меня, её нет ни для кого. Я даже не понимал, и, наверное, до сих пор по-настоящему не понимаю на какой риск она пошла ради меня. Алиса заплатила за это максимальную цену. Пока я не поборю своё проклятие, пока я не уничтожу Метку, мне нельзя в группу. Если что-то случится, и я снова забуду кого-то из вас, этом может стоить вам жизни.

В комнате повисла мёртвая тишина. Из-за двери раздавался скрип ступенек, где-то далеко кто-то громко смеялся, с улицы были слышны крики каких-то людей, но в комнате не было слышно даже дыхания. Коди больше нечего было сказать, и он спокойно ожидал своей участи. Метка успешно держала его сознание под контролем, лишив всякого страха. Чтобы они не решили, он ничего не почувствует, по крайней мере, прямо сейчас.

Девочки не знали, как реагировать. Шарлотта сидела с опущенной головой и почему-то с виноватым выражением, разглядывая свои руки. Рита же смотрела на парня с полуоткрытым ртом. Казалось, она хочет, что-то сказать, но слова пропадают ещё до того, как доходят до кончика языка.

– Твоё проклятие… Метка… Её можно уничтожить?

– Да. Она уже повреждена. Раньше она работала постоянно. Моё сознание всегда было под её контролем, лишаясь части эмоций. Сейчас, если я не волнуюсь, не вспоминаю прошлое, и не получаю ранения, моё сознание принадлежит мне. Иногда, мне кажется, что я даже чувствую боль, но лишь на короткий миг. Проклятие можно разрушить, но нужно найти другой способ. Тот единственный который я знаю… – Коди на миг замолчал, но сразу же продолжил. – Метке очень сложно блокировать воспоминания, это разрушает её, но я не хочу снова лишиться своей памяти. Я боюсь, что могу потерять её окончательно.

Вновь в комнате стало тихо. Рита уже не смотрела на своего напарника, её взгляд растерянно блуждал где-то за окном, но ещё хуже выглядела Шарлотта. Она тоже не смотрела на парня, вместо этого уперев взгляд в собственные колени. Она казалась разбитой. На короткий миг Коди захотел погладить её по спине, успокоить, но он остановил себя.

Рита тяжело задумалась. Коди понимал, что она пытается принять решение. То, что она услышала никак нельзя было назвать чем-то обычным, так что парень не торопил её с выводами.

– Коди, то, о чём ты рассказываешь, в это сложно поверить. Нет-нет-нет, ты не подумай, я верю тебе, особенно про проклятие, я говорю о твоём поведении, даже под воздействием Метки. – Холодный взгляд Коди был предельно спокоен, но у Риты аж мурашки по спине пошли, когда он взглянул на неё. – То, что ты рассказал… Это многое объясняет. Ты часто очень странно себя ведёшь, словно отстраняешься от нас, но никаких других странностей я в тебе не видела. Это единственное влияние Метки, которое я ощутила на себе. Твоё прошлое… Прости, но я наводила справки. Когда появился Квинт, я должна была узнать кто он, и что же произошло с тобой. Мне было слишком обидно, когда вы бросили меня там, на поляне. Прости. Я уже знаю о деревне Ренви. Знаю, что там погибла девушка по имени Алиса, член твоей группы. Но ещё я знаю, что там были спасены десятки людей и убиты три десятка бандитов Тёмного ордена. Отрядом всего из пяти «Волков». Если бы это не были записи Гильдии, я бы никогда в жизни в такое не поверила. Это невозможно. «Волки» не могут победить больше тридцати подготовленных боевиков ТО. А вы смогли! Ты сделал то, что любой авантюрист назовёт сказкой, чудом, выдумкой, но никак не реальностью. Настоящий подвиг.

Рита на секунду взяла паузу, чтобы перевести дух. Коди широко открыл глаза. Всё что он слышал прямо сейчас совершенно не соотносилось с тем, что он предполагал услышать на свою речь.

– Походив с тобой на задания, я понимаю, что это не случайность. Ты очень способный авантюрист. Ни с кем мне не было так удобно, как с тобой. Мне тяжело поверить, что во время боя ты бросишь меня на произвол. Ты спас и защитил стольких людей. Я читала столько свидетельств из той деревни. Не спрашивай, как я их получила, но я видела эти свидетельства, те, что не засекречены из-за расследования. Многие люди обязаны тебе жизнью, они прямо об этом пишут и это реальность, которую знаю я. А ещё я знаю множество людей, которым ты помог в этом городе. Лично знаю. Бросить кого-то, совершенно на тебя не похоже. Сколько месяцев мы работаем вместе? Ты не идеальный напарник. Грубый, самонадеянный, толстокожий дурак, но в бою ты ни разу меня не подвёл и рядом с тобой я чувствую себя в безопасности. Я…

Рита вновь отвела взгляд, раздумывая над тем, быть ли полностью откровенной перед этим парнем. Она понимала, что его рассказ, признание, которое он озвучил, далось нелегко, но девушка не была готова к подобному поступку. Как и Коди, она предполагала совершенно другой разговор. Она смогла довериться Коди, как авантюристу, не сомневалась в нём на заданиях, но для всего остального ей нужно было намного больше времени. Она ничего не рассказывала о себе даже Шарлотте и рассказать всё сейчас оказалось выше её сил.

– Почему ты так говоришь? Всё произошедшее вина проклятия. Если бы не оно, пять «Волков» никогда бы не дрались с тридцатью боевиками. Рядом со мной не может быть безопасно. Я в любой момент могу лишиться воспоминаний о вас, и вы станете для меня просто обычными незнакомцами. Ваша судьба перестанет меня волновать. Я не контролирую это!

– Коди, как часто Метка активировалась на наших заданиях?

– В каждом втором походе. Чаще в подземелье, когда получал ранения.

– Что ты делал, когда активировалась метка?

Коди неожиданно замер, начиная потихоньку осознавать к чему ведёт Маргарита. Парень этого не заметил, но за полгода жизни в Еврантире кое-что изменилось. Радикально изменилось. То, что было невозможно представить тогда, в деревне Ренви, сейчас давно стало реальностью. Коди знал к чему может привести слепое следование указаниям Метки, а потому каждая её активация – сигнал тревоги. Если она активна, значит дела плохи и нужно быть предельно осторожным и аккуратным.

Раньше он всегда рвался вперёд, ведь ему ничего не грозит, теперь же, когда проявляется проклятие, Коди действует прямо противоположно. «Остановиться, оглядеться и предпринять всё для защиты». Нерушимое негласное правило, которому он следовал при каждой потере контроля над своим сознанием. Коди не заставлял себя соблюдать инструкцию, но уже давно неукоснительно следовал ей, не видя даже возможности действовать как-то по-другому.

– Я отступал и сосредотачивался на твоей защите.

– И ты поступал так всегда, Коди. Первое время, меня это пугало. Ты мог драться где-то передо мной, сдерживать или уничтожать врагов, но потом резко возвращался ко мне с пустым взглядом и никого ко мне не подпускал. Когда ты первый раз так сделал, я сильно испугалась. Думала ты сейчас атакуешь меня, но уже на следующий раз я поняла, что так ты пытаешься защитить. И у тебя это великолепно получалось. За всё время с тобой я ничего серьёзней ссадины не получала, не говоря о каких-то ранениях или укусах. Моя единственная травма и та была получена в день нашей первой встречи. Тогда я сама отказалась от твоей помощи, но ты всё равно помог. Раньше, мне регулярно приходилось отдавать магический комплект на ремонт, а сейчас мастер присылает ко мне подмастерье, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке.

– Это ведь не про меня…

– Но другого тебя я просто не знаю. Как и не знаю авантюриста, который так самоотверженно меня защищал бы. Твой рассказ… Я понимаю, что это твоё прошлое и твои слова правдивые, но мне тяжело смотреть на всё так, как ты озвучиваешь. Для меня ситуация выглядит совершенно по-другому. В том бою были спасены сотни жизней. Никто не знает, что произошло бы, если бы ты не сделал то, что сделал. Случился бы хоть когда-нибудь «Пожар в особняке»? Нашли бы «Драконы» десятки подземелий по всему миру? Да, я смогла узнать даже об этом. – Взгляд Риты на миг помрачнел. Способ получения информации её явно не радовал. Было видно, что она бы предпочла больше никогда не прибегать к нему.

– Ты сомневаешься и, как любой другой, боишься потерять напарников, боишься ошибиться. Это признаки самого обычного человека, Коди. Не бездушной машины, как ты себя описываешь. Знаешь, первое, чему меня научила жизнь авантюристки: не бери задание, в выполнении которого у тебя есть хотя бы толика сомнений. Даже если всё действительно происходит так, как ты говоришь, то не бери задания, где есть риск, что хоть кто-то из нас пострадает. Этого будет достаточно. Самое важное, вернуться домой, а выполнить задание всегда успеем. Помни, что твоё единственное бессрочное задание: «Вернуться домой со всеми, кто рядом», и всё будет хорошо. Это не память обо мне, или Шарлотте, или о ком-либо ещё. Забыв о нас, помни, что все, кто рядом с тобой, должны вернуться домой. Любой незнакомец должен вернуться домой. Тогда даже забыв нас, ты всё равно будешь защищать нас.

Рита говорила таким мягким голосом, что безэмоциональный пустой взгляд отразил слабенький огонёк надежды. Девушка понимала, что даже сквозь Метку, она достучалась до сердца Коди.

– Авантюристы умирают. С этим ничего не поделать. Каждый из нас знает на что он идёт, когда получает ЭИТ. Каждый из нас согласен погибнуть в бою. За это нам даётся полная свобода действовать только по своей воле и принимать только тот риск, который мы готовы принять. Алису убили боевики ТО, Коди. В тот миг, когда вы все вместе защищали множество жизней обычных людей. Может быть для тебя это была только личная битва за Алису, и за пределами этого ты ничего не видел, но они, с твоей помощью, спасали жизни тысяч людей. Без тебя погибла бы не одна девушка, добровольно принявшая на себя такую роль, а тысячи невинных людей. Я и ты Авантюристы. Мы на это согласились добровольно, и чтобы ты не делал, не забывай об этом. «Верни домой всех». Так ты действовал, когда мы только познакомились, так же действуешь сейчас. И я не встречала никого, кто так искренне и самоотверженно пытался вернуть меня домой. Ты хотел, чтобы я ушла? Обойдёшься, я этого не сделаю.

Парень некоторое время смотрел на замолчавшую Риту. Она сидела в вызывающей позе, явно провоцируя его. На её лице не было ни отвращения, ни презрения. Девушка перед ним совершенно точно не стала его ненавидеть. В её взгляде был лишь вызов, а за ним искреннее беспокойство. Не за себя, а за него.

С трудом осознавая ситуацию Коди перевёл взгляд на Шарлотту. Девочка всё ещё разглядывала свои руки, но почувствовав взгляд, тут же подняла свои глаза. Они больше не были напуганы, скорее в них чувствовалась вина.

– Прости, я не знала с чем ты борешься. Я не знала, от чего ты пытался меня защитить.

Объятия Шарлотты были такими стремительными, что повалили Коди на кровать. Она лежала у него на груди, крепко прижавшись, и не намеревалась отпускать. Лишь через несколько мгновений Коди заметил, что эффект Метки прошёл и он вновь управляет собой. Широко улыбнувшись и, крепко обняв девочку, парень вложил всю свою душу в слова.

– Это тебе спасибо, Шарлотта. Что принимаешь меня такого, и что с первого дня спасаешь моё сердце. Спасибо вам.

Глава 33. Наш общий путь

Коди не приходил сюда уже почти два месяца, с тех самых пор, как отколовшаяся часть ТО вынудила его бежать. К Вегидо он шёл не просто так. Она первый человек в этом городе, кто его приютил, и она же первая, кого он так старался защитить. Метка даже тут вставила ему палки в колёса, но он искренне хотел защитить старую женщину.

Дом выглядел, как обычно, только ступеньки крыльца были не так хорошо прибраны. Внутри горел свет. Коди тихонько подошёл к двери и аккуратно, но громко постучал. Вегидо не сразу отреагировала и лишь после того, как парень повторил стук, за дверью послышались шаги.

– Кого это принесло под вечер? – Старушка недоумевала, но за дверью её ждал приятный сюрприз. – Коди!

Она сразу же затащила парня в дом, не дав ему даже поздороваться, и тут же крепко обняла.

– Я слышала новости, база «Тёмного ордена» в самом центре города, и ты участвовал в штурме. Говорили там погибло несколько авантюристов. Я так волновалась. Ты так резко ушёл, а после пропал. Я даже в гильдию сходила, чтобы узнать о тебе, только там меня наконец успокоили. Как же я волновалась.

– Простите Вегидо. Я должен был раньше прийти к вам, но в моей жизни так много изменилось с тех пор.

– Раздевайся и проходи, сейчас чаёк поставлю, всё мне расскажешь.

– Вегидо, кто к нам пришёл?

Из комнаты, в которой раньше жил Коди, вышла молодая девушка с серыми глазами и тёмными слегка вьющимися растрёпанными волосами. Обычная, ничем не примечательная городская девушка, с фигурой, подчёркнутой лёгким красивым тканевым корсетом светло-зелёного цвета с белыми линиями.

– Добрый вечер. Я Коди. Раньше снимал комнату в этом доме.

Парень слегка кивнул девушке в знак приветствия, но та неожиданно сильно смутилась, залившись краской, и в мгновение ока шмыгнула обратно в комнату, не проронив ни слова.

– Всё такая же стеснительная. Её зовут Акаи, она сирота из церковного приюта, но очень талантливо шьёт. Попросилась ко мне на обучение. Так вот поселилась у меня.

– Рад, что вы смогли найти мне замену, и вам не приходится быть одной.

Коди едва заметно улыбнулся, действительно радуясь, что в жизни Вегидо всё в порядке.

– Нельзя найти человеку замену. Ты это ты, Коди, и второго такого в моей жизни никогда не будет. Садись, рассказывай. Ты ведь не просто так пришёл.

Вегидо поставила на стол две чашки дымящегося горячего чая, намекая парню, что тому пора бы присесть. Коди слегка кивнул в благодарность, усевшись напротив доброй старушки, и попробовал чай. Лёгкая волна ностальгии нахлынула на него, когда язык почувствовал такой знакомый вкус.

– Ваш чай, как всегда, прекрасен. Вегидо, мне нужен ваш совет. Однажды вы мне уже очень помогли, и я не знаю кого ещё спросить об этом.

– Рассказывай родной, помогу, чем смогу.

– Меня зовут в группу, но я боюсь, что подведу их. Я хочу их защитить и защищаю, но есть обстоятельства, которые я не контролирую. Я не могу на них повлиять, но они очень сильно влияют на меня. Однажды из-за этого я уже навредил и не хочу повторения. Последние два месяца я живу и работаю не один, но у нас нет группы, мы просто ходим на совместные задания. Вернее, я хожу туда, куда скажет моя напарница и защищаю её, а основную работу делает она. Так безопаснее для неё, но, если мы объединимся в группу, всё изменится. Я не хочу ей навредить, и не могу гарантировать, что на очередном задании не потеряю над собой контроль из-за неподвластных мне обстоятельств.

Вегидо внимательно слушала, но ещё больше она следила за его лицом. Коди и не подозревал насколько оно становится живым, когда его сознание не находится под воздействием Метки.

– Я рада, что рядом с тобой теперь кто-то есть. Я не видела тебя всего два месяца, а ты уже так сильно изменился. На самом деле ты ведь очень хочешь согласиться. Всем сердцем хочешь, я ведь права? – Вегидо выдержала небольшую паузу, но ответ на вопрос и так был очевиден. – Коди, ты идёшь правильной дорогой, потому поверь себе. Ты беспокоишься о них, а не о себе и это много значит. Я не могу сказать, что тебе делать, как авантюристу, но как человеку... В группе вы или нет, это не важно. Важно только то, как ты относишься к тем, кто рядом. Защищай своих напарников так, как защищал до этого, береги их, а они сберегут тебя. Всё будет хорошо.

Старушка улыбнулась, глядя добрыми глазами на парнишку. Тот сидел в полном смятении. Мудрая женщина озвучила те мысли, которые он и так знал, но поверить в которые очень боялся. Она была права в каждом слове, но это ставило перед парнем главный вопрос: «неужели, несмотря ни на что, он снова вступит в группу?»

Коди с Вегидо ещё долго сидели, до самой поздней ночи. Акаи несколько раз выходила из своей комнаты, но старалась как можно быстрее вернуться обратно, не проронив ни слова. Авантюрист смотрел на неё с очень смешанными чувствами. С одной стороны, она выглядела забавно, смущаясь простого факта, что Коди сидит в гостиной. С другой, он и сам был таким, только избегал людей не из-за смущения. До появления Риты, он так же быстро входил и выходил из гильдии, не оглядываясь и ни с кем не разговаривая. Наблюдая подобное поведение, пусть и по другой причине, Коди чувствовал лёгкие нотки разочарования. Он никогда не думал, как выглядит со стороны, и теперь его вид казался парню крайне неприглядным.

***

Дата: 18-ое число месяца Вериона, 1054 год от основания Эделики. Гильдия авантюристов.

На следующий день Коди с Ритой отправились в подземелье, а потому не видели Квинта. Девушка не мучила вопросами, так что у парня выдался ещё один день на раздумья. На обратной дороге авантюрист решил рассказать ещё одну важную часть своего прошлого. Квинт уже знал цель Коди, а Рита нет, потому звать её в группу, ничего не рассказав, казалось парню бесчестным.

Девушка чрезмерно бурно отреагировала на рассказ о Маргарет. Вернее, от той части, где речь шла о Тандалийском ордене. Как оказалось, Рита так же задумывалась о вступлении в него, но у неё не было желания быть военной.

«Менять одного командира на другого для меня не имело смысла, потому я пошла в авантюристы»

Рита вновь умолчала о своём прошлом, но Коди не настаивал. Воспоминания явно были не из приятных, а парню ещё нужно было показать ей камень Души. Как он и ожидал, авантюристка заметно расстроилась, когда "Молодой Волк" рассказал о судьбе Маргарет. Как обычно, он утаил обстоятельства гибели, ограничившись официальной версией, но самое главное всё равно прозвучало: желание воскресить свою госпожу.

Коди попытался сразу же дать понять девушке, что он не просит её о помощи и не ждёт её, а рассказал, чтобы объяснить, для чего он стал авантюристом. Однако его попытки сделали только хуже. Рита ушла в свои мысли ещё глубже, сильно помрачнев на весь день и дав ответ лишь на следующее утро.

– Для меня такая миссия невозможна. Я не смогу пройти с тобой весь этот путь, но объединиться с тобой хотя бы на часть пути, я не против. Я уже говорила, обойдёшься, я не уйду. Может это эгоистично, но пока ты защищаешь меня, я буду помогать тебе всем, чем смогу. Всё-таки, я сильный маг и такой союзник, пусть временный, тебе не помешает. Я не буду против вступления в группу с тобой. Только пообещай, что не будешь втягивать меня в чрезмерно опасные задания по типу охоты на магического зверя.

– Обещаю.

Коди дал ответ не подумав. Слово вырвалось само собой, но его смысл сразу же поняли все. Сколько бы парень не пытался отнекиваться, Вегидо была права. Тянуть дальше не было никакого смысла. И Квинт, и Рита знают о Метке, и ему хочется верить, что осознают её опасность. Оба знают о Маргарет и о том, что движет Коди, а потому, кроме собственного страха, у парня не осталось разумных причин им отказывать.

Следующие несколько дней ребята провели без заданий. Квинту нужно было закончить ряд своих дел, и он отсутствовал в городе. Сообщить ему новости было невозможно, а потому Коди объявил выходные. Почему-то парню казалось неправильным пойти куда бы то ни было без Квинта.

Свободные дни Коди потратил на тренировки, в том числе на магию под руководством Риты. Девушка первый день отдыха провела на тренировках в учебном центре гильдии, но в следующие дни ничем особым не занималась и восстанавливала магический запас. Лишь спустя ещё два дня группа вновь собралась вместе.

Размеренный звон колокольчика от тяжёлой двери гильдии совместился с голосом молодого возмущённого парня.

– Ну чего вы так долго. Все задания разберут же.

– Здравствуй, Квинт. – Рита метнула в лучника горящий взгляд, но тот лишь отмахнулся.

– Пойдёмте, быстрее задание выберем.

– Квинт, я согласен на группу, но только на временную. Под моим руководством, и, если я почувствую, что могу подвести вас, я сразу же её расформирую.

Слова Коди не сразу дошли до лучника. Да и Рита была несколько шокирована той формулировкой, которую выбрал её напарник. В целом, главенство в группе её не беспокоило, а учитывая безответственный характер Квинта, только Коди мог быть капитаном. Риту смутила причина, по которой группу могут распустить. Всё выглядело так, словно их будущий капитан уже в чём-то виноват.

– Коди, ты ещё ничего не сделал, чтобы так говорить. Я не против твоего руководства, но в бою ты будешь слушать мои команды. И давай не будем обсуждать роспуск группы до того, как она будет создана.

– Эй, я вообще-то тут. Давайте я буду командиром, тогда не придётся распускать группу.

– В твою группу я не вступлю.

Ответ Риты был настолько резким, что даже Коди удивлённо приподнял брови. Девушка стояла, уперев руки в бока, и всем видом показывала, что никогда не согласилась бы на что-то подобное. Коди казалось невероятным, что при всех его историях, Рита всё-таки согласилась сотрудничать именно с ним, а не Квинтом.

«Что же происходило в твоём прошлом, если для тебя такой, как я, хороший напарник?»

– Ладно-ладно я вас понял. Делайте, как хотите. Временная, значит временная. Сразу же зарегистрируем?

Коди утвердительно кивнул, и вся группа молча направились к стойкам администрации. Амина вновь лучезарно улыбнулась, но тут же стёрла улыбку с лица, когда увидела за спиной Риту. Коди до сих пор не понимал, чем девушка вызвала к себе такое отношение Амины, но та, в свою очередь, не допускала непрофессионализма, а потому парень отметал посторонние мысли. Он уже привык ходить к ней, и такая мелкая деталь не стоила того, чтобы что-то менять. Девушка хорошо и быстро делала свою работу, и всегда помогала, неважно была Рита рядом или нет.