Текст книги "Нелюбимая (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)
Глава 19. Желанная
Лиза постучалась в дверь, придя на своё второе свидание, и задержала дыхание, пока ей не открыл улыбающийся блондин, на плече которого висело кухонное полотенце.
– Привет, я так рад, что ты пришла! – сказал Максим, впуская её в своё жилище.
– Привет, – скромно улыбнулась Лиза в совсем нескромном платье.
Она опустила глаза в своё же декольте, запоздало подумав, что можно было и без него обойтись: у неё на чулках и так черные секси-стрелки сзади, под платьем комплект убойного белья. Лиза пришла не на ужин, а за своей жертвой и десертом.
Но сначала был аперитив, стоило ей снять обувь и повесить пиджак на вешалку, как Максим положил ей ладони на талию, притянул к себе и нежно коснулся губами её щеки. Лиза застыла, как девственница на морозе, от этого приветственного поцелуя. Её губы всё ещё помнили последний поцелуй Захара, но предали его после пары секунд лёгкого трения колючей щеки другого мужчины. Лиза уловила знакомый запах, который будто пыталась поймать носом, глубоко вдыхая его в себя. Любопытная Лиза скользнула левой рукой по груди Максима наверх, добралась до шеи и её пальцы утонули в волосах на его затылке. Она приподнялась на носочках, чтобы лучше чувствовать и, наконец, смогла различить этот аромат.
– Розмариновый парфюм? Какая-то новая коллекция нишевого аромата? – нахмурилась Лиза. – Очень необычно.
Его кадык дёрнулся от того, что он нервно сглотнул, а ладони сжались вокруг её талии, притягивая женщину ближе к себе.
– Индивидуальный разлив – такой только на моей кухне, – хрипло сказал он. – Розмарин, немного паприки, чёрный перец, щепотка чили…
– Горячее сочетание, – тихо сказала Лиза, глядя в его всё больше темнеющие глаза.
– Мясо ещё должно настояться часок-другой. Ты очень голодная?
– Ты не представляешь, какая я голодная, – тяжело дыша, ответила Лиза.
– У меня есть вчерашнее пастрами из говядины, буд…
Самостоятельная Лиза решила, что пора действовать, раз взрослый мужчина не понимает намёков и взглядов. Она сама поцеловала его, обвивая руками шею. Лиза прижалась своим мягким телом к его жёсткому торсу, и, мужчина, наконец, понял причину её голода. Он прижал её спиной к стене коридора, кинул полотенце на пол, сорвал с себя свитер и занялся её платьем. Лиза улыбнулась, закусывая губу, она так и знала, что он именно такой в прелюдии – яростный, напористый, немного грубый. Ей именно такого и хотелось.
Платье осталось лежать кучей под её ногами, пока Максим целовал её в шею, прижимая её бёдра к своим. Лиза исследовала руками его спину, на которой сегодня собиралась оставить отметины одной рукой.
– Максим, подожди, стой!
– Что такое? – тут же остановился он, отпрянув от неё.
Лиза прижала правую руку к груди, которая тяжело вздымалась, и потёрла запястье левой рукой.
– Я сняла ортез, чтобы момент не портить, но рука у меня всё ещё побаливает, так что, давай поосторожней, хорошо?
– Он у тебя с собой? Немедленно надевай его обратно! Где он? В сумке?
– Может, без него? Он к моему белью не подходит, – усмехнулась Лиза и провела левой рукой по своему телу от груди до бёдер.
В глазах Максима было столько зависти к её собственной руке, что она засмеялась.
– Ты думаешь меня остановит какая-то повязка на твоей руке? Ага, щас!
Он всё-таки заставил надеть её фиксирующую повязку, из коридора Максим нёс Лизу в спальню на руках, она прижалась головой к его плечу и чувствовала себя, если не счастливой, то уж очень довольной. Максим поставил её на пол в спальне и её ноги утонули в мягком ворсе ковра, а их тела растворились в приглушённом свете комнаты. Он долго целовал её в губы, будто оттягивая приглашение в кровать. Затем сел на постель, обнимая нетерпеливыми ладонями её бёдра. Лиза задержала дыхание от того, с каким восторгом на неё смотрел этот мужчина.
– Как в рай попал, только грешный, – тихо сказал Максим, скользя по ней взглядом. – Лиза, можно я кое-что сделаю? Ты только не смейся, ладно? Хотя, нет, можешь, смеяться, я бы на твоём месте смеялся. Только по голове не бей, пожалуйста.
– Ну, делай, – пожала она плечами.
Максим подался корпусом вперёд, слегка приподнялся и утонул носом в ложбинке между её грудей и глубоко вдохнул. Лиза не просто засмеялась, она заржала, как любимый конь Маши из конного клуба, которого звали Ржуня из-за его повышенной громкости.
Мужчина с улыбкой до ушей раскинул руки в стороны и упал спиной на кровать, пока Лиза сгибалась от хохота.
– Всё, теперь можно умирать спокойно – моё заветное желание исполнилось! – вздохнул он, складывая руки на груди.
Лиза остановила свой смех, забралась на мужчину сверху, оперлась на здоровую руку и нависла над его лицом, с улыбкой глядя на привлекательного блондина под ней. Чувство юмора, определенно, делало его ещё привлекательнее.
– Исполнишь моё заветное желание и можем умереть вместе.
– Какое?
– Придётся угадать, – усмехнулась Лиза и легла рядом с ним на спину, прикрыв глаза.
Его губы заскользили по её телу, они будто играли в угадай-ку – «Где на теле женщины место для самых приятных поцелуев?». Мужчина пробовал – Лиза указывала ему направления вздохами и стонами. Он раздел её полностью и разделся сам, накрыв её тело своим, Максим обнял её обеими руками, зарываясь носом в шею.
Лиза выгнулась ему навстречу, когда он вошёл в неё, он ответил ей поцелуем, прошептав у её губ:
– Угадал?
– Нет… Но продолжай, так я тоже хочу…
*****
Лиза водила пальчиком по тонкой стенке винного бокала. Вина она пригубила всего один раз, будто и так была немного пьяна после близости с Мясником. Туманова подпёрла ладонью подбородок и улыбнулась, рассматривая мужчину в трусах и фартуке, который орудовал щипцами, переворачивая мясо на своей любимой сковородке. Полчаса назад он также переворачивал на кровати, шкворчащую от удовольствия Лизу, покрывая её тело поцелуями и приправляя солью собственного пота. Теперь она сидела в его рубашке на высоком барном стуле и ждала, когда её покормят после трудов. Далеко не праведных, но очень приятных.
– Осторожно, горячо! – предупредил её Максим, ставя перед ней тарелку со стейком. – Хотя, зачем тебя предупреждать? Такую горячую женщину. Скорее ты его обожжёшь, чем оно тебя!
Лиза проглотила этот комплимент залпом, не закусывая, и даже как будто осталась сыта. Они ели, болтали, Лиза нахваливала мясо, лучшее, что она пробовала в своей жизни без всякого преувеличения. Максим не переставал улыбаться ни на секунду, глядя на неё сияющими глазами. На неё никто так никогда не смотрел – как на самую красивую женщину на свете.
– Тебе никто не говорил, что ты похожа на Монику Белуччи?
– Кто? Я? – вытаращила глаза Лиза.
– Ну не я же! – усмехнулся Максим. – Нет, ну тебя, конечно, ещё килограмм на десять нужно будет откормить, а так в общем и целом очень похожа. Такая вся плавная. Но ты красивее, конечно, чем Моника – нежнее, сочнее.
– Максим, вам нужно учиться льстить лучше, – строго сказала Лиза.
– Зачем? Лучше правду говорить – вот говорю, почему-то не верят, – проворчал Максим, собирая тарелки со стола. – У меня есть пунктик, которому я следую неукоснительно – мою посуду сразу после еды, всю. Так что посиди пока. Ещё вина?
Она покачала головой, наблюдая за мужчиной, который снова надел фартук и начал сосредоточенно мыть посуду, отвернувшись от неё. Лиза медленно поднялась, сняла с себя рубашку и подошла к Максиму со спины, прижалась к нему грудью и обняла за широкую талию.
– Лиза, ты мне так помогаешь? – усмехнулся Максим.
– Вдохновляю, – промурлыкала она, касаясь пальчиками его пресса. – Ты там вдохновляешься?
Вместо ответа – тяжелый вздох и ускорившиеся движения руками. Он мыл посуду со скоростью света, пока Лиза за его спиной медленно дышала, поглаживая его ладонью по телу. Он выключил воду, быстро вытер руки, Лиза чуть отстранилась, когда он снимал с себя фартук. Максим повернулся к ней, сверкая глазами, Лиза подошла к столу и провела по нему пальчиками.
– А ты за столом только ешь или ещё что-то интересное делаешь?
– Он у меня ещё девственник!
– Может, пора его обрадовать? На его улице наступил праздник в виде моей шикарной задницы! – захохотала Лиза, садясь на стол.
Максим широко улыбнулся и подошёл к ней, вставая между её бёдер и глядя ей в глаза, ни на секунду не опуская взгляд ниже. Он провёл ладонями от её коленей по бёдрам до талии.
– Это на моей улице, кажется, праздник, а всего-то первый раз пожертвовал деньги на благотворительность. Знал бы, что сразу воздастся по заслугам, я бы каждую неделю жертвовал.
Лиза обняла его за шею руками и тяжело вздохнула.
– Добро пожаловать в благотворительный фонд «Грешная Лиза», для тебя вход бесплатный. Без выходных и отпусков, только с перерывами на обед. Еду с собой приноси.
– Договорились! – воодушевлённо воскликнул новый меценат оргазмов Лизаветы.
*****
На школьной линейке, среди родителей учеников, рядом с учительницами в очках, Лиза чувствовала себя не в своей тарелке. Будто все эти строгие училки точно знали, чем она занималась позапрошлой ночью и не одобряли, но немного завидовали. Даже Захар будто что-то подозревал, неодобрительно глядя на свою почти бывшую жену. Только по одобрительным взглядам отцов одноклассниц Даши, и ревнивым уколам от их матерей, Лиза догадалась, что оделась как-то неподобающе.
Вырез пиджака был слишком глубоким, а поднятая корсетом грудь манила всех вокруг наливными яблочками.
После торжественной части однофамильцы Тумановы собрались вчетвером, чтобы по традиции отметить первый день осени. Лиза не знала, куда деться от взгляда мужа и комплиментов от падчериц, которые будто пытались ткнуть ими в прелести Лизы, чтобы их отцу было лучше видно, что он теряет.
Она с трудом пережила этот «семейный» обед, тепло прощаясь на улице с девочками, а Захар смирно стоял в сторонке.
– Лиз, давай на неделе сходим в кино? Вторая часть фильма выходит, он тебе очень понравился в прошлом году, – спросила Маша, преданно глядя мачехе в глаза, когда та её обнимала, гладя по светлым волосам.
– Не могу, Маш, давай чуть попозже. Я еду в Питер на недельку-другую, пока там погода хорошая. Спишемся, ладно?
– Хорошо.
Девочки грустно смотрели ей вслед, как Лиза идёт по тротуару до парковки, где оставила свою машину. Даша резко хлопнула ладонью по груди своего отца, который также грустно смотрел на округлые бёдра своей жены, что притягивали взгляды проходящих мимо мужчин.
– И чего ты смотришь, папа?! Чего вам мужикам не хватает?! Почему Лиза ушла? Ты любовницу завёл?
Захар поднял глаза к синему небу, молясь про себя. Эти допросы от дочерей сводили его с ума, но он упорно хранил молчание, чтобы не разбить свой хрупкий образ лучшего отца и образца мужчины в их глазах.
*****
Лиза неторопливо собирала небольшой чемодан в поездку, Максим пригласил её съездить с ним в Петербург, куда ему нужно было по делам своих пабов.
– Я буду занят днём, но вечером и ночью я весь твой! – сразу предупредил он.
Её такой расклад вполне устраивал – вместо следования распорядку дня падчериц, их уроков и внеклассных занятий, госпоже Тумановой можно было наслаждаться отсутствием всякого расписания и махнуть в поездку с мужчиной в начале учебного года.
Лиза теперь жила на третьем этаже в маленькой двушке, которая досталась ей от матери. Размером она была чуть меньше столовой в доме Захара, но там ей будто было тесно, а здесь просторно и хорошо дышать. Захар в её квартире не был больше десяти лет, даже не запомнил, что комнаты две, а не одна.
Лиза сделала здесь хороший ремонт задолго до того, как решила развестись. В этой квартирке был её маленький Лизкин мирок, куда она приходила побыть в одиночестве, сидя на балконе с чашкой какао в руках. Захламлённый балкон с видом на небольшой сквер, она превратила в светлое и уютное место уединения и медитации. Она смотрела с балкона вниз, на старую обновлённую детскую площадку, на которой когда-то играла, на крышу школы, в которую когда-то ходила. В её районе будто время замерло, почти ничего не изменилось, только Лиза повзрослела и стала видеть всё по-другому: свою жизнь, брак, мужчину, с которым хотела бы быть.
Её метания между бордовым и чёрным комплектом белья, прервал настойчивый звонок телефона. Лиза улыбнулась, предполагая, что звонит Максим – он редко писал сообщения, предпочитая звонить, чтобы слышать собеседника.
Это был не он, вкрадчивый голос Филина пробрался будто ей под самую кожу, вгоняя туда иглы своих слов:
– Я нашёл её. Сегодня поедем к ней в гости, заеду за вами через час. Назовите адрес.
«Адовый переулок дом 666, котёл номер 13» – с вершины мира желанная и счастливая женщина рухнула прямо туда…
Глава 20. Лиза в Зазеркалье
Лиза знала это место только по адресу, что значился в ведомости регулярных переводов из её благотворительного фонда. Частная клиника для тяжелобольных пациентов с травмами мозга, которым требуется постоянный уход. Помощница Лизы Тамара назвала это место «сонное царство коматозников», которых сюда сплавляли родственники. Как правило, поначалу родственники даже платили клинике по счетам, а потом в какой-то момент прекращали, находя оправдание – дела насущные, ипотека важнее, потеряли надежду, разлюбили «овощ», что лежал на койке годами.
Главный врач клиники и его коллеги занимались научными исследованиями мозговой активности, её восстановления после различных травм, изучали выход из вегетативных состояний, который был крайне редким явлением. Клиника побиралась государственными грантами, состояла на балансе города, но финансов постоянно не хватало. Фонд Лизы начал помогать этому месту ещё до неё, она лишь продолжила эту традицию.
*****
– Вы готовы? – спросил Филин, поправляя белый халат, что надел поверх костюма.
– К чему? – тихо спросила Лиза, надевая свой.
– К тому, что скелеты семьи Тумановых сейчас из шкафов повылезают, – усмехнулся Филин. – Обожаю за этим наблюдать! А всё так чинно и благородно со стороны, пока пыльный шкаф в углу не откроешь.
Лиза нахмурила брови, глядя на усмешку блуждающую на лице Филимонова. Он и так ей не очень нравился, а теперь будто в открытую потешался над ней и её жизнью.
Лиза была не готова к тому, что увидит, Филин ей практически ничего не рассказал. В палату их проводил один из докторов, который наблюдал за пациенткой с самого её поступления сюда.
В коридорах было слишком тихо, не как в обычных больницах, даже персонал будто куда-то спрятался.
Дверь в комнату Спящей красавицы открылась и Лиза зажмурила глаза, прежде чем сделать шаг внутрь и столкнуться с правдой.
На больничной койке лежала женщина, с которой, как оказалось, Лиза делила мужа всю свою семейную жизнь. Туманова отшатнулась от койки, ударившись спиной о грудь Филина, когда увидела, что глаза у пациентки открыты.
Филин подтолкнул Лизу поближе и она всё же вошла, ведомая любопытством рассматривая ещё одну госпожу Туманову: исхудавшая женщина с едва заметными шрамами на лице, тёмные волосы, которые при ближайшем рассмотрении оказались покрашены краской, ухоженные брови и как будто даже кожа подвергалась ежедневному увлажнению кремами. На руках Лиза заметила аккуратный маникюр без лака. Рассматривая женщину, с которой её постоянно сравнивали Венера и Октябрина, по телу Лизы бегали мурашки от того как сильно дочери Захара походили на их мать.
– У пациентки особые условия содержания, поддерживаем красоту, – вздохнул доктор, видя удивление Лизы.
– Она в коме?
– Позже объясню. Если вы насмотрелись на неё, давайте на выход – камеры отключены всего на полчаса, – вздохнул доктор и кивнул Филину. – Встретимся, где договорились.
Лиза вышла из палаты, едва передвигая ноги, она окончательно перестала понимать, что происходит в этом кривом Зазеркалье, где мёртвые вдруг оказываются живыми.
*****
В тихом кафе за углом, где почти не было посетителей, мужчина лет пятидесяти, с уставшими глазами, которые всё ещё горели любимым делом, попытался объяснить.
– У пациентки была сильная травма головы, кома, остановка сердца. Когда она к нам поступила, она находилась в состоянии минимального сознания.
– Что? Она в сознании? – сглотнула Лиза.
– Не совсем, это пограничное состояние между вегетативным состоянием и полноценным сознанием. Это значит, что часть функций мозга работает, но осознанность нестабильная, краткая и неполная. Она будто плавает между «глубиной» и «поверхностью» сознания, иногда показывая фрагменты понимания, но не удерживая их. Пациентка иногда фокусирует зрение на объекте, лет пять назад она плакала, когда слышала знакомую музыку, даже немного двигала пальцами, но теперь… Весь день просто лежит с открытыми глазами. Мы ничего не можем сделать, только наблюдать, мозг либо выплывет на поверхность, либо так и будет, мотаться туда сюда. Бывали случаи, что люди выходили из этого состоянии, оно чуть лучше чем вегетативное, но мозг в этих случаях справлялся как-то сам. Мы пока это не контролируем, и поэтому не можем повторить чей-то успех. Лечения нет, мы просто ждём и наблюдаем, пытаемся понять закономерности.
Лиза прикрыла веки, на минуту представив, что было бы, если бы Лада вышла из своего Зазеркалья? Куда тогда Захар дел бы Лизу? Как бы он объяснил восстание Лады из мертвых? Почему она считается погибшей?
Доктор, получив от Филимонова пухлый конверт с деньгами, ушел наблюдать за своими спящими пациентами дальше.
– Ваш муж навещает её раз в месяц, в состоянии строгой секретности, ездит сюда без водителя и охраны, на машине секретарши, – пояснил Филин. – Сиделки из ближнего зарубежья постоянно меняются, как сказала одна из сиделок, он говорит с ней, показывает фотографии детей и уезжает.
– Почему Лада для всех умерла?
– Хороший вопрос, у меня пока нет на него ответа, но думаю тут замешаны какие-то семейные дрязги, а Тумановы умеют хранить секреты и держать язык за зубами, – усмехнулся Филин. – Маленькая фирма по оказанию бытовых услуг вот уже почти пятнадцать лет обслуживает компании вашего мужа, получает от них деньги и жертвует весомые суммы через счета фонда сюда. Получает налоговые льготы и работает дальше. Владелица – Венера Туманова.
– Через неё вы нашли ее? – охрипшим голосом спросила Лиза.
– Нет, Венера умеет молчать и отлично посылает нахуй. Наша общая знакомая дала пищу для размышлений, а я её переварил, – покачал головой Филин. – Наталья Борисовна ходит не только по светским раутам, но и по похоронам. На похоронах Лады ее не было, хотя её тогдашний муж близко дружил с Сергеем Тумановым, вашим свёкром. Но надо же, какое совпадение, его там тоже не было. Никого не было – только самые близкие члены семьи – Захар, Венера и Октябрина Тумановы, которые кремировали чьё-то тело в узком кругу. Кремация означает только одно – эксгумация невозможна, можно сжечь кого угодно. По бумагам Лада попала в аварию, почти полгода пролежала в другой больнице, а потом скончалась не приходя в сознание.
– Я думала, она умерла сразу, – открыла рот от удивления Лиза.
– Ну, это смотря, с какой стороны посмотреть, – покачал головой Филин. – Если с философской – она не живёт, а просто существует. И даже это существование под вопросом.
Лиза схватилась за голову, в которой как ураган начали проноситься все обрывки воспоминаний о Ладе, которую она знала только со слов Октябрины и её дочери. Захар о первой жене никогда особо не рассказывал, а Лиза боялась бередить старые раны, надеясь, что в конце концов он её забудет. Она даже не знала, что «погибла» Лада не сразу, это Лизу Захар будто похоронил в их браке, который теперь казался каким-то издевательством и над первой женой и над второй «не женой». Может, их и впрямь в супружеской постели было трое, Лада-то в минимальном сознании, выглядит хорошо.
От этой отвратительной мысли её затошнило, Лиза поспешно встала из-за стола и успела добежать до туалета, где её долго рвало. Она переставала тошнить и начинала плакать, осознавая всю свою грёбаную жизнь как какой-то фарс и театр трёх актеров Тумановых, которые делали из Лады идеальную «покойницу», а из Лизы полную дуру.
Слёзы закончились, еда в желудке тоже, а Лиза так и стояла над умывальником, рассматривая своё бледное отражение в зеркале. Если она не была тенью, не была заменой, то кем тогда она была для Захара?
*****
– Я вам что-то ещё должна? – спросила Лиза, перед тем как выйти возле офиса Валерия Драгунова, куда её любезно подкинул Филимонов.
– Нет, ваш аванс покрыл мои расходы на взятку доктору и наш анонимный визит, о котором никто не узнает, в том числе и ваш муж. Но если вы хотите копать дальше…
– Нет, не хочу!
– А что насчёт вашей травмы? Так и не вспомнили? – поинтересовался Филин.
– Нет. К чёрту! К чёрту всё! – замотала головой Лиза. – Меня больше это не касается, я хочу от всего этого отделаться и забыть! Перекиньте информацию Валерию, как договорились и, надеюсь, мы больше не встретимся. Спасибо.
– Жизнь длинная, мало ли куда заведёт. Может, снова ко мне за услугой, – усмехнулся Филин, когда Лиза выходила из машины.
*****
Злой дядя Валера задумчиво вчитывался в официальные документы пациентки, которая содержалась в клинике на особых условиях со дня своей официальной смерти.
Он был сосредоточен и серьёзен, тщательно обрабатывая новую информацию. Валера постучал по столу пальцами и взглянул на свою клиентку, которая была белее снега и стеклянными глазами смотрела на него.
– Что будем делать? – тихо спросила Лиза. – Я ему и вправду не жена.
– Правда что ли? – усмехнулся Валерий. – А согласно официальным документам – вы жена, брачный контракт подлинный, а та женщина в клинике не Лада Туманова, а совсем другая женщина. Хотя, мы можем вызвать прямо сейчас полицию, журналистов, устроить Армагеддон вашему мужу, а потом его дочерям, далее под раздачу попадут врачи, которые всегда во всём виноваты, затем найдут ещё кучу причастных человек. Вы откроете портал в ад, Лиза. Вам оно надо?
– И что тогда делать? – всхлипнула она, обнимая себя за плечи.
Валерий тяжело вздохнул, поднялся со своего кресла и подошёл к ней, положив руку на плечо в качестве жеста поддержки.
– Юрист вашего мужа клятвенно заверил меня, что затягивать процесс развода и выплаты по договору они не намерены. Через две недели вы будете официально разведены и свободны. Оставьте эту тайну мадридского двора своему бывшему мужу и его совести. Иначе вы завязнете в этом ещё на несколько лет. Не говорите с ним, не пытайтесь воззвать к совести, которая спокойно позволила ему на вас жениться и «убить» первую жену.
Лиза подняла голову и взглянула на человека, которому доверяла, и он бы не посоветовал ей ничего, что могло ей навредить. Если дядя Валера говорит ничего не делать, значит, так тому и быть.
Лиза вышла из офиса с твёрдым намерением молчать. Пока она ехала домой на такси, её намерения стали давать слабину: сначала она позвонила Филину и попросила ещё об одной услуге, а когда её получила, такси сменило маршрут.
*****
– Какого чёрта тебе надо? И как ты узнала, где я живу?
Лиза грубо втолкнула хозяйку в дом и закрыла за собой дверь. Засучив рукава, она наступала на женщину, которая удивлённо таращила на неё глаза.
– Готовься, мадам Туманова – буду из тебя Венеру Милосскую делать! Интересно, сколько пальцев надо будет сломать, прежде чем из тебя вместо привычного яда, правда польётся?
