Текст книги "Нелюбимая (СИ)"
Автор книги: Кира Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)
Нелюбимая
Кира Романовская
Глава 1. Завтра – другая жизнь
– Лиза, пожалуйста, открой дверь!
Она отчаянно замотала головой, крепче вцепляясь в кожаный руль авто побелевшими пальцами, по лицу текли горькие слезы предательства и боли, обжигая кожу будто ядом. Но она улыбалась, зная, что всё это скоро останется позади и больше её не коснётся.
– Лиза, давай поговорим! Прошу, выйди из машины! Не устраивай истерику на глазах у гостей!
Голос Захара стал тверже, он больше не просил, он приказывал. Лиза смотрела только вперед, боясь взглянуть на мужа, но больше всего она боялась оглянуться назад.
Сегодня ей исполнилось тридцать пять лет. Половина её жизни позади, а в них заключены двенадцать лет брака, муж, которого она любила всем сердцем, и она, Елизавета Туманова – женщина, которую он так и не смог полюбить. И у неё, наконец, хватило сил это признать, чтобы выйти из клетки несчастливого брака, в которую она входила по любви.
Нелюбимая жена сжала зубы, стиснула руль дрожащими от напряжения руками и нога опустилась на педаль газа. Мотор заурчал тигром, требуя движения вперед, а не гонки на месте. Лиза потянулась рукой к переключателю скоростей.
– Лиза, куда ты собралась?! Впереди некуда ехать! – истерично вскрикнул Захар. – Там газон и столы! Гости, в конце концов!
Голос её мужа снаружи доносился как будто издалека. Лиза повернула голову направо, на лужайке собрались любопытные гости и с интересом наблюдали, как муж уговаривает её выйти из машины, которую он только что ей подарил.
Среди толпы она увидела её – конечно, в красном, как и положено любовнице, предстать перед женой, чтобы унизить её своей молодостью и красотой.
Красный – стой, зеленый – иди, любой ребёнок это знает, только взрослые об этом часто забывают.
Лиза сама включила себе зеленый светофор. Обхватив переключатель скоростей нервной, но твёрдой рукой, она выставила его в положение – только вперед!
Слова мужа за окном потонули в громком сигнале клаксона, на который она изо всех сил нажала, чтобы пешеходы впереди пошевеливались и освободили ей дорогу. Лишь когда машина тронулась с места прямо на них, смешные тараканы в смокингах и вечерних платьях начали разбегаться в разные стороны.
– ЛИЗА! СТОЙ!
«Нет, Лиза, беги! Беги!» – кричала она в своих мыслях.
Она больше ни дня не проживет в этом браке!
У нее нет на это времени – быть несчастливой!
Два дня назад
Напечатанный лист бумаги, ровные строчки букв и цифр, штамп частной клиники и чек с суммой оплаты, прикрепленный степлером – так выглядело предсказание её будущего. Лиза сидела на набережной возле клиники, откуда вышла десять минут назад. Она мяла листок бумаги в руках, невидящим взглядом глядя на проплывающие мимо речные трамвайчики. Перед ней будто проплывала вся её жизнь – нелепая и пустая.
Результаты будут известны через три дня…
Чуть меньше года назад она также ждала результатов биопсии после операции, тогда пронесло.
Теперь она снова вошла в режим ожидания: либо страшное слово из трёх букв, либо можно спокойно жить дальше.
Она отчаянно замотала головой, едва сдерживая слёзы.
Нет! Дальше так нельзя! Нельзя!
Лизавета яростно смяла бумажку и засунула её в карман.
Даже, если она здорова, так жить она больше не будет!
За день до дня рождения
Вечернее платье, чёрное с серебряной окантовкой на талии, босоножки с тонкими ремешками, сумочка из черной кожи – в этом образе она встретит ещё один год своей жизни на этой Земле. Лиза провела рукой по шелковистой ткани наряда, который она купила специально для праздника, где будет почти две сотни гостей, из которых она знала человек десять. Месяц подготовки к празднеству и один день до начала её другой жизни.
Не новой. Просто другой.
Отмотать плёнку назад и снять новое кино не получится, как бы не хотелось.
Лиза кинула печальный взгляд на одежду в своём огромном гардеробе – она будто заполняла пустоту своего брака достатком. Тонны одежды, десятки коробок с обувью, много украшений, но бездна пустоты будто становилась только шире. С детьми тоже не получилось – две неудачные беременности и приговор мужа: «У нас две дочери, будем растить их».
Маленькая поправка – у него было две дочери, Захар запрещал им называть женщину, которая их воспитывала с малых лет, мамой. Для них она так и осталась «просто Лиза», а для мужа «моя жена». Странно, что он никогда не добавлял в конце – «вторая, не очень удачная».
Она всю жизнь жила в тени его первой жены Лады Тумановой, которая покинула этот мир, оставив после себя двух дочерей и горюющего Захара. Лиза подхватила эстафету любви к ее мужу и её детей, но всё больше завидовала Ладе.
Она жила в любви и умерла любимой, а Лиза так и останется нелюбимой до конца дней своих рядом с чужим мужчиной.
– Ты сама его выбрала, сама согласилась… – тихо прошептала Лиза, обнимая себя руками.
Захар её тоже обнимал, целовал, дарил подарки и цветы, занимался с ней сексом. Не любовью, конечно. Откуда бы ей взяться? Лиза всегда будет хуже, чем Лада. С мёртвыми нельзя соревноваться: они больше не делают ошибок, не стареют, застывают во времени и пространстве только лучшими воспоминаниями.
Лиза законсервировалась в них вместе с мужем и его дочерьми, но будто отдельно. Она мариновалась в одной банке, они в другой. Когда-то она по наивности надеялась, что что-то изменится, потом начала привыкать к такому положению вещей, теперь застряла будто жук в смоле.
Решение Лизы было окончательным – пусть она разорвёт себе душу в клочья, но выйдет из тени на свет. Пусть даже ее муж этого не заметит, но, может, хотя бы она начнёт видеть в зеркале себя, а не копию его первой жены. Лиза так и не дотянула до оригинала за все годы брака, как бы не пыталась.
Госпожа «Туманова номер 2» издала тяжёлый вздох, оторвала прилипшие лапки от пола и направилась в комнаты к девочкам, чтобы пожелать спокойной ночи. Как делала все эти годы, день за днём.
*****
Шестнадцатилетняя Мария и семнадцатилетняя Дарья – красавицы и умницы, очень похожие на Ладу, на которых отец смотрел с гордостью и болью потери в глазах. Подходя к двери, Лиза услышала, что папа к ним пришёл первый.
– Пап, а это вы с мамой где?
– На Мальте, наше первое совместное путешествие, после твоего рождения, Даш.
Лиза грустно улыбнулась – снова смотрят старые фото их прошлой семьи, которую девочки не помнили. Даше было два с половиной, Маше полтора, когда их мамы не стало.
Спустя годы после встречи с Захаром, Лиза пришла к неутешительным выводам – если бы не девочки, Захар бы на Лизу и внимания-то не обратил.
Одним погожим весенним днём двадцатилетняя Лиза бежала через сквер на работу, в ресторан, где подрабатывала официанткой, пока училась в институте. Вдруг под ноги ей бросилась девочка, совсем кроха. Она обхватила её колени и посмотрела вверх, у Лизы замерло сердце, когда Даша тихо спросила: «Мама?». Лиза начала оглядываться вокруг в поисках настоящей мамы девочки, увидев Захара, её сердце замерло второй раз. Любовь с первого взгляда и вздоха в его сторону. У него же был шок – Лиза была немного похожа на его умершую жену, издалека он принял её за неё. Поэтому он на ней женился. Но об этом Лиза узнала уже потом, когда слишком прикипела всем сердцем и к Захару, и к девочкам.
Их воспитала Лиза, но Захар будто выстроил между своими дочерьми и ней невидимую стену, которая не давала им сблизиться по-настоящему. На этой стене висела табличка «Лада – настоящая мама. Лучшая на свете. Мачехам вход воспрещен»
Лиза в кои-то веки передумала туда входить, хотя обычно стучала и, получая разрешения войти, будто проскальзывала через щель приоткрытой двери в этой бетонной стене между ними.
Она побрела в свою спальню, выпила таблетку и уснула, чтобы не слышать, как муж вернётся к ней в постель, будет ворочаться, тяжело вздыхая по своей утраченной любви. Лиза похоронила свою любовь без лишних вздохов и слёз, как похоронила саму себя в сражении с призраком Лады, а теперь рядом появилась живая соперница – свежая и притягательная.
Непохожая ни на Ладу, ни на Лизу – новая муза её мужа.
Лизе пора с вещами на выход…
Глава 2. Лиза в стране чудес
– Ты прекрасно выглядишь, – дежурный комплимент мужа.
– Спасибо, – дежурный ответ жены.
Его теплые руки легли ей на плечи, когда она дорисовывала последние штрихи на скулах для своего праздничного образа. Следом ей на шею легли зеленые изумруды.
Под цвет глаз Лады. Лиза же не любила цветные драгоценные камни, ей всегда нравился честный блеск чистых бриллиантов. Муж упорно об этом забывал, устраивая цветную вакханалию в её шкатулке с украшениями.
– С днём рождения, Лизавета.
Захар всегда звал её по имени или уменьшительно-ласкательно, никогда не говорил «дорогая», «милая», тем более «любимая». Дежурный поцелуй в макушку и она осталась одна, наедине с собой.
Последний год она оставалась сама с собой всё чаще и в этой компании ей вдруг начало нравиться. Она открывала саму себя, настоящую Лизу, а не жену Захара Туманова.
За этот год она обнаружила, что ничего больше не умеет, кроме как быть его женой. Лиза была ответственной за обучение и досуг дочерей мужа, порядок и уют в доме, который по большей части обеспечивала прислуга, в это время жена Туманова занималась собой, мужем и общественно-полезной деятельностью – то есть перекладывала деньги из карманов богатеев в карманы нуждающихся, как Робин Гуд московского уезда.
Муж навязал ей благотворительный фонд, что раньше принадлежал женщине их круга, но она эмигрировала в другую страну, а благие дела надо продолжать кому-то делать. Третий год этим занималась Лиза – без всякого рвения и энтузиазма, просто делала важную работу и держала марку семьи Тумановых.
У неё была лишь одна отдушина, её маленький секрет, что заставлял её сердце биться чаще, и который она уже несколько лет прятала ото всех. То, чем она занималась под чужим именем. Не пора ли всем узнать, кто такая на самом деле Елизавета Туманова?
В отражении зеркала ей одобрительно улыбнулась женщина с тёмными волосами, в которых не было ни единого седого волоса. Может, она и дожить-то до них не успеет.
– Завтра… всё начнётся завтра… – тихо прошептала Лиза самой себе. – Или закончится?
*****
Большой фуршет в честь именинницы был организован в саду загородного клуба для избранной элиты. На небольшой сцене то и дело выступали артисты разных жанров, на танцполе возле сцены танцевали гости, повсюду вспышки фотокамер: семейное фото на память, фото с друзьями и бизнес партнёрами мужа, его мачехой и сводной сестрой.
Улыбка Лизы была будто привязана ниточками к ушам, и вот-вот эта тонкая ниточка должна была порваться. Она смотрела на копошащихся вокруг людей, которые пришли к ней на день рождения и точно с таким же безразличием придут к ней на похороны, сменив только маску на лице и цвет одежды.
За тридцать пять лет она не нажила ни настоящей семьи, ни друзей, как это ни печально было признавать именно сегодня. Сначала жила в тени, потом незаметно с ней срослась. Её уже будто не замечал не только муж, но и все остальные.
– Лизок, что с лицом? У тебя день рождения – ты стала старее ещё на год! Такая радость! Улыбнись, старушка!
Лиза тяжело вздохнула, обхватив бокал с шампанским покрепче. Уж кто-кто, а Венера Туманова, замечала её всегда. Сначала её недостатки, потом её саму. Лиза отказывалась пилить нос в угоду моде, в её груди не было силиконовых шаров, а острые скулы не резали взгляды прохожих количеством закаченного в них ботокса. По нынешним меркам – страшила, которая не ухаживает за собой, застряв в прошлом веке своим представлением о стандартах красоты.
Она равнодушно взглянула на сводную сестру своего мужа. Чуть старше неё, высокая и худая, конечно, красивая, с её-то деньгами быть некрасивой это почти преступление. Венера была красивее Лизы и Лады вместе взятых и всё равно несчастная. Два развода, ноль детей, такая же пустая обеспеченная жизнь, как у Лизы.
Венера не успела прыснуть как следует ядом в невестку, как прогрохотал голос ведущего мероприятия.
– Подарок для именинницы от наших самых дорогих гостей – внимание на сцену!
Лиза перевела взгляд туда – выбежали девушки из подтанцовки певицы, в блестящих костюмах, которые держались на юных телах на честном слове и молитвах против половой распущенности. Девушки манили зрителей блестящим серебром, а певица завлекала огнём красного платья. Танцовщицы двигали телами под плавный ритм музыки, пока певица обволакивала гостей своим манящим голосом с бархатными переливами. Она сексуально провела ладонями по телу, затем языком по губам и послала воздушный поцелуй в толпу.
Лиза забыла, как звали на самом деле эту девушку, но строчки песни знала наизусть. Ведь это она её написала, но так и не нашла в себе смелости признаться мужу, что её авторские песни крутят по радио…
Песня от восходящей звезды сцены предназначалась имениннице, каждая строчка песни Лизы – её мужу, поцелуй дивы в красном – Захару.
Он позволил своей любовнице появиться здесь, чтобы она спела для его жены?
Лиза огляделась вокруг в поисках белого кролика, кажется, это не её праздник, а сумасшедшее чаепитие у Безумного шляпника.
*****
– Ты какая-то блёклая, Лизок, – цокнула ядовитым языком Венера прямо возле уха застывшей в своих мыслях Лизы. – Вся в черном, лицо серое, даже изумруды не спасают. Да, матушка, тридцать пять это уже не шутки! Поясница не болит? Давление не скачет? Пятнадцать лет ты стояла в очереди за своим мужем после нашей Ладушки, да так и состарилась, её не дождавшись. Пожалела бы тебя, да ты сама дура. Я ведь тебя ещё на свадьбе предупреждала, когда Захар плакал не от счастья, а от горя, что на месте его первой жены в белом платье ты стоишь.
Когда-то Лиза плакала после встреч с любящими родственниками мужа. Мачеха – надменная женщина со своими прибабахами и искренней любовью к деньгам мужа, отца Захара, у которого она была третьей женой по счету. Да и он у неё был не первым.
Её дочь от второго брака – Венера, вошла в семью в пятнадцать лет, взяла фамилию отчима на вооружение, его связи и финансирование.
Захар же взял на попечение этих двух женщин после смерти отца, тем более они получили небольшие доли в семейном бизнесе: продюсерский центр, киностудия, онлайн кинотеатр и гордость семьи – звукозаписывающий лейбл Тумановых, что открывал новых звезд целыми созвездиями.
Сегодня на сцене для Лизы выступали самые популярные звезды лейбла. Половину из них она не знала, слишком быстро менялись тренды и предпочтения публики.
Именинница взглянула на золовку, ну точно, это же – Дама червей. Она ехидно усмехалась, двигая бедрами под музыку.
Нелюбимая жена нагнулась к Венере поближе, чтобы та лучше слышала:
– Эта девушка в красном, всё время забываю, как её зовут? Память в моем возрасте уже не та… Я теперь за ней в очереди. Это новая любовь Захара, он верен своим предпочтениям, правда? Лада ведь божественно пела, ты как-то говорила? А ты, Венера бесталанная, прямо за мной теперь будешь. Хотя нет. Я, пожалуй, уступлю тебе своё место. Может, лет через десять и до тебя Захар, наконец, снизойдет. Ты ведь его любишь? Сколько? Лет двадцать или больше? И как я раньше не замечала, что сводная сестричка испытывает чувства к своему сводному брату? Ай-ай-ай, Венера, это же почти извращение, вы же в одном доме вместе росли!
Впервые Лиза выиграла словесный бой с Венерой, уходя прочь с гордо поднятой головой и прямой спиной. Обычно она сбегала от разговоров с ней трусливо поджав хвост, хотя Захар называл это «уйти с достоинством».
Пока она достойно уходила, две хабалки с большой дороги после семейных посиделок были счастливы и довольны, сцедив яда в тарелку невестки, а Лиза ревела в подушку от собственной слабости и трусости. Пусть Захар её защищал, придавливая языки змеям, но когда он отворачивался, они кусали гораздо сильнее.
Про Ладу же они заливали на все лады, какая она была хорошая и замечательная, а Лиза ей и в подметки не годится. Слушая дифирамбы своей мёртвой жене, Захар чаще молчал, будто забывая, что вторая сидела рядом, живая, и чуть не плакала от обиды.
Сегодня у Лизы не было настроения плакать, ей нужно было просто прожить этот день. Потом начать следующий и узнать, сколько примерно дней ей ещё осталось.
Глава 3. В тени звёзд
Лиза перемещалась между гостями, дарила улыбки почти приятным ей людям, обходила совсем неприятных, и старательно избегала своего мужа, изредка наблюдая за ним издалека. Будто любуясь им в последний раз. Темные волосы, волевые черты лица, среднего роста, подтянутый, костюм его любимого, итальянского бренда смотрелся на нём идеально. Он держал в руках бокал, разговаривая с кем-то из менеджеров лейбла, вполголоса, слишком близко, поза напряжена, ладонь слишком сильно сжимает бокал. Захар недоволен. Интересно, чем? Тем, что новая восходящая звезда его лейбла засветилась своей «звездой» перед женой, когда слишком высоко задрала ногу во время танца?
– Лиза! – позвал её знакомый девичий голос.
Падчерица изо всех сил махала ей рукой от фуршетного стола. Лиза улыбнулась Маше и её сестре, которая стояла рядом. В вечерних платьях, с укладками и макияжем девочки казались совсем взрослыми. Лиза по указке мужа, держала их в относительной строгости – запрет соцсетей, никаких излишеств в брендовой одежде, дорогих украшениях и модных гаджетах. Платья, что были на девочках, как и украшения, они подобрали из гардероба Лизы, которую Захар, можно сказать, ни в чём не ограничивал, видимо, компенсируя отсутствие любви деньгами.
Недалеко от девочек, в строгом чёрном костюме, под которым пряталась кобура пистолета, внимательно наблюдала за своими подопечными женщина-телохранитель. Евгения сопровождала девочек на все важные мероприятия и была довольно дорогим удовольствием.
Женщин в профессии Евгении было не так уж много, как и спроса на них. Однако, охранное агентство, которое обеспечивало безопасность многих звёзд лейбла, предоставило Евгению сразу, как от Захара пришёл такой запрос. Ему не хотелось, чтобы слишком близко около его дочерей ошивался посторонний мужчина.
У Лизы же был и охранник, и водитель – молодые мужчины во цвете лет и привлекательности, наверное, Захару на неё было плевать, раз угрозы в этом он не видел.
Хотя многие браки в окружении Тумановых распались именно из-за того, что женщины часто увлекались мужчинами из обслуживающего персонала, которые всегда были рядом, в отличие от их вечно занятых мужей.
– Вам весело, девочки? – улыбнулась Лиза, поправляя локон волос за ухо Даше.
– Нет, ни одного симпатичного сигма боя, одни стариканы! – закатила глаза Маша.
– Тебе понравился наш подарок? – спросила Даша, сверкая глазами.
– Какой? – растерялась Лиза.
– Мира Вайб, в красном платье, которая пела песню «Не мой, я твоя», это от нас! – закивала головой Маша. – Она же тебе очень нравится! Мы сами её заказали тебе на ДР, папа одобрил!
Лиза натянуто улыбнулась, разглядывая в улыбках девочек хоть намёк на насмешку. Они знают, что их папа завёл любовницу?
– Нет, вы ошиблись, девочки. Боюсь, она больше нравится вашему отцу, чем мне, – тихо сказала Лиза. – Развлекайтесь, мне нужно к гостям.
*****
На самом деле она просто сбежала подальше от всех людей, которых собрал её муж. Для чего? Устроить шоу «Я люблю свою жену, но и любовницу тоже не забываю»? Лиза спряталась за углом хозяйственной постройки на территории клуба, до которой добрела через сад. Здесь было темно и почти тихо, для тени самое уютное место, чтобы поплакать.
«Папа одобрил…» – пульсировало у неё в голове. Захар одобрил любовницу в подарок для жены, чтобы она обблевалась от счастья? Лиза замотала головой, сдерживая слёзы, зачем он так унизил её?
За годы брака, пусть он её и не любил, но ни разу не обозвал бранным словом, не ударил, всегда о ней заботился, не был замечен в изменах, кроме этой, о которой она недавно узнала от «добрых» людей, а потом убедилась в ней своими глазами.
Лиза резко остановила начинающуюся истерику, услышав посторонние звуки: мужчина и женщина, где-то рядом с ней, кажется прямо за углом, хихикали, шептались. Невольная свидетельница чужих разговоров замерла на месте, скрываемая темнотой, надо бы незаметно уйти, пока…
Поздно – судя по звукам, двое собирались предаться искусству любви прямо здесь.
– Кир, ну что ты делаешь? – с придыханием шептала девушка. – Здесь же люди!
– Где? Здесь никого нет, только ты и я, – хрипло сказал мужской голос. – Ты не представляешь, как сильно я по тебе скучал!
Лиза узнала этого мужчину, он здоровался с ней совсем недавно, стоя под руку со своей женой.
– Давай уйдем отсюда? – умоляюще пропищала девушка.
– Нет, я хочу тебя прямо сейчас! – твёрдо сказал мужчина. – Не могу терпеть ни минуты, с ума схожу от твоего запаха!
Девушка застонала, а Лиза чуть не сгорела от стыда за чужого мужа, жена которого была меценатом её благотворительного фонда и иногда помогала в организации сбора средств.
Именинница не успевшая вовремя вежливо дать о себе знать, слушала как двое занимаются любовью, томно, с придыханием и стонами. Пришлось остаться на месте, надеясь, что они быстро закончат и уйдут. Лиза обняла себя за плечи, чтобы унять странную дрожь, не от холода или страха, а от… возбуждения.
При живом муже, её тело будто изголодалось по мужской ласке и она даже завидовала девушке, которая тихо стонала от того, что делает с ней мужчина. Сколько уже Захар не прикасался к телу своей жены? Наверное, ровно столько сколько встречался с Мирой – около трёх месяцев или около того.
Нелюбимая мужем женщина вздрогнула, когда девушка за углом издала финальный аккорд своего оргазма, а мужчина хрипло застонал. Парочка о чём-то шепталась, пока по всем законам комедийного жанра эту идиллию прервал звонок телефона – в сумочке Лизы.
Пока она судорожно пыталась достать его и придумать себе оправдание, почему она греет тут уши, перед ней выросла внушительная фигура. Лиза прижалась спиной к стене, испуганно глядя на высокого мужчину с широкими плечами.
– Подслушивать нехорошо, госпожа Туманова, – усмехнулся Кирилл Соболев, сумев разглядеть её лицо в полумраке. – Могли бы и сказать, что мы здесь не одни.
Несколько лет назад этот владелец фармацевтического завода был пойман первой женой блогершей на измене, потом публично опозорен и унижен разводом. Женился второй раз, но не вынес для себя никаких уроков? Мда, воистину – черного кобеля не отмоешь до белой шкурки.
– Извините, я первая сюда пришла и вообще – мне надо идти! – выпалила именинница и припустила с места чужого преступления на всех парах.
Лиза, подгоняемая стыдом, быстро добралась до освещённого сада. Пробираясь через гостей, она столкнулась с каменной грудью своего мужа. Захар нахмурил брови, разглядывая раскрасневшуюся жену, которая тяжело дышала, упираясь ладонями ему в грудь.
– Где ты была? Я тебя искал. Звонил.
– Здесь была. Где мне ещё быть? – раздражённо сказала Лиза, освобождаясь от его рук, которыми он её попытался обнять. – Мне нужно найти кое-кого, переговорить насчет благотворительного бала, пока она не ушла.
Муж нежно обхватил её за талию и улыбнулся.
– Это подождёт, у меня для тебя сюрприз.
Пока он вёл её к танцполу поближе к сцене, Лиза молилась про себя: «Только не целый кордебалет твоих любовниц на десерт!».
Лиза, наверное, была слишком доверчивой, ну, или полной дурой, если за двенадцать лет брака искренне доверяла мужу, вокруг которого вились мухами красивые и талантливые женщины, которым он мог дать золотой билет в кино или на сцену. Теперь это даже звучало смешно: неужели он был верен ей, нелюбимой жене?
Захар кивнул ведущему, для пары Тумановых освободили танцпол и на сцену вышла новая молодая певица со старой песней, которая была написана и спета ещё до её рождения. Лиза эту песню обожала, но точно была не готова её слушать именно сегодня. Захар обнял жену за талию, прижимая к своему телу, ей ничего не оставалось делать, как обнять его в ответ и начать кружиться с ним в танце, пока на фоне звучали слова, которые муж никогда ей не говорил:
Я люблю тебя до слёз
Каждый вздох, как в первый раз
Вместо лжи красивых фраз
Это облако из роз…
– С днём рождения, Лиза. Спасибо тебе за годы, что я был с тобой счастлив, – тихо прошептал ей на ухо муж, коснувшись поцелуем её волос.
Лиза закусила губу, чтобы не расплакаться. А она была счастлива? Он хоть раз её об этом спросил?
Самое ужасное в её ситуации – что была. Хваталась за свою любовь обеими руками, как и за своего любимого мужа. Настало время отрубить себе руки и убегать подальше, хотя бы на своих двоих…
